Хроники Астера. Трилогия

Пролог

На горизонте показался красный москвич. Он еле ехал. Остановится?

Я поднял руку большим пальцем вверх, когда расстояние между нами сократилось до пятидесяти метров, и стал терпеливо ждать.

Тридцать. Москвич сбавил скорость.

Десять. Старик за рулём уставился на меня. Мотор взревел. Я успел отскочить в сторону – развалюха пронеслась прямо перед носом.

– Ещё один, – прошептал я, смотря москвичу вслед.

Я не держал зла на старика. Не он первый, не он последний, кто не решился подобрать меня. Ещё непонятно, как бы поступил я на месте водителей.

Что их пугало? Уверен, не грязь на уставшем лице. Их пугала кровь на рваной одежде. И, вероятно, длинный свёрток в правой руке. Это был серый кафтан. Из-под его складок выглядывала рукоять меча.

Думаете, я убийца? Вам достаточно увидеть кровь, чтобы причислить человека к злодеям? Значит, вы бы тоже не остановились.

Глава 1. Тутум

Разверзлись небеса, и прибыл он, дабы помешать злу покорить Тутум, дабы отыскать браслет Власти…

Хроники Астера

Я выглянул в окно и усмехнулся. Обещали дождь, а на небе ни облачка. Нет, я не жалуюсь, так намного лучше.

Зевая, направился к бухтящему сутки напролёт холодильнику.

– Ну-ну, – проворчал я, жалея, что поленился вчера сходить за продуктами.

На глаза попался кусочек сыра с дырками и наполовину пустая упаковка ряженки. Проверил срок – закончился вчера. Потрогал картонный пакет – не вздулся. Что ж, я парень рисковый, может и пронесёт! В смысле ничего не станется. Управившись с «чудо-завтраком», посидел минут десять. Ну, чтобы наверняка без приключений.

Я окинул грустным взглядом свою комнатушку. Старая кровать с тысячей пружин, покосившаяся тумба, шумный холодильник и стул, на котором я, собственно, восседал. Пускай и скромно, но за последние годы я так привык здесь жить, что сама мысль покинуть общагу не укладывалась в голове. А придётся! Учеба окончена, и со дня на день попросят на выход.

На кровати меня ждали синие джинсы и черная футболка с изображением герба Девиеров. Друзья из клуба «Средневековье» подарили, когда узнали, что у меня дворянская фамилия.

Я пригладил растрёпанные волосы и по привычке потрогал подбородок. Не мешало бы побриться. Нет времени, сказал я себе, взял с тумбы телефон, нацепил кроссовки и поспешил на встречу со Светой. Старшая сестра, небось, уже не одну экскурсию провела.

Оказавшись на улице, я поковылял к метро. Полчаса среди мокрых от жары и толкучки людей – и вот я на «Кропоткинской».

Я выбрался на поверхность и направился к Пушкинскому музею. Внутри было на редкость людно. Потратив несколько минут, я выхватил из толпы коллегу Светы и попросил отыскать сестру.

И вот она показалась. Как всегда безупречна: юбка и блуза выглажены, туфельки блестят. Завершал образ неброский макияж.

– Филипп, тебе придётся немного подождать, – взволнованно объявила Света, опустив приветствия. – У нас аврал – новый экспонат привезли! – Не успел я ответить, как она продолжила: – Будь добр, выполни одну просьбу. На меня неделю назад стажёра повесили, а времени, чтобы оценить его работу, нет. Сходишь со следующей группой?

Такая просьба уже звучала. И не раз! Сама потом обижалась, что не перезванивал её подружкам. Ну, не виноват, что матушка-природа таким невлюбчивым сотворила.

– Опять ты взялась за своё! – возмутился я. – Сколько тебе говорить: не занимайся сводничеством.

– Нет, я серьёзно, – для убедительности сестра округлила глаза. – Вот он! Видишь?

