Развод. Я купила компанию моего мужа

— Очень смешно.

— Мне нравится.

Он взял сумку.

У двери остановился.

— Маме пока ничего не говори.

— Твоей?

— Да.

— Почему?

— Я сам скажу.

— Про развод или про ребёнка?

— Про всё.

— Как скажешь.

Он уже открыл дверь, когда я вспомнила.

— Глеб.

Он обернулся.

— Ключи.

Несколько секунд ничего не происходило.

Потом он достал связку из кармана.

Снял один ключ.

Положил на комод.

— Довольна?

Я посмотрела на него.

— Пока нет.

Он вышел.

Дверь закрылась.

Я стояла посреди спальни ещё несколько секунд.

Потом подошла к комоду.

Взяла ключ.

И положила его рядом с обручальным кольцом.

Смотрелись они красиво.

Почти символично.

В восемь двадцать я вошла в стеклянное здание на Пресненской набережной.

Охранник за стойкой поднялся.

— Доброе утро, Арина Андреевна.

— Доброе, Сергей.

— Кофе уже наверху.

— Вы лучший человек в этом здании.

Он рассмеялся.

— Матвей Викторович приехал двадцать минут назад.

Я остановилась.

— Орлов?

— Да.

Ну конечно.

Человек, который ложится в три утра и приезжает на встречу раньше меня, изначально не может быть психически здоров.

Лифт поднял меня на двадцать третий этаж.

Стеклянные двери открылись.

На стене напротив блестели металлические буквы:

AVERA CONSULTING

Мимо прошёл парень с ноутбуком.

— Доброе утро, Арина Андреевна.

— Доброе, Кирилл.

— Отчёт по «Северному» у вас на почте.

— Видела. Через час обсудим.

Ещё два года назад нас было четверо.

Сегодня — двадцать семь человек.

Финансовые аналитики.

Юристы.

Специалисты по реструктуризации.

Налоговики.

Два проектных директора.

И бухгалтер, который умел одним взглядом заставить взрослого мужчину принести правильно оформленный акт.

Я прошла мимо переговорных.

— Арин!

Из кабинета вылетела Вера.

Высокая, короткая стрижка, стакан кофе в одной руке, телефон — в другой.

Моя подруга.

Мой партнёр.

И человек, который четыре года назад сказал:

«Если твой муж считает, что ты слишком умная для офиса, давай откроем свой».

Я тогда смеялась.

Через три месяца зарегистрировала компанию.

— Ты где была? — спросила она.

— Доброе утро.

— Орлов сидит у тебя.

— Уже знаю.

— И выглядит так, будто собирается купить Казахстан.

— Это его обычное лицо.

— Нет. Сегодня хуже.

Я пошла дальше.

Вера двинулась рядом.

— Что случилось?

— Развожусь.

Она остановилась.

Я сделала ещё два шага.

Не услышала каблуков.

Обернулась.

Вера стояла посреди коридора.

— Что?

— Развожусь.

— С Глебом?

— Нет, с курьером.

— Арина!

Несколько сотрудников повернулись.

Я приложила палец к губам.

Вера подлетела ко мне.

— Что произошло?

— Кристина.

— Какая Кристина?

— Морозова.

Её лицо изменилось.

— Та блондинка?

— Та блондинка.

— Из его маркетинга?

— Да.

— Которую ты кормила дома?

— Именно.

Вера открыла рот.

Закрыла.

Снова открыла.

— Я её убью.

— Не надо.

— Почему?

— Она беременна.

Вера замерла.

— Я всё равно её убью.

Я впервые за утро искренне рассмеялась.

— Потом.

— Арин…

— Потом, Вер. Правда.

Она внимательно посмотрела мне в лицо.

— Ты как?

Я чуть не сказала «нормально».

Привычное слово.

Удобное.

Но с Верой оно никогда не работало.

— Не знаю.

Она молча обняла меня.

И вот тут стало опасно.

Горло моментально сжало.

Я закрыла глаза.

Только на секунду.

— Всё, — пробормотала я. — Отпусти.

— Не отпущу.

