Легенды Соединенного Королевства. Герои Тьмы Герои Света

Владимир Ашихмин

Аннотация

Это третья книга «Легенд», повествующая о мастере–маге Калебе Шаттибрале и его друзьях. Еще не все секреты разгаданы, не все дороги пройдены, а враги побеждены. Куда там! Скучать Калебу еще точно не придется! Продолжение эпической истории о борьбе Добра и Зла, о героизме, самопожертвовании, любви и дружбе уже перед вами! Готовьтесь к сражениям! Готовьтесь к приключениям! Готовьтесь вновь преодолевать препятствия вместе с Калебом! Теперь одного везения для победы будет мало! Но кто сказал, что на этот раз победа вообще возможна? Нет, нет, все совсем не так просто! Мир «Легенд» – это Мир волшебства, ребусов, древних сказаний, мистических и мглистых мест, забавных сказочных существ и темных ритуалов! Спешите насладится классическим фентези в его самом лучшем виде!

«… – Мы отправляемся вперед! – воскликнул Рыжая Колючка.

– Дорогой, что сердца зовет! – подхватила Весенний Шторм.

– Туда, где приключенье ждет! – провозгласил Толковая Каракатица.

– Пускай Вселенная нас поведет! – прогрохотал Комок Нервов.

И все вместе они грянули:

– Грозная Четверка!...»

Посвящается всем тем, кто числит добро, милосердие и любовь своими верными друзьями.

Дорогой читатель, перед тобой третий том «Легенд». Ты вот–вот, вновь, отправишься в путешествие вместе с Калебом. Я желаю вам удачи.

Глава 1. Новый День

Меня зовут Калеб Шаттибраль. Я маг и философ. На мою довольно долгую жизнь выпало немало ярких и весьма разнообразных приключений. Впрочем, все они, наверное, не так уж и значительны, если их сравнивать с теми превратностями судьбы, что свалились на мою голову в минувший год. Осенью был убит король Соединенного Королевства Вильгельм Темный, похищен принц Фабиан и Корона Света. Вдова Вильгельма Темного, Констанция Демей, через свою свекровь Элизабет Темную, вызвала меня в столицу для расследования этих ужасных событий. В это же время в Соединенном Королевстве стали возникать порталы, выплескивающие из себя орды отвратительных звероподобных чудищ, именующих себя Десницей Девяносто Девяти Спиц. Тут же грянула и гражданская война за власть. В библиотеке Шальха, я нашел некое Пророчество Полного Круга, данное Урахом – Богом Любви и Добра. Предсказание относилось к последним эпохам человечества и сулило Конец Света – загадочная гибель короля, братоубийство и твари из Бездны были Его ориентирами. Но ключ к спасению, у нас, у людей, тоже был – Сам Урах. Предвидев Судный День, Он заповедовал своим четырем героям – Нолду Темному, Цхеве, Эмириус Клайн и Джеду Хартбладу, имеющим с Ним наивысший уровень духовной связи, призвать Его для защиты Мира от Зла.

Выяснив, где вечно спит Эмириус Клайн – пленный Светом вампир, я убедил Констанцию Демей, что она (тогда я думал, что Эмириус – это он) наша единственная надежда устоять перед легионами Десницы Девяносто Девяти Спиц. Королева согласилась с моим планом.

Чуть позже в Эрменгере, на пути к Пику Смерти – чертогу Эмириус Клайн, мне повстречался Таурус Красный Палач. Некий всемогущий монстр Десницы Девяносто Девяти Спиц, он же Первый из Круга Смерти подтвердил все мои догадки. Тьма заполонила землю и… все чуть не обернулось катастрофой. Как оказалось, я стал разменной монетой в хитросплетениях сверхъестественных и чрезвычайно жестоких существ.

