Новая Иваниана

© А. И. Фефилов, 2025

ISBN 978-5-0067-7745-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ФЕВРАЛЬСКИЕ ТЕЗИСЫ ИВАНА

(АРХИВАЖНО!)

1.Увеличить стоимость легковых автомобилей во избежание пробок на дорогах.

2.Сократить количество праздничных, каникулярных и отпускных дней, чтобы люди узнавали начальство в лицо. (Примечание: Тех, кто будет выступать против данного постановления, отправлять на годичную стажировку в Японию).

3.Запретить пенсионерам заниматься сексом, чтобы уменьшить нагрузку на пенсионный фонд. (Пояснение: Любой застой уменьшает продолжительность жизни).

4.Ввести дополнительный налог на жилищную роскошь. Всё, что выше пяти квадратных метров на человека подлежит налогообложению.

5. Установить отцовский капитал, эквивалентный материнскому. Это поднимет уровень рождаемости в стране в разы.

6. Всячески укреплять институт семьи! В этой связи следует отменить алименты на детей с мужчин и соразмерно увеличить выплаты матерям-одиночкам. (Пояснение: Выгнанный из семьи мужчина быстро обзаведётся новой семьёй. Всё это в совокупности будет способствовать увеличению народонаселения).

7.Ввести налог и штрафы на загрязнённый воздух. Люди будут стремится не отравлять атмосферу «выхлопными газами» в общественном транспорте и в лифтах.

7.1.Установить во всех общественных местах и в частных квартирах СМРАДОсчётчики для измерения уровня чистоты воздуха и соответствующих отчислений в Экологический Фонд.

8.Построить сеть БЕСПЛАТных ЧАПКОВ, чтобы очистить население от алкоголиков. (Пояснение: Когда БЕС ПЛАТИТ, люди долго не выдерживают и прекращают пить естественным образом, обращая душу к Богу).

9.Во всех средних учебных заведениях страны ввести плату (в пользу учителей) не за получение знаний, а за их отсутствие. Не знаешь – плати! Не умеешь читать – плати!

9.1. За нарушение дисциплины учащимися карать их рублём! В дневниках проставлять не оценки, а сумму штрафов, погашать которые родители обязаны в конце учебной недели.

10.Вузы страны перевести на самостоятельное обучение. Преподавателям оплачивать консультационные часы в течении дня, независимо от заполняемости аудитории. Экзамены и зачёты заменить собеседованием по каждой дисциплине. (Примечание: Предварительно провести собеседование с преподавателями. Не прошедших собеседование уволить! Оставшимся повысить в десять раз зарплату за счёт внебюджетных средств).

ДЫШЛО

Иван долго размазывал небольшой кусочек масла на широкий и длинный ломоть хлеба. Размазать равномерно не получилось.

Иван взглянул на жену – та с аппетитом уминала ломтик хлеба, на котором возвышалась толстая горка масла.

Иван возмутился:

– Ты с маслом себе не переборщила?

Жена вытаращила на Ивана глаза:

– Ты, что думаешь – я тебя обделила? Я отрезала тебе такой же кубик масла, как и себе. Просто у меня ломтик хлеба маленький.

Иван разозлился больше на себя, чем на жену:

– Ты бы ещё кубики эти ниткой разрезáла, как в армии!

Иван вспомнил свою службу в армии и солдатскую столовку. Сержант Корейко всегда сидел во главе стола и честно раздавал кубики масла солдатам своего взвода. Каждому по одному. С общей тарелки. Кубики масла были все одинаковые. Ну, почти одинаковые… Себе сержант оставлял самый большой кубик – обычно это были два склеенных. Иногда он намазывал себе на хлеб все оставшиеся в тарелке кубики. Это были «лишние» кусочки масла, или «неучтёнка». Не могли же знать работники солдатской столовой, обычно жёны прапорщиков, что кто-то из взвода находился в карауле, а кто-то, счастливый, отправился с температурой в лазарет «на отдых» на недельку, а если повезёт – на полторы.

