- -
- 100%
- +
Утолив первый голод, я отставила кружку и повнимательнее осмотрела двор, а заодно и саму молодуху. Во дворе было чисто подметено, на окнах висели выстиранные занавески, а пирожки до сих пор хранили тепло печи. Я не понаслышке знала, что всё это — заслуга хозяйки дома, а если учесть, что этот мир сильно напоминал Русь восемнадцатого века, для простых жителей начисто лишённую благ нынешнего технического прогресса, то оставалось только снять перед этой Фимой воображаемую шляпу.
Ухоженными были не только двор и хозяйство, но и дети. Конечно, старшая наверняка занималась собой сама, но младший-то ещё едва ходил! А судя по пышным пирогам и свежей простокваше, позади дома имелись и хлев, и небольшой курятник. Понятно теперь, почему Серафима постоянно болеет. С таким-то объёмом работы, да ещё и без помощников в виде бабушек, женщина наверняка находится на грани физического истощения. Я и сама из болячек не вылезала, пока дочки были маленькими, а мужа отправляли в командировки по два раза в месяц.
— И как тебе мои припарки? — поинтересовалась, осматривая хозяйку внимательным, почти профессиональным взглядом. Та то и дело подкашливала, но это мало походило на рядовой бронхит.
— Спасибо вам, госпожа ведьма, — тут же стушевавшись, проговорила Фима. — Но очень уж много вы передали для нас. Микола говорит, мы столько не потянем вам заплатить… Может, заберёте назад? У меня они лежат целёхонькие, я в чистую тряпицу завернула.
— Да пёс с ними, с этими горчичниками, — отмахнулась я, игнорируя округлившийся взгляд собеседница. — Лучше скажи, давно тебя кашель мучает?
— Да вот уже несколько месяцев, госпожа ведьма. Соседи косо поглядывать стали, боятся, что это заразное что-то… Мы потому и обратились к вам — Микола говорит, лучше переплатить, чем как-нибудь ночью соседи ворота дёгтем измажут. Но я…
— Несколько месяцев, говоришь? — оборвала женщину на полуслове. — И всё время он одинаковый, да?
— Верно, госпожа ведьма, — кивнула Фима. — Несильный, но и не проходит. Я уже и воду из священного родника пила, и свечки в избе зажигала, и оберег от болезней мне Микола привозил. Дорогой, говорит…
— Но ты не кашляла, пока возилась со своим мальчишкой.
Серафима посмотрела на меня ошарашенным взглядом, а после вскочила из-за стола, прижав руки к груди.
— Я не обманываю, госпожа ведьма! Да чем хотите могу поклясться, что не выдумываю. Поверьте, госпожа…
На неё с немалым удивлением посмотрели ребятишки, хотя даже старшая дочь вряд ли поняла смысл слов. Младший так и вовсе скуксился, и Фиме пришлось приложить его к груди, чтобы успокоить.
Теперь я смотрела на хозяйку задумчиво. Долгий и несильный кашель может иметь под собой немало причин, начиная от затяжного трахеита и заканчивая аллергией и болезнями на нервной почве. Не надо было даже быть медиком — достаточно оказаться рядовой домохозяйкой, у которой есть двое детей и доступ к интернету. Постучав кончиками пальцев по столу, в задумчивости смотрю на крышу кузни. Стук по металлу не стихал всё время моего прибытия в гостях, и вряд ли в ближайшее время кузнец Микола сможет отойти от наковальни.
— Ночами кашель становится хуже? — спросила вполголоса, чтобы не пугать ребятишек. — И нет ли у тебя ощущения, будто тяжело глотать? Как-будто кость от рыбы в горле застряла, но её там нет и в помине.
— Всё верно, госпожа ведьма, — округлив глаза, выдохнула Фима. — А как вы… Ой, ну верно — вы же ведьма.
