- -
- 100%
- +
– Привет, Семён, – отсалютовал он аспирантам. – Ищешь хозяйку?
– Да, нужно поговорить.
– Сейчас она занята, натаскивает девушку на обслуживание. Освободится через час. Можем сходить к другому торговцу, если тебе нужен… особый товар.
– Нет, я хотел именно поговорить. Там на этаже лабораторной секции, в общем, сектанты появились, лифтовое направление пока закроют.
– Она должна была там появиться? – удивился Ричард, – С чего бы это в такое время суток?
– Я…я не знаю, – стушевался Семён. – Просто зашёл предупредить.
– Сектанты обычно не нападают на секции без угрозы для себя, – хитро улыбнувшись, сказал Ричард. – Или ты что – то другое пытаешься сказать таким образом? Если именно это нужно передать хозяйке, то я сейчас отправлю сообщение.
Он набрал сообщение, отправил и ещё раз отсалютовал аспирантам, говоря о том, что разговор окончен, и после этого вернулся на своё место, теряя к ним интерес.
– Ты этого бродягу знаешь? – удивился Джозеф. – Да он же с нижних уровней, оттуда, где эти самые сектанты повылазили. Немудрено, что он забил на тебя сразу же.
– А, ты откуда знаешь его?
– На лице написано, разве не видишь? Он как анализатор кредитов, точно знает, сколько у тебя с собой на обмен. И обязательно хочет тебя разуть. Он с твоей подружкой работает?
– Вроде того. Но я ей доверяю…
Напульсник на руке завибрировал, принимая входящее сообщение – «Ричард мне передал сообщение. С ним не говорите больше, чем меньше он знает, тем лучше для нас всех. Я сейчас спущусь».
– Что там? – спросил толстяк.
– Ребекка, – тихо ответил Семён. – Обещала спуститься и поговорить.
Минут через пять подошла и сама Ребекка. Она переоделась и была всё в том же военном прикиде, который Семён уже видел.
– Привет, мальчики! – она звонко чмокнула Семёна в щёку. – Рада, что нашли время зайти. Сообщение ваше получила, нужно поговорить. Ричард, Ричард, подойди. Нам нужно укромное местечко организовать. Желательно побыстрее.
Ричард, нисколько не оскорбившись на то, как к нему обратилась женщина, чуть поклонился и повёл их куда – то вглубь рынка. Молодой человек почувствовал, как в воздухе запахло едой, видимо здесь было место питания для торговцев. И как они здесь делом занимаются, можно же провонять за день насмерть. Наконец они подошли к павильону, который носил гордое название «Королевский обед». По размерам он был намного больше остальных полусфер продажи и выглядел, как обычная коробка, несмотря на яркую кричащую вывеску.
Ричард открыл дверь, пропуская их троих вовнутрь. Ничего примечательного внутри не было. Несколько столов со стульями из пластика, дверь справа, стойка продажи, а сзади видимо была кухня. За стойкой сидел улыбчивый торговец, из-за прилавка торчала круглая голова с узкими глазами, и эту физиономию венчали торчащие в стороны уши.
– Добро пожаловать, гости дорогие, отдохните с дороги, – торговец кивал и совсем закрывал глаза, зрелище было уморительным.
– Лин-ю, хозяйке нужна приватная комната. – сказал Ричард, подходя к прилавку.
– Цену знаешь, Ричард, та же, что и всегда, – снова кивая и гримасничая ответил торговец. – Что подать гостям?
– Мясо, рис, чай. У тебя всё равно ничего другого нет, – заржал тот, обнажая остатки зубов. – Торопись. Иначе не успеешь заработать часть кредитов за расторопность.
– Конечно, конечно, располагайтесь, – тот отдал ключ и почти бегом удалился на кухню.
– Ребекка, я вернусь к входу, – Ричард отдал ключ женщине и вышел наружу.
