Порок справедливости

Глава 1

Осень даёт о себе знать. Вечер ещё не наступил, но солнце уже норовит уйти за горизонт. Совсем скоро небо обретёт цвет рясы лектора. Заглянув в свисающие рукава, я сразу сравнил жёлтые внутренности рясы с обителью Юрио на закате. Забавно. Окружающая тьма противостоит нашему богу судье – как же поэтично.

– Игнацио? – полушёпотом спросил мой сосед по парте. – Опять витаешь в облаках?

– Ску-ко-ти-ща, – еле вымолвил я, сдерживая зевок. – Мне кажется, или мы слушаем эту лекцию по истории образования РОН уже раз третий? Я бы лучше на криминалистике посидел.

– И не поспоришь. Тамошний лектор хотя бы периодически за пределы храма выбирается. После занятий с ним, даже на практических легче разобраться.

Я поймал, не особо воодушевляющий на продолжение разговора, взгляд преподавателя. Чарли тоже заметил, что несмотря на последний ряд, нас могли услышать; мы переключились на учебный процесс.

Через двадцать минут закончилось занятие. Я и не заметил, как толпа одногруппников, подобно течению, доставила меня по руслу коридора в холл университета. В нём величественно высокие, украшенные вензелями ворота, ведут в храм Юрио. Почти все университеты Республики Объединенных Народов (РОН) есть пристройки к его храмам, которые по совместительству могут заменять здания суда в деревнях.

Пройдя через ворота, я заметил, как пробивающийся через окно свет освещал лик Юрио на стене. Каждодневное отсутствие планов на вечер позволяло делать остановки для размышлений и разглядываний интерьеров.

Жёлто-красная голова змея внутри солнца смотрит на человека. Человек же плывёт на лодке в освещении луны. Он пытается достичь её лживый иллюзорный облик на морской глади.

Не вериться мне, что бог создавал нас такими специально: борющимися всю жизнь со своей сущностью. Это как-то не в духе судьи. Эх, главное не разглашать мои мысли более верующему окружению. Мне тут ещё учиться долго.

На выходе я обратил внимание, что Чарли сразу пошёл к общежитию.

Свежий воздух должен привести меня в сознание после занятий. Надежда на верность этой мысли заставила прогуляться по окрестностям.

Спустя десять минут колонны храма скрылись из виду. Только тонкая белая верхушка университетской части здания виднелась над крышами.

После утреннего дождя по всюду было полно луж. По самой большой из них, справа от меня, пробежала пара детей. Вот досада! Нижняя часть моего тёмно-синего плаща промокла. Пусть так. Не снимать же его и не идти в одних шоссах1 да котарди2 в такую слякоть. Цивилизованная страна, а всё равно по колено в грязи ходишь, как в каком-нибудь Корлене…

Только я пришёл в себя, как от здания неподалёку стали доноситься крики. Над дверью в двухэтажный дом из красного камня висела вывеска: Детективное агентство «Соколиный глаз». Любопытство заставило меня войти в здание.

Моя челюсть отвисла от изумления, а глаза выпучились, чтобы убедиться в правдивости увиденного. Затем ноги непроизвольно повели меня прочь из здания, но чувство отвращения взяло вверх над страхом и я, согнув ноги в коленях и держась на носочках пытался сдержать рвотный позыв. Мне случайно удалось укутаться в плащ так, что моя скромная персона не была видна. Со стороны мой силуэт походил на дрожащий булыжник. В таком положении я продержался пару секунд.

Я выглянул за край плаща. Всё помещение от прихожей до лестницы, поднимающейся из зала на второй этаж, пестрело разными оттенками красного, как одёжка палача крови. Труп за стойкой около входа. Труп у стены. Тело свисает с лестницы. Куда не взглянешь – лежат мёртвые.

Во время попыток оправиться я не замечал происходящего вокруг. Теперь же мой взор принялся воспринимать этот бедлам: тёмная фигура за лестницей, водопадом из ладоней, обрушивала огненный поток, который окутывал чудовище. Серого цвета туша – то ли вепря, то ли гигантского дикобраза, издала грозный рёв. Чудище с разбегу понеслось к магу за лестницей!

Я подбежал туда, чтобы попробовать как-то помочь! Было поздно. Горящее животное распороло мужчине живот, а само вопило от боли, катаясь на спине по полу. Через пару секунд крик стих.

Обыскав парня, я нашел его документы. Кайл Искринов.

