Кто начал первую мировую? Выстрелы в Сараево

Внепартийному миру должно быть понятно, что при таких обстоятельствах мне, как русскому военному представителю, было бы некорректно поддерживать с Д. Димитриевичем-Аписом иные отношения, кроме официальных. К последнему я был принужден в силу своего положения, поскольку от Д. Димитриевича, занимавшего в сербском Генеральном штабе должность начальника разведывательного бюро, получал необходимую информацию. Я встречался с господином Димитриевичем исключительно в его канцелярии в Большом Генеральном штабе. Среди прочего нельзя забывать, что Россия и Сербия в этой части Европы имели одного и того же вероятного противника.

Имена и поступки людей, замешанных в покушении в Сараево, мне стали известны лишь позднее из прессы и литературы.

Еще раз я спрашиваю внепартийный мир, какую выгоду сулили России смерть эрцгерцога Франца Фердинанда и его устранение от престолонаследия? Я отвечаю: никакой! И если его смерть явилась причиной или предлогом для мировой войны – войны, которую Россия не желала, будучи не готова к оборонительной, не говоря уже о наступательной войне, – то я могу только сказать, что убийство Франца Фердинанда означало для России большое несчастье, от роковых последствий которого она страдает еще и по сей день.

Источник: Artamonov Victor A., Erinnerungen an meine Militarattachezeit in Belgrad // Berliner Monatshefte. Berlin, 1938. № 7/8. S. 583–602.

Постскриптум:

Журнал «Berliner Monatshefte» начал выходить в Берлине в 1923 году (до 1929 года – под названием «Die Kriegsschuldfrage»). Тираж колебался от 2500–3000 (1925) до 3500–4000 экз. (1931); четверть его направлялась иностранным, прежде всего, американским читателям. Издатели: Аугуст Бах и Альфред фон Вегерер, руководитель «Центрального ведомства по изучению причин войны», бывший офицер германского генштаба. Журнал активно стремился публиковать иностранных, в том числе русских авторов (так, в том же номере рядом с воспоминаниями Артамонова помещены «Подневные записки русского министра иностранных дел» графа Петра Шувалова о Берлинском конгрессе 1878 года). После выхода номера за июль-август 1944 года журнал прекратил существование.

«Воспоминания» Виктора Артамонова не остались незамеченными на Балканах. Уже в сентябре 1938 года они в купюрах были перепечатаны в сараевском журнале «Преглед». Всего же, по сведениям югославского академика В. Дедиера, В. Артамонов четырежды опровергал свое участие в заговоре.

В первый раз – в личном письме Драгише Стоядиновичу (Стоядинович, стр. 170), затем в Berliner Monatshefte и устно – в беседах с Бернадотом Смитом, Journal of Modern History (ноябрь – декабрь 1955, стр. 410–414), и Альбертини (5).

К сожалению, трудно понять, в какой книге Д. Стоядиновича следует искать адресованное ему письмо В. Артамонова, потому что, вероятно, по своей оплошности Дедиер ее названия нигде не приводит. Кстати, Л. Альбертини из беседы с Артамоновым вынес впечатление, что тот хитрит и нечто скрывает.

Может возникнуть вопрос: почему, собственно, нацисты пропустили в печать веющие славянофильством воспоминания полковника? В этом никакой особой загадки нет. Просто у нас создалось искаженное представление о ситуации в Германии конца 30-х годов. Однако, как ни странно, при Гитлере выходило много благожелательных публикаций о России. Многие русские эмигранты вольготно устроились в Третьем Рейхе. Журнал «Berliner Monatshefte» принадлежал к тому крылу, которое не хотело войны с Россией – в 1938 году оно было еще влиятельно. И наконец, следует учесть, что статья Артамонова была опубликована в порядке полемики, а не как позиция германской общественности. Проще говоря, в рамках свободы мнений. И опубликована, как видно из вводной ремарки, по инициативе редакции, которая много раз обращалась к Артамонову с просьбой объясниться.

Александр Карагеоргиевич (1888—9.10.1934) – король сербов, хорватов и словенцев, затем Югославии (1921—34). Окончил Пажеский корпус в Санкт-Петербурге (1904), провозглашен наследником престола (1909). Всего за четыре дня до убийства Франца Фердинанда король Петр I объявил Александра регентом Королевства Сербии. Убит в Марселе террористом.

