Сборник рассказов — 1

© Игорь Олегович Ассман, 2026

ISBN 978-5-0069-9534-5 (т. 1)

ISBN 978-5-0069-9536-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

null

РОДСТВЕННИЦА

Мне было тридцать семь, но я никогда не женился. Я многое попробовал в жизни, но так ничего и не получалось. Последняя моя авантюра был кредит на покупку фуры. Это был, конечно, не новый, но в хорошем состоянии Форд с большим крытым прицепом. Я вложил все, что у меня оставалось, и теперь разъезжал по всей стране, доставляя и забирая грузы. Платили неплохо, но каждый месяц я должен был возвращать кредит и платить за маленькую квартиру, вернее комнату. Я снимал ее в многоэтажном доме, где жили только бедняки. Вся моя квартира была из одной комнаты и туалета с душем. В принципе, большего мне и не надо было: я бывал дома, может два-три дне в месяц, а может и неделю, самое большое.

Учился в школе я неважно, и сразу после окончания искал работу. Мечтой моей жизни была моя собственная, хоть маленькая, но уютная квартира. Но все, что я скапливал, уходило на следующую авантюру.

Но мужик я был крепкий, со здоровьем мне везло. На вид — наверное, самый обычный, да и вид меня не интересовал. Женщин я знал только тех, которые стояли на трассе, а о семейной жизни и даже не думал. Не имея ни постоянной работы, ни семейного времени, женитьба для меня было делом абсолютно безнадежным и безрассудным.

Сейчас, пока я не выплачу машину, о сбережениях не могло быть и речи. Питался я в самых дешевых забегаловках, а из одежды у меня было только два костюма: один рабочий комбинезон, и когда-то купленный дешевый костюмчик с распродажи.

Метров пятьсот от моего дома находилась заправка с кучей стоянок, и для грузовиков тоже. Когда я возвращался, я там и оставлял свою фуру, если, конечно, она была без груза.

Мыслей в голове у меня не было никаких, кроме как быстрее выплатить кредит и начинать копить на мою мечту: квартиру.

Однажды, вернувшись и поставив как всегда фуру на стоянку, я направился к небольшой закусочной, прямо рядом с заправкой. Тут всегда были самые низкие цены. Не знаю, ел ли я там говядину или крысятину, но это заведение значительно экономило мой бюджет. Там всегда обслуживала старая ворчливая официантка. Я никогда не видел, чтобы она улыбнулась. Вечно она была чем-то недовольна.

Зайдя в этот раз, вместо этой старой крысы, я увидел молодую девушку, лет двадцати пяти, стройную, невысокую, с каштановыми, немного вьющимися волосами. Я бы не сказал, что она была очень симпатичной, скорее простой, как и я. Она была в чистом фартуке и улыбалась. Сама закусочная даже как-то преобразилась. Я сел за столик и заказал гамбургер с тоником. Это была моя стандартная еда. Девушка подошла и мило улыбнулась, а я сделал заказ.

— Давно тут? — спросил я.

— Неделю, — почему-то покраснела она и ушла.

Мне стало как-то по-отцовски ее жалко. Конечно, я никогда не был отцом, но если бы у меня и была бы дочь, места в этой конуре я бы ей не посоветовал. Иногда тут собирались дальнобойщики, такие, как и я, выпивали и буянили. Я мог позволить себе бутылку пива, да и то не всегда.

Когда она принесла мне мой гамбургер, я не выдержал и спросил:

— А как ты оказалась в этой дыре?

— Просто, — пожала плечами она, — приехала из другого города, сняла самое дешевое жилье в многоэтажном доме, тут рядом, и искала работу. Вот и взяли.

— Значит, мы с тобой соседи, — улыбнулся я. — Я тоже из того дома. Только эта работа не для тебя.

— А если нигде не берут? Комнату оплачивать все равно надо.

— Это верно, — вздохнул я. — Жизнь штука тяжелая. Но если что, обращайся ко мне, мы ведь соседи, по дому.

— Спасибо, — улыбнулась она, — меня зовут Анжи.

— Брэд, — еще раз улыбнулся я.

У меня было три дня на отдых, и вечером я еще раз зашел. Сигаретный дым стоял коромыслом. Бедная Анжи летала как ласточка, ведь закусочная была почти полностью забита. Как я и думал, собрались дальнобойщики. У этих уже были свои фуры и зарабатывали они хорошо. Поэтому и кутили от души. Где только не проходила Анжи, ее хлопали и щипали за все, что можно было.