– Мефодий… найди…Мефодия Сетина! – внезапно хриплым голосом произнёс Кайл. В следующий миг он перестал дышать, а открытые глаза уставились на потолок.

Мефодий Сетин. Точно, это же детектив, который недавно ушёл в отставку. Надо его найти! Если хотя бы часть, что я слышал о нём, правда, то он должен легко справиться с этим делом. Пока сюда никто не пришёл и не испортили все улики, я должен успеть добраться до его дома. С этой мыслью я аккуратно переместился к выходу, стараясь не вляпаться в кровь.

Через несколько минут я отдалился от агентства на приличное расстояние. Мерзкий запах уже будто успел забыться, но за те мгновения, что я пробыл в здании, моя одежда успела впитать этот смрад. Настолько утончённые нотки смерти в воздухе не вызывали у меня дискомфорта. Я был озадачен другими, более насущными вещами. Во-первых, по моим опасениям я – единственный свидетель! А настолько скудные показания, которые я могу предложить, вряд ли помогут следствию. Во-вторых, я не знаю, кто учинил минувшее зверство. Возможно, прямо сейчас, преступник следует за мной, чтобы устранить! Или я слишком высокого мнения о себе. Пока что, я не берусь оспаривать никакую версию.

Дорога казалась бесконечно длинной. Любой прохожий вызывал подозрения. Например, дама в синем упелянде3, из-за которого робко выглядывало красноватое платье. Наверняка она серийный убийца, который так и норовит пырнуть встречного ей студента. А я-то думал, чего Чарли такой нервный в последнее время? Он тоже раскрыл тайну девиц в синих упеляндах! Как он мог не предупредить своего друга?!

Мой любимый способ справиться с внутренней проблемой – посмеяться над ней, сработал как никогда ранее. Поток мыслей, который у большинства отдалял бы их от насущного, чтобы расслабиться, я направлял в корень проблемы и доводил его до абсурда. Когда закончу самотестирование метода «абсурдная паранойя» нужно будет запатентовать.

Мои поиски наконец-то увенчались успехом. Символ совы на двери украшал тощий двухэтажный домик с деревянной остроконечной крышей. Многие в городе обращались к Мефодию с мелкими личными поручениями, поэтому животное его дома было известно и мне.

Я несколько раз постучал в дверь, но в ответ получил тишину. Как только кулак в очередной раз прикоснулся к двери, она медленно отворилась, и меня поприветствовал взглядом мужчина почти два метра ростом. Его полуночно-синие глаза находились чуть ниже дверного проёма. Их мрачность в сумме с небрежной серо-чёрной бородой поселили внутри меня секундный страх. Этот страх был схож с чувствами добычи перед взглядом голодного хищника. Но стоило только вглядеться в общее выражение лица… Лик безысходности, потерянного смысла жизни. Казалось, что в любой момент он упадёт замертво от любого дуновения ветра.

– Что вам нужно? – скупо вымолвил он низким басом.

– Мне нужна ваша помощь в расследовании…

Дверь закрылась.

– Я от Кайла Искринова! – быстро выкрикнул я.

Спустя пару секунд тот же басистый грубый голос, уже с удивлением, донёсся из-за двери:

– От Кайла?

– Да, когда я был в вашей конторе он, умирая, попросил найти вас!

Мефодий вышел на улицу. Ранее недоступный моему взору головной убор бывшего сыщика теперь был хорошо виден, несмотря на тусклый свет заходящего солнца. Тёмно-красный тюрбан4 хорошо сочетался с синим упеляндом, суженным чёрным ремешком.

– Что там случилось? – спросил Мефодий.

– Какой-то монстр устроил резню.

– Монстр? О Юрио, что за этакие испытания…

Моё, хоть и неуместное любопытство побудило задать вопрос:

– А почему вы ушли в отставку?

– Проблемы со здоровьем.

– Вы не выглядите раненым или подверженным лихорадке, – заметил я. – Что же иное могло вынудить уйти с поста самого известного детектива города?

– Самый известный? – спросил он, будто у самого себя.

После недолго молчания он продолжил:

– Ещё свидетели есть?

– Нет, – твёрдо ответил я, хотя был не уверен, что никто из жертв бестии не смог сбежать. – Уже поздно, думаю, до завтра туда никто не заглянет, так что вы спокойно сможете всё осмотреть.

Мефодий бросил на меня взгляд полный непонимания.

– Завтра к девяти утра встретимся у агентства. Об увиденном со всеми подряд не трепись.

