Незваный гость

Для сотен тысяч Москвичей день города – это праздник, это когда можно расслабиться, отдохнуть и лишний повод официально выпить спиртные напитки. Народ гуляет, радуется, на площадях концерты, все довольны и счастливы, а вечером еще праздничный салют.

Но если кто-то в праздник расслабляется, то есть кто то, кому приходится вдвойне труднее. Например, милиционерам. Для них это не такой праздник, как для всех остальных. Хотя праздничное настроение так же частично передается, но приходится его заглушать, запихивать в дальние уголки подсознания и представлять себе, как хорошо сегодня можно было бы отдохнуть со своей женой, ребенком, пропустить пару стаканчиков водки и ворваться в этот поток хорошего настроения, безудержного веселья и просто немного подурачиться.

Может немного из-за этого люди, которые носят милицейскую форму агрессивны и грубы на службе, потому что приходится быть не таким как все и поступать строго по писанным законам. Хочется нарушить их, сделать все по-другому на зло всем, всему миру.

В этот солнечный, праздничный день, несли службу два милиционера, еще не очень старых, но и не молодых, оба старшие сержанты и место им досталось довольно людное, N-я улица, что у самой Красной площади, что не говори, а место ответственное. Еще с утра на разводе, майор Весненский, прожужжал все уши про готовящиеся теракты, про подозрительные лица, зачитал основные телефонограммы, напомнил о мерах безопасности, задал пару вопросов по теме и с добрыми пожеланиями разрешил всем удалиться.

В какой-то степени Рыжину и Веревкину повезло, они не задействованы не на какие концерты, не охраняют какой ни будь пост, но с другой стороны, толпа веселых граждан, хвативших лишку не очень радует глаз, когда тебе приходится за ними смотреть и влезать в их дела, если обстановка накаляется.

Они не спеша шли по улице сначала с одно края до другого, а потом наоборот, останавливали подозрительных граждан, как правило лиц кавказкой наружности и если у тех не имелся документ удостоверяющий личность, доставляли в отделение

Сначала людей было не очень много, но после обеда становилось с каждым часом все больше и больше.

Пару раз им пришлось утихомирить слишком разгоряченных молодых людей, пообщаться с довольно симпатичными девушками, в общем типичный рабочий праздничный день.

Около шести вечера они увидели подозрительного мужчину. На вид ему было лет сорок – сорок пять, полноватый, с залысиной на голове и одет в какой-то дурацкий костюм. В том, что это очень дорогой костюм, понятно сразу, но белая рубашка с рюшечками и бабочкой на шее смотрелись как-то неестественно. В руке он держал «цилиндр», какой носили на голове в Европе веке так в девятнадцатом. Что-то бормоча про себя этот денди быстро шел по улице, задевал локтями прохожих и громко выругавшись двигался дальше, озираясь по сторонам и округляя глаза.

– Чокнутый какой-то! нужно документы на наличие проверить! – сказал Рыжин, и они уверенно двинулись в его сторону.

– Мужчина, обождите минуточку! – крикнул Веревкин.

Незнакомец обернулся, раскинул руки и двинулся к милиционерам – Служивые! – воскликнул он, – у меня голова кругом идет! Что это за место?

Теперь окончательно стало ясно, что этот гражданин не в себе, вот только на сколько он представляет опасность, это неизвестно.

Веревкин подойдя к мужчине поднес руку к козырьку фуражки и произнес стандартную фразу – УВД N-нное, старший сержант Веревкин, будьте добры ваши документы.

Незнакомец почтительно поклонился и вытащил из-за пазухи ворох каких-то бумаг, среди них он нашел одну, оставил ее, а остальные убрал обратно. – Во пожалуйста, – и сделав серьезное лицо протянул ее.

– А паспорт есть? – удивленно спросил Рыжин, смотря на развернутую бумагу.

– Господа, у меня нет времени на ваши препирательства, соизвольте глянуть в документ, прочитать что там написано и объяснить мне, что тут происходит.

