Забвение

Предисловие от автора

Данный труд является художественным вымыслом. Он не стремится оскорбить, затронуть чьи-либо чувства. Если вас обидело содержание книги, пожалуйста, не обижайтесь.

Посвящается Валентине Андреевне, благодаря которой я смог собрать свои силы и написать данное художественное произведение.

Примечание: не у всех персонажей повествование идет в одном временном промежутке.

ГЛАВА I

324 ГОД НОВОЙ ЭРЫ

Известный мир окружен барьером, состоящим из энергии маленьких миров, безостановочно ее генерирующих. За пределами известного мира есть жизнь, но она скудна и интересна разве что рекрутерам черных.

В известном мире четыре Плана и один независимый город. Названы они так в честь мифологии Империи. Каждым планом управляет архидемон, высший среди демонов. Городом не управляет никто, ибо он слишком велик и имя ему Вавилон. Четыре плана и город населяют разные создания, среди которых люди, призраки и демоны. Первые являются наследниками первых людей, их большинство. Вторые ныне почти исчезли. Третьи, по-иному называемые возрожденными, есть ни что иное как восставшие, опасные и не предсказуемые …

Из книги Альберта Данариона ««Анатомические отличия людей заслона» (пер. на общем языке)»

ИНВОР

Проснувшись, Инвор обнаружил что не может найти ни одеяла, ни подушки. Для молодых людей вроде него ворочаться по постели всю ночь, сбрасывать их на пол вагона, вполне естественно, однако их полное отсутствие расстраивало. Кто–то решил над ним пошутить. Это не было ново, и он отлично знал кто совершил ограбление.

Подняв ногу, он попытался перелезть через высокий край кровати и не задеть головой койку выше. Он множество раз бился головой о койку, это тоже не было для него новым. В этот самый момент, вагон качнуло, и он легонько ударился головой и повалился на пыльный пол. Это неприятное событие в конец испортило ему настроение, которое и так с утра самое неприятное. Левое ухо начало зудеть от удара. Лежа на полу, он благодарил судьбу и духов за отсутствие зрителей в вагоне. Устремив взгляд под двух ярусную кровать, он обнаружил пустые пачки от еды, немного мусора и парочку насекомых. Небольшое движение в самом углу выдало небольшую крысу. Так, лежа на полу, Инвор пытался сообразить и ответить на два вечных вопроса: как подняться и что делать.

Вагон снова качнуло. Встав с пола, молодой человек пошел к своей кабинке в конце вагона. Кабинок было ровно в два раза больше чем кроватей, по две кабинки на человека. В верхней кабинке лежала одежда, в нижней личные вещи. Нижняя кабинка Инвора была полна под завязку, однако верхняя пустовала на половину, он слишком любил обменивать выдаваемые вещи на разные сувениры и книги. Так, его последнее приобретение «Анатомические отличия людей заслона» стала настоящим сокровищем. Он мало что понимал в этой книге в плане анатомии, но краткая история и описание его интересовало. Молодого человека в ней именуют смертным из–за ограниченного срока жизни и каких–то дополнительных органов. Там есть описание различий людей центра, юга и севера. Но самое интригующее – подробное описание различного вида демонов. При этом, книга сама написана самым настоящим демоном. Хотя этот демон себя человеком как раз называл, на человека он был похож не слишком судя по изображению в конце книги. Весь вчерашний вечер Инвор изучал книгу, рисовал картинки в своей голове и на полях, но все же остался с большим количеством вопросов, нежели ответов.

От размышлений о природе населяющих мир существ и переодеваний в старую рабочую робу его отвлекло громкое посапывание рядом с кабинками. Инвор отличался подростковым любопытством, хотя минуту назад был уверен, что вагон был совершенно пуст. Заглянув на верхнюю техническую полку благодаря маленькой стремянке, он обнаружил девочку, на год старше него, спящую на двух подушках, закутавшуюся в знакомое одеяло, а менее знакомое затолкавшая ногами в конце полки. Инвор был рассеян с утра, однако даже это не помешало ему испытать укол ярости. Сверля девочку глазами, в голове молодого человека проснулся гениальный план мести. Вернувшись к своему шкафчику, он начал искать куски угля что бы как следует нанести макияж своей обидчице. В нижнем шкафчике было полно вещей, большинство из них как считал Инвор принадлежали демонам или могли принадлежать, как утверждали рыночные торговцы. Уголь нашелся как раз за побитой посудиной из метала, которая при нажатии на кнопку выдавала размытое изображение и небольшие столбики света. Освободив два аккуратно отбитых куска угля, Инвор злорадно улыбнулся.