— Тётенька ведьма много чего знает, — важно добавила Дуся, и пришлось смерить девчонку суровым взглядом. Когда она вообще успела переквалифицировать меня из «госпожи» в «тётеньку»?
— Вот что, малявка, — хмыкнула она. — Иди-ка за двор да покорми курей. И воды им налей свежей.
— Я их уже с утра кормила, — отмахнулась было девочка, однако столкнувшись и со взглядом матери, нехотя поднялась с лавки. Сцапала, конечно, ещё один пирожок, но всё-таки поплелась приниматься за дело.
Мы обе проводили малышку взглядом, и лишь когда та скрылась из виду, я обратилась к женщине без обиняков.
— Дочка у тебя от другого — что стало с отцом?
— Я овдовела три года как, госпожа ведьма, — спокойно ответила Фима. — Потом за Миколу второй раз замуж вышла, и от него уже сынишку родила.
Она ласково поцеловала мальчика в макушку, но почти сразу вновь зашлась кашлем.
— Мужа того любила?
— Меня родители замуж выдали. Он был богатым, и хоть давно в возрасте, но ум имел острый. Дуська смекалкой в него пошла… — чуть тише ответила женщина. — Он лавку держал, хорошо зарабатывал. А как-то поехал за товаром со всеми нашими деньгами, через лес, да не вернулся. Полгода выжидали, а потом объявили меня вдовой. Ну Микола и взял меня в жёны, хотя его и отговаривали. Он-то и раньше за мной ухаживал, да пока кузнецом не стал, мои родители отказывали. А тут вот как жизнь повернулась…
— Понятно, — протянула я. — А Микола-то твой детей любит?
— Ой, да, конечно, госпожа ведьма! — улыбнулась Серафима. — Он так о сыне мечтал, вы бы знали! Родился Митрошенька — гордый ходил.
— А о дочери? О дочке тоже мечтал?
Улыбка тут же померкла на молодом лице, и это даже комментировать не было смысла. Чужого ребёнка не каждый сможет полюбить, особенно с такою предысторией: любимую женщину отдали замуж по расчёту, а старый муж оставил после себя пустую избу и маленькую дочку. Наверняка бедной Евдокии нередко попадает от отчима, особенно учитывая шкодливый характер малышки. А если Фима заступается за дочь, то и ей заодно.
— Вот что, — после минутного раздумья заговорила я. — Насчёт твоего кашля — пей каждое утро тёплое молоко с ложкой мёда, а на ночь заваривай мяту, да по стакану выпивай. Самое позднее через неделю ощущение кома в горле пройдёт, а с ним и кашель тоже. Но знаешь, как-нибудь на днях возьми ещё и стакан тыквенных семечек и съешь за один раз. Всё-таки полностью игнорировать наличие в организме паразитов не стоит.
— Да, госпожа ведьма, — задумчиво кивнула женщина.
— И насчёт дочери твоей… По хозяйству она что делать умеет? Печку там топить, обед приготовить?
— Да всё и умеет, госпожа, — пожала плечами Фима. — Дуська вообще старательная девочка, да уж больно проказливая и любопытная. Несколько раз уже в кузне бедлам устраивала, но видно же, что не со зла! А так — она и печь топить может, и обед нехитрый сварить. А уж как по дому помогает — золото, а не ребёнок!
— Могу твоё золото забрать к себе.
Про себя я невесело усмехнулась, представляя, насколько бы меня саму «обрадовала» подобная перспектива. Отдать родную дочь непойми кому! Вернее, как раз-таки понятно кому — ведьма же, как-никак. К тому же, забирают не просто ляльку, а полноценную помощницу, на которой наверняка держалась часть хозяйства. Но если Серафиму не избавить хотя бы от некоторых проблем, то вместо нервного покашливания через полгода-год эта молодая женщина свалится с настоящим недугом, и тогда после неё останутся уже двое сирот. В реальном моём мире такие проблемы тоже не редкость, но их решить намного проще. Кому-то на помощь приходят бабушки, кому-то няни, кто-то набирается смелости и откровенно разговаривает с мужем, пересматривая распределение обязанностей и атмосферу в доме. Порой — прибегая к помощи психолога. Но в этом вымышленном мире с чётким разделением обязанностей и патриархальным устоем у таких вот Фим почти нет шансов. И отдать Дусю — источник недовольства мужа — в обучение и вовсе может оказаться единственной возможностью спокойно жить дальше.
