Пойду и приглашу

Ирх помнил немало случаев, как он вдруг забывал, с какой целью, задумавшись о чём-то очень важном, он выходил, например, из своего кабинета на кухню или в гостиную по каким-то незначительным делам. Психологи называют это явление феноменом перехода в другое пространство. Они считают, что один из способов вспомнить то забытое – это вернуться туда, где оно было задумано.

Ирх знал немало доказательств тому, что дети рождаются на свет, помня свою прошлую жизнь в ином физическом теле, но вскоре забывают её, так как их рождение – это тоже переход в другое пространство. Для них нет возможности вспомнить то забытое путём возвращения туда, где всё это помнилось (в первые минуты появления на этот свет).

Но Ирх и подумать не мог о том, что феномен безвозвратной утраты памяти о прошедшем проявится при попадании в другое пространство с выходом из спускаемого аппарата «Метеорит-27» на поверхность спутника планеты Гаа.

Их было трое: пилот Тиг, борт инженер Су и командир «Метеорита-27» Ирх.

Физико-химическая среда на безымянном спутнике позволяла пребывать в ней, не пользуясь приборами технико-физиологической адаптации, а вот до приборов психологической адаптации в те годы освоения и колонизации других пространств ещё не додумались, и экипаж «Мереорита-27» стал жертвой этой неподготовленности.

– Где это я?

– Кто я?

– Что и кто здесь возле меня?!!

Вопросы, вопросы, вопросы…

Ответов не было.

Все трое с недоумением оглядывали друг друга, не узнавая.

Все трое с опасением поглядывали на свой спускаемый аппарат. В его мощных фантастических очертаниях им виделась угроза.

Не сговариваясь, они попятились от него, а потом стали разбегаться и от его опасно сверкающего огненными бликами звездного света корпуса и друг от друга.

С той минуты они ни друг с другом, ни с группой дистанционного сопровождения их миссии на связь не выходили.

Группа дистанционного сопровождения экипажа «Метеорита-27» объявила тревогу: «Ирх, Су и Тиг в опасности. Их психика нарушена, их действия могут оказаться непредсказуемо опасными для них самих и для окружающих. Необходима их срочная эвакуация с помощью робототехники».

Флагман корабельной группы распорядился о немедленной отправке к пострадавшим трёх роботизированных комплексов.

Ирх споткнулся на ровном месте. Падение было болезненным. Сказалась инерция быстрого бега, заторможенность сознания, обуреваемого безотчётным ужасом, и замедленность реакции. Он не до конца сгруппировался, не погасил энергию падения перекатами, а просто плашмя рухнул на твёрдую почву.

К страху добавился большой многоцветный букет болевых ощущений, досада на проявленную неуклюжесть и звуковой удар по барабанным перепонкам от резкого взрыва хохота.

Хохот раздавался сзади.

Ирх оглянулся и увидел свою смерть. Она надвигалась на Ирха в образе хохочущего хищника.

Ещё много лет тому назад, путешествуя по диким местам одной планеты, Ирх слышал, как хохочут гиены. Тогда ему отчего-то вдруг показалось, что так жутко может хохотать только смерть. И вот то предположение (или ужасающее предвидение?) материализовалось в его судьбе здесь, в такой огромной дали от тех мест. У его смерти был вид громадной, как зубр, гиены.

Си бежала до тех пор, пока твердь под её ногами на обрушилась. Её падение было подобно тому, как иногда ей случалось падать из полудрёмы в глубокий сон. Обычно это были падения в тяжёлые кошмары, наполненные смертельными опасностями. Теперь такой кошмар приключился с нею в этом диковинном месте, где она непонятно как оказалась. Здесь было сумрачно, душно и очень тихо. Тишина была давящей, напряжённой, зловещей. В ней вызревал и готовился вырваться в этот мир какой-то давно поджидающий своего заветного часа смертельный ужас.

Из этого нехорошего места нужно было бежать как можно быстрее, как можно дальше.

Бежать бездумно, бессознательно, безоглядно.

«Сейчас вот встану и побегу!» – подумала Си, но её спина, её руки и ноги будто влипли во что-то.

Раньше Си не раз случалось со страхом наблюдать, как погибали мухи, попавшие в паутину. Теперь это вспомнилось ей в связи с тем, что поверхность под ней закачалась точно так же, как качалась паутина под мухами при приближении к ним паука.

Душа бедняжки Си помертвела от ужаса, когда она увидела подбегавшего к ней огромного, как слон, паукообразного монстра.

Тиг бежал, пока не провалился в темноту. Погрузился он в неё мгновенно, а его возвращение было медленным и мучительным. Оно сопровождалось адской болью в затылке, стеснённым дыханием, скованностью движений рук и ног. Открыв глаза, Тиг увидел, что на груди у него расселся тяжеленный звероподобный дикарь с острым взглядом маленьких, глубоко запрятанных глаз, узким лбом, широким носом, мясистыми губами и отвратительным запахом изо рта. Он что-то зычно выкрикивал, обращаясь к таким же, как он недочеловекам, навалившимся своими тушами на руки и ноги Тига.

