Вчера, после дождя…

Глава 1

Оливия Мартинс пулей вылетела из офиса и понеслась в сторону автобусной остановки. Обычно босс всегда отпускал её на пятнадцать минут раньше, входя в положение. Но сегодня Лиам Ламберт определённо пребывал не в духе, и выяснять причины никто не рискнул бы.

Теперь девушка проклинала эту свою робость, переминаясь с ноги на ногу и вглядываясь в поворот в ожидании, будто это могло подогнать автобус. Очень странно, что в самом центре Антверпена вдруг перестал ходить какой бы то ни было транспорт, когда он был так нужен! Оливия глубоко вздохнула и приказала себе успокоиться, эффекта это не возымело, и она продолжила пялиться в поворот. Через пятнадцать минут ей надо было быть в сырной лавке отца в Мехелене! Девушка не могла себе позволить снова потратиться на такси: иначе ей просто не хватит денег до следующей зарплаты. Поэтому она мысленно смирилась с тем, что опоздала и подвела отца.

Наконец, из-за угла замаячил долгожданный автобус. Едва он приплелся на остановку, как Олив влетела внутрь и плюхнулась на одно из свободных мест. Двери закрылись, автобус тронулся, и девушка с ужасом поняла, что кошелёк с деньгами и проездным остался в офисе. Буквально в последний момент Лиам поручил изучить пачку важных бумаг на выходных. Разумеется, не удосужившись объяснить, зачем Оливии знать про отдел международной торговли, который не относился к её компетенции… Видимо, она выложила кошелёк, когда пыталась впихнуть кипу бумаг в сумку. Вот растяпа!

Наверное, вид её был абсолютно растерянный, а взгляд полон безысходности, потому что неожиданно для себя Оливия услышала мужской мягкий голос:

– У Вас все в порядке? – необычный акцент в речи привлёк внимание сразу нескольких пассажиров.

Девушка взглянула влево и наткнулась на серые глаза участливого незнакомца. Почему-то именно сейчас от сочувствия этого мужчины ей захотелось плакать от досады. Глаза уже начало щипать, но Олив напомнила себе, что является взрослой, самостоятельной и способной уладить такую мелочь. На секунду прикрыв глаза, она смирилась с тем, что окончательно и бесповоротно подведет папу.

– Нет. Я забыла кошелёк на работе и теперь мне придётся сойти с автобуса… – голос дрогнул, выдавая её переживания.

Олив снова посмотрела на русоволосого мужчину, который буквально на мгновение замер, поймав её взгляд, а затем сделал то, что сделал бы любой мужчина на его месте.

Конечно, он оплатил проезд для этой расстроенной девушки! Он уже собирался выходить, но взгляд зацепился за застывшую брюнетку. Не то, чтобы Виктор всегда выручал незнакомых людей деньгами, или любил на досуге знакомиться с девушками в автобусах, но эту незнакомку с глазами цвета шоколада, он почему-то не смог проигнорировать. Когда она взглянула на него, абсолютно растерянная и жутко расстроенная, и мужчина понял, что на конечной остановке её ждет кто-то или что-то важное, руки сами потянулись к кошельку. Двери захлопнулись и повезли его дальше. Виктор оплатил этот чертов проезд и теперь думал, почему он вообще остался в автобусе, когда ему нужна была эта остановка…

– Спасибо, не знаю, как… – немного смущённо начала благодарить его кареглазая, и он тут же прервал её жестом.

– Не за что, любой на моем месте поступил бы так же, – Виктор одарил незнакомку дружелюбной улыбкой, и она улыбнулась ему в ответ.

– Напишите контакты, чтобы я могла вернуть вам эти три евро, – после секундной паузы предложила девушка, протягивая лист из внушительной стопки бумаг, и мужчина подумал, что никогда не привыкнет к этому менталитету!

– Это – лишнее, – он слегка нервно дернул плечами, – вы, очевидно, очень спешите к кому-то, – Виктор надеялся, она скажет, что дома её ждёт лишь голодный кот, но незнакомка только утвердительно кивнула и о чем-то задумалась. Мужчина постарался скрыть непонятно откуда взявшееся разочарование.

Автобус останавливался на следующей. И не придумав причин остаться, Виктор вежливо попрощался, пожелал счастливого пути и пошёл проведать брата. Возможно, прогулка перед встречей пойдёт ему на пользу.

