Антимаг. Симбиоз

Глава 4

“Похоже, это та самая штука, в которую пытались превратить меня, – после паузы сообщила Белочка. – Артефакт высшей защиты, который ты хапнул раньше, чем подавили мою волю. Лаура говорила, что его нужно питать собственной кровью или кровью близкого родственника”.

Перед глазами Стрижа встало видение бледного обескровленного детского тельца, и он с рычанием вогнал клинок ещё глубже, кулаком сминая Гарму гортань. Но тот не спешил умирать, успевая восстанавливать повреждённые ткани с помощью демонической сущности, заключённой в теле.

“Вот почему эта гнида не сдохла в прошлый раз”, – понял Лёха.

“И вот почему у него был такой необычный вкус”, – довольно промурлыкала Белочка.

“Жри быстрее, у нас ещё много дел”, – зло рявкнул Стриж, намереваясь нашинковать тело графа в замороженный фарш на случай, если тот снова попытается регенерировать.

За спиной раздался топот.

– Свои! – предупредил Максимилиано, за секунду того того, как выбежать в коридор.

Вид у их небольшого отряда был потрёпанный. Рука тиаматца так и висела безвольной плетью, крыло изобиловало вмятинами, несколько перьев торчали под неправильным углом. Эгида Ареса пострадала меньше, но когда он складывал крылья, за спиной раздавался отчётливый скрежет, а Миа ощутимо прихрамывала на левую ногу.

С первого этажа послышались резкие команды, звон оружия и топот множества ног. Стриж недовольно нахмурился. Судя по звукам, в замке собралось куда больше воинов, чем предполагалось. А ведь войска Змеев есть ещё и за стенами. Если они все ломанут внутрь на помощь сослуживцам, то пустотников просто задавят массой.

– Надо уходить! – отталкивая замёрзший труп Гарма, сказал Лёха.

Не тратя ни мгновения, он отсёк покойнику голову и попытался разрезать тело, но перо скрежетнуло о скрытую под одеждой кольчугу Древних. Ругнувшись, Стриж отрубил конечности, раскидал те в стороны, не оставляя графу ни единого шанса на восстановление. По-хорошему труп бы ещё и сжечь, а пепел развеять по ветру, но ни времени, ни возможности не было.

– Без братьев я никуда не пойду! – отрезал репликант.

– У нас может не быть другого шанса спасти земляков, – согласился с ним Максимилиано. – Теперь они будут готовы ко всему.

– Сюда спешит целая грёбаная армия! – попытался достучаться до их рассудка Стриж.

И для вящей доходчивости ткнул пальцем в окно, за которым тревожно гудели сигнальные рожки, призывая воинов на помощь.

– Я с ними разберусь, – спокойно ответил Арес. – Лестница узкая, они будут мешать друг другу. Действуйте по плану, вытаскивайте наших.

Стриж посмотрел на него и понял, что репликант не сдвинется ни на миллиметр. Да и тиаматцы глядели на него с непреклонной решимостью во взглядах.

– Осёл упрямый, – выдохнул Лёха, признавая поражение. И бросил уже Мие с Максимилиано:

– Работаем.

Те молча сорвались с места и побежали к залу, игнорируя полученные раны. Стриж двинулся было следом, но Арес задержал его, попросив:

– Оставь световые гранаты.

– На, – Лёха выгреб из поясной сумки оставшиеся артефакты и отдал репликанту.

– Если там будут мои братья, и они откажутся идти с вами, – очень серьёзно произнёс Арес, – скажи, что их ждёт РС-355411, Ка-бар.

– Сделаю, – пообещал Стриж и поспешил дальше по коридору в зал для приёма гостей.

Тиаматцы с гортанным боевым кличем своей родины уже вломились внутрь. Лёха ворвался следом и от души выматерился: вместо пьяных гостей в праздничных нарядах помещение было забито абсолютно трезвыми Змеями в доспехах и при оружии.

Как так получилось, гадать уже времени не оставалось. Утробно зарычав, Лёха бросился в бой.

Сквозь вспышки заклинаний он выискивал и отбрасывал в сторону Мии безразлично взиравших на происходящее пустотников. Большинство было в масках, что изрядно облегчало задачу.