То мной манипулировала Эмириус Клайн, водя за нос недомолвками и двусмысленной полуправдой, то Таурус Красный Палач таскал меня за ухо, в нужном ему направлении. Однако в конце концов демон из Десницы Девяносто Девяти Спиц всех обдурил. В Гамбусе – в Мире Начала, он победил всех сосудов–хранителей Ураха (в них ютились аспекты Бога Света) и начал чинить над ними Оскверненное Пророчество Полного Круга, намереваясь так уничтожить Всеотца. Но вышло все несколько иначе. В последний миг, дракон Фарганорф, Старейший Вирм Севера и Искривитель Реальности, пожертвовав собой, через меня и под мою сакральную молитву, импульсом энергии обрушился на сосуды–хранители Яростью Ослепительного Огня. И из «сосудов» явился Урах. И низверг Он Тауруса. В момент творения Пророчества Полного Круга, мощь Света, исходящая из аватара Всеотца, была такой насыщенной и всесжигающей, что под его воздействием оплавилась само пространство материи.

В дыру Абсолютной Непроглядности затянуло вначале истошно блеющего Тауруса, а затем и меня. Десница Девяносто Девяти Спиц вскинула белый флаг, ну а я вроде как умер… но как оказалось не окончательно.

Нам хорошо известно, что есть Мир Света – рай Ураха для праведников и Мир Тьмы – гиена Назбраэля для грешников. Но вот Кто решает, куда ты отправишься после кончины? В Мир Тьмы или в Мир Света? Ага, есть такие ребята. Арбитры называются. Они помощники Смерти – загадочной сущности замыкающей на себе круг девяносто девяти Вседержителей. Так вот, один из этих Арбитров, а конкретно, Привратник, издревле пребывающий в Гамбусе, и не дал мне попасть в один из Миров Вседержителей.

В какой–то мере, я благодарен Привратнику, за то, что он вернул меня к жизни, а отчасти – нет. Я не родился в Гамбусе и от того не принадлежал Этому миру. Поэтому Привратник с чистой совестью (этот парень не прописан в Законах Универсума, так что извиняйте, Назбраэль, и, Урах, я уж с ним сам разберусь) приберег меня для себя. А конкретно для того, чтобы использовать в своей прихоти. Он дал мне незамысловатый выбор – либо принести ему Корону Света, либо умереть (в чьем кармашке бултыхалась моя душа вроде как очевидно). Что мне оставалось делать? Я согласился исполнить все, что мне было поручено. Впрочем, меня подстегивало к этому еще и то, что Привратник дал мне четкие указания, как вырваться из Гамбуса.

В Пророчестве Полного Круга, на счастье, уцелел не только я, но и Фарганорф. Если быть точным, то дракон как–то затаился во мне. Я смог отделить его от себя, и вместе мы вернулись на Землю. Следует отметить, что обратно в Килквагу – в замок Джеда Хартблада, Фарганорф перенес меня уже не с одним, но с двумя заданиями Высших Сил. Помимо Привратника, мной стал еще живо интересоваться и Укулукулун Тобольдо – архонт и король Анкарахады, Вседержителя Рифф. В Гамбусе Праматерь решила, что я достоин поучаствовать в Ее Испытании за звание правителя всех пауков, всех Вселенных. Вроде как почетно и бла, бла, бла, однако я, мягко говоря, не слишком этому обрадовался. Укулукулун систематически (не отлынивая) приходил ко мне во сны, и истязал, пытаясь отобрать Путаницу – шкатулку–вход на Испытание Рифф и Ее План – Анкарахаду.

Между тем, я прибыл в Ильварет, надеясь найти в нем Эмилию и Грешема. Их в городе я не застал, зато узнал, что парам–пам–пам, к нам в гости из Запредельных Ирреальных Далей пожаловал сам Дроторогор Бог–Идол Хрипохора. Разве не прелесть? Война кругом, провинции дерутся за территориальную независимость и новые границы, а тут еще Дроторогор нарисовался. Мда!

