О чем писал Маркс (Марксизм, простыми словами)

В этом Маркс видит первичность производства над другими общественными структурами. То есть экономика является главной движущей силой общества.

Цитата из Капитала.

«Результат, к которому мы пришли, заключается не в том, что производство, распределение, обмен и потребление идентичны, а в том, что все они образуют собой части единого целого, различия внутри единства. Производство господствует как над самим собой, если его брать в противопоставлении к другим моментам, так и над этими другими моментами. С него каждый раз процесс начинается снова. Что обмен и потребление не могут иметь господствующего значения – это ясно, само собой. То же самое относится к распределению как к распределению продуктов. В качестве же распределения факторов производства оно само есть момент производства. Определенное производство обусловливает, таким образом, определенное потребление, определенное распределение, определенный обмен и определенные отношения этих различных моментов друг к другу. Конечно, и производство в его односторонней форме, со своей стороны, определяется другими моментами. Например, когда расширяется рынок, т. е. сфера обмена, возрастают размеры производства и становится глубже его дифференциация. С изменением распределения изменяется производство, – например, с концентрацией капитала, с различным распределением населения между городом и деревней и т. д. Наконец, нужды потребления определяют производство. Между различными моментами имеет место взаимодействие. Это свойственно всякому органическому целому.»

Метод политической экономии

Правильным, научным методом изучения процесса или явления считается процесс глубинного изучения всех составных частей этой темы. Необходимо отвлечься от общего взаимодействия, влезть на самое дно изучаемой структуры, проанализировать каждую ее составляющую, а потом потихоньку возвращаться назад, слой за слоем и рассматривать взаимное влияние каждого узла структуры на только что изученные составные части. Потом, когда уже будете рассматривать самый верхний слой явления, то каждая составная часть уже будет изучена изнутри и потому более точно можно будет разобраться как в целом действует весь механизм явления или процесса.

Каждое мысленное действие, связанное с отделением общего от частного и внедрение в более низкий слой структуры, называется абстрагированием. А слои, которые содержатся в теле явления и на которые приходится внедрятся по мере отделения общего и выявления частного можно назвать уровнями абстракции.

По мнению Маркса, Гегель, изучая абстрагированные составные части, а затем применяя эти знания к конкретным явлениям, понимал «…реальное как результат себя в себе синтезирующего, в себя углубляющегося и из самого себя развивающегося мышления»? Здесь, по всей видимости идет речь, что из мыслей Гегеля синтезировалась реальность, что, в принципе, является концепцией всех идеалистов. Но является ли это истиной по отношению к Гегелю? Многие сомневаются, что Маркс правильно понял концепцию абстрагирования Гегеля. Как говорил один умный человек (Дмитрий Алатин, https://aftershock.news/?q=node/508422&full&ysclid=labbaeolip392101470): «Маркс что, как и Ленин, всего Гегеля прочитать не удосужился? Или мы снова имеет образчик дешевого приема: сначала приписать человеку то, чего тот ни сном, ни духом, а после отстегать его, прохвоста, за это самое по полной схеме.».

Исходя из предлагаемого Марксом способа изучения явлений методом абстрагирования и дальнейшего восхождения от абстракции к реальности, можно вполне понятно принять схему того, что, изучив все узлы и уровни абстракции, присущие исследуемому явлению, вполне можно составить реальную картину устройства и существования этого явления. И тогда вполне понятным становятся утверждения, что меновая стоимость ведет свое существование с допотопных времен, когда еще не существовали деньги в современном понятии, не было частной собственности, и то, что эта категория (меновая стоимость) и на сегодняшний день является одной из составных частей современной экономики или современной международной торговли.

Или эволюция понятия «владение». До возникновения собственности владения быть не могло. Но как только появились признаки присвоения предметов потребления в собственность, то сразу появились, пусть и примитивные, правовые отношения, субстратом которых стало понятие «владение». Сейчас это примитивное когда-то понятие также является неотъемлемой частью юридических отношений собственников.

Вполне также ясно, что, исследуя часть какого-то явления, например, деньги (как здесь же у Маркса), не стоит переносить его свойства на другие явления, располагающиеся в различных исторических или географических плоскостях. Так он указал, что, имея деньги и зная их функционал, жители Перу, все же, долгое время не использовали их внутри своей общины, но вполне допускали их обращение с другими народами. Или, что деньги, например, не стали очень популярным предметом даже в Древнем Риме. А виной этому стали имеющиеся на тот момент производственные и общественные отношения.