Иван подумал:

«Вот она правда жизни! Сейчас понятно, почему в маленькой Дании или в соседней Финляндии, которую профукали после революции семнадцатого года, люди живут намного лучше, чем в нашей великой стране. – Мы наше масло размазываем по всей территории от Калининграда до Сахалина. А этим западным карликовым государствам и размазывать-то нѐ по чему. Вот они масло-то и накладывают, как в том анекдоте… Так что же тогда получаются – они переедают, потому что их меньше, а мы недоедаем, потому что нас больше.

Иван вздохнул:

– Да… Как трудно руководить такой большой страной!

В голове Ивана крутился всё тот же назойливый одесский анекдот:

/Йозеф говорит своему гостю Абраму:

– Абрам, ты масло-то намазывай!

– А я намазываю!..

– Нет! Ты не намазываешь, ты накладываешь!\

Иван пытался успокоить себя: «Не в масле счастье! За то они друг другу в форточки плюют. Дома впритирку друг к другу стоят. А я вот плюну или высморкаюсь с балкона, никто из прохожих и не заметит. Кроме соседа, который живёт этажом ниже. Ему нечего делать, он нальёт себе глаза, сидит на балконе курит и зырит направо-налево, вверх-вниз. Наблюдает, кто чего делает.

– Не-е-т, – подумал Иван, – пора кардинально решать жилищную проблему в нашей стране. Хватит ютится в пчелиных ячейках! Тем более вон правительство гектары почти бесплатно раздаёт.

Иван обратился к супруге:

– Давай гектар приобретём!

Та опешила:

– Какой гектар?

– Ну, правительство землю народу почти бесплатно раздаёт. Рекламу по радио слышал. Впервые за сто лет реализуется Ленинский призыв: «Землю крестьянам!»…

Супруга расхохоталась:

– «Почти бесплатно», говоришь? А где ты, крестьянин грёбаный, 100 тысяч за землю-то найдёшь?

Иван занервничал:

– Так что же получается? Земля опять к богатым перейдёт?

Супруга заворчала:

– Перейдёт-перейдёт… Перешла уж! Очнулся!..

Жена гремела посудой и продолжала выговаривать:

– Да пущай берут! Нам и этого хватит!

Она обвела рукой пространство – маленькую кухоньку и небольшую комнатку, которую почему-то назвали залом.

Иван не унимался:

– Ты что предлагаешь? Опять на этих богатых горбатиться? Когда на себя-то будем…

Жена язвительно хихикнула:

– Что? На себя «горбатиться»? Да ты уж отгорбатился на себя-то, еще при Горбачёве! Вон какие хоромы себе нажил. И то не твои. От отца достались. Царство ему небесное!

Иван с шумом встал из-за стола, не дожевав ломоть хлеба с тонко размазанным маслом.

– Да что ты будешь делать! Как ни крути, всё не так! Закон что дышло – куда не хочешь, туда и вышло!

Иван включил радио, прислушался. Глаза Ивана постепенно скосились и медленно полезли вверх – вся страна скорбила – какая-то проводница поезда выбросила кота Твикса из вагона, и тот погиб; в Думе ставился вопрос о защите животных; проводницу отдают под суд; правительство выразило глубокие соболезнования хозяину кота.

Иван заорал, как помешанный:

– Господи! За что?

ЗНАКИ

Иван посетил лекцию одного университетского учёного. Тот говорил убедительно и образно. Сначала лектор показал картинку, на которой был нарисован стол.

– Что вы видите?

– Стол!

– Нет! Вы видите изображение стола!

– Мы воспринимаем часто изображаемое за действительность.

– Мы видим знак, символ.

Чем он отличается от реального предмета?

– Знак представляет предмет неполно, выборочно.

– Он представляет идею предмета, а не сам предмет.

……………………………..

Иван пришёл домой и заявил своей супруге:

– А знаешь ли ты, что ты не человек, а знак? Я вот всё думаю, ты знак чего?..

Супруга посмотрела на Ивана не очень ласково, с недоверием и сказала:

– Совсем рехнулся. Говорила тебе, не ходи ты на эту интеллигентскую лекцию, не дозволяй запудривать свои пролетарские мозги…

Иван не реагировал на колкие высказывания супруги и продолжал развивать свою интеллектуальную мысль:

– Я так думаю… Ты всего лишь внешнее проявление своего хитрого ума? Мы с тобой живём уже пятьдесят лет вместе, и я всё никак понять не могу, что ты за человек. Говоришь одно, а делаешь другое. Вчера я просил тебя зажарить мне картошку, а ты зажарила мне яичницу. Чем ты руководствовалась?