Удар пришел на затылок и был более чем неожиданно. От такой неожиданности, только что найденный уголь высвободился из рук, покатился по полу. Обернувшись, Инвор увидел ухмыляющуюся девочку, в руках которой красовалась его подушка.

– Ахаха, хотел меня разукрасить мелкий? – она была старше его, и неоднократно подчеркивала это при каждом удобном случае.

– Ты украла мои вещи! – детская обида в голосе звучала вполне понятно даже для подростков. Инвору было 11 лет. Для людей его типа, как он узнал из книги, это год перехода в подростковый возраст. Подростковый возраст отличается осознанностью, любознательностью и возможностью выполнения 60% работы совершеннолетних. Совершеннолетие же начинается в 16 и длится до 17ти лет. Автор книги называл это управляемой искусственной эволюцией, но Инвор не нашел описание этого словосочетания, хотя примерно представлял, что это значит.

– Одолжила, сам виноват, спал крепко. Люций говорит спать крепко к беде, вот тебе и беда. Собирайся. Нас оставили в вагоне что бы мы его прибрали.

– Отдай вещи!

– Отдам, собирайся давай.

Девочка, которую звали Софи, бесцеремонно бросила подушку на кровать мальчика, докинув его одеяло чуть позже. Далее, ловким движением юркнула к своим шкафчикам, в которых одежды было намного больше чем у мальчика. Многие из этих вещей принадлежали, когда–то мальчику, но он с удовольствием обменивал их на все что считал артефактами от демонов, чем она активно спекулировала. Пока мальчик ползал по полу в поисках угля, она ловко переоделась в рабочую одежду. В поездах все едят, переодеваются и справляют нужду друг перед другом, однако ей это доставляло небольшой дискомфорт, так что она стремилась сделать все быстро.

– Все нашел?

– Все.

– Беги за инструментами.

– Хорошо.

Инструменты лежали в начале вагона. Это было несколько вечно влажных швабр и пара тряпок. Воду в вагонах экономили, однако моющая часть швабры была сделана из речного куста. Речной куст походил на большие водоросли и всегда был влажный, сколько влаги из него ни выжимай. Инвор отдал швабру и тряпку Софи, далее они принялись убирать спальный вагон.

– Интересная книжка? – Софи купила книгу на базаре при прошлой остановке на границе с западными пустошами. Около двух недель она хвалилась какие интересные там буквы и как о демонах много написано, и с притворной неохотой, все–таки поддалась уговорам и обменяла книжку на новую куртку. Сама Софи читать не умела, как и большинство людей в поезде.

– Интересно, но немного скучно. Я мало знаю о том, что внутри людей и не совсем понимаю, почему демон называет себя человеком. Там есть картинки, но по ним тоже непонятно. Попробую расспросить старика, может он расскажет.

– Вот учил бы двигатели и поезда балда, а не за демонами носился!

– Двигатели я и так знаю, а демоны интересные. – мальчик не лукавил, ибо много читал как о двигателях, так и о поездах. Мальчик любил читать.

– Ладно, давай быстрее, а то старик опять ворчать будет.

Уборка вагона заняла около тридцати минут. В вагоне было не много вещей для уборки, однако было важно несколько раз протереть пол и все шкафчики. Пыль просочилась за время вчерашней поездки практически везде. Они объезжали западную границу черного леса, там всегда пыльно и немного жутко. Всю дорогу старик рассказывал о призраках, которые пережили черную чистку столетней давности.

