BADLANDS

Глава 1

Часть первая

Побег

Дикое, абсолютно животное убийство, издевательство, эксперимент,- свершилось…

Шампанское, объятия, речи. Это делали люди. Этих людей воспитывала, образовывала, делала высшей элитой науки, почти богами, - не странная машина и не магия, а простая программа правительства по внедрению чего-то там. Кто об этом помнит? Земля помнит...

Ивору не везло. Собираясь на промысел, он никак не рассчитывал на попутчика, да еще такого неподходящего, вечного изгоя и одиночку, как Мак. Мак был чужаком, да еще и отличался от людей племени Байи цветом кожи. Его подобрал отряд охотников, ходивший к самым границам земель племени, считавшихся опасными лишь для неуков. Дальше простирались пустоши, неизученные, чужие, злые. Очень немногие отваживались покидать родные леса и берега озера, еще меньше охотников возвращалось из таких путешествий. Мак был найден почти ребенком. Собаки привели охотников к склону горы и там, в расщелине, они нашли его, перепачканного кровью, обессиленного, с широко раскрытыми от страха глазами. По следам на земле было видно, что здесь удачно завершилась чья-то охота. На песке были следы впитавшейся крови, примятая трава указывал, куда волокли жертву. Ребенка спасла узкая щель в скале, тело же его спутника или спутников стало пищей. Его пожалели, а точнее пожалел один из старшин,- одинокий и бездетный старик Хван. Его уважали хотя бы за то, что тому удалось прожить более пятидесяти зим, а это по меркам племени считалось достижением. Ребенок рос в племени благодаря старику, потом, когда Хван не смог более добывать себе еду, её добывал маленький Мак. Старик как смог обучил его мастерству выживания в лесах Байи, но сделать из чужака полноправного члена племени не успел. Мак остался один. Его больше не защищал суровый старик и, по этому подростку здорово доставалось от сверстников. Только Ивор считал недостойным отбирать у него с таким трудом найденную пищу, или обломок пригодного для обработки железа. Естественно Мак инстинктивно тянулся к человеку, не спешившему ударить его. Вот и сейчас он плелся на небольшом расстоянии позади в надежде, что Ивор примет его помощь и не прогонит.

Ивору недавно исполнилось восемнадцать зим, он был невысок, но крепок и коренаст. Длинные русые волосы были сплетены в тугую косу, которая два раза была обмотана вокруг шеи. Это не было данью традициям или отличительным знаком. Это спасало жизнь. Чтобы прокусить такую импровизированную броню серой твари пришлось бы несколько раз сомкнуть свои челюсти на его горле, несколько мгновений, за которые охотник должен успеть выдавить глаза напавшему хищнику. Ивор смотрел на своего незваного сопровождающего с нескрываемым превосходством. Курчавые и короткие волосы не могли служить той же цели, что его. Мак не был широким в плечах, но обладал выносливостью, которой не мог похвастаться ни один из Байи, много раз именно это спасало ему жизнь.

-Чтоб тебя мур затоптал, чтоб тебе нахлебаться темной воды, чтоб тебя!,- в сердцах бормотал Ивор. Откуда он взялся этот Мак!

Собираясь на опасный промысел, Ивор все приготовления держал в тайне. Запасы провизии были заранее спрятаны в надежном месте, там же лежало и прочее снаряжение: два крепких копья с железным наконечником, широкий, длинною в локоть, охотничий нож, и гордость Ивора,- лук из неизвестного материала, легкий и невероятно могучий. Ивор был сыном "мастера смерти", так называли людей, обладающих знаниями изготовления оружия из металла. Знания эти передавались по наследству и сохранялись в великой тайне. Существовала особая каста таких мастеров, впрочем, как и другие касты. Благодаря этим знаниям все снаряжение было изготовлено им самим. Отец никогда бы не разрешил ему пуститься в такое путешествие,- слишком опасно.

Зачем? Хороший мастер может не рисковать, добывая пропитание, племя или деревня сама будет кормить и охранять круглый год такого человека. Нередко из-за мастеров устраивались нападения и вырезались целые поселения. Ивор должен был стать таким человеком, но его манила жажда исследований и путешествий. Жить за высоким частоколом деревни было для него равносильно плену. Старейшины племени не разрешили ему пройти обряд посвящения и он остался неуком. Это значит, что молодой человек уже овладел навыками охоты, боя и выживания, но еще не может решать свою судьбу самостоятельно и полностью зависит от племени.