На срочном Совете Констанции Демей, мозговым штурмом, мы пришли к выводу, что Бога–Идола все же можно одолеть особым благословенным клинком Филиринилем, который ранее принадлежал принцу эльфов Легии. Не успел я после этого толком поспать, как поступила весть о том, что Магика Элептерум (второе ее название в народе Свихнувшаяся Башня) – магическая академия Шальха, гремит громом и мечет молниями. Вырывающиеся из ее шпиля волшебные вихри обволокли твердыню столицы, таким образом, заточив в ней Элизабет Темную.

Констанция Демей послала меня разобраться с этой проблемой. И не зря. В Шальхе мне открылись истинные мотивы Дроторогора – все та же Корона Света. Но прикарманить ее желал не только Бог–Идол. Еще очень могущественный король–вампир из Вестмарки, Вальгард Флейт так же имел виды на драгоценный венец королей. Если опустить подробности, то в Шальхе под носом у Братства Света благоденствовал, как Хрипохор, так и Вестмарка.

Убив Вильгельма Темного (это сделал околдованный Фабиан своим кинжалом), пособники Мрака поцапались друг с другом за Корону Света и нечаянно разбили ее. У Дроторогора – кусок, и у Флейта кусок. Получается, по куску на товарища. Не шибко хорошо, но поправимо – так, я думаю, рассудил каждый из этих небезызвестных личностей. Владыка Вестмарки и Бог–Идол Хрипохора ведали, что есть такое место, как Тысячелетний Гром – кузнеца Ураха. Если Дроторогор вбил бы там в свой фрагмент короны Тигровый Глаз Вилисивиликса, то он бы возвысился над Флейтом. В свою очередь, если бы Флейт успел вогнать в свой неполный венец Кость Ночи раньше Дроторогора, то положил бы того на лопатки. И Кость Ночи и Тигровый Глаз Вилисивиликса были запечатаны под засовами в Соединенном Королевстве.

Когда Таурус сгинул (кусаться–воевать с Десницей Девяносто Девяти Спиц Богу–Идолу и королю–вампиру было не в жилу), началась гонка – кто быстрее завладеет нужным артефактом. Дроторогор безотлагательно потопал в Новорис, что в Плавене, а Флейт навострил пятки в Гричинг, столицу Вельдза.

Что же до нас? Жалкие людишки этими грозными, древними и исключительно опасными созданиями в расчет приняты не были. Что мы можем? Нас так, шлепнуть мухобойкой да позабыть. Пока Хрипохор и Вестмарка бодро двигались к своим целям, попутно опустошая города и села Соединенного Королевства, я и мои друзья отправились за Филиринилем. Ну, а что? Не сидеть же нам было, попивая облепиховый чай, дожидаясь Старуху с Косой?

Отчаянный поход завел нас в цитадель оморов Ол–То. И это не было случайностью. То подстроил Нолд Темный. Призрачный король Соединенного Королевства (сосуд–хранитель Ураха) уверил меня, что для победы над Огнем и Тьмой одного Филириниля будет, увы, недостаточно. Только Величие Света – космогонический праздник, ознаменовывающий собою Новое тысячелетие, способно изгнать демонов за Двери Вещественного Мира. Однако для того чтобы Величие Света раскрепостило Божественный потенциал Очищения от скверны требовалось учесть строгие правила: «а» – иметь под рукой здравствующего монарха, потомка Харальда и «б» – целую Корону Света. В определенное время (плюс–минус час) «а» должен был надеть на себя «б». Арифметика же, ну! «А» плюс «б» равно «ц». Все по цепочке – это за тем, а то за этим! Раз плюнуть же, ага? Это же, как договориться о совместном ленче с другом и прийти не опаздывая. Чик–чирик и дело в шляпе. Или нет?

