Мнимый мир

Творческий кризис

Прошёл ещё один пустой день. Не было никакого желания что-либо делать, рисовать. Вся жизнь стала приобретать тусклые тона и походить на плагиат. За последние несколько месяцев продажи картин упали. Люди уверяли, что на такую мазню и рубля жалко. Творческим людям один день представляется, как кладезь возможностей, а другой, как последний день на земле. Деньги, однако, улетучивались, а картины оставляли желать лучшего, поэтому только срочные перемены могли исправить ситуацию.

Мужчина 40 лет апатично повалился на диван своей просторной пустой квартиры. Его лицо заросло чёрной щетиной, волосы торчали в разные стороны. Он взялся за пульт телевизора и на несколько минут уставился в чёрный экран, разглядывая себя, размышляя, как он мог докатиться до такого состояния. Затем он откинулся назад, включил телевизор и стал отрешенно перещелкивать каналы один за другим. Мужчина не искал какой-то конкретной программы, ему хотелось встретить то, что просто привлечёт его внимание, как маленького ребёнка, который видит что-то необычное в первый раз в своей жизни. Мужчина продолжал переключать каналы, пока его палец не остановился над кнопкой. С недоверчивым взглядом он продолжил смотреть на то, что напоминало реалити-шоу на необитаемом острове. Густые джунгли, таинственные леса, быстрые реки, опасные животные и насекомые, чудаковатые аборигены, рискованные ситуации и красота природы – всё это приковало его внимание, и он смотрел на эти кадры, как годовалый ребёнок смотрел бы на не знакомый ему объект, который необходимо исследовать, и сделать это как можно скорее. Он наклонился вперёд, явно заинтересовавшись и в надежде ждал пока назовут диковинное место, способное вернуть его к былой славе.

– Это удивительное место! – говорил комментатор по телевизору. – Если вы устали от ежедневной рутины, вам нужно привести мысли в тонус и просто эмоционально отдохнуть, то это место для вас! На острове Фиджи вы окунетесь в невиданную атмосферу, где нет цивилизации, а главенствует природа и её законы.

– Фиджи Фиджи Фиджи. – лихорадочно повторял художник, а затем раздражённо заворчал. – Где бумага? Никогда её нет рядом, когда голова наполнена свежими идеями!

Он схватил телефон, напечатал название острова в заметках и продолжил смотреть программу. После её завершения он вышел в интернет и начал читать. Из статьи он узнал, что это популярный туристический пункт назначения, у которого есть пресловутая тёмная история. Мужчина поднялся с дивана и воскликнул: «Вот куда мне надо!» Затем он взялся за телефон и набрал номер своего менеджера.

– Здоров, Рэм. У меня для тебя новость! – оживленное начал художник.

– Что такое? Тебя наконец-то посетила муза? – также восторженно спросил менеджер.

– Почти, Рэм. Я планирую лететь на остров Фиджи. Сегодня смотрел программу про этот остров, и он меня очаровал. – делился впечатлениями мужчина.

– Дэн, ну это несерьёзно. Ты уверен, что можешь себе позволить такое сейчас?? – перейдя на серьёзный тон, ответил арт дилер.

– Рэм, ты знаешь, что для меня это важно. Мои картины полный отстой. Я теряю хватку. Моя жизнь, как песок скоротечно сыпется сквозь пальцы.

– Ладно тебе. Не всё так плохо. – неуверенно попытался ободрить его Рэм.

– Вот видишь! Ты сам не веришь тому, что говоришь.

– Ну хорошо. Слетай. Хотя я думаю, если бы ты наконец нашёл девушку.

– У меня…

– Постоянную девушку. Твою будущую жену. – прервал его Рэм. – Тогда у тебя бы была всегда муза.

– Я собственно хотел тебе сказать, что на неделю я буду вне зоны действия. Постараюсь полностью погрузиться в атмосферу.

– Дело конечно твоё. Если считаешь нужным…

– Считаю. – поспешно ответил Дэн. – Ладно, я начну оформление. Не буду терять ни минуты.

Мужчина стал ходить по просторной квартире в поисках своего ноутбука. Дэн любил простор, пусть даже ничего невозможно было найти в его беспорядке. За свои сорок лет он так и не нашел себе жену. Тяжело находиться рядом с человеком, у которого на уме одно искусство и всегда на первом месте личное я. Дэн старался не думать об этом и заглушал тревогу и боль кратковременными встречами с интересными и не очень женщинами, главное не чувствовать острого чувства одиночества и пустоты.

