Больной ублюдок и «Черный интернет»

Работы у Майкла было много, однако, он чувствовал, что не сможет составить адекватный план действий. Ему нужно было поймать волну, почувствовать тот особый вкус, появляющийся тогда, когда разрозненые пазлы собираются в единую осмысленную картину. Это и есть – раскрыть чутьё, поймать вдохновение.

Поэтому Майкла так сильно и тянуло на эксцентричные выходки. Выходя за общепринятые рамки, он мог увидеть то, что скрывалось от посторонних и его собственных глаз. Квартиры, купленные им, были объединены между собой, мало того, к пятиэтажке был пристроен целый комплекс. Мансарда на опорах, соединяющая две квартиры на четвёртом и две на пятом этажах в единый комплекс, выходящий в надстроенный и частично застеклённый шестой этаж, представляющий из себя лаунж-бар. И всё это в квартале от здания молдавского правительства и главного комиссариата. Майкл хотел обзавестись красным «Bugatti» или «Lamborghini», чтобы высаживать на эмоции местную публику. К сожалению, из-за плохих дорог в городе и малого клиренса таких машин пришлось обойтись паркетником «Maserati», цвета матового хаки, который всё же оправдал ожидания и стал настоящей достопримечательностью города, не считая выше упомянутых апартаментов, конечно же. Когда Майкл переехал в свои роскошные апартаменты, он ежедневно стал наведываться в местный фастфуд известной франшизы и демонстративно парковаться рядом с ним. Прохожие и местная молодежь, собирающаяся тусовочками на летней площадке кафе, видимо, для того, чтобы обсудить, куда бы поскорее уехать из города, по версии Майкла, очень полюбили фоткаться рядом с этой тачкой, что побуждало Майкла изобретать, как выпендриться ещё больше, дабы окончательно их добить. Местные авторитеты всё больше стали интересоваться Майклом, но их инициатива гасла от того, что по тем данным, что были им доступны, он был родственником владельца акций компании, пятьдесят лет назад слившейся с «Coca-Cola». Естественно, Майкл просто знал, через какие каналы они будут пробивать информацию о нём, и подложил им туда эту чушь. Взять с такого папиного наследника можно было, разве что, разведя его на какую-нибудь псевдоинвестицию – вложение в какой-нибудь бизнес. Однако, начав потихоньку общаться с местными, Майкл ясно дал им понять, что папа очень принципиально против каких-либо вложений с его стороны, и если он влезет в любую схему, даже выгодную и без обманов, тут же лишит его всех привилегий.

Майкл был очень простым и контактным, но завести дружбу ни с кем из местных воротил ему не удалось. Глядели на него с опаской, и свояка в нём никто признавать не собирался. Конечно же, Майклу нахрен не нужна была их дружба. Он имел контакты, в частности через В1 с людьми, которые в свою очередь знали, кого нанять для сбора любых сведений. Конечно же, информация собранная таким вот образом была донельзя скудной. Майкл нанимал через сеть всех, кто был готов предоставлять любые сведения о жизни тех местных лиц, которые хоть чего-нибудь стоили на арене денег и власти. Затем он нанимал ещё добровольцев и снабжал их сведениями, полученными от ранее нанятых, дабы облегчить им задачу и дать возможность нарыть что-нибудь новенькое.

Он чувствовал, что его цель должна быть где-то рядом, он предвидел, что те, за кем он охотился – теневые воротилы В1, не компьютерные гики, а вполне себе активные, реальные люди, такие же, как он сам. Он искал их в сети каждый день, пытаясь найти зацепку на старых форумах и порталах хакеров и махинаторов начала В1 и, как он считал, имел уже некоторые успехи, правда, пока довольно скромные. Были некоторые ссылки, которые косвенно намекали на своеобразную активность некоторых ников из области сетевого маркетинга, защиты услуг интернет-магазинов, новых логистических инноваций и прочего. Всего того, из чего могли бы вырасти будущие звезды В1. Идея заключалась в том, что только люди с определённым опытом и оригинальной карьерой в областях, по специфики схожих с В1, прямо или косвенно могли стать впоследствии её топовыми игроками. Это значит, что следует предположить, что это они и есть, а затем сразу же начать искать доказательства.