Мимо них прошёл и остановился со стороны ног Тига ещё один дикарь с большой каменюкой в руках. По зычной команде того, кто восседал у Тига на груди, вновь подошедший, утробно ухнув, вбил свою каменюку в коленную чашечку Тига.

«Ты что?!! Спятил?!!!» – взвыл от дикой боли Тиг.

Его мучитель вновь размахнулся, деловито ухнул и обрушил каменюку в то же самое место коленной чашечки.

От нового приступа боли Тиг потерял сознание.

Очнулся Тиг не скоро. Голова его была закреплена в каркасе из толстых кольев над поверхностью быстро мчащихся водных потоков, пронзающих всё тело лютым холодом. Прикрученные к тому же каркасу руки и ноги Тига, как и всё его тело оставались под поверхностью воды. Руки и ноги терзала невыносимая боль.

Тиг вспомнил, что в некоторых совершенно диких местах Вселенной встречаются тупоголовые людоедские племена, в которых перед тем, как сварить человека живьём, ему дробят все крупные суставы конечностей, а затем целые сутки вымачивают его в ледяном ручье.

По их кулинарным вкусам, приготовленное по такой садистской технологии блюдо становится нежнее и аппетитнее.

У каждого человека свои самые мучительные страхи. У кого-то это дикие хищники, у кого-то – гигантские пауки, у кого-то – свирепые людоеды с садистскими кулинарными изощрениями.

Каждый их трёх бедолаг, попав в зону аномальной энергетики спутника планеты Гаа, не только лишился структурной организованности своей памяти, но и подвергся атакам своих самых затаённых страхов.

Когда их в автоматическом режиме вернули на борт космолайнера, все трое находились в состоянии комы.

После проведения интенсивной восстановительной терапии, им было предложено подготовить отчёты обо всём, произошедшим с ними за время «t», начинавшегося с момента выхода из спускаемого аппарата «Метеорит-27» на поверхность спутника планеты Гаа, и кончавшегося моментом их доставки на спасательные роботизированные комплексы. Однако, в связи с возвращением в предэкспедиционное пространство, никто из них ничего не мог вспомнить о том, что с ними происходило за время «t».

Мудрость приходит с годами.

В свои «немудрые» дни я до глубины души очаровывался женщинами, в которых волшебными всполохами мерцали загадочность и тайна. Их кредом было самоутверждение в таких свойствах:

«В женщине должны быть загадочность и тайна!»

Мне приходилось слышать эту абракадабру от многих женщин.

Позднее ко мне пришло понимание: загадочность и тайна необходимы для сокрытия того, чего обычно принято стыдиться.

Принято, например, стыдливо прикрывать интимные части тела, вот их и прикрывают.

Однако, за этим прикрытием знающие люди угадывают то, что сокрыто от глаз.

Угадывание включает воображение, а воображение, если его не придерживать, порождает желание, которое, при неосмотрительном попустительстве со стороны его жертвы, распаляется до неуправляемой страсти.

Неуправляемая страсть как ответ мужчины на загадочность и таинственность женщины – вот сладкий мёд для таких роковых красавиц.

Я самою природой моей натуры был обречён на то, чтобы довести свою чувствительность до кондиции «сладкого мёда» для некой светской львицы, прозванной завистливыми женщинами Неоклеопатрой, а сокращённо – «Клео».

Боксёры знают: высшая техника удара проявляется в том, что удара никто не видит: ни противник, ни зрители. Кажется, что удара и не было, а противник в нокауте.

Что вытворяла Клео над теми, которые попадались в её незримые сети, напитывая её «сладким мёдом» любовного безумия?

Кажется, будто бы она ничего и не вытворяла, а мужчины уже в «амурном нокауте». Они уже согласны и на то, чтобы оставаться при ней пусть даже «облаками в штанах», только бы она не гнала их от себя, позволяла бы им быть рядом!

Мне сказочно повезло: сама судьба свела меня с той орбиты, с которой, теряя энергию, я перешёл бы на траекторию спуска-падения и сгорел бы в верхних слоях атмосферы роковой красавицы Клео.

Моё «сказочное везение» началось с того, что я оказался вначале в реанимации, а после – в травматологии. Тяжёлая черепно-мозговая травма надолго приковала меня к больничной постели. В моём клиническом состоянии доминировало два фактора: полная потеря памяти и мучительные головные боли. Внешних впечатлений для меня в то время почти не существовало, были только головные боли во время пробуждений, загонявшие меня вглубь этих изнуряющих ощущений и отбивавшие у меня не только желание, но и физические способности активно реагировать на внешний мир. А во снах меня мучили дикие кошмары, наполненные уродливо искривлёнными образами и жуткими звуками, вероятно подобными тем, от которых в аномальных зонах океанов вся команда сходила с ума, выбрасывалась за борт своего корабля и погибала, пожираемая акулами.