«Клянусь собакой», что это так! Страсти по русским Иванам
- -
- 100%
- +
Другая мысль тоже интересна — бездушные вещи движимы извне. А если нами, живыми существами, управляют внешние силы? Тогда что? «Двигают» нас, например, из одного места работы на другое, которое менее доходно? Или гонят, нас как скот туда, куда мы не хотим… Значит мы уподобляемся бездушным предметам? Шахматные фигурки, однако. Хорошо если партия выигрышная. А, если приходится проигрывать? Какая это несправедливая игра, в которой в любом случае пешек не жалеют! Ни с той, и ни с другой стороны. Главная забота — сохранить королей, чтобы им не поставили мат. Мат мату рознь! Что-то мне захотелось материться. А, ну её, эту игру!.. Что там дальше пишут?
«Рядом с душой уживается разум — направляющий интеллектуальный вектор. Разум не болит. Болит душа. Она «переживает» по поводу совершаемых человеком антигуманных действий и событий. Душа — мать человечности. Это частица Бога, божий свет в темнице тела. «Подобное устремляется к подобному (Платон). Душа вынаруживается с помощью глаз. Малый свет воссоединяется с большим светом на какое-то время. В конце жизни малый свет отлетевшей души сливается с большим светом навсегда, растворяется в нём бесследно».
Иван почесал затылок:
— Круто сказано! У кого это было? А-а-а, у Михаила Шуфутинского! Как там? — «Душа болит, а сердце плачет, а путь земной еще пылит.
А тот, кто любит — слез не прячет, ведь не напрасно душа болит». У него душа болит от любви… К кому-то или к чему-то. Случайно не к родине? А у нас, живущих на родине, душа не болит, а вот сердце действительно часто плачет от несправедливости. У одних, перелётных, земной путь покрывается пылью от быстрого перемещения по миру… А, у других жизненный путь покрывается непролазной грязью или снегом. Ладно, х.. с ними — и с теми, и с этими! При наличии такого славного органа как-нибудь проживут, не забывая плодиться. Душа смотрит на мир через глаза и знает, что нужно делать телу, когда увидит…
Кстати, где эта душа локализуется? Если в сердце, то она одновременно болит и плачет. Если в другом месте, например, в голове, до душа и есть разум. Тоже мне физиологические загадки без отгадок! А вот то, что душа это малая частица бога в человеке — это радует. Что там дальше написано?
«Человеческая душа есть часть мировой души» (Плутарх). «Цель человека — уподобление Богу» (Плутарх). Смерть — разлука с телом и душой».
Брови Ивана превратились в вопросительную дугу:
— Чья разлука? Кто разлучает? Ну, конечно, в конце всех концов душа отлетает… Только почему люди не хотят, чтобы душа вылетала из тела к большому свету, то бишь к Богу? Пугливые безбожники мы все! Радоваться надо, что есть возможность воссоединиться с Богом. Перелетаем, так сказать из одного света в другой. Там, оказывается, есть свой свет. Не зря говорят — «на том свете». То, что «тот свет» хороший, не вызывает сомнений. А мы плачем.
Иван почему-то поспешил закончить чтение и переключился на заключительные фразы:
«Тело есть орудие души, а душа орудие бога» (Плутарх). Слово «материя» родственно слову «мать». Материя порождается и одухотворяется, а также становится разумной. Разум — это логос как единство языка, мысли, действия и вещи».
Иван поразмыслил:
— То, что душа направляет тело, это было понятно из предшествующего текста. То, что душой руководит Бог… Ну, вроде, всё логично… Но зачем же он тогда позволяет людским душам заставлять тело совершать разные непристойные дела и быть мерзкими?
Тут одна проблема всплывает — когда, на каком этапе человеческая материя одухотворяется? С первым вдохом при выходе из маточной темницы или раньше? Как бы то ни было, душа, по-видимому, становится разумной чуть позже, когда маленький человек начинает подгонять себя под условия человеческого бытия, «обобществляться». Ведёт ли разум к гармонии между человеком и окружающим его миром? Похоже, что нет! Вот и этот самый логос у людей разрушается с каждым днём — одно мыслим, а говорим и делаем другое; делаем одно, а получается другое. Вчера строили светлое будущее человечества — коммунизм, хотя изначально не верили, что это получится. Сегодня строим «светлое будущее капитализма» и опять не верим, что из этого выйдет что-то путное. Всё как-то не так. Когда наступит эта гармония? Неужели тогда, когда душа отлетит к Богу?