Супруга решила подыграть Ивану:

– А какая разница? Картофель круглый и яйцо тоже круглое.

Иван не стал реагировать на женский юмор:

– Вот, я о чём и говорю! Ты выдаёшь какую-то сторону знака за весь предмет. Мало ли что они круглые! Надо не на форму, а внутрь на содержание смотреть! Тогда увидишь, что там.

Жену прорвало:

– А что я могу знать, что в твоей башке находится?

Иван возмутился:

– Что ты опять выворачиваешься, как змея? В моей голове, известно что, – мозг! Недавно на МРТ ходил… Всё видно, как на ладони… Всё, как есть…

Жена не унималась:

– А ум твой там видно было? Есть он? Что врач сказал?

– Ты дура что ли? Как можно увидеть ум на рентгеновском аппарате?

Жена победно взглянула на Ивана:

– Раз не видно, значит нет ума-то!

Иван проглотил слюну обиды, но не сдавался:

– Вот таким макаром и все тебе подобные избиратели думают! Идут на избирательный участок… Что видят? – Портреты кандидатов в депутаты. Вот за этого проголосую, он вроде покрасивее смотрится. За символы, за портреты голосуют, не за людей!

Супруга возразила:

– Там, вроде, не одни портреты. Написано под каждым портретом, кто, какую предвыборную программу предлагает…

– Написать можно всё, бумага не краснеет… Вся деятельность только на бумаге, да в отчётах. Мелким шрифтом… Что, я не знаю, что ли? И даже то, что написано – это тоже знаки. Профессор сказал, что знаки не соответствуют действительному положению дел…

– Да что ты заладил – знаки да знаки. Вон в Америке, в этих соединённых штатах, не думают ни о каких знаках. Идут и голосуют… Даже по почте голосуют… Да что там по почте! – «Мертвецы» голосуют…

– Ой, понаслушалась ты иноагентов! В Штатах не успевают людей из списков вычеркивать. Люди у них мрут, как мухи.

Вдруг Иван дико захохотал:

– Разве можно мертвецов допускать до избирательных участков? От них же тлетворный запах исходит. Вот поэтому и по почте голосуют. Уравняли живых с мёртвыми. Это называется у них демократией. За Байдена проголосовало большинство мертвецов. Вот поэтому Байден, когда заканчивает выступление, разговаривает с «мёртвыми душами». Поворачивается… Протягивает им руку… Он благодарит их за поддержку.

Жена хмуро отреагировала:

– Что ты, как дикторы нашего телевидения, потешаешься над старым, немощным человеком? Мне вообще Байдена жалко. Они его менеджером называют. Президент с удавкой на шее…

– Ну, я это так… Просто шучу. Под влиянием, наверное… У нас сегодня в основном про Америку вещают. Как у них там всё плохо… Мы о них больше знаем, чем о себе.

Супруга тоже взгрустнула:

– А что ты о себе-то узнать хочешь? Ты же сам говоришь, что кроме знаков ничего у нас больше нет.

– Профессор говорил ещё, что знаки всего лишь замещают. Это их главное предназначение. Правильно сказал. Когда я работал, помню, что наш начальник никогда своим заместителям не доверял…

Супруга Ивана улыбнулась:

– Знак ты мой знак. Не бери в голову! Пойдём-ка, лучше чайку попьём!

ЧИПАНУЛСЯ

Иван вышел на лестничную площадку пообщаться с соседом. Закурил и сразу перешёл на серьёзную тему:

– Чтой-то мы так медленно продвигаемся, не как бы хотелось?

– О чём это ты, Иван?

– О чём, о чём… Как будто не знаешь…

– А, ты о чипах… Так бы и сказал, – протянул сосед. Чипов не хватает, вот в чём вся загвоздка. Поэтому медленно…

– Каких ещё чипов? В голове что ли?

– И в голове тоже. Но в основном (сосед оглянулся и продолжил полушёпотом) – в основном в ракетной промышленности. Их делают сейчас корейцы… Рынок захватили. Одним глазом туда, другим – сюда. А мы под санкциями. Вот…

Иван возмутился:

– А мы раньше-то куда смотрели? Кто-то ведь отвечал за эти грёбаные чипы? Этого ответственного товарища надо было повесить…

– Да и так повесили…

– Да ну?!