Теперь же он вновь увлекся новой идеей, забыв про все и всех. Он нашел свой ноутбук, который лежал под кроватью, и открыл браузер. После десяти минут поисков, он определился с туристическим агентством и набрал номер.

– Здравствуйте, я хочу забронировать тур на Фиджи. Это возможно сейчас? – оживленно начал Дэн.

– Добрый день. Конечно. Мы готовы помочь Вам с выбором лучшего тура. Скажите, когда Вы сможете подойти к нам в офис? – ответил добродушный женский голос.

– Да прямо сейчас! – с нетерпением ответил мужчина.

– Хорошо, тогда мы Вас ждем.

Дэн накинул куртку, взял зонт и поспешно покинул квартиру.

Пасмурная погода длилась уже полмесяца. Непересыхающие лужи, хмурое небо и холодный ветер только удручали художника еще больше. Ему хотелось поскорее убраться из города. Ему хотелось поскорее начать творить. Он погрузился в себя и всю дорогу представлял себе свое путешествие. Добравшись до офиса, он быстро поднялся по ступенькам и зашел в помещение.

– Добрый день, я договаривался сегодня прийти на оформление тура на остров Фиджи. – с нетерпением сказал Дэн.

– Добрый, присаживайтесь пожалуйста. Начнем. – улыбнувшись, ответила ему девушка.

Мужчина присел к ней за стол, и они стали обсуждать детали.

Остров Фиджи

Дэн все еще никак не мог поверить, что вот-вот он приземлится на остров. Уже давно стемнело, и Дэн видел только множество фонарей вдоль берега и, качающиеся на волнах в порту, лодки, яхты, катера.

После того как художник расположился в отеле у берега, ему просто не сиделось на море. Несмотря на опустившийся мрак вокруг и на закрывающиеся на ночь развлекательные заведения, Дэн настроился на ночную прогулку, а значит его уже ничего не могло остановить. Он спустился из отеля и вышел на пляж, устремляя взгляд куда-то в даль. Свежий океанский воздух, наполнял его, как ему показалось, энергией, которая способствовала его творчеству. Он гулял вдоль берега, разглядывая все вокруг, как, вдруг, подул небольшой ветер и словно манил, подталкивал художника куда-то в лес. Дэн повернулся лицом к зарослям деревьев и, к возвышающимся за ними, горам.

– Вот это красота! А пройдусь как я немного вглубь.

Мужчина направился в заросли. Высокая трава щекотала ноги. Каждый раз, когда что-то касалось его ноги выше голени, он вздрагивал, думая, что это какое-нибудь дикое насекомое, паук или, того хуже, змея. Чувство опасности добавляло остроты, страсти в его унылую рутину. Он продвигался вперед, пока не обернулся, увидев, что сзади давно пропали огни пляжа и шум тихих, успокаивающих волн.

– Что же теперь? Фонарь у меня с собой. Буду исследовать! А может я еще найду древние рисунки. –в полголоса говорил себе Дэн.

Будучи один, ему не было чуждым говорить с самим собой, так как больше его никто так не понимал. Он твердо верил этому, поэтому более не смущался своей чудаковатой привычке.

Пробираясь сквозь низкие кусты и деревья, Дэн почувствовал что-то неладное. Ему хотелось поскорее выйти на открытую площадку. Он стал продвигаться вперед быстрее, раздвигая руками листья, желая уже выбраться оттуда, но тропический лес не желал выпускать его из своих объятий: Дэн забрался еще глубже. Все стихло. Шелест где-то неподалеку начинал пугать мужчину, кто-то целенаправленно следовал за ним. Дэн подошел к высокому дереву, прижался к нему спиной и стал светить фонарем в разные стороны, отыскивая своего незваного гостя. Вдруг, он услышал громкий шипящий звук прям позади себя за ухом. Он обернулся и увидел, как два маленькие глаза сверкнули в темноте, а затем опять раздраженный шипящий голос, а затем художник к своему ужасу обнаружил раздирающие когти на своей щеке. Мужчина дернулся в сторону и тут он услышал взмах крыльев, пролетающих прям над головой, они коснулись его раз и другой, а потом скрылись в ночи. Во время этой сцены мужчина выронил свой фонарь и теперь оставался во тьме. Он бросился бежать куда глаза глядят. Минут через пять он упал, споткнувшись о крепкие корни дерева. Он отчетливо слышал, как за ним кто-то бежал. Дэн поднялся и, совсем опьянев от неожиданного испуга, крикнул:

– На помощь!!! За мной кто-то гонится!