Бумага была с тетрадный листок, зеленоватого цвета, наверху большим шрифтом написано: «Документ удостоверяющий личность», а ниже более мелким шрифтом: предъявитель сего документа является почтенным горожанином города Мижуйск, граф Соколов Николай Андреевич, года рождения 1957, проживающего в усадьбе графа Соколова, сего города.» Далее следовали печати, подписи.

–Полная ахинея! – пронеслось в голове у милиционеров, но такое качество. На бумаге явно просматривались водяные знаки, с изображением двуглавого орла, бумага отличного качества, такая используется при изготовлении бумажных денег, присутствовала даже голографическая защита, с фотографией этого господина.

– Не видел никогда ни чего подобного, – удивленно сказал Веревкин, – придется вам пройти с нами.

– Господа! Не много Вы на себя берете? Я уважаемый человек, довольно таки влиятельное лицо и с документами у меня все в порядке! Соизвольте объяснить, по какому праву вы меня задерживаете?

Эти слова не сколько не повлияли на наших доблестных Российских милиционеров, подталкивая гражданина резиновыми палками, повели его в отделение.

*      *      *

Старший лейтенант милиции, дежурный отделения N, сидел в «аквариуме» и грубо говоря зашивался. Работы не початый край, через каждые десять секунд раздаются звонки, с жалобами, угрозами, да и вообще разными психопатами, кого-то доставляют, просто аврал.

Вот и теперь доставили кого-то. Мужичек, странноватого вида, одежда какая-то чудная. Хотя сейчас некого не удивишь странной одеждой. На улицах города Москвы и не такое можно увидать, про молодежь вообще можно не говорить, а вот вполне взрослые люди, недавно вот видел тетку лет сорока, а одета как космонавт из фантастических фильмов, да ладно, пусть помощник разбирается.

– Зыков! – прогремел его голос сквозь трель телефонных звонков.

Непонятно откуда появился Зыков, старшина, помощник дежурного. У него всегда манера такая, появляться как бут то из-под земли. На месте его почти никогда нет, но стоит только позвать, как он сразу появляется.

Узнав в чем дело, Зыков вышел в холл, где его ждали два милиционера и странный мужчина.

Выкладывайте все на стол! – сходу рявкнул он и закурил сигарету.

Незнакомец округлил глаза, засунул руки в карманы пиджака и чуть наклонив голову на бок поинтересовался – То есть по какому праву?

– Потому что вы задержанный, без паспорта, до установления личности любой гражданин является задержанным. Ясно?

– Не совсем, я имею при себе документ удостоверяющий личность и предъявлял его вот этим служивым, так что я требую немедленно моего освобождения и извинения, как ни как я уважаемый человек в своем городе и имею честь быть знакомым многих влиятельных людей города Москвы!

– Показывай, что за документ!

Зыков развернул поданный ему листок и стал внимательно его рассматривать.

– Хм, интересно, вещь конечно очень хорошего качества, водные знаки, голография, печати. Очень интересно, но что-то за одиннадцать лет службы я такой документ в первый раз вижу. Гм. Город Мижуйск, такой тоже не припомню, это где?

– Восемьдесят верст от Москвы, не может быть, чтобы вы не слышали об этом городе. Там же фабрика Дмитрия Безрукого, лучшие часы, прославленные на всю Москву! – у незнакомца был растерянный вид, глаза как то потухли, похоже он очень сильно переживал, – Скажите пожалуйста, а это точно Москва?

Веревкин сказал Рыжину не громко – Точно чокнутый, я сразу заметил, что у него с головой немного того.

Зыков уперся руками о стол и внимательно смотря на мужчину спросил: – Наркотиками не балуемся?

– Что вы сударь, не в коем случае! Здесь какое-то недоразумение! Со своим другом я приехал на народные гуляния в честь дня города Москвы, потом мы разошлись, он хотел навестить свою тётушку Афроксинью Павловну, а я решил прогуляться, зашел в кафе, заказал чашку кофию, с французской булочкой. Пока я ждал заказ, внезапно потерял сознание, а когда пришел в себя, то оказался в совершенно незнакомом месте, в какой-то подворотне!