Также и труд не был всеобщей ценностью в период отсталых общественных отношений. И лишь с приходом и укреплением капиталистических отношений некогда элементарные категории: деньги, труд, стали основными экономическими понятиями и выявили свою важность во всех сферах производственной деятельности и в общественной жизни.

«Этот пример с трудом убедительно показывает, что даже самые абстрактные категории, несмотря на то, что они – именно благодаря своей абстрактности – имеют силу для всех эпох в самой определенности этой абстракции представляют собой в такой же мере и продукт исторических условий и обладают полной значимостью только для этих условий и в их пределах.»

Составные части, используемые в наиболее развитых и сложных явлениях, всегда дают лучшее представление о тех параллельных, но менее сложных явлениях, где они когда-то применялись или применяются сейчас. Так деньги в капиталистическом обществе могут многое рассказать нам о том, что было с денежными отношениями в средневековье или древнем мире. Это точно также, как изучая анатомию человека можно лучше понять организм его предшественников – обезьян. (Прошу помнить, что все это говорит Маркс. Я здесь просто стараюсь воспроизводить его мысли =)

Однако осмыслить прошлые общественные формации с точки зрения современного базиса, тоже можно по-разному, в зависимости от степени понимания действующих законов в настоящем времени. Так отношение к явлениям в средневековье по-разному оценивались на различных ступенях капиталистического общества: на ранней стадии феодализм представлялся иначе чем в период зрелости капитализма. Но это вовсе не от того, что выросли знания по истории происходящих процессов. А в силу того, что вдруг стало известно о слабости экономических отношений при «любимом» капитализме.

Возвращаясь к процессу абстрагирования и имея в виду все выше сказанное можно попробовать разобраться в вопросах земельной ренты: сбор денег за аренду собственной земли. Нельзя получить однозначных ответов на вопросы:

– о возникновении ренты;

– о способах ее получения;

– о юридических аспектах сделки и т.д.,

не разобрав отдельно составные части этого понятия «земельная рента».

Собственно, даже данное пояснение: «сбор денег за аренду собственной земли», уже указывает на процесс абстрагирования при исследовании этого явления.

Далее можно рассуждать так: рента могла появится только после установления в обществе частной собственности на землю, значит не ранее древнего мира. Раз собирались деньги, то только после законных постановлений об оплате не натуральным продуктом, а деньгами. Значит или в позднее средневековье, или в ранний капитализм. Если земля уже не использовалась непосредственно самим частником, то это – распоряжение землей как средством производства, а это именно капиталистический способ производства. Сдача внаем средств производства – это получение капитала. Вот мы и разобрались что рента – это добывание Капитала, причем в эпоху развитого капитализма.

Способы получения ренты равноценны тем же методам, что и добыча капитала. То есть, кроме элементарной аренды, можно использовать землю с помощью наемных рабочих, с помощью вступления в кооператив, акционерное общество, ну и т.д.

Юридические аспекты вытекают из юридических законов капиталистического общества.

Ну и в конце раздела Маркс, на основе здесь изложенного, определяет порядок рассмотрения и изложения вопросов становления, добычи и действия Капитала в обществе. Первым пунктом он конечно же выдвинул вопросы рассмотрения самых элементарных составных частей получения капитала, как богатства капиталистического общества: товар и деньги. Затем вопросы структуры капиталистического общества: капитал, наемный труд, земельная собственность, обмен, обращение, кредит и т.д. Затем только вопросы государства! А ведь политэкономы раннего типа именно с государства и государственных интересов начинали рассмотрение накопления богатства в обществе.

Итак, Маркс предложил метод исследования процесса обогащения, развития и накопления Капитала с помощью абстрагирования от общего к частному и дальнейшего восхождения от абстракции к реальности и показал результат этого метода при определении порядка изложения своего исследования Капитала. Что же, посмотрим, как будет действовать этот метод и насколько сам Маркс будет следовать этим правилам.

В путь, дорогие мои читатели!

Отдел первый: товар и деньги

Глава первая: товар

1. Два фактора товара: потребительная стоимость и стоимость (субстанция стоимости, величина стоимости)

Маркс начал рассматривать процесс накопления богатства с его составной единицы – с товара.

Итак, есть полезное свойство товара, которое Маркс назвал потребительная стоимость. И есть – меновая стоимость товара.

Потребительная стоимость

Думаю, понятие «потребительная стоимость» никаких сложностей не доставило? =) Понятно, что каждая вещь или товар предназначены для чего-то в жизни человека: хлеб – едят, сапоги – носят, косою – косят. Окружающие нас вещи удовлетворяют наши потребности. Приносят пользу. Вот это свойство вещей: удовлетворять потребности, приносить пользу и называется «потребительной стоимостью».

