Истории нескучного человека. Книга 9. История бизнеса без денег

Немного от автора.

В известной пирамиде «Маслоу» 7 ступеней. Вершина пирамиды – самоактуализация. Очень мало тех, кто добирается до вершины. И дело не в возможностях, деньгах или имеющейся власти. Дело в самом человеке. Очень сложно осознать, что тех материальных благ, которые у тебя уже есть достаточно и пришла пора в самовыражении, в достижении цели всей жизни, пора не брать, а отдавать.

Я достиг своей вершины -- стал настоящим филантропом. То есть человеком, который бескорыстно уже много лет работает на благо общества, а в данном случае на благо всего человечества.

В моей пирамиде 13 ступеней, 13 историй нескучного человека. Это серьезные, веселые, романтичные истории. Большинство из них написаны мной много лет назад, когда я только начинал писательскую деятельность. Если у вас нет достаточного времени или возможности прочитать все книги, прочитайте только 13 историю – «Историю состоявшегося филантропа». Возможно, она изменит и вашу жизнь. История размещена на этой площадке в свободном доступе.

История бизнеса без денег

«- На дороге лежали деньги. Я их подобрал.

Смотрите — они даже не запылились!»

Илья Ильф и Евгений Петров

Шла вторая половина девяностых. Ельцин, отплясав на предвыборном митинге свой знаменитый на весь мир танец, все-таки одолел Зюганова и снова стал президентом России. Счастья от этого народу не прибавилось. Экономика продолжала лежать на боку, в Чечне шла беспросветная вялотекущая война, по всей стране царил бандитский «беспредел» и возникло ощущение, что народ живет не по законам, а по понятиям. Город Сочи после бандитского Екатеринбурга показался мне очень спокойным. Никто ни в кого не стрелял, «стрелки» не забивал, и даже про процветающий в те времена на Урале и в других регионах страны рэкет никто не слышал. Поговаривали, что бандиты как-то собрались на всеобщую сходку в Дагомысе и порешили город Сочи не делить, а оставить местом всеобщего отдыха.

Сочи – прекрасный, уютный тихий город, но жить в нем хорошо, когда у тебя есть деньги. А деньги на курорте зарабатываются очень сложно. Привычных мне заводов и электростанций нет. Сочинские санатории переживают тяжелые времена. Большинство российского народа за время реформ вконец обнищало, те же, кто сумел заработать денег, сменили отпуск на родных югах на Турцию и Египет. Я уже всерьез подумывал достать свою швейную машинку и начать все сначала, но помог случай.

Как-то в начале лета появился в Сочи профорг еще недавно такой родной мне атомной электростанции на Урале. Мы по-приятельски сидели у меня во дворе, жарили шашлыки, пили коньяк и говорили обо всем.

- Совсем плохо стало на станции работать, в стране модно за электроэнергию не платить. Замучили тотальные неплатежи, - жаловался профсоюзный деятель.

И действительно, президент Ельцин менял премьеров, как перчатки, и каждый последующий вводил новые правила игры. Огромную страну лихорадило, как тяжелобольного человека. После гиперинфляции, когда деньги давали всем и помногу, власти объявили режим жесткой финансовой экономии и главным дефицитом стали наличные деньги. Заводы и фабрики остановились или перешли на бартер. В плачевном положении оказались и энергетики, так как первым делом перестали платить за электроэнергию. В ход пошли так называемые зачеты. Электростанция напрямую заключала договоры с предприятиями, гасила за них долг перед энергосистемой, а предприятия передавали электростанции свою продукцию. Профорг приехал в Сочи предлагать санаториям трубы, кирпичи и разные железки производства уральских заводов. Взамен просил путевки, но санаториям трубы и железки были не нужны, а нужны были обыкновенные деньги, которых у станции давно уже не было.

- Вот ты здесь в море каждый день купаешься, а у меня ни одной путевки уже несколько лет на юг не было, - жаловался профорг, - может, ты как-то поможешь? Мы готовы энергорублями по взаимозачетам за путевки платить, даже на тридцать процентов дороже стоимости.

Предложение мне показалось заманчивым, да и помочь своим бывшим коллегам – дело святое. Это было новое интересное предложение, натура предпринимателя звала меня в бой, и через несколько дней я уже сидел в кабинете директора АЭС. В былые времена бывал я здесь частенько. Казалось, что с тех пор ничего не изменилось. Все также со стены смотрел на меня Игорь Васильевич Курчатов, те же его слова под портретом: «Я счастлив, что родился в России и посвятил свою жизнь атомной науке Страны Советов», та же солидная социалистических времен дорогая мебель. Но какое-то уныние царило в кабинете, и было понятно, что счастья большого у атомщиков в последнее время нет.