Ему никто не ответил. Мужчина продолжил бежать вперед. Листья деревьев, кустарники били его по голым рукам, ногам и лицу, оставляя мелкие порезы, но Дэн ничего этого не чувствовал, он просто хотел спастись от того, чего он сам не понимал. Художник снова поднял шум сам не понимая, как это вышло и через мгновение выпал из кустов прямо на поляну, закрыв лицо руками. Следом за ним из кустов выбежал мальчик десяти лет.

Дэн глянул вокруг и увидел обращенные на себя взгляды местных жителей. Танцы у костра остановились, музыка утихла. Раздавались только легкий гул ветра и треск огня.

– Я… я не хотел вас потревожить. Так получилось. Я здесь случайно оказался. – начал Дэн.

Все посмотрели на него, недоумевая, что произошло. Никто не понял художника. Никто не знал русский.

– Ты говоришь по-английски? – обратился к нему мальчишка.

– Немножко. – ответил мужчина. – Знаю только основы.

– Этого хватит. – ответил парнишка и поманил его рукой.

Он обратился к местным на другом языке на фиджийском языке и указал на Дэна. Один из аборигенов – высокий худой мужчина с разрисованным лицом и телом в набедренной повязке из мешковины – протянул ему руку и помог встать. Всю дорогу он разговаривал с художником, пытаясь, видимо, донести информацию, но Дэн ничего не мог понять. Они дошли до костра, и абориген указал, где художник может присесть. Именно так он и сделал, и стал смотреть на возобновившиеся танцы молодых девушек и юношей. Абориген вынес кружку горячего травяного чая и, улыбнувшись, протянул её художнику. Мужчина принял кружку, ответил спасибо и продолжил смотреть танцы. Он начал понемногу успокаиваться и расслабляться. Его взгляд стал блуждать от костра к домам, построенным из деревьев, бамбука и кирпича, а потом он перевёл своё внимание на мальчишек, бегающих по поляне и взбирающихся на деревья, на пожилых женщин, что-то готовящих в большом котловане, а затем он увидел девушку, которая смотрела на танцующих посреди пламени и что-то рисовала на большом листе бумаги мелком, похожим на уголь. Художник продолжал на неё смотреть, ему казалось словно это он там сидит и рисует.

– Её зовут Агнейс. Она очень талантлива. – присев к нему, ответил абориген по-английски. – А меня зовут Эйдан.

– А я Дэн. Рад знакомству. – ответил мужчина и продолжил свою мысль. – Я тоже могу.

– Что? – вопросительно развёл руками абориген.

– Ну то есть … как это сказать … могу… Эх! – сдался художник и стал показывать руками.

– Ааа, рисовать? – догадавшись спросил Эйдан.

– Да, да. Я могу рисовать. Нарисовать вас всех. – ответил Дэн на ломанном английском.

Абориген задумался, встал и пошёл к девушке с рисунком. Эйдан заговорил с девушкой, указал ей на Дэна и добавил ещё пару слов. Агнейс удивленно посмотрела на художника и поднялась идти.

– Нарисуй меня. – без церемоний сказала девушка.

Она добавила, что-то ещё и улыбнулась, но Дэн ничего не понял. Агнейс дала ему лист бумаги и уголёк, которым она рисовала.

– Я сижу здесь, а ты рисуй. – ответила девушка и села на высокий камень в полупрофиль.

Дэн взял в руки уголёк и стал рисовать так увлеченно, как давно он уже не делал. Всё вокруг перестало для него существовать во время работы, художник сосредоточенно вырисовывал каждую маленькую деталь ее лица: храбрый независимый взгляд, скрытую невинность, проявляющуюся в уголках губ, в длинных дугообразных бровях, в широко открытых тёплых глазах. Дэн не просто срисовал её, он предоставил ей её зеркальное отражение, так что Агнейс не могла найти слов, чтоб описать свой портрет.

– Великолепно! – ответила она после минутного молчания. – У тебя настоящий талант!

Она обратилась к Эйдану на фиджийском языке, и что-то горячо, со страстью начала ему доказывать, периодически указывая на свой портрет. Её собеседник сначала с неуверенностью качал головой, но после нескольких минут дискуссии Эйдан согласился с её предложением. Оба аборигена улыбнулись друг другу и устремили взгляд на смутившегося художника.