С начала я подумал, что меня ограбили, но как оказалось все деньги, документы и телефон на месте! А когда я вышел из подворотни на большую улицу, то совершенно не узнал города! Я много раз бывал в Москве, по делам, но тут… Я совершенно не узнаю города. Вроде бы это Москва, а вроде бы и нет.

Перво-наперво я попробовал позвонить другу, но телефон вообще не работает, нет связи. А когда я вышел на Красную площадь, то чуть не потерял рассудок, если он у меня еще на месте!

Рыжин улыбнулся и наклонившись к уху Веревкина прошептал: – Смотри, сам признается, что не нормальный, уже лучше.

Веревкин просто кивнул головой и продолжал слушать речь незнакомца. Но тот как бы очнулся, уловил недоверчивый взгляд троих милиционеров и понял, что в серьез его не воспринимают.

– Да, да господа! Я понимаю, что это звучит нелепо, но попробуйте войти в мое положение. Я понимаю, как это выглядит со стороны, но это одно из двух, либо я сошел с ума, либо это не та Москва, в которую я приехал.

– Зыков потушил сигарету и попросил незнакомца присесть на стул и сам сел напротив, а Веревкин и Рыжин стояли сзади, чуть в стороне.

– Так, так, – сказал он, – документ у вас конечно отменного качества, но знаете в наше время, за хорошие деньги можно сделать и не такое, кстати по-вашему сейчас какой год?

Две тысячи второй от рождества Христова. – быстро последовал четкий ответ.

– Так, значит путешествия во времени отменяются, ну а что вы имели ввиду, когда сказали, что Москва вроде та, а вроде и нет?

– Названия улиц, многие мне известны, а многие и нет, одежда и поведение людей, я даже не знал, что Московским полицейским ввели новую форму одежды.

– Ну начнем с того, что больше восьмидесяти лет правоохранительные органы России не полиция, а милиция и форма у нас уже эта давно.

Незнакомец еще сильнее погрустнел, создавалось такое впечатление, что он сейчас вообще расплачется: – Вы меня не разыгрываете?

– К вашему сожалению нет, а вот вы, либо нас разыгрываете, либо вам нужна помощь врачей.

– Не надо врачей, попробуйте позвонить в Мижуйск, там меня все хорошо знают, в случае необходимости за мной приедет представитель полиции.

– Давайте для начала попробуем дозвониться до вашего друга, кстати можно взглянуть на ваш телефон, там наверняка должны быть записаны контакты ваших знакомых и родственников.

– Да пожалуйста. – незнакомец протянул мобильный телефон.

Зыков удивленно посмотрел на аппарат. У него самого был мобильный телефон фирмы «Алкатель». Еще он видел модели фирмы «Самсунг», LG, «Нокиа», «Панасоник», «Эрриксон», но вот фирмы «Братья Устиновы» видел в первый раз, да и не слышал даже о таком.

Уловив удивленный взгляд, мужчина пояснил: – Да вещичка конечно дороговатая, зато надежная. Вот имею слабость к таким вещам. Кстати Устиновы племянники моей жены, славные ребята.

Но Зыков его практически не слышал, его взгляд был устремлен на экран телефона, где объёмное, цветное изображение Георгия Победоносца протыкает копьем дракона.

– Так, так, – удивленно проговорил Зыков, – и где же вы достали такую интересную модель?

– Так жена моя Антонина, мне подарила, а ей племянники прислали, это их лучшая модель две тысячи первого года, она мне его к Рождеству преподнесла. У меня раньше другая модель была, девяносто восьмого года, а там видеокамеры не было. Тогда она мне сказала: – я тебя чаще видеть хочу, – у меня работа такая, очень подолгу дома не бываю, командировки.

– И кем же вы работаете?

– У меня сеть фабрик по производству одежды… – внезапно лицо мужчины изменилось. Как это часто выражают «волосы встали дыбом», а на лице явно читалось, что его посетила гениальная идея, – Понял, – прошептал он, а потом уже намного громче: – Я понял, что произошло!

– Тогда я слушаю. – сказал Зыков, которому самому стала интересна вся эта история.

