Маргарита и случайные закономерности

Татьяна Новосёлова Дизайнер обложки

Татьяна Днепровская Корректор

Елена Дубинина Корректор

© Игорь и Татьяна Новосёловы, 2022

© Татьяна Новосёлова, дизайн обложки, 2022

ISBN 978-5-0055-8354-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Цитаты из книги

…Если пристально вглядеться в происходящее вокруг нас, увидеть всю череду сотканных в последовательность случайностей, а затем проследить все их взаимосвязи, то может оказаться, что в мире и вовсе нет места для случайностей. Совсем нет места! А каждый наш шаг неизбежно влечет за собой целую вереницу закономерных последствий…

…Уже ближе к обеду, попробовав, и даже вроде исчерпав самые разные средства борьбы с беспокойством, она все же призналась себе в том, что сегодня Андрей ушел в рейс, и она об этом, оказывается, помнит!..

– Садись рядом и давай рассказывай: где был, что делал, почему весточку не присылал? Одним словом, – кайся, а я буду думать – простить тебя или нет!..

…Накормив, наконец, заждавшегося страдальца и приняв душ, она твердо отложила на завтра то, что Андрей ожидал целый день сегодня…

…Наверное, для мамы это было очень важно. Но Маргарита, в ее нынешнем положении, учиться просто так, для галочки, категорически не хотела…

…Маргарита в полном недоумении, молча, выдержала вспышку гнева: столкновение с грубостью не могло не обескуражить ее, а все происходящее очень походило на первый скандал в их семье…

…А из чего еще можно построить отношения – из одних слов и обещаний? Маргарита была уверена, что отношения можно выстроить, приближаясь друг к другу конкретными поступками…

…Его воображение, умело подгоняемое сомнениями, беспощадно рисовало все новые и новые картины придуманной измены, а он все больше и настойчивей убеждал себя, что его подозрения не лишены оснований…

…Рассуждая по-женски, она для себя решила – пусть занимается делом, не страдая от скуки и сопутствующим ей романтическим идеям.

Приятно же, когда твой муж стремится к лучшему. А тут еще и моряк!..

…Но делать нечего, и для начала он решил «потолкаться» на форумах для моряков. Это почти оптимальное начало для того, кто хотел бы избежать большинства неожиданностей, подстерегающих соискателей еще на подходе к морю…

…Маргарита, привыкшая к более деликатной аудитории, заметила шепотом Андрею, что, с ее точки зрения, такие плоские шутки не очень-то тактичны…

…А какой, собственно, может быть выбор у замужней женщины?

Тут Маргарита задумалась. А она, кстати, еще и незамужняя. Но уже беременная. Разве не задевало это обстоятельство ее женское самолюбие?..

…В это время судно Андрея болталось в море перед заходом в Роттердам. Рядом толкались еще сорок судов, расположившиеся двумя группами: качаются кораблики, маются в очереди в порт, словно автомобили в городских пробках…

…Потом она понаблюдала, как Маргарита медленно подошла к лифту, как зашла в него. И только когда двери лифта закрылись, пошла домой вся в раздумьях от посещения роддома.

А Маргарита размышляла о Лане: как у нее все сложно внутри и непонятно. И как ее жалко…

…Пока Андрей рассказывал о встрече с женой и дочерью, они через окно наблюдали за входом в агентство. К их большому сожалению, случай «начистить клюв» пижону пока не представлялся…

…Андрей, несмотря на обещание, так и не решился позвонить Маргарите до самого вечера. Вместо этого он провалялся на кровати в расстроенных чувствах, не в состоянии что-либо предпринимать, понимая, что впереди его ожидает неприятный разговор о случившемся с женой, которая пока была не в курсе происходящего за стенами роддома…

…А еще ее беспокоила та перемена в муже, которую при встрече в роддоме она, разумеется, заметила. Да и на выписке он не смог скрыть свое внутреннее состояние, свою необъяснимую для нее подавленность в такой важный для их семьи момент…

Мир тесен

Все в нашей жизни происходит случайно. Или, по крайней мере, нам так кажется. Это невозможно объяснить, но с этим приходится считаться, потому что случайностей в жизни происходит очень много, и не замечать их было бы странно.