— Но вы… Но вам же…
— Не бойся, не съем я твою девчонку! — тут же поморщилась я. — Я вообще пока что с колдовством завязала, и именно поэтому подыскиваю себе маленькую помощницу. У меня она будет накормлена, напоена и в получасе ходьбы от дома. Ругаюсь я только по делу, прекрасно зная, что дети её возраста не проказничают, а так постигают мир. Да и работой сверх меры нагружать не стану. Решайся.
Серафима замолчала на некоторое время, поглаживая по голове задремавшего сынишку и явно погружаясь в раздумья. Видно было, что женщина любит обоих своих детей, но прямо сейчас ей нужно выбирать как лучше не для неё самой, а именно для них. И в первую очередь для Евдокии, которая уже не раз тайком спрашивала у матери, почему папа так её не любит, а соседки как-то назвали приёмышем.
— Всё, куры накормлены и напоены, — звонкий голосок девчушки опередил свою хозяйку на добрую четверть минуты. — Заодно и Зорьке травы свежей подкинула. Можно мне ещё пирожка? Уж больно вкусные в этот раз получились.
Дуся широко улыбнулась, подходя к столу, но почти сразу же нахмурилась. Мать часто рыдала в последнее время, но чтобы так, прямо на людях… Неужели ведьма ей что-то нехорошее сказала?
— Мамочка, тебя обидела тётенька ведьма? — серьёзно спросила малышка. — Тётя ведьма, мама очень хорошая, не надо на неё колдовать!
Я выжидающе посмотрела на мать семейства: всё, что произойдёт далее, будет целиком на её совести. С малышкой или без, я сейчас просто поднимусь и уйду к себе в лес.
— Нет, милая, — улыбнувшись, проговорила Фима. И ласково погладила дочь по голове. — Госпожа ведьма меня не обижала, что ты! Она просто спрашивала, не захочешь ли ты пойти к ней в ученицы.
— Ученицы?! — воскликнула Дуся, всё-таки разбудив брата. — Ого! А что, и зелье варить меня научите? И мышиные хвостики собирать? И порчу наводить?!
— Притормози коней, девчонка, — хмыкнула я, которая в отличие от Фимы примерно такой реакции и ожидала. — Мышиные хвосты я и сама не собираю, а от тебя сейчас потребуется только помощь по хозяйству, да изредка быть на посылках. Жить станешь у меня, но домой можешь бегать, когда захочешь. Только предупреждать заранее не забывай.
— Ой, здорово как! — обрадовалась девочка. — Можно, мамочка? Можно?
Фима кивнула, не сдержав опять слёз. Крепко обняла дочурку, а после поднялась с лавки, держа путь к кузне.
Ещё полчаса прошли в полнейшей суете, и их я постаралась поскорее вычеркнуть из памяти. Лицо Миколы, на котором некоторая боязливость в отношении местной ведьмы смешались с радостью из-за возможности избавиться от падчерицы хотя бы частично. Мокрые от слёз глаза Фимы, с которой я взяла твёрдое обещание в ближайшую неделю пить мятный чай по два раза в день. Егоза-Дуська, что всё металась по избе, пытаясь помогать матери в сборах, и вещи которой уместились в пусть и увесистый, но единственный узелок. Пожалуй, я даже с облегчением выдохнула, когда наконец направилась в своё новое жилище, забрав в свою руку узкую ладошку девочки.
