- -
- 100%
- +
© Ярослав Викторович Дюжов, 2026
ISBN 978-5-0071-4760-6 (1—6)
ISBN 978-5-0071-4761-3
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Table of Contents
Table of Contents
— Том 1.
— Том 2
— Том 3
— Том 4
— Том 5
— Том 6
Том 1.
1 Глава: «Трещина в бесконечности.»
Все изменилось в один миг. Тот самый миг, когда мир, казавшийся таким прочным и незыблемым, вдруг треснул, словно хрупкое стекло под лёгким прикосновением. Никто не был к этому готов. Никто не мог предсказать, что даже самая маленькая, едва заметная частица способна разрушить огромный механизм, который мы привыкли называть реальностью.
Мир, грандиозный механизм, отлаженный до мельчайших деталей, где каждая шестеренка, каждый винтик, каждая пылинка играет свою, казалось бы, незначительную, но абсолютно необходимую роль. Мы, люди, привыкли считать себя вершиной этого творения, венцом эволюции, хозяевами своей судьбы. Мы строим города, покоряем космос, постигаем тайны атома, но при этом зачастую забываем о том, что сами являемся лишь крошечными, хрупкими элементами в этой бесконечной симфонии бытия. Мы живем в иллюзии контроля, в уютном коконе привычных законов физики и логики, не подозревая, насколько тонка грань между порядком и хаосом, между реальностью и сном.
Но что, если однажды, в самый обычный день, когда солнце светит так же ярко, а люди спешат по своим делам, одна из этих крошечных, незаметных пылинок решит сыграть свою партию иначе? Что, если она, будучи ничтожной в масштабах вселенной, окажется той самой критической массой, которая запустит цепную реакцию, способную перевернуть все с ног на голову? Что, если законы, которые мы считали незыблемыми, окажутся лишь временным соглашением, которое может быть расторгнуто в любой момент?
Человечество, в своей гордыне, всегда стремилось к совершенству, к контролю, к предсказуемости. Мы боимся неизвестности, хаоса, того, что выходит за рамки нашего понимания. Но именно в этих трещинах, в этих аномалиях, скрывается истинная природа реальности — многогранная, непредсказуемая и бесконечно удивительная. И иногда, чтобы увидеть эту истину, нужно лишь одно — чтобы самая маленькая частица сломала огромный механизм.
Именно так, в один миг, Мицуками Юнамо, и вместе с ним весь остальной мир, начал трещать по швам…
2 Глава: «Эффект Бабочки.»
Утро в Рукогане начиналось с привычной, но всегда завораживающей суеты. Первые, робкие лучи восходящего солнца, словно золотые нити, пробивались сквозь легкие, полупрозрачные шторы, освещая комнату Мицуками Юнамо. За окном простирался обычный, но от этого не менее живописный городской пейзаж: серые, приземистые крыши домов, утопающие в легкой, утренней дымке, и редкие, стройные деревья, еще не успевшие полностью сбросить свои последние, багряные осенние листья. Воздух был свеж и прохладен, с едва уловимым ароматом влажной земли и далекого моря.
Юнамо потянулся, ощущая приятную, ноющую усталость после глубокого сна, словно его тело только что вернулось из долгого путешествия. Он медленно, словно нехотя, спустился вниз, в сердце дома, где уже вовсю кипела жизнь.
На кухне царила атмосфера утреннего уюта. Его младшая сестра, Момока, с ловкостью опытного шеф-повара орудовала у плиты, готовя ароматный завтрак. Ее светлые волосы были собраны в небрежный пучок, а на лице играла легкая улыбка. Отец, Нобору, уже устроился перед большим телевизором, его взгляд был прикован к утренним новостям, а в руках он держал чашку дымящегося зеленого чая.
«Доброе утро, Юнамо-кун,» — приветствовала его Момока, не отрываясь от своих кулинарных дел. Ее голос звучал мелодично и нежно, как утренняя трель птицы.
«Доброе утро, Момока-чан,» — отозвался Юнамо, направляясь к отцу. Он уселся за стол, ощущая приятный запах свежеприготовленного риса и жареной рыбы.
«Что там по новостям, отец?» — спросил он, его голос был еще немного сонным.
Нобору покачал головой, его лицо выражало явное беспокойство. «Опять эти нападения, Юнамо. Жестокие, безжалостные… Город в страхе. Кажется, этот маньяк не собирается останавливаться.»
