«Крик петуха»

«КРИК ПЕТУХА».

События 1969 года

Домой возвращался неспеша. Я знал, что всё равно приду раньше мамы и хотел хоть немного сократить время пребывания в комнате одному. Когда был уже возле дома, кто-то громко и протяжно свистнул. Я машинально повернул голову в сторону, откуда донёсся свист, и замер. Господи, как же я о них забыл! Это были те самые парни, которых я видел накануне. Они шли в мою сторону.

«Ну всё», – подумал я, но убегать не стал: нет смысла, всё равно рано или поздно подкараулят. Отвернувшись, я быстро перекрестился и, тихо прошептав: «Господи, помоги!», стал их ждать.

– И шо это я вижу? – начал ещё издалека один из них. Он был меньше всех ростом, но с большой, не по размеру, кепкой с козырьком. – Вы посмотрите на него, идёт и не здоровается!

– Ты, фраерок, откуда тут нарисовался? – продолжил он.

– Да погоди ты, Сиплый, дай человеку сказать, – произнёс коренастый парень среднего роста с худым лицом, скорее всего, старший среди них.

Я представился, вкратце рассказал, что и как, подытожив, что теперь мы с мамой будем жить здесь.

Старший достал из кармана семечки, ловко забросил одну в рот и, выплевывая скорлупу, сказал:

– У нас правило: в этом районе каждый должен нам платить. Так что с тебя два рубля в месяц. И это еще скажи спасибо, что ты с нашего двора. Ну а дальше увидим, что ты за фрукт.

– У меня не… – но не успел я договорить, как вдруг дыхание сдавило, а в глазах поплыли круги. Это меня кулаком в живот ударил толстяк, стоявший справа от меня.

– Слышь ты, давай не блатуй, – наклонившись к моей голове, сказал старший – Это Митяй, считай, просто погладил тебя. Будешь быковать – рога быстро обломаем.

Они ушли, а я всё ещё сидел на корточках, приходя в себя

Коля младший, события 2012 года.

Служба началась с громкого, басистого возгласа диакона: «Владыко, благослови!» В ответ запел хор. Потом они попеременно менялись: диакон громко читал, а хор пел. Всё шло своим чередом. Людей в храме становилось больше, они тихонько покупали свечи и писали записки. Постоянные прихожане, как правило, приходили пораньше. Одной из первых была пожилая женщина, несшая послушание в иконной лавке. Как всегда, первым делом она шла к поминальному подсвечнику, ставила свечу, долго молилась и только потом приступала к своим обязанностям. На это у неё была своя причина – одиночество. Последних из родных она похоронила три года назад. Дочь с мужем и детьми погибли в аварии.

– Меня зовут Николай, или просто Колька. Мне одиннадцать лет, и сколько я себя помню, каждое воскресенье бываю в храме, за исключением тех дней, когда болел или по каким-то другим важным причинам. А иногда, если честно, просто ленился утром вставать.

Я уже привык к длительным службам, тем более любил стоять впереди, чтобы всё видеть. Так служба для меня не казалась такой длинной. Сейчас моё внимание было сосредоточено на алтаре. Я всё ждал, когда начнут выходить с большой книгой – Евангелием. Почему? Да потому, что впереди всех со свечой, выходил мой дедушка. Он уже много лет прислуживает в алтаре.

Бабушка как-то сказала, что ему предлагали даже стать диаконом, но дед отказался. Ни он, ни бабушка так толком и не рассказали почему. Да это и не важно. Я всё равно очень гордился им и порой приглашал своих друзей в храм только для того, чтобы показать своего деда. Меня, кстати, назвали в честь него, поэтому меня зовут Коля младший.

Дед выходил со свечой, как солдат с флагом, неся её ровно перед собой, чуть приподняв. Походка ровная, неспешная. Не как-нибудь спустится по ступенькам, а выйдя с алтаря, сначала поворачивал налево, дойдя до середины, поворачивал направо, спускался по ступенькам вниз и, развернувшись, становился лицом к алтарю. После того, как батюшка осенял его крестным знамением, он медленно склонял голову, прямо как перед царём, и так же неспешно уходил в алтарь.

Раньше я думал, что батюшка благословляет нас, людей, и только потом узнал, что благословляет только свещеносца. Кстати, дед рассказывал, что тот, кто несёт свечу перед диаконом с Евангелием, являет собой образ Иоанна Крестителя.

После службы у нас всё было по расписанию: сначала мы шли в кафе, потом в парк. В завершении – продуктовый магазин, где мы брали что-нибудь вкусное к чаю, и домой – пешком по набережной.

В этот раз, когда мы пришли домой, вдруг оказалось, что дед забыл ключи. Мама с папой были на работе. Они у меня военные, и вызвать в часть могут не только в выходные, но иногда даже и ночью, в основном кого-то одного. Но сегодня приехал к ним какой-то большой командир, поэтому приказали явиться обоим. Наверное, дедушка поэтому и живёт с нами, чтобы я не оставался один. Хотя в свои одиннадцать лет я считал себя достаточно взрослым, а может ему просто было одиноко после смерти бабушки, которая умерла полтора года назад. С того времени он и живёт с нами. Хотя кто у кого – это вопрос. Папа рассказывал, что эту квартиру нам подарил дед, как раз в день моего рождения.

Наш двор был очень красивым и чистым. Много цветов на грядках и в клумбах. В центре двора красовался памятник пионеру, а рядом – детская площадка с качелями, песочницей, деревянным домиком и такой же деревянной машиной. По кругу располагались четыре скамейки для взрослых.

Главной хранительницей порядка была тётя Зина из десятого дома. И не дай бог, кто-то посмеет бросить мусор на землю или сесть сверху на спинку скамейки, опустив ноги туда, где садятся, имели дело с этой женщиной. Тётя Зина закатывала такой скандал, что, если это были молодые люди, которые приходили к нам во двор к друзьям или девушкам, тут же от стыда убегали сломя голову. Ну а если это были подвыпившие соседи, то могли и веником по спине схлопотать.

Ещё она была у нас справочным бюро. Она знала почти всё и обо всех. Если нужно было узнать тётям, где их мужья, или почему чья-то дочка задержалась со школы, тётя Зина порой была единственной, кто знал, кто, где и почему.

Кстати, от неё-то мы с дедом и узнали, что родителей вызвали в часть.

– Коля пойди пока покатайся, а я попробую дозвониться до твоих родителей, – сказал дед, доставая свой кнопочный телефон. На площадке никого не было, и я решил немного поупражняться на турнике. Однако, не получив ожидаемого результата, я потерял всякий интерес к нему. Немного побродив, я остановился возле памятника.

– Странно, что его до сих пор не убрали, – сказал я вслух. – Насколько мне известно, много подобных памятников в парках и детских лагерях давно снесли, а наш не трогают. Да и странный он какой-то, – потирая памятник, подумал я.

Я и не заметил, как дед подошёл. От неожиданности вздрогнул, увидев его. Дед стоял за моей спиной и тоже смотрел на памятник с таким вниманием, как будто видит его впервые.

Паша, события 1969 года

Вдруг заиграл баян и кто – то запел гортанным голосом довольно знакомую песню: «Где же ты Маруся…». Это к дяде Ване снова пришли друзья. Он всегда, кажется, после третьей рюмки, брал в руки баян, которым очень гордился. Музыкой, конечно, это нельзя было назвать, но дядя Ваня считал иначе и у своих гостей постоянно требовал подтверждения:

– Ну как, правда здорово? Нет, ты скажи, как я? То-то, знай наших!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.