— Не выдержит девка, — с грустью подумал я, — мало того что платили тут мизер, так еще и выдерживай все эти приставания. Когда же один попытался посадить ее себе на колени, я не выдержал, встал и стукнул по столу кулаком.

— Хватит, кобели! Это моя родственница. Если хоть кто-нибудь до нее дотронется, — будет иметь дело со мной!

Наступила тишина, пока не поднялся Ян. Я знал его, он был заводилой и ездил уже много лет.

— Брэд, ты много на себя берешь, — улыбнулся он. — Может, идем на улицу, да и решим там вопрос с твоей родственницей? Меня кулаком не возьмешь.

— Пошли, если ты не понял моего предупреждения, — ответил я. Я уже сравнил наши шансы. Я был ниже, но шире в плечах. А он был пьян.

Вся закусочная вывалила на улицу. Бой был коротким, но я пропустил один жесткий удар и чуть не сломал челюсть. Зато из губ и из носа струилась кровь. Ян лежал на асфальте и его дружки приводили его в чувство. Я попал ему со всей дури в солнечное сплетение, или живот, и он рухнул как столб.

Вернувшись в заведение, ко мне сразу подбежала Анжи.

— Спасибо, Брэд! Сейчас я найду аптечку.

Она принесла какой-то флакончик, намочила вату и прикладывала мне до тех пор, пока кровь действительно не остановилась.

Вскоре вернулась вся компания.

— Хороший удар, — сказал Ян.

— Ты мне чуть челюсть не сломал, — мрачно ответил я. — А о губах и носе, и говорить нечего. Если бы не родственница — истек бы кровью.

— Так это и, правда, твоя родственница? — спросил он.

— А что бы я дрался за первую попавшуюся?

— Ладно, инцидент исчерпан, — улыбнулся он. — Мужики, девку не лапать! — грозно сказал он всем.

Компания пошла гудеть дальше. Подошла Анжи.

— Брэд, пошли домой вместе? У меня есть такая мазь, которая все быстро заживляет.

— Спасибо, — просто ответил я. — Только я пойду, полежу немного. У меня квартира сорок три.

— Я занесу. У меня сорок девять. Значит, мы на одном этаже?

— Выходит так. Если тебя еще кто-нибудь обидит, скажешь мне. — Я поднялся и пошел к выходу.

Голова гудела как бубен. Я дошел домой и сразу лег на кровать, не снимая ботинок. Заснул я моментально.

Наутро, проснувшись, я заметил, что лежу на кровати без ботинок, а сверху укрут легким одеялом. Мои губы были какие-то жирные со странным привкусом.

— Спасибо, Анжи, — прошептал я.

Через час в дверь постучали. Это была она.

— Брэд, извини, я вчера немного похозяйничала. Тебе не легче?

— Спасибо, Анжи. Только ботинки не надо снимать, мне в них спать теплее, — улыбнулся я. — Сядь на стул. Может, расскажешь хоть что-то о себе? Все-таки родственники?

Она скромно присела на стул, и одернула юбку.

— Мне двадцать шесть, я из маленького городка, из бедной семьи. Работы нет, вот и стали меня родители корить, что только хлеб проедаю. Только школу и смогла окончить. Конечно, подрабатывала, где могла. Но один раз решилась поехать в большой город и как-то становиться на ноги. Вот и приехала. — Закончила она.

— А ребята?

— Какие там ребята! Кто хороший, уже давно женат. А так шушера осталась. А ты?

Я рассказал про себя. Ни у нее, ни у меня, длинного рассказа не получилось. Мы еще поговорили и она ушла. Позже я пошел к ней в забегаловку перекусить. Людей почти не было. Но на этот раз она не взяла с меня ни цента.

— Брэд, никто все равно не узнает. А у тебя, что ли деньги лишние? Ты когда уезжаешь?

— Послезавтра. Тебе меня еще два дня кормить.

— Значит, договорились, никакой оплаты. Пожалуйста, сделай это для меня. А ты надолго?

— Как карта ляжет, — усмехнулся я. — Этого я никогда не знаю.

Так прошло два дня. Перед отъездом зашла Анжи.

— Брэд, ты меня не выручишь? — стыдливо спросила она, глядя в пол. — На работе не заплатили еще, а хозяин выгоняет. Извини, что я к тебе. Просто у меня больше ни души тут нет.