С ходу нанизав на обе руки по магу, Стриж работал полураскрытыми крыльями, как лопастями вертолёта, располовинивая вооружённых и закованных в доспехи Змеев.

К счастью, тут уже не было врагов в броне Древних.

Миа перегородила вход в зал, не позволяя никому выбраться и отшвыривая себе за спину пустотников. Некоторые из них уже катались по полу, крича и царапая пальцами затылки. Один упал посреди зала и был бы затоптан, не вмешайся Максимилиано.

Стряхнув с костяных кинжалов заледеневшие трупы, Стриж врезался в толпу, ища новую пищу для демона. Сейчас ему было всё равно, кто перед ним: мужчина или женщина, взрослый или старик. Все они были врагами, все они были кормом для симбионта.

Ещё один пустотник упал, хватая ртом воздух и тихо рыча от боли. А затем, содрав с лица маску, вскочил на ноги и рывком свернул шею нацелившемуся на Мию магу.

– Это эвакуация! – пустотница изо всех сил пыталась перекричать стоявший в зале шум. – Все ко мне! Это эвакуация!

Фраза не очень информативная для кого-то вроде Бьорна, но узнаваемая и понятная как для репликантов, так и для тиаматцев. А их спасение и было первоочередной целью мероприятия.

– С нами РС-355411, Ка-бар! – глядя прямо на убившего мага пустотника, проорал и Лёха.

Тот встретился с ним взглядом.

– Иди туда, – махнул рукой в сторону Мии Стриж. – Помогай ей, собирай своих!

Пустотник кивнул и, подобрав оружие, поспешил к эльфийке.

Максимилиано с боевым кличем родного мира метался по залу, казня одного мага за другим, в надежде освободить как можно больше пустотников. Стряхнув с клинков замороженные тела, Лёха присоединился к нему. Он уворачивался от ударов, бил в ответ и всё время старался скармливать раненых алчно ворчащему демону.

Белочка ликовала, угодив на этот кровавый пир.

А потом как-то резко, без перехода, резня закончилась.

– Командир! – словно сквозь слой ваты услышал Лёха крик Мии.

Огляделся. Некогда красивый зал сейчас походил на кадр из фильма ужасов. Кровь, ошмётки кожи и мозгов были даже на потолке, а пол вообще не разглядеть под слоем мёртвых тел, изрубленных так, что в некоторых сложно было опознать человеческие останки.

Оттолкнув замёрзший труп, Лёха повернулся к подруге.

– Уходим! – крикнула та, подгоняя спасённых пустотников.

Стриж даже не представлял, какой ценой Мие удалось сохранить им жизни в этом кровавом аду. Но, приглядевшись, он заметил, что некоторые из освобождённых не только вооружены, но и успели позаимствовать у покойников кое-что из экипировки.

Лишённых разума пустотников не пытались ни спасать, ни беречь. Они были обузой, опасным балластом, отнимающим время и силы. Тех, кто волею судьбы выжил в резне, Миа убила сама, не желая оставлять Змеям ценный ресурс.

Стараясь не обращать внимание на мерзкое хлюпанье под ногами, Лёха заторопился за друзьями.

Оставляя за собой кровавые следы, пустотники поспешили обратно к башне.

– Да чтоб тебя, – протянул Лёха, увидев Ареса.

Репликант, скособочась, стоял перед заваленной трупами лестницей. Из его лица, прямо под левым глазом торчало оперённое древко болта. Кто-то меткий попал точно в прорезь шлема. Упасть Аресу не давали крылья эгиды, сыгравшие роль опоры.

Это его и спасло. Снизу раздавались голоса, приказы и брань, но карабкаться по горе трупов к опасному противнику, не думающему падать даже с болтом в голове, никто не решался.

– Живой! – осмотрев друга, сказал Максимилиано. – Но долго не протянет.

Отработанным на тренировках движением он закинул раненого на плечи и понёс вверх по лестнице. Выживет или нет, но оставлять Ареса было нельзя.

Следом, повинуясь командам Мии, побежали спасённые.

