Крутой космос

Иван бросил взгляд на часы. Часов не было. Как не было кепки, комбинезона, старых армейских ботинок и пластиковой сумки, в которой лежала ещё куча полезных вещей, без которых ни один уважаемый галактический турист ни за что не отправится даже в мало-мальское путешествие. Зато были трусы и светлая футболка, которую Иван прикупил два года назад на распродаже в системе Альдебаран-7, на планете под странным названием Гсджуда.

– Ну хоть что-то осталось. – Иван напряг извилины, пытаясь сообразить, каким образом он оказался здесь, в этой серой, абсолютно пустой, четырехугольной комнате. Но, к сожалению, или к счастью, голова отказывалась напоминать нашему герою о событиях предыдущего дня или дней:

– Так так, интересно, и сколько же я здесь? – громко сказал сам себе  Иван, параллельно осматривая комнату на предмет выхода.

Последнее, что всплыло в памяти, так это то, что говорил старик Норк, провожая его из гостиницы в космопорт:

– Ваня, дело совсем плёвое. Доставишь "предмет" заказчику и получишь десять тысяч галабаксов.

Вернёшься назад – и получишь ещё столько же. Работы – на неделю. Ты же любишь всякие разные новые планетки? Вот и скатаешься туда – обратно. И тебе хорошо, и мне спокойно. Главное – "предмет" не открывай. Нечего тебе знать, что там. За незнание и плачу.

Под "предметом" старый Норк имел ввиду небольшой толстый металлический стержень, запаянный с двух сторон. Открывать его Иван, естественно, не собирался. Да и не первый раз он выполнял несложные поручения Норка. И получал за это неплохие, по меркам Земли, деньги. А что там, в цилиндре, волновало его меньше всего. Криминала точно не было – службы космопортов свое дело знают, а остальное – не его, Ивана, дело.

Вот только не было теперь данного "предмета" у Ивана. Так как стержень исчез вместе со всеми его вещами, которые были в сумке.

– Засада! – Иван почесал голову, затем –  ногу, затем – снова голову, как будто от чесания этих частей туловища хотел вспомнить нечто большее.  Но большее никак не хотело приходить ни в голову, ни, тем более, в ногу.

– Где же здесь дверь? – Иван методично начал медленно обходить и обстукивать стены в поисках хоть какой – нибудь пустоты, которая могла указать на выход. Стучать тоже особо не получалось, так как стены были сделаны из подобия прочного плексопластика или керамовонта и звуки абсолютно ровно тонули в их холодных глубинах.

– Ау! Ребята, я здесь! А вы где? – решил подурачиться Иван, хотя в его положении узника, а иначе, как узником назвать его и нельзя, дурачится смысла не было.

– Ау! Я вообще-то есть хочу! Есть кто живой? – вопрошал Иван, повышая голос.

Внезапно, он почувствовал за спиной какое-то движение и, резко развернувшись, увидел перед собой человека. Нет, не человека, а биоробота класса Х, который, видимо, появился из открывшегося в стене проема и молча подходил к Ивану.

– Ё – мое! – произнес Иван. – А ты кто такой?

Резко выбросив руку вперед, робот направил на Ивана портативный станер. Тот отшатнулся в сторону и, перед тем, как отключиться, услышал противный металлический голос, который произнес на галанете:

– Обьект нейтрализован.

Глава 2

Второй раз Иван очнулся куда уже в более светлой комнате, причем – на столе. Скорее всего, это была операционная кушетка, к которой он был, ни много ни мало, накрепко привязан. Привязан в лучшем стиле буйнопомешанных: руки, ноги, тело и даже голова. Попробовав пошевелить конечностями, Иван прекратил попытки, поняв, что привязали его крепко, но пока что, не поняв – зачем. Единственное, чем он мог свободно водить, так это глаза, в поле зрения которых, через несколько секунд, возник самый настоящий карлик.

Карлик был одет в черную космофлотскую куртку и узкие рыжие брюки, которые только подчеркивали уродство его кривых ног. А ещё карлик держал в руке деревянную трость с золотым набалдашником и медленно покручивал ею, глядя на Ивана,  Но, главным достоинством этого низкорослого представителя человечества были огромные чёрные усы, которые как две молнии расходились от носа коротышки в разные стороны на десять сантиметров каждый.

– Привет, – сказал Иван карлику как можно дружелюбнее. – Я предполагаю, что мы незнакомы?

Усы неодобрительно дернулись вверх и, взмахнув тростью, карлик ударил Ивана в область живота.