Они не виделись сотню лет! У Виктора и Лиама были разные отцы. Когда-то в детстве они были «не разлей вода». Виктор был старше брата на четыре года, но всегда общался с ним, как с ровесником. Покойная мать, Анна, растила их в любви. Но после выпуска каждый пошёл своей дорогой: Лиам остался в Антверпене и продолжил архитектурный бизнес отца, делая заметные успехи, свободолюбивый Виктор отправился на родину своего отца, в Россию, в поисках себя. Там он довольно быстро привык к почти новому для себя укладу жизни, нашёл друзей, увлекся местной кухней и открыл ресторане далеко от центра Москвы.

– Что тебе надо? – тепло поприветствовал Лиам брата после пяти лет разлуки, когда увидел его на пороге кабинета.

– Сегодня двадцать второго марта… – коротко ответил Виктор.

– Предлагаешь обняться и поплакать? – съязвил белобрысый, прищурившись на брата.

– Как минимум. Пять лет прошло, – в тон ему бросил Виктор.

Снова оба вспомнили кошмарные события, будто этот ужас был только вчера.

– Предлагаешь сделать вид, будто мы не виноваты в том, что мамы нет?! – рявкнул Лиам, с силой ударив кулаком в первое, что попалось на пути, – будто это не мы организовали ей путёвку «на тот свет»? Будто это не мы толкнули её в самый эпицентр ада?! – закипая в ответ, Виктор проводил взглядом летящий в стену так ни кстати зазвонивший мобильный. Бывший мобильный телефон.

– Лиам! – не выдержал Виктор, – я пролетел черт знает сколько километров! Из другой страны! Ради того, чтобы провести этот день с тобой! – он поймал отчаянный взгляд брата, – ты можешь сделать, как я: на время засунуть своё чувство вины куда подальше и провести этот день со мной в память о маме?! – его голос разорвал тишину кабинета, – без упреков, без ругани! Один гребаный день, Лиам!

Блондин обошёл стол и упал в мягкое кожаное кресло, закрыв рукой посеревшее лицо.

– Не могу.

Виктор обошел стол и встал напротив Лиама. В его бесцветном голосе угадывалось абсолютное понимание.

– Я тоже…

Но упорства Виктору было не занимать.

– Я хочу все исправить между нами, – Ламберт старший протянул руку брату. Тот помедлил немного…

– Всё не всё, а компания не отказалась бы от твоей помощи. Раз уж ты тут…. – Лиам пожал его руку в ответ, предлагая присесть в кресло напротив.

Оливия ворвалась в сырную лавку отца, опоздав на полчаса.

– Извини, извини, извини! – пропищала она, скидывая плащ, и одновременно быстро чмокая отца в щеку и отдавая приветствие их постоянной клиентке, мисс Такет. Женщина в ответ пристально уставилась на взъерошенную особу, а затем, наконец узнав Оливию, вскинула брови и дружелюбно запричитала что-то на своём стариковском.

– Ну, где ты ходишь! – возмутился папа, пытаясь изо всех сил показать, как он недоволен, что в объятиях дочери получалось у него весьма плохо, – мне уже нужно быть на процедурах у мадам Лауры!

– Оливия! – разрешила себе влезть в разговор старушка, – ну сколько можно разрываться на две части! Из тебя вышел прекрасный сыровар, стоит ли сидеть в офисе весь день ради каких-то кирпичей!

– Мадам Такет, – терпеливая Оливия решила, что резкий ответ отпугнет клиентку, да и повысит давление сердобольной даме, – мадам Такет, я люблю свою работу и однажды мне доверят вести какой-нибудь проект, – Лив ободряюще улыбнулась, надеясь, что Лиам Ламберт однажды действительно увидит в ней профессионала. Она вспомнила, как отец каждый год предлагал то же самое своей дочке. «Уйди ты из этой компании, тебя там не ценят, милая, ты ничего не добьешься, перебирая бумажки у этого Ламберта…» Разумеется, папа не хотел ей плохого. Напротив, для дочери он желал лишь самого лучшего и искренне верил, что у Олив талант повара и сыровара. А Лив прекрасно понимала, что если обезьяне каждый день много лет подряд показывать этапы технологии приготовления сыра, то бедное животное тоже можно будет называть гениальным поваром и сыроваром. Но к кулинарии не лежала душа Олив. Мисс Мартинс горела архитектурой, историей и, как выразилась мадам Такет, кирпичами. Да, она готова была ночи напролет чертить, рисовать, творить, изучать новые технологии, лепить. И Лив твердо для себя решила, что если ради собственного проекта ей придется перекладывать бумажки для Лиама Ламберта, то она готова ждать. Правда, с каждым годом надежда Олив на настоящую архитектурную работу таяла. Девушка с грустью посмотрела на клиентку. Старушка, очевидно сдавшись, помахала Лив и её отцу и побрела в пекарню.