Покончив с уборкой, дети отправились к старику за завтраком и указаниями. Завтрак находился в трех вагонах от них. Ловко миновав пару спальных вагонов и обменявшись парой фраз с местными работниками, дети добежали до технического. Этот вагон был своего рода комнатой отдыха для персонала. Обеденных столов тут было не много, половину вагона занимали разные коробки и контейнеры с самым разным содержимым. За стойкой стоял пожилой, но все еще крепкий человек. Его лицо пересекал большой шрам, и половина длинного уха была обрублена старой раной. Старик, как называли его все в поезде, готовил что–то на термоплите. Запах был потрясающий.

– А вот и вы! Все убрали? – старик достал две жестяные миски и вывалил содержимое сковороды. Получилось отнюдь не грациозно, но порции были достаточно большие. Две миски он поставил напротив себя и принялся искать что–то в шкафу над термоплитой.

– Конечно старик! Мы бы справились раньше, но кто–то спал все утро – Софи с ухмылкой посмотрела на мальчика, который, казалось, ничего кроме еды уже не видел.

– Ну я не удивлен, вот вам попить – старик вытащил из полки небольшой оранжевый контейнер и разлил содержимое по трем кружкам, третья из них была больше самого контейнера. Софи любила смотреть как прессованная жидкость расцветает, вываливаясь из контейнера. Не смотря на маленькую баночку, размером с половину локтя, ее содержимое взаимодействуя с воздухом начинает расти и становиться жидкостью. В этой баночке было примерно семь литров того, что называли соком.

– Праздник какой? – спросил мальчик, прекрасно зная ответ.

– Конечно Инвор! Сегодня мы доедем до Ро, там мне за полный контейнер не заплятят, хаха. Поможешь старику?

– Помогу!

– Тогда угости этой сладкой жидкостью состав второго вагона, заодно к отцу зайди.

– Налей еще! – Софи протянула только что осушенную кружку старику, который механической рукой эту кружку наполнил. – Спасибо!

Старик улыбнулся и молча наблюдал как дети поедают смесь бобов и соевого мяса, поджаренного на термоплите. Технический вагон был его домом в этом поезде. Старик занимался ремонтом и обеспечением нужд состава. Дети прекрасно понимали, что еда старика вкуснее стандартной порции с кухни и является его личным угощением. За это они часто помогали ему с поручениями и приносили разные сувениры. Старик был ловок, однако его механическая рука часто мешала выполнять простые действия. Дети прекрасно знали, что это лишь отговорка, однако немного взрослых проводили с ними время, за что они были благодарны.

– Прочитал книжку Софи, Инвор? – спросил старик, забирая пустые тарелки. Если у старика и было имя, то мало кто помнил его.

– Прочитал и у меня тысяча вопросов! – тысяча для Инвора было огромным числом.

– Хаха, ну давай я отвечу на два, а вы побежите дальше работать.

– Почему люди делятся на смертных и нет?

– Смертными нас кличут высшие демоны мальчик мой, потому что помнят, как были людьми и видели разницу. Разница то маленькая, мне как–то один демон рассказал. Якобы смерть им самим свойственна, но какая то другая. Но и людьми нас тоже демоны назвали, посему так и прижилось.

– Демоны демоныдемоны – Софи недовольно причитала – вам не о чем поговорить больше. В Ро демонов и так будет много, так насмотритесь.

– Ты права девочка моя, но Инвор, как я вижу, хочет подготовиться заранее?

– Конечно хочу! Скажи, ты не ответил, кто такие люди для демонов?

– Люди для демонов – это они сами Инвор. Когда–то они были этими своими людьми, потом умерли и попали сюда. Все, при чем от самых маленьких до самых высших…

– Аааа, я–то думал они как бы, но они и правда, как мы – мальчик перебил старика, дивясь своему открытию.

– Все верно, но и не совсем. Демоны ведь тоже разные, сам знаешь.

– А почему их демонами кличут? – второй вопрос не заставил себя долго ждать.

– Они сами себя так назвали малыш. Звучит немного страшно, но мой дед говорил, что когда–то их называли монстрами и мертвяками, звучало страшнее, хехе.

