Звезда Сварога. Быль третья
- -
- 100%
- +
Яромир с ужасом осознал, что самому ему было уже не освободиться…
Трясущийся в страхе от происходящего Эйда с устрашающим воплем бросился на помощь.
Истошные вопли, несущегося со всех ног Эйды отвлекли Лихо.
Тварь ослабила хватку и свободной лапой наотмашь отшвырнула Эйду.
Будто пушинка на ветру, сын кузнеца пролетел через пещеру, хорошенько приложился головой о каменную стену и потерял сознание.
Выигранного Эйдой времени, Яромиру хватило времени с лихвой.
Резким движением, он сорвал костлявую на ощупь лапу Лиха с шеи, от чего на коже остались посиневшие пятна и длинные глубокие царапины от когтей. Приложил большое усилие, и ногами зашвырнул не ожидавшую сопротивления тварь обратно в глубину пещеры.
Расслабляться нельзя. Либо ты, либо тебя… Яромир на всю жизнь запомнил этот совет слепого воина Ховалы.
Покряхтел, поднялся на ноги, огляделся.
Не успел Яромир сделать и пары коротких вдохов, как Лихо снова напало. На этот раз со спины.
Если бы не толстый тулуп из медвежьей шкуры, то когти твари прошили бы его плечи насквозь, но даже так Яромир почувствовал, как они глубоко впились в мышцы.
Лихо всё сильнее и сильнее сдавливало Яромира, от чего ему вновь стало тяжело дышать.
Не придумав ничего лучше, Яромир саданул Лихо затылком и всем весом повалился на спину, во всё ещё продолжавший гореть костёр.
От прикосновения языков огня тварь подняла истошный визг, и её хватка немного ослабла.
Яромир крепко схватился за невидимые лапы Лиха, скрутился и размашисто шандарахнул его о каменный пол, обернулся вокруг себя и вышвырнул тварь на улицу.
Сам едва стоя на ногах от полученных ран, Яромир подскочил к Эйде:
«Хоть бы ты был жив?» – Яромир лихорадочно старался нашарить его пульс и с облегчением выдохнул, когда, всё-таки, нашёл. – «Если ты есть, Перун, щука, помоги! Отец мой небесный, я уже задрался…!»
Хотя, кого он обманывал, никакими молитвами здесь уже не поможешь…
Яромир на бегу подхватил меч с пола и выскочил следом за чудищем.
Тусклое солнце уже почти скрылось за горизонтом, но и этого света хватало, чтобы ещё хоть что-то можно было разглядеть сквозь непрекращающуюся метель.
Мокрый снег лип к лицу и застилал глаза, но Яромиру это оказалось только на руку.
Только сейчас тварь оклемалась и поднялась из сугроба, наконец-то позволяя разглядеть себя.
Доселе незримое Лихо от налипшего пятнами снега стало очень даже видимым.
На голову выше Яромира, с длинными худощавыми конечностями и неестественно длинными пальцами, такое же скелетоподобное тело с хаотично трясущейся головой – тварь наводила на Яромира неподдельный ужас.
Тут же на память пришёл водяной с Туманных топей. Как говорит Бор: «какой только херовины нынче не водится…»
Лихо неожиданно остановилось и яростно засвистело.
К нему пришло осознало, что из-за снега Яромир теперь может его видеть…
Недовольно фыркнуло, попыталось стряхнуть снег – бестолку.
Скрываться больше не имело смысла, и Лихо со свистом сбросило маскировку.
Сейчас Яромир оказался одним из немногих, когда-либо живших в Сварге, кому удалось увидеть истинный облик этой жуткой твари, оставаясь при этом с ещё целыми глазами…
Тело лихо покрывала короткая темно-зеленая шерсть. На уродливой, патлатой голове поблескивал единственный кроваво-красный глаз, сразу под которым не менее отвратительно искривился зубастый рот.