Ивор ушел. Ушел, чтобы добыть себе звание воина. Проще говоря, ему нужна шкура грокка, опасной и мерзкой твари, которая водилась в отдаленных заливах озера Бай. Пришлось бы идти несколько дней, чтобы достичь по настоящему диких мест, мест, где не истреблены самые опасные хищники. Мест, где при определенной удаче можно было выследить самый ценный трофей - грокка. Его шкура была лёгкой и прочной, после выделки, Ивор смог бы сделать себе боевое облачение,- достойное уважения самых лучших воинов племени. Чтобы добыть эту тварь, живущую в глубине озера, охотники бродили по пояс в воде держа в руках копьё с узким стальным наконечником или тяжелый боевой заступ. Постоянно находясь настороже, они выливали из привязанных за спиной кожаных кулей кровь, которая, будучи унесена течением, должна была привлечь хищную тварь на мелководье. Грокк лишен задних конечностей, возле морды расположена пара коротких мощных лап, имеющих с одного края широкий плавник, заканчивающихся загнутыми когтями, в длину тварь достигает пятнадцати шагов, а его, усеянная сотнями мелких иглоподобных зубов пасть настолько широка, что взрослой особи ничего не стоит одним разом проглотить молодого теленка или, к примеру, охотника. Шкура его, словно броня, покрыта крупной, величиною с ладонь, чешуей способной отразить удар металлического острия копья, за что собственно и ценится. Если охотник не успевал выскочить на берег, увидев атаку хищника, который, преследуя жертву, разогнавшись, выбрасывался до половины туловища на берег, и лишь там становился на короткий момент уязвимым,- грокк утаскивал смельчака на дно. Человек охотился на рептилию, та на человека. Количество побед в этом противостоянии было примерно одинаковым, поэтому и считали данный трофей исключительным, дающим право юношам выбирать свои пути самостоятельно.

-Привязался же ко мне этот болван!

-Эй, как тебя там? Зачем тащишься за мной?- прошипел Ивор.

В темноте только глаза выдавали присутствие Мака, темная кожа не отражала лунный свет. Он остановился и неуверенным шепотом произнес:

-Я знаю, куда ты идешь, не сердись, но я следил за тобой и хочу помочь. В одиночку нельзя добыть "зубастого", я помогу. Если у нас не получится,- я уйду с тобой. Ведь ты уйдешь в случае неудачи? Ты не можешь вернуться! Старейшины покалечат тебе ноги и ты не сможешь сам о себе заботиться, будешь делать "холодную смерть" и прочее оружие пока сможешь. Отец не поможет тебе...

-Я смогу!- почти крикнул Ивор и тут же пожалел об этом.

Безумие шляться по ночному лесу вдали от деревни, еще большее безумие разговаривать и уж тем более кричать. Мак сделал предостерегающее движение руками и, осознав бесполезность этого, выхватил из-за спины деревянную палицу с острыми обломками металла, укрепленными на конце. Это лучшее оружие, которое он смог сделать для себя и которое было ему привычным. По спине у Ивора пробежал холодок, рука до онемения в пальцах сжала рукоять ножа. Совсем близко прозвучал сиплый, пронизывающий до костей писк. Животное в холке достигающее полуметра, с широкой мощной грудью и крепкими короткими лапами, с острой длинной мордой и клыкастой пастью, покрытое короткой серой, отливающей серебром в свете луны шерстью услышало их и решило поинтересоваться сможет ли сожрать нарушителей спокойствия.

-Бежим, пока их не собралось больше,- выдавил сквозь зубы Ивор. Ему стоило больших усилий, произнести это не стуча зубами от страха. Мак молча помчался за ним. Один шанс из ста, что им удастся найти достаточно высокий камень или утес, чтобы укрыться на нем до того как "серые", а это, несомненно, была одна из них, не соберутся достаточным числом, чтобы напасть. Лезть на дерево, - лишь оттягивать смерть. Собравшись сворой до десяти, а то и больше особей, "серые" без труда свалят дерево, которое человек, не сможет обхватить руками. Тварь бежала следом и испускала призывный писк. Через мгновение ей уже отвечали другие. Началась охота.

Местность была незнакомой, и беглецы надеялись лишь на удачу. Они знали повадки серых тварей, знали, что те чертовски умны и коварны. В подобных ситуациях человека спасало чудо или знакомое убежище в виде значительного возвышения, укрывшись на котором, можно было защищаться до восхода солнца. Как только лучи его заскользят по верхушкам деревьев, серые нехотя двинуться в свои норы. При свете дня они слепнут и становятся беспомощными, но горе тому, кто забредет в облюбованную ими пещеру,- не оставят даже костей, даже клочка одежды.