– На доску почёта… Говорят, сейчас он отвечает, по секрету скажу, за чистоту русского языка…

– Как это?

– Ну, за то, чтобы не вякали, лишнее не говорили.

Иван продолжал кипеть:

– Как только такое допустили? Уму не постижимо! В наши ракеты вживлять вражьи чипы.

Чипы, Иван, сегодня всюду вживлены. Даже в твой холодильник…

– Что ты говоришь! – Иван бросил окурок в баночку и пошёл к себе.

……………………………

К вечеру Иван разобрал старый холодильник по частям. Искал чип.

Жена бегала вокруг и кудахтала, как курица:

– Что ты, дурак, наделал? Что ты наделал?.. Холодильник был ещё совсем новый. Рехнулся совсем. Кому твоя… эта… как её… ЧИПА нужна?

Иван делал своё дело и кричал:

– Дура ты! Не чипа, а чип. Нужен! Стране моей нужен! Я в интернете посмотрел. ЧИПА – это печёные булочки из хрущёвской кукурузы, а ЧИП – это такая тонкая пластинка, обломок такой. Ещё чипы называют ОСКОЛКАМИ. Вражье английское название такое. Вот, наверное, этот… Будь он не ладен, палец порезал!

Жена обозлилась:

– Ты сам дурак. Вон у тебя этих осколков… По всей кухне раскиданы… Кто их у тебя примет? На свалку понесёшь?

– Страна нуждается в чипах! Примут – никуда не денутся! Это будет мой посильный вклад… Понимаешь? – СКОЛКОВО с задачей не справилось. Скололись, сволочи! Надо поддержать отечественное производство…

В глазах Ивана скопились слёзы обиды, и он сдерживался из последних сил.

КАК ВСЕГДА

Иван проснулся поздним утром. Настроение было, как всегда, приподнятое. Но не на столько, чтобы безудержно радоваться. В ушах стоял обычный звон, сквозь который прорывались знакомые мелодии забытых советских песен. Иван пытался вспомнить слова этих песен, но на память приходили только отрывки, обычно начальные фразы. Концовки песен Иван додумывал сам:

– Утро начинается… с таблеток.

– Утро красит …серым цветом.

– Летят перелётные… галки.

Да. Галки по утрам, просыпаясь, слетают с высоких деревьев и летят в сторону городской свалки кормиться. Там тепло и пища для галочьих желудков вполне подходящая. А почему же они тогда по вечерам в город возвращаются? Создаётся впечатление, что они обратно прилетают, чтобы устроить гвалт перед тем как найти место на высоких деревьях и поср_ть, или, выражаясь литературно, – опорожнить свои кишечники на людей, проходящих внизу под деревьями. Вредные птицы! А как их много!

Ивану снова приходили на ум строчки из разных революционных песен:

– Вихри враждебные веют над нами, Темные силы нас злобно гнетут…

……………………………………………………………

– Тучи над городом встали, в воздухе пахнет грозой…

…………………………………………….

За счастье народное бьются отряды рабочих бойцов.

Иван подошёл к окну. Посмотрел вверх и подумал:

– «Тучи тучам рознь!»

Потом посмотрел вниз и убедился:

– «Дороги от снега, как всегда, не очищены. Ох уж эти олигархи! Склонились над «дорожными картами», головы не подымают. Народ молчаливо преодолевает препятствия. Бόтают ножками по колено в снегу.

Ленивые мы… Вон на диком Западе, чуть что, фермеры сразу на трактора садятся и навозом улицы заваливают, чтобы снег быстрее таял и людям теплее было. И ходить удобнее… Во всяком случае дорога не скользкая. А мы всё ждём, когда снег сам по себе растает или кто-то за нас разгребёт. Работать со снегом значительно чище, чем с навозом. Пачкаться в навозе нам как-то не очень хочется. В историческом плане навозу много было. Хватит с нас!