– У меня есть для тебя подарок. Хочу сказать спасибо за реалистичный восхитительный портрет. – медленно, простым английским пыталась объясниться девушка. – Пойдем с нами.

Пещера предков

Все трое покинули поляну и направились вверх к горам. Вновь свет оставался позади них, а с собой Эйдан захватил только стеклянную лампадку со свечой. Они пробирались сквозь заросли и с каждым пройденным метром всё вокруг становилось спокойнее и тише, пока не воцарилась полнейшая тишина.

– Где мы? Куда мы идём? – спросил Дэн, потому что его держали в неведении.

– Скоро всё узнаешь, добрый гость. – ответила Агнейс. – Это большой сюрприз и большая тайна.

– Мало кто знает про это место. – отозвался Эйдан. – Здесь творили наши предки. Они верили, что рисунки несут в себе невидимую энергию, что они могут влиять на жизнь людей и, если правильно использовать эту энергию, то каждое творение принесет счастье человеку. Мы скрываем его от туристов, но сегодня мы решили сделать исключение. Человек, который может так чудесно рисовать, должен был быть одарен таким талантом самим богом, а это значит он достоин подарка, который скрывает эта пещера.

– Эйдан, я почти ничего не понял сейчас. Ты говоришь так быстро и … – в замешательстве ответил Дэн и сам себе добавил. – Почему я только не учил английский?

– Не волнуйся. – добродушно усмехнувшись, ответил Эйдан. – Ты всё поймёшь, когда придет время.

Все остановились, подойдя к темной глубокой пещере. Её узкое отверстие, заросшее травой и кустарником, напоминало черный портал в иной мир, из которого можно уже никогда не вернуться назад.

– Нам туда, да? – тревожно спросил Дэн.

– Не переживай. Всё будет хорошо. – успокаивала его Агнейс. – Тебе нечего бояться с нами.

– Вот я дурак. Они наверняка каннибалы, про которых я читал. Сейчас заведут меня в темную пещеру, зарежут и съедят, надеясь заполучить этот мой бездарный талант, который и сведёт меня в могилу. – в полголоса себе под нос бормотал по-русски художник.

– Не бойся. Мы тебя не съедим. – тихо на ухо прошептала ему Агнейс, когда они пролезли в отверстие пещеры и скрылись во тьме.

– Что??! Ты меня понимаешь?! Это как?! – испуганно произнёс Дэн.

Он дернулся в сторону и уперся руками о скользкую, слизкую стену пещеры и, поскользнувшись, упал на землю. Эйдан и Агнейс подошли к нему с тусклым фонарём и, прижав указательный палец к губам, указали на потолок пещеры. Дэн посмотрел на верх. Как только он устремил свой взгляд вверх, вся его кожа моментально покрылась мурашками, а дыхание перехватило. Черным плотным полотном потолок пещеры усеяли летучие мыши. Они свисали вверх тормашками на тонких ножках и, художнику казалось, что все они устремили свои маленькие круглые глазки на него и как бы раздумывали: «Кусать нам его или нет.»

– Не кричи только, дорогой гость. Не будем будить спящих предков. – ответил ему Эйдан по-русски.

– Но как?! – вопросительно повторил Дэн.

– Некоторые вещи должны остаться тайной. – ответила ему Агнейс. – Пойдем, осталось ещё немного.

Дэн поднялся и, стараясь не смотреть вверх, направился за местными жителями. Он старался больше не касаться стен и, вообще, смотрел под ноги, опасаясь наткнуться на какого-нибудь опасного животного.

– А насчёт каннибалов ты отчасти прав. – вставил Эйдан после долгого молчания.

– В смысле прав? – тревожно отозвался мужчина.

– Смотрите, вот мы и пришли. – ответила Агнейс, указывая на широкое пространство внутри пещеры.

Художник был настолько удивлен увиденным, что забыл и про каннибалов, и не обратил внимание на то, что несмотря на глубокую ночь и темную пещеру, он мог видеть отчетливо каждый уголок. Здесь он не нашёл приют для летучих мышей, а обнаружил древнюю галерею. Все стены рассказывали историю предков. На них не просто изображались какие-то картины, они светились, как фосфор во тьме. Только теперь Дэн смог увидеть, как выглядит пещера изнутри: причудливые формы камня, необычные породы, структура. Ему всё хотелось потрогать, каждая ниша напоминала экспонаты в музее. Самая дальняя стена, как широкомасштабное произведение искусства, светилась и пленяла к себе, но между этой стеной и посетителями пещеры тянется тихая голубая водная гладь.