Я повернулся. Высокий старик еле волочил ноги. Одет в потрёпанную тройку кирпичного цвета, на ногах затёртые туфли-оксфорды. Длинная редкая борода, на носу очки, в руке деревянная трость.

В голове проскочила пара крепких словечек, но я постеснялся их произнести – Света больно била по губам.

– А ты не верил, – ехидно заметила сестра.

– Ты шутишь? – хмурясь, я скрестил руки. – Этот стажёр рассыпается на ходу. Куда только твой начальник смотрит? Как его… Михаил Петрович?

– Нет, Пётр Михайлович, – поправила сестра. – Кстати, а вот и он.

Мужчина в строгом костюме энергично помахал Свете, подзывая к себе.

– Так, мне пора. Пристройся к группе школьников.

Света кивнула в сторону шумных детишек и попрощалась.

– Ох, ладно, – пробурчал я ей вслед.

Дедуля с бейджем «стажёр» громко объявил о начале экскурсии. Кроме школьников под предводительством тучной учительницы, к экскурсоводу спешили пожилая пара и три симпатичных студентки.

– Господа, прошу тишины, – начал старик, оглядывая краснощеких детишек. – Меня зовут Леонард Бенедиктович. Сегодня я познакомлю вас с прошлым. Готовы ли вы окунуться в волшебный мир Древнего Востока, побывать в легендарной Трое и увидеть шедевры знаменитых европейских мастеров?

– Да! – вразнобой заголосила детвора.

Леонард Бенедиктович широко улыбнулся.

Через полчаса я готов был поклясться, что он никакой не стажёр, а самый настоящий профессор. Он так рассказывал, будто участвовал в каждом событии.

В одном из выставочных залов второго этажа старик подвёл группу к большому зеркалу в золочёной раме.

– Око Судьбы! Смотрясь в него, мы можем помечтать, увидеть себя в другом мире, либо узнать своё истинное предназначение. Говорят, некоторые великие мыслители и герои рождаются не в то время и не в том месте. Зеркало помогает найти себя…

– С виду оно не кажется особенным, мало ли огромных зеркал, – вырвалось у меня.

Детвора с недовольством уставилась в мою сторону, учительница что-то проворчала о невежестве.

– Что ж, молодой человек, у вас есть возможность убедиться лично, – экскурсовод встал справа от зеркала. – Подойдите ко мне. Ну же, не бойтесь!

Бояться зеркала? Я хмыкнул и по-молодецки выпятил грудь.

– Как вас зовут, юноша?

– Филипп. Но друзья называют Филом.

– Надеюсь, когда-нибудь и я смогу вас так назвать, – по-доброму произнёс Леонард Бенедиктович.

Старик протянул мне ладонь, я ответил рукопожатием. На удивление, хватка у дряхлого экскурсовода оказалась крепкой.

– Взгляните в зеркало, Филипп.

Решил козырнуть перед студентками: поднял руки и, комично пародируя атлетов, напряг бицепсы. Девчонки засмеялись, но мне уже было не до них – отражение не повторило моих движений.

Я шагнул вперёд, желая удостовериться, что мне не почудилось, – близнец стоял неподвижно. Тогда я показал ему кулак. Двойник не стал терпеть угроз и показал мне язык – у меня чуть сердце не выпрыгнуло от неожиданности.

Внезапно его одежду покрыли стальные доспехи, музей уступил место средневековому залу. На стенах висели чучела убитых животных. Не уверен, все ли они существуют.

Вот так фокус! Но меня не проведёшь: обязательно догадаюсь, в чем секрет. Скорее всего, скрытая камера фотографирует посетителя при входе в музей, затем монтаж и готово.

– Что вы видите, Филипп? – полушепотом спросил Леонард Бенедиктович.

Подыграть? Почему бы и нет?

– Воина. На нём латы, за поясом ножны с мечом. Он вертит что-то в руках, – заметил я. – Это браслет.

– Браслет? – В голосе старика чувствовалось напряжение.

