Инферно: Падение ангельских небес

Глава 1-Рождение Мира

Когда-то давно, тысячелетия назад, у человечества сложилась истина о сущности добра и зла, любви и ненависти, ангелов и демонов. Начиная с древних времён создания цивилизаций и становления государств люди развивались многими путями, и самым тепло принятым среди всех народов стал путь религии. Вероисповедание стало основой культуры и жизни тысяч людей по всему миру. Были возведены величественные храмы и возвышающиеся над городами соборы в честь своих идолов поклонения и почитания.

Основываясь на древних легендах и мифах, люди пришли к единогласию и создали одну единственно верную священную книгу, именуемую Библией. Священные писания Библии ставили людей на путь верный, указывая, где есть добро, а где – зло. Сторону добра люди олицетворяли в виде могущественных Ангелов на небесах среди облаков и света, а сторону зла – в лице страшных Демонов в недрах преисподней среди пекла адского огня и тьмы подземелий. Святая Библия помимо сущности двух противоборствующих сторон также диктовала свои заповеди – строгие законы, нарушение оных каралось самыми страшными мучениями и смертью сущного тела грешного, а его эфемерная душа изгонялась в преисподнюю к демонам на вечные муки без права на искупление.

Многие люди уверовали в заповеди Библии, без капли сомнения внимая красноречивым высказываниям тех, кто видел в этом лишь власть и богатство. Столетиями цивилизации людей были под неоспоримой властью церкви, которая строго и жестоко наказывала неверных, еретиков и ренегатов. Ценность человеческой жизни зависела лишь от его преподношения и силы веры во всевышнего. Цари и князья государств стали терять свою власть над народом, уступая место священнослужителям церкви. Непоколебимое поклонение и подчинение святым стало обыденностью среди народа, а инакомыслие подавлялось страхом попадания души в оковы боли адских мучений в преисподней среди огня и пламени. Могущественные и сверхъестественные силы обрели свой облик в виде единой сущности, создателя миров и жизни во вселенной, именуемого Богом.

Человечество не могло усомниться во Всевышнем. Люди не могли и мысли допустить, что их покровитель и создатель в лице Бога не просто наблюдает за ними. Всесоздатель мира и жизни был заточен в темнице измерений вне привычного течения потока времени оковами вечности и небытия. Это случилось в очень далекие времена, при первой иерархической войне. Войне союза людей и иерархии небес против сил преисподней в виде армии ужасающих демонов. Случилось по причине очень долгого конфликта с его сыном, которого люди в Библии прозвали как «Люцифер», но это был не архангел, а Серафим, и звали его не так, настоящее его имя – Ивалан. Всё это происходило очень давно, ещё до рождения людского рода, и эта история много раз переписывалась, из-за чего люди так и не смогли узнать истинное прошлое мира.

Но спустя года об этом все же узнали трое существ: люди, Кель и Сешь, и демон-полукровка Безликий Лик. Все они в прошлом объединились под определенным стечением обстоятельств. Когда на Землю, в силу ряда причин, пришли демоны и другие ужасные существа, люди не знали, как с ними бороться, и посчитали, что будет хорошей идеей освободить ангелов и всю иерархию небес. К их сожалению, правда, диктуемая Библией, оказалась ошибочна. Кель и Сешь верили, что демоны – это высшее зло, но всё оказалось куда страшнее: вырвались не только ангелы, архангелы, херувимы, но и главный предвестник гнева Серафим Ивалан, сын бога и самый сильный представитель иерархии небес.

Дальнейшие события возымели очень негативный эффект: в городах царила разруха, массовые убийства, рабство среди обеих рас, а посреди всей анархии возвышался на троне он – тот, кого избегали демоны и прочие существа, Ивалан – новый бог. Он смотрел с ехидной улыбкой и наслаждался хаосом, царившим повсюду, он жаждал именно этого, будучи в долгом заточении.

Но длилось его удовольствие ровно до того мгновения, пока его взор не пал на трех неизвестных, рискнувших напасть на ангелов и других его прислуг. Их нападение было организованным, а избранная тактика – наилучшей: Лик прикрывал своих сподвижников, пока те двое отвлекали на себя внимание ангелов. Эта троица неминуемо прорывалась всё дальше и дальше к башне «Теримо», сметая все на своем пути, пока наконец над их головами не воспарила тень существа с шестью крыльями – это и был тот самый Ивалан.