Единственное, с чем приходиться также считаться, так это с тем, что все случайности происходят как-то уж слишком ко времени. И не замечать этого, согласитесь, тоже было бы достаточно странно.

Если пристально вглядеться в происходящее вокруг нас, увидеть всю череду сотканных в последовательность случайностей, а затем проследить все их взаимосвязи, то может оказаться, что в мире и вовсе нет места для случайностей. Совсем нет места! А каждый наш шаг неизбежно влечет за собой целую вереницу закономерных последствий.

Кто бы мог подумать, что уже через несколько минут, вон на той самой скамейке, жизнь Маргариты изменится из-за нелепой случайности: ее дамская сумочка неожиданно выскользнет из рук и упадет на землю.

Она инстинктивно наклонится за ней, и почти в то же самое мгновение почувствует, как из глаз посыплются искры, а на лбу вот-вот появится шишка!

Кое-как она все же поднимет свою упавшую сумку, а потом, подняв глаза, увидит напротив себя высокого симпатичного парня, болезненно держащегося за свой лоб и с опаской поглядывающего на нее.

Теперь стало понятно, что он, бедолага, видимо, собирался помочь ей, но внезапно сделался лишь большой проблемой, особенно если на лбу Маргариты все-таки появится шишка.

В этом случае он уже не смог бы рассчитывать на прощение и, тем более, на пару снисходительных слов в свой адрес.

Совершенно необъяснимым образом в этот день и час для них двоих подтвердилась банальная мысль о том, что мир тесен. И это, оказывается, не столько банально, сколько, на самом-то деле, болезненно.

Маргарита, недовольно сморщив лицо от причиненной столкновением боли, подошла к той самой скамейке, на которой должна была измениться ее жизнь, интуитивно почувствовав необходимость хотя бы небольшой паузы.

И боль тут была совсем ни при чем.

Даже за это короткое время Маргарита цепким женским взглядом успела разглядеть, что парень, хоть и выглядит напуганным, но очень даже ничего. И она, кстати, вовсе и не собиравшаяся здесь отдыхать, а тем более что-то менять в жизни, могла бы легко переменить свои намерения на противоположные.

Дело было только теперь не в ней, а в нем.

«Интересно, а он об этом сам догадается или мне придется брать инициативу в свои руки?»

К счастью или несчастью, парень подошел к ней и, удерживая руку у лба, несмело обратился с извинениями.

В этот момент Маргарита, внутренне оставаясь довольной ходом развития событий, вдруг почувствовала к нему нечто, что каким-то образом мешало ей просто взять и расстаться с ним, например, лишь холодно приняв извинения.

Другой вопрос – была ли она готова ответить уверенно – а надо ли ей какое-либо продолжение в случившейся ситуации?

Молодой человек, поняв, что первая реакция девушки оказалась не столь воинственной, как можно было бы предположить, присел с ней рядом.

– А вы в это место специально пришли, чтобы лбом с кем-нибудь стукнуться или по другому какому вопросу? – неожиданно для себя спросила Маргарита, нервничая оттого, что не успела хотя бы мельком взглянуть на себя в зеркало.

– Если честно, то другого дела у меня никакого нет, – поддержал шутку парень.

– А-а, – значит, все-таки специально, – вздохнула иронично Маргарита.

Они осторожно улыбнулись друг другу: ни приблизившись улыбкой, и ни отдалившись.

Маргарита все еще размышляла: как же ей поступить с виновником столкновения, специально пришедшим сюда для этого.

– На всякий случай, если вы решите судиться со мной, – меня зовут Андрей.

– Да нет, какой может быть суд? Легко решили от меня отделаться! Теперь вы просто обязаны на мне жениться, – пошутила Маргарита, исподволь наблюдая за реакцией Андрея.

Андрей посмотрел на нее с почти нескрываемым удовольствием – девушка ему очень нравилась.

Останавливала его в нерешительности только ее особая манера держаться, прочерчивающая, едва ли не наяву, ту границу, за которую переступать не рекомендуется, если она этого сама не позволит.