— Нет проблем, Анжи, если только у меня денег хватит. Сколько тебе надо?

— Вообще-то двести, но если есть хоть сто…

Я дал ей двести, и у меня осталось столько же.

— Брэд, спасибо тебе, ты очень добрый. — Она опустила глаза. — И приезжай скорее.

В этот раз я уехал на три недели. Вернувшись, я поставил свою фуру как всегда и пошел в закусочную. Анжи была на месте, только очень грустная. Я никогда не видел, чтобы мне радовались так, как обрадовалась она, увидев меня. Мне даже показалось, что она кинулась бы мне на шею.

— Брэд, как съездил? — спросила она со счастливой улыбкой.

— Как всегда. Нормально. А ты как тут?

Она опустила голову и из ее глаз потекли слезы. Не выдержав, она выбежала на улицу. Я вышел за ней.

— Брэд, не подумай, я не жалуюсь. — Сказала она, вытирая слезы. — Просто тут останавливаются все, кому не лень. И все пристают, особенно когда напьются. Позавчера меня хотели изнасиловать в туалете, только чудо спасло. В последнее время я только и смотрю на стоянку, не приехал ли ты.

Я задумался. Впервые в жизни я чувствовал что-то к незнакомому человеку. Какая-то смесь, отцовской и человеческой любви, вернее участия. Еще в первый день я видел, что ей здесь не место. А как мне хотелось ее защитить. Но я же не мог быть ее сторожем при этой забегаловке. Я сам вытягивал, как мог. Кредит мне дали на три года, а отъездил я всего один.

— Кстати, Брэд, вот твой долг, — и она протянула мне две бумажки.

— А когда у тебя зарплата? — спросил я.

— Вчера была. Это ты называешь зарплатой? — грустно сказала она. — Я получаю полторы, хозяин из них высчитывает пятьсот за то, что я питаюсь у него. За мою конуру я плачу семьсот. Мне остается на месяц триста. А я должна постирать, а это — порошок. Я должна чистить зубы и мыться, а это паста и шампунь. Да что там говорить…

— Анжи, иди, скажи хозяину, что ты уходишь, и пошли со мной. — Сказал я неожиданно твердым голосом.

— Но Брэд…

— Иди. Можешь прихватить какой-нибудь посуды.

Та неуверенно развернулась и пошла, а я остался ждать на улице. Наконец, она появилась с тяжелой большой дорожной сумкой и передала ее мне. Только после этого вернулась, и видимо у нее состоялся разговор с хозяином. Вышла она красная как рак.

— Брэд, что ты задумал? — она чуть не плакала.

— Я тебе когда-нибудь сделал что-то плохое? — спросил я. — Пошли ко мне.

Дома я усадил ее на стул.

— Анжи, тебе не место в этой забегаловке, — сказал я, и почувствовал себя отцом. — То, что было во время моего отъезда, было, есть и будет. Ты еще молодая и у тебя все впереди. Я знаю, что у меня финансовое положение не намного лучше твоего, но меня никто не изнасилует, и не будет лапать грязными руками. Смотри сама. Я бываю дома редко. На твоем бы месте я сдал бы твою квартиру и переселился ко мне. Те семьсот будем платить мы вдвоем, а не каждый по семьсот. Ты меня знаешь, я к тебе и пальцем не прикоснусь.

— Но, Брэд…

— Пока я в дороге, ищи другую работу, только не такую как здесь. Вдвоем мы как-то выкрутимся.

— Брэд, я просто в шоке. Почему ты за меня все решаешь, волнуешься? Ведь я тебе никто…

— Ты — моя родственница. И какую-то ответственность я за тебя несу. Если же ты меня боишься, или считаешь, что без меня тебе будет лучше — вон, дверь открыта, хозяин еще возьмет тебя обратно.

Наступила тишина.

— Брэд, так как ты, за меня не заступались даже родители, — тихо сказала она. — Я просто не знаю. Не знаю, как тебя благодарить. И не хочу быть тебе довеском.

— Значит, иди и забирай свои вещи. И ничего никому не плати.

Анжи задумалась, потом встала и вышла. Сумку из забегаловки она оставила у меня. Вернулась она где-то через час с единственным чемоданом. Я понял, что вещей у нее не больше чем у меня. Зато в забегаловке она поработала на всю катушку. В сумке были стаканы, вилки, ложки, тарелки и всякая другая нужная утварь.