Свежий ветерок донес до Ивора запах прибрежной тины. Берег! Значит, может быть и утес!

-Туда!- коротко крикнул Ивор, увлекая за собой спутника.

-Вижу,- Мак следовал за ним.

Неожиданно впереди прозвучал писк. Серые отрезали им путь к спасению.

-Вперед! Прорываемся..., там их две или три! Береги горло!

Вместо ответа Мак с выдохом, по широкой дуге, нанес удар палицей по прыгнувшей на спину Ивора густой тени. Глухой удар и та, не достигнув цели, лишь оцарапав плече жертве, с диким утробным рыком укатилась в сторону.

Не оборачивайся!- Мак снова бежал рядом, сжимая в руках, блеснувшую черной влагой палицу.

Деревья расступились, блеснула широкая гладь воды. Погоня продолжалась по прибрежному песку. Лезть в воду бесполезно. Если не сожрут серые,- почти наверняка атакует подводная тварь. На берегу было светлее и Ивор, коротко оглянувшись, увидел черные тени, скользившие за ними. Близко, слишком близко! Через мгновение отчаявшиеся беглецы увидели темный силуэт прибрежной скалы. Страх придавал сил, и они словно ящерица взобрались по почти отвесной скале. В ушах боевым барабаном стучало сердце, гоняя по крови чудовищную дозу адреналина.

-Мак ты тут? - выдохнул Ивор.

-Я здесь,- Мак, поднявшийся немного в стороне, подполз к лежащему на спине Ивору.

-Им не допрыгнуть, я осмотрел со всех сторон наше убежище. Повезло...-Мак смотрел вниз на копошившийся смертью мрак.

-Я чуть не сгубил нас обоих, прости... Я редко был за пределами деревни... и... никогда ночью... Я ни за что не вернусь в деревню без трофея. Старейшины пусть подавятся своими гнилыми зубами... чуть не сделали меня домашним питомцем. Отец вообще не выходил за частокол на моей памяти. Моя мать была выбрана старейшинами и, по рассказам отца, была третьей по счету, первым двум в течение одной зимы не удалось понести. Я так не хочу...

-А мне вообще там ждать нечего. Кроме голодного года, когда меня как чужака освежуют первого, без очереди и жребия,- Мак улыбался. Он был рад спасению, рад, что Ивор говорит с ним, и о боже, - он считает его равным!

-Ты помог мне. Спас даже,- Ивор потирал оцарапанное плечо.

-Ивор, не три, а то разнесешь заразу, итак наверняка распухнет.

-Ив, называй меня Ив. Так отец меня зовет, и могли бы звать друзья.

-Хорошо Ив.

-Тебя учил старик Хван. Он был хорошим охотником, он долго жил. И ты выжил Мак. Ты будешь учить меня как он. Так чтобы и я мог выжить, не так как учили до этого. Взамен я сделаю тебе такое оружие, что вся деревня будет завидовать. Обещай что научишь...

-Научу.- Мак старался скрыть волнение, - Обязательно научу.

Всю ночь они не сомкнули глаз, под ними царапали камень и повизгивали мерзкие создания. Иногда одна из них пыталась в прыжке достигнуть края утеса и добраться до такой близкой, пахнущей страхом, добычи. Ивор и Мак стояли с копьями наготове, чтобы отразить возможное нападение и, хотя видели тщетность попыток ночных охотников, до рассвета сторожили каждый свой рубеж. Перед самым рассветом, снизу, из начавшей рассеиваться мглы, раздался пронзительный писк. Это серые решили полакомиться своим раненым сородичем. Через какое-то время возня и свара внизу прекратилась, а потом и вовсе всё стихло. На горизонте алела заря.

Друзья шли уже больше трех дней кряду, держась берега озера, но, не выходя из леса, соблюдая максимум предосторожностей. На ночь выбирали надежное убежище, утес или выступ в скале на достаточной высоте. Всю дорогу Мак учил Ивора всему, что знал сам. Показывал, как, не рискуя жизнь можно добыть пропитание и как спрятать дым от костра в кроне дерева, чтоб их не могли обнаружить. Много в те дни узнал Ивор, многому и он научил своего спутника. Несколько раз им пришлось нелегко. Они находились на неизученной территории, возможно занимаемой другим племенем. Встреча с чужаками и не сулила ничего хорошего, обычаи, как и сама жизнь, были суровыми. Некоторое снисхождение проявлялось лишь к странствующим торговцам и то, если они путешествовали с достойной охраной. В другой ситуации чужака просто убивали, говорят, на севере даже есть обычай поедать поверженных врагов. Поэтому приходилось опасаться не только диких зверей. Во время переходов они чаще молчали и прислушивались к голосу леса, стараясь не привлекать внимания, но иногда, гнетущая тишина сама собой толкала их на общение.