Стриж прислушался к тому, что творилось внизу. Устроенное репликантом побоище впечатлило воинов Змеев, но, судя по всему, они всерьёз намеревались взять реванш, невзирая на потери.

– Хрен вам, суки, – прошипел Лёха, отходя от перил.

Подняв голову Гарма, он выкинул её в окно прямо на столпившихся перед входом в замок воинов. Гомон моментально прекратился, чтобы через секунду смениться вихрем испуганных голосов. Смерть графа однозначно потрясла простых вояк, и Лёха понадеялся, что это собьёт их желание сражаться дальше.

Поднявшись в башню, первым делом он услышал мрачную фразу Мии:

– Похоже, летать могу только я. Но внизу полно стрелков.

Стриж осторожно выглянул и тут же отпрянул обратно. В том месте, где только что была его голова, с гудением пронесся болт и врезался в потолок.

– Меткие, суки, – резюмировал Лёха. – Плевать, уходим в портал.

Эльфийка кивнула и, сняв перчатку, коснулась пальцами нужного элемента плетения. Часть узора изменила форму, будто перетекая прямо в толще камня, и соединилась с другой линией, меняя рисунок.

– Можно идти, – выпрямившись, объявила она.

– Погоди, – остановил её Лёха. – Сперва нужно освободить проход.

Оглядевшись, он подхватил один из трупов в броне эльфийской работы, поднял перед собой на манер щита и с разбега влетел в зеркало, снося собственноручно возведённые ловушки.

Наверное, это был первый случай, когда Стриж от души материл самого себя за изобретательность и трудолюбие. Его и без того потрёпанная эгида вновь вынуждена была перетерпеть серию испытаний. Закреплённые на растяжках клинки Древних, скамьи и прочая мебель, из которых Лёха собрал свои поделки, сыпались со всех сторон.

Хуже всего было то, что Стриж сам не помнил расположение ловушек, из-за чего пришлось изображать минно-катковый трал, идя напролом. Когда он, наконец, обезвредил последнюю ловушку, то чувствовал себя боксёрской грушей накануне чемпионата.

Оглянувшись на учинённый бедлам, отбросил изрядно помятого и продырявленного покойника, снял шлем и вытер пот.

– Хочу в отпуск, – пробормотал он и шагнул в портал.

Вернувшись, коротко приказал пустотникам при оружии, указав на трупы телохранителей:

– Их берём с собой.

Трое молча ухватили тела за ноги и буднично поволокли к зеркалу. Ещё пятеро, мрачно смотревших на детский труп, перевели взгляд на Мию. Та кивнула, и они, прихватив с собой оставшиеся тела в броне, направились к порталу.

Лёха запоздало пожалел, что не подумал вытряхнуть останки графа из бесценной кольчуги. Но возвращаться за ней было уже поздно.

Дождавшись, пока последний из группы пройдет портал, он шагнул следом.

Ареса уже успели достать из брони. Рана была опасная – болт вонзился в лицо рядом с левой ноздрёй, войдя в голову почти на всю длину.

Странно, что он вообще ещё жив.

Вокруг раненого собрались трое спасённых. Видимо, тоже репликанты, ради которых Арес – вернее, Ка-бар, – пожертвовал собой. Максимилиано также сидел рядом, молча глядя в лицо друга.

– Ты как? – спросил тиаматца Стриж.

– Перелом, судя по всему, – ответил тот. – Чёрт с ним. Арес умирает.

Это понимали все, но мириться не хотел никто.

– А если я зайду в портал и попытаюсь долететь с ним на руках до медицинской капсулы? – сама не веря в этот вариант, спросила Миа.

– Даже если мы умудримся отвлечь стражу и вас не изрешетят, всё равно не успеешь, – покачал головой Лёха, обдумывая дикую идею.

Понимая, что, скорее всего, ещё не раз пожалеет об этом, он мысленно спросил:

“Белочка, ты хорошо отобедала?”

“Не то слово”, – с мурлыкающими интонациями сытой кошки ответила демоница.

“Как насчёт заняться размножением?” – поинтересовался Стриж.

“О, всё как я люблю! – умилилась Белочка. – Сперва подрались, теперь трахаться. Но мне кажется, Миа не в настроении”.

