- -
- 100%
- +
Анна и Татьяна Аксинины
Алиса в стране изумрудов
Солнечным летним днем Алиса Михайлова ехала в гости к своей подруге Эмме. Алиса редко бывала в её квартире-студии на окраине Новосибирска, чаще Эмма зазывала подругу в свой маленький офис в деловом центре на улице Октябрьской или запросто забегала к ним домой. Но в офисе есть секретарша и посетители, дома – мама Алисы, а Эмма, судя по всему, очень хотела поговорить без свидетелей. Она пообещала накормить подругу сказочным обедом, а это значило, что Эмма проведет за готовкой час-другой, а не разогреет полуфабрикаты из супермаркета.
Глядя из окна маршрутки, Алиса то здесь, то там замечала новые или строящиеся здания. Новосибирск продолжал расти и вширь, и ввысь. Жилмассив, где купила квартиру Эмма, тоже заметно увеличился. За крайними домами ещё недавно находился пустырь с оврагами, а теперь встали ряды домов. «Человейник», – презрительно называла это место Эмма. – «Понастроили жилья, а где поликлиники, школы, садики?» В этот раз прямо под окнами Эммы, где был огороженный забором котлован, появился детский сад с благоустроенным двором.
Уже в дверях Алиса ощутила аромат жареного мяса, корицы, еще чего-то аппетитного. Стол уже стоял накрытый, и подруга, не заводя серьезных разговоров, начала усердно потчевать Алису зеленым салатом с оливковым маслом и куриным филе в сухариках с гарниром из тушёной капусты. К чаю она предложила яблочный пирог-шарлотку, непременный атрибут праздничного стола в семействе Кляйн. Дань традиции, хотя единственным немцем был, кажется, прадед Эммы. Сама она почти не ела, а остаток пирога упаковала в контейнер и навязала Алисе с собой.
– Спасибо! Не надо.
– Возьми, возьми для тети Юли! Я на диете.
– Эмма, мне даже думать не хочется, что ты потребуешь взамен. Выкладывай!
– Алисочка! Ты должна меня взять завтра на корпоратив «Электронной вселенной»!
Алиса от возмущения потеряла дар речи, но потом решительно дала отпор подруге.
– Это невозможно, пойми, Эмма! Невозможно от слова «совсем».
– Нет, я должна там присутствовать! Алиса, дорогая, миленькая! Там же будет Павел Сухинин, я узнала это точно.
– Интересно, от кого узнала? От него самого?
– Ну, что ты! До такой степени близости мы еще не дошли. Позвонила в офис и наплела секретарше, что мне неисправную камеру наблюдения поставили, и я завтра вечером приеду к директору, чтобы он лично в этом убедился. А она никак не могла от меня отбиться и проболталась, что он завтра с 16 часов уедет на праздник фирмы «Электронная вселенная».
– Предлагаю тебе покараулить его под дверью банкетного зала.
– Нет, это не сработает, пробежит мимо к машине, еще и охранника натравит, чего доброго. Мне надо присутствовать среди гостей, помелькать перед ним несколько раз, привлечь внимание как бы случайно. А как заговорит – всё, попался, уж я его постараюсь очаровать. Смотри, какое я платье себе купила.
Эмма метнулась к шкафу и вынула ярко-красную тряпочку.
– Какое красное! – Алиса невольно залюбовалась, нашла ярлычок. – Размер М? Сомневаюсь, что ты в него влезешь. Помнишь, как весной ты своё черное со стразами не смогла натянуть?
– То после зимы, я потом хорошо сбавила, на фитнес ходила. А сейчас специально две недели одной гречкой питалась, – Эмма уже сбросила майку и надевала платье. – Помоги, застегни сзади. Ну, как? Гляди: налезло и не лопается, можно и внутрь принять что-нибудь.
– На мой взгляд, несколько вызывающе.
– Значит, то, что надо. Алиса, ты в своем концертном зелёном будешь?