Ребекка открыла боковую дверь, и они втроём зашли в полутёмное помещение без окон. Посередине – стол, похоже на пластиковую подделку под дерево, плюс два диванчика с обеих сторон. Темноту разгоняли лампы под потолком и одна на столе. Из помещения вела ещё одна дверь, похоже, на кухню.
– Располагайтесь, – женщина сняла верхнюю форму, оставшись в одной футболке, Семён невольно сглотнул. – Времени у меня не так, чтобы много. Рассказывайте, что случилось.
– Я…мы хотели тебя предупредить, – начал Семён. – Мы сейчас будем жить вместе, поэтому я хотел зайти и… В общем…
– Ну, ну, продолжай, – иронично подтолкнула его женщина к завершению мысли. – Начало многообещающее.
– Семён, ну что ты как мямля, – Джозеф покачал головой. – Он хотел предупредить, что на этаже творится черт знает, что. И если ты планировала вернуться на этаж в жилище, то нужно быть осторожнее.
– Я что-то слышала об этом, но не приняла к сведению. Что там случилось?
– Мы шли по коридору, мимо нас пробежал патруль, потом стрельба была, крики, взрыв. Когда выглянули, увидели, что похожие на сектантов люди мертвы, один из тех, в балахонах взорвался, и трое солдат тоже тяжело ранены, если тоже не мертвы. Последний не дал даже подойти к ним и осмотреть, – затараторил Семён.
– Последний солдат? Или сектант? – уточнила Ребекка.
– Солдат. Мы подошли, предложили помощь, он же на нас оружие направил. И вид у него был такой, что вот-вот начнёт стрелять, но он не стал.
– Направил оружие? На вас?!
Дверь в комнату открылась, и женщина замолчала и знаком показала, что разговор пока закончен. В комнату зашла девушка, похожая на торговца в зале, одета она была скромно, подчёркивая статус помощницы. Но даже при этом, одежда выглядела совсем новой, а на девушке сверкала броская бижутерия. В руках она держала большой поднос с едой.
– Господин Линь-ю очень извиняется, говорит, чтобы вы побыли здесь до тех, пока он не подаст сигнал выходить, – девушка чуть присела и расставила еду на стол. – Меня зовут Ми-линь. Если вам что-то нужно будет ещё из еды, нажмите на кнопку на столе. Я незамедлительно вас обслужу.
– Что там снаружи происходит? – Ребекка напряглась, мышцы на руках заметно напряглись.
– Ничего страшного, госпожа. Очередной рейд, солдаты ищут кого-то. Здесь звукоизоляция, поэтому солдаты вас не услышат, можете разговаривать спокойно. Я приду скоро, забрать тарелки, – девушка вышла в дверь и прикрыла её за собой.
В комнате воцарилась гробовая тишина. Никто не хотел её нарушать.
– Что происходит? – спросил Джозеф. – Первый раз слышу о таком.
– Обычное дело, но облава должна быть не сегодня, – поморщилась Ребекка. – Видимо, то, что вы видели, спровоцировало данное событие.
– Облава? – Джозеф был в недоумении. – Здесь? Зачем?
– У тех военных, кто работает с рынком, больше всего власти. У Военного комитета дел по горло, поэтому местные вояки подрабатывают, кредиты с торговцев сшибают раз в месяц. Видимо, сейчас, когда комитет ищет кого-то, они с усердием показывают, что у них тут все схвачено и под контролем. Ладно, раз дело не столь серьёзное, вернёмся к разговору предыдущему. Солдат направил на вас оружие, но стрелять не стал, раз вы живы. У меня несколько вопросов, надеюсь, вы ответите.
– Задавай, – почти хором получилось у Семёна с Джозефом.
– Братья-близнецы прямо, – засмеялась Ребекка. – Первый вопрос – сколько человек было в патруле, который пробежал мимо вас, когда вы шли к лифтам?
