Народная ворожба и гадания

О близнецах-антагонистах: религия и ворожба

Ворожба и христианство считаются понятиями взаимно чуждыми, хотя на самом деле это далеко не так. Сложилось так, что занятие ворожбой в обществе считается занятием антихристианским и антирелигиозным, а значит, направленным против Бога. В реальности нет предметов более близких по отношению к человеку, чем ворожба и религия. Прежде всего, и то, и другое имеет дело с такими отвлеченными от повседневного бытия категориями, как Бог и дьявол, Добро и Зло, чудо и знамение, предвидение и рок, и проч. И то и другое предполагает определенную систему обрядов и некий моральный кодекс, такой как безусловная вера в Бога, недеяние зла, любовь к ближнему. Однако далее начинаются такие различия, что поневоле начинаешь понимать, как наиболее близкие родственники становятся злейшими врагами. Прежде всего религия учит, что лиц, занимающихся ворожбой, следует физически истреблять – «ворожеи не оставь в живых» (Исх. 22:18). Затем заявляет, что занятие ворожбой аморально и противно Богу (4 Цар. 21:6). И наконец, что для ворожей не будет пути в Царство Небесное (Тал., 5:19–21). Вместе с тем исцеление именем Христовым считается вполне нормальным актом.

Если говорить даже о таких порицаемых церковью вещах, как приворожение болезни или гадания, то подавляющее число заговоров на исцеление болезни построены как раз на использовании имен Христа, Богородицы и святых угодников и носят характер народных молитв (в отличие от латинских заклинаний, призывающих элементалей, духов и бесов). Гадание же на святых книгах было освящено (как мы увидим позднее) самыми ранними веками христианства, и большинство русских гадательных сборников также построены на христианском вероучении.

В отличие от церкви ворожеи относятся к последней вполне благочестиво и даже почтительно, деятельности своей наружу не выпячивают и подсчет совершаемых чудес не ведут. Как правило, ворожба требует любви к людям и желания помочь им, но время показывает – если она превращается в поточное производство материальных благ для автора, он очень быстро превращается в проходимца. Разумеется, помимо знаний ворожее важно иметь еще и талант, но кто скажет, есть он у вас или нет, пока вы не попробуете?

Могут спросить о другом якобы близнеце ворожбы – о магии. Давайте поговорим и о ней.

И еще раз о близнецах, но не сестрах: ворожбе и магии

Ворожбу очень часто путают с магией, но это на самом деле совершенно разные понятия.

Магия, как наука, конечно же существует – это несомненное творение человеческого ума, как и животноводство, как и аграрные науки, как и физика, как и музыка, как и химия, как и поэзия. Магия – это даже целый ряд наук, в нее входят такие различные отрасли, как нотарикон, теургия, гоэтия, алхимия, каббала… Это ряд наук неофициозных, то есть эзотерических. Магические науки называются так, потому что рассказывают о непознанном. В то время как физика, химия, астрономия, сопромат – это науки познаваемые, то есть науки экзотерические. Разделение это чисто условное, поскольку физика вряд ли способна пояснить, что происходит с веществом, преодолевающим скорость света, а астрономия не в состоянии внятно объяснить теорию происхождения Вселенной. Слово «Бог» экзотерика отвергает, а эзотерика признает и приветствует.

Однако человечество избрало для себя эксзотерику. И наверное, правильно сделало, поскольку нам очень приятно пить пепси– и кока-колу из холодильников, быстро разогревать еду в микроволновках, смотреть кино и телесериалы, говорить по мобильникам и переключать телевизионные каналы, пользуясь инфракрасными пультами. Но есть и ряд людей, которые не признают официозные науки и все более склоняются к магическим. Самое странное, что к этому приходят не только дремучие недоумки, но и люди с высшим образованием (а то и с двумя), которых никто не смог бы заподозрить в недостатке интеллекта, в тупости и упёртости. И такое происходит на протяжении ряда веков… Вдумайтесь – примерно тысячелетие умнейшие люди человечества бросают все свои достижения и обращаются к мистике, колдовству, магии, к чертям и демонам… ради чего?