“Я не о том. Помнишь, как ты поселила своего отпрыска в безмозглую пустышку? Можешь повторить, но с Аресом? Что с ним произойдёт? Он станет безмозглым одержимым или будет как я?”

“Ты и есть безмозглый одержимый, – хохотнула Белочка. – Зависит от его воли. Будет слишком слаб – моё потомство овладеет телом”.

Лёха бросил взгляд на залитое кровью лицо Ареса с торчащим под глазом оперением болта и принял решение:

– Миа, уведи всех в арсенал. Вооружи. Тут останемся только мы с Максом.

Девушка удивлённо и встревоженно посмотрела на него, но тратить время на расспросы не стала. Коротко приказала пустотникам следовать за собой, ответила на пару вопросов, которые Стриж просто не понял, и вскоре на этаже остались лишь он, Максимилиано и умирающий репликант.

– Приготовься к бою, – посоветовал тиаматцу Лёха. – Я попробую вселить в Ареса симбионта, вроде моего. Если повезёт – он его исцелит. Если не повезёт – он исцелит себя, а Ареса больше не будет. Тогда мы должны будем его убить.

Сглотнув, Максимилиано кивнул, перекрестил репликанта и отошёл, проверив, как ещё двигаются крылья эгиды.

“Какая ирония, – расхохоталась Белочка. – Приблизь лицо к Аресу”.

“Только давай обойдёмся без поцелуев”, – искренне попросил Лёха, склоняясь к раненому так, чтобы самому не напороться на древко арбалетного болта.

“Какой ты душный и не прогрессивный”… – возмутилась демоница.

На этот раз всё было иначе. Сила не плескалась через край, норовя вылиться. Он словно отрывал от себя часть. Трудно, мучительно, нехотя.

Горло перехватило, воздух в лёгких будто загустел и срывался с губ чёрным непроглядным маревом. Оно туманными щупальцами тянулось к лицу умирающего, проникало через рот, ноздри, глаза, уши и даже рану.

Максимилиано тихо молился, но о чём он просил Господа, оставалось загадкой. О спасении души или тела друга? Об успехе или провале дела? Стриж не знал. Он лишь судорожно скрёб пальцами по каменному полу, мечтая о том моменте, когда наконец сможет вдохнуть.

Наконец пытка закончилась и он уткнулся лбом в пол рядом с Аресом. Повреждённые крылья эгиды торчали под неправильным углом, словно укрывая раненого. Хрипло дыша, Лёха приподнялся пытаясь понять, удалось ли задуманное.

Глаза репликанта заволокло тьмой, рука дёрнулась, потянулась к лицу и рывком вытащила болт. Хлынувшую было кровь остановила наросшая поверх раны чёрная чешуя.

– Господь всемогущий, – не веря глазам пробормотал Максимилиано, на всякий случай поудобнее перехватывая чекан.

“Даже не знаю, считать это оскорблением или комплиментом?” – задумчиво пробормотала Белочка, явно довольная собой.

– Дружище, это ты? – не спеша опускать бритвенно-острые крылья спросил тиаматец.

– Вы спасли моих братьев? – хрипло, с рычащими нотками спросил Арес.

Осторожно сев, он хмуро уставился на свои руки. На тех стремительно отрастали мощные когти.

– Да, – коротко ответил Лёха. – Я подселил в тебя симбионта вроде того, что живёт во мне. Не дай ему взять контроль над тобой.

Репликант поморщился и едва заметно тряхнул головой. Оставалось лишь надеяться, что дитя Белочки уже имеет понимание того, как общаться с носителем-человеком и Аресу не придётся повторять то, через что прошёл в своё время Лёха. Не хотелось чтобы демон “сверлил ему мозг” и лишил сознания в столь сложной обстановке.

– Симбионт хочет есть, – сообщил репликант после паузы.

Максимилиано истово перекрестился, не скрывая радости то того, что его друг жив и остался собой.

Стриж облегчённо выдохнул. Всё же потомство Белочки уже обладало частью её знаний и могло без помех общаться с носителем.

