Лера Гордон

Глава 1

Я не планировала умирать

В комнату вбежал солнечный луч, он пробежал по стене, завернул к двери и приблизился к лицу, спящей девушки. Та, перевернулась на спину, потирая глаза, открыла их и ужаснулась.

– Блин, я проспала! Почему ба или ма меня не толкнули? – Выругалась она вслух. Вскочив с постели, девушка глянула на тумбочку, где стояли часы. Они мило, улыбаясь, показывали полдень.

– Хм, можно не спешить, я и на третью пару не успею. – Печально сказала девушка.

– Да, ты совершенно права. Теперь тебе некуда спешить. – Сказал мужской голос. Девушка круто повернулась на босых пятках и столкнулась нос с носом с обладателем этого голоса. Это был парень лет 18–20. Высокий и блондин. Чего терпеть не могла девушка, так это блондинов и блондинок, но с изумрудными глазами, как свежая майская листва на деревьях. Пару секунд пялясь на грудь незнакомца, а он был не малого роста, девушка спросила, обращаясь к черному пятнышку на рясе:

– Ты кто? И что делаешь тут?

– Я тут был всегда, и везде, куда бы ты ни пошла, просто ты меня не видела. – Легко ответил парень.

– Что за.., чушь ты несешь? – Вскипая, произнесла девица. Характер у неё был вспыльчивый и не ясный, не только окружающим, но и ей самой. – Так, я не знаю, как ты тут оказался, но проваливай отсюда, а, то, как я, интересно, буду доказывать и объяснять матери, что тут забыл парень?! Да и еще в таком глупом виде?!

– Хм, – лишь произнес парень. – Я бы с радостью, но Папаша велел тебя охранять, точнее все, что от тебя осталось.

– Какой Папаша? Что за фигня? И что это отменяя, осталось? – Спросила девушка, оглядывая себя. На ней была пижама в зеленый сердечки, который хаотично шли по всей ткани.

– Да… уж характер у тебя и до этого был не сахар, но сейчас вообще ужас. – Печально возведя глаза к потолку, где весела люстра, сказал, юноша, и для полной картины, сложил руки на груди, в позе молящегося Христу.

– Слушай, я не понимаю, про что ты мне тут втираешь и какой там Папаша или Мамаша, но я не хочу тебя видеть тут! Так что вали! – Грубо закончила свою речь девица, и грозным взглядом уставилась на незнакомца, упирая руки в бока.

– Я ж говорю, с превеликой радостью, но Папаша… – Парень печально вздохнул и уселся на край кровати, где 2 минуты назад спало, это вспыльчивое и не ясное природе существо.

– Эй, ты не смей сидеть на моей кровати! – Вскипела вновь девица, почему то, не краснея, а бледнея от гнева.

– Хм, – лишь ухмыльнулся парень, – как скажешь, – и вместо того что бы встать, он улегся на кровать и положил ноги в сандалиях на одеяло.

– Ты, да как ты посмел, – начала девица, – я позову маму и…

– И что, она тебя не услышит. – Грациозно перекинув ногу на нугу, промурлыкал парень. – Можешь, проверить, если не веришь… – И, не успев, он это сказать, как девица пронзительно завопила:

– Мама! – Но к её удивлению, мама не пришла на крик, она продолжила заниматься своими делами.

– Ну, проверила, – с усмешкой сказал парень, – А теперь послушай меня, я не буду… – Но девушка его не слушала, она подбежала к двери комнаты, дернула за ручку и выбежала из неё. Прошлепав босыми ногами по полу, девушка добежала до материи тут произошло невиданное. Девушка попыталась дотронуться до маминого плеча, та обернулась, в упор посмотрела на дочь и… прошла сквозь неё.

– Мама, закрой окно на кухне, дует. – Сказала женщина. У неё были короткие, вьющиеся от природы волосы, багрового цвета, болотные, а иногда серые глаза. Она не была высокой, немного полная и вспыльчивая, даже очень, парой характером.

– Мама, – шепотом произнесла девушка, но женщина не обернулась. – Мама, – повторила та. После третьего раза, девушка поняла, её просто не видят, и приходят сквозь неё. «Может она на меня сердится и поэтому не замечает?» – Подумала девушка.

– И поэтому проходит сквозь тебя? – Насмешливо спросил парень.

– Ты, ты вообще… – Не договорила девица.

– Так ты готова послушать меня? – Перебил её парень. – И так первый вопрос. Ты знаешь, какое сегодня число, месяц, год, неделя? – С серьезным видом спросил в рясе.

– Нет.

– А какое было вчера число?

– Нет.