Единственно непонятно: почему такое странное словосочетание? Может пришло из глубины веков? Я перевел словосочетание «natural worth» используемое, по словам Маркса, Джоном Локом в 17 веке (наверное, старинный политэконом? =). Так вот перевод звучит по-другому: «естественная ценность»! Никакой «потребительной стоимости». =(

Значит этот термин ввел Маркс? Очень неудобно, особенно рядом с меновой стоимостью. Ожидается постоянная путаница. Или основоположник марксизма этого и хотел?

Кроме того, термин «потребительная стоимость» мало объясняет свое предназначение: указать на полезность вещи, ее незаменимость для человека. Все-таки, ценность вещи куда доходчивее объясняет пользу предмета.

Меновая стоимость

Или просто «стоимость». Это определение требует наличие некоей сущности, заключенной в предмете, по количеству которой можно сравнивать вещи, а при необходимости, сопоставить эти сущности и произвести равноценный обмен.

Что интересно! Маркс заметил, что стоимость имеет внешнее и внутреннее выражение. Внешнее выражение – это кажущееся представление людей о единой сущности внутри товаров. Вот цитата Маркса: "Меновая стоимость кажется поэтому чем-то случайным и совершенно относительным, а внутренняя, присущая самому товару меновая стоимость (valeur intrinseque) представляется каким-то contradictio in adjecto7 («contradictio in adjecto» – «противоречие в определении», то есть, несуществующая величина.) Расшифровка сути приведенной сноски 7 имеет явный подтекст, отрицающий существование внутреннего выражения стоимости: "7 «Ничто не может иметь внутренней стоимости» (N. Barbon: «А Discourconcerning Coining the New Money lighter etc.». London 1696, стр. 6), или, как говорит Бэтлер:

«The value of a thing is just as much as it will bring».

[Вещь стоит ровно столько, сколько она принесет.]» (Капитал, отдел 1, глава 1, «Два фактора товара…».) То есть, стоимость определяется количеством обмененных на товар других товаров.

Но далее Маркс определяет, что внутреннее выражение стоимости всё-таки существует в виде накопленного в товаре труда. Получается, что имеются две сущности определяющие одно и то же свойство товара – стоимость товара:

1. внешняя, определяющая видимые возможности обмена товаров в количественном соотношении;

2. внутренняя, основанная на содержании в товарах единой сущности, позволяющей определять количественные соответствия между товарами при обмене.

Маркс пытается доказать, что меновая стоимость имеет единственный источник своего существования.

Вещи не могут равноценно обмениваться если они разные. Если поменять батон хлеба на велосипед, то разве это будет равноценный обмен? А если, все же, будет? Как распознать?

Итак, пекарю нужен велосипед. Сколько буханок хлеба он должен отдать чтобы обменять их на велосипед. Очевидно – х буханок. Ну на самом деле, мы же не в аптеке, а потому не будем делать точных предсказаний. =) Примем условно, что нужно х буханок. Получаем:

Велосипед = х буханок.

Но вдруг оказывается, что такой же велосипед требуется сапожнику. Что же, примем что он должен приготовить к обмену y пар сапог.

Велосипед = y сапог.

То же самое для кукольника – ему нужно будет отдать z кукол:

Велосипед = z кукол.

Что замечаем? То, что на велосипед можно поменять все что угодно! Мало того, все возможные товары вдруг стали равны друг другу посредством их количественных коэффициентов:

Велосипед = х буханок = y сапог = z кукол.

То есть, здесь, в системе корректирующих коэффициентов, мы видим внешнее проявление стоимости товаров!

Что общего у всех товаров? Ведь по сути это разные вещи, разные потребительные стоимости, с различной геометрией и формой. А общее у них лишь труд, вложенный в их производство. Для каждого товара необходимо определенное количество человеческого труда. Применив лишь систему количественных коэффициентов, мы получим равное количество труда для каждой позиции обмена: велосипед – коэффициент 1, хлеб – коэффициент х, сапоги – y, кукла – z.

Кроме этого, если приглядеться, то мы увидим, что здесь труд велосипедного мастера приравнялся к труду: пекаря, сапожника, кукольника, впрочем, как и каждый из этих видов к другому. То есть труд всех этих мастеров сравнялся, и мы получили отвлеченный от конкретности, абстрактный труд.

Получается, что накопленный товаром во время производства труд как раз и является внутренним содержанием стоимости!