– Красота! – ответил Дэн.

– Как и твой портрет. – сказала ему Агнейс. – А теперь пришло время твоего подарка.

– Это чудеснейшее место разве не есть лучший подарок? – ответил художник.

Девушка улыбнулась ему, взяла его за руку и повела к воде.

– Тебе нужно искупаться здесь. Эти подземные воды теплые. Не волнуйся. А когда накупаешься, то направляйся к той стене и коснись этих записей, изображений, попробуй почувствовать, что наши предки могли испытывать во время их творческих сеансов. – сказала Агнейс.

– Ну хорошо! Надеюсь, здесь плаваю только я.

Дэн стал заходить в воду. Она действительно была теплая. С каждым шагом в воду, художнику становилось всё теплее, а на душе становилось всё легче. Он чувствовал будто вода смывает всю его грусть, всю слабость и дарит ему безграничное счастье. Он закрыл глаза и окунулся под воду. Перед его глазами пронеслись эпизоды давно забытых лет, когда предки современных аборигенов проводили в пещере свои творческие сеансы и веселились. Когда Дэн вынырнул, то он чувствовал себя опьяненным от счастья и полноты жизни. Художник подплыл к стене. Посмотрел вверх на возвышающуюся над ним породу камня и коснулся ладонями текста и изображений, которые веками рисовали предки. Он поднял ладонь и провёл ей по впадинам в стене. Весь текст и картинки засияли настолько ярко, что мужчине пришлось закрыть лицо руками, а когда он вновь открыл глаза, то всё кругом лежало в кромешной тьме. Мужчина замер на мгновение, надеясь услышать ободряющие голоса аборигенов, но его надежды оказались тщетными.

– Агнейс! Эйдан! Где вы?! – растерянно и напугано кричал художник. – Это уже совсем не смешно! Какой же это подарок, я сейчас сойду с ума!

Его голос отразился эхом в открытом пространстве пещеры и привёл его в ужас.

– Что же это такое? Неужели я один? – в полголоса произнёс художник, не зная собраться ли ему с духом или впасть в отчаяние.

Мужчина хотел вылезти оттуда, но он буквально ничего не мог увидеть, он просто не знал куда плыть. Паника росла в нём всё больше и больше, сердце начиналось биться всё быстрее и сильнее. Не выдержав растущего напряжения и безысходности своего положения, он осмелился дернуться вперед и поплыл в никуда. Вода больше не приветствовала его теплыми мягкими волнами, она охладела и, мужчине становилось всё сложнее плыть. Чем больше он прилагал усилий, чтобы плыть дальше, тем сильнее его тянуло под воду. Теряя всякое самообладание, мужчина стал яростно загребать руками по направлению к предполагаемой суше, но в этот момент он почувствовал, как что-то коснулось его ног. Осознавая своё бессилие в данной ситуации художнику ничего не оставалось, кроме как плыть дальше из последних сил, но, вдруг, его силой потянуло под воду. Неведомая сила окунала его в воду, как поплавок, а затем потянула вниз безвозвратно. После бессмысленных сражений с неизвестным над водой, где раздавались только яростные крики мужчины и всплеск воды, Дэн сдался и его уносило всё глубже в пучину небытия. Его тело, руки и ноги стали слабо содрогаться, мелко дрожать, а затем перешли в сильные конвульсии. Рот и глаза широко окрылись, испуская последнюю каплю жизни, которая в нём оставалась.

Необъяснимые явления

– Дэн, ты слышишь меня? – раздался голос Агнейс. – Я забыла сказать, что у этого подарка есть своя цена. И эта цена – твоя жизнь. Ты мёртв, но конец одной жизни свидетельствует о начале другой. Чтобы воспользоваться подарком, тебе необходимо было переродиться. Ты будешь жить вновь, дорогой гость. Прощай.

– Агнейс! На помощь! Мне так холодно. Я не могу пошевелиться. – жалобно ответил художник.

– Открой глаза, мой друг, возьми меня за руку. Не бойся ничего. – ответила Агнейс.

Мужчина открыл глаза. Он лежал на дне резервуара в пещере, а вокруг него находилось множество скелетов, покоящихся на подводных камнях веками. Каждый покойник хранил свою историю смерти: некоторых утопили, о чём свидетельствовали тяжёлые цепи с камнями, кого-то просто зарезали, о чём говорили оставленные в каркасе скелета орудия убийства, а обстоятельства смерти иных и вовсе остались загадкой.