Можно подумать, впервые видел картинку. Актёр из него отменный, хоть сейчас иди на сцену МХАТа и покоряй сердца зрителей.

– Да, браслет. Он переливается тремя яркими цветами: серебряным, синим и зелёным. Красиво переливается. Я бы сказал: волшебно.

– Волшебно, – повторил за мной Леонард Бенедиктович и пригладил бороду.

Я моргнул, и картинка исчезла – передо мной стоял молодой человек в футболке и джинсах.

– Кто следующим испытает Око Судьбы? – обратился экскурсовод к аудитории.

Желающих оказалось много – каждый школьник изъявил желание. К сожалению, я не увидел фантазии детворы. Наверное, аппаратура действует только на того, кто перед зеркалом. Как же так? Обязательно следует усовершенствовать аттракцион.

То ли мне почудилось, то ли я единственный, кто всерьёз заинтересовался Оком Судьбы. Неужели другие догадались, как оно работает? Спросил у девчонок, но кроме снисходительного взгляда ничего не получил. Обратился к тучной учительнице, но та покрутила пальцем у виска. Я не расстроился: выпытаю у Светы. Она, кстати, подоспела к окончанию экскурсии.

– Филипп, как тебе стажёр?

– У тебя появился серьёзный конкурент, сестрёнка, – не стал врать я.

– Знаю, – осклабилась она. – Я уже несколько раз ходила с группами Леонарда Бенедиктовича. Хотела, чтобы и ты оценил. Тебя же, кроме как хитростью, никуда не заманишь! Теперь понимаешь, к каким высотам стремлюсь, бездельник?

– Он хорош до безобразия!

– Ох, я сейчас кое-что спрошу у Леонарда Бенедиктовича и вернусь. Хорошо?

Света подошла к старику, который прощался с детишками. Вместе они направились в сторону комнат для персонала.

Я всё думал о фокусе с зеркалом, когда Света вернулась. Выглядела она мрачнее тучи.

– Представляешь, Леонард Бенедиктович объявил, что уходит, – грустно вздыхала сестра. – Сказал, ревматизм не оставляет в покое… Я могла бы многому у него научиться, но увы…

Я погладил её по плечу. Мать всегда так успокаивала Свету.

– Может, – начал я, заглядывая сестре в глаза, – я зайду в другой раз.

– Нет, всё нормально, – заверила она, поджимая губы. – У меня сейчас начнётся перерыв, давай сходим в кафе неподалёку. Угощу тебя круасанами с шоколадом или вишнёвым джемом. Они там превосходные.

– Знаешь, как меня подкупить, сестрёнка! Эх, плакали мои тренировки, да здравствуют толстые бока!

Мы направились в кофейню на соседней улице.

Внутри тихо играла музыка. Джаз. Пахло корицей, ванилью и кофе. Кофе сильнее. Я редко посещал такие места. Нужно обязательно это исправить.

Молоденькая официантка любезно поприветствовала нас, затем повела к столику у окна.

– Пожалуйста, – официантка протянула меню в красочной обложке.

– Не нужно, Олечка, – сестра покачала головой. – Два кофе со сливками и… Круасаны свежие? Нам бы с шоколадом или вишней.

– Шоколадные только испекли, а вот с вишнёвым джемом я бы не советовала, – последние слова девушка прошептала, чтобы менеджер у стойки не услышал.

– С шоколадом, так с шоколадом. Я парочку съем. Филипп?

Я кивнул и плюхнулся в кресло. Ух, как же удобно! Тело моментально расслабилось.

Пока ждали еду, я рассматривал родинку в виде сердечка над левой бровью Светы.

– Только по ней и различали, кто на детских фотографиях, – напомнила сестра. – Те же серо-голубые глаза, тёмно-каштановые волосы и нос пуговкой.

– У нас и сейчас глаза одинаковые, да и цвет волос, а вот моя пуговка превратилась в шнобель, твоя же в носик.