Юнамо нахмурился, его брови сошлись на переносице. Он тоже слышал об этих ужасных происшествиях, которые уже давно не давали покоя жителям их городка, превращая спокойные улицы в арену для страха. «Когда я закончу колледж, отец,» — произнес он с неожиданной для себя решимостью, его голос стал тверже, — «я обязательно найду этого маньяка. Нельзя так просто пугать людей, лишать их сна и покоя.»
«Я верю в тебя сынок, за тобой большее будущее» — с улыбкой проговорил Нобору.
В этот момент сзади к Юнамо подошла Момока, держа в руках поднос с аппетитно выглядящими онигири и мисо-супом. «Завтрак готов, давайте садиться,» — пригласила она, ее глаза сияли теплотой.
Семейный завтрак проходил в атмосфере умиротворения, прерываемой лишь тихим звоном фарфоровой посуды и негромкими, но искренними разговорами. Внезапно, в дверь раздался настойчивый стук, нарушивший спокойствие.
«Я проверю,» — сказал Юнамо, вставая из-за стола. Его сердце слегка екнуло — кто бы это мог быть так рано?
За дверью стоял Рэйки Курогана, его лучший друг, словно высеченный из камня. Его взгляд, всегда пустой и холодный, словно бездонное озеро, и ровные, почти идеальные черты лица вызывали у большинства людей легкий дискомфорт, но Юнамо давно привык к этой его особенности. Он был словно загадка, которую Юнамо никак не мог разгадать до конца.
«Привет, Юнамо,» — произнес Рэйки ровным, монотонным голосом, без малейших интонаций. «Завтра у нас учеба, не забыл? Я принес твою биологическую энциклопедию. Ты ее где-то потерял, кажется или оставил у меня после нашей последней встречи.»
«Ах, точно! Спасибо, Рэйки,» — Юнамо принял увесистый том, его глаза на мгновение осветились благодарностью. «Я совсем забыл. Ты меня очень выручил.»
«Не за что,» — ответил Рэйки, его взгляд оставался неизменным. «Увидимся завтра в колледже.»
«Да, до завтра,» — кивнул Юнамо, наблюдая, как его друг удаляется по улице, его силуэт растворяется в утреннем тумане.
Закрыв дверь, Юнамо вернулся к столу. «Кто там был?» — спросил Нобору, отрываясь от своего чая.
«Это был Рэйки, отец. Он принес мою энциклопедию по биологии,» — ответил Юнамо, усаживаясь обратно.
Завтрак продолжился в прежнем спокойном ритме. Юнамо, доев свой рис, обратился к сестре: «Спасибо за завтрак, Момока-чан. Было очень вкусно.»
«Всегда пожалуйста, Юнамо-кун,» — улыбнулась Момока, собирая посуду.
Юнамо отправился в свою комнату, где его ждал мягкий оазис покоя. Он плюхнулся на кровать, ощущая приятную тяжесть одеяла, и достал телефон. Первым делом он проверил новости и чат, посвященный ботаническим материалам — его страсть, его отдушина. И тут его взгляд зацепился за что-то необычное. Пост гласил: «Мир кордицепса: эволюция и новые бактерии. Заражение выходит за пределы насекомых.» Сердце Юнамо забилось быстрее. Кордицепс, грибок, известный своей способностью подчинять насекомых своей воле, эволюционирует? Это было бы невероятно, но в то же время пугающе. Он уже представлял себе, как эти новые бактерии могут повлиять на экосистему, на жизнь вокруг. Но прежде чем он успел углубиться в детали, пост исчез. Неизвестный администратор удалил его.
«Что за чертовщина?» — пробормотал Юнамо, его брови снова сошлись на переносице. Это было странно. Очень странно. Он начал размышлять. Может, это просто чья-то шутка? Розыгрыш? Но информация казалась слишком специфичной, слишком правдоподобной для простой шутки. Он уставился в потолок, пытаясь осмыслить произошедшее. Минуты тянулись медленно, погружая его в полудрему. В конце концов, усталость взяла свое, и Юнамо провалился в дневной мимолетный сон.
***
Сон Юнамо был ярким и необычным. Он видел себя и Момоку, совсем маленьких, сидящих за столом в их детской комнате. Вокруг них были разложены пробирки, микроскопы и различные образцы. Они с увлечением изучали микроорганизмы, каждый из которых казался им целым миром.