Не имею привычки хвастаться, впрочем, продолжу – я одолел Укулукулуна, стал королем Анкарахады и добыл Филириниль, попутно оживив эльфийский город–дерево Тумиль’Инламэ (Зеленое Королевство), а в нем Ураграмму – сердце Самого Ураха. Добавлю, что, когда я возвратился в Ильварет с Филиринилем, у Дроторогора уже был Тигровый Глаз Вилисивиликса, а у Флейта Кость Ночи. Хрипохор обратил пол Плавеня в руины, а Вестмарка и того пуще – сделала Гричинг акрополем, а саму провинцию Вельдз вотчиной Тьмы.

На первый взгляд расклад так себе? Есть такое. Однако личный подвиг героев всегда может перевернуть все с ног на голову. Превозмогая страх, тремор и отчаяние, я, Констанция Демей, Серэнити, Зенобий, Аска, Тень, Энейгрид, Халесара Ханц и рыцари–плютеранцы успели подойти к Тысячелетнему Грому в ту самую минуту, когда Флейт и Дроторогор двинули свои рати друг на друга, чтобы выяснить, кому из них быть на Земле Главной Шишкой. Эрцгерцогом Шишек! Императорской Шишкой! Шишкой над всеми Шишками! Каламбурно и не смешно? Согласен. Прободав толщу грызущихся между собой трупов и живорезов, кулак Соединённого Королевства пробился к Флейту и Дроторогору.

Там, сражаясь с трансцендентными и неописуемыми по силе чудовищами Хрипохора и Вестмарки, мы осознали, что все потеряно.… Ну, вот никак нам не совладать с этими Аспидами. Проще было бы море иссечь розгами, чем побороть зубастого Флейта, пусть даже и с Филиринилем, и с подоспевшими эльфами Тумиль’Инламэ (во главе которых был сам король Салидас Аторэ, сын легендарного Легии!).

И тут я догадался позвать к нам на выручку Фарганорфа. Он пообещал мне отдать долг за его воскрешение. Дракон Добра, Вирм Его Золота и чемпион Ураха (еще титулы Фарганорфа, у него их куча), услышал меня и явился на поле брани. Я запрыгнул на него и поверг Дроторогора Филиринилем, а Серэнити, не иначе как по воле Всеотца, булавой сбила Флейта с коня–кошмара. Мы схватили части Короны Света и что есть духу, припустили в Тысячелетний Гром.

Пока Фарганорф отбивал нападки Вестмарки, я ковал новую Корону Света. Как только она была закончена, ее попытался отнять у меня ушлый Привратник, материализовавшийся прямо у горнила Ураха. Между тем его ждал неприятный сюрприз. Он не знал (да и я тоже), что меня – короля Анкарахады Рифф в обиду Высшим Силам не даст.

Яростным порывом ветра Привратника засосало в Путаницу, а нас кинуло на колени. Падая, Констанция Демей напоролась на кинжал гномов с заточенным внутри Джейкобом (призраком из Леса Скорби). Думаю, что королева даже не осознала того, что погибла. Флейт почти сломал сопротивление Фарганорфа, и все мы приготовились умереть, ведь веки Констанции Демей смежились навсегда, а принц Фабиан Темный тяготился в Вестмарке… эхх… Говорю «эхх», потому что я тогда не хило так испугался, но… пойдем дальше.

«Кому теперь свершить Величие Света и прогнать всесильного короля–вампира, который вот–вот вышибет ворота и отнимет у нас Корону Света? Видимо, всему и всем конец» – так я тогда умозаключил. Однако Нолд Темный поведал нам, что Величие Света еще может состояться, ведь, среди нас есть еще один человек способный осуществить священный ритуал. Как я понимал, у монархов Соединенного Королевства, как и у сосудов–хранителей, тоже имелась какая–то взаимосвязь с Урахом.

Но вот встает закономерный вопрос – почему сие так? Почему Всеотец, все ушедшие в быль и небыль годы, был так неизменно внимателен к тем, кто носит на себе бремя правителя Соединенного Королевства? Правда в крови… Кровь – это та же память и та же эгида Его Завета. Урах всегда внимал к Своему сосуду–хранителю – Нолду Темному и… впоследствии к его отпрыскам.