– Видите ли, я сам конечно не знаю, как это все произошло, но по крайней мере догадываюсь. Все дело в моем друге. Вам ничего не говорят такие слова, как профессор Генрих Шпинцер?

Милиционеры отрицательно покачали головами.

– А между тем это мой лучший друг и он один из самых известных людей не только России, но и всего мира! Он немец, но всю жизнь прожил в России. Так вот, его специальность поля. Я сам не силен в этом деле, но кое-что слышал, тем более, что он мне постоянно о них рассказывает. Но все эти электромагнитные, силовые и торсионные поля, для меня так и остаются темным лесом.

Помню он говорил, что ему удалось добиться удивительных результатов. Кстати, то что перелеты между планетами Солнечной системы стали такими быстрыми и доступными тоже благодаря ему.

Так вот, отправляясь сегодня в Москву он прихватил с собой небольшой чемоданчик. А когда он решил навестить свою тетушку, то попросил меня, чтобы этот чемоданчик я подержал у себя. Его тетушка очень не любит, когда он свои изобретения приносит с собой. Ну я естественно и согласился покараулить его. Когда я был в кафе, то тот самый чемоданчик я поставил под стол, а когда очнулся в подворотне, его уже не было.

– Да, занятная история, – сказал Зыков немного насмешливо и немного задумчиво посмотрел на него. – Так, ребята. Гражданин по-видимому угрозы не представляет, вы можете идти, а вот с вами Соколов Николай Андреевич мы еще не много побеседуем.

Хотя патрульным милиционерам хотелось остаться и посмотреть, чем вся эта история закончится, но служба есть служба, поэтому негромко обсуждая рассказ незнакомца пошли на свой пост.

Зыков проводил взглядом милиционеров и когда они скрылись за дверью, перевел взгляд обратно на незнакомца. Тот сидел весь вжавшись в стул и нервно теребил в руках свой мобильный телефон.

– Да, занятная история, – повторил Зыков и закурил еще одну сигарету, – а главное, как складно все получается, друг профессор, непонятные изобретения, в космос летаете, бороздите значит просторы галактики…

–Только солнечной системы – перебил его незнакомец совсем уже убитым голосом.

– Да какая разница? А теперь попробуйте себя поставить на мое место и учтите, что самым большое достижение человечества это полет на Луну, и то один полет на другую ближайшую планету уже событие мирового масштаба.

Незнакомцу хватило сил лишь тяжело вздохнуть и еще сильнее погрустнеть.

Зыков сделал вид, что не обращает на это внимание и продолжил: – Мне тридцать один год и про такие вещи я читал только в книгах на тему научная фантастика.

– Но это же событие мирового масштаба! – воскликнул незнакомец, – параллельные миры существуют и даже возможно перемещение, это такой прорыв в науке!

Зыков задумался на секунду, снял фуражку, почесал подбородок и смотря пристально в глаза собеседнику ответил не спеша, четко выговаривая каждое слово: – И что из этого? Я не стану сломя голову названивать в разные научно исследовательские институты занимающихся всякой разной белибирдистикой. Они там все немного того и скорее всего примут вас с распростертыми объятьями. А потом, рано или поздно это все пройдет, ажиотаж спадет, и они признают вас психически больным человеком.

– Но почему?

– Да потому! Чем вы докажете, что прибыли из параллельного мира? Слова? Только история с ваших слов! А факты? Где вы возьмете факты? Вот если бы сюда ваш друг профессор попал, еще куда не шло. А вы что знаете про эти поля? Агрономы блин хреновы! И потом мы прославимся на всю Россию, вас в психушку упекут, а меня попрут из органов на вольные хлеба!

Да даже если с нашей помощью откроют проход из одного мира в другой, вы уверены, что это принесет пользу? Черт его знает к чему это приведет, мне это нафиг не нужно, со временем шутки плохи.

– И что теперь со мной будет?

–Не знаю Николай Андреевич. Если честно, по душам, я вам верю, шестым чувством чую, что вы говорите правду, а оно меня редко подводит. Если все, что вы сейчас рассказали правда, то придется вам все начинать с нуля, но для вас лучше если все это плод вашего воображения. К примеру потеря памяти и замена ложной, что-то похожее я где-то слышал, ну или какое ни будь психическое расстройство, шизофрения, например. Тогда наверняка найдутся ваши родственники или друзья. Вам помогут врачи и все будет в порядке.