– Конечно, она самое новое и нарядное.
– Супер! Мы круто будем смотреться рядом: ты такая скромная, нежная, в зеленом платье с юбкой в пол, а я – такая сексапильная в красном облегающем, с разрезом дальше некуда.
– Эмма! Повторяю: не будешь ты смотреться рядом со мной на этом корпоративе. Вечеринка закрытая, только для верхушки фирмы и избранных приглашенных. Там вход по спискам и с паспортами.
– Ну, ты скажешь, что я твой аккомпаниатор. Я с музыкальной школы еще ничего не забыла. Помнишь, я на Новый год тебе подыграла «Естэдэй»?
– Ну ты сказала! Это же не дома в компании. Как ты себе представляешь выйти на концерте с бухты-барахты? Что за бред! – Алиса уже пожалела, что приняла приглашение подруги заехать в гости после репетиции. – Мы столько репетировали с Никитой, а сегодня прошел прогон прямо в зале. И если бы даже ты играла не хуже него, я бы не стала менять аккомпаниатора, тем более что именно он устроил меня в этот концерт. За два романса плата очень неплохая, и видео может пойти в сеть.
– Ну, тогда, я – костюмер, платье понесу на плечиках.
– Оно легкое и не мнется, сама донесу, мне свита не нужна.
– О! Я твой стилист-визажист, возьму всю косметику, спонжи, кисточки. Алиса, соглашайся! Мне очень нужен этот праздник! Павел Сухинин – мой идеальный вариант мужа. Он по всем параметрам подходит: серьёзный, симпатичный, состоятельный, имеет свой бизнес. Но и не слишком богатый, это мужиков развращает…
– Да, да, как Штирлиц, «морально устойчив, в связях, порочащих его, замечен не был». А он-то считает тебя идеальным вариантом?
– Пока – нет, но я над этим работаю. Алисочка, ты же не станешь препятствием на моем пути к мечте? – Эмма жалобно поморгала карими глазками и даже похлюпала носом.
– Ладно, Эмма, давай попробуем. Завтра не опаздывай, встретимся у входа в 16:30, – сдалась Алиса, ей надоело спорить с подругой. «Всё равно, ее не пустят, раз нет в списке».
Никита заехал за Алисой на машине. «Он определённо за мной ухаживает», – подумала она не без удовольствия, восседая на заднем сиденье с платьем в чехле. – «Как удобно, когда подвозят!» И тут же поменяла мнение, пока искали место для парковки. Никита высадил Алису у входа, чтобы она успела переодеться, а сам продолжил поиски. Ещё издали сквозь фигуры охранников и гостей Алиса заметила ярко-красное пятно – Эмму. Прическа должна была убедительно свидетельствовать о творческой профессии: волосы оказались начесаны лохматой копной, а челка желтыми прядями свешивалась на лицо до самых ресниц, длинных черных и густых, очевидно – наклеенных. Пренебрегая молодёжной модой, Эмма обулась не в кроссовки, а в красные туфли-лодочки на высоком каблуке. Сумочка немного выбивалась из стиля: средней величины, бежевая. «Ах, да, Эмма притащила кучу косметики для убедительности. Зря старалась, здесь и мышь не проскочит».
Алиса назвалась и показала открытый паспорт. Охранник удовлетворенно кивнул. Эмма чувствительно ткнула подругу в спину острым кулачком.
– Она со мной, стилист-визажист, – обречённо произнесла Алиса.
Естественно, охранник спросил фамилию и начал сверяться со списком.
Эмма выступила вперед, оттеснив Алису, и начала умильно улыбаться и тараторить.
– Ах посмотрите ещё, Кляйн Эмилия. Неужели не успели включить? Это какая-то ошибка. Я просто обязана пройти!
– Раз нет в списках, вы не можете войти, – охранник вежливо, но твердо отодвинул Эмму в сторонку и направил Алису через арку металлодетектора в холл.