«Смотри, Юнамо-кун!» — воскликнула Момока, указывая на экран микроскопа. «Этот какой-то странный. Он будто светится изнутри!»
Юнамо наклонился, его глаза расширились от удивления. Действительно, в пробирке плавал микроорганизм, излучающий слабое, пульсирующее свечение.
«Ты как всегда, Юнамо-кун,» — хихикнула Момока, поддразнивая его. «Весь в своих бактериях. Неудивительно, что ты так любишь биологию. Ты же настоящий ботаник!»
Юнамо лишь улыбнулся, не обращая внимания на ее шутки. Он был полностью поглощен миром микроорганизмов, который открывался перед ним. Но вдруг, словно по волшебству, яркие краски сна начали блекнуть, образы расплываться, и сон рассеялся…
***
Ночь окутала город своим бархатным покровом. Город затих, лишь редкие огни фонарей освещали пустые улицы. В комнате Юнамо царил покой. Он крепко спал, не подозревая о том, что происходит вокруг.
Кордицепс, этот удивительный грибок, обладал невероятной способностью. Он не просто убивал своих носителей, он подчинял их своей воле, превращая в безвольных марионеток, служащих его целям. Споры кордицепса, легкие и невидимые, разносились по ветру, оседая на всем, что встречалось на их пути. А слизняки, эти скользкие и мерзкие существа, были одними из самых частых переносчиков различных болезней. Той ночью, один из таких слизняков, видимо, проползая по сточным канализациям, где скопились споры кордицепса, заразился. И теперь, неся в себе эту смертельную угрозу, он двигался по своему пути, неся заражение в самое сердце дома Мицуками.
Юнамо ворочался во сне, его дыхание стало чуть более прерывистым. На краю его письменного стола, словно призрак из ночных кошмаров, появился маленький, блестящий слизнячок. Он медленно, неумолимо полз по гладкой деревянной поверхности, оставляя за собой тонкий, мерзкий след слизи. Эта липкая, полупрозрачная субстанция покрывала все на своем пути: поверхность стола, его драгоценный телефон, даже страницы раскрытой энциклопедии. Слизь, идеальная среда для размножения паразитов, казалась отвратительной в своей вязкой структуре, вызывая невольное желание отвернуться.
Внезапно, из уличной тишины донесся пронзительный крик, полный ужаса и отчаяния. Юнамо резко распахнул глаза, его сердце бешено колотилось в груди. Он подскочил к окну, пытаясь разглядеть источник звука в ночной темноте. Но ничего, кроме привычных силуэтов домов и редких, тусклых огней, не было видно.
«Видимо, приснилось…» — прошептал он, пытаясь успокоить дрожь в голосе. Он взял телефон, его пальцы скользнули по прохладному стеклу. Экран осветился, и он увидел уведомление: «Экзамен завтра.»
«Что?!» — Юнамо почувствовал, как холодный пот выступил на его лбу. Экзамен? Он совершенно забыл о нем. Его мозг, еще не до конца проснувшийся от сна и испуга, отказывался верить в реальность. Это был провал. Полный и безоговорочный провал. Он не готовился ни дня.
«Нужно поговорить с отцом,» — решил он, откладывая телефон с этой мыслью, тяжелой и гнетущей, Юнамо снова закрыл глаза, погружаясь в беспокойный сон, где реальность и кошмары переплетались в зловещем танце.
Ночь продолжала свое безмолвное шествие над Куроганой. В комнате Юнамо, где еще недавно царил покой, теперь таилась невидимая угроза. Слизь, оставленная слизняком, медленно, но верно, становилась рассадником для чего-то гораздо более зловещего. Споры кордицепса, попавшие в эту благоприятную среду, начали свою тихую, но неумолимую работу. Они проникали в мельчайшие трещины, в поры дерева, в микроскопические щели на поверхности телефона. Их цель была одна — размножаться, распространяться, подчинять. И комната Юнамо, его личное пространство, его убежище, становилось первым плацдармом для этой новой, эволюционировавшей угрозы.
Юнамо спал, не подозревая о том, что его мир, его привычная реальность, уже начала меняться. Он видел во сне лишь отголоски прошедшего дня, тревожные предчувствия, но истинная опасность таилась совсем рядом, в липкой, мерзкой слизи, которая медленно, но верно, проникала в его жизнь. И эта ночь, казавшаяся такой спокойной и безмятежной, была лишь затишьем перед бурей, которая вот-вот должна была обрушиться на него и на весь город.