Иван решил отложить душевные дела и ублажить тело. Он вздохнул и отправился на кухню.
Какой мир, такие и люди!
Иван явился на диспансеризацию ровно по времени. В очереди было всего два человека. Вышла медсестра и весело объявила:
— Завис компьютер! Ждите!
Подошёл лысый мужичок, спросил:
— Я за кем?
Иван поднял руку:
— За мной!
Мужичок положил свой рюкзачок возле двери и стал прогуливаться по узкому коридору. Заработал компьютер. Приём продолжился.
Иван сидел в телефоне. Ждал, когда вызовут. Наконец, дверь кабинета отворилась:
— Заходите двое!
Мужичок бросился вперёд. Иван вошёл вслед за ним и уселся на свободный стул для пациента напротив медсестры. Медсестра потребовала паспорт и дала кучу бумаг для заполнения, где нужно было поставить галочку в нужном месте: «Едите ли Вы сырые овощи по утрам?», «Не пропал ли у Вас аппетит?», «Какого цвета у Вас кал?», и т. п. Заветную графу про мочу, Иван не обнаружил. «Просмотрел, наверное. Ну, да ладно!».
Потом Ивану и мужичку предложили взвеситься. Мужичок добежал до весов первым и начал раздеваться до трусов. Взвесился и радостно сообщил медсестре:
— 76 кило!
Иван раздеваться до трусов не стал, не потому, что вдруг на трусах дырка… А потому, что, вроде как, не обязательно…
Иван присмотрелся к мужичку: «Какой-то странный…».
И как в воду глядел! Мужичок, вернувшись к столу, вдруг громко запел:
— Ямщик, не гони лошадей!
Нам некуда больше спешить!
и т. д.
Медсёстры испуганно перегнулись. Иван подумал: «Шёл в больницу, попал в консерваторию. Диспан_серизация какая-то странная».
Мужичок распелся. По-видимому, решил допеть до конца. Особенно душевно у него прозвучала строчка: «Нам некого больше любить», которую он пропевал, уставившись цепляющимся взглядом на молоденькую медсестру. Та потупилась, то ли от смущения, то ли от страха. Иван подумал в унисон песне: «Надо спешить, пока есть куда… Сейчас он ещё что-нибудь отчудит». Соучаствовать в спектакле не хотелось…
Иван схватил выписанные ему направления на кровь, кал, мочу и поспешил выйти из кабинета.
Сидящие в коридоре пациенты заинтересовались:
— Кто это там так красиво распелся? Что, пьяный что ли?
Иван буркнул:
— Что ли… Что ли… А, вы у него спросите, когда выйдет. Он вам бесплатно арию закатит прямо тут в коридоре!
На душе было отвратно, как-то не по себе. Иван подумал: «Каков мир, таковы и люди! Или наоборот?»
«Значит это кому-то нужно»
В зоопарке при виде волков в клетке малолетний внук Ивана завыл волком. Вой был настолько естественный, что посетители зоопарка притихли и повернули головы в сторону клеток, где сидели волки. Два волка, поджав хвосты, скрылись в глубине своих клеток. Только старый волк не сдвинулся с места. Он был огромный. Глаза его отливали желтизной и излучали злобу, смешанную с глубокой тоской. Матёрый поднял морду вверх и завыл протяжно и хрипло. От этого воя у Ивана забегали мурашки по спине. Внук стоял рядом с Иваном недалеко от клетки и молча смотрел на воющего волка. Глаза внука были какие-то пустые и холодные. Иван попытался взять внука за руку, чтобы отвести его подальше от волчьей клетки. Но внук отдёрнул руку и, сделав шаг в сторону клетки, снова завыл по-волчьи, тонко и натужно.