«Почему ты не нападаешь?» – Яромир пристально изучал каждую малейшую черту и старался уловить каждое движение существа. – «Ты не можешь!»
Тонкие, как палки, лапы Лиха глубоко тонули в снегу, от чего оно не могло уже так ловко передвигаться.
Яромир нутром чувствовал, что тварь жаждала как можно быстрее вернуться в логово.
Позволить ей этого он никак не мог.
Только здесь, в снегу, в этой заколдованной метели, у него был хоть какой-то шанс…
Лихо оступилось, увязло в очередном сугробе и Яромир тут же бросился в атаку.
Он рубил и колол, но тварь ловко уворачивалась и отбивала все его удары.
Само же Лихо опасно размахивало лапами, не позволяя Яромиру приблизиться на опасное для него расстояние.
Оно, хоть и медленно, но продолжало настойчиво оттеснять Яромира к пещере.
Яромир рванул на опережение. Острый коготь полоснул по лицу, оставив на щеке глубокий порез.
Отскочил. Попробовал снова.
Сделал обманное движение, нырнул под лапу, отбил вторую, но получил коленом в грудь, от чего откатился на несколько шагов назад.
И вновь Яромиру на помощь пришел, уже изрядно измучивший его за сегодняшний день, снег.
Яромир откатился в сторону, смял в кулаке снежок и, прицелившись, метнул его прямиком в красный глаз твари.
Лихо злобно засвистело и схватилось лапами за морду.
Сам удивившись своей удаче, Яромир решил не мешкать…
У него было лишь мгновение, и он им воспользовался.
Сделал затяжной прыжок и короткий выпад.
Он едва коснулся краешком лезвия глаза Лиха и этого оказалось достаточным.
Тонкая оболочка глаза лопнула, как переспелый крыжовник.
Тварь оглушительно засвистела, вцепилась в морду и на землю заструилась чёрная кровь порождений Забвения.
Лихо выло, бросалось из стороны в сторону, в надежде достать ненавистного Яромира, но испытало несколько неудач и в конце концов замерло на месте.
Яромир сделал тоже самое и старался не то, что не шевелиться – даже не дышать…
Он очень-очень медленно наклонился к ногам и бросил очередной снежок в сторону.
Только он приземлился, как Лихо, с быстротой молнии, рвануло на звук.
Даже будучи незрячей, тварь представляла собой огромную опасность.
«Что ж, пан или пропал…!»
Яромир перехватил клинок обратным хватом, изготовился и, что есть мочи, вырвался из снега.
Хрустнул снег под его ногами, и Лихо мгновенно бросилось на встречу.
В воздухе Яромир обернулся вокруг себя и гулко рухнул в сугроб.
Рядом с ним приземлилась голова Лиха, а в паре шагов впереди распласталось и тело.
– Яромир, Яромир!
Эйда, прижимая здоровенную шишку на затылке и заметно хромая на левую ногу, несся ему на встречу. Только он поравнялся с трупом Лиха, как содержимое его желудка тут же вырвалось наружу.
– Фу, ну и вонища! Как это оно здесь?! А ты как тут?! Что я пропустил-то…?!
– Эйда, будь другом, захлопни варежку… – Яромир бросил на Эйду строгий, усталый взгляд, но приметил, что того всё ещё колотит от страха. – Можешь выдохнуть. Всё кончилось.
– Как ты его… – восторженно протянул Эйда, с любопытством разглядывая патлатую голову Лиха. – Мамка в детстве рассказывала, что Лихо – боги среди чудишь и только истинным богам их под силу упокоить.
– На то они и сказки, чтоб таких наивных детишек, как ты, стращать! – Яромир отёр клинок о стремительно охладевающее тело Лиха. – Каждую тварь можно порешить. Стоит только найти правильный подход… Ты цел?
– Вроде… В целом, да! Только вот нога…
– Хоть голова, хоть жопа! – по спине Яромира вновь пробежал неприятный озноб. – Нужно уходить!