Бывают такие женщины, подступиться к которым не так просто: их внутренняя самооценка настолько высока, что проступает уже и наружу, и буквально во всем – во взгляде, разговоре, поведении. Отчего, вероятно, часто и возникает эдакое несоответствие между недостаточной уверенностью в себе мужчины и явно чувствуемым превосходством женщины.

– Вы ставите меня, как честного и порядочного человека, в безвыходное положение и делаете тем самым предложение, от которого невозможно отказаться, – включился в игру Андрей. – Но дело за малым – времени может не хватить.

– Ага, понятно! Пошли на попятную?

– Да нет. Но времени действительно не хватит – через три дня я ухожу в рейс и надолго.

– Красивый предлог? – с легким сожалением поинтересовалась Маргарита.

– У меня контракт на шесть месяцев, а не предлог для отказа от знакомства. Так как?

– Так что – «как»?

Для Андрея это был момент истины – от шутки назревал переход к обязательствам. Неуверенно, но он все же выбрал обязательства:

– Я предлагаю пойти в ЗАГС, чтобы не было никаких сомнений в моих словах о контракте.

– Пока наши «фонари» на лбах освещают нам туда дорогу? – смеясь и одновременно наспех оценивая ситуацию уже всерьез, ответила Маргарита.

Собственно, а что тут такого: пойти в ЗАГС?

Записаться на регистрацию брака в наше время, увы, еще не подразумевает появления каких-то уж совсем обязательных обязательств. Никогда не поздно все свести к шутке, а сейчас надо отыграть до конца, как в институтском театре, на репетицию в который она и направлялась.

– Тогда нам стоит поспешить – пока, как верно замечено, светло. Насколько я знаю, теперь записаться можно аж за двенадцать месяцев до регистрации.

Маргарита продолжала сидеть на лавочке, размышляя над его предложением.

Андрей уже начал думать, что, пожалуй, шутка зашла слишком далеко, а его идея совсем неуместна, как неожиданно девушка встала со скамейки и сказала:

– А почему бы и нет? Меня, на всякий случай, Маргаритой зовут. А то вдруг в ЗАГСе-то поинтересуются, знаешь ли ты уже имя невесты или еще нет.

Андрей засмеялся.

– Тогда… пошли?

– Давай, попробуем.

– А что пробовать – шагай себе да шагай! Дорогу осилит идущий. У тебя, кстати, паспорт с собой?

– Да, конечно.

– Почему – конечно? Ты, что специально готовилась пойти в ЗАГС?

– Я – девушка в поиске.

– Тогда, надо заметить, у нас все удачно сложилось.

Пока добирались до ЗАГСа, Маргарита, искоса, все посматривала на Андрея, прикидывая и соображая – это что она такое делает? Что такого с ней могло случиться, что она сама, без тени принуждения, направлялась сейчас с совершенно незнакомым ей парнем, чтобы записаться на регистрацию брака?

Нельзя, конечно, было сказать, что она совсем не думала о замужестве. Это уж точно было бы неверно. Мало того, у нее даже был некоторый «вид». Но сейчас, после столкновения, все, что было до этого, все ее наметки, в один миг словно вынесло куда-то на второй, если даже не на третий план.

Андрей вел себя достаточно спокойно, не переживая на паузах в разговоре и не стараясь быть интересным во что бы то ни стало: он просто рассказывал о себе.

А она просто слушала.

Внимательно.

Оказалось, что парень уже «на ногах» и с деньгами; что у него есть планы, связанные, кажется, с морем. Кажется – это потому, что Маргарита весь его рассказ слушала, непроизвольно отвлекаясь на свои внутренние размышления, потому как, все что с ними происходило от «скамейки перемен» до ЗАГСа, крутилось перед ее глазами, будто веселые кадры из кино, которые ну совсем-совсем мимо ее пространства и времени…

До ЗАГСА их выдумка казалась чем-то вроде несерьезной шутки, а как только они вышли из него, то сразу поняли, что на самом деле получилось-то как раз все очень серьезно – теперь у них появилась возможность совершить в жизни важный поворот.

С утра они никак не предполагали, что днем подадут заявление на регистрацию брака, и теперь оба поняли, что внезапно изменившиеся планы, к сожалению, оставили их совершенно не готовыми к таким переменам.