Из-за чего Ликом было принято решение отдать приказ о бегстве. Однако Кель и Сешь начали спорить между собой, не желая отступать. Лик гневно кричал на них обоих, но и Кель был не в себе – его выкрики в порывах истерики огласили всю округу, когда он в конце концов решил сделать всё один. Направив свою крюк-кошку, устройство, что позволяло ему очень быстро перемещаться по городам, словно списанный персонаж из комиксов, он притянулся к Серафиму и предпочёл напасть сверху. Ивалан, в свою очередь, не стал принимать каких-либо очевидных мер, он лишь проговорил:

– Отражение небес.

В тот момент, когда Кель поразил мечом Серафима, урон от атаки в ту же секунду вернулся ему. Боль пронзила его тело, но она была достаточно терпимой. Злость охватила Лика, и Демон также решил вступить в бой. Оба дрались без каких-либо стихий, используя только холодное оружие. Лик орудовал своим легендарным под названием «Моя Детка», оно могло принимать вид любого оружия. Ивалан создал маленький шар света размера человеческой ладони, и он вспыхнул; в тот же момент в его руках появилось большое ярко-золотое зубчатое оружие – это была его личная Алебарда. Лик с Иваланом встретились неимоверно злобными взглядами.

***

– Так вот как выглядит ангел, приближенный к силе бога, – проговорил Демон, свирепо и настойчиво испепеляя взглядом противника.

– Я не ангел, ничтожество! – так же грозно бросил тот. – Я – самый сильный среди всех существ нашего мира, я – тот, кто принесет новый мир с иными порядками, я – Серафим Ивал… – Не успел Серафим проговорить, как в него влетел Кель, неслабо ударив первого ногой, и прокричал ему: «Завали хлебало, крылатая феечка!»

Слова человека заставили сердце Ивалана заполниться злобой и ненавистью, его тело охватили сверкающие молнии. Он начал наносить удары Келю. Тот сопротивлялся, но силы не были равны. Из горла человека вырывался лишь слабый кашель, а по губам и подбородку текла алая кровь.

Лик, не теряя времени напрасно, вступил в кровавый бой. Его меч обратился в оружие, напоминающее веер, который испускал из себя три острых смертоносных меча, притягивающихся с помощью цепей. Серафиму не составило труда уклониться от удара. Он стал пробираться к противнику поближе, но тот создал под собой печать, заставив Ивалана коснуться её. Того сковало лишь на секунду, но и этого хватило, чтобы наложить печать подавления.

– Что?! Печать подавления… этот никчемный мальчишка знает даже такую технику? – злобно и стервозно прокричал Серафим, не понимая, как это вообще возможно.

– Теперь ты, Ивалан, будешь связан со мной печатью крови! Это означает, что любой проходящий по мне урон отразится на нас обоих, – он на мгновение остановился, кажется, переводя дух, а после и вовсе закричал: – Эй, вы двое! Если вы ещё здесь, порвите меня на куски! – Ивалан не мог даже предположить подобное развитие событий, а Кель сразу же с широкой улыбкой принялся наносить удары по своему союзнику, он кричал и радовался, словно безумец. Сешь смотрел на него с большим разочарованием и растерянностью. Ивалан испытывал всю эту боль на себе. Но продолжалось это не так долго, а ровно до тех пор, пока его губы не прошептали едва различимо:

– Стихия небес: Божье погребение, – в то же мгновение действие техники подавления исчезло, и нашу троицу схватили ангельские жнецы – не живые, словно статуи, оковами для которых служили ярко-золотые цепи. Серафим подлетел, и дотронулся до лбов Келя и Сеша, и прошёлся по их истории с самого рождения.

Кель на протяжении своей жизни жил в неполной семье, мать умерла ещё при родах, воспитывал мальчика лишь один отец. Вырос он в достаточно жестких условиях, из-за чего характер его был весьма проблемным. Он не был никогда спокойным, всегда поддавался эмоциям. Всяческие нападки со стороны сверстников лишь усугубили это в нём. Даже с учётом того, что его лучшим другом был Сешь, это не сгладило очень острые углы.