– Что? – с нотками возмущения прозвучали мои вопросы. – Следующие два дня у меня выходные, но по какой такой причине я понадоблюсь там?

Он ткнул в меня указательным пальцем так, что я чуть ли не пошатнулся и ответил:

– Ты – единственный свидетель. Твоя жизнь под угрозой. Хочешь жить – делай то, что я говорю!

Мефодий резко развернулся, зашёл к себе в дом и громко захлопнул дверь. Я, не привыкший к такому тону, был в замешательстве. С одной стороны, я понимал, что он прав, а с другой какой-то огонёк внутри меня хотел устроить бунд. Подобно младенцу, чей чуткий сон может прерывать любой звук, огонёк постоянно просыпался и просыпается изо дня в день, когда ему не следует. Но этот принцип, нарушающий порядок вещей – норма для внутреннего мира человека. Тот огонёк был другим. Будто медведь, впавший в спячку, дожидался своего часа и вот наступила долгожданная весна! Теперь он может выйти из своей берлоги. На пороге же я разглядел его сущность. Он обладал характером быка, перед которым красная тряпка. Мне же эти эмоции чужды. Даже тайно от других я не хочу иметь их в себе!

Близился комендантский час. Отсутствие с собой факела заставило меня незамедлительно отправиться к общежитию. Не хватало мне ещё портить отношения со стражей.

Шёл я по уже изведанному сегодня маршруту, поэтому дорога не составила много времени. Мне даже удалось не вляпаться в очередную лужу. Благодаря этому мой плащ успел немного подсохнуть и закрепить на своём кончике игривый аромат крови с места преступления.

В бурсе, когда я шёл по коридору на меня сразу же обрушился град вопросов от встретившего меня соседа по комнате:

– Игнацио! Где ты пропадал? Чего у тебя такой задумчивый вид?

– Гулял. Дети плащ замарали, вот и настроение подпортилось. – ответил я Чарли, скорчив грустную гримасу и тяжело вздохнул.

– Ну ладно, врать ты не любишь, так что приставать по пустякам не буду. – сказал Чарли и пошёл в нашу комнату.

Мне не нравилось врать, тем более другу, но безопасность в этом вопросе стоит выше. Чарли и так недавно стража задерживала за какое-то хулиганство. Не хотелось бы ненароком втянуть его в это дело.

Свет в комнате уже был затушен, так что мне оставалось только присоединиться к жителям сонного царства. Несмотря на усталость, засыпать пришлось очень долго, из-за небывалого фонтана эмоций, которые я обычно переживал за месяцы. Так закончился день, в который началось самое важное расследование моего города, а может и всей страны.

Глава 2

Ослепительное солнце разбудило меня самым ранним утром. Отличная возможность не опоздать на встречу с Мефодием. Вчерашним вечером мне ещё казалось, что у меня есть выбор. На свежую же голову быстро пришло понимание. Я хотел отдалить момент принятия бытия, таким каково оно есть. Можно ли сказать, что это не моё дело? Теперь уже точно нет. Начиная с той секунды, когда я откликнулся на крик? Когда пошёл на поиски следователя в отставке по указке умирающего человека? Думаю, второе. Из-за гражданского долга перед страной, которая дала мне достойную жизнь, будучи сиротой с младенчества? Страха смерти? Неважно! Главное – назад уже не повернуть.

Из вещей мне мог понадобиться только энтрапий5. Я взял припрятанный мешочек пыли, который оказался лишним после выполнения одного практического задания в университете.

Мне приходилось слышать о том, как обстоят дела с топливом для магов в других странах. Честно сказать, сложно представить жизнь, когда нельзя купить такую важную вещь для энрона6 на рыночной площади. Эта экономическая особенность, конечно же, связанна с парламентарной системой РОН, но разве так сложно внедрить настолько удобную вещь в монархическое королевство по типу Корлена? Эх… поэтому мне не бывать политиком.

Нарядившись в свой любимый и единственный плащ, поверх серого котарди, я отправился к «Соколиному глазу». Вскоре, я присоединился к тени, падающей от здания агентства.

Прошёл час. Ранее прохладное место стало невыносимо жарким, от постепенно приближающегося к зениту солнца. Моё терпение истощилось, и я вошёл в дом.

Справа от порога, облокотившись на стену, лежало тело Мефодия! Я подбежал к нему, и…он был холодный. Я приставил ухо к груди. Прошло несколько секунд. Сердце ни разу не стукнуло.