– Сперва договорись, чтобы тянуло силу через клинки, вроде моих, – посоветовал он Аресу. – А то попервой может пытаться сожрать жертву целиком.

– Понял, – кивнул репликант и снова хмуро уставился на свои когтистые руки.

Упрямо сжав челюсть, он смотрел на пальцы до тех пор, пока те не пришли в обычный вид. Зато из запястья показался костяной клинок. Такой же, как у Стрижа.

“Я, кстати, теперь тоже не отказалась бы перекусить, – между тем сообщила Белочка. – Ужин был сытным, но мне пришлось делиться. И в буквальном, и в переносном смысле”.

“Я что-нибудь придумаю”, – пообещал Лёха.

– Ка-бар, – вслух спросил он, – это твоё имя? Почему ты не назвал его нам сразу?

Репликант колебался прежде, чем ответить.

– Имена только для братьев. Но теперь вы, если хотите, можете звать меня так.

Глава 5

Дюжина освобождённых пустотников представляла собой весьма разношёрстную компанию. Помимо трёх репликантов удалось освободить и пятерых союзовцев, сражавшихся плечом к плечу с Мией и Максимилиано. Ещё два тиаматца из их батальона, уроженцы планет Гефест, Новый Бейджин и Китеж.

Последний интересовал Лёху больше всего: как он понял из краткого пояснения, там жили потомки русских колонистов. Жаль времени на сторонние расспросы пока не было.

Ещё четверо из спасённых принадлежали другим эпохам. Двое гражданских с Марса двадцать третьего века. Они говорили на эсперанто, так что их легко понимали все, кроме Стрижа и последней пары пустотников.

Судя по тому, как умело те держали в руках копья, они были выходцами из эпохи, когда подобное оружие было в ходу. Понять их не сумел никто, зато почтение, с которым они относились к бойцам в эгидах, подсказывало, что они уже имели дело с эльфийскими рекрутёрами. И, скорее всего, им будет о чём поговорить с Бьорном.

Десять мужчин и две женщины – марсианка и бейджинка. И всех нужно как-то вытаскивать при том, что только одна из эгид в состоянии лететь.

Оставив Максимилиано и Ареса, которого по привычке именовали по-старому, вводить в курс дела земляков, а заодно и остальных, Стриж с Мией отправились обследовать крепость.

Первым делом они наведались в штабную комнату. Оставшаяся с прошлого посещения пара эгид была всё ещё на месте. Отличная новость, если Лёха сумеет зарядить их достаточно для полёта.

Вот только он сомневался, что сил у Белочки хватит. После вынужденного митоза, спасшего жизнь репликанта, демон изрядно проголодался. Его отпрыск, если верить словам Ареса, тоже был не прочь перекусить. В лучшем случае они подзарядят эгиды для активации возможностей экзоскелета и непродолжительного пешего боя.

Но вопрос эвакуации это не решало.

– Что думаешь делать дальше? – несмотря на серьёзность положения, Миа не скрывала улыбки.

Пусть всё пошло не так, как планировали, им всё же удалось вытащить своих. Это ли не победа? Да и доступ, хоть и временный, к ещё одной крепости Древних открывал новые возможности. Не тратя времени попусту девушка собирала в заплечный рюкзак-кокон все найденные пирамидки с записями.

– Для начала как следует осмотрим оружейную, – ответил Лёха, подняв со стола золотую фигурку дракона. – Эгиды нам погнули ударами оружием из эльфийского сплава. По меньшей мере выправить часть вмятин мы сможем им же. Если повезёт – найдём какой-нибудь ремонтный набор, а если очень повезёт – что-то вроде принтера в медицинской капсуле, только заточенного на ремонт. В конце-концов, тут базировалось воинское подразделение. Должны же они были как-то приводить в порядок повреждённое снаряжение.

– Они могли забрать такое оборудование с собой, – поделилась резонными опасениями Миа.

– Могли, – согласился Стриж и, поколебавшись, вернул дракона на место. Если уж забирать что-то, то оружие и записи, а не безделушки. – Тогда обойдёмся подручными средствами. В любом случае, на ходу у нас три эгиды две из которых требуют зарядки. Ещё три условно-боеспособны. Добавь к этому полные наборы брони и оружия Древних на каждого. Внушительная сила, если вдуматься.