– Вроде четверо, – задумался Семён. – Нет, вру, их точно было трое. И как раз к ним нас тот, четвёртый не подпустил.
– Очень хорошо, – кивнула головой женщина, – второй вопрос. Чем были убиты «сектанты» и солдаты из патруля?
– Сектанты пулями, их балахоны изорвало очередями, – ответил Джозеф. – Один из балахонистых на части развалился, видимо бомбу на себе взорвал. А солдаты, не могу вспомнить.
– В них тоже стреляли, – вспомнил Семён, – точно. Я удивился, что защита не помогла, у них дырки насквозь.
– А оружие у кого-нибудь было в руках?
– У сектантов не было точно, может солдат откинул, но я не видел, – начал было Джозеф, но Семён его перебил. – Не было у них оружия, мы почти сразу появились. Не успел бы он убрать. У солдат оружие было точно, рокот двадцать четвёртый. Стоп. Значит это этот тип в солдат стрелял?
– Возможно, – туманно произнесла Ребекка. – Тут надо бы подумать.
Дальше они сидели и молча поглощали плов, запивая его чуть остывшим чаем. В голове у Семёна крутились мысли, напоминая калейдоскоп, которым он играл в детстве. Иногда он приходил в себя и смотрел на Ребекку, пытаясь разгадать её мысли. Та оторвалась от тарелки и пересеклась с молодым человеком взглядом.
– Как ты себя чувствуешь? – спросила она негромко. – Приступы повторялись?
– Сегодня больше нет, – ответил он. – А, у тебя?
– Кроме неестественно ярких снов, проблем больше не было, – улыбнулась она. – Я рада тебя видеть, Семёнчик.
– И я. Очень-очень.
– Оставьте воркование до дома, – притворно закатил глаза Джозеф, – а то мне совсем неловко здесь с вами сидеть.
Дверь в комнату снова открылась, вошла Ли-минь.
– Господин Линь-ю ещё раз извиняется, солдаты проверили его заведение и ушли, вы можете спокойно покинуть нас, когда захотите, – сказала девушка.
– Очень хорошо, тогда мы уходим сейчас, – улыбнулась ей Ребекка. – Пусть спишет расходы с моего кредита, у нас открыт здесь счёт.
Девушка быстро собрала посуду со стола на поднос и откланявшись, ушла на кухню.
– Ну что, близняшки, нам пора, – женщина взяла с диванчика форму. – Я к друзьям, попытаюсь что-нибудь узнать о нашей…ситуации. Вы, думаю, найдёте, чем себя занять в выходной день.
Они по очереди вышли из «Королевской пищи», попрощавшись с добродушным торговцем и разошлись. Семён и Джозеф решили не мозолить глаза местным воякам, вернуться в жилую секцию и навестить профессора, а Ребекка отправилась в местное отделение военного комитета, узнавать информацию из первых рук.
Глава девятая. Информация под грифом Икс.
Вернулись они так же, как и покинули жилую секцию – на машинах. Решили вначале попробовать на лифте, но на табло рядом с лифтами мигала предупреждающая запись. «Лифтовой допуск на этаж лабораторной жилой секции закрыт. Для тех, кто не имеет с собой кредитов, или в них ограничен, обратиться в отделение военного комитета на этаже, чтобы вернуться в жилую секцию. В определённое время будет запущен служебный лифт, на котором будет осуществлена доставка жителей. Просим прощения за вынужденное неудобство. »
Ждать было некогда, скоро заканчивался день, поэтому Джозеф, утративший последние остатки щедрости, ворчал, пытаясь воззвать к высшей справедливости. Семён помалкивал, ведь именно из-за него они поехали на рыночный этаж. Путешествие по лабиринтам путей прошло без помех, и они прибыли к месту прибытия челноков. Люди терпеливо ожидали прибытия поезда и никаких следов того, что произошло, на них не отражалось.