3 Глава: «Заражённый.»
Новый день, новый рассвет. Рукогана пробуждалась под нежную симфонию птичьих трелей, наполняя воздух обещанием чего-то доброго и светлого. Но для Юнамо это утро не принесло долгожданной бодрости. С трудом разлепив слипшиеся веки, он потянулся к телефону, ощущая неприятную тяжесть во всем теле. Экран осветил сообщение от Момоки: «Мы с отцом уехали за новыми документами. Вернемся только к вечеру. Не скучай!»
Обычное утро Мицуками Юнамо начиналось с привычного ритуала. Спустившись вниз по скрипучей лестнице, он направился к телевизору, чтобы включить новости. Однако сегодня экран вновь транслировал мрачные сводки об очередном убийстве, произошедшем в их тихом районе. Тяжело вздохнув, Юнамо выключил телевизор, не желая омрачать и без того нерадостное начало дня. В этот момент раздался звонок. На другом конце провода был его друг Рэйки.
«Юнамо, Ты не поверишь, что случилось.» — голос Рэйки звучал взволнованно, почти панически. — «Сузуки Рёта попала в больницу! Никто не знает, что с ней произошло!»
Юнамо почувствовал, как по спине пробежал холодок беспокойства. «Что с ней случилось?» — его собственный голос звучал хрипло и неуверенно.
«Неизвестно! Просто внезапно стало плохо, и всё. Я сам в шоке, Юнамо.» — Рэйки замолчал, видимо, пытаясь собраться с мыслями.
«Надеюсь, с ней все будет хорошо,» — пробормотал Юнамо, чувствуя, как его собственное самочувствие ухудшается.
«Я тоже очень надеюсь. Ладно, мне пора идти. Держись там, Юнамо,» — попрощался Рэйки.
«И ты, Рэйки. Спасибо за звонок,» — ответил Юнамо, кладя трубку.
Он снова почувствовал резкое недомогание. Казалось, его тело охватила какая-то странная слабость. «Видимо, я заболел,» — подумал он, с трудом поднимаясь. На кухне его ждала лазанья, приготовленная накануне. Во время завтрака, пока он машинально ковырял вилкой сырную корочку, Юнамо достал свой любимый блокнот и карандаш. Он начал рисовать, и на бумаге постепенно появлялось странное, жутковатое существо с одним большим, пустым глазом. Внезапно, его пронзила острая, пульсирующая боль в груди. Он схватился за сердце, задыхаясь, словно кто-то сдавил его легкие невидимыми тисками. Мир вокруг поплыл, воздух стал густым и тяжелым, наполненным запахом пыли и чего-то затхлого. Казалось, каждая клеточка его тела кричала от боли, а сознание медленно ускользало.
Внезапно, резкий, настойчивый стук в дверь прервал мучительные ощущения. Юнамо, с трудом подняв голову, почувствовал, как боль немного отступает. Он медленно встал на колени, опираясь на стол, и, шатаясь, подошел к двери. За ней стоял полицейский, в строгой форме, держа в руках фотографию пропавшей женщины.
«Добрый день. Прошу прощения за беспокойство,» — начал полицейский, его голос был спокойным, но внимательным. — «Вы случайно не видели эту женщину в последнее время? Или, может быть, что-то странное происходило в вашем районе?
«Странное?» — Юнамо перевел взгляд с фотографии на лицо полицейского, пытаясь собраться с мыслями. Его сердце все еще колотилось в груди, но уже не так яростно. — «Я… я не уверен. В последнее время все кажется каким-то… ненормальным.» Он запнулся, подбирая слова. — «Вы слышали о… о той странной пандемии, которая началась? Люди болеют, но врачи не могут понять, что это.»
Полицейский слегка нахмурился, его взгляд стал более пристальным. «Пандемия? Молодой человек, вы уверены, что хорошо себя чувствуете? Я не слышал ни о какой пандемии. Мы расследуем исчезновение этой женщины, госпожи Акико Танака. Она пропала день назад. Вы ее видели?»