Нолд Темный открыл нам, что он является родоначальником всех королей и королев – и что Харальд не просто его соратник, для звучности перенявшим прозвище Темный, а сын!

И тут тогда у меня всё встало на свои места – почему именно королевские особы годились для коловорота Величия Света, и почему Нолд Темный с самого начала не раскрыл людям тайны о Харальде. Если бы злые силы узнали в Харальде сына Нолда, то королевский род лишился бы спокойствия на все времена. Ибо для любого демона нет наслаждения больше, чем убить того, кто носит в себе частицу Предвечного света.

В тот миг Нолд объявил, что помимо Харальда у него был еще один сын Майгорд, никому не известный в истории, и что Серэнити происходит из его колена. То есть, иначе говоря, Серэнити де–юре могла напрямую «обратиться» к Ураху, прося Его о заступничестве, точно так же, как это бы сделали Констанция Демей или Фабиан.

Ровно в полночь с тридцатого Ириса на первое Авантюрина я возложил на чело Серэнити Корону Света. Урах благословил ее и милостью Своей зачинил Величие Света, низложившее Тьму.

Тогда из Серэнити полилась чистая энергия. Она затопила собою все отроги близ Тысячелетнего Грома, вытравив с них нежить Вестмарки и остатки не разбежавшихся живорезов. Сам же Вальгард Флейт с диким криком расщепился на моих глазах.

Употребляя слово «вытравив», я имею в виду, что Величие Света попросту и без всяких затей растворило в себе всех злобных тварей. Вжух, и их нет! Так Лучи Мощи Серэнити (Всеотца) растопили их словно лед в раскаленной печи (к гадалке не ходи, попадали прямиком в хлябь к Назбраэлю). Исчезли так же и все мертвые витязи Зеленого и Соединенного Королевств (эти, я убежден, вознеслись в местечко поприятнее). Будто бы и не было тут Этого сражения – Вестмарки, Хрипохора и нас… Кость Ночи и Тигровый Глаз Вилисивиликса – бедственные и пагубные конструкты Зла тоже куда–то подевались… Надеюсь, что они канули в Небытие.

Ха–ха! Наконец–то в Мире наступит Мир! Больше никаких чудовищ из Вселенских Глубин и Тлетворных Пустот! Только людские дрязги и интриги! Только они и точка! Звучит–то как легко и беззаботно! Ну? Прямо и дышится даже иначе теперь! Не отношу сюда, естественно, мое воцарение в Анкарахаде… Это отдельно набухшая на мне мозоль.

После совершения Величия Света Нолд Темный, с улыбкой на устах, растворился в лунном мареве. Он, король, предавший Ураха, смог искупить свою вину перед Ним, направив нас, детей Всеотца, на путь воплощения Добра. Куда же делся Нолд Темный? Унесся ли его дух обратно в свою тюрьму – инфернального Бога–Идола в Червонном Капище или в какое–то иное место, мне неведомо. Впрочем я твердо убежден, что Нолд Темный, где бы он не находился, будет присматривать за нами и, как и прежде, наставлять нас.

У Соединенного Королевства, в лице нашей немногочисленной компании, был весомый повод отметить свой триумф, однако времени, чтобы чокаться фужерами с вином и поздравлять друг друга с успехом у нас не имелось. А почему? Ну, все же логично. Фарганорф сразу призвал меня чинить его остов Могильным Ремеслом (кости дракона–лича не потонули в энергетическом коллапсе Величия Света, но они хорошенько так потрескались). А все остальные взялись искать близ Тысячелетнего Грома раненых и оказывать им необходимую помощь – таких тоже было достаточно, так как Урах прибрал к себе только почивших людей и эльфов.