Такие зацепки и привели его в Кишинёв, но, реализовать их дальше было, на самом деле, почти невозможно. Майкл думал: «Может быть организовать какую-нибудь заварушку, которая спровоцировала бы активность деловых людей в городе и дала бы новую наводку. Но как, и чьими руками?»

Возле фастфуда известной франшизы, где любил бывать Майкл, обитал один паренёк. Одевался он так-сяк – в одежду с чужого плеча и вечно клянчил сигареты, просил оставить ему картошки фри, и всё такое. С ним Майкл начал совершать перекуры, а затем и застолья. В вскоре этот паренёк по имени Славик и прозвищу Бротхер уже ждал обед и ужин от Майкла, как должное. Бротхером он был прозван за неумелое произношение слова Brother, которое он употреблял, обращаясь за подачкой. Майкл, в свою очередь, очень вдохновился тем, что всех вокруг явно сильно досаждает такое внимание к местному бомжу. У всех не глазах к нему начали перемещаться всякие нелепые подарки, в роде гироскутера или новомодного курительного девайса. Майкл всячески подчеркивал чисто пацанский респект Бротхеру, сводя это к тому, что он – настоящая душа улицы, чёткий парень. Такой весь из себя истинный на фоне ряженого холённого фэйка. За это, и за тяжелую судьбу, ему был отвешан большой пацанский респект. Майкл впарил ему, будто он и сам был таким, как тот, пока его отец не нашёл дорогие акции на старом чердаке захламлённого дома, выкупленного по ипотеке. Общались они на односложных дворовых пацанских темах, примитивных шутках, и много и часто курили. Славик не стеснялся нового статуса большого друга, или младшего брата для Майкла, которого тут звали Сэм. Он брал, что дают, и вскоре ему понадобился охранник, нанимать которого оказалось дешевле, чем покупать каждый день новый гироскутер. Так восемнадцатилетний Славик обзавёлся личным секьюрити – местным качком Стёпой, таким же, как и он сам – не самым интеллектуальным из людей. В его обязанности входило сдерживать Бротхера и не давать в обиду. Получал он за это в день полсотни баксов, плюс питание. Теперь всем возле кафе приходилось мириться с Бротхером, которого раньше можно было просто прогнать. Он бесил всю местную тусовку невероятно, особенно всяческими своими оскорбительными фразочками, которые он кидал в адрес окружающих, продолжая околачиваться под кафе, ожидая Майкла. Собственно, сам Майкл его и настроил вести себя так. Уже неделю он каждый день возил с собой всякую дорогую и пафосную и эксцентричную одежду с показов мод Италии, в которую наряжал Бротхера и рядился сам в течении дня.

Бротхера в городе знали все, и его новые приключения так заметно всем досаждали, что Майкл на время забыл вообще, зачем он всё это затеял. Эта канитель настолько бодрила его, что он стал ездить с Бротхером вместе на машине, посещать разные публичные места и мероприятия, устраивать вечеринки в своей суперквартире. Бротхер теперь был первым советником Сэма (Майкла) в его делах. Конечно же, у них не было и не могло быть никаких нахрен дел, но для такой компании дегенератов покатушки по городу с целью пообедать, заказать баннер для вечеринки, подобрать выпивку и шмотки – уже серьёзные дела. Скоро Майклу надоела компания этих долбаных придурков, и он стал оставлять их дома, где уже околачивались нанятые для тусовок девочки. Качок Стёпа запирал дом и следил, чтобы никто и ничего без его ведома там не вытворял.