Стоящая рядом женщина тихо прошептала, подойдя вплотную к Ивану:
— Оттащите его от клетки немедленно… Ребёнок не в себе…
Иван схватил внука, поднял его на руки и побежал к выходу. Внук дрожал всем телом. По телу его катились судорожные волны.
Выбежав из зоопарка, Иван поставил внука на ноги и, как можно спокойнее сказал:
— Никита… Не надо так. Успокойся…
Последняя фраза относилась не только к внуку, но и к нему самому. Иван не на шутку испугался.
До трамвая шли молча. Мальчик перестал дрожать. В трамвае Иван посадил внука у окна и стал объяснять ему, где они едут, читал вслух плакаты на стенах домов, чтобы отвлечь мальчика. За окном был настоящий листопад. Дул ветер, накрапывал дождь…
Когда высаживались на остановке у дома, внук вдруг спросил:
— Деда, а почему этих волков держат в клетках?
Иван не сразу нашёлся:
— Потому что волки хищные и опасные звери… Не пойму, что ты имеешь в виду… Волков поймали и посадили в клетки, чтобы показывать людям.
Мальчик взглянул на Ивана:
— Волк мне сказал, что ему домой надо.
— Ну, понятно… Всем домой надо. Нам, вот, тоже…
Про себя Иван подумал: «Наши квартиры — те же клетки. Только нас туда силой не загоняли». Потом спросил, как бы в шутку:
— Ты говоришь, что волк тебе сказал… Ты что, по-волчьи понимаешь?
— Понимаю! — серьёзно ответил внук.
— А ты-то зачем по-волчьи выл?
— Не знаю! Мне захотелось поговорить с ним.
— И что ты ему сказал на их волчьем языке?
— Я выл. Волки не говорят… Я хотел узнать у волка, почему он грустит.
— Почему ты решил, что он грустит?
— Ну, я увидел… Мне тоже в садике грустно бывает.
— И что ты понял из волчьего воя?
— Ему хочется домой. А дом у него в лесу…
Иван решил сменить тему разговора:
— Фантазируешь ты всё! Напридумывал в три короба!
Внук недовольно выпалил:
— Какие «кόроба»? Я правду тебе рассказал!
Иван решил не поддакивать:
— Так я тебе и поверил! Откуда ты только по-волчьи выть научился?
— Мы в садике мультик смотрели. Там волк на луну выл. Мы потом все завыли. Нам больше этот мультик не показывали… А, в том мультике волк с собакой дружил. Потом снова в лес ушёл…
— Ну, сейчас понятно, откуда это у тебя…
Иван отворил ключом дверь квартиры:
— Ну, вот мы и пришли в свою клетку. По своей воле, так сказать… Это волк не вольный, а мы…
— Что значит «невольный»?
— Это, когда кого-то держат где-нибудь против его воли, вопреки его желанию…
— Меня папа в садик утром отводит тоже против моей воли…
— Ну, что поделаешь — к неволе нужно привыкать.
— Не хочу я в этот садик ходить! Мне утром спать хочется!
— Всем хочется, но надо!
— А волку тоже надо в клетке сидеть?
— Нет! Ему не надо, это нам надо! Хватит уже. Какой ты умный стал. Надо, не надо! Раздевайся, давай! — Волка посадили в клетку, чтобы людям показывать, между прочим…
— Он не хочет!
— Что не хочет?
— Чтобы его показывали.
Иван занервничал:
— Что-ты будешь делать! Что за разговор мы ведём? Людям нужно, значит надо!
Внук загнусавил:
— Я тоже не хочу, чтобы мама меня показывала!
— Кому она тебя показывает?
— Гостям!
— А тебе что, не нравится? Тебя же в клетку для показа не сажают.
Иван раздражённо подумал: «Ну и внучок! Доведёт любого до белого каления! Действительно… И дом, и садик… Весь мир — клетка. И всем что-то нужно. Не жизнь, а нужник какой-то!