– Олив, – папа вернул дочь с небес на землю, – ты где была? Мадам Лаура…

– Всё под контролем! Я позвонила ей в пути, извинилась и попросила перенести твой визит, – она услышала вздох облегчения, натягивая форму продавца в подсобке, – так же попросила знакомую из бухгалтерии войти в положение и передать кошелёк… Телефон Лиама почему-то недоступен…

– Какой кошелёк? – спохватился отец, но был уже буквально выставлен за дверь без объяснений.

Оливия всегда старалась решать свои проблемы самостоятельно. Отцу всю жизнь было и так не сладко: в одиночку растить девочку. Парадоксально было то, что ушла от них мать, а стыдно почему-то было Оливии. Она очень рано повзрослела и научилась делать то, за что бы никогда не взялась, будь у нее выбор. Даже когда училась на архитектора, она успевала помогать в сырной лавке, чтобы платить за образование. Она на все причитания папы, мадам Такет и прочих Оливия с улыбкой отвечала, что ей не сложно. Но это, конечно же, было ложью. Ей было тяжело. Однако, когда знаешь, за что сражаешься, не замечаешь тягот битвы. Вот и мисс Мартинс так мечтала создавать и реставрировать здания и творить ландшафты, что, падая вечером без сил, вставала на следующее утро и бодро шла вновь грызть гранит «кирпичной» науки, а вечером – сырной. Мысли в голове Лив пронеслись за несколько секунд, затем она отмерла и пошла надевать униформу.

Остаток вечера у Оливии прошёл как в тумане. Она обслуживала покупателей, прибиралась и делала сырные заготовки для ресторанов на завтра. Все это было ей не ново: ещё со средней школы она стала помогать отцу, когда мама решила строить свою жизнь без них. Тогда в глазах девчонки-подростка это было предательством, трагедией и полной катастрофой. Именно тогда Лив решила, что не станет искать легких путей, как её ближайшая родственница, и с тех пор мало кому отказывала в помощи и уж точно – ни разу не бросала дело на пол пути. Оливия тяжело вздохнула: теперь только изредка она вспоминала маму и иногда фантазировала, как бы жилось ей в полной семье.

До закрытия лавки оставалась четверть часа. Олив зашла в подсобку, чтобы переодеться. Она сняла с себя форму. Замученная девушка мельком посмотрела на себя в зеркало, увидев жалкое зрелище: застиранное серое хлопковое белье врезалось в не очень стройную фигуру, потухший взгляд делал ее лицо старше своих лет, на щеке поблескивал развод от сливочного масла. Олив распустила волосы, и застонала от удовольствия, когда помассировала уставшую кожу головы, закрыв глаза. Она вновь их открыла и вздрогнула от испуга.

– Гм… извините, я не знал, что… – в паре метров от неё, у входа в подсобку, откуда-то возник тот самый русоволосый незнакомец из автобуса. Олив тут же постаралась прикрыть наготу униформой, но трясущиеся руки никак её не слушались. Сероглазый без тени смущения таращился на Олив, видимо, абсолютно ошарашенный открывшимся жалким зрелищем. Неужели она забыла запереть дверь, прежде чем уйти в подсобное помещение?! Позорище! Это – просто кошмар! Да еще предстала перед мужчиной в таком виде! Оливия попыталась взять себя в руки.

– Что вы здесь… как вы? – она не знала, возмущаться ей или благодарить за недавнюю помощь, поэтому с облегчением вздохнула, когда мужчина нарушил неловкую паузу, словно выйдя из оцепенения.

– Извините, – он повернулся к ней спиной, абсолютно перестав соображать. Мысли путались, а из головы никак не шел образ этой сексуальной брюнетки в одном белье. Виктор слышал, как позади шуршит ткань и с трудом подавил фантазии об обнажённом теле, которое облачается в строгий костюм.

–Ничего, – ответил ему слегка запыхавшийся хриплый женский голос из-за спины, – ничего страшного, а… как вы… – Виктор почувствовал лёгкое прикосновение к предплечью и инстинктивно повернул голову назад: девушка была в уже привычном ему офисном костюме, и лишь распущенные волосы напоминали ту нимфу, которую он увидел пять минут назад, – как вы здесь оказались?