После разгромной вечеринки с нанятым бабьем, охранником Стёпой и Бротхером, которого нарядили в карнавальный костюм с перьями, Майкл начал задумываться о перспективах. Согласитесь, что приехать в край, где все думают о перспективах и самому начать морочить себе этим голову – нелепо. «Это подчёркивает влияние на человека той среды, в которую он попадает», – решил Майкл. Что-то должно было произойти. Чутье подсказывало – кажись, вот-вот нагрянет большой передел крупной коммерческой собственности. Такой передел, ей богу, назревает где-то в этих краях, и скоро должен грянуть гром. Но грома всё нет и нет, а тучи всё продолжают и продолжают сгущаться. Майкл уже нашёл было себе нового дружка, паренька с кассы заправки, забитого и с невнятной дикцией. Он так же стал строить с ним большую пацанскую дружбу, но этот жанр уже начал истощать себя. Кажись, уже никого не бесило его присутствие и поступки. Все попросту привыкли и забили на это. Видимо, люди вокруг оказались не такие склочные и алчные, как в некоторых соседних странах, и Майклу, даже от части, стало грустно, и стало жаль многих здешних. Конечно, Бротхера он не жалел – он был типичным тупым быдлом, без грамма интеллекта. О судьбе качка даже думать было скучно. К чему это всё было сделано? Хвалёное чутье запуталось в нелепом пранке.

Разгадка пришла сама собой. Майкл в окрестностях заправки уговорил своего нового друга, кассира-заикашку покурить с ним косячок. Они ведь друзья, и должны курить косячки вместе! Мы ведь друзья? Робкий паренёк, видимо, польщённый тем, что кто-то вообще обратил на него внимание, не нашёл, чем возразить. Майкл сам курить не собирался и предложил кассиру начать первым, обосновав это тем, что он курит впервые, и потому должен раскуривать. Эффект оказался до рвоты головокружительным. Майкл не смог сдержать радости, и принялся снимать всё на камеру.

– Эй, мразь, подойди-ка сюда! Слышь, ты чё ваще попутал? Ты накуя такое делаешь? Ты чё, накачал его чем-то, да?

Парни, вышедшие из подъехавшего «Land Rover», держались задорно и шуcтро, странно, что они начали со здоровья бледного кассира, а не попросили семок или информации о прописке и районе обитания. С тремя гопорями были два солидных дядечки. Они жестом показали что-то своим парням, и те ринулись к Майклу, скрутили его и притянули поближе к ним. Заправщику дали ноль пять воды, которую он был способен только держать, вцепившись в бутылку, после чего история его для нас заканчивается.

– Ну, что, петушара, ты какого куя забыл в этой стране? Чего молчишь, бакланище?

Майкл был снабжён травматом оса и достаточной дерзостью, чтобы потерять здоровье в этой безыдейной схватке, но что-то его останавливало. Неужто хвалёное чутье проснулось?

– А ты чё так базаришь? Ты вообще кто? – ответил Майкл и слегка замялся, не зная под кого выгоднее косить.

– Глас народа, лядь! – сказал гоп-парень.

– Я повторяю ! Ты чё в этой стране забыл, что тут вытворяешь? Ты себя человеком вообще считаешь? Люди себя так не ведут, – сказал на вид приличный дядечка славянской внешности.

Один гоп пошёл в сторону «Maserati» Майкла, выхватив с рукава биточек. Двое остались держать Майкла под руки.

– Чё я забыл? А с кем я говорю, а? Ты сам то, вообще кто? – возражал Майкл.

У «Maserati» разбилось зеркало и фара.