Потом, я кое–как отпросился у Старейшего Вирма Севера воздать последние почести Констанции Демей. Мы решили не хоронить ее в земле и не сжигать на деревянном одре, но уберечь в Кузнеце Ураха – как святую, отдавшую всю себя на борьбу со Злом. В удивительном комплексе галерей, закутков и залов, мы сыскали пустой реликварий. В нем, почти в самом центре Тысячелетнего Грома, и упокоилась Констанция Демей, в доспехах и вся обложенная цветами. И пусть ничто не потревожит ее вечный сон.

«Констанция из Ригиро, ты (уже не на вы) была такая же храбрая и справедливая, как и твой отец, мой дорогой друг, Говард Демей. Мы оба гордимся и восхищаемся тобой. Я – здесь, уже в воспоминаниях, а он там, обнимая тебя, в Мире Света».

Сейчас вечер первого дня Авантюрина. Я, Серэнити Темная, король Зеленого Королевства Салидас Аторэ, Тень (королевский шпион нашелся без сознания, но живой и невредимый), вылеченный магией Серэнити генерал–телохранитель Констанции Демей Аска, немногочисленные уцелевшие рыцари–плютеранцы и эльфы сидим подле ярко пылающего костра. На небе блестит звездная россыпь, а у подола Серэнити Корона Света (Великий инквизитор сняла ее с себя сразу после Величия Света). Семь изумительных алмазов–осколков Амасты испускают свое собственное приглушенное сияние… Невдалеке от нас, на травянистом холме, распластался Фарганорф. Его пустые глазницы и пасть клубятся красным, макабрическим паром. Он молчит.

Мы все очень уставшие, и одновременно веселые, взволнованные и грустные. Да, так бывает, что все эмоции переплетаются разом, и ты то плачешь навзрыд, то смеешься, как ненормальный. Вино из скатерти «На любой вкус», которую захватил с собой Салидас Аторэ, приходиться нам теперь как нельзя кстати. Да, самое время принять всем «по маленькой».

– Что же будет дальше? – тихо спросила сама у себя Серэнити, невидящим взором уставившись в небеса. Сегодня ее внимание было полностью поглощено неотложными делами и только сейчас, в эти самые минуты, Великий инквизитор вдруг осознала – она из рода Темных и потому…

– С престолом? Он ваш и народ узнает об этом, – прокашлявшись, сказал Аска. – Я видел… Все видели, что Урах выбрал вас нашей королевой. Да не абы когда, а на Величие Света! Это вы уничтожили Тьму! Для меня очевидно «кто» должен править в Шальхе Иль Градо и везде.

– Это не я, но Всеотец… Я лишь стала Его инструментом. Я – Великий инквизитор, а… не королева.

– Все меняется. Были монахиней, стали королевой. Так уж случается иногда. Первый раз что ли?

– Почему ты так это преподносишь? Меня никто не короновал. Да и вообще, чем я лучше Гильберта Энтибора, который претендует на трон? Ничем, ведь он тоже Темный. Гильберт сын Вальсы Энтибор родной сестры Элизабет Темной, отец коим был Кальвин, младший брат короля Клакацина.

– Вы угодны Богу, а Гильберт Энтибор… Он же нам столько крови пустил! Уму непостижимо! Его индюшачью башку уже давно пора отделить от раздутого тела! Мой Орден рыцарей–плютеранцев с Вами. И другие, я ручаюсь, будут тоже за Вас. Карак, Иль Градо, Хильд. Остальных заставим принять вас силой. Это всё ради всеобщего блага.

– Так говорить пока рано, – отрывисто обронила Серэнити. – Возможно, род Вильгельма и Констанции еще не прервался. Фабиан Темный в Вестмарке, и если он жив – законный король Соединенного Королевства – он, а не я.

– Для меня – нет, – отозвался Аска. – Не он, а вы.

– Это измена, – скривилась Серэнити, оправляя белоснежную прядь.