Прочитать в какой-нибудь книге о такой встрече, или, например, увидеть ее в фильме – это было бы понятно и даже совсем обыденно. А когда эту самую книгу или этот самый фильм пишут или снимают о тебе, и причем, прямо сейчас – такой поворот сюжета пока никак не воспринимался ими действительностью.

И теперь с этим надо было что-то делать.

По этой самой причине они стояли и смотрели друг на друга, как бы впервые оценивая себя в новом качестве.

– Надо бы отметить событие, – предложил Андрей. В голосе его определенно звучала неуверенность.

Маргарита ответила не сразу: она думала, злилась и сомневалась одновременно. Откуда ей знать – что теперь делать?

– Слушай, столько событий за половину дня – это много. Давай не будем спешить, отдохнем, остынем, подумаем обо всем этом. Как ты считаешь? – ответила она, наконец.

– Ты уже жалеешь?

– Нет. Я просто не знаю, что с нами произошло. Мне надо разобраться в себе.

Андрей тоже понимал, что закружило их не по-детски. Но если это все равно уже произошло, то зачем торопиться расстраиваться? И тем более расставаться? Может быть, это тот самый счастливый случай, который выпал только для них двоих. Он же не повторится больше никогда!

Маргарита не то чтобы настояла на своем – она просто взглянула на Андрея задумчивым взглядом, спорить с ней после которого он уже не захотел.

– Телефончик-то или адресок на память не оставишь? – спросил Андрей, истолковав по-своему ее отказ.

– На память? Конечно, – ответила Маргарита, понимая, что это может стать выходом из неловкого положения.

– Как жаль, что мы, возможно, не увидимся.

– Да, жаль. Но разве так будет не лучше для нас двоих? Все снова встанет на свои места – только и всего.

Да-да, вот теперь их планы на вторую половину дня постепенно стали сходиться с утренними: все потечет, как обычно, и ничто не будет больше тревожить настоящее опасениями за будущее. Все встанет на свои места.

Как будто кто-то знает, где они – эти свои места…

Непонятное беспокойство

Через три дня после расставания с Андреем Маргарита о чем-то забеспокоилась, только никак не могла понять – о чем? Как она не пыталась прислушаться к своим внутренним тревогам – все ничего у нее не выходило, а только еще больше начинало беспокоить.

Она, с упорством, достойным самого большого уважения, продолжала делать свои повседневные дела; она пыталась не обращать внимания на беспокойство; она даже приказывала себе забыть это беспокойство, тем самым несколько, возможно, и обнаруживая, что подозревает, где находятся его скрытые истоки. Но оно, беспокойство, все равно не проходило.

«Может, давно пора навести порядок у себя в комнате?» – хитрила она сама с собой. И тут же с надеждой и одновременно с каким-то неукротимым наслаждением принималась заниматься уборкой.

С такой тщательностью Маргарита никогда еще не вытирала пыль в своей комнате и никогда с такой тщательностью не просматривала придирчивым взглядом содержимое своих ящиков, ящичков и полок в шкафу.

В итоге, когда дело было кончено, и ожидалась долгожданная перемена, выяснилось, что ее необъяснимая тревога никуда не делась, а, наоборот, будто вросла в нее своими могучими корнями.

Уже ближе к обеду, попробовав, и даже вроде, исчерпав самые разные средства борьбы с беспокойством, она все же призналась себе в том, что сегодня Андрей ушел в рейс, и она об этом, оказывается, помнит!

А еще она помнит и то, что именно по ее вине связь у них оказалась односторонней – и только от него к ней могли прийти известия.

Теперь из-за своей же гордости она вынуждена была ждать этих самых известий неизвестно сколько времени и неизвестно с каким результатом.

Именно это обстоятельство казалось ей бесконечно унизительным и уж, как минимум, непривычным: обычно ждали ее, от нее, но никак и никогда наоборот!

Маргарита в сердцах шлепнула тряпкой по спинке ни в чем не виноватого стула и плюхнулась на диван, заплакав от своего бессилия.