«Нет, не видел,» — ответил Юнамо, чувствуя, как его слова звучат неубедительно даже для него самого. — «Но… я видел странные вещи. Тени, которые двигаются сами по себе. И… и звуки. Необычные звуки по ночам.» Он посмотрел на фотографию снова. Женщина на ней выглядела обычной, но в ее глазах было что-то тревожное, что-то, что Юнамо уже видел раньше.
Полицейский вздохнул, его тон стал немного снисходительным. «Молодой человек, возможно, вам стоит отдохнуть. Или обратиться к врачу. Мы ищем госпожу Танака, и любая информация о ее местонахождении будет полезна. Если вы вспомните что-то еще, пожалуйста, позвоните по этому номеру.» Он протянул Юнамо визитку. «Спасибо за ваше время.»
Дверь закрылась, оставив Юнамо в тишине. Он задумчиво посмотрел на визитку, затем на свои руки. Внезапно его взгляд упал на пальцы. Он вскрикнул. На коже, там, где еще недавно была лишь бледность, теперь проступала сыпь. Но это была не обычная сыпь. Она была странного, неестественного голубовато-зеленого цвета, напоминающего плесень, расползающуюся по его коже. Страх сковал его. Юнамо схватил телефон, его пальцы дрожали. Он начал лихорадочно искать информацию о подобных симптомах, но ничего не находил. Все, что он находил, было либо слишком общим, либо совершенно не соответствовало тому, что видел сам.
«Какого черта?!» — воскликнул Юнамо.
Внутреннее беспокойство переросло в настоящий ужас. Что это за болезнь? Почему она так быстро распространяется? И почему никто об этом не говорит? Он чувствовал себя изолированным, одиноким в своем страхе. Философские размышления о природе реальности, о границах познания, которые раньше казались ему интересными, теперь вызывали лишь отчаяние. Он был пленником своего собственного тела, которое предавало его, и мира, который казался ему все более чужим и враждебным.
Весь день Юнамо провел, уткнувшись в телефон, погруженный в бесконечный поиск ответов. Он пролистывал форумы, читал статьи, пытался найти хоть какую-то зацепку, хоть какое-то подтверждение своим страхам. Солнце медленно клонилось к закату, окрашивая небо в багровые тона, когда дверь снова открылась. Юнамо поднял голову, ожидая увидеть кого угодно, но только не его. На пороге стоял его отец, Нобору.
«Юнамо? Ты чего такой бледный?» — Нобору вошел в комнату, его взгляд остановился на телефоне в руках сына. — «Ты опять весь день просидел в телефоне? Ты же говорил, что плохо себя чувствуешь.»
Юнамо почувствовал, как его охватывает паника. «Отец… я… я, кажется, заболел,» — пробормотал он, пытаясь скрыть дрожь в голосе. Он инстинктивно спрятал руки под стол, боясь, что отец заметит странную сыпь.
Нобору подошел ближе, его лицо выражало беспокойство. «Заболел? Ты выглядишь очень плохо, Юнамо. Может, тебе стоит обратиться к врачу? Сдать анализы?»
«Нет!» — Юнамо резко вскочил, его голос сорвался. — «Нет, я не хочу! Я… я просто устал. Мне нужно отдохнуть.» Он чувствовал, как его тело начинает предавать его. Голова закружилась, перед глазами поплыли пятна. Он попытался сделать шаг назад, но ноги подкосились. Мир вокруг него начал вращаться с бешеной скоростью, цвета смешались в однородное пятно. Он почувствовал, как его тело становится невесомым, а затем — резкий удар о пол.
«Юнамо!» — крикнул Нобору, бросаясь к сыну.
Последнее, что Юнамо услышал, был встревоженный голос отца, прежде чем мир погрузился в полную темноту. Он чувствовал, как его сознание медленно угасает, унося с собой страх, боль и вопросы, на которые он так и не нашел ответов. Сыпь на его пальцах, казалось, пульсировала в такт его угасающему сердцу, распространяясь, как зловещий узор, предвещая что-то неизвестное и ужасное. Он был один, покинутый в своей борьбе с невидимой болезнью, которая, казалось, была частью чего-то гораздо большего и пугающего, чем он мог себе представить…
4 Глава: «Привет, человек!»
Утро началось не с привычного завтрака, не с хохота Момоки, не с пенья птиц, а с монотонного, резкого пиканья медицинского оборудования. Сквозь тяжесть в голове и сонливость Юнамо медленно открыл глаза. Перед ним стоял врач в маске, аккуратно меняя капельницу. Свет из окна мягко заливал палату, но казался слишком ярким и холодным.