В вагоне стоял запах мыла, обжаренной в масле пищи, старого металла. В поезде мало кто имел больше одного угла, однако старик пользовался уважением и что немаловажно, практически не выходил из вагона все рейсы. Он весьма ловко управлялся с починкой самых разных вещей, в том числе и человеческих тел. Кто ни будь из состава то и дело получал ожоги или порезы, рвались куртки, ломались инструменты. Это делало старика незаменимым, даже то, что он часто продавал и перевозил товары вне ведома капитана. Никто не понимал зачем старику зарабатывать дополнительные деньги, но скорее он просто не мог по–другому.

– А руку тебе демоны съели? – Софи с интересом уставилась на механическую, местами проржавевшую руку старика.

– Конечно малышка, а почем спрашиваешь который раз?

– Скажи вот этому что демоны плохие и все тут. К демонам идти боязно и вещи их искать тоже дело плохое.

– Но ведь ты эту руку от демона получил! – мальчик был явно расстроен таким аргументом и отказывался принимать его.

– Мало что вы понимаете дети. Демоны, они ведь как люди совсем, разве что чувствуют они иногда больше. Руку я, как вы знаете, в дозоре потерял по молодости. Так главарь дозора мне новую руку и подарил. Давно это было, вон старая какая, но силы в ней все еще больше чем раньше, хехе. А главарь то сам демон, да непростой, а сам приближенный Ворона. Ну про Ворона вы на базаре услышите всего чего захотите. –лицо старика немного изменилось. Кто подолгу ходил с составом говорили, что старик часто тоскует по тем временам, когда он служил в дозоре Черного Леса. Как–то один из рулевых рассказал Инвору что старик после службы на Черных охранником работал, от тварей и демонов поезд защищал, но защищать со временем стало не от кого, и так он и остался в поезде заниматься тем что хоть немного умел. – Миски мне, а сами дальше бежать, во второй вагон проказники.

– Спасибо старик! – дети широко улыбнулись и побежали довольные тем, что оттирать миски им было не нужно. Старик улыбнулся им вслед и заметил контейнер, который хотел поручить раздать детям.

– Ладно, с дистиллятом до Ро прикончу. – сказал он опустевшему вагону.

КАПИТАН

Второй вагон отличался весьма высокой температурой. Большинство поездов ездили на энергоблоках и не имели печи, поскольку так было более безопасно и дёшево. Весь известный мир был переполнен электричеством за счет маленьких миров, и само электричество можно было получать из воздуха и рельсов, где оно оседало. Однако состав капитана был стар, и все еще пользовался печной тягой, поскольку старенький энергоблок для сборки электроэнергии был уже ни на что не годен. Заменить рулевой вагон Капитану обошлось в два кредита и одну долговую расписку, на замену тяги денег совсем не оставалось. Капитан долгие годы сидел на маршруте западной пустоши, большого дохода это не приносило, но и энергоблоки там были не столь нужны, как и новый рулевой вагон. Сперва расходов стало больше чем доходов, потом и вовсе западный маршрут перекрыли, сославшись на искинов и нестабильной ситуации на границе. Искинами называли мутантов, достаточно зловредных что бы повредить поезд или устроить большие неприятности. Капитан в искинов не верил. Он знал, что они есть, но еще знал, что искины поездов не любят. Компенсации за западный маршрут и выигрыша в карты хватило на прибыльный юго–восточный. Прибыльный, но местами проблемный. Половина команды опасалась ехать близко к черному лесу и заезжать в его селения, Благо команды было в четыре раза меньше обычного состава.

– К полудню будем у Spero капитан. – рулевой стоял над приборами и постоянно сверялся с датчиком.

– Принято, что за шум из второго вагона?

– Судя по весу там дети. Ваш сын с девочкой играют.

Капитан чувствовал напряжение. Его раздражало присутствие сына на поезде. Он редко общался с ребенком, да и не имел особого желания. Он не мог оставить его в депо или сдать в школу, капитаны сами учат своих отпрысков. Так получилось, что капитан видел сына чаще чем успешные сделки.

Проход в рулевой вагон отворился и двое детей вошли, принеся с собой запах печи и прессованного угля.

– Поезд не игровая площадка – Капитан укоризненно посмотрел на сына и тут же отвел взгляд.