На лице Мии читалось сомнение.

– Но не против нескольких сотен бойцов, которые жаждут найти виновных в гибели верхушки клана, – с интересом рассматривая стойку с эгидой произнесла она. – Ещё день-другой и сюда прибудет кто-нибудь из Тигров чтобы лично посмотреть на столь наглый и разрушительный налёт с использованием неизвестных артефактов. А с ним, сам понимаешь, хренова туча обученных гвардейцев.

Всё это Лёха прекрасно понимал и сам, но высказываться подруге не мешал.

– Сидеть тут, пока все не успокоятся и не разъедутся, мы не можем, – продолжала рассуждать она. – У нас нет провианта и отправиться за ними в лес не вариант – новенькие пока не смогут переварить ничего кроме растительной пищи. Лететь за помощью в Поднебесный – такая себе затея, хватило и прошлого раза. Отыскать племя дикарей и выменять у них что-то из арсенала крепости в обмен на еду и всё необходимое для пешего путешествия – тоже сомнительная авантюра. Даже если это удастся – сколько времени мы потратим на пеший переход? А утащить всех по воздуху мы, теоретически, сможем только если все эгиды будут исправны и заряжены.

– И всё это не решает проблему кормления демонов, – напомнил о ещё одном немаловажном факторе Лёха. – Теперь уже двух. В лесу это не вариант.

Во взгляде Мии он прочёл невысказанное сомнение.

– Думаешь, я поступил неправильно? – прямо спросил Стриж.

Эльфийка отрицательно качнула головой:

– Ты нашёл способ спасти соратника в критической ситуации. Просто меня беспокоят последствия.

– Например?

– Вспомни, сколько времени и усилий от тебя потребовало усмирение демона, – напомнила Миа.

“Эй! – тут же возмутилась Белочка. – Никто меня не усмирял! Просто мы научились договариваться и находить компромиссные решения!”

“Угу, – мысленно согласился Лёха. – Жрать не всех подряд, а только тех, кто мешает нам или нашим союзникам. И не целиком, а только магическую силу”.

“Отличный пример демократии в отдельно взятой голове!” – гордо заявила демоница.

“Вот только я – фанат авторитаризма, – напомнил Стриж. – А потому, будь лапочкой, помолчи и дай поговорить”.

Обиженно засопев, Белочка умолкла. А пустотник в очередной раз отметил как ловко его симбионт мимикрировал практически под человека. Чуждая сущность с совершенно иной природой вела себя как обиженная инфантильная девица, невольно усыпляя бдительность. К такой не будешь относиться с излишним опасением, как к спящему внутри чудовищу.

Интересно, кого очень скоро начнёт изображать демон репликанта?

– Но я же справился, – вслух напомнил Лёха. – А сейчас в голове Ареса не чужеродная иномирная тварь, а симбионт, уже понимающий как общаться с носителем и выживать в мире людей.

– И всё же он меняет тебя, – глядя прямо в глаза сказала Миа. – Постепенно, шаг за шагом. Ты сам не раз говорил мне об этом и просил присматривать. А теперь представь, что на твоём месте человек с совершенно иными моральными принципами и понятиями о допустимом. Для репликантов нет большой разницы кто перед ним: военный или гражданский, ребёнок или старик. Они созданы выполнять приказы любой ценой. Рассказывали, что парочка таких чуть не уничтожила подземный город с сотнями тысяч жителей просто ради отвлекающего манёвра. И это без голодного демона в голове.

Воображение у Стрижа было богатое, так что он невольно содрогнулся.

– Что ты предлагаешь? – после продолжительного молчания спросил он у Мии.

Та лишь пожала плечами.

– Вариантов у нас не много, особенно сейчас. За ним нужно внимательно присматривать, но в первую очередь нужно найти способ выбраться отсюда.

– А для этого нам надо починить эгиды. Пошли, посмотрим, что в оружейке есть.

– Пошли, – согласилась Миа.

Оружейная порадовала скромно притулившимся в углу стеллажом с инструментами.