– Аааа, – заорал Иван. – ты что делаешь, идиот?

– Где он? – тихо промолвил усатый экзекутор и замахнулся второй раз.

– Стой! Погоди! – Иван судорожно пытался понять о ком или, о чем тот говорит. Ну, а заодно, и потянуть время, чтобы не получить ещё удар тростью.

– Я долго повторять не буду. – по всей видимости, карлик был настроен серьезно. – Или говоришь, где он, или отправляешься по кусочкам прямиком в размельчитель.

– Да кто он-то? – Второй удар показался Ивану немного сильнее первого и также пришелся в живот. – Ай, как больно! Может ты перестаешь меня бить, чертов придурок? Ты можешь сказать  мне, кто он?

– Погоди, Элай, может быть он действительно не знает?

В поле зрения Ивана появился ещё один тип, внешность которого не перепутать ни на одной планете, благодаря единственному глазу, находящемуся на стеблевидном отростке, растущем прямо из головы в форме луковицы.

Заруханец, типичный представитель скопления Арилл, наклонился над столом и внимательно разглядывал этим самым глазом пленника.

– Здравствуйте, – как можно вежливее произнес Иван. – Вы не могли бы попросить вашего друга меня не бить?

– Конечно, – заруханец изобразил некое подобие улыбки на волосатом луковичном лице. – Но только если ты скажешь нам, куда ты дел фактум?

– Обязательно, – Иван широко улыбнулся в ответ. – Правда я не знаю, что это такое, а так – да, конечно… конечно скажу…

– Да он просто издевается над нами! – карлик Элай примерился ударить Ивана тростью по ноге.

– Да стойте вы! Я действительно не знаю, что такое фактум! Сначала объясните мне, что это такое!

– То есть ты хочешь сказать, что перевозил фактум, но не знаешь, что это такое? – Улыбка заруханца показалась Ивану намного зловещее, чем в первый раз.

– Я же говорю, что он издевается. Предлагаю познакомить его с размельчителем и начать с  его прекрасных пальчиков! – усы воинственного Элая ходили вверх и вниз, как стрелки часов.

– Неплохая идея, – сказал заруханец, – возможно это чуть-чуть освежит ему память.

– Ребята, – Иван попытался быть более благожелательным. – Если вы думаете, что я наркоторговец и барыжу вашим фак… как там его… то вы очень сильно ошибаетесь! К межгалактическому наркотрафику я отношения никогда не имел. Вы меня принимаете за кого-то абсолютно другого!

– Фактум! – усы карлика Элая поднялись вверх. – где фактум, урод? Говори, либо я за себя не отвечаю.

– Да вы задолбали, в натуре! – Иван перешёл на неподобающий сленг, одновременно наблюдая, как Элай придвигает к кушетке столик на колесах, на котором размещалась странная конструкция похожая на примитивную микроволновку. Только вместо дверцы на конструкции была большая щель.

– Сейчас ты нам все расскажешь. Еще никто не молчал, когда его конечности оказывались в размельчителе. – Элай нажал на панели какую-то кнопку, и «микроволновка» неприятно загудела.

– Вы что, пальцы мне собрались отрезать? – Иван лихорадочно соображал, как выпутаться из этой неприятной ситуации и протянуть время.

– А как ты думал? – мрачно ответил заруханец. – У нас и не такие, как ты, умники, были. С чего предлагаешь начать? С пальчиков по отдельности или сразу с целой руки? А может быть начнем с ноги? Какой хочешь сначала лишиться?

– Помогите! – закричал, рванувшись, Иван. – Твари лишают рук и ног!

– За тварей отдельно ответишь. – карлик развязал Ивану правую руку и с силой начал тянуть её к отверстию.

«Ну, вот и все!» – подумал Иван, пытаясь вырвать руку из сухой и жесткой клешни Элая. – «Сгонял в простую командировочку! Говорила мне мама: – Сынок, когда-нибудь у тебя будут проблемы!»

– Трепыхается, гад! Подсоби-ка мне! – обратился Элай к заруханцу.

– Аааааа! – заорал снова Иван. – Что вы делаете, изверги! Не трогайте мою руку! Я не знаю, чего вы от меня хотите! Я ничего не перевозил! Хотя нет, стойте. Перевозил! Меня попросили посылку доставить. Если вы про это говорите…

– Ну вот, видишь. – снова попытался улыбнуться заруханец, одновременно с Элаем ослабляя хватку. – Значит все-таки перевозил… И где он?