Майкл наконец решил для себя, что ему сейчас выгоднее. Он вырвал правую руку, у недооценившего его гопоря справа и сразу же врезал ею в челюсть гопоря слева. Расчёт, левой рукой кинуть ударенного в правую сторону, не оправдался. Хватка противника не ослабела, а сам он только слегка обмяк и повис на Майкле, заваливая его. Правый гопник то ли потянул обоих, то ли попытался их растащить. В результате Майкл и левый гопник упали друг на друга. Майклу чисто на морально-волевых удалось зажать упавшего с ним левого в болевом приёме мёртвой хваткой. Правый начал пинать их ногой, попадая по обоим. Пинки Майкл озвучивал воплями на ломаном русском, которым он владел абы как. Суть криков Майкла была в том, что он сломает их корешу шею, если от него не отстанут.

В это время, приличные дядечки, стоя в стороне, хохотали над происходящим. Третий парень, занимавшийся тюненгом «Maserati» встал с немым вопросом к своему начальству. Видимо, он хотел знать, начинать ли ему лупить лежащих парней своим биточком, по аналогии с уже пинающим, или может быть не стоит. Действо заняло от силы пару минут, но по ощущениям участников, особенно избиваемых, гораздо дольше.

Наконец, один из дядечек подошёл к лежащим, взял голову Майкла в две ладони, опустив большие пальцы под скулы и, сильно надавливая, потянул его в сторону. Майкл был очень зол, раздираем жуткой болью. Его «оса», видимо, выпала где-то в месте потасовки, и никто её не заметил. Майкл вообще плохо осознавал происходящее.

– Давай, вставай, прокатимся! – сказали ему.

В «Land Rover» оказалось не так много места для шестерых парней, как хотелось бы. Одним из приличных дядечек оказался владелец производственного предприятия Виктор Михайлович Антонов. Майкл знал о его существовании, но в лицо сразу не распознал. Стройный, крупный дядька средних лет, по ощущениям, сочетал в себе мужественность, выдержку, ум и властность. Таким, наверное, и должен быть, настоящий мужчина в том возрасте, когда его могут считать заслуженным авторитетом. Его товарищ, видимо, так же подходил под такое описание, но спортивно не выглядел.

– Ты просто – псих, парень, мы были уверенны, что ты обмочишь штаны, а потом начнешь предлагать деньги и молить о пощаде.

– Я не всегда был богат, – ответил Майкл.

– А ты богат? Что это за богатство такое у тебя? Чем ты занимаешься? Погляди! Людей изводишь? Ты специально приехал в такой край, где не просто живётся, что бы людей здесь обижать?

Майкл сказал, что он, на самом деле, по-своему несчастный человек, и от того его так и тянет к несчастью других. Он не видит наслаждения ни в алкоголе, ни в наркотиках, и в любви его душа не поет. Эта несправедливая жизнь сводит его с ума, и он просто не знает, что бы ему отчебучить, чтобы полегчало. Здесь он искал тихого приюта после разгромной европейской жизни, где он совершил пару плохих дел. Но всё пошло не так, и сейчас он подумывает бросить всё, как есть, и податься в частную военную компанию.

Откровения Майкла звучали очень искреннее, как и любая другая его импровизация.

Виктор Михайлович прервал Майкла:

– Тише, остынь. Давай прокатимся. Мы тоже перед тобой выступили не в лучшем свете. Мы ведь не бандиты какие-то. А ребят, так, взяли молодежь прокатиться. Меня зовут Виктор Михайлович, а это Сергей Борисович, мой друг из здешней столицы.

Кажется, Майкл начал припоминать второго мужчину, вроде как, местного чиновника.

– Ты уж извини, что так на тебя наехали, но края тоже видеть надо, а за твои понты и выходки всякий давно уже получить по морде должен был, честно тебе скажу. Люди просто связываться не хотят, боятся. С деньгами многое можно, но ты сам знаешь, я вижу, душу за них не купишь. Вот мы многое наворотили, и многое хотелось бы забыть и вернуть. Вернуть, в смысле, сделать по-другому, а некоторое лучше вообще было бы не делать, а уже всё, поздно. Время не воротишь. Многое нажито, а потеряно ещё больше. И стоило ли оно того? Знаешь? Никто уже не узнает. Главное, это не делать то, о чём будешь потом всю жизнь жалеть. Подумай, ради чего ты совершаешь свои поступки? То, ради чего ты поступишься честью, совестью, душой, потом может быть не сразу, через время, тебе станет не нужно. Пиво будет выпито, бутылка выброшена. Можно взять ещё пивка, но душу, как ты заметил, им не залечишь. Наёмные войска говоришь? Убивать вздумал? Зачем ты бежишь от себя?

