Роль и значение сектантства в строительстве новой жизни

Строительство новой, советско-коммунистической, жизни, как говорил В. И. Ленин, возможно только при условии полной «смычки», т. е. сотрудничества и взаимопомощи между городом и деревней, между рабочими и крестьянами, между производителями фабрично-заводских изделий и производителями сельскохозяйственных продуктов.

К сожалению, несмотря на самые искренние попытки Советского правительства установить эту смычку, она до сих пор встречает препятствия, с одной стороны, в темноте и неподатливости крестьянства к какой-либо перемене, с другой стороны, в неправильном подходе некоторых агентов правительства на местах к крестьянской массе, но, главным образом, во взаимном непонимании общей цели, особенно в неизжитой еще собственнической психологии крестьянства, благодаря которой очень трудно прививается к крестьянской массе коллективный труд – этот могущественный рычаг экономического развития и строительства новой жизни.

А между тем среди крестьян есть элемент, который готов итти навстречу коллективным стремлениям правительства, имея для этого душевное предрасположение. Этот крестьянский элемент представляют прогрессивные группы сектантов-общинников, т. е. сознательная, разумно-религиозная часть русского народа, расположенная к общественной деятельности, еще при царском режиме отделившаяся от господствующей церкви, много перенесшая всяческих гонений, унижений и страданий, закаленная в жизненном бою и смело идущая на новый путь, небоящаяся новых форм жизни. Такого рода сектанты, большею частью свободного, внецерковного, рационалистического миросозерцания, уже с давних времен складывались в общины-коммуны, артели, товарищества и другие формы коллективного труда и жили общественной жизнью. Имя им: духоборы, ново – израильтяне, свободные христиане, духовные христиане, молокане, всемирные братья и другие подобные течения.

Поощряемые теперь советско-коммунистическим строем, они еще энергичнее, чем прежде, стали строить свою жизнь на коллективных началах. Таким образом, явился новый крестьянский элемент, не только не сопротивляющийся коллективному труду, но сам создающий коммуны, артели и другие колхозы и при том образцовые, как в экономическом, так и в социальном отношении. Естественно предположить, что этот сознательно-общественный элемент крестьянства станет мостом, соединяющим советскую культуру с крестьянством, если правительство отнесется с доверием и уважением к этому, наиболее готовому к восприятию новых форм жизни крестьянскому элементу русского народа.

Всякий, кто знает близко русскую народную жизнь, согласится с тем положением, что русский крестьянин консервативен и только тогда изменяет свой образ жизни, заменяет старое орудие новым, вводит новую культуру, меняет обычай и проч., когда сознательно, на живом примере, убедится в превосходстве того или другого нового строя, орудия или обычая. И вот живой пример из той же крестьянской среды может легко увлечь и инертную массу на новые общественные формы жизни.

Этот готовый к восприятию нового строя, сектантский элемент значителен по своему количеству. Точной его статистики не существует. По оффициальным данным, которые нам удалось собрать, к началу 1914 года в России было старообрядцев и сектантов около 20 миллионов. За 10 лет цифра эта должна возрасти приблизительно до 30 миллионов. Из этого числа мы должны отделить около 20 миллионов старообрядцев. Таким образом, число сектантов определится 10-ю миллионами. Эта цифра, по всей вероятности, ниже действительности, так как за последние годы возник целый ряд новых сект, и многие, бывшие тайными из боязни преследования, стали явными. Прибавив к этому некоторые левые течения старообрядцев, мы найдем, что действительное число сектантов находится между десятью и пятнадцатью миллионами, – будем считать 12–13 миллионов.

Мы полагаем, что со стороны правительства, опирающегося на конституцию, которой провозглашена свобода совести и свобода как религиозной, так и антирелигиозной пропаганды (№ 13), было бы тактично и целесообразно поддержать всеми мерами эти крестьянские, сельскохозяйственные коллективы, организуемые столь многочисленными русскими гражданами-сектантами.