Расстояние между ними стало недостаточно большим, чтобы Виктор сохранил чистоту рассудка. Не доверяя своему голосу, он молча вытащил кожаный зелёный кошелёк, глядя в расширяющиеся от удивления янтарные глаза.

Спустя несколько секунд тишины, девушка потрясённо выдохнула:

– Признайтесь, вы – мой ангел хранитель? – она смущённо улыбнулась, доверчиво глядя в горящие серо-голубые глаза незнакомца.

– Ахах. Гм. Это вряд ли… – чуть ухмыльнулся в ответ Виктор, не припоминая ни одной альтруистической мысли в своей голове в последние несколько минут. Кроме того, эта девушка даже не подозревает, для чего он здесь на самом деле…

– Меня зовут Виктор. А вы – Оливия Мартинс?

Девушка утвердительно кивнула, осторожно забирая свой кошелёк. Лив не отрывала от мужчины непонимающего взгляда и ожидала объяснения. Из ниоткуда у неё появилось чувство загнанного в ловушку зверька, и по рукам побежали мурашки.

– Я – брат Лиама. Когда мы с ним… разговаривали, влетела некая дама и очень просила доставить по этому адресу кошелёк для «рассеянной сотрудницы».

Оливия мгновенно смутилась, как школьница. Почему этот мужчина так действует на неё? Ну с кем не бывает таких ситуаций? Или её смущает не ее рассеянность, а брат босса?

– Лиам тут же воспользовался случаем, и поручил мне «важное задание». Ваша судьба ему явно небезразлична. Брат сказал, что эта растеряша – его незаменимый секретарь. Но забыл предупредить, что она еще и очень… – Виктор окинул девушку многозначительным взглядом, останавливаясь на её губах -… мила.

На его последних словах Лив почувствовала, как стали гореть щеки. Она неловко заправила прядь волос и опустила глаза в пол, с ужасом прокручивая свой недавний обнажённый вид, открывшийся взору гостя. Вряд ли можно назвать милым её застиранное белье и уставшее и смущенное лицо. Интересно, у этого мужчины такая тактика: в начале общения заставлять девушку чувствовать себя неловко?

– Извините, но я не ждала уже посетителей, – зачем-то попыталась оправдаться Оливия.

Она пристально посмотрела на Виктора.

– Знаете. Мы хорошо общаемся с боссом. Но Лиам никогда не говорил о своем брате…

– Мы не особо были близки в последнее время, – «не то, что вы», очевидно. Он помолчал, – но теперь я здесь, и попытаюсь исправить ситуацию. А вы мне в этом поможете.

– Чем?

Виктор мило улыбнулся, и где-то внутри неё что-то ёкнуло. Дурацкое предчувствие чего-то опасного ускорило её пульс. Оливия нервно сглотнула, отступив назад.

– Вы уже закончили? – игнорируя вопрос Лив, мужчина окинул взглядом подсобку сырной лавки, и снова уставился на неё, будто выжидая добычу.

– Да, – коротко ответила девушка и отвела взгляд в сторону сумки.

– Тогда прошу, – Виктор указал на выход, пропуская даму вперед, – у меня к вам предложение, от которого вы не сможете отказаться…

Девушка заперла лавку, опустила ролле и, подбоченившись, повернулась к мужчине.

– Какое ещё предложение? – прищурилась Олив.

– Вы едете со мной. В Россию. Билеты куплены. Отказы не принимаются, – лучезарно улыбнулся Виктор, видимо, ожидая вопля восторга или негодования.

Интересно, как она отнесется к разлуке с Лиамом? Ведь он строго-настрого сказал следить за ней и опекать в командировке, раз уж он не сможет быть рядом…. И действительно, кому ещё доверить такую девушку, как не брату? Только вот когда Виктор соглашался, он не знал, что секретарь – та самая прекрасная незнакомка из автобуса.

Олив Мартинс задохнулась от такой наглости. Этот нахал, которого Оливия видит-то второй раз в жизни, решил, что имеет право приказывать ей! Нет, девушка, конечно, мечтала и грезила о своем проекте, но она не думала, что придется бросать отца, соседку по комнате и любимый городок… А этот Виктор… Он даже не спросил её мнения, не поинтересовался, удобно ли ей куда-то ехать, да и с какой стати! Он – не её босс!

– Никуда я с вами не поеду, – насколько могла, сдержанно ответила Лив, скрестив руки на груди, игнорируя рвущееся архитекторское желание показать себя.