Ради богатства? Но ведь ни один маг не нажил богатства, сравнимого хотя бы с богатством Рокфеллера. Легенды о сокровищах магов – не более чем легенды; даже Ротшильды нажили свои богатства столетиями упорных трудов членов своей семьи на благо своей фирмы.

Ради бессмертия? Но ни один маг не прожил долее 55–65 лет (Нострадамус – 63 года, Папюс – 50 лет, Блаватская – 51 год, Юрий Лонго – 56 лет). Эликсир бессмертия так и не был найден, а если и был, то он остается в полной тайне от всех – посвященных или непосвященных, и теории современных ученых о том, что таким эликсиром могут стать стволовые клетки нерожденных младенцев или спинномозговая жидкость крыс, до сих пор не более чем теории.

Ради власти? Но ведь ни один маг не провластвовал над народами долее 15–20 лет (если брать за эффект магии всемирную власть над народами Александра Македонского, Юлия Цезаря, Чингисхана, Наполеона, Ленина, Гитлера, Сталина…). На самом деле оказывается, что истинным благом оказывается не Власть, а именно отказ от Власти над миром, как это сделал отрекшийся от престола император Диоклетиан, сказавший своим сенаторам, пришедшим просить его вновь возвратиться на царство: «Вы бы не стали меня просить об этом, если бы видели, какая у меня в этом году уродилась капуста».

Оказывается, в мире есть иные – высшие ценности, кроме бессмертия, богатства и власти. Но тогда ради чего люди склоняются к магии? Очевидно, ради эффекта всевластия, эффектов бессмертия и всесилия. Да, не ради самого всевластия, бессмертия и проч., а лишь ради их эффекта. Эффект может быть весьма эффективен, когда действует на несовершенный человеческий мозг. Так в чем же истина? А в том, что на самом деле магия существует. Но ей научиться нельзя – с нею надо родиться.

Видов магии очень много. И вовсе не каждый маг, который в газетном объявлении уверяет весь мир, что он волшебник в десятом поколении, дипломированный колдун и магистр (адепт) черной магии, на самом деле таковым является. Вполне возможно, что у него просто завалялись в кармане с полтысячи рублей и он решил вместо того, чтобы честно спустить их в пивной, заплатить за цветное объявление в газете. Желтая газетенка вполне могла на такое предложение купиться (тем более что она клятвенно обещает читателям, что ни малейшей ответственности за честность рекламодателей не несет, а они могут быть не только адептами сатанизма, но и маньяками, бандитами или патологическими убийцами). Поэтому, откликаясь на рекламу мага, вы, мой почтенный читатель, скорее всего, откликаетесь на приглашение вора подставить ему свои карманы. Но о них мы рассуждать не будем.

Однако есть и такие маги, которые никому не дарят никаких обещаний, но все равно обладают великой властью над миром. Дело в том, что кроме магии белой и черной существует истинная магия. Это магия, позволяющая повелевать умами людей – тысяч, сотен тысяч и миллионов людей. Это магия звука, магия слова, магия речи, магия познания природы. Ею на протяжении уже тысяч лет пользуются гении: величайшие музыканты, поэты, писатели, актеры, ученые, политики. Скажем так, практически все они ничего не понимают в механизме действия собственной магии, и мало кто способен извлечь из нее практическую пользу (уникумы вроде Шаляпина, Ульянова-Ленина, Стивена Кинга или Билла Гейтса встречаются крайне редко), но все они реально были способны (и до сих пор способны) влиять на настроения огромных скоплений людей и через них на всю окружающую нас природу, ноосферу и, следовательно, на мировое информационное поле (природы коего не понимают ни ученые, ни маги, но и те и другие верят в его существование). Поймите (и примите к сведению), уважаемые современники, что истинная магия – это не драконы и не волшебные палочки, а то, что меняет пути развития человечества, а значит, и всей планеты, например, как это сделали паровозы, социализм, космос, Интернет и мобильники. А огнедышащие летучие змеи и ковры-самолеты – это всего лишь литературный прием. Магия – это великие египетские пирамиды, «Пифагоровы штаны» и «Битлз», а всякие там Эдгары Кейси, Чумаки и Кашпировские – это дешевые прожектеры, великие специалисты по надуванию щек перед доверчивой публикой. Их магия никому не принесла никакой особенной пользы (хотя и никому особо не навредила), кроме них самих. Тогда стоит ли особо говорить о магии, если она как наука совершенно бессильна, бесцельна и наивна по сравнению с гением отдельно взятого человека?