Все это было так нелепо, но поделать с собой она ничего не могла – ее необъяснимо тянуло к Андрею.

Отчего?

Из-за совершенной вместе глупости?

Глупость их объединила! Какое замысловатое начало!

Маргарита встала и подошла к окну, принявшись смотреть через него вдаль.

«В конце концов, он же мог настоять на встрече перед рейсом? А он ничего не предпринял. Спрашивается, кто он после этого?»

Все ее размышления, прерываемые глубокими вздохами, неизбежно приводили к одной и той же мысли: ждать ей у этого окна, наверное, некого, и чем быстрее она справится со своими чувствами, тем скорее забудет свое случайное приключение.

И все-таки, несмотря даже на большое желание, справиться с собой оказалось совсем непросто. Поэтому весь первый месяц после ухода Андрея в рейс Маргарита старательно убеждала себя в том, что с его стороны срочный контракт оказался лишь тактичным поводом расстаться. При этом она с усмешкой покачивала головой, повторяя: «Да, да, да». Теперь ей стало все понятно и она как будто увидела его насквозь. Тем не менее, даже такие очевидные выводы не делали ее более спокойной…

Второй месяц, дотошно разбивая их встречу на мельчайшие эпизоды и реплики, а затем беспощадно анализируя все это, она все-таки окончательно доказала сама себе, что была права насчет тактичного повода расстаться.

Самое главное ее достижение теперь заключалось в том, что Маргарита утвердилась в своей правоте. Окончательно.

А это, в свою очередь, послужило ей логичным поводом, чтобы в очередной, третий по счету, месяц посвятить себя, от первого до самого последнего тридцать первого, размышлениям о мужской подлости и черствости: за столько времени ни разу не позвонить и не сообщить о разрыве отношений! Трус! Окажись он теперь рядом – она бы укусила его!

Только на четвертый месяц, да и то с большим трудом, Маргарита, ослепленная неудовлетворенным желанием мести, вспомнила, что это именно она дала ему «на память» свой адрес вместо телефона, надеясь на то, что он им никогда не воспользуется.

В результате, немного поразмышляв над этим обстоятельством, пришлось признать, что с обвинением получилась накладка, и что таких дур, как она, еще поискать надо.

На пятый месяц ее выгнали, временно, до возвращения в исходное состояние, хотя бы частично, с репетиций студенческого театра из-за меланхолического настроения и полной потери памяти на тексты. Но именно в этот пятый месяц, на фоне оставления театральных подмостков, ей неожиданно открылось, как глупо она себя вела: от начала и до самого расставания с Андреем.

После этого открытия Маргарита ощутила в себе какую-то опустошенность одновременно с беспросветной безысходностью: уже ничего не повернуть назад! Никогда!

Какое ужасное это слово – «никогда». Она даже поежилась от неприязни.

Весь шестой месяц Маргарита ждала звонка в дверь. И однажды чуть было не поссорилась от досады со своей подругой Ланой, когда та пришла ее навестить без предварительной договоренности.

И это в то время, когда Маргарита ждала его!

Она так расплакалась, что собиралась даже поставить стул у двери и сидеть у входа.

К счастью, к ней, не без помощи подруги, быстро пришло понимание, что новой глупостью не исправишь старую.

И тогда Маргарита поклялась себе, завязав на память платок узелком, что если он, бессовестный, все же придет, то она набросится на него с кулаками. И когда он взмолится, прося пощады, она все равно станет его колотить до тех пор, пока не поставит ему синяк или не набьет шишку…

Мама Маргариты все это время терпеливо и внимательно наблюдала за не находившей себе покоя дочерью. Но задавать вопросов не стала. Зачем? – женщине и так все видно и понятно – влюбилась девушка…

Недолгие сборы

Чем ближе подходили дни к окончанию шестого месяца ожидания, а именно столько времени Андрей собирался провести в море, тем сложнее было оторваться от окна, возле которого все свободное время неотлучно простаивала Маргарита, глядя на автобусную остановку.

Как тут не вспомнить Александра Грина и его книгу «Алые паруса»?..

Андрей, вернувшись из рейса и забежав домой только для того, чтобы оставить свои вещи, немедленно направился по давно желанному адресу.