Ивалан видел все страдания этих двоих, как они росли вместе и не понимали в принципе сущность того мира, в котором они живут. Когда они попали в армию и решили оставить свою мирную жизнь, подались в наемные убийцы, наступила смерть их близких, особенно Ивалана забавляла смерть сына Келя. Всё это видел Серафим, и в очередной раз он лишь насмехался. Происходящее видел и Лик, пытавшийся вырваться из рук и цепей ангельского жнеца.

***

Лик направил свою ауру прямиком в жнеца, и статуя не выдержала, медленно осыпаясь. Освободившись, он сотворил в руке своей посох, проговаривая:

– Черное пламя: Шары черного пламени.

Лик раскрутил посох, как тут же из него полетели на Серафима шары, порожденные из черного огня. Ивалан на это не стал ничем отвечать – так же, как и в прошлый раз, призвал молнии, что меняли свои оттенки подобно переливам настроения хозяина, и попытался быстро перемещаться и наносить неожиданные удары. Какие-то Демон мог блокировать, но вот с большинством уже никак не справлялся, а потому дождался, когда Серафим подойдёт поближе. И стоило этому случиться, как Лик уменьшил гравитацию до такого уровня, что даже земля из-под ног начала подниматься, тем самым он успешно замедлил Ивалана.

– Ну, что, Ивалан, каково быть не самым быстрым? – насмехался он. – Получай! – Лик схватил Серафима за горло, и пронес его по земле, и откинул в башню. Тот был удивлен такой наглости и силе Безликого Лика и стал куда более серьёзным. Пугающий бой продолжился, а люди, наблюдавшие за ним, лишь думали, как они докатились до такого? Как отец Ивалана допустил то, что собственный сын запер его в ужасающем измерении и обрек мир на многовековые страдания? Это и предстоит узнать. А началось все очень давно, ещё при большом взрыве.

Люди были несколько не точны в суждениях о том далеком времени, когда существовал лишь космос и ничего более на этом свете. Они посчитали, что космос – это нечто неосязаемое, что он имеет более абстрактное понятие. Однако это не совсем так. Изначально до формирования каких-либо звёзд, планет и других сущностей была лишь космическая сущность. Она и правда выглядела как бескрайние просторы космоса, только со скоплением иных сгустков частиц. Одними из таких частиц был уже со времен появления самой Вселенной наш бог; в будущем он обзаведется именем, но пока огласим его просто Частица. Вместе с ним существовало и другое скопление частиц. Весь космос можно было охарактеризовать как белый лист, на котором мелкими каплями расплескалась гуашь.

Но всё изменилось, когда космическая сущность поняла, что её жизненный цикл не бесконечный, и решила устроить массовый взрыв, и из всех частиц, которые вообще существовали во всей Вселенной, сформировать звезды, планеты, миры и существ.

После этого космос преобразился: появилось большое количество планет, звезд и существ, одними из которых были Елигос и Набериуc.

История повернулась так, что люди кроме Ивалана прозвали Люцифером и Набериуса. Набериус был правителем демонического царства, а Ивалан являлся сыном бога, пусть даже и одним из самых сильных. Но история показала обратное, люди прозвали Люцифером сразу обоих существ, а из их уст речь шла только об одном. Они описывали его как архангела, который противостоял своему отцу и, по некоторым причинам, он был изгнан в ад. Именно так люди и представляли себе Короля преисподней. Но все они ошибались и не знали, какова правда на самом деле.

В момент взрыва Набериус попал на незнакомую планету. В то время его облик можно было описать образом смуглого мужчины с достаточно вытянутым лицом, черными, словно бездонная тьма Вселенной, глазами и белыми, словно только рожденные звезды, зрачками. Из спины его торчали штыри из чистой органики.

По щелчку пальцев Набериус мог сотворить себе одеяния: легкая черная броня на руках и ногах, на груди находился такой же небольшой жилет с плащом – все это помогало ему противостоять наносившемуся урону.

***

– Хм, – протянул он, – интересное местечко… – взору Набериуса предстала обугленная планета. Вместо привычного светила в виде яркого шара, как, например, Солнце, планету освещали два солнечных кольца, крест-накрест расположившихся друг на друге.