Мы дружно рассмеялись.

– Ох… Ну, со шнобелем ты погорячился. Ни горбатый, ни тонкий, ни длинный. Одним словом, хороший греческий профиль.

– Тебе виднее, – не стал спорить я.

В этот момент вернулась официантка.

– Вы не забыли о кофе? – спросила Света, удовлетворённо смотря на круасаны.

– Нет! Вы же со сливками просили?

Девушка убежала, и сестра повернулась ко мне:

– Приступим?

– С удовольствием.

Вкуснятина. А какие воздушные! Первый ушёл за полминуты, если не быстрее. Довольная, сестра вытерла пальцы о салфетку и, не отрывая от неё глаз, заговорила:

– Филипп, скажи, скоро из общежития выселяют?

Началось. Не зря я насторожился, когда мы о встрече договаривались.

– По идее, на следующей неделе.

– Ясно, – многозначительно произнесла Света. – Раз такое дело, мы с Сеней предлагаем пожить у нас.

Жаль, нельзя перемотать время до момента, где я соглашаюсь пойти в кафе. Не пришлось бы краснеть.

– Сестрёнка, спасибо огромное, но не могу к вам. Ванька маленький, ты с Сеней, да ещё я. В однокомнатной квартирке – невозможно!

Мне стало стыдно. Нет, не жить вместе с сестрой, а за себя. Мой закадычный друг Витя Рябов и тот самостоятельнее оказался. Я вспомнил о его предложении отправиться контрактниками на Ближний Восток. С одной стороны, это противоречит моим принципам, но с другой – не буду усложнять жизнь Свете. Витя говорил, половину денег сразу дают. Мне они ни к чему, а вот сестре пригодятся.

Молчание затянулось. Его прервала официантка – девушка виновато посмотрела на Свету.

– Извините, у нас закончились сливки. Вас устроит классический черный?

– Вполне, – согласилась Света. – Филипп?

Я кивнул.

– Две минуты, – пообещала официантка.

Девушка не соврала: через пару минут я вдыхал аромат кофе. Жаль, он не мог избавить от неприятного разговора.

– Неплохой, – оценила Света, сделав глоток.

Она отставила кружку и потянулась к сумочке. В руке появились зажигалка и сигарета. Дурной знак – сестра курит лишь, когда злится или нервничает. Света уже поднесла сигарету ко рту, но вдруг передумала, и отложила в сторону.

– К родителям поедешь или есть варианты? – с натянутой улыбкой спросила она.

Я опёрся на руку, размышляя над ответом.

– Тут Рябчик кое-какую идейку подкинул, – наконец сказал я. – Слетаю в одно местечко на полгода…

– Заканчивай ты с ним водиться, братец, – в сердцах выпалила Света. – Этот твой Виктор – скользкий тип! Как он только доучился?

Я никогда не запрещал сестре критиковать меня, но обижать друга не позволю. Рябчик перестал нравиться Свете, когда меня в милицию за хулиганство забрали. Конечно, вместе с ним. Нет, ничего криминального. Мы тогда впервые на футбол пошли. Ну, кто виноват, что драка между болельщиками началась?

– Без проблем доучился! Без проблем. И в школе, и в университете Рябчик был одним из лучших. И в армии все на него равнялись. Согласен, Витя не белый и пушистый, но это не даёт тебе право наговаривать.

– Филипп, в сотый раз говорю: не связывайся с ним.

– Ты ведь даже не выслушала, – упрекнул я.

Она сделала над собой усилие.

– Что ж, братец, рассказывай.

Лучше бы я этого не делал. Я как мог, приукрасил контракт, но слова звучали фальшиво. Чем больше я говорил, тем сильнее разочаровывал Свету. Разочаровывал себя.

– Ты где голову забыл? – она удивлённо всплеснула руками. – Вспомни дядю Колю после Афганистана. Таким хочешь стать?

Я опустил взгляд и выдал последний довод:

– Зато помогу вам деньгами.