– Сами подумайте: как можно на такой концерт артистке без макияжа? – За её спиной Эмма продолжала спор. – Считаю ваши действия неуважением к публике.
Мимо проходили, беседуя, два солидных представителя этой самой публики, оба в костюмах и при галстуках. Один из них, высокий яркий брюнет, заинтересовался и подошел к двери. Он окинул внимательным взглядом темных глаз Алису, затем Эмму. Алисе стало очень стыдно за подругу.
– Что за шум? Артистки?
Алиса назвалась и повторила вранье про визажиста. Эмма выставила вперед приоткрытую сумку с тюбиками, расческами, баночками.
– Её нет в списках, Борис Евгеньевич, – вытянувшись в струнку, доложил охранник.
– Ну, так впишите. Паспорт с собой?
– Да, – радостная Эмма торопливо протянула паспорт и представилась своему заступнику. – Кляйн Эмилия-Валентина.
Борис Евгеньевич сдержанно кивнул. Охранник придирчиво читал паспорт, сверяя фото с оригиналом. Насколько помнила Алиса, сходства там было мало. Брюнетка с «шишкой» на макушке на фото совершенно не вязалась с лохматой блондинкой в оригинале. Хорошо еще не в парике снялась, их два у Эммы: рыжая кудрявая грива до лопаток и черный короткий «ёжик».
– Здесь написано «Валентина Георгиевна».
– Я Эмилия-Валентина, не внесли второе имя в метрики при регистрации. У нас, у католиков, часто бывают двойные имена. Эмма лучезарно улыбнулась, но Борис уже отвернулся и подошел к собеседнику.
В тесной гримерке, совершенно не рассчитанной на полтора десятка артистов, Эмма очень ловко пробилась к угловому столику с зеркалом, работая локтями, но рассыпаясь в извинениях.
– А нам надо, мы в числе первых выступаем, а вы успеете еще. Да не орите так, вы же культурные люди!
«Всё же польза от неё есть», – подумала Алиса, скрываясь за шторкой для переодевания. Она сменила бриджи и тонкий свитерок на концертное платье. Под свитером надет мамин подарок – серебряное колье с зелеными камушками.
Эмма усадила подругу на стул и, припудривая ей нос и подбородок большой мягкой кисточкой, зашептала на ухо:
– Повезло! Как повезло! Это же сам хозяин фирмы вмешался, Завьялов Борис Евгеньевич. А второй с ним – мой объект, Павел Павлович Сухинин. Обожаю такие имена: Пал Палыч, Сан Саныч! Ну, как он тебе?
Эмма поправляла Алисе прическу, вернее, делала вид, что поправляет. Алиса дома уложила свои волосы наподобие длинных локонов и закрепила лаком.
– Честно, не разглядела с первого взгляда. Он же не блондин? Ты мечтала о блондине.
– Да это еще в школе было! Павел – шатен, глаза темно-серые, почти синие.
– Ладно, не горячись, лишь бы тебе нравился. А Борис Евгеньевич выглядит очень достойно: высокий, статный, голос низкий, уверен в себе.
– Даже и не мечтай, известный бабник. Такие богатые, как он, не женятся на таких, как мы. Другое дело – Павел…
– Алиса! Ты где? – Раздался крик от входа. Это наконец пришёл Никита. – Слава Богу, успел. Наш выход минут через 15. Перед нами скрипичное трио.
– Я готова, – Алиса встала и отошла от столика.
Никита присел, тщательно причесал назад слегка вьющиеся светлые волосы, поправил галстук-бабочку, оглядел себя, остался доволен и пробрался следом за Алисой к выходу.
– Кстати, Никита, познакомься, это моя подруга Эмилия. Организатор праздников. И стилист.
Они вышли в узкий коридор, где Никита смог окинуть взглядом эту контрастную пару. Алиса – зеленоглазая шатенка в романтичном длинном зеленом платье с декольте, приталенном, но расширенном книзу. И Эмилия – лохматая блондинка с карими глазами, ярко накрашенная, в красном платье в обтяжку. Вид у него был слегка ошалевший.