Совершенно особое дело ворожба. Она не претендует на звание науки, а кроме того, ворожба не предполагает никаких магических действий и проникновения в эзотерические тайны, не предлагает сотрудничества с добрыми или злыми духами, не нацелена на производство заклятий или на применение колдовских чар против обычного человека.

О верованиях древней Руси и ворожбе

На Руси обычай ворожить или отправляться за советом к ворожее имеет весьма давние корни, настолько давние, что они теряются в дебрях языческих веков. Прежде того как на Русь пришли Перун и Велес, среди славянских племен проживали люди, известные как ведуны, вещуны, волхвы и доки. Все это суть одно и то же – люди, владеющие приемами и навыками ворожбы. Их нельзя причислить к категории друидов или жрецов, магов или чернокнижников, поскольку они не поклонялись тем или иным богам, не творили магических деяний и не имели никаких книг. Их можно сравнить разве что с позднейшими монахами-отшельниками, которые уходили от мира и пытались познать мир в себе. Они не владели письменностью и знания свои передавали по наследству изустно. Между тем известно, что первые языческие храмы (капища) появились по инициативе князя Владимира лишь незадолго до крещения Руси.

В каких же богов веровали наши предки? Мы устойчиво повторяем байки позднейших ученых про Перуна, Даждь-бога, Велеса, не имея о них каких бы то ни было письменных источников (кроме пресловутой Велесовой книги, в которой легендарно решительно все – от ее якобы находки до ее якобы расшифровки.). Нет о них упоминания и в самых ценных литературных памятниках Древней Руси – народных песнях и народных мифах-сказках. Вместо языческих богов героям наших мифов (Иванушкам или Аленушкам) помогают или вредят… животные! Могучий и преданный Волк, добродушный Медведь, волшебница Щука, проказница Лиса, отважный конь Сивка-Бурка, пламенная птица Сирин. Нет, наши предки не творили себе кумиров из бревен и камней, не поклонялись тотемам, но верили в духов, живущих в животных. Эта религия называется теротеизмом, и она была свойственна многим древнейшим культурам мира – древнеегипетской, древнеиндийской, древнеафриканской. Ну и древнерусской, естественно, поскольку исконно русскими божествами были божества природные – духи лесов, полей, озер, домов, которых олицетворяли те или иные наиболее примечательные животные.

Единственными признаками божеств (бессмертие, всемогущество, повелевание силами природы) русская мифология наделяет только крайне отрицательных существ – (коварную) Бабу-ягу, грозного (хотя и смертного) Змея Горыныча и Кощея Бессмертного (весьма жестокого, но все же смертного). Логика русского человека была несокрушимой – добро, оно добро и есть, а зло – оно от лукавого. Добро – это все то, что не зло, а если зло творится, то его носителя все равно не победишь (коли ты не богатырь), значит, надо его умилостивить, то есть дать взятку. Отсюда происходят обряды умасливать домовых, банников, овинников, всякую дворовую нечисть, отсюда же исходит неистребимое на Руси (и позже в России) взяточничество. История показывает, что взяточник в итоге все равно будет наказан Промыслом Божьим, но до этого еще много может утечь воды, так что спокойнее будет вовремя от него откупиться.