– Почему я здесь оказался, что мне здесь… делать… – задумался Набериус. – Стоит изучить планету, хотя бы узнать, есть ли здесь ещё что-то. Или кто-то…

Набериус брел в неведомом ему направлении, и окружал его лишь один ландшафт – безжизненные просторы темной пустыни, наполненной пеплом и никогда не остывающей пульсирующей лавой. Ее мерное «дыхание» обжигало воздух, а каждый «выдох» заполнял его тяжелым дымом. Неожиданная мысль, возникшая в голове Набериуса, подтолкнула его склониться и прикоснуться к лаве – что-то неведомое в ней манило его к себе. Стоило его пальцам ощутить жжение и мощь огненного потока впитываемой стихии, как он понял свою истинную природную силу – поглощение.

Набериус продолжил свой путь, пытаясь понять сущность этой планеты. Он не мог разобраться, что это за место и какое у него название, так как он предполагал, что разумных существ помимо него здесь больше нет. Но его мнение резко поменялось, когда он добрался до горы, откуда исходили чьи-то крики.

– Что это за чертовщина? – недоумевал он. – Крылатое восьминогое чудовище… – Набериус ожидал увидеть что-то более разумное, чем стая монстров, бездумно плевавшихся какой-то кислотой. Звери неистово размахивали хвостами и издавали жуткий рев. Набериус, видя это, все же попытался с ними заговорить, похоже, надеясь на что-то, но, к сожалению, это ничего ровным счетом не дало – рык существ лишь усилился.

– Хватит! Я лишь пытаюсь с вами поговорить! – в его крике отчётливо звучало отчаяние. – Кто вы такие? Как вас зовут?

Монстры не собирались слушать. Они приближались. С каждым их приближающимся шагом он чувствовал нарастающую вонь. Чудовища подошли ближе и напали, изрыгнув кислоту.

– Не подходите, иначе я вас сожгу! – они бежали сломя голову на Набериуса, но он не испугался, произнося заклинание: – Адское пламя!

Огонь, вспыхнувший из ниоткуда, безжалостно прошелся по этим существам: они кричали от боли, рычали, тряслись и вертели хвостами, разрушая всё вокруг.

Лёгким движением Набериус вытащил штыри из спины. Неторопливым броском он метнул один из них. Он попал точно в цель так же, как и другие два, отправленные следом. Но монстры не сдавались и вступили в ближний бой. Тогда Набериус, ловко изогнувшись, вынул один штырь из тела противника и использовал его будто копьё, нанося точные и смертоносные удары. Монстры вопили и сходили с ума от ранений, но и этим все не закончилось, ведь в самый неподходящий момент из-под земли вырвалось иное существо, куда более ужасающее и опасное – гигантский червь, тело которого было усыпано тысячей острых шипов, а жажда убийства не знала границ.

– Чёрт, что это такое?! Оно слишком огромное! – Набериус впопыхах использовал адское пламя, но как только оно обжигало цель, кожа червя вмиг покрывалась толстой броней. Он бежал от червя что есть мочи, однако бушующий монстр ни на мгновение не прекращал погоню, то и дело уходил под землю, чтобы в следующую секунду стремительно вынырнуть из толщи застывшей магмы точно под ногами своей жертвы, без труда распознавая ее местоположение с помощью вибраций.

– Аргх, черт, он невероятно быстрый, штыри и пламя на нем не работают, как быть-то теперь! – пытался собраться с мыслями Набериус. – Надо что-то придумать, я не могу продолжать вечно прыгать вокруг него, – в этот момент, воспользовавшись смятением оппонента, из-под земли вновь появился червь с беспощадной целью проглотить Набериуса, но мужчина не собирался так просто позволить ему сделать это, уперевшись руками и ногами в гигантские зубы существа, словно рычаг. Будучи неумолимо сдавливаемым сверху и снизу огромными челюстями, Набериус резко хватается за торчащие клыки чудовища и ловким движением отпрыгивает вверх, чтобы оказаться на голове монстра. Не теряя ни секунды, он создает в руке шар лавы и кидает его прямо на чудовище, наблюдая, как он проходит сквозь кожу и мясо, и сотворяя ещё больше кусков лавы, чтобы добить червя. Наконец побежденное чудище уходит под землю, где и встречает свою неизбежную гибель.

– Ну и ну, противные же эти твари, – констатировал Набериус. – Я должен научиться лучше контролировать лаву, этого уровня недостаточно…

После всех этих происшествий, которые можно было бы назвать первой стычкой, Набериус продолжил исследование планеты. Он внимательно изучал безграничную пустошь: помимо безжизненной грязи на планете все же были горы и поля, пусть и окаймленные реками лавы.