Аспиранты, не сговариваясь, двинулись в сторону лифтовых, но далеко им уйти не удалось. Зона была опечатана и здесь стояла серьёзная охрана с автоматическим оружием. На попытки поговорить солдаты не отреагировали, заглянуть к лифтовым и увидеть, что там творится, не удалось. Семён потянул Джозефа за рукав, нечего было здесь светиться, а то бы их мигом поставили на галочку. А это как минимум – много потерянного времени. Хотя тут везде просветка, точно их в качестве свидетелей вызовут на разбор.
Вскоре они уже стучались в охранную систему, пытаясь дозвониться до ячейки профессора Лапина.
– Код доступа, – интонация терминала не изменилась, говорил он также уныло и безрадостно.
– Один – три – два – пять – восемь, – произнёс Семён.
– Цель посещения секции. Объект посещения в секции.
– Цель посещения – встреча. Объект – профессор Андрей Афанасьевич Лапин.
– Объект найден. Открытие секции после подтверждения объектом. Соединяю. Приятного вам общения.
– Да, кто на связи? – девичий жизнерадостный голос.
– Это я, Семён. Я вчера обещал забежать в гости, правда нас уже двое. Со мной друг из Лаборатории – 11, – Семён уже начал жалеть, что сюда пришёл.
После общения с Ребеккой, Юля показалась ему наивным ребёнком. А ведь она попытается за ним ухаживать, с её стороны симпатия никуда не исчезнет. Как бы этого всего избежать так, чтобы не обидеть ни её, ни профессора.
– Конечно, Семён, я сейчас вас пропущу. Я так рада, что вы пришли! Папа! К нам Семён в гости… – голос исчез и дверь открылась, пропуская аспирантов вовнутрь.
– Я хочу попросить тебя об одолжении, возьми сегодня на себя Юлю, – молодой человек тихо обратился к Джозефу. – Иначе она завалит меня своей нежностью.
– Я кажется начинаю догадываться, почему ты сюда так редко заглядываешь, – хихикнул толстяк, – не беспокойся, включу свою харизматичность и отвлеку огонь на себя.
– Харизматичности у тебя целый вагон, – рассеянно поддержал своего спутника Семён.
Обстановка в коридоре не отличалась от той, что видели аспиранты каждый день. Разве что была свежая краска на перекрытиях и стенах и повсюду висели художественные голограммы. Ячейка профессора Лапина была в конце коридора, и когда они подошли к двери, та открылась.
– Семёнчик, я так рада! – девушка выбежала из дверей в коридор и повисла у Семёна на шее. Ей было уже семнадцать лет, почти восемнадцать, и она вовсю гонялась за незадачливым аспирантом. Она была симпатичной, но в меру, без фанатизма. Очень худенькая, почти невесомая, в чём только дух держался. Её отец только подсмеивался над энтузиазмом своей дочери, но ничего не делал, чтобы помочь ей завоевать молодого человека. Джозеф попытался рассмотреть её детально, но она уже унеслась прочь, оставляя в воздухе неуловимый, но такой приятный запах духов.
Когда они зашли в гостиную, появился сам хозяин ячейки, профессор Лапин.
– Здравствуйте, господа! – вежливо улыбнулся он гостям и пожал обоим руки. – Рад тебя видеть, Семён. А с тобой…
– Это Джозеф Теллбот, – представил он товарища. – Он из Лаборатории – 11, они работают над…
– Я знаю над чем они работают, – кивнул головой Андрей Афанасьевич. – И про Джозефа много слышал хорошего. Говорят, вы будущее светило науки наших секторов.
– Наверное льстят, – ответил Джозеф. – Среди нас много выдающихся учёных. Но я рад, что услышал похвалу от вас, Андрей Афанасьевич. Вы – легенда в Научном секторе, благодаря вам совершено столько прорывов в сфере изучения прошлого.
– Теперь вы мне льстите, молодой человек, – покачал головой профессор. – Проходите, вы как раз к столу. Чувствуйте себя как дома.