– Кто? – наивно спросил Иван.

– Фактум!!! – одновременно рявкнули оба персонажа!

– Я… я не знаю, поверьте! – обреченно ответил Иван

– Элай, продолжай. – сказал заруханец. – Он просто вертит нам обоим мозги.

Карлик снова ухватился за руку Ивана и опять начал приближать к зловеще гудящей машине.

– Стойте! Прошу! Не надо ничего мне размельчать. – мысли Ивана бегали в голове с лихорадочной скоростью. – Я все расскажу! Обещаю!

– Вот видишь, какой хороший мальчик, все расскажет. Как мы и думали, не правда ли, Элай?

– Конечно, расскажет, а если не расскажет, мы ему снова поможем! – карлик противно засмеялся, нажав на кнопку выключения того, что называлось размельчителем. – Говори, сынок, мы тебя внимательнейшим образом слушаем!

– В общем, мне дали посылку, футляр такой металлический… – начал Иван. – Сказали доставить по адресу и после заплатят за то, что доставил. Я так новые планеты смотрю: перевожу посылки, за билет платят, за доставку платят, сколько раз так уже делал…никакого криминала… все по-честному

– Хорошо, считай, что мы тебе капельку поверили. – заруханец посмотрел на Элая и тот кивнул ему в ответ. – А где футляр?

– Футляр? – задумчиво переспросил Иван. – Я не знаю, где он!

– Как так не знаешь? Перевозить – перевозил, а куда он делся – не знаешь? – усы Элая угрожающе поползи вверх, а рука начала медленно поглаживать трость, лежавшую рядом с размельчителем.

– Я не помню! – громко выдохнул Иван. – Я ничего не помню! Я даже не знаю, как я здесь очутился, и кто вы такие! И где этот долбанный футляр, я тоже не помню! Правда!

– Правда, говоришь? – заруханец снова наклонил свой водянистый глаз вплотную к лицу Ивана. – А вот мы тебе почему-то все-таки не верим! Не верим – и точка! Поэтому мы пойдем другим путём! Элай, выруби его!

– Стойте, не надо меня вырубать! Сколько уже можно меня вырубать!?? – взмолился Иван и, видя, как Элай замахнулся тростью, попытался перехватить её свободной рукой, но промахнулся, получив сильнейший удар по голове… И погрузился в темноту.

Глава 3

В следующий раз Иван очнулся от того, что кто-то усердно лил ему на голову ледяную воду. Вдобавок, голова немилосердно болела.

– Прошу вас, прекратите, пожалуйста. – сказал Иван, пытаясь открыть глаза, но льющийся поток мешал ему это сделать

– Хватит уже! – взмолился он и поток воды иссяк.

Протерев глаза, он медленно открыл их, ожидая увидеть омерзительные рожи Элая и его коллеги. Но, вместо этого увидел яркий солнечный свет, пробивающийся из щелей между металлическими листами. Кинув быстрый взгляд на руки и ноги, Иван убедился в их целостности путем шевеления. Заодно обнаружил, что находится в сидячем положении, прислоненным к металлической стенке.

– Как ты, нормально? Пришел в себя? – глухой скрипучий голос шел откуда-то сверху. Подняв голову, Иван увидел благообразного старика, с окладистой бородой, в очках на крупном мясистом носу. Одет старик был в перевернутый мешок с прорезями для рук, а иначе эту своеобразную тунику и назвать было нельзя, а также держал в руках глиняный кувшин, откуда, по всей видимости, и лилась та самая вода.

– Вы кто? – спросил Иван

– Я кто? – переспросил старик. – Я – Дед! А вот ты кто?

Еще раз оглядевшись вокруг, Иван более точно определил, что находится в некоем подобии хижины, собранной из старых ржавых листов железа.

– Я вижу, что Дед! – голова у Ивана стала болеть немного меньше. – А имя у Вас есть, дедушка?

– Так меня все здесь кличут не иначе, как Дед. – ответил собеседник. – Дед и Дед, а я не обижаюсь

– А здесь, простите, это где? – Иван попытался встать, но у него, почему-то это плохо получалось.

– Ты, милок, лучше пока сиди, голова болит у тебя?

– Болит, признался Иван, – Но уже меньше.

– На-ка, выпей таблеточку. – Дед достал из кармана мешка коробочку, а из нее синюю пилюлю. – Полегчает.

Иван принял таблетку и, действительно, через тридцать секунд голова практически ожила.

– У всех болит после анабиоза. Так как, говоришь, тебя зовут? – вновь переспросил Дед.