— Брэд, а как мы будем спать? — робко спросила она, глядя в пол.

— Спи на кровати, а я спокойно лягу на полу, мне не привыкать. Или, если тебя это стесняет, я могу спать в машине.

— Нет, что ты! Ты на кровати! Кстати, когда ты уезжаешь?

— Завтра вечером. Обойди еще раз наш район, может продавщицей тебя возьмут, или в любое безопасное место. И еще. Может, на какой-нибудь распродаже купишь еще один матрас, я тебе оставлю немного денег.

Эту ночь я все-таки загнал ее на кровать, а сам примостился на полу. Спать, конечно, было жестковато, но ничего. А на завтра я уже уехал. Анжи провожала меня и даже залезла посмотреть в кабину.

— Брэд, да у тебя тут маленькая квартирка за сидениями! И кровать.

— Это моя запасная квартира, — усмехнулся я.

Мы попрощались и я уехал.

Вернувшись через три недели, я не узнал ни Анжи, ни квартиру. Все было помыто и аккуратно расставлено. Появился еще один матрас, и даже подушка. Зато Анжи похудела и осунулась.

Она как всегда очень обрадовалась и даже кинулась мне на шею.

— Брэд, — вдруг сказала она и расплакалась, — я не смогла ничего найти. Поверь, я обошла не только наш, но и соседние районы. Я экономила, как могла, пачка печенья в день и пакет молока. Что мне делать?!

— Были и у меня такие времена, — ободряюще сказал я. — Найдешь.

— Я уже хотела пойти на панель, — вдруг сказала она. — А ты, если не секрет, ведь не обходишься без женщин?

Я рассмеялся.

— На панели или на трассе стоят такие девчонки, что тебе и не снилось. Ты эти глупые затеи брось, — серьезно сказал я. — Прорвемся.

— Я не красивая? — сказала она и посмотрела мне в лицо.

— Красивая, но не для панели. И человек ты другой. И, вообще, забудь об этой теме.

Анжи сбегала в ту же забегаловку и принесла поесть.

— Брэд, вот мои триста пятьдесят, за квартиру, — она положила деньги на стол. — А из твоих я ничего не истратила, те, что ты мне оставлял.

Я взял деньги, надо было платить за жилье, кредит, страховку и так далее.

— У тебя еще что-то осталось? — спросил я.

— Еще на месяц поиска. А ты надолго приехал?

— Только что б тебя повидать. Завтра уезжаю. А эти деньги, — я положил триста на стол, — тебе дополнительно на еду. Посмотри, что с тебя стало. Мне такая родственница не нужна, — с ухмылкой сказал я.

Назавтра я уже уехал. Но, в этот раз обернулся за две недели.

Анжи бросилась мне на шею. Но я заметил, что ничуть она не поправилась, а продолжала экономить.

— Брэд, опять ничего, — грустно сказала она. — Наверное, я все-таки уйду.

— И куда, если не секрет?

— Сам знаешь. Но хоть на шее у тебя не буду висеть.

В этот раз я был дома три дня. И все время думал, что же мне с ней делать? Отпустить? Пропадет девка. Оставить? Сама уйдет. Ее характер я уже начал узнавать. Наконец, что-то мне пришло в голову, но я не знал, как к этому подступиться.

— Анжи, — все-таки спросил я ее в один день, — а что ты умеешь делать? Вот ты ищешь работу, а какую?

— Брэд, ты знаешь, что любую. Да я дома на таких работах подрабатывала, что и не перечесть. Даже один раз грузчицей была. Ты не думай, я сильная.

Я рассмеялся.

— Есть у меня к тебе одна мысль, но не знаю, как и сказать. — Я задумался. — Короче, если мы оставим эту квартиру и переберемся на мою, запасную?

— Ездить с тобой?! — она вскочила и от радости обняла меня за шею. — Да я хоть сейчас! Во-первых, мы сэкономим на жилье. Во-вторых, скажи мне, какие у тебя в поездках есть расходы и доходы. Брэд, не стесняйся меня, пожалуйста. Давай подумаем вместе.

Честно говоря, я не ожидал такой бурной реакции с ее стороны.

— Расходы? Солярка, масло. Мытье машины один раз в рейс, или несколько раз, если часто дожди. Питание. Ну, может еще какие-то мелочи.

— Мелочи, это девушки? — заглянула она мне в глаза.