Некоторое время малышка всё оборачивалась ко двору, неизменно помахивая родителям рукой, но постепенно притихла. Плечики слегка опустились, взгляд погрустнел, да и сама она стала будто старше и смирнее. Тогда же наконец обернулась и я — единственный раз, и тут же отвернулась, чтобы не видеть даже размытого силуэта заплаканной Серафимы.
— Ладно, не грусти, малявка, — проговорила, покрепче сжимая маленькую ладошку. — Хочешь, сходишь вечером к ним в гости. Только не допоздна, чтобы в темноте мне не пришлось тебя через лес встречать.
— Да нет, тётенька ведьма, — негромко проговорила девочка. — Лучше как-нибудь потом. Когда все успокоятся.
На душе неприятно скреблись кошки, и непонятно от чего. То ли из-за самой ситуации, то ли потому, что маленькая шестилетняя девочка вынуждена входить в положение взрослых, уже прекрасно всё понимая. Оставалось надеяться, что наши старания не пройдут зря.
Глава 6. Озарение и разговор с котом.
Как ни крути, а Дуся оказалась настоящим сокровищем. Она буквально сходу разобралась как же топить эту громадную печь, сама ловко управляясь с системой заслонок, а заодно обучая меня. Да и с колодцем ребёнок обращался куда как виртуознее тридцатидвухлетней тётки, к позору последней. В итоге уже через час у нас была растоплена печка, и даже начал вариться обед в котелках. Где искать продукты для него тоже подсказала Евдокия — сама бы я этот погреб ещё дня два проверить не додумалась, лишь спотыкаясь о кольцо ручки и костеря его на все лады.
Уже к вечеру, обе сытые, довольные и приятно уставшие, мы с моей помощницей сидели на завалинке. Прихлёбывая отвар из трав, переваривали нехитрый, но вполне съедобный ужин и лениво размышляли о будущем. Вернее, размышляла только я, а маленькая егоза болтала без остановки, как и все предыдущие пять часов. Ещё с младшей дочерью я привыкла к этому непрерывному потоку информации, и сейчас совершенно спокойно пропускала мимо ушей добрую половину всего, что говорилось. Но то я, умудрённая опытом мать двоих детей. А вот неподготовленному отчиму наверняка приходилось несладко. Что, впрочем, ничуть не умаляло его вины.
— Тётенька ведьма, а тётенька ведьма! — вдруг встрепенулась Дуся. — А чем мы завтра заниматься будем? Вы опять к старосте пойдёте?
— А ты откуда знаешь, что сегодня я у него была? — уточняю с подозрением. А то мало ли, кто из нас ещё ведьмой в итоге окажется.
— Да я когда мимо главной площади пробегала, так вас в корчме и увидела. Меня ж сегодня батюшка к мяснику отправил. С поручением.
— В корчму, что ли, отправил?
— Нет, в мясную лавку, — простодушно рассмеялась девочка, которую развеселил настолько глупый вопрос. — Но это недалеко от самый корчмы. Внутрь меня не пускают, но из окошка вас хорошо было видно. Так что, пойдёте завтра в деревню?
— Да надо бы, — протянула я, и задумалась.
По-хорошему, надо и правда сходить. Тем более, что обещала. Другое дело, что идти с пустыми руками, не подготовив никакого плана — только ноги зазря топтать. Стоило бы изначально привести в порядок те бумажки, которые исписала ещё в трактире, и попытаться найти среди новых знаний хоть какую-нибудь зацепку. А значит, вечер мне предстоит потратить не на праздное просиживание у избы, а зажечь лампу и попытаться систематизировать всё, что пересказал староста. Знать бы ещё, как лампу зажигать...
— Дусь, а ты читать умеешь? — внезапно спрашиваю я. Конечно, малявке даже шести нет, но вдруг она и в этом вопросе поспела.