– Твоя подруга? Очень приятно, – он моргнул несколько раз.
– Для друзей – просто Эмма. – Подруга лучезарно улыбнулась Никите.
«Наверное, меньше бы удивился, если бы рядом со мной оказалась зебра». – Подумала Алиса.
За сценой пришлось стоять минут 20. Сначала гендиректор поблагодарил коллектив «Электронной вселенной» за хорошую работу, озвучил какие-то цифры достижений и раздал подарки всем топ-менеджерам. Потом от городской администрации вручали диплом и благодарили за компьютеры для новой школы. Далее концерт открыл ансамбль скрипачей – три девушки с распущенными волосами в коротких черных кожаных платьях и сапогах до колен. Репертуар они по контрасту выбрали классический: две пьесы для скрипичного трио Вивальди и Моцарта. И наконец ведущий, стройный молодой парень в отливающем серебром костюме, торжественно объявил:
– А сейчас окунёмся в романтику русского романса! Александра Пахмутова «Прощай, любимый» и Сергей Рахманинов «Сирень». Поет лауреат конкурса молодых исполнителей Алиса Михайлова. Аккомпанирует Никита Кузнецов».
Алиса с приветливой улыбкой вышла на сцену. Зал уютный, компактный, гораздо меньше, чем в консерватории. При первых аккордах она перестала волноваться и уже не думала ни о чем, кроме пения.
Именно эти романсы принесли ей победу в конкурсе «Молодые голоса Сибири». Первый – «Прощай, любимый» – из репертуара знаменитой Тамары Синявской, он держал в напряжении от первых до последних нот. Драматические слова, большой вокальный диапазон. Зато второй был чисто для сопрано. От слов и музыки хочется улыбаться сразу. Алиса пела и чувствовала, как она сама выходит утром в цветущий сад. «…И в душистую тень, где теснится сирень, я пойду свое счастье искать…» Зрители приняли романсы очень тепло, судя по аплодисментам. Делая поклон, Алиса заметила в первом ряду самого Бориса Евгеньевича. Он восторженно улыбался и громко хлопал в ладоши.
– Поздравляю! Такой успех! – Радовался Никита за сценой. – Не спеши переодеваться, все артисты приглашены на фуршет.
Мимо пробежали шесть девушек из танцевального ансамбля, все высокие, длинноногие, одетые в бело-голубые псевдорусские костюмы с огромными кокошниками. Из динамиков оглушительно грянула музыка «Светит месяц, светит ясный…»
– Как я понимаю, вот самый подходящий номер для корпоратива, эти «снегурочки», – заметила Эмма, когда они вышли в холл, где не так грохотала музыка. – Еще романсы – куда ни шло. Проявить себя любителями классики, послушать про любовь. А скрипичное трио с Моцартом им зачем?
В холле работники кейтеринговой компании сервировали столы, причем особым образом. Заметно было, что маленький стол предназначен для избранных, а длинный – для всех остальных.
– Видите ли, Эмма, дело не в том, что исполняют, а в том, кто исполняет, – принялся объяснять Никита. – Одна из скрипачек – дочь главной бухгалтерши.
– Тогда понятно, – Эмма с трудом отвела взгляд от бутербродов с красной икрой.
– А ты откуда знаешь? – удивилась Алиса.
– Илья Гладунко, ведущий, – мой приятель, он же программу составлял, благодаря ему я и протолкнул твои романсы. Между прочим, он – киноактёр, снимался уже в двух сериалах. И сейчас выступит с пародиями на Баскова, Киркорова и Лепса.
– То-то мне его лицо знакомым показалось, – обрадовалась Эмма. – Так пойдемте в зал, там задние ряды свободны.