Профессор пропустил обоих аспирантов вперёд, а сам отошёл в сторону кабинета. Да, у него был свой личный кабинет. Ещё была отдельная комната у Юли, а также небольшая прихожая, гостиная и кухня. Каждый раз, когда Семён посещал эту ячейку, он чувствовал насколько убого по сравнению с этим выглядит его угол.
Юля разобралась с тем, зачем уходила, затем практически повисла на руке у Семёна и рассказывала об успехах в обучении, подругах, о том, как из-за неё подрались два молодых человека. Она тараторила так, что он не успевал вставлять ни одного слова. Джозефу же удалось рассмотреть Юлю детальнее. Она была красивой девушкой. Выразительные зелёные глаза не останавливались ни на одном предмете детально, если только для того, чтобы отметить его присутствие здесь и сейчас, длинные ресницы, ямочки на раскрасневшихся щеках. Улыбка совершенно искренняя, такая, что можно было забыть обо всём, губы подведены в меру яркой помадой местного производства. Огненно – рыжие волосы забраны в два хвоста, это сейчас было модно среди обучающихся. Единственное, что портило ощущение совершенства, это беспрестанная трескотня, которая убивала всё то хорошее, что он увидел ранее.
– Юля, простите меня, – откашлялся Джозеф. – Я бы очень хотел послушать о том, как у вас с девчонками получается следовать моде.
– Ну наконец-то! – девушка с радостью переключилась на Джо. – Семён где – то в облаках витает и совсем меня не слушает. В общем, у меня есть подруга, её зовут Хизер, её отец привез с раскопок совершенно целый журнал из прошлого. Кажется, там был бункер, или что – то подобное. Во-о-т. И мы задали шороху всем классам, теперь мы с ней шьём платья на заказ. Девушки из прошлого. На выпускной мы тоже пойдём вместе, если меня пригласит кто-нибудь. И на выпускном мы точно всем дадим жару. А сегодня, представляешь…
Семён с радостью предоставил Юлю Джозефу, а сам пошёл к кабинету профессора и постучал по панели, предупреждая о своем появлении.
– А, ты решил позвать меня на ужин, – профессор озадачено глянул на список чего – то в руках. – Сейчас Дженис подаст на стол. Я хотел ещё раз посмотреть данные по Иксу.
– Вы проработаете с данными все выходные? – участливо спросил Семён. –Вам стоит передохнуть.
– Здесь что-то кроется, Семён, – Андрей Афанасьевич отложил бумагу в сторону и снял очки. – В том, с чем мы сейчас работаем, ситуация обстоит совсем не так, как мы думаем. Дело в том, что почти в одно время с саркофагом, была сделана ещё одна находка.
– Машина для психического воздействия, – покачал головой молодой человек.
– Откуда у тебя такая информация? – профессор был очень удивлён.
– Так скажем, у меня появилась знакомая, которая помогла мне узнать много интересного об этом, – пожал плечами аспирант. – Но это всё. Если не брать в пример сводки новостей и случай у лифтовых, были ещё моменты, которые я до сих пор не могу понять.
– Садись и рассказывай всё от и до, – попросил профессор.
Семён сел и рассказал. Обо всём, кроме встречи с Ребеккой, он совершенно не хотел её вмешивать в домыслы и догадки.
– Кажется, ты мне не всё говоришь, Семён, – улыбнулся тот. – Умалчиваешь ты про своего секретного информатора. Да и забыл, наверное, что заявка о заселении автоматически проходит через твоего ректора.
Какой же он дурак, раз совсем забыл об этом! Надо же, сколько лет он живёт в ячейке, считает её своим домом, а на самом деле, это собственность лаборатории. Также, как и он.
– Я понимаю, это грубо выглядит, но я не хотел тебя обидеть, – профессор потрепал его по плечу. – Только не говори Юле сейчас, это по ней сильно ударит. Но всё же, расскажи мне, кто эта гражданка Сорренто?