Майклу было сложно что-то ответить. Он выглядел сейчас не так достойно, как ему хотелось бы, а присутствие сынков его слегка раздражало, хоть он уже и не был на них зол.

– Ладно, парень, выйди-ка, пройдись, подумай. И вот – набери завтра.

Майкла высадили на обочине в каких-то чигирях. Теперь он счастливый обладатель визитки. Мораль разговора не тронула его. Жалеть о том, что сделал? Гораздо печальнее, как известно, жалеть о том, чего не сделал, а мог бы. Теперь у него, наконец-то, появился контакт с кем-то из сильных мира сего в здешних краях. Трудно поверить, но этот безумный план внедрения всё же сработал. Когда Майкл, наконец, добрался до своего джипа, пережив не самую приятную прогулку под дождём и в холоде, он заперся, нашел «осу», которая, как оказалось, была забыта им в бардачке, и крепко уснул, не взирая на боль и ломоту.

Ещё за месяц до приезда Майкла в Кишинев, его наёмники уже работали там, изучая обстановку и людей. Большинство данных о предприятиях можно было свободно взять в интернете. Оставалось собрать личные досье о характере и повадках местных персонажей. За некоторыми из них следили нанятые через сеть местные ребята. Схемы Майкла всегда напоминали луковицу. Нанятые через сеть люди собирали всякую ерунду в стиле – кто с кем ходит на перекур, и в каком кафе обедают. Такие наёмные рисовали «карту местного расклада», но задача стояла – изучить их самих. Дальше, по плану нужно было находиться где-нибудь в окрестностях и ждать пока в В1 поступит заказ, на кого-нибудь из местных воротил, но самому на него не реагировать. Скорее всего, его возьмёт кто-нибудь другой. По имеющейся аналитике в Румынии, Украине, Молдове, вот-вот нагрянет очередной передел бизнеса. С каждым днем на это указывает все больше и больше фактов: нестабильная власть, тревожная политическая обстановка. Это заметно ещё и по заказам, поступающим на В1. Многие готовят пути отхода, заказывая всё, что может пригодиться для того, чтобы делать новые и сберегать старые деньги во время народных волнений.

Координатор, взявший заказ в Молдове, скорее всего, для начала, наймёт ту же шантрапу, что и Майкл, а он уже в свою очередь всё о них знает. Они и были основной целью слежки, а не те объекты, которых он им заказывал. Майкл знал, что существуют моменты, когда ветки встретятся с исполнителем В1 вне сети. Например, они будут где-то в городе, даже не видя друг друга, устанавливать беспроводное соединение для передачи данных. Для выслеживания такой связи Майкл имел в запасе ещё и пару настоящих, компетентных наёмников. Они уже ждали команды, живя в окрестностях, и дороже ему обходились, в отличие от квартиры и прочего шика, который на самом деле оплачивали из фондов благотворительности по поддельным документам. «Что такое?» – говорите. Мол, фу, как это аморально – забирать деньги из фонда! Да, ладно вам. Вас может это как-то и заденет, а вот ребята из фондов вообще ничему не удивились и были рады помочь, отмыв таким образом ещё немножко деньжат себе. Для них это рутина.

13

Майкл проспал не больше четырёх часов и проснулся со странным, незнакомым ощущением в теле. В голове пылала нарастающая боль. Было около пяти утра. На заправке стоял туман, было сыро. Неподалеку от заправки виднелись очертания габаритной машины, сливавшиеся текстурой пиксельного хаки с пейзажем.