– А как тебя зовут и сколько тебе лет? – И тут девушка поняла, что не знает ответа. Она с ужасом прошептала:

– Я не помню своего имени и возраста. Я вообще ничего не помню.

– Ты, Лера Гордон, тебе 16 и ты почти умерла. – Радостно сказал парень.

– Как? – Выдавила из себя девушка.

– А вот так. – Спокойно ответил парень.

– А сегодня, какой год и день?

– 5 марта 2013, суббота.

– Расскажи мне, что произошло со мной, пожалуйста.

– Было это 3 числа марта, этого года. Ты гуляла с Дашей. Ты помнишь кто она?

– Да, моя подруга.

– Хорошо. Вышли около здания телефонной подстанции.

– Эмм, что?

– Синие, кирпичное пятиэтажное здание.

– Понятно.

– Вы шли от площадки, а впереди шли его братья.

– Кого, братья?

– Ты не помнишь?

– Так не отвлекаемся, ближе к делу.

– Братья Александра.

– А…

– Ты помнишь кто он? – Спросил в рясе и внимательно уставился в лицо Леры.

– И? – Приподняв бровь, спросила девушка. – Дальше что? – Как-то раздраженно, спросила она. Юноша, продолжи:

– Тут из поворота, тормозя по льду, выскочила машина, она приближалась к парнишкам. Ты бросилась к ним. Оттолкнув первого к Даше через дорогу к тротуару, ты схватила второго, тот застыл от страха, и толкнула к ней же, она схватила его. Ты уже последовала за ними. Машина была в 2-х метрах от тебя, но ты споткнулась, как всегда на ровном месте и упала. Я не смог тебя спасти и вот ты… – Парень замолчал. Лере стало его жалко, и она сказала:

– Не расстраивайся, Серафим.

– Ты, как ты догадалась, как меня зовут?

– Ты всегда был рядом, я помню, как ты говорил со мной.

– Правда? Я не знал, что ты меня слышишь.

– Еще бы, ты все твердил «Не плачь. Перестань, все наладится и т. д.» Я начинаю все вспоминать. А что с Костей и Даней. Как они?

– Они были в шоке, но их успокоили. Пошли к Папаше.

– Я никуда не пойду, не хочу!

– Мне сказали доставить тебя в ценности и сохранности.

– Мне плевать, что тебе там сказали! И что тут можно охранять?! – Всплеснув руками, указала на себя Лера. – Что я такое вообще? – Спросила она и посмотрела на Серафима.

– Ты – это ты, и больше ничего. Это твоя душа… Ты – душа. – Спокойно ответил юноша. – Все пошли.

– Не куда я не пойду. – Отвернувшись, сказала Лера.

– Перестань уже вести себя, как ребенок. – И тут парень услышал хлюпанье. – Ты, плачешь? Эй, перестань это мокрое дело… – Парень обнял девушку за плечи, он всегда её обнимал, когда её душе было больно, а теперь сама душа плакала такая сильная и хрупкая одновременно. – Тише не плачь, не плачь, я рядом, я всегда был рядом. – Успокаивал девушку Серафим.

– Хлюп, хлюп. – Только и слышалось из груди Леры. Выплакавшись вволю, Лера отстранилась от парня.

– Ну, так, пошли к Папаше? – Спросил парень ласково, стирая слезинки со щек девушки.

– Пошли, я ведь знаю, ты не отстанешь.

– Тогда раздевайся.

– Что?!

– В пижаме, не пойдет к Папаше.

– Но…

– Не спорь! – Слегка прикрикнул Серафим.

– Голой я не пойду!

– Так, – Сказал парень и начал стаскивать с себя рясу.

– Ты что делаешь? – Испуганно сказала Лера. – Ты зачем раздеваешься?

– Вот, одевай, – протягивая, сказал Серафим, – на голое тело. Да, отвернусь я.

– Эмм…

– Что?

– Насовсем голое?

– Да, без пижамы.

– И без трусов что ли?!

– …Да!

– А может…

– Слушай, если ты боишься, что я тебя изнасилую или еще чего, то не переживай, по закону карается, и вообще ты не в моем вкусе. – Закончил свой монолог Серафим, отворачиваясь.

– Все, пошли. Куда нам надо?

– Дай руку.

– Зачем?

– Потом все вопросы, – схватив девицу за руку, Серафим рванул к окну, пройдя сквозь него, они взмыли ввысь. Послеполуденные лучи играли на мартовском снегу. У Леры все перемешалось в голове. Небо и земля кружились в пятнистом водовороте.

– Сев! – Жалобно позвала девушка.