— Доходы, — пропустил я ее вопрос, — это груз. Я еду в один город, сдаю груз, и меня нанимают везти другой, там тоже сдаю и так далее. Да, бывает, что грузчиков не хватает, так я помогаю разгружать или загружать. За это мне тоже платят, правда, немного.

— А ночью ты тоже ездишь?

— Если недалеко. А так мы все как стемнеет, собираемся на стоянках, а рано утром уезжаем.

— А зачем собираетесь на стоянках?

— Устаем за день. Все боятся ночью уснуть за рулем. Да и как-то безопаснее. А что?

Она задумалась.

— Брэд, только не отказывайся. Послушай меня. Мытье машины я беру на себя, и не спорь. Главное, это найти источник воды. Кстати, два месяца я проработала на мойке, а потом ее закрыли. Мытье такой махины как твоя дорого стоит?

— Порядком. Но тебе одной ее не помыть, она очень большая.

— Это уже мое дело, — заявила Анжи с энтузиазмом. — Кстати, на погрузках и разгрузках, если товар не очень тяжелый, я могла бы тебе помогать. Вот я видела пакеты с сахаром. В ящике десять килограмм. Неужели ты думаешь, что я такой не унесу?

— Но их сотни.

— Ничего. Выдержу. И последнее. Все дальнобойщики, которые заходили ко мне в закусочную — одиночки. Если мы будем ехать вдвоем, то сможем проехать гораздо дальше. Например, сейчас темнеет в семь. Вы останавливаетесь и что делаете?

— Ничего. Собираемся, болтаем, перекусим.

— А спать, во сколько ты ложишься?

— Часов в одиннадцать.

— То есть, четыре часа ты теряешь в сутки. А это значит, что со мной мы эти четыре часа проедем с толком, и оборот рейсов увеличится. Понимаешь?

Я задумался. Нет, не над мойкой и не над новой грузчицей, а насчет количества рейсов. Именно они приносят главные деньги. А может она права?

Целый день Анжи ходила за мной как тень, ожидая моего решения. Наконец, пор вечер я решил попробовать. Завтра надо было уезжать, и я пошел к администратору, рассчитался и сказал, что завтра съезжаю. Тем временем Анжи исчезла. Вернулась она позже, принеся моток длинного шланга и всякие принадлежности для мойки машин. Я заметил, что она действительно в этом разбиралась.

Наутро мы перебросили в мой Форд все свои пожитки. Действительно, сзади сидений у меня была как маленькая комнатка, шириной в матрас, где таковой и находился, там я спал. Другой матрас, который купила Анжи, мы положили наверх, а наши два чемодана — в специальные отсеки. Всем командовала Анжи, и через час мы были готовы.

Я еще раз вспомнил, что был авантюристом по жизни, сел и включил мотор. Анжи была просто в восторге. Сиденья были уютные, а самое главное ей нравилось смотреть на все свысока.

Сначала мы заехали на одну базу и взяли товар. Он был в огромных упаковках и его завозили вовнутрь автопогрузчиком. Город, куда его надо было доставить, был недалеко, около двухсот километров. Мы выехали на трассу. Анжи любовалась всем, а я только улыбался. Возле одной закусочной мы перекусили и поехали дальше. Через два часа мы были уже на другой базе, где выгрузили товар и со мной рассчитались. Заказ на этой базе был, но на завтра. Мы теряли сутки. Анжи соскочила на землю и пошла к диспетчеру. Не знаю, или потому что она была девушкой, или по какой-то другой причине, но тот же диспетчер позвонил на другую базу, где был заказ на сегодня.

— Ну, милая, ты даешь! — улыбнулся я. — Как это у тебя получилось?

— Просто он хороший человек. Я очень попросила, и он обзвонил несколько баз.

Мы заехали на другую, и взяли очень выгодный груз, с доставкой на тысячу двести километров. Это были какие-то бобины с проволокой. Они не были запечатаны, и мы оба помогали двум единственным грузчикам. Заплатили мне, но я сразу же отдал половину Анжи. Та сунула мне деньги обратно.

— За жилье, — пояснила она. — Я рассмеялся.

Теперь мы уже гнали по полной. Около семи вечера мы начали замечать, как фуры одна за другой заезжали на стоянки. Анжи что-то рассказывала, лишь бы меня отвлечь. Когда пошел одиннадцатый час, мы проезжали не большой поселок, и она, вдруг, попросила свернуть в него.