С большим успехом выступил Илья. Шлягеры, в свое время звучавшие из каждого утюга, почти вызывали у Алисы головную боль, но публика принимала их восторженно, а некоторый даже подпевали «…и то-о-о-лька-а рюмка водки на столе…». Следом переодетые «снегурочки» очень неплохо изобразили испанский танец, даже соблюдали правило испанских танцовщиц: не улыбаться. Дуэт из филармонии, пара в возрасте, красиво исполнил под баян две казачьих песни. И в заключение вышли девушки в ярких нарядах с широченными юбками и сплясали «цыганочку» так зажигательно, что зал встал, аплодируя. Впрочем, конец концерта означал переход к угощению.
Переждав толкучку у стола, Алиса закусила канапе и запила минеральной, убедившись, что она не холодная. Эмма взяла в руки высокий бокал с шампанским, но не пить не стала, а прохаживалась туда-сюда, зорко высматривая свой «объект». Никита аккуратно поедал бутерброды и рассуждал, что это выступление – только первый шаг к популярности. Он заметил то, что пропустила Алиса – оператора с камерой.
– Видео появится в интернете, нас начнут приглашать везде, вот увидишь. Но мы будем выбирать, чтобы платили не меньше, чем здесь. Ух, ты, креветки – ничего себе!
Никита перешел к следующей тарелке, Алиса отошла от стола.
Публика беседовала, пила и закусывала. В холле музыка звучала негромко, шла подборка танцевальных мелодий. Две –три пары танцевали время от времени. Мало оказалось партнерш, да и те – хорошо за сорок. «Снегурочки» не остались, куда-то еще спешили, пропал и Илья Гладунко.
К удивлению Алисы, к ней подошел Борис Евгеньевич, церемонно представился и заговорил о том, как ему понравилось её пение.
– Честно скажу, Алиса, я не знаток музыки и романсов не знаю. Но ваше пение что-то всколыхнуло внутри.
Алиса ответила на похвалу вежливой улыбкой.
– Да, я заметила. Вы сидели в первом ряду. «Сирень» на стихи Екатерины Бекетовой – это особый, мистический романс в творчестве Сергея Рахманинова. У композитора много лет была анонимная поклонница, которая на все концерты присылала ему букет сирени и записку с инициалами «Б.С.» Про себя он называл её «Белая Сирень», ей и посвятил эту музыку.
– Да, очень красивая история. И вы прекрасно спели. Я вас пригласил просто как победителя конкурса «Молодые голоса Сибири», и очень рад, что не ошибся.
– Спасибо! – Алиса наклонила голову и не сказала больше ни слова, чтобы не показать Борису Евгеньевичу закипевшее внутри возмущение. Сам того, не подозревая, он разоблачил бессовестную ложь Никиты.
«Никита! Врун и хвастун. Он организовал, он похлопотал, у него связи… А на самом деле…»
– Белый танец, – объявил диджей.
Алиса увидела, что сытый и довольный Никита идёт от стола в её сторону и резко отвернулась, шагнула – и налетела на Павла.
– Простите!
– Ничего.
– Потанцуем? – Он протянул руку. Алиса машинально пошла танцевать, успев подумать: «Действительно, глаза серые, а в темных ресницах – почти синие».
Эмма, следовавшая за Павлом по пятам, огляделась и подхватила Никиту, который и пикнуть не успел. Вот они уже описывают круги, в центре которых Алиса и Павел.
– Алиса, я знаю, кто вы, а меня зовут Павел.
– А кем вы работаете в «Электронной вселенной»? – сказала Алиса, лишь бы разговор поддержать.
– Я здесь гость, как и вы. У меня узкая специализация – охранные системы, сигнализация, камеры наблюдения. Фирма Бориса – мой самый крупный клиент, а ещё мы с ним занимаемся гонками на квадроциклах, дайвингом, катаемся на сноубордах. Но я не замечал за ним ни малейшего интереса к классической музыке.
– Да, он сказал. Но сегодня ему понравился романс «Сирень» в моем исполнении. А вам?