Венизелос Элефтериос (1864–1936) – греческий политик-масон, несколько раз занимавший должность премьер-министра (1910—33).

Верховский Александр Иванович – см. главу III.

Вид Вильгельм (1876–1945, Бухарест) – первый и единственный князь Албании. Представитель княжеского рода Видов, близкий родственник германского кайзера Вильгельма. Родился и вырос в Германии. 7 февраля 1914 года принял предложение занять албанский трон, к чему его подталкивала Австро-Венгрия. Но здесь ее интересы столкнулись с Италией, желавшей превратить Албанию в свою колонию, а также с Грецией, поскольку в Южной Албании со времен ранней античности имелось крупное греческое меньшинство. Принц правил Албанией до 3 сентября 1914 года. Опасаясь за свою жизнь, покинул страну и вернулся в Германию. Формально оставался князем албанским до 31 января 1925 года, когда Албания была провозглашена республикой.

Вильгельм II Гогенцоллерн (1859, Потсдам, – 4.06.1941, Нидерланды) – германский император и король Пруссии (1888–1918). 28 ноября 1918 года отрекся от престола.

Гартвиг Николай Генрихович – см. главу IV.

Геллинек Отто (1876—7.03.1919) – майор (Артамонов называет его капитаном) Генерального штаба, военный атташе Австро-Венгрии в Сербии (1910—14). При назначении на должность было учтено его знание сербского языка. С 22 декабря 1915 года – шеф военной администрации Сербии. В начале мировой войны с ним по службе столкнулся австрийский военачальник Альфред Янза и также дал тому отрицательную оценку:

Затем к руководству службой разведки (Балканского театра военных действий – И. М.) пришел бывший военный атташе в Белграде обер-лейтенант (?) Геллинек, который с первой встречи показался мне неприятной личностью из-за своей безграничной надменности, следствием чего была недооценка сербской армии. Это диаметрально противоречило сложившемуся у нас в Сараеве мнению. Позицию недооценки сербов усиливал Потиорек… (6)

Однако австрийский журналист Д. Лончаревич иначе отзывался о майоре:

В качестве австр. – венг. военного атташе в Белграде с лета 1909 года фигурировал майор Генерального штаба Отто Геллинек; у него сложилось довольно верное представление о военных достоинствах сербской армии, тем не менее он полагал, что при военном столкновении исход борьбы не будет вызывать сомнений; однако в Европе произойдет разделение на враждующие блоки, и это сведет на нет военное превосходство Австро-Венгрии. Вышло так, что Геллинек в Генеральном штабе оказался не у дел. (7)

Гилка Е. – русский консул в Фиуме, крупном морском порту на Адриатике. В. Пикуль отмечает, что перед Первой мировой войной Фиуме был известен «производством торпед, которые за большие деньги покупал русский флот для своих миноносцев» (роман «Честь имею»). В городе тогда действовало 20 иностранных консульств.

Гизль фон Гизлинген Владимир (1860–1936) – австрийский дипломат и генерал кавалерии (август 1914); по некоторым данным, чешского происхождения. В декабре 1909 года назначен послом в Цетинье (Черногория), а 13 ноября 1913 года – послом в Белграде. 23 июля 1914 года вручил австрийский ультиматум Сербии, а по получении ответа признал его неудовлетворительным и тут же отбыл в Вену. Был женат на сербке из Далмации и с 1919 года жил в Белграде, приняв гражданство Королевства СХС. В разгар Июльского кризиса в кабинете Гизля скоропостижно скончался Н. Г. Гартвиг. Кавалер сербского ордена Данила 1-й степени и Таковского креста 3-й степени.

Гризингер Юлиус Адольф, барон (1863—?) – германский посол в Белграде (1911—14).