Внук наконец разделся. Иван по привычке включил телевизор. Там шла передача о необходимости создания новых жилых комплексов, чтобы удовлетворить запросы нуждающихся в собственной жилплощади. «Цены на жильё, однако, запредельные. Хоть волком вой!». Иван выключил телевизор:
— «Это сколько ж нужно зарабатывать, чтобы купить себе хотя бы двухкомнатную клетку? До сих пор взрослым детям приходится жить вместе с престарелыми родителями».
Через «не буду»
Заболело у бабы плечо. Пошла баба в поликлинику и её отправили в стационар на койку. Подлечили бабу так, что у неё заболело второе плечо. Баба снова к врачу побежала. Так и так. Лечила одно плечо, заболело другое. Сейчас оба плеча болят!
Врач выслушала внимательно и молча выписала бабе новое лекарство. Оказалось — дорогущее лекарство. Баба два дня изучала инструкцию. На третий день вычитала, что это лекарство используется для успокоения буйных сумасшедших — оно проваливает их в беспамятство.
— Не буду я это лекарство принимать! — решила баба и снова побежала к лечащей врачихе:
— Что ты мне выписала? На пей сама! Мне четырёх тысяч за него не жалко. Только пей при мне, сейчас же!
Врачиха завизжала:
— Не буду! — и выбежала из кабинета. Медсестра забилась в угол.
Через минуту в кабинет ввалились санитары и скрутили бабу. Потом разжали ей рот и кинули туда дорогостоящую таблетку из упаковки, которую баба с собой принесла. Заставили запить водой, как положено. Баба провалилась «в бездну». Когда пришла в себя, с трудом узнала свою лечащую врачиху. Та приветливо улыбалась и вообще была очень доброжелательна:
— Всё хорошо! Лечение началось. Завтра примите ещё одну таблетку в это же время. У Вас болит что-нибудь?
— Нет! Ничего не болит. — ответила баба.
— Вот и хорошо! Тогда идите потихонечку домой.
— Спасибо, доктор!
— Не за что!
Врач лукаво улыбнулась и подумала про себя: «До скорого свидания! Дура!»
«Мы рождены, чтоб сказку сделать былью»
Наше поколение было рождено, «чтоб сказку сделать былью». Спрашивается, какую это такую сказку мы должны были превратить в быль? Уж не про Емелю ли дурака, который «по щучьему велению» становится царём? Или, про Иванушку-дурачка, который ничего делать не может, кроме как обманывать других и преуспевать за их счёт?
Наша быль — это наша действительность. Всем ясно, что мы не дотянули её до сказки, в которой текут молочные реки в кисельных берегах. И все наши воспеваемые желания — чистой воды обломовщина! Сказка — это небылица. Иными словами, что-то выдуманное, нереальное, несбыточное. Как например, идея коммунизма, которой мы переболели в своё время. К. Маркс, когда писал свои труды о коммунизме, уточнял, что речь идёт о призраке, ср. «Призрак бродит по Европе, призрак коммунизма!». Как у нас ума-то хватило превращать призрак в реальность! Ради этой призрачной идеи развалили Россию «до основанья». А потом, как поётся в песне, построили «наш новый мир», в котором, «кто был никем», к сожалению, не стал «всем», как планировалось. Крестьянам землю не дали (а сегодня землю и нéкому давать — крестьян нет!). Фабрики и заводы так и не перешли в собственность рабочих! Потомки Иванушки-дурачка, пришедшие к власти, облапошили народ. Раньше работали на помещиков и капиталистов, потом стали вкалывать на государство — ходили на предприятия «отрабатывать трудовую повинность», чтобы заработать себе на жизнь и прокормить семью.
А что мы имеем сегодня, в которое мы вступили совсем не по-ленински, сделав «два шага назад»? — Мы снова сказку превращаем в быль! Только в большинстве своём не для себя, а для других — более хитрых, не очень умных, но изворотливых. Что удивительно — многие продолжают верить в сказку о том, что мы работаем «на себя». Если кто-то работает в частном предприятии, он работает не на себя, а на того дядю, который в любое время может его уволить (= выгнать на вольные хлеба). Что значит «работать на себя», если я работаю на государство и отношусь к так называемым бюджетникам, которые до сих пор считаются «нахлебниками» у государства, особенно если они не производят материальных ценностей?