По вискам двигались струйки холодного пота. Ноги подкосились, и я рухнул на колени. Одной рукой я вытирал лицо, а другой сжимал клок чёрных волос, от чего растрепал уложенную причёску.

Через минуту я поднялся и подошёл к первому попавшемуся на пути трупу. В ходе его обыска не нашлось ничего интересного, кроме небольшой суммы денег и документов, которые мне ни о чём не говорили.

– Начинать поиск улик с секретаря? Не самая лучшая идея. – позади донёсся тихий голос с явной саркастичностью в интонации.

Я резко повернулся и увидел, как медленно приподнимался Мефодий.

– Ч-что? – испугано прошептал я. – К-как?

– Калганисова настойка. Один глоток, и ты уже между жизнью и смертью.

– Это же почти яд! – разведя руками, воскликнул я. – Зачем?

– Во-первых, это больше анестезия чем отрава. Во-вторых, у всех свои методы ведения расследования. По итогу эксперимента тебя из списка подозреваемых я вычёркиваю. Кстати, тебя как звать? – спросил он, наклонившись к трупу на полу.

– Игнацио. – ответил я слегка дрожащим голосом от недавнего испуга.

– Этот не похож на детектива. Возможно, клиент. Попробую на нём «некроскопицизм» использовать. – рассуждал Мефодий, подойдя к трупу недалеко от входа.

– Магия пространства?

– Нет, это призыв. Вызов духа из мертвеца, который будучи подчинённым заклинателю выполнит команду. Тесты на предрасположенность к подобным заклятиям проводят перед третьим курсом.

– Да, через год я тоже их пройду, чтобы знать все свои возможности и выбрать подходящую специализацию. – сказал я, и что бывает редким, задумался о своём будущем.

Мысли быстро прервал ритуал, проводящийся в метре от меня. Мефодий завёл руки за спину и взмахнул дугой снизу-вверх, вытянув сжатые в кулаках пальцы вперёд. Из тела вышел аморфный дух. Он был полупрозрачным туманом серого цвета. Периодически форма его складывалась в гуманоидную, менялась тональность серого и уровень прозрачности как в большую, так и в меньшую сторону. Не издавая ни звука, он иногда смотрел вырисовывающимся ликом на Мефодия.

Видимо, на мысленном уровне детектив отдал приказ духу, потому что внезапно туман начал перемещаться. Сначала он остановился у открытой клетки. Она валялась неподалёку от мертвеца, чей дух был вызван. После этого, призрак стал метаться от трупа к трупу в определённой последовательности, пока не остановился над Кайлом Искриновым и тушей монстра. Через несколько секунд туман расселся.

– Уолтер Делов. – прочитал Мефодий из документа, который держал в руке. – Значит, он пришёл в агентство, выпустил чудище из клетки, которое поочередно убило всех, включая его самого… из вещей с собой только крупная сумма крон, примерно тысяч пять.

– Думаете это плата за то, что он сделал?

– Да. У клетки прутья только на открывающейся части, и она была накрыта тряпкой, скорее всего. Кроме странных звуков, которые могла издавать любая живность, ничего подозрительного он мог не заметить. – отметил детектив, осматривая клетку.

– Видимо его смерть была в планах заказчика. Полное устранение свидетелей… – отметил я.

– Профессионал. – сказал Мефодий и подошёл к туше чудовища. – Огромная челюсть и крепкие лапы. Среди короткой шёрстки покров из острых игл, а самые длинные из них на голове, в частности на носу. Это игланос. Они живут в горах и пещерах под ними. Откуда такой зверь в городе?

– Видимо это работа чистильщиков. – предположил я.

– Значит навестим их гильдию.

Мефодий закончил осмотр зверя и случайно провёл рукой над шипами. В мгновение мизинец отделился от левой руки! Свежая кровь размывала запёкшуюся кровь под ногами. Мефодий оторвал кусок рукава и перевязал им рану. Стиснув зубы, он терпел боль, а я никак не мог ему помочь.

Он немного порылся в своих вещах и достал пузырёк, который осушил одним глотком. В отличие от сказочной алхимии – это всего лишь медицинское снадобье, и волшебными эффектами не обладает. Нам нужно было спешить, чтобы он быстрее вернулся домой. Однако, пока проходил процесс первой помощи, ему на глаза попалось тело Кайла Искринова. Он подошёл к трупу и присел рядом с ним.

Теперь вместо красных капель на засохшую кровь на полу падали солёные слёзы.