— Тут мы встанем, — показала она на одно место под деревьями.

— Что-то ты химичишь, капитан, — заинтриговался я, но встал.

— Брэд, иди, ложись, — попросила она. — Я еще посижу, не спится.

Я кинул ей верхний матрас на сиденья, а сам полез назад. Как только моя голова коснулась подушки, я просто вырубился.

Наутро я увидел, как Анжи калачиком спит, укрывшись покрывалом. Мне было жалко будить ее, но надо было ехать, уже светало. Анжи сонная перебралась назад, а я вышел по зову природы. Какое же было мое удивление, когда я увидел, как блестит моя фура. Я даже обошел ее несколько раз и представил, что так вручную, на это ушло часа три-четыре. Недалеко стоял какой-то домишко с выводом крана на улицу, видимо для полива. Анжи опередила меня, именно сегодня я хотел заехать на мойку.

— Молодец девчонка, — сказал я про себя, — умница.

Я поехал дальше. Анжи проснулась около полудня и сразу перебралась ко мне.

— Возьми, — я подал ей деньги, — ты их честно заработала. Просто удивляюсь тебе.

— Тебе понравилось? Только честно. — Она улыбалась.

Я нагнулся и поцеловал ее в щечку.

— Значит, очень понравилось! — засмеялась она. — Если Брэд даже поцеловал меня впервые.

Мы заехали на заправку, а заодно и перекусили.

На базу мы приехали только вечером. Она была открыта, но грузчики уже разошлись. Оставшийся экспедитор только разводил руками.

— А если мы разгрузим ее, примите? — спросила Анжи.

— Вы?! — удивился он. — Как хотите, но через два часа я ухожу.

Хорошо, что не надо было далеко носить эти бобины. Они не были особо тяжелыми, но их было много. Экспедитор дал нам две тачки. Мы обливались потом, но все-таки фургон был к назначенному времени пуст.

Мужчина расплатился с нами за доставку и разгрузочные работы. На завтра утром у него был один груз, и в шесть утра надо было вставать пор погрузку. Мы выехали с территории базы и стали недалеко от входа.

— Поедем на заправку перекусим? — спросил я Анжи.

— Брэд, я спать, — извиняющимся тоном сказала она. — Просто давно уже так не работала.

Она полезла назад, дав мне лишний матрац. Я тоже устроился, как вдруг услышал ее голос:

— Мне холодно, иди ко мне.

Мне стало стыдно. Да, тогда она спрашивала по расходам на девушек по дороге, и теперь она хотела сэкономить мне даже на этом.

— Анжи, никогда мне больше не предлагай такие услуги, — с обидой и горечью сказал я. — Спи. А от тебя я такого не ожидал.

Она перелезла ко мне.

— Брэд, давай поговорим, — ее голос был серьезен. — Я не хотела обидеть тебя, и никаких услуг не предлагала. Неужели ты думаешь, что вам иногда нужны женщины, а тем никогда этого не нужно? Мне скоро будет двадцать семь, и я к тебе отношусь так, как никогда ни к кому не относилась. Это не услуга, я просто хотела, чтобы мы оба получили хоть немного, но удовольствия. Мы и так живем только в заботах и работе, разве мы сегодня не заслужили хоть небольшой, но приятный момент? Или я тебе так противна, что недостойна даже этого?

Я задумался. Чего меньше я ожидал, так этого. Она была младше меня на десять лет. Я заметил, что иногда меня берут какие-то отцовские чувства по отношению к ней. Нет, она была нормальной хорошей девушкой. Имел ли я право воспользоваться ее расположением? Когда снимаешь какую-либо на трассе, как-то не думаешь, что может она тебе в дочери годится. Да и знаешь, на что они идут, и что это их работа. В этой ситуации Анжи не была мне безразлична.

— Анжи, — честно признался я, — я даже не знаю, что мне делать.

— Брэд, просто иди ко мне и ни о чем не думай. Прошу тебя.

Видя, что я молчу, она просто стала расстегивать мою рубашку и целовать мне шею и грудь. Я постепенно таял от ее поцелуев. Они не были наигранным или стандартным инструментом попутных бабочек, я чувствовал в них желание и душу. Наконец, я сдался. До сих пор я и не думал, что так прекрасно можно провести время, целуясь, обнимаясь, давая и получая естественное удовольствие. Мы нежились друг с другом около двух часов, пока не выдохлись оба.