– Зачем?! – Эйда жалобно округлил глаза. – Лихо мертво! Можем же переждать спокойно? Тем более, на себя посмотри! Ты ведь ранен!
– Ветер стихает, метель скоро кончится… – как будто не слыша его пробубнил под нос Яромир, направляясь ко входу в пещеру. – Жди тут, сейчас вернусь!
Он поспешно скидал разбросанные вещи на волокушу, привязал тушу лося к поясу и не оглядываясь покинул злополучную пещеру.
– Залазь и держись крепко, а я нас уж как-нибудь да выведу! – скомандовал Яромир Эйде и повыше поднял воротник. – И смотри, вот это не потеряй… Оно нам надо!
Яромир протянул Эйде, уже успевшему вскарабкаться на тушу лося, голову Лиха.
С великим отвращением он её принял, наскоро замотал в тряпки волокуши, спрятал между ног и, взявшись за рога, старался голову вниз больше не опускать.
Да чего уж там говорить: дышал он тоже через раз…
Яромир рассмеялся, насколько сил хватило затянул ходуны на ногах, дал натугу, и волокуша с трудом покатилась по снегу.
Они торопливо растворились в метели и уже не слышали, как за их спинами раздалось слабое рычание и не видели, как обезглавленное тело Лиха скрылось в темной глубине пещеры, оставив на снегу длинный след чёрной крови.
Глава 4: «Как и все женщины…»
Чёрное солнце.
Вестник возвращения Чернобога в Сваргу.
Оно будто бы отражало весь гнев и обиду, что так неистово рвали его изнутри и рвались наружу.
От целебного отвара Ядвиги Яромир провалился в сон и, открыв глаза, вновь увидел это преследующее его по пятам небесное явление.
Ну, кого Сварга решила показать ему на этот раз?
– Отче, отче! – в высокий белокаменный зал вбежал запыхавшийся мужчина, с аккуратно собранными очельем золотистыми волосами. – Они здесь! Нужно готовиться к сече!
– Оже это, сын? – глубокий, раскатистый, могучий голос наполняла невиданная Яромиром сила. – Страх? Неужто ты, сварожич, испугался битвы?
– Их тысячи, отче! – мужчина припал на колено возле величественного маестата, на котором восседал тот, в ком сейчас был Яромир. – Макош ведь предрекала этот день. Великая Асса пришла к нашему порогу. Ты должен повести нас в бой, отче!
«Сварог?!» – изумился про себя Яромир и где-то в глубине души загорелось ярое желание вырваться из тела и посмотреть на «отца небес» своими собственными глазами…
– Негоже, Славомир, тешить в себе тревогу. – Сварог сохранял поразительное спокойствие, отдающее безграничным величием. – Чернобог нам не враг, лишь брат, заплутавший во тьме.
– Но, отче, он привёл за собой войско! – продолжал настаивать на своём Славомир, стараясь не смотреть в суровое, мудрое лицо Сварога. – Многие из наших примкнули к нему…
– Чему быти, сын, того не миновать! – Сварог тяжело опёрся на подлокотники трона, взялся за рукоять на вид увесистого молота, стоящего возле маестата, и медленно двинулся в сторону балкона.
Славомир покорно последовал за ним.
Высокий балкон, больше походивший на смотровую площадку, располагался практически под самой вершиной Старграда.
С этой высоты взору Сварога открывались сотни вёрст вокруг. Отсюда он смог оценить и весь масштаб угрозы…
Многотысячное войско нечисти Забвения, великанов и волотов. Десятки громадных чудовищ, пышущих огнём и плюющихся ядом. Боги и полубоги, что поверили в правоту Чернобога и пошли против него – «Творителя неба», против воли Рода-творца…
– Энто было предрешено… – с едва заметной грустью проговорил под нос Сварог. – Ты ведаешь, сын, чем сей день окончится. Оже не произойдёт, а завтра, с восходом солнца, наступит новый день и аз должен быть в тебе уверен.