– Вы изучили документ, который отдал вам Лиам? – более серьёзно спросил Виктор, он решил не спрашивать о причинах отказа. И так понятно, что мисс Мартинс рассчитывала весело провести время в поездке с его братом.

– Вы про открытие отдела международной торговли? Собиралась это сделать после работы в лавке, – зачем-то снова начала оправдываться перед этим мужланом Лив.

– Я сэкономлю ваше время и поведаю основные моменты, – теперь мужчина вовсе перевоплотился в босса, весь его вид излучал властность и строгость, от прежнего легкого общения не осталось и следа, а, может, изменилось лишь ее восприятие?

– Во-первых, – начал он, – данный международный архитектурный отдел начнёт работу по сотрудничеству при создании нового облика столицы России. Он возьмёт под свое крыло несколько объектов.

Оливия продолжала смотреть на Виктора, не опуская скрещенных рук, готовая к обороне в любой момент.

– Во-вторых, – продолжал новоиспеченный босс, – курировать его предстоит мне, так как у Лиама полно работы в Антверпене, а я как раз живу в Москве. Так что… это очевидно.

– Мне не очевидно! Вы тоже разбираетесь в архитектуре? – недоверчиво подняла левую бровь Олив.

– Ну. У меня есть степень в этой сфере, но все же моё сердце принадлежит миру высокой кухни.

– Тогда зачем… не понимаю…

– Семья – не пустой звук для нас, – голос мужчины сделался стальным, стало ясно: Оливия задела в нем нечто очень личное, – и мы готовы на всё ради неё.

– И последнее, – более будничным тоном продолжил он, – вы, очевидно, очень близкий… человек для моего брата, – Виктор смерил девушку взглядом, – и, по его словам, разбираетесь в делах фирмы и архитектуре больше, чем я. Хочу, чтобы вы поняли одну важную вещь…

– Какую? – она подалась чуть ближе и ее окутал аромат приятного мужского парфюма, Олив тут же отпрянула.

– Если из-за вас проект накроется медным тазом, Оливия, – Виктор снова вторгся в ее личное пространство, – пострадает не только фирма, но и наши отношения с Лиамом, и, вероятно, ваши. Так что в ваших интересах сделать так, как приказано: Лиам отправляет вас в командировку на пару месяцев в Москву. Со мной, – хищная улыбка только еще больше разозлила девушку.

Она была готова взорваться. Кем возомнил себя этот пришелец? Этот нахал оказался просто невозможным! Как можно не считаться с потребностями и желаниями других людей?! Удивительно, как ошибочно бывает первое мнение! Казался таким милым парнем… А теперь смеет делать какие-то намёки на её некомпетентность! Эгоист и хам!

– Прошу меня извинить, – дрожащим от гнева голосом проговорила девушка. Отвернувшись, она достала телефон и набрала номер Лиама. Тот, как назло, все ещё был вне зоны доступа. Олив громко выдохнула.

– Да, у него пока будут некоторые проблемы со связью, – усмехнулся Виктор, поймав на себе внимательный взгляд Лив.

– Знаете, мне пора идти. Поговорим завтра в офисе, раз уж вы теперь – мой босс, мистер Ламберт! А на сегодня работы с меня достаточно! – Оливию поразило сочетание в одном человеке такой обаятельной внешности и скверного характера. Но в обиду себя мисс Мартинс давать не собиралась! Её тон не подразумевал продолжения диалога. Тут любой вежливый и уважающий себя мужчина позволил бы ей уйти…

– Куда вы? – окликнул её Виктор.

–Домой. Я устала и хочу спать! – огрызнулась девушка, уставившись на внезапно нарисовавшегося нового босса.

– Я взял машину, – спокойно продолжил Виктор, – давайте я вас подвезу и… – Олив метнула ещё один уничтожающий взгляд, прерывая на полуслове; было совершенно очевидно, что сейчас Виктор нравится ей не больше, чем пенка в кружке какао.

– Лиам не простит, если что-то случится с его… лучшим сотрудником, – босс тут же поднял ладони вверх в примирительном жесте, – обещаю молчать! – Олив едва заметно кивнула, капитулируя перед адекватностью предложения: она действительно устала и вымоталась. И плевать, что этот нахал про неё думает! В полном молчании они доехали до указанного адреса. Кипящая от злости девушка вынула три евро и положила их на панель авто. Виктор поморщился, словно ему влепили пощёчину.