Можно предположить, что именно из-за всеобщего всенародного безверия князь Владимир принялся насаждать на подведомственных ему землях религию, которая могла бы сплотить отдельно живущие на территории нашей страны племена в единый народ. Похоже, что князь долгое время колебался между одной религией и другой, склонился было к язычеству и стал воздвигать кумиры богов (до него в Киеве храмы если и были, то лишь у нескольких христианских общин, возникших с Аскольдовых времен), начал приносить богам кровавые человеческие жертвы, но в итоге сделал окончательный выбор в пользу христианства. И выбор этот был сделан вовсе не от того, что «веселие на Руси есть пити», а потому что христианская Византия была несравнимо более могущественным государством, чем исламская Хазария или иудейская Булгария. Именно такой князь Владимир Красное Солнышко хотел видеть и Русскую землю. Так что выбор был сделан мудро и правильно.

Собственно, потому христианство так органично прижилось в русском народе, что никаким особым богам наши русские предки не поклонялись. К тем же народам, у которых действительно сложились языческие культы – чуди, мордве, коми и проч., – христианство шло гораздо более долгим и сложным путем и дошло в итоге лишь к XVII–XVIII векам.

Вообще к религии у русских людей всегда было двойственное отношение – с одной стороны, безусловная, истовая вера в Бога и святых угодников, с другой – ироничное «на Бога надейся, да сам не плошай» (см. у В. И. Даля «Русские пословицы и поговорки» в соотв. разделе). Такое же двойственное отношение сложилось в народе к служителям культа и к властям предержащим. Таким образом, можно говорить об определенной черте русского национального характера. Если сказать, что народ наш просветлен и всею душою тянется к православию, то это будет неправдой, ибо далеко не весь наш народ просветлен, да и 73 года насаждавшегося атеизма основательно повыветрили в нем веру в Бога. Если же сказать, что народ наш темен и в нем живет единодушная вера в силу ворожбы, это тоже будет ложью, поскольку далеко не все русские и не во всех случаях жизни прибегают к помощи гадалок и целителей. Но даже если такое и случается, то это в народе не считается каким-то особенным грехом, изменой Господу или суеверием. Ворожба для русского человека обычна, даже обыденна, поскольку к ней на Руси, а позже и в России прибегали всегда – всегда пытались предугадать будущее, найти способ сохранить себе жизнь и здоровье, как в военное, так и в мирное время, внушить симпатию к себе, как у лиц противоположного пола, так и у начальства. Происходило это потому, что и на Руси и позже в России всегда был крайне низкий уровень медицинского обслуживания, совершенно наплевательское отношение властей к жизни и здоровью подданных и чрезмерно высокий уровень угодничества и взяточничества (тест: найдите 10 отличий с бытием современной России).

Я решил собрать в этой книге сведения о различных видах ворожбы, таких как ворожба предсказательная, целительская и любовная. Некоторые виды ее раннего, еще языческого происхождения, другие возникли в христианское время, иные – такие как ворожба на картах и кофе – в новейшее время, в петровские времена. Но от этого ворожба не становится менее увлекательным занятием. Не хочется называть ее полезной или вредной – она есть, она бытует в нашем народе, пусть такою же и остается.

Поэзия и прорицание

Желание знать будущее порою превращается в самую настоящую потребность. Оно вполне понятно у человека во всякое время, при любой культуре; еще в отдаленные времена жизни человечество создало богатейшую пророческую литературу, как на Древнем Востоке (каковы, например, иудейские пророческие книги, откровения), так и у античных народов (Сивиллины книги, libri fatales у этрусков). Этому же стремлению обязаны своим происхождением древнехалдейская астрономия, средневековая астрология, античные оракулы различных типов (Додонский, Дельфийский и проч.); тому же стремлению обязаны своим началом бесконечные в своем разнообразии способы гадания, как средство заставить высказаться высшую силу, будет ли это языческое божество или христианский Бог; в различных явлениях природы, в различных событиях жизни человека, в комбинации этих событий стараются видеть указующий перст судьбы, божества. Понятия о гадании и пророчестве становятся весьма близкими в сознании человечества.