– Аз справлюсь, отче! – твёрдо заверил Славомир. – Может она всё-таки ошиблась? Может нас всех ждёт совсем другой исход? Решим всё миром…
– Творец наделил Макош исключительным знанием, и ты знаешь, оже не нам перечить его воле. Помыслы брата извращены и затуманены… Аз виновен в том, оже, прогнав его, сам навлёк на нас эти беды. Теперича, аз должен ответить за свою недальновидность и заносчивость. Посему, сейчас произойдёт то, оже должно. Аз к этому готов! Желаю, абы был готов и ты.
– И всё же, одумайся, отче! – вновь взмолился Славомир. – Ведь нет никакой нужды проливать кровь. Сколько должны будут сложить сегодня головы?!
– Ровно столько, сколько решил Творец. – холодно и с полной серьёзностью ответил Сварог. – Пойми, сын. Еже мы сейчас не встанем супротив орды Чернобога, то мироздание рухнет и последствия от этого станут необратимыми для всех миров. Аз чую, оже Творец смотрит на нас и всё идёт согласно его замыслу… Не нам противиться его воле… Так или иначе, Чернобог не отступится. И ты продолжишь мной начатое, Славомир…! Да будет так, да начнётся сеча!
Сварог замахнулся и с силой опустил молот на балконное ограждение.
Стены Старграда содрогнулись и наполнились оглушающим, мелодичным гулом и звоном.
Из Алатырь-камня, что покоился в вершине свода, в небо ударил столб яркого-белого света, разгоняя огненно-фиолетовые тучи вокруг города и близлежащих земель.
В навершие молота вспыхнула огнём Звезда Сварога, покрывая языками пламени и весь остальной боёк.
Сварог нахмурился и Яромир почувствовал, как невиданная сила заструилась по его жилам.
Даже могущество Перуна показалось ему в этот момент каплей в море, по сравнению с той силой, что сдерживал в себе Сварог…
На левой руке небесного творца засверкало печать из небесного алмаза и вверх по руке, чешуйка за чешуйкой, пополз невиданной красоты доспех.
Мгновение и Сварог уже был полностью готов к предстоящему бою.
Он запрыгнул на балконное ограждение и бесстрашно шагнул в пустоту.
Бесстрашие Сварога и непоколебимая уверенность в собственных силах поразили Яромира, как восхитило и ощущение полёта, что для него длилось будто целую вечность.
Сиганув с высоты целой горы, Сварог приземлился вниз, оставив под ногами глубокую вмятину в земле.
«Надо же…» – промелькнуло в сознании Яромира. – «Он даже и глазом не повёл…!»
За его спиной, под звуки боевого рога, распахнулись ворота Старграда и на поле брани выехали сотни колесниц.
В их главе, на запряженной огненными скакунами колеснице, мчался Хорс – хозяин солнца, вооруженный огромной огненной косой. По левую руку от него, не отставая, гнал своих водяных скакунов Днепр – повелитель морей, умело размахивая копьём из неизвестного Яромиру металла.
Будто сама мощь океана была заключена в искусно выкованное оружие.
Следом за ними, нескончаемым потоком вышли и остальные боги и полубоги, люди и зверолюды, великаны и подгорные жители.
Яркая вспышка, и рядом со Сварогом из огненного вихря вышел огромных размеров лис с огненными крыльями.
– Семаргл. – с нескрываемым уважением поклонился товарищу Сварог.
– Аз чаял, оже этот день настанет гораздо-гораздо позже… – неестественным голосом ответил ему огненный лис.
Тут же, с другой стороны, с неба рухнул высокий воин, закованный в золотой кольчужный нагрудник. От его приземления земля под ногами Сварога содрогнулась, но он даже глазом не повёл.
– Наконец-то добрая сеча! – с нескрываемой радостью захрустел кулаками величественный витязь, поправляя покосившийся набекрень шлем. – Надеюсь, оже будет добро никому пощады не давать?! Так ведь, отче?