– Простите капитан, мы пересчитывали уголь. – мальчик опустил глаза в пол.

– Сколько?

– 2 полных дня.

– Оставить на 3 часа, остальное в пакеты для продажи. – С этими словами дети поклонились и пошли исполнять приказ.

– Разумно капитан? – рулевой не отводил голову от датчиков.

– Разумно.

Пересованный уголь предполагалось продать вместе с остальным товаром. Сам уголь капитан получал от депо бесплатно на один маршрут, но продав остатки и купив органические термобрикеты можно было немного заработать. Брикеты состояли из прессованного лесного мусора и останков, горели хуже и давали меньше тяги, но тихим ходом до Депо добраться было можно. Остальной экипаж подготавливал различный товар для продажи.

ИНВОР

– А зачем мы продаем уголь?

– Уголь в черном лесу продают для отопления очага. У них электричества больше всех, разве что не у Вавилона, а они очаги топят. Не пойму Черных – Сказал крепкий мужчина обслуживающий тяговую печь. Он справлялся с работой за троих, получал оплату за полтора и работал один. Дети часто помогали ему в работе.

– А часто уголь продают с поездов?

– Не часто, но мы продаем – Софи помогла с объяснениями – на западной продавали по немного в каждом селении. – но до депо всегда хватало.

– Сейчас мы продаем много.

– В черном лесу своего угля нет, он там дорогой. – ответил мужчина по имени Топь. – Его покупают, но вот свои деревья не трогают. Другим поездам уголь не нужен.

– А много поездов в Ро?

– Немного, но они в основном свои. У Черных несколько локомотивов катаются туда–сюда, но по большим маршрутам не ездят. Большинство их поездов военные, только не пойми с кем они воевать собрались. Могут конечно и их в товарняк пустить, но нас тогда совсем хлеба лишат. Вот мы и продаем весь товар на базарах черных у границы, а дальше они сами его развозят по селениям.

– Продают дороже? –мальчик понемногу осваивал экономические тонкости торговли.

– Не совсем. В черном лесу товары покупают и раздают местным. Не знаю, как, но говорят всем хватает. Свои товары нам продают. Ездить по селениям смысла нет, даже обмена никакого не будет. Старик рассказывал, что в черных землях всего хватает, а власть там не жадная и все населению раздает. Брешит мне кажется, не молод уже, тем более что и власти как таковой там не сильно. – с этими словами Топь забросил брикет в нижнюю дверь печи.

– А какая там власть то такая? – Софи явно заинтересовалась разговором больше, нежели упаковкой брикетов угля по пакетам.

– Ворон там уже как три сотни лет сидит говорят. Казалось бы, не из мира нашего, а люд его слушает да не бунтует. Наоборот даже совсем. Вот он в черном лесу как бы главный, но и главных то там нет. Дозорные, солдаты Черных, за порядком не следят даже. Следят птицы черные, а общество само как–то все делит да строит. Интересно конечно, но я жуть демонов не люблю, а там им тьма тьмущая. И Лес их пугает.

– А можно как–то в лес попасть? – глаза мальчика выдавали азарт

– Это надо регистрацию пройти у местных. Просто так нельзя наверно. Что за регистрация ума не приложу, но молвят без нее даже не то что нельзя, а опасно по лесу ходить. Деревья люд убивают, только дозор там тропинки прокладывает. А что малыш, в лес захотел дозорным стать или с демонами дружбу водить?

– Демоны интересные, но я так ни одного близко и не видел. Ну как, маленький был видел, но не общался.

– В Ро увидишь. – Поезд слегка качнуло, и далее он поехал очень ровно и словно быстрее – Демоны свои рельсы чистыми держат, дорога приятная.

Работа шла еще около двух часов. Дети расфасовали уголь по небольшим красивым упаковкам. Инвор догадывался что так он будет стоить дороже. Детей не особо донимали работой на поезде, хотя рук не хватало сильно. Закончив работу, Топь угостил их парой конфет и отправил умываться. Умывшись, Инвор уговаривал пойти девочку в гостевой вагон, куда она наотрез отказывалась идти весь путь от границы, и проходя мимо, они всегда шли окольными путями. В гостевом вагоне был настоящий призрак. Пусть девочке и было страшно, она все же сдалась и согласилась, поскольку за всю поездку страх успел уступить место любопытству.