Еще в древние времена отдельные личности получали особенную славу людей, обладающих даром предвидения, даже иногда специально какого-нибудь рода. Самым блестящим в ряду этих людей был, разумеется, Орфей, легендарный певец и философ фракийского происхождения, имя которого связано как с ранней историей греческой литературы, так и с историей греческой религии, в которой он является установителем особого вероучения и религиозных обрядов и учредителем секты, названной по его имени орфиками. Он считался сыном фракийского царя Эагра, бога реки, и музы Каллиопы (хотя по некоторым сказаниям, Орфей был сыном Аполлона, его учеником и учредителем в честь его культа, однако это лишь сказания, поскольку он в таком случае не пользовался бы поддержкой бога Гермеса). Он жил в догомеровскую эпоху и, как явствует из мифов, общался с языческими божествами древней Эллады. Его лира издавала такие чудные звуки, что дикие звери выходили из своих логовищ и следовали за ним; деревья и скалы сдвигались со своих мест, чтобы послушать его дивную игру. Из мифологических сказаний об Орфее особенно распространен миф о спуске певца в подземное царство за своей погибшей женой Эвридикой. И несмотря на то, что покровительствовал певцу сам бог Гермес, что даже адский трехглавый пес Цербер был умилен звуками его лиры, что снизошли к нему даже правители ада Гадес и Прозерпина, так и не смог он вывести жену из ада в силу пресловутого женского любопытства. Конец поэта был ужасен и трагичен: окончательно потеряв Эвридику, Орфей влачил жизнь в одиночестве, чуждаясь женщин или, по некоторым сказаниям, перенеся свою любовь на юношей. По сказаниям позднейших мифографов, Орфей участвовал в экспедиции аргонавтов в Колхиду; при звуках его лиры море не шумело; двигавшиеся скалы-симплегады остановились на месте, чтобы пропустить корабль «Арго», и с тех пор остались прикованными на своих местах; благодаря его игре был усыплен дракон, стороживший золотое руно в Колхиде, и выполнена трудная задача аргонавтов – достать это руно. По одним сказаниям, Орфей умер от тоски по Эвридике; его могилу показывали в Пиерии, возле Пимплейского источника; фракийцы рассказывали, что соловьи, свившие гнезда возле могилы поэта, пели приятнее и громче прочих соловьев. По другому сказанию, Орфей был растерзан спутницами Диониса – менадами то ли за непочтение к культу Диониса, то ли за ревность к памяти Эвридики. Овидий в своих «Метаморфозах» рассказывает, что менады, убив Орфея своими тирсами[1], растерзали его труп, раскидали части его по долине Гебра, а голову и лиру бросили в реку, которая вынесла останки певца в море и принесла к Лесбосу; здесь, в Антиссе, в память поэта был поставлен жертвенник.

Все это звучит довольно сомнительно, поскольку именно Орфей сделал больше всех для установления в эллинистическом мире культа Диониса. Однако такая концовка легенды вполне соответствует двойственной природе человека – любовь толпы может моментально превратиться в ненависть и наоборот.

Желающих узнать об этом мифе поподробней отсылаем к богатейшей мифологической литературе, мы же ограничимся тем, что укажем, какое исключительное значение придавалось в древности поэзии, как занятию, роднящему людей с богами. Орфей является создателем особой религии и провозвестником учения и мистерий Диониса; его поэзия легла в основу философии орфиков и орфического учения. От этого учения ровно один шаг до монотеизма. Другими словами, если бы Христос не родился в Иудее, он непременно возник бы в Элладе. Однако сослагательного наклонения история не знает. Продолжателями Орфеевой поэзии во Фракии считались Лин, Филаммон, Фамирид, Евмолп и Мусей.