Он, конечно, понимал, что его по этому адресу вовсе и, вполне вероятно, уже давно не ждут. Но поделать с собой ничего не мог: надежда, жившая с ним в море, не оставляла его до самой последней секунды и на земле, когда он, наконец, оказался перед дверью квартиры Маргариты.

Только теперь надежда, соприкоснувшись с реальностью, а лучше сказать, соприкоснувшись с осязаемостью происходящего, немного поколебалась, тем более что дверь после звонка долго не открывалась.

Андрей уже было надумал уходить, как вдруг щелкнул замок, и он увидел стоящую в прихожей растерянную Маргариту.

Куда делись все ее справедливые намерения, мы уже никогда не узнаем.

– Ну? Так я войду? – несмело предложил Андрей, еще не зная настроения Маргариты.

– Пришел все-таки… Я тебя, между прочим, полгода ждала… пока ты там где-то плавал…

– Мстить будешь?

– Буду!

– Поэтому и в дом не пускаешь?

– Балбес… Заходи уже.

Андрей чуть ли не с порога начал, волнуясь, объяснять, что перед рейсом всегда многое по привычке откладывается на последние дни: то забудешь, это надо успеть, заплатить за коммуналку, маму, в конце концов, навестить с теткой, у которой она живет.

Словом, всему нашлось объяснение, простое и честное, а следовательно, и оправдание: столько ждать, чтобы потом не поверить ему – это было точно выше сил Маргариты.

Так что оставалось только одно – продолжить уже начатую полгода назад «глупую шутку». Что, собственно, они с удовольствием и сделали.

– А поцеловать?

– Запросто! – с готовностью заявил Андрей.

Маргарита, удовлетворенная, с ногами забралась на диван и поджала их под себя: получилось совсем по-домашнему.

– Садись рядом и давай рассказывай: где был, что делал, почему весточку не присылал? Одним словом, – кайся, а я буду думать – простить тебя или нет!

– Я считал, что мы расстались, и ни на что не надеялся.

– Ну, да, заливай! А как приехал, так сразу ко мне?

– Честно говоря, пока сутки из Мурманска добирался, все время о нас думал.

– А раньше, значит, не думал? – с напускной серьезностью поинтересовалась Маргарита. – О чем же ты тогда думал, когда по иностранным портам ходил? Признавайся!

– Маргарита, ты что? Какие иностранные порты – я на рефрижераторе у рыбаков вылов собирал и, кроме наших портов, нигде и не был.

– Твое счастье, что так!

– Да так, так. Рита, а поесть у тебя найдется? Я с самого Мурманска ничего не ел. Все дорогу то думал, то спал, как убитый. А в Питере – сразу домой и к тебе.

– Ну, как есть – дура. Подожди, сейчас я займусь этим. Отдохни пока.

Маргарита тут же поспешила на кухню.

Андрей посмотрел на нее с нескрываемой нежностью: ее домашний вид словно разрушил прежние неприступность и холод, которые он помнил с самого момента их расставания.

Ему было приятно, что сейчас все изменилось, и он уже на правах, как минимум, близкого человека, собирался перекусить в ее доме.

Усталость последних дней после контракта одолевала и клонила ко сну. Возможно, даже не столько усталость, сколько окончание этого довлевшего над ним стресса от ожидания их встречи с неизвестными перспективами. Теперь это все благополучно закончилось.

Да, закончилось – и Андрей заснул…

Пока он спал, приблизительно через пару часов, Маргарита, по просьбе мамы, на цыпочках подвела ее к дивану, чтобы, наконец, показать ей своего молодого человека.

Совсем некстати, Андрей слегка пошевелился, испугав разглядывающих его женщин.

Маргарита и мама сильно перепугались, боясь быть застигнутыми в неловкий момент. Они бросились наутек от Андрея, приглушенно прыснув от смеха. Маргарита, как ни в чем ни бывало, села у ног Андрея на диван, а мама отчаянно засеменила к спасительной двери, закрывая которую, случайно ею хлопнула.

Тут Андрей проснулся, задумался на мгновение и удивленно спросил:

– Это что со мной было?

– Ничего – ты выключился.