-Скажи, как ты собирался добыть "зубастого"?- Мак шел за Ивором и поглядывал по сторонам.

-Мак, ты ведь видел, как на него охотятся, зачем спрашиваешь?

-Спрашиваю, потому что немного тебя знаю,- он поравнялся с Ивором и заглянул тому в глаза.

-Ты никогда не пытался делать что-то как все, получал тумаки от учителей, но всё делал по-своему. Ты не полезешь в воду так ведь? Не полезешь, можешь не отвечать.

Конечно, полезу, зайду по глубже, по горло зайду, еще и соленый камень с собой возьму, трав ароматных. Вот грокк обрадуется! А что, смелый охотник так бы поступил. Сумасшедший Умга, наверняка тоже. Я ведь не сумасшедший. Ивор злился на себя и на Мака. Признать, что он собирался перехитрить хищника, а не идти на верную смерть, значило признать слабость и даже трусость.

-Мак, а ты не думал, что, разрешая молодым охотникам идти на грокка Старейшины убирают неугодных? Помнишь что стало с Тонгом? Он ведь хотел забрать к себе в хижину дочь Стагора, старшего из них. Даже таскал его за бороду, когда тот назвал Тонга сопляком и не позволил вопреки желанию дочери. Хорош сопляк, Тонг мог кулаком свалить любого из Байи, всегда приходил с добычей и носил одежду из шкур серых.

-Помню. Ему поставили условие.

-Мак, ему ведь еще и указали место! Самое неподходящее, поганое место. Там резкий свал на глубину, невозможно заметить атаку. Всё племя видело как его сожрали! Мне такой славы не нужно. Я этим старикашкам рот заткну куском кожи с задницы этой проклятой твари. Только вот рисковать ради этого головой не стану.

-Я потому и пошел с тобой, что ты не дурак и не псих. Самонадеян и горд,- да, но не псих.- Мак искренне веселился.

-Так как ты это предполагаешь сделать?

Ивор скосил глаза на товарища и произнес:

-В воде будешь плескаться ты Мак!

Остановились. Смотрим друг на друга. Мак замер и не знает что сказать, руки опущены, в глазах вопрос. Я еле сдерживаю смех.

-Я не полезу,- Мак серьезен.

-Полезешь,- я стараюсь быть серьёзным.

-Да. И еще ты будешь петь и играть на дуде. И тебя нужно подстричь, а не то твои волосья могут не понравиться грокку,- я уже смеюсь открыто и наблюдаю изменяющееся лицо Мака.

-Ты болван, ты знаешь об этом?! Черствый кусок лепешки! Я чуть не решил, что ты и в правду решил меня использовать.

-Не обижайся, Мак, я не нарочно. Просто твои вопросы... в общем не сомневайся во мне никогда. Я не трус, просто привык головой думать, а не совать её в пасть первому попавшемуся любителю мясца. Придет время,- увидишь. Я сам еще не всё обдумал, есть только идея, детали потом. Всё равно нам еще неделю или две шлёпать по лесу пока дойдем до нужного места.

-Зачем так далеко?

-Затем, чтоб не догнали нас и не выдернули мне ноги из... Мак, понимаешь, я не хочу рисковать.

-Не хочет он рисковать. А идти в дикие земли не риск? Там серых не истребляют, не жгут зимою берлоги рыжего великана, там их дом понимаешь?- Мак волновался слишком наигранно. Было видно, что ему хоть и боязно, но это лишь желание казаться рассудительным. Он пойдет со мной. Повезло. Одному и без опыта топать в неизвестность, да еще после недавних приключений было не по себе.

Дни шли один за другим. Напряженность и постоянно грозящая опасность измотали спутников. Наконец, Ивор решил, что они достаточно удалились от земель племени, а места, в которые они зашли, исходя из количества зверья, судя по всему, не обжиты человеком. Повлияло на его решение еще и то, что во время охоты они с Маком набрели на высокую гряду, в которой на высоте в два человеческих роста оказалась небольшая пещера. Впервые подойдя к этому месту охотники крепко задумались.