– И что мне делать сейчас?

– Посидите пару часиков, подумайте, может вспомните что ни будь важное, как только освободится машина мы съездим в больницу, там вас осмотрят врачи, опытные психиатры.

Николай Андреевич без препирательств зашел в клетку, сел на жесткую деревянную скамейку, достал мобильный телефон и несколько раз попробовал по нему позвонить, но видимо безрезультатно. После этого он аккуратно положил его рядом с собой, закрыл лицо руками и заплакал.

*      * *

– Долго ты с ним что-то возился – сказал дежурный, когда Зыков вошел в «аквариум».

– Странная история, очень странная… – задумчиво сказал помощник дежурного, переваривая разговор с незнакомцем.

– В чем?

– Володя, ты знаешь я не маленький мальчик, одиннадцать лет в органах как ни как, много всякого насмотрелся, меня как лоха не проведешь.

– Ну и что?

– Можешь конечно смеяться, но я верю этому мужику, чую, не врет он. И документ у него качественный, не так-то просто такой сделать и телефон, фирма. Ну не делают таких ни где, не найдешь ты такой больше ни где.

– Дима, не тяни резину, что там у вас еще произошло?

– Может зря я тебе это говорю, да ладно, не будешь же ты как девка всем растрепывать, короче, мужик говорит, что он из другого мира, из параллельного то бишь!

Дежурный пристально посмотрел на Зыкова и когда понял, что тот не шутит строго сказал: – Отдохнуть тебе нужно, заработался ты. Когда в отпуске последний раз был?

– Да при чем тут это?

– Да при том! Ты так и не ответил на мой вопрос!

– В две тысячи первом, август вроде.

– Вроде, вроде, сегодня пишешь рапорт на отпуск и что бы ровно месяц духу твоего здесь не было!

– Так у меня по графику ноябрь стоит.

– С шефом я договорюсь, он подпишет. Детей своих возьми и на юга смотайся, там сейчас как раз бархатный сезон.

– Так сентябрь же, учатся они…

– Эх Зыков, всему тебя учить нужно. В школу позвони, скажи, что заболели, мотай на пару недель. И это… Про то, что ты мне здесь только что рассказал, не вздумай никому ни слова…

–Да ладно, не кипятись, не маленький.

– Маленький, не маленький… Все замяли.

Два милиционера сидели друг на против друга и думали о своем. Зыков думал о незнакомце. Вот она сенсация! Так рядом. То чего не могло произойти по всем земным и не земным законам физики произошло! Но не кому это не нужно, не кто ведь не поверит. Загнется мужик. Жизнь сломает, сто процентов руки на себя наложит, забомжует или в психушке закроют. Ну и хрен с ним, мне то что, может быть я и правда заработался…

Дежурный наоборот, искоса поглядывал на помощника и думал: – Совсем парень заработался, отдохнуть нужно, а то сломается, крыша поедет и обратно уже может не приехать, а тут оружие табельное и все такие дела. Ну нафиг, пусть отдохнет, а там видно будет.

И в это время за стеклом, снаружи послышался топот ног, гул голосов и через несколько секунд в «аквариум» влетел милиционер, охраняющий КПЗ и сбивчиво, принялся объяснять дежурному: – Сбежал! Ей богу не знаю, как? Я, тут, это… Отвернулся на пару секунд, хлопок и нету его! Как сквозь землю провалился! Клетка закрыта, а его нету!

Камера и правда была пуста, нет следов взлома, вообще нет не каких следов. Только запах озона витал в воздухе, но скоро и он растворился и все… Больше ни чего.

Не кому не слова, он у нас не по каким документам не проходил, Коперфилд блин хренов! А тебе Зыков особое внимание! Держи язык за зубами!

Но Зыков уже не слышал дежурного, опустив голову он медленно шел к выходу, что-то сказал, но его не кто не услышал.

Москва 2002 год.