– Яровит… – раздражительно закатил глаза Семаргл. – Оже не сеча, такт обязательно кому-нибудь надо чего-нибудь да поломать…
– Откуда же тебя такого правильного вытащили-то?! – насмешливо подбоченился Яровит. – Явно матушка Зимун излишне долго с тобой сюсюкалась, мой дорогой брат!
Глаза Семаргла в ответ полыхнули огнём, что лишь ещё больше развеселило задиристого Яровита.
Неожиданно, на той стороне бранного поля, воин, которого Яромир не сумел разглядеть, вскинул клинок к небу и из него, прямиком в чёрное солнце, ударил столб чёрного света.
Извращённое светило дрогнуло, увеличилось в размерах и, из самого его сердца, выполз невероятных размеров крылатый ящер, с такой уродливой рогатой головой, что Яромира бросило в дрожь от ужаса.
Чего нельзя было сказать о Свароге.
– Оже ж, – небесный отец натянул печальную улыбку. – Вот и Скипер-змей пожаловал к столу… Теперь можно и в пляс…!
Сварог вскинул молот к небу и из бойка вырвался столб пламени, следом за которым войска с обеих сторон ринулись в бой…
***
– Ай, щиплет же! – Яромир проснулся от резкой боли, когда Ядвига вложила в порез смесь полыни и столетника. – Смердит ещё так…!
– Давно-ли могучий богатырь, в одиночку притащивший тучу в шесть десятков пудов, стал таким нежным? – улыбнулась Ядвига и поцеловала его в здоровую щеку.
– Но ведь можно же веточку шалфея добавить? Он бы всю вонь на себя забрал…
– Не ёрничай! Я ведь тебе не указываю, какой стороной меча нужно в чудище тыкать! Хоть живыми вернулись…
– Я обещал, – я сделал! Правда, до сих пор не отпускает странное ощущение, что Лихо продолжает за мной следить…
– Сделал он… – недовольно пробубнила Ядвига. – Князя леса угробил и рад.
– И так тошно, – Яромир обидчиво отвернулся. – ты ещё издеваешься…
– Если только самую малость. – Ядвига одарила его лёгкой, слегка ехидной улыбкой.
– Знал бы – воротил всё назад.
– Содеянного не воротишь. Отдадим ему должное: его мяса людям хватит на долго, но, из уважения к древнему зверю, рога Аяру мог и не отдавать! Что, если бы твоя голова так же болталась над вратами Слав-города…?
– Знаешь, если бы Аяр так люто на тебя бранился, когда я вернул Эйду домой, то ты и не только рога бы отдала…! – Яромир с наслаждением допил оставшееся в кружке ягодное вино. – Ну да, приколотил к забору, да и пёс с ними. Куда ещё их такие громадные девать? Как раз только если к князю в палаты, над маестатом водрузить, чтоб издалека было видать, какими рожищами его Марина наградила!
– Надеюсь, что твой долг перед кузнецом уплачен и мне больше не придётся скакать между вами, как вестовой вороне?
– Спрашиваешь ещё! Теперь я для Аяра самый дорогой друг на всём белом свете! Хитрая, старая лисья морда… Что торгаши за народ такой? Будет в глаза улыбаться, пока от тебя прок какой есть, а только чуть жареным запахнет, так первым камень кинет!
– Смотри, не наживи себе новых врагов…
– Если ты про старшину, то бояться нечего. – Яромир скривился, когда Ядвига перемотала одно плечо и нехотя подставил второе. – Он занимается своим делом, я – своим. И нос куда попало стараюсь не совать.
– Это ты так думаешь! Видел бы, как они переглядывались с Добромилом, когда Эйда тряс головой Лиха перед толпой.
– Ему бы в скоморохи, а не в кузнецы… – недовольно пробурчал Яромир и нахмурил брови. – Люду только дай потрепаться… Так недолго и до князя весть дойдёт, что витязь лихоборец в Темнолесье поселился. Тут же всех собак спустит!