– Иван. После какого анабиоза?

– Иван, значит. Пусть будет Иван. – Дед ухмыльнулся и продолжил. – Простого такого анабиоза, в котором ты был, пока тебя сюда не доставили.

– А зачем меня сюда доставили? – спросил Иван.

– А вот это, милок, ты мне должен рассказать: почему и зачем. Что ты такого совершил, что попал сюда?

– Я ничего не совершал. – Иван немного напрягся.

– Все так говорят – Дед направился в угол хибары. – Все говорят, а потом, через некоторое время: неделю, год, а то и больше, рассказывают. Чаю хочешь?

– Спасибо, можно, но я бы поел еще чего-нибудь. – Иван почувствовал, как желудок требует пищи и тут же немного исправился: – Если есть, конечно, что.

– Есть, немного, чуть накормлю тебя. – Старик выудил откуда-то горшок, включил видавшую виды портативную горелку и поставил ёмкость туда. – Сейчас разогреем и поедим. Так говоришь, что ничего не совершал?

– Нет – ответил Иван.

– Ну пусть будет пока так. Пусть не совершал.

– А где я? – Иван еще раз задал волнующий его вопрос.

– Как где? Ты разве не знаешь? – усмехнулся Дед

– Нет! – ответил Иван, посмотрев вопросительно на Деда

– Хм. – Дед сквозь мутные стекла, уставился на Ивана. – на Тарантуле ты, милок, на Тарантуле! Планета такая, Тарантул, может слышал?

– Никогда не слышал. А что я здесь делаю?

– Опять двадцать пять! – Дед перемешал варево и стал разливать его по глиняным тарелкам. – Это ты скорее знаешь, а не я. Ладно, давай вставай, поедим и поговорим.

Старик поставил на металлический стол тарелки и придвинул к столу два видавших виды треснувших пластиковых стула, жестом руки приглашая Ивана к трапезе.

Варево оказалось неплохим, напоминающим жидкую кашу с кусками мяса. Пока Иван набивал желудок, Дед неторопливо макал куски булки в свою тарелку, запивая нехитрую снедь горячим кипятком.

– Я тут уже восемь лет. –усмехнулся он. – уже привык, а сколько еще буду никто не знает.

– Это почему? – спросил Иван.

– А никто не знает. И ты не знаешь, на сколько тебя сюда отправили– философски рассуждал старик. – Тарантул – не просто планета. Планета – тюрьма третьей категории. Всех особо опасных сюда привозят. Раз в три месяца корабль приходит и сбрасывают с челноков таких, как ты и я. Ну и тех, кто свое отбыл – забирают. Только привозят много, а забирают – очень мало. Тарантул большой – на всех хватит.

– А что значит: особо опасных? – услышанное не на шутку заинтересовало Ивана. – Я ничего такого не делал, чтобы меня сюда отправляли. Я абсолютно неопасен.

– Да-да, – понимающе кивнул Дед. – таких оправданий я за эти годы наслушался вдоволь. Только чудес на свете не бывает. Раз ты здесь – значит особо опасный преступник.

– Но я действительно ничего не совершал!

– Ладно, – старик прервал Ивана взмахом руки, – пусть не совершал. Потом сам расскажешь, если захочешь.

На улице раздался протяжный истеричный визг.

– Опа-на,– встрепенулся Дед, – неужто нам сегодня повезло? Ты доедай пока, я сейчас приду.

Старик поднялся, взял висевшую на стене веревку и некое подобие деревянного арбалета, и вышел из хибары.

Сказать, что последние события, которые Иван отчетливо помнил, не давали ему реальной картины происходящего – это еще мало сказано. Космопорт, Норк, карлик Элай, заруханец, и теперь – планета-тюрьма – все это не укладывалось в голове никоим образом. Вдобавок, помимо того, что он отчетливо помнил, наверняка были события, которые никак не вспоминались. Но, привыкший решать проблемы по мере поступления, Иван несколько успокоился и решил, что хуже тюрьмы уже ничего не произойдет. И, поэтому решил пока что осваиваться на новом месте. А там – видно будет.

Дверь открылась, пропуская запах гари и пыльный солнечный свет, а вместе со светом и Деда, который держал на вытянутой руке веревку на которой болталось нечто, похожее на огромную крысу с очень тупой мордой, длинным раздвоенным хвостом и мощными лапами с когтями сантиметров по десять каждый.

– Вот так свезло. – сказал старик, кидая тушу крысы в угол. – Чамбала сама пришла на ужин!