— Да что вы, тётенька ведьма! — рассмеялась девочка, словно услышала забавную шутку. — У нас из грамотных только староста чуть-чуть буквы знает, да корчмарь. А так, даже торговцы к нам перестали привозить книги и газеты. Читать-то некому.
Газеты. Чтение. И снова что-то словно щёлкнуло в памяти, готовое вот-вот найти выход.
— Погоди-ка, детка. А как же документооборот? А налоговые документы? В конце концов, как вы узнаёте про указы короля?
— Дяденька на лошадке приезжает на площадь и всё зачитывает, — пожав плечами, ответила моя помощница. — А вот про этот обормот я не знаю, у колодца про такое не рассказывали.
— Какой кошмар, — отметила я. — А если что-то важное потребуется прочесть, а нет глашатого?
И застыла на месте, наконец выцепив из памяти необходимое знание. Именно так всё и произошло в истории Алисы! Одному из местных жителей не удалось прочитать для помощи вельможи важный документ, и тот, недолго думая, приказал вырезать всю деревню.
Ладони вмиг похолодели, спина покрылась неприятной испариной, а низ живота принялось совсем уж позорно крутить. Автор придумала весьма жестокий поворот сюжета, который пусть и помогал главному герою обрести великую цель, но лишал жизни и право на будущее порядка сотни людей. А может быть и меня саму, если не предотвращу беду. Вот только как это сделать? Караулить всех вельмож посреди проезжего тракта? Или найти того самого барашкинца, который и навёл на деревню гнев, и обучить чтению? Ох, как же сложно-то...
Я потёрла разнывшиеся виски, пытаясь придумать собрать мысли в кучу, но маленькая помощница отвлекла, дёрнув за подол юбки.
— Тётенька ведьма, а пошли спать.
— Устала, да? — заботливо поинтересовалась я, глядя как девочка потирает глазки. — Давай тебе на печке постелем.
— А как же вы? — удивилась Дуся.
— Ничего, я и на лавке прекрасно высплюсь, — отмахиваюсь. С такими новостями как бы вообще теперь заснуть. — Давай умываться, и баиньки.
Девочка вновь проявила чудеса самостоятельности, и уже через десять минут спокойно дремала на печи, укрывшись пуховым одеялом. А вот мне не спалось. Мерить избу шагами, рискуя разбудить ребёнка, не хотелось, и потому накинула шаль, чтобы не замёрзнуть ещё прохладной майской ночью, и опять вышла на улицу. Надо поразмышлять над сложившейся ситуацией.
Долго в одиночестве мне находиться не пришлось — почти сразу на глаза показался здоровенный кот, который до этого шлялся не пойми где.
— Ну здравствуй, киса, — прохладно поздоровалась я. — Уж извини, кормить нечем — ужин слопали сами. Впрочем, отощавшим ты не выглядишь.
— На себя посмотри! Сама тётка тёткой, а других за лишнюю складочку упрекает.
Я смотрела на кота, округлив глаза. Либо фраза мне примерещилась на фоне начинавшейся мигрени, а кот просто так смотрит исподлобья, либо...
— Кисонька, так ты что, разговаривать умеешь?
Кот смерил меня настолько уничижительным взглядом, что я попросту устыдилась своего предположения. Действительно, какой ещё говорящий кот! Но не успела выдохнуть с облегчением, как услышала:
— Ты идиотка, что ли? Как бы я смог разговаривать с кошачьим речевым аппаратом?
— И то верно... — протянула, потому что если бы не сам факт попаданства в роман, то именно это стало самым сильным впечатлением за день.
— Разумеется, я не умею говорить. Просто мои мысли могут звучать в твоей голове, раз уж ты теперь за ведьму. А заодно, — кот словно поморщился, — стала моей нынешней хозяйкой.
— Понятно.
Я развернулась и снова села на свой уже ставший привычный чурбачок. Чудесно. Великолепно. Вечно недовольный и умеющий делиться своими мыслями кот — это ведь как раз то, что мне необходимо для полного счастья.