Может возникнуть вопрос: «А, что наши элитные бизнесмены или олигархи — разве они не работают?». — Нет, не работают! На них работает система, в которую они когда-то удачно вписались, отхватив от госпирога большой и лакомый кусок. Имущие — это «работодатели» (официальный термин в трудовом законодательстве). Неимущие — это работоискатели и работоисполнители (официальный термин для них ещё не придумали).
— Малыш! Скажи, для чего мы рождены? — спросил усталый отец своего малолетнего сына, которого он видел только по воскресеньям.
— Мы рождены, чтобы хвостом вилять и команды выполнять!
— Откуда ты это взял? — спросил удивлённый отец.
— Из мультика!
«Смело, товарищи, в ногу!»
(интерпретация песни с позиций современности)
Иван случайно наткнулся в интернете на текст песни, которую он пел в хоре со сцены, будучи школьником, в далёкое советское время — «Смело, товарищи, в ногу!». Прочитав текст, Иван с высоты своих преклонных лет пришёл к выводу, что он пел тогда этот революционный марш, как говорят, «на автомате», не понимая или недопонимая смысл многих слов и выражений.
Известно, что любой поэтический текст, написанный каким-то автором в прошлом, живёт своей жизнью и интерпретируется разными поколениями по-разному. Старый текст может приобретать в новое время совершенно иные смыслы, о которых автор этого текста и не догадывался. Всё зависит не только от социально-исторических условий, в которых этот текст используется, но и от конкретных коммуникативных ситуаций.
Как парадоксально звучит сегодня, к примеру, такая строка из этого стихотворного текста «Вышли мы все из народа». Традиционно понималось, что действующие лица того времени, революционеры, имели рабоче-крестьянское происхождение. А сегодня? Кто имеет сегодня такое происхождение? Крестьян в подлинном смысле, как таковых, уже давно не существует. Природа рабочих также поменялась. Даже слово «трудящиеся» перестало использоваться с начала конвертации социализма в капитализм. Обращение «товарищи» звучит комично. Возрождённое обращение «господа» приемлемо не для всего народа. Неверно называть «народом» всех граждан страны. Вряд ли к народу можно причислять крупных бизнесменов и олигархов, живущих в роскошных виллах с многочисленной прислугой. Возможно, к «народу» можно отнести только тех, кто живёт в «хрущёвках». Однако хитрые чиновники, делая расчёты по доходам на душу населения, включают в список всех — богатых и супербогатых. Получается, что средняя зарплата наших граждан в некоторых городах доходит до ста и более тысяч в месяц. Хочется спросить: «Народ получал когда-нибудь такие деньги?». На бумаге — благоденствие. На деле — от зарплаты до зарплаты.
Взять хотя бы народных избранников — депутатов? К какому сословию они относятся?
Иван снова вспомнил строчку из песни «вышли мы все из народа». В голову пришла шальная мысль. — Что если обязать наших депутатов пропевать эту строку перед началом каждого заседания, чтобы они не забывали, кто они такие? Ан, нет! Одежды предков никто даже примерять не будет, не то что носить! И петь откажутся. Или будут петь «со слезами на глазах» от внутреннего смеха, сотрясающего наливное депутатское тело. Все избранники прекрасно понимают, что на самом деле «выйти из народа» сегодня для них означает «покинуть социальную группу, которую называют народом». Они отреклись от народа сразу же после избрания. Здесь, как никогда, актуальна фраза В.И.Ленина «Страшно далеки они от народа!». Правда, вождь Октябрьской революции говорил это о декабристах — просвещённых людях, которые стремились жить по западным меркам. Хотели либерализовать Россию и полностью её офранцузить и онемечить.
Далее по песенному тексту следуют такие строки — «В царство свободы дорогу грудью проложим себе». Кто-то пробивает дорогу к свободе грудью, а кто-то языком. И те, и другие стремятся заполучить материальные блага. Первые «экспроприируют», т.е. попросту отбирают чужое богатство и присваивают его себе. Вторые богатеют на государственном обеспечении, на высоких зарплатах, на лоббировании интересов денежных мешков. Для видимости говорят, что они заботятся о народе. На первых порах воюют с госчиновниками, чтобы вернуть народу, часть благ, положенных ему по закону. Этакая игра в справедливость!