Чамбала? – переспросил Иван.

– Она самая, – ответил дед. – Чамбалушка дорогая наша! Обычно в горы за ней надо ходить, а тут на мою приманку клюнула.

– А зачем вы ее убили?

– Как зачем? – Дед повесил арбалет на стену. – А ужинать чем будем?

– Я крысу есть не стану. – сказал Иван.

– Как так не станешь? Еще как станешь, милок. Чамбала – здесь деликатес. Тем более, кроме них, пищи мясной почти и нет вовсе. А если и есть, то вся отравлена. Правда, есть еще майраки, но за ними в джунгли надо идти. Только в джунглях сгинуть можно, прежде чем майрака поймаешь. Да и вообще, ты то что переживаешь? Сам только что целую тарелку каши с чамбалой слопал и ничего не говорил.

Рвотный рефлекс погнал Ивана наружу.

Глава 4

Увиденное за дверью хибары заставило Ивана подавить подступающий к горлу комок и застыть на месте. Огромная двойная желтая звезда клонилась к горизонту, пробиваясь сквозь серую пелену неба косыми лучами. Перед Иваном расстилалась выжженная глинистая поверхность и повсюду, насколько хватало глаз, высились гигантские горы дымящегося мусора.

– Что, нравится? – услышал он за спиной голос Деда. – Мне тоже поначалу было диковато, а потом – привык.

– Обалдеть. – только и смог произнести Иван.

– Тарантул только недавно стал тюрьмой. – продолжил Дед. – Лет так восемьдесят назад. А до этого сюда свозили мусор со всей системы. Соответственно, как в своё время загорелся, так и тлеет этот мусор по сей день. Для здоровья, конечно, неприятно, потому и умирают многие, не дожив до конца заточения.

– А как выбраться отсюда? – задал наивный вопрос Иван.

– А никак. – Дед достал из мешковины некое подобие трубки, по всей видимости вырезанной из дерева и начал набивать какой-то травой. – Это ж тюрьма, милок. Космопортов тут никогда не было. Потому и кандалы, и надсмотрщики тут не нужны, так как сбежать невозможно. А когда челноки прилетают, так они не приземляются, а сбрасывают ночью людишек прямо на мусор. Вот и тебя также сбросили беспамятного неподалеку отсюда. А я тебя и нашел.

– Спасибо, конечно. А если бы не нашли меня, то что бы было?

– Что было бы? Многое чего могло быть. – Дед несколько раз чиркнул ржавой зажигалкой и начал раскуривать трубку, что на фоне дымящихся мусорных гор смотрелось довольно органично. – Мог бы оклематься и дальше жить, а мог бы ночью и скушать кто тебя. Ночью тут не очень хорошо. Ночью дома сидеть надо. А могли бы и убить тебя запросто.

– За что убить? – оторопел Иван

– Да просто так. Вон, футболка у тебя имеется, белье нижнее есть какое-никакое. А это здесь очень ценится. Да и люди разные встречаются. Кто с добрыми намерениями шастает, а есть и с плохими. По-всякому бывает. Но, не переживай, для таких у нас арбалет есть.

Из дальнейшего рассказа Деда, Иван узнал, что люди на Тарантуле разбросаны по всей планете, есть небольшие поселки, где имеется магазин натурального обмена и даже есть некое подобие власти. Но, в основном, каждый выживает в одиночку, либо вдвоем-втроем. Потому что так проще, пояснил Дед. Но почему проще – не пояснил.

– Вот и ходим, что на свалках находим, что сами из найденного делаем. Так и живут все. – Дед, наконец, докурил трубку и убрал ее в карман.

– А вы не боитесь один тут жить?

– Да всякое было. – задумался Дед. – Тут у нас и банды есть. Пару раз наведывались ко мне, только я себя в обиду не дам. Да и терять мне нечего, а одного, а то и двух, точно подстрелю. Так им и сказал. Вроде оставили меня в покое. Уж лет пять, наверное, лихих людишек не видел.

– Понятно. – протянул Иван. – И что мне теперь делать? Пребывание здесь в мои планы не входило.

– В мои тоже. – ответил старик. – Но что случилось, то – случилось. Поэтому, придется тебе быть здесь. А со мной или в одиночку, решай сам. Я тебя не гоню, но, если захочешь жить один – помогу, подскажу, что и как. Но, для начала, лапти хоть надень, они у входа стоят. Другой обуви у нас тут нет. Что на свалках и было, то либо – сгорело, либо – растащили.