– Она…Она с рынка, с верхних секций, – сказал Семён, подумав, что лучше сейчас сказать правду, на случай, если профессор вдруг наведёт справки. Если уже не навёл.
– У твоей…гхгм…знакомой должно быть влиятельные друзья и очень плохая репутация, – наставительно произнёс профессор. – Она тебе нравится?
– Я не знаю. То есть нравится, но мы стали жить не для этого вместе, – Семён не знал, как объяснить ситуацию профессору. – Я уже говорил, что у меня появились странные видения, при которых я себя не контролирую. Она хочет мне помочь справиться с ними.
– Видения, видения, что-то знакомое, – профессор покатал это слово на языке несколько раз, как будто сахарный плод и вдруг резко поднялся. – Пойдем, Семён, а то обед остынет. Дженис не любит подавать остывшие блюда.
Позже, когда они впятером уже сидели за столом и после обильного пиршества приходили в себя, у Юли появились вдруг неотложные дела, и она расцеловав всех за столом, убежала в спортивный лагерь, который работал ежедневно. Дженис извинилась и ушла на кухню, закрыв за собой дверь.
– Ты говорил с Джозефом об этом? – заговорил профессор и показал головой в сторону кабинета.
– Можно сказать, он видел это воочию, – кивнул Семён. – Он присутствовал при моём приступе.
– Тогда давайте обсудим информацию. То, что ты мне сообщил, явной связи с тем, о чём я знаю, не имеет, на первый взгляд. Я бы сказал, просто набор случайностей, которых тьма тьмущая каждый день, но это, если смотреть предвзято. Я бы хотел переговорить, с твоего позволения, с гражданкой Сорренто.
– Я вам не всё рассказал, – вдруг спохватился аспирант.
– Не всё? – развеселился вдруг профессор. – Мне становится уже интересно.
– Да, – сказал Семён, осторожно подбирая слова, потому что прогнозировал плохую реакцию. – Дело в том, что через день вы сможете поговорить с ней на работе, она будет там в качестве сотрудника лаборатории.
– Вот теперь, мне очень захотелось с ней познакомиться, – профессор вопреки всему не рассердился, а наоборот выглядел очень довольным. – Возможно тогда мне что-то и станет ясно.
– Скажите, а вы не хотите её… – обеспокоенно произнёс аспирант.
– Семён, ну конечно нет. Я не меньше вас хочу разобраться в ситуации, только у нас разные задачи. Ты хочешь разобраться в своих «видениях» и насколько я понимаю, завоевать расположение прекрасной дамы. Я же хочу понять, насколько связана эта цепочка с иксами.
– У меня к вам вопрос возник, – вступил в разговор до того молчавший Джозеф, – как можно перевестись в Лабораторию – 12?
– Вы уверены в этом, молодой человек? – спросил профессор серьёзно. – Не думаю, что вас так просто отпустят, и мне нужно будет постараться, чтобы это осуществить. Вы это сгоряча.
– Нет. Я за этот день много чего увидел, – кусая губы тихо сказал Джо, – и мне кажется, что я вам очень пригожусь в исследованиях. Заниматься клонированием образцов может каждый, скрещивать цепочки ДНК на машинах, это заставляет меня деградировать. Вы уж простите, я действительно не вижу в этом особого таланта.
– Что же, – профессор поставил чашку и посмотрел в потолок, – тогда вам нужно поговорить с вашим ректором и сообщить ваше решение. После этого свяжитесь со мной, и мы обговорим детали, вроде перевода финансирования, выделение отдельного рабочего места и так далее. Думаю, вам нужно будет составить список для перевода, вы же первый раз переводитесь, да и на моей памяти прецедентов не возникало. А теперь, господа, разрешу откланяться, у меня дела, к сожалению. Если захотите отдохнуть, располагайтесь, думаю в прихожей найдётся пара кресел.