Но далее, рассуждая о равных количествах вложенного человеческого труда для равноценного обмена, Маркс почему-то вводит совсем другое понятие – «меновая стоимость», или просто «стоимость»!?? =0 То есть, получается, что количество труда в продукте производства как раз и есть стоимость (меновая стоимость) товара.

Это очень странный вывод у Маркса. Он вызовет недовольство у многих людей, особенно у его противников. Этот пассаж размоет представление о самом труде в теле товара, но и совершенно дискредитирует понятие «стоимость», породив его неопределенность.

Маркс предлагает для измерения количества труда применять время: минута, час, день и т.д. А, чтобы решить вопрос с другими элементами труда, вероятно: скорость, сила – принять за единицу измерения некое усредненное значение труда в единицу времени. Так как люди бывают разные: кто-то медленнее работает, кто-то быстрее, кто-то сильнее, кто-то просто не здоров, но если просуммировать все прилагаемые силы за определенное количество времени и поделить их на число принявших участие в процессе производства за этот период работников, то мы получим некий усредненный показатель, который и будет нашим средним значением труда за единицу времени. Затем можно использовать это значение для всего процесса производства, и показателем затраченного труда действительно останется лишь количество проведенного за работой времени.

Здесь Маркс продемонстрировал чудеса предложенного им метода исследования с абстрагированием рассматриваемого процесса. Поэтому мы и можем принять, что труд равен количеству проведенного за работой времени. Но это возможно лишь с сильной натяжкой, и, главное, для описания реальной жизни необходимо бы вовремя выйти с этого уровня абстракции, чтобы правильно оценивать человеческий труд, так как все понимают, что количество труда, а именно затраченная человеческая энергия зависят не только от времени, но и от других параметров!

Однако, несмотря на всё понимание происходящего, на все имеющиеся в жизни факты неравноценности труда разных людей, Маркс утвердил в своей теории:

– понятие «общественно необходимое рабочее время», определяющее стандарт продолжительности времени, необходимого для изготовления каждого типа товара;

– обязательное использование средних показателей на производстве, как стандартный норматив.

В результате Маркс волей-неволей, в настоящем разделе, утвердил (уточнять и утверждать принципы равенства и распространение их на все сферы человеческой жизни Маркс будет на протяжении всего своего повествования в книге «Капитал») принцип равенства всех работников в экономическом плане перед обществом. Теперь и лентяй, и передовик будут иметь равные права на производстве. А гарантом их притязаний будет все общество, ведь это – «общественно необходимое рабочее время», следовательно, считает Маркс, что именно все общество заинтересовано в соблюдении принципов равноправности работников производства. Именно с точки зрения равноправия всех работников Маркс в дальнейшем будет клеймить капиталистическую систему по вопросам удержания заработных плат и увольнения работников, ведь получается, что если лишать части заработной платы или увольнять, то делать это нужно для всех работников, так как труд их одинаков. Введенная капиталистом система контроля на производстве, по мнению Маркса, дискредитирует принцип равноценности труда рабочих, а потому служит интересам кучки капиталистов в деле скорейшего роста личного капитала. Конечно, все это будет преподноситься в неявном виде, так сказать, в контексте всего повествования. Но доказательства и выводы описываемых проблем будут базироваться именно на принципе важности и действенности именно усредненных, общественно важных показателей. То, что для капиталиста является всего лишь погоней за наивысшими производственными показателями (лишение или удержание части заработной платы, увольнение нерадивых работников, изменение условий труда), вдруг станет законной причиной для обвинения всей капиталистической системы в эксплуатации рабочего класса, ухудшения их жизни и увеличения армии безработных.

Не буду сейчас разворачивать тираду о несостоятельности выдвигаемых Марксом обвинений, так как мы только начали изучение политэкономии, а в данной книге рассматриваем лишь основы марксизма и задаем вопросы по непонятным темам. Все это произойдет по мере раскрытия материала во всем моем повествовании. Просто обращаю ваше внимание, на выдвинутую Марксом парадигму о важности «общественно необходимого рабочего времени» для всего общества. И прошу порассуждать по ходу чтения по вопросу: действительно ли эта тема настолько важна для общества? Неужели каждого члена общества волнует вопрос: сколько времени расходуется на изготовление того или иного товара? Не труда, а именно времени! И неужели люди не заинтересованы в том, чтобы на производстве было как можно меньше лодырей и тунеядцев? Чтобы выпускалось как можно больше качественной, надежной продукции? Разве может быть вопрос о времени изготовления товара краеугольным камнем, объединяющим людей в общество? А ведь именно вопросы всеобщей заинтересованности могут быть важными для всех членов общества…