– Помыться бы, – Иван надел на ноги лапти, которые, хоть и оказались на два размера больше, но были, на первый взгляд, довольно удобными и мягкими, – как тут моются?

Старик заулыбался и поправил очки:

– Да как моются? Как и везде, водой моются! У меня, кстати, и полотенце есть. – Дед вынул откуда-то кусок темной дырявой материи. – На, держи! И мыло, кажись, где-то было.

Покопавшись в обшарпанном деревянном ящике, стоящим под столом, старик достал кусок чего-то, по внешнему виду напоминавший воск и торжественно вручил его Ивану.

– Вот тебе и мыло. Пойдем, посмотришь, где у нас ручей.

Пока Иван приводил себя в порядок, моясь в мутном, узком, но достаточно глубоком ручье, находящемся в низине в трехстах метрах от хибары, Дед успел наполнить, выше по течению, две глиняные фляги водой и теперь сидел, ожидая, прямо на земле, положив арбалет рядом с собой.

– Ну, как? – окликнул он Ивана. – Мыло нормальное?

– Сойдет, – ответил Иван, – только пахнет не очень.

– Согласен.

– А из чего оно сделано?

– Как из чего? Из чамбалы, точнее из жира её. Жир топлю, вот такое мыло и получается.

– Е-мое! – вздохнул Иван. – А есть здесь что-нибудь не из крысы?

– Конечно есть, – засмеялся Дед. – Вон, лапти не из крысы.

– А из чего?

– Змеек ловлю, маленькие такие, тонкие и длинные, мы здесь их шнурками называем. Ловим, затем сушим и из них обувь и корзины всякие плетем.

Только ловить их – надо определенный навык иметь. Руками нельзя, сильно ядовитые. И кусают – вообще не чувствуешь. А противоядия – нет! Столько народа из-за них сгинуло в свое время. Так вот, ловушки ставим и шнурки туда заплывают, как только полная ловушка наберется, так вынимаем из воды и – всё. А без воды они гибнут. Потом – сушим, ну а дальше – я тебе рассказал уже

– В каком смысле заплывают? – Иван внимательно посмотрел на старика

– Так они в ручьях живут, вот и заплывают…

Старик не успел договорить, как Иван пулей выскочил из ручья и оказался рядом

– Что!?– закричал он. – Ядовитые? Не чувствуешь укуса?? И в ручье этом живут????

– Ага. – спокойно ответил старик. – Ты это, повернись ко мне, пожалуйста, спиной. А то негоже на тебя голого, смотреть

– Да вы понимаете, что я в этом ручье сейчас стоял по пояс? – Иван отвернулся от Деда и начал вытираться тряпкой-полотенцем. – А если этот ваш шнурок меня сейчас укусил?

– Не боись, – Дед поднялся и взял арбалет. – Лучше помоги фляги нести. А насчет шнурков, так днём их нет. Они после заката выплывают. Поэтому ночью купаться нельзя, усёк? Пойдем домой, ужин пора готовить.

Глава 5

Ночью Иван проснулся от дедова храпа. Старик храпел, как настоящий виртуоз: сначала шла высокая носовая рулада, похожая на чирикание птицы, а затем был переход на низкий горловой рык, схожий с рычанием загнанного в угол раненого медведя. Периодически старик прекращал храпеть, но начинал довольно громко причмокивать во сне, а затем рулада вновь возвращалась. Глядя в потолок хибары и слушая эти прекрасные звуки, Иван думал обо всем, что с ним произошло за последнее время. И в первую очередь о Норке, который дал ему это задание:

– Интересно, а Норк знал о том, что находится в цилиндре? – задал он сам себе риторический вопрос. – И почему я не могу вспомнить ничего из того, что случилось после, кроме этих двух идиотов и этой планеты? Ведь я же отчетливо помню, как Норк меня провожал. И – все! Полный капец!

Заметив, что последние предложения он говорит вслух, Иван замолчал и сел на топчан. Сквозь щели хибары пробивался мутный молочный свет. Спать совершенно расхотелось. Иван встал и аккуратно, чтобы не разбудить Деда, тихонько подошел к двери и стал поднимать нехитрый засов. Тот, как и ожидалось, предательски заскрипел и Дед сразу же прекратил храпеть. Иван замер и, дождавшись очередного мастерского произведения, продолжил своё дело. Дверь распахнулась и Ивана обдало прохладным воздухом.

Казалось, что ночью запаха гари было меньше, скорее всего, оно так и было.