– Деньгами? Такие деньги мне и даром не нужны. Заруби себе на носу, Филипп, полетишь с Витькой – дорогу к моему дому можешь забыть!

Света достала несколько купюр, кинула на стол и решительно поднялась.

– Не только же для себя… – начал было я.

– Филипп, бога ради, замолчи! – не сдержалась сестра. – Я всё сказала, а ты думай!

Она вышла, а я остался. Благо, официантки не трогали – в таком состоянии я не самый любезный собеседник.

Сам виноват! Зачем сестре рассказал? Только навредил: Света разочаровалась во мне, а к Витьке станет ещё хуже относиться.

Нельзя всё так оставлять. Но как загладить вину? Как угодить сестре?

Я задумался. Около получаса просидел, напрягая извилины. Переехать к Свете, пока не найду нормальную работу? Познакомить с девушкой?.. Для начала заведи её, Филя. Тьфу ты! Заведи! Она же не домашнее животное. Встречаться с кем-то начни… А какая от этого Свете польза?

Нужен дельный совет. Как насчет Сени? Выслушаю пару нотаций, а там и поможет. Достал телефон – пропущенный от Рябчика.

Вздыхая, я смял забытую Светой сигарету, а зажигалку положил в карман. В сотый раз сказать Витьке, что не поеду и ему не советую? Ох, ещё один обидится. С другой стороны, зачем тянуть время? Попробую отговорить от контракта, а там как знает. Может, достучусь.

Уже потянулся к кнопке вызова, когда увидел в окне Леонарда Бенедиктовича. Он нёсся, как молодой. Старый пройдоха! А говорил: ревматизм, годы не те…

Вот же решение проблем! Если уговорю его не увольняться, то Света будет на седьмом небе от счастья.

Мечтая о скором примирении, я заметил, что Леонард Бенедиктович постоянно оглядывается. С чего бы это? Причина отыскалась сразу: позади старика торопились три мордатых верзилы. Черные спортивные костюмы, солнцезащитные очки, бойцовская походка.

Странно, старик не звал на помощь. Не хотел? А что я знал о Леонарде Бенедиктовиче? Почти ничего. Вдруг за ним тёмные делишки водятся. Или старик стал жертвой мошенников? Да что угодно! В любом случае помощь ему не помешает.

– Ну, держитесь у меня!

Настроение для драки самое подходящее.

Найти преследователей не составило труда: лысые головы и черные ветровки – отличный ориентир.

Уже почти нагнал, когда они свернули в сторону заброшенной стройки. Спрашивается, зачем туда, а, Леонард Бенедиктович? Там же безлюдно! Спрятаться задумали?

Но нет – обнаружил его в конце площадки в окружении верзил. Как и при первой нашей встрече, Леонард Бенедиктович держал трость. Разве она остановит бандитов? Какая наивность!

Я сжал в кулаке зажигалку и рванул к ним.

– Пошли прочь, крысы недобитые! – рявкнул я и прикрыл собой экскурсовода. – Леонард Бенедиктович, не беспокойтесь, никто вас не тронет.

– Филипп, не стоило.

Я немного растерялся – в голосе старика не было и намёка на страх.

– Так вот, кого ты нашёл, Хранитель! – прошипел один из троицы. – У этого червяка нет ни шанса против всемогущего Мрака!

Это он меня обозвал? Я почувствовал, как закипаю.

– Ты как меня назвал, жаба в кедах? Я тебе покажу червяка!

Главарь дал товарищам знак, и они двинулись на меня. Уже собрался врезать по наглым рожам, но Леонард Бенедиктович вклинился между нами. Он ударил тростью по земле: взрывная волна отбросила мордатых метров на пять.

Я завороженно смотрел: поднимались уже не люди, а… на языке вертелось слово «нелюди». Фиолетово-серая кожа, искаженные злобой лица, черные, словно тьма, доспехи и такие же черные мечи.