– Рахманинов мне вообще нравится, особенно Второй концерт для фортепиано с оркестром. Но сегодня для меня Пахмутова затмила «Сирень».
– Почему? Из-за сложности? Вы большой знаток вокала?
– Нет, не буду хвастаться. Мне больше понравился романс «Прощай, любимый» по личным мотивам. …Вдруг вспомнилось давно отболевшее… Была одна девочка в школе, а потом она уехала. Я не мог её забыть и постарался разыскать. А она замужем. И не зря она мне очень нравилась. Прямо, как Татьяна Ларина, созналась, что была влюблена, но теперь – всё. И как будто она мне сейчас спела: «Прощай, любимый!» Голос у вас такой проникновенный.
– Спасибо!
Алиса видела, что Эмма подает ей знак, скрещивая прямые ладони за затылком Никиты, как учитель физкультуры показывал окончание игры в волейбол. «Кончай охмурять моего Павла», -перевела Алиса этот сигнал.
– Простите, мне пора домой.
– Вас проводить?
– Спасибо, меня довезут.
Павел не хотел быстро отпускать девушку, к которой он сразу почувствовал симпатию. Он кое-что скрыл от неё, чтобы не отпугнуть. Помимо продажи и установки охранных систем, он с недавних пор имел лицензию частного сыщика. Павел нарочно медленно вёл Алису к двери гримерки. Мимо простучала каблуками Эмма. Павел невольно проводил взглядом фигурку в красном платье. Эмма развернулась и от стола с бокалом красиво продефилировала навстречу, как бы не замечая Павла и Алису. Она добилась своего, голова Павла повернулась вправо. В полуметре Эмма решила «узнать» Алису, чтобы она познакомила их, но только она перевела взгляд и широко улыбнулась, как зацепилась каблуком за малюсенькую неровность в полу и обрушилась прямо на Павла. Чтобы не рухнуть на пол, она уцепилась за его пиджак, бокал опрокинулся, напиток залил весь бок от талии до ботинка.
Павел пошатнулся, но не упал и даже инстинктивно поддержал Эмму, но потом резко отстранился, вгляделся в её лицо и закричал:
– Опять вы!? Та самая скандалистка, которая испортила мне обед! В итальянском ресторане! В прошлую субботу! Охрана! Выведите эту нахалку немедленно!
Прибежал охранник и, не слушая оправданий Эммы, потащил её на выход. Алиса, сгорая от стыда, пошла следом. Павла окружили три сочувствующие дамы, наперебой предлагая свои носовые платки и салфетки. Но Эмму не вывели, у самой двери она заявила, что ей надо в туалет и мигом скрылась за дверью. Охранник постоял 5 минут, 10, надоело – и отправился по своим делам. Алиса видела, как ушел рассерженный Павел. Она пошла к Эмме, ожидая увидеть подругу сконфуженной, расстроенной, в слезах. Эмма прихорашивалась у зеркала, она была совершенно спокойная и довольная.
– Ушел охранник? Я так и думала, что ему надоест меня караулить.
– Пойдем, заберем вещи – и по домам.
– Ты что, я даже поесть не успела, тут полно вкуснятины.
– А не боишься?
– Павел, конечно, ушел домой?
– Да, я видела.
– А всем остальным уже фиолетово. Главное, я заставила его запомнить меня! А ведь в ресторане я была в другой прическе.
«Совсем чокнутая», – подумала Алиса, но удержалась от комментариев. Только переоделась, нарисовался Никита.
– А я тебя искал. Не убегай, жди у входа, я сейчас машину доставлю. Всего три квартала отсюда.
Алиса сердилась на Никиту и не хотела с ним разговаривать, она даже подумала, что спокойно дойдет пешком. Но пожалела концертные туфли. В машине она молчала всю дорогу, но Никита, похоже, этого не заметил. Она болтал сам о том, как всё хорошо прошло, как растёт их популярность, напомнил, что концерт в зале филармонии через три дня.