Он уставился в экран своего безымянного планшета, специально прошитого для работы в Dark Net. Как можно было проспать сигнал сообщения В1, которое удаляется через две минуты? Он так натаскал себя на этот звук, что слышал его всегда, даже сквозь глубокий сон. Неужели эта жалкая потасовка так сильно выбила его из колеи?

Пользователи В1, порой, пишут себе разные дополнительные приложения, чтобы не пропускать сообщений. Бывают, например, такие, которые по команде приложения бьют током, когда приходит сообщение. У Майкла тоже была похожая программа, поэтому он и узнал, что эти сообщения вообще приходили. Его прога просто делала скрин экрана. Эта сработало, хотя приложение должно было быть выключено. Майкл не помнил, что бы он намеренно его запускал, однако, такой баг вполне мог быть на планшете из самодельно напаянного харда с пиратским ПО. И это бесило. Теперь вообще всё бесило. Конечно, хорошо, что есть скрин, и теперь Майкл знает… Нет! Стоп! Знает, это одно, а то, что скрин вообще есть – это нарушение безопасности ценой в жизнь, ценой в пожизненный срок! Ценой в… «Так, ладно нужно поскорее успокоиться», – сказал себе Майкл. Информация из сообщения привела его к заключению, что одна из групп, работающих на В1, спалилась, наконец-то спалилась.

Вот, что решил Майкл: «Кто-то заказал некую продукцию через В1 и, по всей видимости, у Координатора с достаточно высоким рейтингом. Скорее всего, Координатором было нанято несколько групп, цель которых – организация изготовления партий некого продукта при помощи производственных мощностей ряда крупных промышленных предприятий. Есть вероятность, что на заводах будут произведены составные части чего-то целого, ну, или дополняющие друг друга товары. Сейчас известно, что участвует, как минимум, два предприятия, и оба заказа связанны с заготовками из металла, а ещё один – из заводов, расположенных совсем рядом, всего в шестидесяти пяти с лишним километров отсюда, в Бендерах. Также тут есть информация о сплавах никеля и титана – нитинола. Это название фигурировало в заявках. Знаете, каких? Об этом упоминалось в прайс-листе Китайской акции. Совпадение? Какой должна быть реакция? Так, решение. Заказываю сводки по логистике. Проверяю Одессу и Мариуполь. Если груз пришёл морем для перехода в Молдову, то, наверняка, он попадёт туда. Или нет? Стоп, тут ещё есть Белгород Днестровский с этим их хаком – подъемный мост на трассе Р70. Эти ребята за должное «спасибо» пустят, а за положенное «пожалуйста» расскажут, кого и когда пускали. Мы ждём около двадцати тонн тяжёлого, как металл, груза. Это – хорошие приметы. Осталось только покидать ещё запросов и собрать побольше информации. Есть список сервисов, работающих в режиме 24 на 7 посменно. Там ведут учёт и предоставляют экспресс-информацию по любым терминалам черноморских регионов, включая Стамбул, Босфор. Любой груз найду в два счета!»