Спортивка исчезла и с главаря, взамен появилась грязно-серая мантия с капюшоном, из-под которого светились два алых глаза. Стальные перчатки сжимали посох, венчал его череп с рогами.

Не знаю, каким образом, но Леонард Бенедиктович тоже обзавёлся посохом. Несколько длинных веток закрученных по спирали, вверху они образовывали подобие набалдашника.

Как я раньше не догадался?! Толкинисты разыгрывают битву магов! И подумать не мог, что Леонард Бенедиктович тоже почитатель фэнтези. А костюмы какие, а грим, а спецэффекты!

– Убейте его, а я займусь Хранителем! – крикнул главарь ряженым.

Леонард Бенедиктович и чудик в капюшоне уставились друг на друга, выкрикивая ругательства на непонятном языке. Старик резким движением выкинул посох вперёд. Его оппонент упал на пятую точку.

– Блестяще! Вы из какого клуба? – я похлопал Леонарда Бенедиктовича по плечу.

– Клуба? – растерянно спросил он.

– Да ладно вам. Я вот уже третий год в «Средневековье» состою.

– Ах, да! Клуб! – воскликнул старик. – Я из класса «рыцарей», а вот ребята из «нежити». Хочешь поучаствовать?

– Спрашиваете! – хохотнул я. – Что делать?

– Отвлеки эту парочку, пока я занят колдуном.

Главарь вставал на ноги, фиолетовые уродцы приближались. Я принял боевую стойку и поманил их рукой, пародируя Брюса Ли. Посмотрим, насколько хороши в их клубе фехтовальщики.

Нелюдь ударил. Я увернулся и продлил движение противника лёгким пинком. Не бить же беднягу в полную силу. К моему удивлению, меч воткнулся в бетонную плиту. Как нелюдь ни напрягался, вытащить клинок не удавалось.

Уж больно реалистично у них в клубе играют. В нашем только тупыми мечами дерутся.

– Ашкаш дати квар! – вопил второй.

– Как говоришь? – спросил я.

Он плюнул под ноги и выставил перед собой меч. Отступая за кучи строительного мусора, я швырнул в нелюдя зажигалку. Угодил прямо в глаз. Он распсиховался – рубил всё, что вставало на пути. Я даже не приложил усилий для победы: болван задел столбики, которые держали огромную трубу.

Как же она стукнула фиолетового!

– Эй, ты живой? – я кинулся к нему.

Поднатужился и передвинул трубу. Нащупал пульс. Хотел снять маску с парня, но… Её не было! Мало того, из раны сочилась мутно-синяя кровь. Что за…

Всё взаправду?! Настоящая нечисть! Настоящие колдуны!

Из оцепенения вывел голос второго нелюдя.

– Урба сима щай. Марлу Седд?

Я чертыхнулся и подобрал с земли черный меч. На удивление, лёгкий, удобная рукоять. Если бы не короткое лезвие, то цены бы ему не было.

Про себя отметил, что я спокоен, как и учили на занятиях по боевой подготовке. Не зря же офицера получил.

Я стал у бетонной плиты и стал ждать. Неожиданно сверху раздался шорох. Я вовремя пригнулся – вражеский клинок разрезал воздух над головой.

– Дати квар! Дати квар! – кричал нелюдь, спрыгивая с плиты.

– И тебя туда же!

Никогда не мечтал оказаться в подобной ситуации, но раз оказался, то не отдам жизнь без боя.

Мы кружили. Удар. Блок. Блок и разворот. Удар, подшаг и выпад. Он отбил.

После третьей комбинации я понял, что действую расслабленно, как на тренировке. Понял, что не боюсь противника. Понял, что смогу одолеть.

Отбив очередную атаку, я пошёл в наступление, и, к сожалению, потерял на какой-то миг концентрацию. Нелюдь сделал обманное движение, я повёлся и лишился меча.

– Дати квар!