— У меня Орлов в кабинете.

— Тем более.

— Вера.

— Ладно.

Она отстранилась.

— Но вечером вино.

— Посмотрим.

— Это не вопрос.

Я улыбнулась.

— И ещё.

— Что?

— Я покупаю долг «Волков Групп».

Вера очень медленно опустила стакан.

— Что ты делаешь?

— Покупаю долг.

— Арин…

— Не начинай.

— Нет. Подожди. Вчера ты сказала, что это слишком рискованно.

— Вчера многое было иначе.

Она секунду смотрела на меня.

— Это месть?

Хороший вопрос.

Я тоже задавала его себе всю дорогу.

— Нет.

— Уверена?

— Нет.

Вера выдохнула.

— Уже честнее.

— Но компания всё равно недооценена.

— Если переживёт ближайшие полгода.

— Переживёт.

— С нынешним менеджментом?

— Я не сказала, что с нынешним.

Она уставилась на меня.

— О господи.

— Вот теперь можешь начинать переживать.

— Я уже.

Из моего кабинета вышел Матвей.

Высокий.

Тёмно-серый костюм.

Без галстука.

Кофе в руке.

Невыносимо спокойный вид человека, который принёс плохие новости и получает от этого профессиональное удовольствие.

— Доброе утро, — сказал он.

— Для кого как.

Его взгляд задержался на мне.

Всего секунду.

Наверное, заметил, что я почти не спала.

Но комментировать не стал.

За это я была благодарна.

— Вера, — кивнул он.

— Матвей.

Она посмотрела на меня.

Потом на него.

— Я пойду… убивать людей в таблицах.

— Очень гуманно, — сказал Матвей.

Вера ушла.

Я прошла в кабинет.

— Что за нюанс?

Матвей закрыл дверь.

— Даже не спросите, как у меня дела?

— Нет.

— Жестоко.

— Матвей.

Он поставил кофе на стол.

Передо мной уже лежала папка.

Толстая.

Слишком толстая для хороших новостей.

Я села.

— Говорите.

Он занял кресло напротив.

— Первый банк готов уступить долг.

— Сколько?

Матвей назвал сумму.

Я подняла глаза.

— Вчера было меньше.

— Вчера они не знали, что появился заинтересованный покупатель.

— Вы плохо торговались.

— Они прекрасно знают, кто я.

— Это должно помогать.

— Иногда мешает.

Я открыла папку.

Цифры.

Графики.

Сроки.

Обеспечение.

Некоторые документы я уже видела.

Некоторые — нет.

— Второй кредитор?

— Готов присоединиться.

— Тогда в чём проблема?

Матвей откинулся в кресле.

— У нас сорок восемь часов.

— Почему?

— Потому что долгом интересуемся не только мы.

Я подняла голову.

— Кто?

— Пока не знаю.

— Так узнайте.

— Уже.

— И?

Он помолчал.

— Покупатель действует через закрытый фонд.

Мне это не понравилось.

— Российский?

— Да.

— Связан с кем-то внутри «Волков Групп»?

— Возможно.

— С Глебом?

— Не думаю.

Я пролистнула ещё несколько страниц.

— Почему?

Матвей наклонился вперёд.

— Потому что если этот покупатель заберёт пакет долгов, вашему мужу будет гораздо хуже, чем если его заберём мы.

Я перестала листать.

— Объясните.

— Кто-то не хочет инвестировать в «Волков Групп».

Он выдержал паузу.

— Кто-то хочет получить её через банкротство.

В кабинете стало тихо.

Я медленно закрыла папку.

Вчера вечером мне казалось, что я начинаю игру против Глеба.

Теперь оказалось, что за столом уже давно сидит кто-то третий.

— Когда появился второй покупатель?

— Три недели назад.

Я нахмурилась.

— Ещё до моего решения?

— Да.

— И вы мне не сказали?

— Вы не хотели покупать долг.

— А теперь хочу.

— Поэтому и говорю.

Я встала и подошла к окну.

Город внизу выглядел маленьким.

Спокойным.

Совершенно равнодушным к тому, что чья-то жизнь за сутки развалилась на части.