Это было бы лучшим и дальновиднейшим разрешением вопроса о так называемой «смычке» города с деревней.

Вся эта 12-ти миллионная масса русского сектантства разбросана по всей России, Украине, Кавказу и Сибири. Наиболее значительные группы географически располагаются так. На западе Украины преобладает штундо-баптизм, род русского протестантизма с его левой анархо-коммунистической ветвью малеванщины (в Киевской и других губерниях). Юго-восточная часть России, Донская область, средняя и южная часть Поволжья до Нижегородской и Тамбовской губерний, включительно, заселена различными толками молокан. Донская, Кубанская и Терская области и Воронежская губ. покрыты общинами Старого и Нового Израиля, «людей божиих» и др. Также богата сектантами Оренбургская губ. и Уральская область (дурмановцы, балабановцы и др.). В Пермской губ. по уральским заводам распространена секта иеговистов. За Кавказом и в восточной Сибири находятся духоборы, молокане и евангелики. По Волге, кроме молокан, значительные группы представляют: евангельские христиане, баптисты, адвентисты, еноховцы, мормоны, добролюбовцы, толстовцы, менониты. В центре и на севере России организовались колхозы из так называемых «народных трезвенников», последователей Чурикова и Колоскова. На севере России большой интерес представляют вышедшие из старообрядцев общины странников или бегунов. В последнее время во многих местах СССР стало усиленно распространяться Свободно-христианское учение, тождественное учению духоборов и Л. Н. Толстого. Приверженцы этого учения называются «свободными христианами», «толстовцами», «духоборами», «свободно-верующими», «свободниками» и просто «христианами». Число их велико, но точно неизвестно.

Большая часть поименованных сект уже выделила из себя сельско-хозяйственные коммуны, артели и другие колхозы.

Более сложным является вопрос о воспитании и образовании. Но и этот вопрос, надеемся, также легко может быть разрешен. Установленный Советской властью единый тип трудовой школы приемлем для сектантства. В школе останется грамота, математика, мироведение и обществоведение. Вне же школы, согласно №13 советской конституции, допускающему свободу религиозной и антирелигиозной пропаганды, каждая семья, каждая община имеет право вести свою религиозную пропаганду, как не может быть возбранено и другим группам вести свою антирелигиозную пропаганду, но органы правительства должны быть строго нейтральны как к той, так и к другой.

При таком положении дела сектанты получат возможность действительно свободного исповедания своей веры. И как скоро эта возможность будет достигнута, то не только русское сектанство воспрянет с новой неудержимой энергией на пользу нового строительства и удесятерит свои производительные силы, но сотни тысяч новых работников с приложением последнего слова техники волной потекут из дальней эмиграции, где души их томятся по родине, и производительность СССР достигнет небывалых размеров на посрамление врагам его и во славу истинного коммунизма.

Вступив на этот путь взаимного доверия, Советское правительство приобретет себе миллионы честных, трудолюбивых и опытных сотрудников в строительстве новой жизни в лице сектантов.

Всякий, кто знаком с миром сектантов, неизбежно приходит к выводу, что эта среда представляет повышенный культурный уровень по сравнению с рядовым крестьянством, и потому мы особенно рекомендовали бы приглашать сектантов на все должности, где эти качества особенно ценны, как, например, в деле продовольствия и транспорта и на другие подобные работы, где сектанты могут оказать большую услугу Советскому строительству.

Мы не скрываем, что среди сектантов есть и такие небольшие группы, преимущественно анархического направления, которые отрицательно относятся к изложенной здесь и разделяемой огромной массой сектантства идее сотрудничества с Советской властью, но мы надеемся, что и они с течением времени также проникнутся этой идеей, если только Советская власть постарается показать им возможность созидания совместно с сектантами-общественниками образцовых новых форм жизни, требуемых также и теми религиозными учениями, которые исповедуются всеми сектантами.