Гучков Александр Иванович (1862–1936, Париж) – русский политик. С началом Англо-бурской войны (осень 1899) вместе с братом Федором отправился волонтером в Трансвааль сражаться на стороне буров. Тяжело раненный, попал в плен к англичанам; после выздоровления отпущен в Европу под «честное слово». Председатель III Государственной думы (1910—11), член Государственного совета (1907 и 1915—17), председатель Центрального военно-промышленного комитета (1915—17), лидер партии «Союз 17 октября». Военный и морской министр Временного правительства; в 1918 году эмигрировал. Вошел в первые русские ложи, генерал Сухомлинов называл его «масоном первого призыва». После 1920 года был «радиирован» – вычеркнут из масонских списков навсегда. Жена Зилоти Мария Ильинична (1871–1938); дочь Вера (1906–1987).

В период мировой войны подозревался в государственной измене. Из показаний известного контрразведчика полковника А. И. Резанова судебному следователю по особо важным делам Омского окружного суда (Париж, 15 апреля 1921 года):

Между прочим, нами было установлено, что из числа больших страховых обществ общество «Россия», захватившее в свои руки преимущественно страхование флота, сообщало неприятелю военные секреты флота… Добытые материалы были направлены в надлежащем порядке, и предварительное следствие по делу производилось судебным следователем по особо важным делам Гудваловичем. Положительно знаю от самого Гудваловича, что виновность Гучкова (директора правления общества – И. М.) была установлена и признана им. Гучков подлежал привлечению к следствию в качестве обвиняемого в государственной измене. Но революция спасла его. (8)

Елена Петровна (1864, Цетинье – 1962, Ницца) – единственная дочь сербского короля Петра I Карагеоргиевича (братья: Джордже и Александр, будущий король). После переворота 1903 года ее отец занял сербский престол и выдал дочь за русского князя. Свадьба Елены и князя императорской крови Иоанна Константиновича (1886–1918), сына великого князя Константина Константиновича, состоялась 21 августа 1911 года в Большом Петергофском дворце; невеста была в русском платье из серебряной парчи, но без серебряной короны, так как жених не был великим князем. У них родилось двое детей: Всеволод (1914–1973) и Екатерина (1915–2007).

В 1918 году Иоанн Константинович вместе с братьями Игорем и Константином были высланы в Вятку, затем в Екатеринбург, а в мае перевезены в Алапаевск. В ночь с 17 на 18 июля Иоанна Константиновича и его братьев живыми сбросили в шахту под городом и забросали гранатами. В конце июля, уже после гибели мужа, Елена Петровна под арестом была перевезена в Пермь. В судьбу принцессы вмешались сербское и норвежское посольства, и в ноябре 1918 года она была переведена в Москву. Врач С. Мицкевич констатировал у нее «психоневроз в стадии тяжелого психического угнетения… с приступами острой тоски, с мыслями о самоубийстве». Президиум ВЦИК постановил передать ее норвежскому посольству, после чего Елене Петровне удалось перебраться в Стокгольм, где уже находились ее свекровь и дети. Детей она увезла в Сербию, затем жила с ними во Франции и Англии. После пережитого возненавидела Россию и не пожелала, чтобы ее дети учили русский язык.

Ефтанович Глигорийе (1840–1927) – торговец, землевладелец, член городской управы Сараева (1910) и ряда законодательных органов Боснии. Награжден орденом Франца Иосифа II степени (1911). После покушения на Франца Фердинанда хорватские и мусульманские демонстранты разгромили его дом, торговые лавки, конюшни и отель «Европа» (первое современное здание в Сараеве, построенное в 1882 году), а редакцию «Сербской речи» разрушили до основания. Много позднее австрийский фельдмаршал-лейтенант Альфред Ямза так описывал этот погром:

На обратном пути в госпиталь, проезжая через город, я встретил шествие демонстрантов, главным образом мусульманского населения, против совершенного преступления. Было интересно наблюдать, с какой точностью население знало, кто из местных сербов состоит в связи с Королевством Сербией. У их домов раздавались призывы не делать этих гадостей, но демонстранты начали врываться и в эти дома и тут дали волю своим рукам. Тем временем демонстранты ворвались и во владения радикального сербского вождя Ефтановича и уничтожили богатые гаражные постройки для гоночных автомобилей и все его роскошные авто.

Найденная в доме Ефтановича документация явилась поводом к обвинению его в тайных связях с Сербией. 25 июля 1914 года арестован, осужден к одному году заключения; помещен под домашний арест под залог 40 тыс. крон; в 1917 году (июнь – декабрь) подвергался повторному заключению.