Первые пели — «Долго в цепях нас держали, долго нас голод томил». Вторые носят на шее золотые цепочки как символ достатка, и голод их не томит. Вроде бы не голодают и те, кто живёт ниже прожиточного минимума. Большинству хватает денег на булку с маслом. И на том спасибо! Если не хватает денег на сливочное масло, можно купить спред. Некоторые слои населения могут позволить себе даже красную икру и намазать её на маленький бутерброд. А хлеба в продуктовых магазинах полно всякого, и дрожжевого, и недрожжевого. Ешь — не хочу!
«Чёрные дни миновали» для кого? Для тех, кто выбился из грязи в князи? А для тех, кто не сумел выйти из народа и покинуть это сословие, пусть не чёрные, а серые дни продолжаются — нужно каждый день ходить на низкооплачиваемую, нелюбимую работу. Работают рабы, а мы, «дети семьи трудовой», вкалываем. Все понимают, что слова «труд» и «трудно» — родственные слова.
Сегодня дети пламенных революционеров, «водрузивших красное знамя труда над землёю», живут богато и почём зря оскверняют память своих предков.
У бедных и богатых «шагать в ногу» что-то не очень получается. Неужели когда-то назреет революционная ситуация?
Так размышлял Иван, анализируя патетические тексты старых песен.
Как всегда, в мыслях он чувствовал себя абсолютно свободным. Главное — не следует эти мысли озвучивать. Зачем искать приключения на собственную «пятую точку»?
Без заглавия
В одном революционном гимне поётся:
«Добьёмся мы освобождения своею собственной рукой!»
Сейчас понятно, почему полного освобождения не произошло. Мы не добились желаемого по причине однорукого подхода к делу! Надо было бороться за это дело двумя руками! Кто-то делает что-то, «спустя рукава». Это ещё можно понять. А тут — одной рукой. Видано ли такое? Одной рукой и гульфик на брюках с первого раза не застегнёшь… Не то что… Актуальная тема, однако…
Напрашивается вопрос, почему не была задействована вторая рука?
К тому же, довольно странно звучит сочетание «собственной рукой». Может быть, свою вторую руку мы не использовали, потому что рассчитывали на чью-то не свою руку? Понадеялись на помощь наёмных рук? Неужели не понятно, что любое деяние, если оно наёмное, то обязательно с буквой «б» вместо «м»? Не надёжное, значит. Говоря словами известного всем генсека — без «знака качества». Наёмным «помощникам» нужны деньги. А платить уже нечем. Не рассчитали… А, раз их не рассчитали, они и не очень хотят, и не стараются. Махнули рукой и «айда на родину». Своих не хватает… — ни рук, ни людей… А друзья-соседи отсиживаются. Дружбу закрепляют языком: «Ля-ля-ля! Тра-ля-ля!».
Мораль такова — взялся за дело, делай его двумя руками! Своими собственными руками! Чужими руками жар загребать нам как-то исторически несподручно. У нас это не получается.
Итак, всё делаем «одной рукой», как завещали нам революционные предки.
Делать какие-то далеко идущие выводы небезопасно. Поэтому сделаем «близко идущие» выводы. Свернём, так сказать, на всем понятный физиологический трек. Простите! — За иностранные слова собираются штрафовать с первого числа! Я подразумевал русское слово «путь».
Господа-товарищи, «дорогие россияне»! ПРИРОДА ЧЕЛОВЕКА ОТКЛЮЧАЕТ НЕЗАДЕЙСТВОВАННЫЕ ЧАСТИ ТЕЛА. Сначала «отключится» неиспользованная рука. Потом ещё что-то… Напоследок может отключится и голова, если человек перестанет думать, прежде чем что-то делать. Организм бдит: «Не хочешь головой работать? Ради бога! Мне легче. — Отключаю!»