– Вот! Не хочу быть вам должна, – не дожидаясь ответа мужчины, Оливия тут же вылетела из машины, бросив Виктору «до завтра».

Нина Дюбуа вздрогнула от резко хлопнувшей двери.

–Черт! – миловидная девушка с белым каре схватилась за сердце – Лив! Испугала!

Нина тут же сменила тон, когда увидела, в каком состоянии её соседка по квартире.

– Олив? Что случилось? – голос Нины стал мягче.

– Моей жизнью решил поиграть какой-то болван! Вот что случилось!

Оливия рассказала Нине о событиях дня, не забыв раз десять упомянуть русоволосого болвана так громко, что блондинка поморщилась, – ой… Прости… – спохватилась Оливия, – я слишком устала и полностью вымотана и уже не отвечаю за себя.

– А он симпатичный хоть? – улыбнулась Нина, и соседка в ответ фыркнула. За полгода, которые девушки жили вместе, Нина не припоминала такого взбудораженного состояния у соседки.

– Он – абсолютный стопроцентный гавнюк!

– Точно симпатичный… – мечтательно вздохнула романтичная Нина.

– Дюбуа! Это вообще никакого значения не имеет! – буркнула Олив.

– Ну… фактически, – блондинка слегка прищурилась и принялась эмоционально жестикулировать, – это босс тебя отправляет в командировку… а Виктор вообще не при чем… К тому же, ты так мечтала о собственном проекте, – суровый взгляд Оливии не дал Нине закончить очевидную мысль, – а злишься ты почему-то на… молчу, молчу… что-то я заболталась, у меня пять индивидуальных тренировок завтра, пора спать…

– Вот и хорошая идея, тренер, – недовольно буркнула брюнетка, уходя в ванную комнату…

Глава 2

Следующий день выдался жарким. Нет, температура едва перевалила за плюс десять по Цельсию, но в кабинете у Лиама Ламберта было слишком жарко.

– Вы оба, я извиняюсь, спятили! Я не полечу ни в какую Россию! – Олив не сдерживала эмоций: дебаты шли уже полчаса, – как вы могли додуматься заказать билеты, не спросив даже меня? – девушка вперила взгляд в Лиама, который почему-то исподлобья посмотрел на Виктора: русоволосый внезапно слишком заинтересовался видом из окна, но после небольшой паузы пошёл в атаку:

– Ты – подчиненная! А Лиам – твой босс! – рыкнул взбешенный Виктор, – не важно, в каких вы «дружеских» отношениях вне работы!

– Виктор! – строгий голос Лиама нисколько не остудил пыл брата, и он продолжил наставления, указывая пальцем на девушку.

– Ты обязана делать то, что говорит тебе начальник, беспрекословно! – Виктор прищурился.

– Слушайте, мистер босс! – Оливия едва сдерживалась, чтобы не ударить кулаком в грудь этому болвану. Олив и самой было обидно, что она не может воспользоваться выпавшей возможностью показать себя в деле, но ответственность и забота о близких – были не пустыми словами. Как может она оставить отца? А соседку? Нина не сможет платить за общую квартиру одна, а денег одновременно на аренду и поездку у Олив попросту нет… – нельзя ведь подставлять всех вокруг ради одной командировки!

– То же самое могу спросить у тебя! – парировал Виктор.

– А я тебе ещё раз повторяю, Оливия, – продолжил пока ещё сдержанно увещевать босс. Лиам подошёл к ней поближе, опустив ладонь на плечо в дружеском жесте, и Олив услышала где-то сбоку фырканье, – я не могу поехать в Москву, тогда как на носу поглощение МунАкитект, – его зеленоватые глаза смотрели спокойно и прямо, – как глава, я обязан присутствовать на всех этапах! Кроме того, поездка в Россию – это автоматическое повышение в должности, а также существенная прибавка к заработной плате. Что скажешь?

Конечно, звучало заманчиво. Очень заманчиво! Черт, да эта возможность еще утром казалась ей пределом всех мечтаний! Но как быть с обязательствами перед самым важным человеком? Да и перед Ниной…

– Поищите другого, – насупилась девушка, её голос слегка поник, растеряв былую браваду. Оливии с трудом верилось, что она добровольно отказывалась от цели всей жизни. Девушка непроизвольно взяла Лиама за руку в извиняющемся жесте, – я не могу, Лиам. Я понимаю, что подвожу тебя, но… – Оливия крепче сжала руку блондина, растерянно глядя в добрые зеленоватые глаза.