А. Янза уделил внимание и потомству Г. Ефтановича. «В ту пору, – пишет он, – в Сараеве было только два хороших отеля – “Централ” и “Европа”».

Первый был под управлением венгерского еврея, второй принадлежал очень богатому сербскому политику Григорию Ефтановичу, у которого был сын, учившийся в Венском университете, и казавшаяся малопривлекательной дочь, которая, однако, после того как вышла замуж за адвоката Сршкича, расцвела и стала прекрасной дамой. Поскольку Ефтанович был руководителем радикальных, действовавших против Монархии сербов, мы приветствовали этого господина, награжденного кайзером орденом Короны, и его семью с подчеркнутой сдержанностью и ужинали в отеле «Централ» чаще, чем у него. Избегать же его совершенно означало бы также нарушить желаемую Веной тенденцию, которая стремилась замирить враждебно настроенные элементы посредством особого снисхождения и предупредительности. Когда в начале декабря 1911 года юный эрцгерцог Карл со своей молодой женой Зитой прибыл на одну ночь в Сараево, ему была выделена квартира в отеле Ефтановича. Я видел юную пару лишь бегло перед отъездом, не подозревая, как скоро они станут императором и императрицей. (9)

А. Янза в данном случае, судя по всему, имеет в виду Душана Ефтановича (1884–1941) и его сестру Круну (1881–1966). Помимо названных, у Г. Ефтановича было еще трое детей: сыновья Манойло (1880–1955) и Здравко (1895–1965), а также дочь Драгица (в описанном эпизоде Артамонов имел в виду именно ее).

После смерти отца Душан вместе с братом Здравко унаследовал основную часть его состояния, в том числе отель «Европа», благодаря чему стал крупным предпринимателем, банкиром, землевладельцем, членом сараевского ротари-клуба (1930). Погиб, вероятнее всего, в усташском концлагере Ядовно в мае-июне 1941 года. Владимир Дедиер приводит о нем следующие исключительно важные сведения:

Существуют и вторичные источники, которые говорят о том, что Пашич и Стоян Протич через градоначальника Белграда Манойло Лазаревича предостерегли Василя Грджича в Сараеве. Накануне 28 июня 1914 года в Белграде находился Душан Ефтанович, один из правых сербских лидеров, которому Лазаревич рассказал, что ходят слухи, будто бы какие-то люди хотят перейти в Боснию с дурными намерениями кого-то убить, вероятно, эрцгерцога. Лазаревич попросил Ефтановича вступить в контакт с Василем Грджичем, дабы тот повлиял на молодежь и пресек ее в том желании. Ефтанович не воспринял всерьез это поручение, считая, что меры безопасности будут такими же строгими, как и во время визита Франца Иосифа в Сараево в 1910 году. Кроме того, похоже, Ефтанович не желал вступать в контакт с Грджичем, своим политическим противником. После 28 июня Ефтанович передал Грджичу этот наказ, но тот махнул рукой: «После боя копья в терновник» (После драки кулаками не машут)». (10)

Тот же эпизод с участием Д. Ефтановича другой источник излагает чуть иначе:

В мае 1914 года он вместе с отцом участвовал в собрании радикалов в Белграде, и, пользуясь случаем, градоначальник Белграда М. Лазаревич попросил передать В. Грджичу, что, по его сведениям, в Боснии готовится покушение на какого-то деятеля из верхушки австро-венгерской власти и нужно тому воспрепятствовать. После покушения на престолонаследника Франца Фердинанда арестован и отправлен в лагерь Бихач. Осужден на шесть месяцев заключения. После выхода на свободу поставлен под полицейский надзор и лишен ордена Франца Иосифа. (11)

К биографии М. Лазаревича:

Лазаревич Манойло (1875, Крагуевац – 8.10.1943, Белград) – по образованию юрист, крупный чиновник полицейско-административного аппарата. Начальник управы Белграда на протяжении 22 лет (1912—18; 1919—34), но и в этот короткий перерыв был начальником Белградского округа. (Управа Белграда существовала в период 1839–1944 годов и имела административные и полицейские функции, тогда как органом городского самоуправления являлась Община). Степень информированности Лазаревича о подготовке Сараевского преступления остается тайной. Но известно, что 17/30 июня 1914 года он направил министру внутренних дел донесение о том, что Танкосич (12) послал трех своих четников к Светолику Савичу, тогдашнему издателю газеты «Балкан», с угрозой, «что тот плохо кончит, если осмелится что-либо опубликовать о связях атентатора Чабриновича с отдельными личностями в Белграде». (13)