– Я так ничего и не нашёл, одни лишь ошмётки мяса повсюду… Эти монстры почему-то больше не нападают на меня. Испугались моей силы? – проговорив это, Набериус вдруг откашлялся. – Что? Кровь?.. Но откуда?.. Неважно, мне надо продолжать путь…

Набериус начал испытывать боль. Он понятия не имел, откуда она появилась, но пока что не стал обращать на это никакого внимания. Он стремился в полной мере познать свою новую силу: овладев лишь огнем и лавой за небольшой срок, он смог создать иные разновидности этих техник. Более того, он стал вырабатывать больше органических штырей, получилось даже сделать из своего позвоночника твердый и длинный меч.

Шли годы, он искал для себя место и смог расположиться недалеко от горы, где концентрация лавы была наиболее высока. Набериус принял решение о начале строительства собственной деревни. Была выстроена даже кузница, где он перерабатывал лаву в атерий, из которого создал броню для себя. Для постройки и переработки он убивал животных и использовал их кровь как сырье.

День сменялся днем, но не наставал покой в его жизни. С того момента, когда он впервые почувствовал боль, его мучало чувство. Чувство, что его жизненная энергия угасает. Набериус не понимал, с чем это могло быть связано, и проводил изучение своего тела. Он укреплял тело тренировками и пытался, бывало, даже пить кровь чудовищ, но и это не помогало – с каждым разом ему было всё хуже и хуже. В конечном итоге до него дошло. Свет. Свет этой планеты. Он наносит ему вред.

– Ах, опять, опять мне тяжело дышать, – мыслил вслух он, – ничего мне не помогает, надо что-то делать, иначе я так здесь и умру, – Набериус страдал, его тошнило кровью, и он чувствовал сильный жар. В итоге мужчина не придумал ничего лучше, чем лечь в кровать и подарить своему телу отдых.

– Ладно, попробую еще раз, надо перевязать голову мокрой тряпкой. Попытаюсь медитировать, может, это поможет мне, – Набериус начал засыпать и по началу, как и все мы, видел лишь тьму во сне. Спустя какое-то время перед его глазами предстал космос, но нигде не было абсолютно никаких планет, ему приходилось лишь наблюдать за какой-то сущностью непостижимых размеров.

Некие проблески затмевают его взор, и картина резко сменяется пустым пространством, вдалеке которого он замечает большую яркую сферу – внутри нее находится маленькое существо. Сияние сферы начинает ослеплять его, а когда зрение фокусируется, пред ним открывается бесконечный космос, наполненный разными частицами, а существо, что он видел ранее, уже выросло и просто наблюдает за всем.

Внезапно рука существа вонзается в его же грудную клетку, из-за чего происходит большой взрыв. Набериус видит, как его брат приобрел оболочку и полетел очень далеко, видит звезды, аномалию и себя, упавшего на ту планету, где он живёт, наблюдает за только зарождающейся жизнью, но среди всего прочего мелькало и нечто вроде воспоминаний.

В его видении глубоко в подземной полости обитало существо, а позади него виднелся источник силы этой планеты – очень большое скопление ветра в шарообразной форме, оно имело оттенки красного и обжигало всё находящееся рядом. От этого источника по планете протекала так называемая лава, именно из-за этого источника было большое скопление этой материи.

***

– Что? Где это я? Что это за место? – неожиданно для себя Набериус оказался в какой-то темноте, не понимал, где он и что он тут делает, как тут же странный голос проговорил:

– Набериус, дитя моё, скажи, хочешь ли ты жить?

– Что? Кто ты, покажись! – этот странный голос взывал Набериуса, однако тот совершенно не понимал, кто с ним говорит.

– Я спросила, хочешь ли ты жить или же нет?

– Да, да, я хочу, – поспешно ответил он.

– Дорогой мой Набериус, ты не знаешь меня, ведь как можно знать того, кто тебя же и создал. Ты попал на эту планету и жил в поисках определённой цели. Но судьбою было решено, чтобы ты попал именно на эту, смердящую злобными тварями, и нашел лишь одно. Смерть.

– Что? – опешил он. – Ты хочешь, чтобы я на этой проклятой планете просто умер?