– Что?

– Нам еще долго лететь?

– Да.

– Блин, ща блевану.

– Лера, ты как выражаешься. Ток так при Папаше не выскажись.

– Да, кто это ваш Папаша, в конце концов, а? И куда мы летим. Я ничего не понимаю, и вообще.

– Долетим, сама все поймешь.

– Сева!

– Тих. – Мимо них пролетали облака, точнее это они их пролетали. Огромные, белые, с серебром крылья Серафима взмахами, задевали облака и те рассыпались. Солнце слепило глаза и отражалось, ого! уже у появившегося, у Ангела нимба.

– Сев, а ты меня обманул.

– В чем же?

– Ты сказал, что ты брюнет, а сам блондин.

– Ну, я же знал, что блондинов ты не привечаешь, – сказал Серафим и улыбнулся, – не печалься, быть мертвым это не так уж и плохо.

– Не смешно, Сев.

– А я и не шучу. – Серьезно ответил Ангел. Держа девушку на руках, Серафим, бережно нес её по невидимой ей тропе. Девушка смотрела и невольно улыбалась. Облака, белые и не очень белые, пролетали мимо, неясная легкость и тихая грусть появлялись откуда-то. Солнце, небо, оно была таким близким, красивым, и холодным. Ряса не спасала от холода, и девушка инстинктивно прижалась к Серафиму. Его обнаженная грудь была на удивление теплой, что несказанно порадовало Леру.

– Замерзла? – Спросил Ангел.

– Есть такое. – Ответила Лера. – Почему-то хочется спать, – сонно произнесла девушка.

– Это нормально. – Отозвался Серафим. – Поспи. Нам еще долго лететь. Спи.

– Ладно… – Промычала девушка, обвивая шею Ангела, и прижимаясь теснее к груди Серафима, тот, по крепче обнял её худые ноги и спину. – Ты теплый… – Уже во сне пробормотала девушка.

Мать, девушки потрогала лоб дочери, тот был горячим, выйдя из спальни, она вернулась с градусником. Положив его под подмышку, она посмотрела на часы, те не улыбаясь, показывали пол 12 ночи. Темнота за окном, рассеивалась фонарями, один из них как раз находился напротив их комнаты, и светил в неё своим желтым светом. Переведя взгляд вновь на лицо дочери, женщина нахмурилась, от чего и так глубокая морщина на переносице, стало еще глубже. Она не плакала, она просто смотрела, на свою дочь… Тем временем разум девушки блуждал по небесному миру…

Глава 2

У Папаши в гостях

Серафим и Лера приземлились около дворца. Девушка спала на руках у Ангела, тому было жалко будить её, но…

– Лер, просыпайся. – Сказал Серафим, девушка открыла глаза. – Прилетели. – Продолжил он. Лера расцепила ладони, на шеи Ангела и, опустив руки, сказала:

– Ну, ставь. – Опустив девушку на облако, Ангел повел её к входу в здание. Это был не то храм, не то дворец, что-то неясное с башенками и открытыми верандами, с круглыми и остроконечными крышами. Все здание было из светлого стройматериала, если оно вообще было из какого либо известного человечеству материалу. Лера не могла сказать из чего это здание, да ей и не хотелось знать.

– У, у, больно, больно! – Закричало облако, на которое шагнула девушка. Лера с перепуга бросилась бежать. Вот только не к дворцу, а от него. Серафим последовал за ней, но было поздно, край облака, на котором они до этого приземлились, закончилось и Лера «грациозно» полетела вниз. Проваливаясь, через облака девушка с громадной скоростью приближалась к земле. Лера уже видела дорогу, машины. Зажмурив глаза, Лера всегда закрывала глаза, когда ей было страшно, она приготовилась почувствовать удар о землю. Но – нет? Через пару секунд девушка поняла, что, летит только не вниз, а вверх. Приземлившись на облако Серафим, не отпуская, Леры с рук, сердито приказал:

– Открой глаза. – Лера послушно открыла свои глазенки. – Дура, ты могла разбиться.

– Не хочу тебя расстраивать, но я уже мертва. – Со злостью выпалила Лера. – И опусти меня на зем.., на облако.

– Но тебе нельзя пока находиться среди людей. Долго объяснять. Эй, ты иди сюда паршивец, из-за тебя…

– Извиняюсь, – перебил Серафима КОТ? На небе?

– Уходи отсюда! – Вспылил Ангел. – К миледи на 10 облаков не подходи. (1 облако = 2 метра).

– Мне сказали встретить сеньориту.

– Кто?