Каждый вагон поезда обладал системой технических проходов, по которым экипаж пробирался из вагона в вагон обходя внутреннее помещение. В таких помещениях располагались склады, каюты, технические станции. Одним из таких вагонов был вагон ресторан, в котором часто сидели гости поезда. Перевозка пассажиров стоила дорого, и сам вагон стремились сделать максимально уютно, однако к этому поезду это отношения не имело. Вагон был старым и местами требовал хорошей чистки. Раньше состав перевозил в основном рабочих, не слишком прихотливых в внутреннем убранстве.

За крайним столом сидела девушка. На вид ей было не больше 25-ти лет. Она напоминала человека очень сильно, но разглядывая ее из угла дети заметили кое–что странное. Она выглядела бледной и очень холодной. Говорят, только сильные и старые призраки могли спокойно появляться на людях и быть на них похожими. За время пребывания призрака в поезде дети успели сочинить много легенд о таинственной персоне, но подходить всегда боялись. Более того, им запрещали. Призрак смотрела в окно, потом плавно перевела взгляд на детей и едва заметно улыбнулась. Дети не совсем поняли свои чувства, поскольку поворот головы в их сторону вызвал страх, а улыбка смятение.

Поглощенные эмоциями, они не заметили, как за ними уже стола проводница гостевых вагонов с явно недобрым выражением лица.

– ТЫ у нее крала?

– Нет у нее нет. Вообще зачем призракам вещи? Они ж мертвые, мертвым вещи не нужны!

– А она заберет наши души?

– Думаю нет, но мне кажется она нас заметила.

Дети шли по техническим коридорам поезда, пробираясь через завалы самых разных вещей непонятного назначения. Проводница выгнала их и долго извинялась перед призраком, на что та просто улыбалась и молчала. Призрак пугала большинство персонала, однако платила много что бы страх перестал сковывать движения.

– А как вообще призраками то становятся?

– Умирают и становятся.

– А что мы все призраками будем?

– Не знаю ничего, но говорят грех какой большой надо совершить что бы призраком стать.

– А призраки пришлые?

– В книге написано мало, но точно нет. Призраки только из этого мира получаются.

– Ну значит помрем мы неспокойно – выдохнула девочка, пробираясь через очередную коробку.

Дети сидели на террасе хвостового вагона. Оттуда открывался отличный вид на местность. Солнце уже было в зените, хотя и часто подвисало на пару часов. Время по солнцу давно не считали, но каждый раз ходить в рулевой вагон узнавать точное время детям нужды не было.

Они проехали указательный столб, на котором сидела большая черная птица, похожая на ворона из детских книжек. Ворона проводила их взглядом, не слетев с места как поступают все птицы при приближении поезда.

– Пересекли границу – тихо сказал мальчик, вглядываясь в птицу с неподдельным интересом. Все знали, что черные птицы леса демоны, а мальчик демонами страшно интересовался.

– Мурашки берут от этой птицы, не хочу на нее смотреть – ответила девочка, опустив взгляд в пол.

«Ро» или «Spero» представляло из себя небольшую фортовую крепость перекрывающую путь в «SperoAcus». Это темное озеро, выступающее естественной границей черного леса и «Infernusinterra», родиной демонов и в просторечье именуемый Тартаром. Называется оно в честь старого поселения, уничтоженного на закате Империи. Под стенами форта располагается растянутое поселение, населенное различными личностями и индивидами, преимущественно кметами, поскольку поля возле озера обладают весьма богатой почвой для земледелия. С внешней стороны форт окружен чистым полем и железнодорожными путями, находящимися в завидно опрятном состоянии в сравнении с восточным трактом. С другой стороны путей находятся торговые ряды, палатки, небольшие и незамысловатые сооружения. Эту местность напротив форта именовали восточным черным рынком. На рынке редко можно было встретить запрещенные товары, однако все что находилось во владении «Terra Cantet»именовалось черным.