-Ты видишь, Мак?

-Вижу.

Отверстие в скале было еле заметно, так как плотно заросло плющом.

-Больше этот плющ по скале нигде не вьётся, странно.

-Это сделал человек, Ив. Видишь на земле под входом гнилые бревна? Это была лестница. Нужно проверить.

-А если там Лаки. Эти ночные демоны запросто могут там пережидать день.

-Вряд ли, на земле нет помета да воздух уж очень свеж. Ты когда-нибудь находился радом с пещерой облюбованной этой мерзостью? Нет? А мне приходилось... Пакость скажу тебе еще та.

-Ладно, убедил, давай веревку.

В пещере было сухо и пыльно. Место это действительно когда-то принадлежало человеку, наверняка охотнику. На полу в куче занесенных ветром сухих листьев и прочего мусора отыскались несколько наконечников стрел и обломок остроги. Под стеной, где, похоже, когда-то висела полка, лежали странные вещи. Часть из них совсем истлела и разрушилась, другие не походили ни на что виденное Ивором раньше. Странные кусочки металла, идеально ровные и округлые, прозрачные камушки странной формы, несколько цилиндров, тускло блеснувших на солнце. Бесполезные вещи. Ивор решил, что это игрушки.

-Ив, глянь суда.- Мак держал в руках металлическую цепь длинною примерно в пять локтей.

-Видно, что сделана из железа, но какая легкая, попробуй, Ив,- он протянул мне цепь.

Находка и в правду была очень ценной. Чтобы сделать подобную вещь, мастеру понадобилось бы много зим не выходить из кузни. А эта к тому же была идеально сработана и не весила почти ничего.

-Я думаю, тот, кто здесь жил, - погиб. Не мог охотник оставить такую ценность в куче мусора. Мак, давай наведем здесь порядок и принесем свои вещи, сегодня мы будем спать в тепле и на сухой подстилке.

Вечером они грелись у небольшого костра, и хоть дым не успевал полностью выходить во входное отверстие наполнял всю пещеру и резал глаза, но впервые за все путешествие их не донимала надоедливая мошка, не лился на головы дождь. А утром они проснуться в сухой одежде, и проснутся потому, что солнце заглянет в пещеру, а не утренний холод и роса проникнут под одежду.

Ивор лежал напротив костра, подстелив ворох сухих листьев и вертел в руках странные находки.

-Как думаешь, Мак, кто мог сделать эти вещи? Откуда берутся обломки металла, которые так ценятся у нас в племени. Неужели сказки, которыми нас пугали с детства не совсем сказки? Про молчаливую смерть, мертвую воду, проклятия черной земли... Отец как-то рассказывал мне про найденный однажды охотниками скелет животного, состоящий не из костей. Железо и еще что-то непонятное. Все кто был там, через две зимы умерли в мучениях. Старейшины запретили ходить в то место, сказали что на нем лежит проклятие. Кстати, мой лук сделан из дерева, которое не портится со временем и не впитывает влагу, видел когда-нибудь такое? Отец мало рассказывал мне о своей прошлой жизни, он ведь не коренной Байи. Говорят, он проходил мимо и попросил приюта. Когда поняли, что он мастер, его принудили остаться. Хотя отец никогда не жалел.

-Хван тоже многое мне рассказывал, не думаю, что он врал. По крайне мере он искренне верил в то, о чем говорил,- Мак шевелил прутиком угли, не сводя с них задумчивого взгляда.

-Ладно, давай спи первым, я буду настороже, мало ли что,- Мак накинул меховую куртку и придвинулся к стене.

Место стоянки оказалось идеальным. Округа хоть и была дикой, и опасное зверьё ночами частенько подходило к отвесной стене гряды, Ивор со своим новым другом чувствовали себя в относительной безопасности. Участок берега тоже как нельзя лучше подходил для будущей охоты. Возле самой воды рос молодой лес. Глубина залива была достаточной и по всему было видно, что где-то там, в синеющей глубине обитает хищная бестия, которую они ищут.

Замысел Ивора был по-своему прост. Он собирался несколько дней, в одно и то же время, выбрасывать в воду туши добытых на охоте животных. Даже если в заливе нет грокка, он появиться. Дальнейший расчет охотника основывался на редких качествах его лука. Стрела, выпущенная из него, пробивала панцирь старой черепахи и по всем прикидкам должна была осилить броню рептилии. К тому же теперь у Ивора появился напарник.