– С чего бы?

Аска потер вмятину на доспехе, а затем воззрился на Серэнити.

– Простите меня за мою бестактность, но кому как не мне, закаленному и старому вояке, рассказать вам, что Она эта за Вещь такая – солдатская верность королевскому Дому. Она мой ориентир уже как многие десятилетия, миледи. Я служил им; и Констанции Демей, и Вильгельму Темному… И так вот, один получил титул по наследству, а вторая по замужеству. Но никого из них Урах не помазывал на правление Сам. А Вас Он коснулся. У Вас Корона Света.

– Твое заявление чересчур прямолинейно. Повторю, Величие Света должно было произойти и Оно произошло. Факт того, что Корона Света, полежав на моей голове, сожгла Флейта – не делает меня королевой.

– Пусть так. Но, это важно. И уж, как ни крути, вы все равно королевской крови, – хмыкнул Аска.

– Как и Фабиан.

– Фабиан? Где он этот Фабиан? У вампиров в Вестмарке? А где она эта Вестмарка? Он уже не покинет ее, ваше величество.

– Не называй меня так!

Хлесткий запрет–укоризна Аску не поколебал. Он продолжил:

– Фабиан мертв. Смиритесь с этим. Такова воля Ураха. Это так с деревом бывает. Одна ветвь усыхает, но другая расцветает листочками. Вы тот самый листочек на молодой ветке.

Серэнити Темная задумалась, а Салидас Аторэ (я подарил ему фенечку–переводчик Бертрана Валуа, поэтому мы могли понимать его, а он нас), положив руку на плечо Аски, сказал:

– Ты настоящий воин и герой, Аска. Ты хочешь, чтобы твоя страна обрела мир. И я как никто другой понимаю тебя. Многое зависит от Серэнити, но ты не должен торопить ее с решениями. Сказать, я – королева, не так легко, как тебе кажется.

Салидас Аторэ поглядел на мою подругу.

– Однако если придет время так говорить – я буду подле тебя.

– Ты отправишься в Соединенное Королевство вместе с нами? – встрепенулась Серэнити.

– Да, и мне это будет за честь, – кивнул Салидас Аторэ. – Настала пора возобновить прежние договоры Зеленого и Соединенного Королевств. Как и встарь мы будем вместе, спина к спине, стоять против врагов наших государств. Калеб помог возродить Тумиль’Инламэ. И я никогда не забуду этого ни ему (я учтиво склонил голову), ни Королевству Темных. Как некогда мой отец Легия сопровождал Харальда, так и я не отступлю от тебя, Серэнити. Куда ты – туда и я.

– А как же Тумиль’Инламэ? На кого ты его тогда оставишь? – смущенно спросила Великий инквизитор.

– Я возвращусь домой, когда буду уверен, что в Соединенном Королевстве стало все спокойно.

– Это может произойти не так скоро, как ты думаешь, – усмехнулся я.

Салидас Аторэ с улыбкой сказал:

– Калеб, для меня и тебя понятие «не так скоро» несколько отличаются.

– Ну да, что такое человек для эльфа? Что вода в засуху – не успеешь оглянуться, а он уже в землю «ушел».

– Твой юмор черен, как сажа, Фиалковый рыцарь, – вновь улыбнулся король Тумиль’Инламэ, а Серэнити цыкнула:

– Шаттибраль, не забывайся, с кем ты тут говоришь!

– Приношу свои извинения

– Но если серьезно, то я не волнуюсь за Зеленое Королевство. На Величие Света Хрипохор и Вестмарка потерпели сокрушительное поражение. Все, кто в Великом Лесу раньше жил в тени их страха, теперь могут дышать во всю полноту груди. Я…

– Ты заблуждаешься, альв. Ибо я провижу, что Свет может быть без остатка поглощен Ночью, – вдруг рыкнул Фарганорф, опуская свой гигантский череп рядом с нами.