Иван вспомнил – когда он служил в армии в советской группе войск на территории тогдашней Германской Демократической Республики один немецкий солдат на дружеской встрече за столом спросил: «Наши отцы, наверное, воевали друг против друга?» – Потом добавил: «Мой фатер сейчас живёт на селе в двухэтажном доме». Иван почему-то обозлился, и у него чуть не вырвалось с языка: «А мой в развалюхе живёт. Не может новый дом справить, денег не хватает. Всё в говне копается. Навоз на колхозные поля развозит!». Однако Иван сдержался и промолчал. Не стал омрачать советско-германскую дружбу.

Вот и сейчас наши либералы размазывают соплю по лицу народа:

– «Европейские фермеры в едином порыве поддерживают Россию. Вот она солидарность!»

Иван зло сплюнул и громко передразнил:

– Солидарность-солидарность! Кажется, это слово «дружественные» поляки придумали, когда призывали развалить социалистический лагерь. Нет на такую навозную солидарность надежды нет никакой. Кинут фермерам кусок. Они навоз сами уберут. И всё снова встанет на свои места. Будут подтявкивать своему правительству и приговаривать: «Орднунг ист орднунг!»

Иван принял таблетки, которые ему прописал врач для повышения иммунитета. Врач на полном серьёзе утверждал, что в основе этих таблеток лежит белок под названием «пропердин». Иван сначала удивился. Хотел возразить: «У меня с этим делом вроде всё нормально. Мне бы что-нибудь для головы», но не стал дискутировать с медицинским светилом. Только подумал:

– Раз для кишечника полезно, буду принимать… Пусть шоколад для ума едят коллективные западники. Каждому своё!

Настроение Ивана улучшилось, и он снова занялся песенным искусством:

– Нам песни жизнь доживать помогают…

– Опять метель… Какая канитель!

– Ничего не вижу, ничего не слышу…

ЧАЙ-ВАНЬ

Иван наткнулся в инете на одну заметку. Там сообщалось о том, что китайцы пьют чистую воду вместо чая. Иван задумался:

– И что же это получается? Мы пьём ихний чай. У нас после него жёлтый налёт на зубах, камни в почках… Это же прямое обогащение наших стоматологов и урологов!

Чай – родина Поднебесной. Главное оружие против мирового человечества. А медицина – официальная агентура мирового империализма.

Что будет, если народ прекратит пить иноземный чай? – Да здоровее все будут! Жёлтый цвет спадёт с лица. Щёки покроются румянцем.

Конечно, пострадают поставщики. А медики придумают какое-нибудь «импортозамещение» в виде таблеток или порошка.

Дьяволиада какая-то! Хотят, чтобы люди до заслуженной старости не доживали. Пенсионный фонд не справляется…

Куда профсоюзы смотрят? – Иван почесал голову, но никак не мог вспомнить, кто в стране профсоюзами руководит. Вспомнил только – когда работал, у него отчисляли из зарплаты немалые суммы в фонд профсоюза. На пропитание «союза профессионалов», так сказать… Только один раз в жизни, перед самым выходом на пенсию, Ивану удалось выпросить за полцены профсоюзную путёвку в местный санаторий. На второй день пребывания в этом оздоровительном учреждении Иван понял, что санаторий следовало бы назвать здравницей имени Чан Кайши. Дело в том, что Ивану предложили чайную терапию, после которой его глаза сузились, а душа чуть не отлетела в Поднебесную.

После отдыха в оздоровительном санатории Иван едва оклемался и вскоре перешёл на узколистный кипрей, то бишь на русский ИВАН-ЧАЙ. Всего 2 тыс.340 рублей за фунт при месячной пенсии около 15 тыс. рублей!

ОДИНАКОВЫЕ

Иван встретил на улице своего одноклассника. Когда-то Иван сидел с ним за одной партой. Одноклассник был отличником и давал списывать, «не жидился».

Заглянули в кафушку, вспомнили разные смешные случаи из школьной жизни, которые запечатлелись в памяти. Потом перешли на серьёзные темы. Иван в основном спрашивал, а школьный друг ему отвечал. Иван умел слушать и считал, что нужно больше слушать, чем говорить. Тем более его однокашник достиг в своей жизни таких профессиональных высот, что и послушать его незазорно.

Иван отпил пива из кружки. Пиво было импортное, отменное.