– Может Игорь уже и не держит на тебя зла?
– Игорь-то может и не держит, а вот Кривжа… Слыхала, что брат его целым воеводой сделал?
– Сделал и сделал. Выбрось из головы. Мы за множество сотен верст от них, а у князей и воевод явно забот побольше, чем гонять какого-то ловчего по воняющим тиной болотам. Но со старшиной ты, всё-таки, держи ухо в остро. Я волнуюсь за тебя… Он далеко не глуп и понимает, что уже совсем не молод, а на его земле появилась новая сила, с голосом которой волей-неволей нужно будет считаться. Тем более, что сейчас ты у местных в почёте, как никогда. Кто знает, вдруг завернёт где-нибудь, чего-нибудь и сбрендит с концами…
Ядвига неожиданно резко затянула повязку на втором плече. От боли Яромир не сдержался и протяжно заскулил.
– И вообще, ты сам виноват! Я ведь предупреждала о метели…
– Ну точно колдунья! Знаешь, как я поступаю с прелестными колдуньями?! – Яромир подмял смеющуюся Ядвигу под себя и крепко поцеловал. – Или ты провидица, как Лада?
– Скажи ещё, что красива, как Жива? – глаза Ядвиги загорелись желанием и она игриво прикусила губу.
– Она бы тебе и в подмётки не сгодилась!
– Тогда я уже предвижу, что будет с нами дальше…
Ядвига перевалила Яромира на спину, медленно сняла ночную рубаху и ответила таким же страстным поцелуем.
Съеденная на ужин лосятина, терпкое вино и вскружил им головы. Под дурманящее тление лучины, пахнущей малиной и крыжовником, они растворились друг в друге…
***
Под приятное потрескивание поленьев в печи Яромир медленно водил пальцами по её нежной шее, запускал их в шелковые волосы и спускался к плечам, от чего всё её тело дрожало и покрывалось мурашками.
Сейчас он был счастлив, как никогда, но странное чувство приближающейся беды никак не отпускало его с самого возвращения.
Яромир нервно задергал ногой, чем привлёк внимание Ядвиги.
– Мой хороший, что тебя тревожит? – она повернулась к нему лицом и нежно положила ладонь на щёку. – Я сделала что-то не так?
Яромир глубоко и протяжно выдохнул.
– Как Лихо очутилось в наших краях?
– Так же, как и все остальные: заплутало или мужичье пригнало.
– Ха-х! Нет уж. Только человек может просто так взять и потеряться. Такая тварь, как Лихо, и десяток мужиков в мгновение ока пошинкует. – Яромир сел на край лежака. – Я вспомнил, что отец про них рассказывал. Лихо – создание исключительного могущества и ума и только богам удавалось обуздать их волю. Несмотря на всю силу Лихо стараются держаться подальше как от людей, так и от других чудовищ, так как надменно считают себя выше всех. Они буквально мнят себя богами среди хищников и покидают убежища лишь тогда, когда появляется кто-то, кто способен это оспорить…
Яромир неожиданно замолчал, побледнел и нервно затрепал волосы.
– Хочешь сказать, – взволнованная Ядвига подсела рядом с ним. – что оно искало тебя?
– Как ещё можно всё объяснить?! Теперь всё сходится… – Яромир заметался по комнате. – Боги давно сгинули, значит никому из них дорогу перейти я не мог. Поэтому, когда я упокоил водяного, то привлёк внимание Лихо. Оно учуяло во мне достойную добычу. Тогда-то оно пришло к отцу, туда, где мой запах был повсюду… Отец умелый воин и, чтобы уйти живым, спалил двор. Мера крутая, но другого пути у него не было. Я бы сделал тоже самое. Тварь его преследовать не стала, ведь он был ей не нужен. Грива оказался прав: не Патша убил Верею. Старый волк твердил, что чуял смерть, чужой, неизвестный ему запах. Вот оно – Лихо! Если эта тварь пришла именно за мной, то с пустыми руками она возвращаться явно не собиралась. Скорее всего, Лихо притаилось в округе, в надежде дождаться моего возвращения. Волей случая, Верея зашла на его владение и Лихо напало. Патша же оказался в ненужном месте в ненужное время…
Яромир остановился посреди комнаты, сел на пол и снова схватился за голову:
– Я жестоко расправился с ним… – мрачно прошептал он. – Чем же тогда я лучше него? Такой же убийца?