Глава десятая. Действуй или проиграешь.
От профессора аспиранты вышли уже ближе к вечеру, задержались ещё ненадолго, у профессора обнаружилась старая деревянная безделица. Наверное, жутко раритетная, со странными фигурками внутри. Джозеф предположил, что это окажется культовая вещь, но зачем тогда череда белых и чёрных квадратов на верхней части. Наверняка это что-то значило. Отвлекать профессора на ерунду Семён не стал, а Дженис, которой он задал вопрос по этому поводу, только пожала плечами. Но все равно съедало любопытство, что же это такое, и он решил, что спросит у профессора на работе.
– Ну что, на сегодня расходимся? – спросил Джозеф. – Но если какое-то приключение будет, моя дверь рядом. Или в крайнем случае на напульсник сообщение скинь.
– А, твоя девушка как на это отреагирует?
– Кристи? Хреново отреагирует, друг. Но что-то мне подсказывает, что мы с ней скоро разбежимся. Ладно, увидимся. Ребекке привет, если она где-нибудь рядом окажется.
– Хорошо, увидимся, – Семён пожал руку Джозефу и поднёс идентификатор личности к панели.
Дверь открылась, и он зашёл, погрузившись в темноту. Заработал с опозданием идентификатор приветствия, потом стал включаться свет по углам ячейки. И хоть угол, в котором он ютился, показался ему совсем скромным после жилища профессора, но это был его угол, в котором он знал все нюансы. Интересно, Ребекка появится, или всё что он проделал было ей для чего-то нужно? Мысли путались, играя в чехарду.
Спазмы накрыли голову неожиданно. Семён даже не успел переодеться и плашмя упал на пол. Голова кружилась, правая часть лобной доли совершенно разламывалась, глаза не могли ни на чём сфокусироваться. Свет стал напрягать, так, что он отключил его. Боль накрывала всё сильнее, молодой человек уже почувствовал, как больше не выдержит напряжения…
– Абрахам, что случилось? – женщина в защитном комбинезоне пыталась успокоить двух маленьких детей, шести и семи лет, те ревели, не понимая, почему взрослые вокруг такие злые. – Почему нас переправляют в бункер?
– Саманта, там, наверху идёт борьба за это. За этот кусок камня. Артефакт, который мы изучаем, нельзя отдавать людям в руки, ты же понимаешь. Те данные, которые я передал командованию, я…я считаю, артефакт нужно забросить обратно в космос, к чёрту его мнимую полезность для человечества. Ты видела, что он делает с людьми, – мужчина прислушался к наушнику и ответил утвердительно. – Мне пора, кажется на базе сейчас все посходили с ума.
– Семён! Очнись! Семён! – знакомый голос разрезал видение, аспирант вдруг снова ощутил боль в голове, а потом мир вдруг стал холодным и мокрым. Он начал приходить в себя. Очертания вещей вокруг были совершенно нечёткими. Сильно тошнило, как после отравления. Аспирант, наконец, смог разглядеть обстановку вокруг. Молодой человек был у себя в ячейке. По лицу стекала вода, а рядом стояла она, Ребекка, с кружкой в руке.
– Очнулся? – она устроила Семёна поудобнее на диванчике и устало рухнула рядом. – Тебя снова морочит? Кажется, и у меня начинается подобная ерунда, я совершенно не понимаю, что происходит.
– У тебя? – Семён помассировал виски, картинка всё никак не стабилизировалась. – Что случилось?
– Я видела людей, в лабораторных халатах, всё горело. Ничего, я с этим справлюсь, – Ребекка вздохнула. – День выдался суматошным, наверное. Куча эмоций, информации, правда, ничего толкового. Те, с кем мне удалось пообщаться, не знают, что происходит, хотя спорю на что угодно, что у них тоже проблемы в связи с последними убийствами. Давай поедим вместе, и я поеду в развлекательный комплекс.