– Я, – выступая из под арки, произнес, облаченный доспехи? Воин! «Это галлюцинации, да однозначно» – думала Лера. Воин был как две капли воды, похож на Александра. Лере стало не по себе, и она хлопнулась в обморок.

– Миледи!

– Сеньорита!

– Лера! – Три особи мужского пола склонились над девушкой. Серафим тряс Леру за плечи, Кот обмахивал, другим концом веера, Воин достал от куда-то нюхательную соль? на небе? Наконец девушка открыла глаза. И тут же перед, её взором нарисовалась физиономия воина.

– Я сплю и это сон? – Слабым голосом спросила она.

– Нет, ты на небе. – Ответил Воин.

– Что? – Окончательно придя в себя, воскликнула девица. – Ах, да, я ж умерла – взглянув, мельком на воина она спросила:

– А ты то – же умер?

– Да, давно уже, как 300 лет тому назад или больше. – «Как хорошо сохранился» – подумала Лера. Щелк. «Так это ж Саша!» – И тут девушка заревела.

– Сеньорита, что с вами?

– Миледи?

– Лера, что б тебя, что ревешь?

– Серафим, – хлюпая носом, сказала Лера, – Саша что умер? Почему ты мне не сказал?

– Да, я умер, давно уже, – вмешался Воин. – Не стоит так расстраиваться…

Не ты, – перебил его Ангел, махая на него рукой – она другого имеет в виду. Тихо, Лера твой Александр жив и здоров, пару синяков, а так мозги в норме. Успокоилась? А теперь пошли тебе надо переодеться. – Все четверо, Кот, в том числе вошли, наконец, во дворец. Парадный зал был прозрачный и светился из нутрии божественным светом. Лера замедлила шаг, но Серафим дернул её за руку, «Мол, потом посмотришь». Пройдя зал, они дошли до следующего зала. Там девушку, буквально, передали из рук в руки другим с нимбами. За небесными девами закрылись стеклянные, прозрачные двери. И в чем смысл их было вообще ставать? Но не наших это умов дело.

Через час Лера была готова. На ней было зелено платье, из легкого и неясного материала. На ногах под цвет платью были надеты сандалии, волосы были заплетены и убраны под венец, с сеточкой, ниспадающей на лицо. В общем, девушка выглядела мило.

Войдя в тронный зал, в сопровождение Серафима Лера остановилась. На троне восседал человек, нет нечто неземное. Во всем белом, лицо его было смуглым, с огромными, как бесконечность глазами, волосы были черные, как печная сажа. Что-то было в нем властное, и в то же время доброе и хитрое. Блеск веселья играл в его глазах. На вид неземному существу было лет 25. Заметив девушку, неземное существо легко вскочило плывущей походкой подошло к Лере. Увидев вблизи, что это мужчина такой дивной красоты, девушка потеряла дар речи. Он был настолько красив и безукоризнен, не было в нем ничего лишнего, невозможно было не смотреть в эти глаза. Помимо веселья в его глазах светились ум и мудрость, которая совсем не вязалась с этим молодым лицом.

– З-здравствуйте, – Еле произнесла Лера, она все еще была в шоке.

– Располагайтесь, тут, как дома, вам показали ваши покои? – Спросил мужчина, бросив взгляд на Серафима, он продолжил, – Серафим вам все покажет тут. Ах, я забыл, вам представится. Я – сын Человеческий.

– Вы, Иисус?! – Воскликнула Лера, бледнея.

– Да. А теперь дитя мое, скажи мне, почему ты решила умереть в столь юном возрасте.

– А я не решала, просто так получилось. – Пожав плечами, ответила растерянная Лера.

– Ты сильно любила того человека, ради которого пожертвовала собой?

– Я – любила? Возможно, я любила его братьев, а им грозила опасность, я сделала лишь то, что считала нужным. Хотя любовь понятие растяжимое и не ясное до конца.

– Но ты могла успеть откатится, почему ты этого не сделала?

– Я, я, эмм, не знаю.

– А, разве у тебя не было смысла жить? Ради них, или ради себя, в конце концов.

– Честно говоря, я пессимист и холерик, и часто впадаю в уныние, а это, как известно грех, я вообще удивляюсь, что тут, а не там… Да, и меня вечно не понимал мир, а я не понимала его. Да. И к чему это теперь уже… – Многозначительно закончила Лера.

– Но, если твоя индивидуальность не приносила тебе счастья, а только губила, не стоило ли, стать такой, же, как все?

– Это как, как все? Я по другому мыслю, может где-то эгоистично, а где-то не так как те другие люди. У меня другие понятия о том, что надо, а что не надо. Да у каждого что-то да не так будет, у всех свои правильные понятия хорошего.