«Вы очнулись?» — тихо сказал врач, заметив движение. Его голос был ровным, спокойным, но в нем чувствовалась забота.
Юнамо вздрогнул и сразу посмотрел на руку — странной сыпи больше не было. Сердце забилось быстрее.
«Что… что со мной?» — голос дрожал, в груди стоял комок тревоги.
«Ничего страшного.» — врач улыбнулся глазами, хотя маска скрывала улыбку. — «Просто обычный грипп. Вы сильно перенервничали, вот и организм так отреагировал.»
Юнамо покачал головой, не в силах согласиться.
«Нет.» — тихо, но настойчиво сказал он. — «Это не просто грипп. Я чувствовал… будто что-то внутри меня. Не так, как обычно. Что-то живое.»
Врач вздохнул, достал из кармана блистер с таблетками и протянул ему.
«Выпейте эти. Они помогут успокоиться. Иногда стресс заставляет тело вести себя странно. Вы просто устали.»
Юнамо послушно взял таблетки, проглотил их, и тепло медленно разлилось по телу, тревога немного отступила.
«Кстати.» — врач продолжил, заполняя карту, — «у вас самая редкая группа крови в мире. Настолько редкая, что таких людей можно пересчитать по пальцам.»
Юнамо удивленно приподнял брови.
«Правда?» — удивлённо переспросил Юнамо, чувствуя, как в груди что-то отозвалось, словно пробуждаясь от долгого сна. Редкая группа крови… Это звучало одновременно и гордо, и пугающе. Он не знал, что именно означало это для него, но ощущение собственной уникальности придавало сил.
Врач кивнул, слегка улыбаясь под маской.
«Да, и именно поэтому вам придётся остаться здесь ещё пару дней. Нужно внимательно следить за вашим состоянием, чтобы избежать осложнений. После этого сможете вернуться домой.»
Юнамо невольно вспомнил о предстоящем экзамене. Волнение снова подступило к горлу, но он глубоко вздохнул и кивнул.
«Спасибо, доктор. Я постараюсь не подвести.»
Врач уже собирался выйти, когда Юнамо внезапно остановил его:
«Подождите… А как насчёт Сузуки Рёты? Она… она тоже в больнице, да? Мне говорили, что она попала сюда.»
Врач обернулся, и в его глазах мелькнуло что-то тёплое.
«Да, она поправилась. Сегодня вечером сможете увидеться с ней. Это будет хорошим стимулом для вашего выздоровления.»
Юнамо выдохнул с облегчением и повернул взгляд в сторону окна. За стеклом светило яркое солнце, его лучи мягко проникали в палату, заливая комнату тёплым светом. На улице дети играли в мяч, их звонкий смех и радостные крики наполняли воздух жизнью и беззаботностью. Казалось, что весь мир вокруг продолжает свой бег, не замечая боли и тревог, которые сейчас жили внутри него.
Он наблюдал за ними, пытаясь унять внутреннее беспокойство. В голове крутились мысли о том, что произошло за последние дни — странные ощущения в теле, необъяснимая усталость, тревога, которая не отпускала даже во сне. Взгляд невольно опустился на руку — она словно пульсировала, и в глубине кожи казалось, что что-то живое шевелится, что-то чуждое и одновременно родное.
В этот момент дверь палаты тихо открылась, и внутрь вошла Сузуки. Её глаза сразу встретились с его, и на лице девушки заиграла нежная улыбка. В руках она держала пакет с гостинцами — маленькими сладостями и фруктами, которые, как она сказала, должны помочь ему почувствовать себя лучше.
«Привет, Юнамо» — мягко сказала она, подходя ближе и осторожно ставя пакет на тумбочку рядом с кроватью. — «Я думала, тебе будет приятно немного отвлечься. Здесь скучно, да?»
Юнамо улыбнулся, чувствуя, как тепло разливается по груди от её присутствия. В её глазах было что-то такое — искреннее и спокойное, что заставляло забыть о тревогах и боли.
«Спасибо, Сузуки.» — ответил он, слегка наклонившись вперёд. — «Ты всегда знаешь, как поднять настроение.»
Она села на край кровати, и между ними повисла лёгкая тишина, наполненная невысказанными словами и чувствами. Юнамо заметил, как её пальцы нервно играют с краем пледа.