– Они с братом, – Ядвига села напротив и прижала его руки к губам. – насиловали, грабили и жрали людей! Он получил по заслугам!
– Ты не понимаешь… Тогда мне было на это наплевать. Они приковали меня к дереву, били и пытали, голодом морили, но знаешь, что меня подняло – лютая ненависть! Одна единственная мысль крутилась в голове по кругу, что Патша должен поплатиться за жизнь Вереи, чего бы мне это не стоило. Родной брат предал меня? Изувечили моего лучшего друга? Я не смог спасти сраного языка и того громилу, Нова, разорвали на части прямо у меня на глазах? Плевать! Мной двигала лишь месть…
– Ты так сильно её любил?
– Возможно… – Яромир замялся и потупил взгляд. – Может, просто помешался… Не могу объяснить, но почему-то она никак не хотела выходить из головы, хоть и знал я её всего ничего. Гришка таскал меня по бабам и все, как одна, – пустые, жадные до звона монет, готовые на всё, лишь бы выбраться в свет. Только в Верее я видел искреннюю нежностью и доброту. Да, самая чистая, открытая и до ужаса наивная девочка. Она заслуживала любящего мужа и спокойной жизни в окружении оравы детворы, а не этого всего…
– Как женщина, открою тебе тайну … – Ядвига осторожно поцеловала его. – Это ты, Яромир, наивный и добрый мальчик. У Вереи не хватало ни сил, ни смелости, чтобы вырваться из-под гнёта матери и в тебе, чужаке, она увидела того, кто может дать так желанную ей свободу. Добрая улыбка, наивный взгляд, дрожащий голос, хитрость и коварство – настоящая женщина… Она прекрасно знала, что с лёгкостью завладеет тобой. Так и вышло. Для неё ты был всего лишь орудием и не более… Не зная нашей природы, ты полюбил выдуманный образ. Сотворил для себя идола. В лице этой девочки ты собрал собственные желания, устои и надежды, и так яро в них поверил, что готов был расстаться с жизнью. Скажи Патше спасибо: он разрушил твою сказку и открыл глаза на мир! Только хватит уже жить прожитым. Ты больше далеко не тот наивный мальчик! Мужчина…, мой мужчина…, в одиночку одолевший Лихо, гроза всей нечисти, потомок самого Сварога! Живи полной жизнью, мой хороший, радуйся каждому мгновению… Я же всегда буду с тобой рядом…
– Ты тоже хитра, – Яромир слегка нахмурил брови. – и ужасно коварна!
– Как и все женщины! – Ядвига мило улыбнулась и потянула Яромира обратно, на лежак, – Как и все женщины…
Глава 5: «Кто-то, что-то ещё хочет сказать?»
Ему повезло.
Хозяин бросил свежих костей, полных остатков запашистой баранины.
Он сходил с ума по их мясу, особенно по молоденькому… Правда, в детстве, когда хозяева лупили его палками за съеденного ягненка, до него быстро дошло, что он должен их стеречь, а не жрать.
Эх, а так иногда хотелось…
Благо, за хорошую службу кормили подобающе и это его полностью устраивало.
Он довольно вилял хвостом и, причмокивая, гонял обглоданную голень по пасти.
Радовало, что сегодня было чем отвлечься от барабанящего по конуре дождя и на время забыть о больных старых костях и недостающем глазе.