Жаль, некому было сказать Майклу, что он слегка белочник! Откуда он это вообще всё взял – про грузы и заводы? Это же просто – домыслы. Совершенно необоснованные домыслы. Решили, что для него это сейчас, так вот просто, в сообщении прислали, да? Хрен! В сообщении были ссылки на облака с архивированными переписками краденой почты, а про заказы и В1 – это всё догадки. Просто Майкл пытался изображать контроль над Восточно-Европейским регионом, убеждая самого себя, что он у него какой-никакой, но есть. Один из нанятых Майклом крутой хакер (обычный гиг-фрилансер) в перерывах между онлайн играми названивал на предприятия и фирмы. Он всячески провоцировал сотрудников под условно адекватным предлогом зайти на рабочую почту. На неё в нужный момент отсылалось письмо, оформленное в стиле сообщений от Гугла, содержащее вирус трояна, ворующий пароли, сохраненные в браузере. Жертве предлагалось зайти на почту, не вешая трубки, параллельно продолжая слушать заморачивающую голову трепотню. Это стимулировало быстрее скачать троян, пройдя по псевдосистемной ссылке, и вернуться к важным переговорам по работе. Таким образом, удалось взломать более десятка почтовых ящиков, что, кстати, совсем не дурно. Среди них были почтовые ящики сотрудников завода в Бендерах по производству комплектующих для энергетической отрасли, а так же завода в Тирасполе по производству широкого спектра изделий, содержащих различные металлы. Так, одно к другому, и весь необходимый компромат был получен. На первый взгляд, неясно, почему директора заводов пользовались электронной почтой, и зачем было так палиться, посылая в ней столь деликатные сведения, но, если подумать, на самом-то деле, про Майкла и подобных они мало догадывались, а больше им, видимо, бояться было нечего. Разгильдяйство для разгильдяев! Конечно, есть специалисты посерьёзнее того задрота, которого нанял Майкл, но для мониторинга обстановки выгоднее нанимать всякую шпану, которая одновременно работает и на тебя, и на всех остальных, кто им платит. Плюсы таковы: можно рассчитывать на то, что полученная информация известна не только тебе, но ещё и всем остальным. «Чёрным дырам», например.

Из переписки, вовремя скопированной талантливым супер-хакером (простым обалдуем), было ясно всякое. Например, что в Бендерах собираются досрочно запустить конвейерное производство разных деталей, по списку. Должностное лицо, причём, в почтовой переписке, высылает внеплановый график выхода персонала, да ещё и назначает им за это какие-то негласные компенсации. Так же есть накладные на поставку грузов с обсуждением неприметной ночной выгрузки. Известно, что на таких предприятиях не бывает отдельно оговариваемых, внеплановых, запусков конвейера и поставок грузов.

«Ну, вот, по-любому, это след В1, и, вдобавок, недальновидный кретинизм с их стороны. Так дела не ведут. Разве я не прав?» – думал Майкл.

К сожалению, ответить Майклу прав он, или нет, было некому. И вот, наш герой, уже из чисто практических соображений обжираясь энергетическими жвачками, купленными на этой же пресловутой заправке, едет в Бендеры. Навигатор показывает всего шестьдесят пять километров до места назначения. Сейчас, судя по собранным данным, как раз время «неприметной разгрузки». Из писем недвусмысленно ясно, что для изготовления этих материалов будет поставлен редкий сплав, из которого нужно будет сделать что-то вроде обмотки генератора. «Сплав никеля и чего там?» – Майкл напрягся, – Эх! Ните, нити… нитинола? Ладно, это сейчас не столь важно».

Дороги были так себе, но ехать по ним было можно. Около ста километров в час. Как же это классно – так «быстро» ехать на машине с «Битурбивосьмеркой» от «Ferrari» F154, с объёмом движка 3.8, выдающим 550 л.с. и позволяющим разменять сотню за 4,2 с! Да, временами удавалось ехать быстрее, но, чёрт возьми! Подвеска критически жёсткая. Вообще, вопреки всему шику и комфорту этого автомобиля, расслабиться в нём не удалось, ведь он сделан не для путешествий по пустошам! Ещё одним досаждающим фактором было то, что пришлось оставить множество полезных вещей в Кишинёве, хотя специальный дорожный набор из электроники, документов и одежды в машине, всё же был. «Cлишком много раздражающих факторов на квадратный метр, – думал Майкл, – а что делать в Бендерах? Вот уже тридцать километров меня туда несёт. И что? Я туда приеду, мол, ага! Попались? Одно ясно – возвращаться на супер квартиру нельзя. Нужно будет позже со всем этим разобраться».