– Вот, скажи мне Василий, чем эти «западники» от нас, от «восточников» отличаются, кроме того, что они всегда лучше нас жили и живут?

– Они рациональные люди, а мы – совестливые по менталитету. Они руководствуются в большинстве своём принципами рассудительности, целесообразности, необходимости.

Как-то я спросил одного знакомого немецкого пастора, верит ли он в Бога. И знаешь, что он мне ответил? Он сказал, что не надо смешивать кислое с пресным. «Я служитель церкви. Это моя работа!»

– Не верит в Бога и проповедует веру в него?

– Ну, он прямо не сказал, что не верит. Но догадаться не трудно. Можно было и не обременять его и себя этим вопросом.

Иван заметил:

– У нас ведь ситуация почти такая же. Многие ходят на работу, в которой не видят смысла или которая им не по душе… Человек привыкает ко всему. Работаем, чтобы прокормиться. Кто-то бумаги перекладывает целый день, кто-то разрабатывает бесплодные проекты.

– Вот тут-то и зарыта собака! Ты сказал – «не нравится», «бесплодные». Значит, тебя, как «восточника» это мучает и совесть тебя не оставляет в покое. А у западников совести нет!

– Как это нет? Что же тогда наши политики призывают западников к совести…

– А вот так. У них отсутствует понятие «совесть»! Они не мучаются, не переживают. Надо, значит надо. И если даже результаты их деятельности приносят страдания другим, их это не волнует.

Они не осуждают друг друга в безнравственной деятельности. Не дают отрицательных оценок. «У нас же работа такая!». Именно при таком менталитете к власти легко приходят нацисты. История это уже подтвердила. А современная ситуация изобилует такими пословицами: «Бизнес есть бизнес», «Деньги не пахнут».

– У нас несовестливых людей тоже много, хоть отбавляй. Слышал я однажды в очереди, как возмущались бабки, что продавец дорого продаёт помидоры. Кричат: «Совесть совсем потерял?». А тот спокойно отвечает: «Потерял, с тех пор как торговать стал».

Одноклассник Василий покачал головой:

– Согласен… Мы тоже к этому идём. Говорим то, что принято говорить в унисон, хотя так не думаем. Думаем одно, но делаем другое. Делаем то, что от нас требуют, хотя иногда мы с этим не согласны. Мысли расходятся с делом…

Иван добавил:

– Хуже, когда делаем одно, а получается другое…

– А я боюсь, что люди перестанут думать вообще… Все наши действия доводятся до автоматизма. Всеобщая и поголовная социальная роботизация. У нас нет ничего своего. Всё чужое. Мы совершаем одни и те же поступки, которые кто-то когда-то уже совершал. Мы говорим то, что уже давно сказано другими. Единообразие ведёт нас к стадности.

– Отклонение от нормы, от общепринятого наказуемо.

– Ну вот! Славно поговорили!

Иван попрощался с одноклассником и пошёл домой.

Западное пиво неприятно отрыгивалось. По дороге ехали одинаковые машины, мимо одинаковых домов. По прохожей части шли люди в одинаковых одеждах…

ЧЁРНАЯ ИКРА

На Новый год Иван купил на все оставшиеся деньги литровую банку черной икры. Хотел сделать жене приятное. Икра оказалась поддельной, и жена долго и больно мутузила его скалкой. Ивана душили слезы обиды за причиненный ему обман, и он добровольно подставлял жене самые болезненные места своего тела. После физической экзекуции душевная боль отлегла. Иван успокоился. По крайней мере, он в первый раз в жизни увидел, как выглядит черная икра, пусть и не настоящая, и прочувствовал на собственной шкуре как дорого она достается простому человеку.

«НАДО ТОЛЬКО ВЫУЧИТЬСЯ ЖДАТЬ…»

Иван встал в очередь за пирожками в киоск недалеко от остановки. Зима была в самом разгаре. Ярко светило солнце. Щёки холодил морозный ветерок. Настроение было отличное.

Впереди Ивана стояла всего одна покупательница – женщина почти одного возраста с Иваном. Сначала она выспросила у продавщицы, какие пирожки имеются в продаже. Потом поинтересовалась ценами. Уточнила также, из какой пекарни эти пирожки привезли и, почему они выглядят неаппетитно, вроде, как перемёрзшие.