– Да, Набериус, твоя судьба – это гибель, так как в отличие от твоего брата тебя не ждёт ничего хорошего, ты лишь букашка в рамках этого мира, и, если ты хочешь жить, ты должен пойти на самые ужасные поступки, а иначе – умрёшь, – нещадно отвечал голос.

– Зачем? Почему ты со мной это сделала, что тебе, чертова тварь, от меня надо? – Набериус был в шоке от таких неожиданных новостей. Им овладела такая ярость, какую он не испытывал никогда, его выражение лица сменилось куда более грозным и озлобленным. – Ты говоришь, моя судьба – это умереть? Тогда я заберу с собой то, чем ты дорожишь больше всего!

– И что же это, интересно? – усмехнулась неизвестная.

– Хах, твои существа, планеты и то, что я видел в ядре, что это за сила? Неужели она нужна для сохранности этой планеты? Я уничтожу всё, что ты создала, и создам новый мир на прахе от старого.

– Ты не посмеешь, ты умираешь, тебе не хватит сил для этого!

– Ха, ну, вот мы теперь и посмотрим, – Набериус был горд своей идеей насолить этой личности, которую он совсем не знал. Игнорируя ее, он бродил по этому тёмному месту в поисках выхода. И резко проснулся, когда услышал, как монстры крушат его убежище.

– Что вы творите, ублюдки?! – подорвался Набериус – злобные черви стаями начали рыхлить землю, с воздуха прилетели Анкеры – подобие птицо-ящериц – все они напали на ослабшего Набериуса.

– Вот тебе и пакость! Они окружили меня, мне надо что-то делать… Неужели это она наслала на меня свою стаю чудищ? – Набериус из последних сил убегал и уклонялся, его одолевали сильнейший жар и боль от колец, которые окружали эту планету.

– Если думаете, что я вас не переиграю и не уничтожу, вы в этом очень сильно ошибаетесь! – отчаянно крикнул Набериус. – Элемент лавы: Вулканическая засада.

– Сгорите, ублюдки! – он воткнул свой посох в землю, и в этот же миг из него вырвались языки пламени и всплески лавы, поразившие приблизившихся существ, но Анкеры все же схватили мужчину и, стремительно набрав высоту более сотни метров, безжалостно бросили вниз погибать.

– Ах ты крылатое создание! Надо что-то придумать! Они дожидаются меня внизу, тогда попробуем сейчас сделать так, – он сделал ударение на последнее слово. – Стихия огня: огненное погребение.

Набериус направил руки вниз и выпустил шары огня, обратившиеся в огромные потоки лавы, сжигающие всякую тварь, не успевшую от них уйти. Он падал и видел, как все они сгорают. Но ликование не было долгим – со спины на него напал один из червей, тотчас же впившийся в его тело зубами, кусая и разрывая. Набериус кричал от боли и сопротивлялся, а, когда же смог выпрыгнуть из пасти, на него, увы, вновь набросились. Набериус не мог двинуться, звери держали и рвали его на куски, он продолжал неистово вопить. Когда уже все стадо жутких монстров безжалостно навалилось на него, его крики лишь усилились.

– Я не могу проиграть! – из-за его спины прорезались крылья, изляпанные в свежей крови, один черт мог разобрать, ему она принадлежала или нет, и одним тяжелым взмахом они подняли его в небо. Тело Набериуса уже полыхало огнем, когда он вновь призвал адское пламя, и на грани сумасшествия он без капли жалости сжег всё живое вокруг на протяжении трех километров. Его крик разрезал скулеж и визги погибающих чудовищ, когда он, словно безумец, пожирал их сердца одно за одним.

– Я вылечился, – истерически смеялся он. – Невозможно. Всего-то нужно было сожрать их сердца, и теперь болезнь не властна надо мной. Моё имя Набериус, и только я должен быть тем, кто создаст новый мир. А для того, чтобы это сделать, я должен стать кем-то другим… чем-то другим… я должен стать Королём! – Набериус уже потерял частичку своего рассудка, после долгих лет пребывания в ужасном состоянии он смог убежать от судьбы и частично вылечился от этой неизвестной болезни. Теперь он имеет четкую цель дойти до ядра планеты и поглотить то, что даёт жизнь – только так он сможет, по его мнению, исцелиться. Теперь он смог получить больше силы и уверен в том, что никто его не остановит…