Дэн, приподнявшись на локоть, осматривал жуткое зрелище, когда его коснулась чья-то холодная, как лёд, рука. Мужчина набрался храбрости и стал медленно оборачиваться, как будто резкое движение могло бы отпугнуть или наоборот разозлить тайную фигуру за его спиной.

– Возьми меня за руку. – раздался хриплый старческий голос.

Художник обернулся. Его сердце остановилось. Перед ним на коленях стояла ветхая старуха, её сморщенная старческая кожа носила давние следы от шрамов и тату. Толстая, покрывшаяся мхом, цепь крепко опутала её ноги. Она приковала его взгляд к своему, и он понял, что перед ним находится Агнейс.

– А теперь возьми меня за руку и всплывай. – повторила Агнейс и добавила. – Никогда не возвращайся.

Мужчина, как под гипнозом, медленно протянул ей руку, не отрывая от неё глаз. В её глазах он видел всё ту же юную, жизнерадостную девушку. Как только мужчина коснулся её худенькой бледной сморщенной руки, Агнейс с невероятной силой сжала его кисть, и её фигура и черты лица растворились в ярких лучах света, исходящих из её глаз. Дэн зажмурился.

– Ааа! Ааа! Ааа! – закричал художник, подскочив с подушки.

Он всё ещё ничего не мог видеть из-за яркого света, которым его ослепили в пещере.

В комнату сбежался рабочий персонал. Они помогли мужчине присесть и посмотрели на него, ожидая объяснений. Ещё минут десять спустя художник утверждал, что почти ничего не видит и только потом, придя в себя, он ответил:

– Какого чёрта у вас происходит на этом острове!? У вас отвратительные гиды! Меня двое из них чуть вчера не убили!

– Мы приносим свои извинения. Вы прилетели только вчера, поэтому мы не успели Вам никого назначить. Кто именно был вашим гидом? – спросил управляющий отелем.

– Агнейс и… Эйдан. – ответил, нахмурившись от нарастающей головной боли, художник.

– Мы разберёмся в чём дело и обязательно вернёмся к вам, а пока отдыхайте. Мы принесём Вам завтрак сюда. – ответил управляющий и поспешно вышел.

Когда все покинули комнату, Дэн поднялся с кровати и подошёл к окну.

– Неужели это всего лишь сон? – подумал он про себя.

Снаружи ярко светило солнце и уже припекало, если встать под открытыми лучами. Дэн глубоко вдохнул свежий влажный воздух и направился на выход, захватив карандаши и несколько листов бумаги.

Художник постелил широкое полотенце и прилёг под тенью пальмы неподалёку от океана. Он смотрел на блестящую водную гладь, на бегущие пенящиеся волны, слушал успокаивающий шум воды, и ему захотелось запечатлеть пейзаж, который раскрывался перед его глазами. Дэн взял лист бумаги и поместил его на планшет-мольберт, затем он выбрал карандаш и принялся за дело.

Через некоторое время рисунок был готов, но чего-то не хватало. На переднем плане его всё устраивало, а вот на заднем ему хотелось что-то добавить. Немного обдумав это, он нарисовал большую дугообразную радугу, он хотел дорисовать что-нибудь ещё, но в этот момент к нему подошёл управляющий отелем и попросил пойти с ним. Художник поднялся и, оставив свои вещи на месте, присоединился к нему.

– Мистер…? – начал управляющий.

– Просто Денис. – ответил художник.

– Денис, я переговорил со всем персоналом. У меня нет вообще работников с такими именами. – продолжил хозяин. – Мы посмотрели по камерам, чтобы увидеть этих таинственных гидов, но обнаружили, что с самого приезда Вы никуда не выходили. Вы легли на кровать и проспали до утра.

– Этого не может быть! – прервал его Дэн. – Это не могло мне просто причудиться? Я испытал настоящий стресс, пока мы бродили по той пещере!

– Пойдёмте посмотрим на камеры. – заключил управляющий.

Они прошли в офис и Дэну показали видео с камеры, где он прошёл в отель и зашёл к себе в номер. С тех пор мужчина не покидал номер.

– Не может быть! – возмутился художник. – здесь что-то не так. Впрочем, я могу Вас отвести к поселению, где я встретил тех двух гидов и страшное место, куда они меня завели.