Вообще, начиная с глубокой древности поэзии придавалось великое прорицательное значение. В стихах изрекали свои предсказания не только легендарные Кассандра и Тиресий, но и храмовые оракулы Античности. Наверное, пошло это от того, что наши предки осознавали, насколько велика пропасть между человеком обычным, разумным, и человеком творческим, которому доступны моменты озарения. А еще большая редкость в нашем сообществе – человек не просто творческий, талантливый, но отмеченный печатью гениальности. Да, печать эта порой остается на челе поэта ненадолго – гении часто подвержены вспышкам буйства, пьянства, ревности, отчаяния; удары судьбы они переживают особенно тяжело, но… на то они и гении; получив свыше столь великий дар, человек просто обязан оплатить его по высшей ставке.

Греко-римская Античность передала в наследие Средним векам целый ряд своих пророков-мудрецов; это не только пророки о Христе, каковыми являются знаменитые семь мудрецов и философов[2], но и предсказатели будущего вообще.

Изречения семи мудрецов, или «гномы», пользовались большой известностью в античные времена. Перед входом в дельфийский храм Аполлона были высечены такие их знаменитые афоризмы, как: «Все свое ношу с собой», «Ничего сверх меры». Надпись «γνωθι σαύτόν» («Познай самого себя») была высечена при входе в знаменитый храм Аполлона в Дельфах; правда, молва приписывает это изречение не одному из семи мудрецов, а женщине, Фемоное, первой пифии (прорицательнице) этого святилища. Эта краткая фраза настольно повлияла на мировоззрение молодого Сократа, посетившего Дельфы, что навсегда изменила его личность и впоследствии всю его жизнь. Он поразился, насколько открыто и просто этим изречением каждому смертному указывается главная цель его жизни и насколько никто, в сущности, не стремится этому правилу следовать. С тех пор любимым изречением Сократа стало «Я знаю то, что ничего не знаю» – афоризм, которым обязан руководствоваться по сей день каждый истинный ученый. После этого Сократ отвернулся от философии Анаксагора с его натурфилософией и обратился к тому сложнейшему миру, непознанному микрокосму, заключенному в каждом человеке, который привел его к бессмертной славе. Трагически погибший по обвинению троих никчемных людишек и из-за предательства сограждан, Сократ пережил века и остался в памяти всей человеческой цивилизации, поскольку до конца был верен своей философии и своим убеждениям. Если бы он в своей жизни написал хотя бы одну строку, то и по его изречениям гадали бы – но он, увы, не доверял бумаге.

Весьма популярен был и в древности, и в Средние века поэт Пиндар[3], которому приписывалось изобретение математических гаданий, основанных на мистическом значении цифр в именах (одну из глав в настоящей книге мы посвятим этому способу предсказания будущего).

Однако в Древнем Риме гораздо популярней был создатель «Энеиды», великий поэт Вергилий. По этой его прославленной поэме гадали еще в древности, как и по Гомеру. Вообще в народном сознании Вергилий весьма рано превратился из поэта в мага и волшебника, прославившегося умением не только предсказывать будущее, но и строить чудные вещи, по которым можно было узнавать это будущее. Его сочинения послужили основой для знаменитых средневековых Sortes Vergilianae[4], давших в свою очередь начало знаменитым же Sortes Sanctorum[5].

Из гадания по книгам великих поэтов возникла так называемая рапсодомантия (греч. Rhapsodomantia) – гадание по стихам «Илиады» или «Энеиды», причем вещую силу имел или первый попавшийся на глаза гадающему стих, или стих, оказавшийся на заранее определенном месте страницы. Один из видов рапсодомантии состоял в сочетании написанных предсказаний с игрой в кости. Подобный способ гаданий практиковался в городе Атталии в Памфилии, а также в римском городе Палестрине (нынешнее Пренесте).

Однако мы далеки от того, чтобы рекомендовать читателю исключительно великих античных авторов (они уважаемы исключительно в силу их древности). Любой действительно великий поэт сможет дать вам предсказание. Так, известный маг и авантюрист древности Джиакомо Казанова пользовался для гадания книгой великого поэта Средневековья Лудовико Ариосто[6] «Неистовый Роланд», причем находил в ней не менее точные предсказания, чем в античной литературе.