Дневной общедоступный концерт в малом зале филармонии длился чуть больше часа. Из-за дешевизны билетов, пенсионеры устроили аншлаг. Приятным сюрпризом стало, что Алису с Никитой поставили в самом конце, как лауреатов конкурса «Молодые голоса Сибири». Из своего репертуара Алиса выбрала игривый старинный романс «О, не целуй меня» Александра Варламова и гораздо более популярный «Мой костер в тумане светит», музыка Якова Пригожего, слова Якова Полонского. В промежутке между романсами Никита сольно сыграл «Вальс» Свиридова из кинофильма «Метель». Успех был невероятный, их вызвали на поклон. К рампе принесли цветы, Алиса наклонилась и к своему удивлению, узнала Бориса Евгеньевича. Среди нежных розовых роз скрывалась записка «Жду вас у входа».
«Что бы это значило? – размышляла Алиса, переодеваясь. – Его друг Павел сказал, он не любитель классической музыки. Может, ещё какой-то корпоратив затевает?» Ожерелье она хотела сложить в футляр, но только прикоснулась к застежке, как оно соскользнуло с шеи. О ужас! Сломалось колечко, а ведь Алиса очень берегла своё украшение! Алиса положила футляр в сумочку на длинном ремешке.
В легком летнем сарафане с сумкой на плече, перегнув чехол платья через правую руку с букетом, Алиса появилась на крыльце. Борис галантно освободил её от неудобного чехла и предложил руку.
– Добрый день! Прекрасно спели.
– Спасибо, Борис Евгеньевич!
– Нет, для вас – просто Борис.
Алиса кивнула и чуть не спросила: «А вы что здесь делаете, Борис?» Но Борис и сам понял.
– Захотел расширить свой кругозор, нашел ваши романсы в интернете, но вживую намного лучше. Вот устроил себе отгул на полдня. Позвольте пригласить вас на обед в ресторан! Ведь, как я недавно выяснил, перед выступлением певцы не едят два-три часа.
– Да, спасибо! Я не ела с самого утра.
Они сели в машину, большую, комфортную, с водителем. Борис внимательно посмотрел на Алису.
– Вы чем-то расстроены?
– Да, представьте, сломалась застёжка на колье. А это мамин подарок. Оно не золотое, а серебряное, но очень красивое и приносит мне удачу.
– Позвольте взглянуть, Алиса. Действительно очень красивое, тонкая работа. А эти камни – изумруды?
– Что вы, Борис, откуда у в нашей семье изумруды? Я думаю, это стразы.
– Нет, определённо, это камни, самоцветы. Они холодят руку, а стекло быстро согревается. Вы не расстраивайтесь, поломка незначительная, в любой мастерской исправят. Но знаете что, у меня есть знакомый ювелир. Давайте, я договорюсь с ним, скажем, на завтра, а то к нему просто так не попасть. Олег Яковлевич Кортун – мастер, каких мало, делает украшения на заказ. Он вам отремонтирует застёжку и определит, какие это камни. Согласны?
– Да, но не завтра. Мы едем на концерт в Черепаново, а послезавтра я свободна.
В ресторане Алиса долго выбирала блюда, она не только берегла связки и не ела острых и кислых продуктов, но были еще аллергены. То же с напитками, она вообще не пила спиртное, а также слишком горячее или холодное. Борис отнесся с пониманием, даже сказал комплимент.
– Конечно, такой чудный голос, как у вас, надо тщательно беречь.
Алиса, помня, что собеседник не силен в музыке, завела разговор о его бизнесе, он оживился, разговорился.
– Видите ли, Алиса, сейчас, когда спрос значительно меньше предложения, приходится бороться за покупателя. Имеет значение все: широкий ассортимент, удобное расположение, внешний вид торговых залов, квалифицированные продавцы. А также реклама и ценовая политика. Ведь стоит только предложить утюг на рубль дешевле – и пенсионер пойдет в наш магазин, а не в соседний.