– Нет. Ты уходишь от ответа. Я не говорю тебе, про то, что б ты теряла своей индивидуальности, я говорю тебе, про то, что если мир не готов принять тебя такой, какая ты есть, ибо то ваш мир. Мир – людей, то почему б тебе не принять этот мир, и жить в нем, а не существовать.

– Вы правы, но поздно уже, что либо менять. – Спокойно сказала Лера.

– Лера Гордон, вы удивительная душа.

– От чего, от того что я не сожалею, что мертва? Нет, я гадкая душа, потому что я думала только о своей выгоде. Я не думала в тот момент о родителях, что им, им будет больно, что они, и только они будут плакать и сожалеть, что меня – нет. Я вообще удивляюсь, как я попала в Рай. Я прошу вас, об одном, берегите их всех. Вы – Бог! Обещайте мне.

– Обещаю. – Сказал Бог, махнул рукой, дав знак уйти Серафиму. Тот вышел из зала. – Лера, вы удивительны, потому что не выгораживаете себя, вы честны с собой, а люди редко откровенный сами с собой, а с посторонним уж тем более…

– Вам виднее. – Ответила девушка, хотя не видела ничего сверхособенного в том, что есть она сама.

– Лера Гордон, в ваших жилах текла, не простая кровь, – Сказал Бог. Лера похлопала глазами. – Вы должны были стать моей преемницей, занять, пост «Господа Бога».

– Что? – Спросила Лере. – Это почему? Шутка, да?

– У моей матери, Марии были помимо меня другие дети. Мой отец, Христос, наградил одного ребенка божественной силой. Брат мой женился, у него появились дети, вы понимаете про что я. Так что вы моя, родственница. Вы обладаете силой, которую можно обратить во благо или во зло.

– Что вы хотите этим сказать? Вы в правду считаете, меня вашей родней?! – Чуть повышая голос, уточнила Лера, смех и недоверие блестели в её карих глазах.

– Да. Мы не можем допустить, что бы зло завладело человеческими сердцами, понимаете?

– Не знаю, что за силой я там обладаю и т. д., но это, по-моему, не доказывает никого родства с вами. И как же я буду бороться с всемирным злом, находясь тут, еще и в мертвом виде?

– Я сказал, значит, так оно и есть! – Вспылил Бог. – Бороться, да никак. Люди – это люди, и не по образу моему они живут, а по-своему собственному, и прощай их не прощай все одно… – Обреченно махнул рукой Бог.

– Но что вы от меня то хотите? – Спросила девушка, её карие глаза внимательно смотрели на Бога. Но Бог молчал, девушка молчала, потом он вымолвил:

– Лера Гордон, вы можете идти, Серафим вас проводит.

– И вы вот так закончите разговор? – Уточнила девушка. Бог посмотрел на неё, его сине глаза завораживали и приковывали к месту, не хотелось ни о чем думать, хотелось только смотреть в эти глаза.

– Искусители, души человеческой, – Начал Бог, – вот, кто губит души людей, а вы люди подаетесь им, сами не замечая этого. Люди – слабые существа. Не потому что смертны, и не потому что живут от силу век, или того меньше, они слабы и не потому что не верят или верят в меня. Верить можно в кого угодно и во что угодно, главное, что б это или что-то помогало им жить дальше, они слабы, потому что не могут противостоять своим желаниям, потому что не могут отличить мимолетности от истины, а белое от серого, так же и с черного. Слабы, потому что не всегда делают то, что хотят, и идут до конца, слабы потому что эгоистичны, хотя это не грех. Все не грех. Люди сами придумали себе грехи, законы, по которым, по сути, не живут, а делают видимость что живут, успокаивая по ночам или в одиночестве свою совесть, если таковая у них есть. Люди слабы, потому что одиноки, а если не одиноки, то потому что чаще всего не с теми с кем надо или с кем, хотят быть по настоящему, а если даже и с теми, то не ценят этого. Слабы, потому что всегда ищут оправданию тем или иным своим ошибкам или обидам. Слабы потому что не всегда верны свои словам, обещаниям, и тем, кому давали эти слова и обещания… – Бог вздохнул. – И ты Лера, ты может и не идеал чистоты и искренности, я знаю про все твои обманы и обещание, что ты выполнила, а что нет, но ты являешься лишь собой, а это главное… Ступай, Лера, ступай. Ты подумай над тем, что я сказал тебе. И не обижайся, я всегда такой вспыльчивый. – Оборачиваясь, сказал Бог, и улыбнулся девушке.