— А раньше-то ты почему молчал? — на всякий случай, уточнила я.
— Буду я ещё на всяких тёток время тратить!
Кот демонстративно обошёл меня, усаживаясь на расстоянии в пару метров, а я всерьёз задумалась. Кот ведьмы мог бы стать неплохим помощником в сказочном мире. Если получится найти к нему подход, то как знать, вдруг сможет подкинуть пару-тройку стоящих идей? Хотя мне до сих пор хотелось разбудить Дусю и спросить, слышит ли кота и она. Но если не слышит, получится совсем неловко, да ещё и ребёнка напугаю. Или не напугаю – с этим ребёнком ничего нельзя знать наперёд.
— Киса, — осторожно и куда как дружелюбнее, чем раньше, спрашиваю я. — А как тебя зовут?
— Это вам, мышам двуногим, имена нужны,— фыркнул котяра. — А я всю жизнь прекрасно обходился и без этого.
— Но как-то же предыдущая хозяйка тебя называла?
Кот смерил меня скептическим взглядом, и мне подумалось, что если моя предшественница и потрудилась дать питомцу какую-то кличку, то вряд ли она ему нравилась. Вполне возможно, женщина ограничивалась ёмким «эй, ты», или и вовсе называла помощника мешком с блохами.
— А может ты бы сам хотел выбрать себе какое-нибудь имя? — спрашиваю настолько заискивающе, что едва зубы не заныли от этой слащавости. — Такое, чтобы подошло столь бравому коту, как ты?
Скептический взгляд сменился на ошалелый, и каким-то шестым чувством стало ясно, что лестью тут делу не поможешь. Что ж, пусть будет худой мир — всё лучше, чем добрая война.
— Ладно, значит буду называть тебя Снежок, — пожала я плечами. — Красиво, удобно, и чувствуется нестандартный подход к делу.
— Скорей уж чувствуется, что мозгов тебе всевышний недодал,— фыркнул кот. — Чем глупостями заниматься, лучше бы пораскинула остатками ума и придумала, как будешь выбираться отсюда.
— А вот с этого момента, киса, поподробнее.
— Какие ещё тебе подробности нужны, женщина? Домой вали, вот и вся премудрость.
— Снежок, давай-ка поговорим начистоту, — я чуть подалась вперёд, смотря в глаза нахальному коту. — Ты в курсе, что я не твоя хозяйка, и возможно даже знаешь, как появилась в этом месте. Расскажи всё, что знаешь.
Кот закатил глаза, но всё же пересел напротив и принялся за пересказ.
— Ведьма давно уже экспериментировала с чем-то. Опыты, шмопыты... Записей не вела, так что ничего ты не найдёшь, но ворожить она умела знатно. Вполне возможно, что и во дворце бы прижилась, если б не была такой неряхой. Собственно, —уточнил кот, — я и помогаю-то тебе только потому, что ты эту избушку в порядок привела. Как-никак, мы тут пять поколений прожили.
— Получается, из-за её опытов мы поменялись местами?
—Про «поменялись» не знаю, — честно признался хвостатый. — Но душа ведьмы теперь где-то в междумирье, а ты видимо как раз была в глубоком сне, раз попала на её место. Перепутались души, вот и всё.
— Да почему я-то?!
— Отражение своё видала? — фыркнул Снежок. — Короче, пока что ты тут застряла, а вот надолго или нет — не знаю.
Я и сама была бы не прочь узнать. Вообще, кот показал себя вполне толковым собеседником, который мог бы дать ей дельный совет. Оставалось решить, есть ли смысл открывать перед ним все известные карты. С другой стороны – а что я теряю?
— Скажи, а откуда тебе всё это известно? Только потому, что являешься котом ведьмы?