– Может, договоримся? Ты меня не трогаешь, а я тебе номер хорошего косметолога. Идёт?

– Дати квар! – уродец оскалился.

Я не терял надежды победить. Главное, сблизиться с ним, а там скручу приёмом из рукопашки. Уже приготовился, как позади нелюдя вынырнул Леонард Бенедиктович. Старик громко свистнул. Фиолетовый развернулся и получил посохом промеж глаз.

– Всё в порядке?

– Какого лешего?! – взорвался я. – Вы же сказали, что из клуба! А эти?

– Не галди! Поверил бы, что перед тобой нечисть? – ядовито спросил Леонард Бенедиктович.

Куда подевался вежливый экскурсовод? Что за дерзкий дедуган?

– Наверное, нет, – признался я.

– То-то же! Идём.

Мы направились к выходу со стройки. Я уже отошёл от первого шока, вернулась былая уверенность.

– Эй! А с этими как?

– Не твоё дело! – отрезал старик.

Я сжал Леонарду Бенедиктовичу руку.

– Как насчет объяснений?

Леонард Бенедиктович злобно хихикнул и выдернул руку. И откуда в нём столько силы? Тогда я вытащил мобильный.

– Не хотите по-хорошему, будет…

– В полицию звонить собрался? Получишь свои ответы, но не здесь. Хорошо?

Довольный собой, я кивнул.

Леонард Бенедиктович торопился к выходу, я с трудом поспевал за ним. Вдруг старика дёрнуло назад. Он выронил посох и в следующую секунду упал на колени. Черный шнурок обвился вокруг шеи мага.

– Беги! – прохрипел Леонард Бенедиктович и завалился на бок.

Я хотел разорвать шнурок, но не мог его нащупать на шее старика. Будто… тень. Так и было. Шнурок тянулся из-за полуразваленной стены.

– Сейчас. Сейчас, – пообещал я.

По стройке разнёсся рокочущий смех. Колдун с глазами-огоньками вышел из укрытия и неспешно двинулся к нам. Шнурок, тень или сгусток тьмы, не уверен в правильности названия, но это что-то лилось из глазниц черепа на его посохе.

Нет, так не пойдёт. Я поднял с земли кирпич и с криком «За Родину» бросился на злодея. Добежать – не добежал, так как тень обхватила ноги. Одна звезда… четыре… девять… Ох, и треснулся же я.

Моя смелость или глупость отвлекла красноглазого от Леонарда Бенедиктовича. К счастью, старик не заставил себя долго ждать: противник летел метров десять, пока не врезался в бетонную стену. Поднялся столб пыли, сверху посыпались кирпичики.

– Вот поэтому я и спешил, – произнёс Леонард Бенедиктович, отдышавшись. – Скорее!

Только обрадовался, что все беды позади, как на площадке появилась дюжина ребят в спортивных костюмах. Их облик менялся: те же жуткие рожи, черные клинки и доспехи. Один выделялся. Вместо брони – набедренная повязка, кожа лимонного цвета, на два фута выше остальных. Да о чем это я?! У него шесть рук!

– Куда же ты, Леонард? – Лимончик достал из-за спины самую настоящую секиру. – У меня к тебе разговор, трусливый Хранитель!

Громила играючи перекидывал оружие. Мне стало не по себе: не думал, что живу последний день.

– Выбора нет, – прошептал старик.

Леонард Бенедиктович подкинул в воздух небольшой стеклянный шар, непонятно откуда взявшийся в руке, и ударил по нему посохом. Я машинально прикрылся, но осколков не последовало – над нами разрастался вихрь.

Шестирукий швырнул секиру, но острое оружие не достигло цели – вихрь уже затянул нас…

Ярко-желтый свет ослепил меня. Ему на смену пришёл синий, затем розовый. Меня начало бросать из стороны в сторону, словно я песчинка, угодившая в эпицентр шторма. Тело пронзили тысячи невидимых иголок, и я потерял сознание.