Умный, очень интеллигентный, директор из технарей старой социалистической школы смотрел на меня грустными глазами и говорил:

- Живых денег у нас нет уже давно. Не только на путевки, на зарплату не хватает. Платим только аванс, и то не каждый месяц. Я понимаю, что по взаимозачетам получить путевки будет очень сложно. Начинать надо с Москвы. Они всем командуют. Но, допустим, тебе удастся передать нашу электроэнергию в свой регион и сделать так, что «Кубаньэнерго» будет иметь прямой долг перед нашей станцией, ведь они и сами платить не будут и никогда не допустят прямых договоров с санаториями на путевки. Им тоже живые деньги нужны. Долг пропадет и все. Впрочем, ты парень упорный. Вдруг получится. Дам я тебе для начала миллион энергорублей, лети в Москву в РАО ЕЭС, я позвоню, тебе там помогут перевести их в «Кубаньэнерго».

Когда я вышел от директора, как раз кончилась смена и на автобусной остановке на площади перед станцией стояла моя вахта почти в полном составе. Увидев меня, мужики неподдельно обрадовались:

- Начальник, дорогой наш! Сколько лет, сколько зим!

Мы проработал вместе много лет, и я понял, что без банкета не обойтись. Через профорга заказал в столовой два ведра мяса, приготовленного под шашлыки, и вахта, как в былые времена, собралась на берегу озера. Был конец июня, временами срывался мелкий холодный дождь, лето на Урале появляться не спешило, зато появились злые комары. Они атаковали яростно и беспощадно, не помогали никакие мази и одеколоны. Странно, но уральцев комары жалили меньше, а меня, как южанина, они жрали особенно жестоко. Я беспрерывно колотил себя веткой и бил их сотнями, но вместо убитых появлялись новые бесконечные полчища. Только выпив приличное количество водки, я почти перестал замечать укусы.

- Комары – это что. У нас вот клещи энцефалитные развелись в последнее время. Одного нашего клещ укусил, так он чуть кони не двинул. В больнице лежит, скрючило всего. Ты по кустам не ходи и штаны в носки заправь, это тебе не Сочи, - предупредили меня ребята.

- Ну, клещи - это понятно, а на работе-то как? – спрашиваю я.

- Да как-то не очень. Аванс иногда платят, иногда нет, зарплату натурой выдают, говорят денег нет, кругом одни взаимозачеты. Недавно вот утками долг отдали. По двадцать облезлых синих уток на человека. А куда их девать? Холодильник один. Так наши жены на рынке в Екатеринбурге ими торговали. Тут краску в банках вместо зарплаты предлагают. А на фига нам краска? Ну а ты как там, на вольных хлебах? Как живешь, чем все это время занимался?

Рассказывать, про свою жизнь и свой домик в Сочи мне не хотелось, и на вопрос:

- Как живешь?

Я риторически ответил:

- Как все, так и я.

- Неужели так плохо! - сокрушенно покачал головой один из моих бывших коллег.

Банкет получился невеселым, ребята больше не жаловались, но было видно, что им обидно за себя, за страну, за энергетику. В конце я пообещал себе, что я сделаю все возможное и невозможное, чтобы эти, ни в чем не виноватые люди, продолжающие, несмотря ни на что, делать свою сложную и важную для страны работу, смогли погреться на южном солнышке и искупаться в море…

В Москве возле здания Центрального диспетчерского управления РАО «ЕЭС России» меня встретил мой старый знакомый, бывший заместитель главного инженера атомной электростанции, а ныне московский чиновник средней руки. Небольшого роста, с явным комплексом Наполеона, он был невероятно тщеславен и считал, что в провинции для него нет достойного будущего. В начале перестройки переехал в Москву в надежде на быструю карьеру, но так и застрял на должности начальника какого-то второстепенного отдела. Бывший уралец приобрел московский говор, столичный лоск, но своей участью и здесь был недоволен.

- Для начала я проведу тебе маленькую экскурсию, - сказал чиновник, протягивая мне пропуск. Мы долго шли по длинным коридорам, новоявленный москвич беспрерывно жаловался, что кругом блат, его здесь зажимают и совсем не ценят.

- Зарплату вовремя платят? - спросил я.

- Конечно, а как иначе? - удивился чиновник.

- Вот и радуйся, а то на станции зарплату утками дают.

- Какими утками?

- Синими и волосатыми…

Чиновник замолчал и больше не жаловался.

Мы подошли к дверям с надписью: «Посторонним вход строго запрещен». Перед дверями сидел охранник в форме с пистолетом в кобуре. Тщательно проверив наши документы, охранник открыл электронным ключом дверь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.