«Имел значительную власть и пользовался большой поддержкой короля Александра. Подвергался критике за чрезмерное использование репрессивных мер против сил, оппозиционных личной власти короля, особенно в период шестиянварской диктатуры». (14). Именно Лазаревичу как шефу городской полиции сдал свое оружие депутат Скупщины Пуниша Рачич, расстрелявший 20 июня 1928 пятерых своих хорватских коллег (двое погибли сразу, третий скончался позднее). Это политическое убийство побудило короля Александра ввести в Югославии монархическую диктатуру (6 января 1929 года).

Лазаревич был уволен со службы 27 декабря 1934 года, т. е. вскоре после убийства своего покровителя в Марселе. «Под оккупацией не выступал на публике, но был близок к своему поколению политических и полицейских функционеров. Его похороны явили картину заката династической идеи в Сербии, поскольку его провожали люди без какой-либо программы». (15)

Некоторые сведения о В. Грджиче:

Грджич Василь (1875, Гацко, Герцеговина – 26.10.1934, Белград) – видный деятель сербского движения в Боснии, близкий друг В. Гачиновича, «национальный борец, народный посланник, публицист… Был главным доверенным лицом «Народной одбраны» и связным с Белградом. Работал над расширением революционной организации. Точно не установлена его роль в Сараевском покушении. После покушения, 25 июля 1914 года, арестован и заключен в тюрьму в Сараево. В процессе по делу о государственной измене, организованном в Баня-Луке (1916), оказался в числе обвиняемых и был осужден к повешению. После обращения его друзей к новому австро-венгерскому кайзеру Карлу (1917) помилован и осужден к пожизненной каторге. Освобожден в 1918 году… После войны не был близок ко двору». (16). В других источниках указывается, что помилование произошло благодаря ходатайству испанского короля.

Как и Душан Ефтанович, был членом ротари-клуба в Сараево. Произнес патетическую речь на первой общей конференции ротарианцев Югославии 18 октября 1931 года. (17) О влиянии ротари-клубов в Югославии периода 30-х годов говорит тот факт, что на их годовой конференции в мае 1938 года присутствовал глава правительства М. Стоядинович с двумя министрами (в том числе финансов). (18)

«Когда минувшим летом мы несли к месту вечного упокоения Владимира Гачиновича, знаменосца «Млады Босны», Василь Грджич, возбужденный последними посмертными почестями, которые сельские соколы оказали пламенному идеологу этих краев, глотая слезы, прошептал: «Велика моральная сила у этого народа, если он так провожает своих заслуженных сынов: он никогда не пропадет!» (19)

С 1921 года в браке с Георгиной Стоянович, учительницей из Приедора. Дочь Лиляна (в замужестве Ристич). Похоронен с государственными почестями на Аллее великанов в Белграде при чинодействии патриарха Варнавы. Прощальное слово произнес епископ Николай Велимирович.

М. Лазаревич, а возможно, и В. Грджич, оказывается, еще в мае знали о готовящемся покушении, но посчитали за благо умыть руки. Знали, в отличие от профессионального русского разведчика Артамонова, первейшим служебным и гражданским долгом которого было добыть сии драгоценные сведения, а не прохлаждаться по морским курортам, на лоне райской природы мучаясь от угрызений своей «больной совести».

Извольский Александр Петрович (1856–1919, Париж) – министр иностранных дел России (1906—10), член Государственного совета (1909), посол в Париже (1910—17); англофил.

Лебеф Эдмон (1809–1888) – французский маршал (1870). Руководил артиллерией во время осады Севастополя. В 1869 году назначен военным министром и сохранил свой портфель до начала франко-прусской войны. Ввел в заблуждение страну и императора, заявив в министерском совете и в палате, что армия во всех отношениях готова к предстоящей войне.