—Все представители семейства кошачьих могут проходить сквозь тонкую оболочку между мирами,—словно бестолковому котёнку, поясняет мне Снежок.— Я просто видел, где сейчас душа ведьмы, и ощутил твоё прибытие. Хотя умею, разумеется, куда как больше, чем обычные коты.
В мысленном голосе котяры было столько важности, что я и сама не заметила, как прыснула со смеху. Снежок на это слегка обиделся, зато у меня получилось немного сбросить напряжение. И заодно проникнуться к будущему помощнику доверием.
— Хочу рассказать тебе кое о чём, — я всё-таки решилась на откровенный разговор. — На самом деле всё, что происходит в этом мире — выдумка. Сказка, придуманная моей знакомой. А мне эту сказку предложили проиллюстрировать. Ну, то есть, нарисовать к ней картинки, — уточнила, не вполне уверенная, что коту известно мудрёное слово.
—Все мы — чья-то выдумка, —меланхолично ответил кот, которого совсем не смутило известие о том, что он ненастоящий. — Вполне возможно, что и твой мир придуман кем-то ещё, но сути дела это не меняет. Сейчас я — более чем настоящий. И лес вокруг тебя. И та мелочь пузатая, что спит на печке. И даже дохлая змея, которую я положил под половицу — всё это настоящее.
— Ты что, притащил в дом змею?!
Подпрыгиваю на месте, едва ли не с ногами забираясь на чурбанок. Если и было что-то, чего боялась в этом мире, так это змеи и стоматологи. Правда первые с тебя хотя бы денег не берут.
— Не паникуй ты так, — поморщился котяра.— Она же дохлая. Хотя, само собой, материальная и весьма аппетитная. На вкус почти как молодой цыплёнок!
— Снежок, я буду тебе очень признательна, если впредь таких подарков приносить не станешь, — серьёзно попросила я. И, осторожно усевшись на место, опять задумалась.
Ну да, вполне возможно, мир «Принцессы для солдата» действительно был выдумкой Алисы. Но точно так же люди когда-то фантазировали о воздушных колесницах, а потом самолёты и ракеты действительно были изобретены. Вполне возможно, что в каком-то параллельном мире могли быть и драконы с ведьмами, и грезящая наяву принцесса, и деревня Барашки. И наглый чёрный кот тоже.
— Я тут подумала вот о чём, — в задумчивости отмечаю, пока Снежок демонстративно вылизывает лапу. — Если для меня ваш мир существует только до какой-то определённой точки событий, то, как только достигну их, смогу вернуться домой?
Кот на некоторое время прекратил туалет, а после утвердительно кивнул.
—А что, вполне может быть. Возможно немного мозгов перепало и на твою долю...
— Вот уж спасибо так спасибо, — теперь настала моя очередь фыркать. — Давай-ка для начала перескажу тебе всё, что знаю, а ты с высоты своего могучего интеллекта меня поправишь. Или даже подскажешь, как быть дальше.
Не заподозрив в этом предложении сарказм, Снежок вернул лапу на землю и внимательно выслушал весь мой рассказ.
— Получается, деревню выжгут, — хмыкнул кот после минутной паузы. — Ну в принципе невелика потеря — люди плодятся почти что так же шустро, как лесные зайцы. Да и тебя это навряд ли коснётся, — продолжил он, словно не замечая моего ошалевшего взгляда. — Ты-то не в деревне живёшь, а ведьма лесная. К таким вообще стараются не лезть лишний раз, будь ты хоть сам король со свитою.
— Снежок, но в деревне же живые люди, — напомнила я. — И их наверняка можно спасти.
— А смысл?
— Во-первых, ценна каждая жизнь, — ответила максимально серьёзно. — Как знать, вдруг мы спасём будущего великого учёного или барда. К тому же, если главному герою не за кого будет мстить, то он не потеряет на скитания целых пять лет. А вместе с ним и я, возвращаясь домой куда как раньше.