— Сорок восемь часов?

— Максимум.

— Сколько нужно денег?

Матвей назвал сумму.

На этот раз я обернулась.

— Это больше, чем мы обсуждали.

— Значительно.

— Вера меня убьёт.

— До или после Кристины?

Я резко посмотрела на него.

Матвей поднял бровь.

— Простите. У вас стены не настолько толстые.

— Очень смешно.

— Я старался.

Я вернулась к столу.

— Если мы забираем первый и второй долг, что получаем?

Он сразу стал серьёзным.

— Возможность контролировать реструктуризацию.

— А если Глеб найдёт деньги?

— Тогда заработаем на погашении.

— А если не найдёт?

Матвей посмотрел прямо на меня.

— Тогда у вас появится возможность забрать гораздо больше, чем долг.

Я провела ладонью по обложке папки.

Компания Глеба.

Та самая, которую мы когда-то начинали на кухне.

Он искал клиентов.

Я считала.

Он продавал.

Я собирала финансовую модель.

Он выступал перед инвесторами.

Я до трёх утра переделывала презентацию, потому что первая была ужасной.

Потом бизнес вырос.

Глеб тоже.

А меня постепенно из него выдавили.

Не специально.

Наверное.

Сначала: «Тебе не нужно этим заниматься».

Потом: «У нас уже есть финансовый директор».

Потом: «Отдохни, Арин».

А в конце:

«Ты почти десять лет не работала».

Я подняла глаза.

— Покупаем.

Матвей не двинулся.

— Арина.

— Что?

— Сейчас тот момент, когда я обязан спросить ещё раз.

— Спрашивайте.

— Вы принимаете решение как инвестор?

Пауза.

— Или как жена, которой вчера изменили?

Я смотрела на него несколько секунд.

— Бывшая жена.

— Пока ещё нет.

— Скоро.

Он ждал.

Я открыла папку снова.

Нашла последнюю страницу.

Там была оценка активов.

Даже по самому плохому сценарию цена выглядела привлекательно.

Если убрать эмоции.

Если забыть фамилию Волков.

Если представить, что компания принадлежит совершенно незнакомому человеку.

Я бы всё равно вошла в сделку.

Только осторожнее.

— Как инвестор, — сказала я.

Матвей едва заметно улыбнулся.

— Вот теперь верю.

Я взяла ручку.

— Начинайте процедуру.

Он не встал.

— Есть ещё кое-что.

Я закрыла глаза.

— Конечно.

— Ночью мы получили дополнительную информацию по второму покупателю.

— Вы же сказали, что не знаете, кто это.

— Не знаю.

— Тогда что получили?

Матвей достал телефон.

Несколько раз нажал на экран.

Положил передо мной.

Открытая фотография.

Мужчина выходил из здания одного из банков.

Лицо видно плохо.

Но человека рядом с ним я узнала сразу.

Светлые волосы.

Бежевое пальто.

Высокие каблуки.

Кристина Морозова.

Я увеличила фотографию.

— Откуда это?

— Вчерашний вечер.

— После ресторана?

— Похоже на то.

Внутри неприятно похолодело.

Я посмотрела на Матвея.

— Вы хотите сказать, что любовница моего мужа связана с людьми, которые пытаются забрать его компанию?

— Я пока ничего не хочу сказать.

Он забрал телефон.

— Но я бы очень хотел узнать, зачем директор по маркетингу «Волков Групп» встречается с представителем фонда, который готовит компанию к банкротству.

Я снова посмотрела на фотографию.

Ещё вчера Кристина была для меня просто женщиной, с которой спал мой муж.

Сегодня всё стало значительно интереснее.

И гораздо опаснее.

— Узнайте, кто мужчина рядом с ней.

Матвей поднялся.

— Уже узнаю.

— И, Матвей…

Он остановился у двери.

— Да?

Я перевела взгляд на папку с долгами компании моего мужа.

— Теперь у нас не сорок восемь часов.

— А сколько?

Я закрыла папку.

— Пока Кристина не поняла, что я тоже вошла в игру.