Мамулов Г. (правильно: Мамулов Иосиф Гаврилович) – главный гонорарный переводчик русской миссии (драгоман), кавказец. Биографических сведений мало. Вот свидетельство посланника Г. Н. Трубецкого (преемника Гартвига):

Я имел счастье по прибытии в Сербию застать такой состав Миссии, какой только можно было пожелать. Первым секретарем был В. Н. Штрантман (так в тексте – И. М.), который был в Сербии еще во время балканского кризиса и который отлично знал и обстановку, и сербских политиков. Это был умный и способный молодой дипломат, большой патриот, который с любовью относился к делу. В контактах с сербами сохранял выдержку и такт и приобрел хорошие позиции в этой среде. Вторым секретарем был Зарин. В составе Миссии были также вице-консул Емельянов и секретарь Консульского отделения Якушев. Моим особым уважением пользовался переводчик Миссии Мамулов, бывший кавалерийский офицер, который уже двадцать лет находился в Сербии и знал ее душу. Говорил по-сербски, как серб, знал каждого, и все знали его, к тому же был и большим знатоком лошадей, что позднее, в момент отступления из Сербии, принесло исключительную пользу. (20).

В. Н. Штрандман, со своей стороны, добавляет:

На него /Мамулова/ я мог полностью опереться в некоторых вопросах внутренней и экономической политики. Он имел полезные связи в сербских общественных кругах, поскольку был женат на сербке из белградского высшего общества. (21)

Во время мировой войны Эмилия Мамулова (вместе с женами Штрандмана, Артамонова, фон Гизля, барона Гризингера, женой и дочерью Гартвига) работала сестрой милосердия в госпиталях Белграда.

В «Книге памяти Республики Северная Осетия» упоминается, что Мамулов Иосиф Гаврилович (1864, Моздок – 1930), грузин, крестьянин-единоличник, 14 марта 1930 года был осужден тройкой при ОГПУ к 10 годам ссылки в Северный край. Вряд ли это другое лицо.

Маринович Милутин (1861–1941) – военный министр (1909—10), комендант Скопье (1912), командир Шумадийской дивизии (1913). В период войны (1914—18) был интернирован в Австро-Венгрии. Шеф военной миссии в Вене (1919—20).

Милованович Милован (1863–1912) – министр иностранных дел Сербии (1908—11), председатель правительства (1911—12).

Мишич Живоин (1855–1921) – сербский военачальник, воевода; после войны до конца жизни возглавлял королевский генштаб.

Пашич Никола (1845–1926) – премьер-министр Сербии (1891—92, 1904—05, 1906—08, 1909—11, 1912—18) и Королевства сербов, хорватов и словенцев (1918, 1921—24, 1924—26). Один из создателей (1881) Радикальной партии.

При новой династии, – отмечал русский посланник князь Г. Н. Трубецкой, – Пашич почти бессменно был у власти… Ему минуло 70 лет в первый год войны. Это был бодрый, крепкий старик с длинной седой бородой и с быстрым лукавым взором в совсем еще молодых голубых глазах. Он вел крайне умеренный образ жизни, не курил, не пил вина, рано вставал, а в 10 часов вечера обыкновенно уже был в постели. Благодаря такому образу жизни он сохранял удивительно крепкое здоровье и обладал громаднейшей трудоспособностью. Отличительной чертой его характера была спокойная уравновешенность и выдержка. Я видел его в самых тяжелых обстоятельствах для Сербии. Он оставался все так же ровен и спокоен, и только по походке можно было догадаться о его душевном состоянии. (22)

По некоторым сведениям, до июня 1918 года поддерживал связи с Троцким, а через него и с Лениным, используя при этом боснийских социалистов. Это не выглядит странным, поскольку в молодости Пашич был последователем Бакунина (слыл социалистом и даже коммунистом). (23)

Попович Дамьян (1858–1928) – генерал, участник цареубийства 29 мая 1903 года, один из ближайших друзей Д. Димитриевича-Аписа, член «Черной руки». Военный комендант Новых областей (1913—15). На Салоникском процессе (1917) осужден на 20 лет тюремного заключения.

Потиорек Оскар (1853–1933) – австро-венгерский фельдцейхмейстер (1909). С 1902 заместитель начальника Генштаба. С 1911 года председатель земельного правительства Боснии и Герцеговины и инспектор армии со штабом в Сараеве, наместник Боснии и Герцеговины.