Уже несколько дней они охотились целыми днями и выбрасывали туши в воду. Сначала так далеко, как могли добросить, потом ближе, потом стали оставлять у самого берега. Ночью на берегу слышался гвалт и драка хищников, а на утро туши исчезали. Потом что-то отпугнуло лесных тварей, и теперь мясо исчезало в полной тишине.

-Он там да?- Мак смотрел на воду из-под ладони.

-Там.

-Думаешь, вылезет на берег?

-Он привык уже..., вылезет. Только вот сможем ли мы его угробить... Похоже тварь то преогромная. Смотри, какая тень под водой, я о таких даже не слышал.

-Нужна либо туша большого животного, тура или зубра, чтоб не смог утащить сразу,- Мак уже прикидывал, сколько придется выслеживать осторожное и сильное животное, да потом еще и тащить к берегу.

-Нужно привязать мясо на веревку к дереву.

-Перекусит,- Мак скептически сплюнул в траву.

-Привяжем мясо к цепи, потом за веревку. Цепь не перекусит.

-А веревку за вершину молодого дерева, путь поборется!- глаза у Мака горели.

-Нам тоже предстоит попотеть, если он такой здоровый, убить его будет не просто.

Если не бросит добычу, я успею несколько раз попасть ему в голову, но боевых стрел всего четыре. Придется добивать копьями.

Еще день ушел у них на то, чтоб свить подходящую веревку и, наконец, всё было готово.

Приготовленная оленья туша лежала в нескольких шагах от кромки воды, кровь и внутренности выброшены в воду. Мак и Ивор, притаившись за прибрежным вазимом, уже второй час ждали грокка. Тварь не спешила выходить на берег, делая круги на мелководье, баламутила воду и поднимала фонтаны брызг.

-Милая рыбка,- Мак с уважением смотрел на груду мышц под зеленой перламутровой кожей. Ивор держал лук на готове и нервно покусывал губы.

-Что ж ты не жрешь то, гадина!- нервное напряжение давало о себе знать. Пальцы на тетиве уже занемели и начали болеть.

Тут тварь коротким броском выбросила часть своего, могучего тела на пребрежную гальку и, ухватив тушу целиком, стало её заглатывать.

Первая стрела угодила ей в горло и по самое оперение скрылась в теле рептилии. Та мгновенно ринулась обратно в воду, но выпускать добычу и не думала. Веревка зазвенела, как струна, но пока держала. Ивор выпустил еще одну стрелу, на этот раз угодил в череп, рядом с глазом. Кость не была пробита и, в следующее мгновение, рептилия смахнула её лапой. Если бы тварь находилась в своей стихии, порвать веревку ей не стоило бы больших усилий. А тут ей приходилось пятиться назад используя только лапы, сильный её хвост не находил опоры, и лишь разбрасывал гальку вперемешку с илом. Третьей стрелой Ивор попал в, затянутое тонкой кожей, ухо рептилии. Стрела глубоко увязла в черепе, изо рта чудовища пошла красная пена. В этот момент Мак с размаху всадил копье в её раскрытую пасть. Грок сделал отчаянное усилие и, отбросив хвостом наседающего охотника, перекусив застрявшее в пасти копьё, попытался двинуться к воде. Поздно. Силы покидали могучее животное вместе с кровью, тугими толчками вытекавшей из ран. Через некоторое время всё было кончено. Ивор не верил своим глазам. Трофей был исключительным не только по размеру и силе, но и по окраске.

Шкура его переливалась в свете солнца от бледно-желтого до ярко-зеленого. Зрелище завораживало.

-Ив!- Мак сидел на песке и держался за ногу.

-Ив, похоже, эта сволочь всё же поквиталась со мной.

-Дьявол!- Ивор уже был рядом и осматривал рану товарища.

-Еще чуть-чуть и вырвал бы тебе мышцу..., рана рваная....

-Ив... промой о отнеси меня в пе...-Мак потерял сознание.

Солнце всё меньше задерживалось на небосклоне, становилось холодно, деревья освобождались от листьев. Ивор шел по дано утоптанной тропинке от ручья к пещере. По пути, проверив силки, обнаружил, что в одном из пяти осталась пойманная дичь. Остальные ловушки были разрушены или пусты, ночных хищников видимо привлекала беспомощная жертва, и они порой уволакивали вместе с ней ловушку, на этот раз просто разорвали в клочья.