Черная вдова поместья РоузХолл

Глава 5

Над справочником я просидела до ужина, забыв об экономке, с которой должна была увидеться сегодня. Узнала, что существуют культуры, которые сажают только крестьяне, а аристократам употреблять в пищу еду из этих культур не престижно. Выучила названия местных овощей и фруктов. Просмотрела календарь сельхозработ.

И только когда желудок напомнил о необходимости есть, в том числе и по вечерам, я отложила книгу, встала со своего места и вышла из книгохранилища.

Повариха здесь явно была умелицей, многое знала, многое могла, и готовила она просто превосходно. Когда я дошла до обеденного зала, стол уже был сервирован к ужину. Льняная скатерть, столовые приборы из серебра, хрустальные бокалы и посуда из тончайшего фарфора – я уселась в кресло во главе стола, ощущая себя как минимум вдовствующей императрицей, и принялась ужинать.

Основным блюдом было нежное филе морского окуня на подушке из запеченных овощей: молодой спаржи и моркови, приправленное лимонно-масляным соусом и украшенное свежими травами. Рядом – салат из молодых листьев шпината с ломтиками груши, поджаренными орехами и нежным сыром, политый кисло-сладким соусом. Гарнир – картофельное пюре.

Все выставлено на стол так, как будто я ела в самом изысканном ресторане на Земле. Если бы за столом присутствовала Ираса, мать Аделины, я услышала бы нотацию о вреде такого сытного ужина. Но, слава всем богам, я жила одна, замуж снова не стремилась и могла себя порадовать.

Проглотив предложенное, я с сожалением посмотрела на мороженое в вазочке, которое стояло в качестве десерта, и поняла, что не смогу съесть ни капли.

Поэтому я выпила стакан фруктового-ягодного компота и поднялась из-за стола.

Можно было идти спать.

Я поднялась по мраморной лестнице на второй этаж, зашла в свою спальню и вызвала служанку. Осталось переодеться и улечься в постель. Слава всем богам, до сегодняшнего дня мне не снились сны. Вообще. Даже Земля, мой бывший мир, любимый и родной, и та не появлялась в сновидениях. Вернее, может, что-то и виделось, но утром я все успешно забывала.

Дождавшись служанку, я сменила с ее помощью домашнее платье на ночную рубашку, длинную и полностью закрытую, с удовольствием юркнула в постель и закрыла глаза. Магический шар, светивший под потолком, выключится сам через несколько секунд. Этакая система «Умный дом», которая работала без сбоев.

Ночь прошла спокойно. А теплое утро встретило меня солнечными лучами, проникавшими сквозь окна моей комнаты. После завтрака, состоявшего из душистого чая, нарезанного сыра и свежих булочек, я вышла в сад, подышать свежим воздухом, пропитанным ароматом цветов.

К парадной двери усадьбы вела широкая аллея, обсаженная с двух сторон высокими деревьями. Тут всегда была тень и прохлада, даже в самую жару, по уверениям дневников Аделины.

За аллеей – железные ворота, которые запирались на ночь, и забор. Тоже из железа. Осаду, конечно, усадьба не выдержит. Но какого-нибудь не особо умного конника остановит.

Я провела время, гуляя без цели, просто наслаждаясь этой тишиной и теплом, прежде чем вернуться в дом. Служанка, караулившая меня возле двери, сообщила, что экономка, найра2 Эльвира, просит встречи со мной.

Я кивнула и направилась в гостиную на первом этаже, где обычно и встречалась со старшими слугами.

Найра Эльвира была крупной высокой дамой с седыми волосами, лет сорока-пятидесяти. Она служила верой и правдой теперь уже моему бывшему супругу лет десять-пятнадцать, знала все плюсы и минусы усадьбы и умело руководила прислугой. Уж не знаю, каким образом она оказалась в усадьбе, и были ли у нее родственники, но работала она не покладая рук и нареканий не имела.

– Крышу надобно перекрывать, ваше сиятельство, – заявила она сразу после поклонов в мою сторону. – Прохудилась она. В господских комнатах еще не видно. А вот у слуг даже на первом этаже заметно.

– Есть, кому работать? – уточнила я.

– Есть, как не быть. Из деревень крестьяне придут. Они умельцы в этом. Прикажите только.

«И денег дайте», – добавила я про себя.

Вот и расходы. Непредвиденные. Сюда и пойдут те самые десять золотых, на которые так хотела наложить руку Ираса.

– Хорошо, приказываю. Деньги я вам выдам. Еще что?

– Так запасы к зиме делать пора. Бортники3 мед скоро принесут, мельники – муку, травницы – свои сборы. Все это зимой пригодится.

Я, бывшая городская жительница, все покупавшая в супермаркетах, только вздохнула, про себя, правда. Мед, мука, травы… Что-то еще, что точно нужно прикупить. На зиму. И почему я не в столице империи оказалась? Как здесь вообще люди выживают, особенно те, у кого мало золота?

У меня, конечно, золото имелось. В кабинете третьего супруга я на днях нашла документы, в которых перечислялось наследство от всех трех мужей. И там было, гм, прилично. Но, имея неплохой жизненный опыт, я знала, что деньги имеют свойство испаряться, особенно когда нужно закрыть сразу уйму финансовых дыр. Какой бы практичной я ни была, а поступлений в ближайшее время не предвиделось. Совет «тратить меньше» в данном случае, к сожалению, не срабатывал.

И потому все, что мне оставалось прямо сейчас, – это выдать Эльвире деньги. Те же десять золотых. И пригоршню серебра. Эльвира уверила меня, что на все хватит: и на крышу, и на запасы. Я только скептически хмыкнула, опять про себя. Как бы не пришлось повторно монеты выделять.

С поварихой я встречаться не стала – передала Эльвире бумажку с наспех записанными пожеланиями для меню. И хватит. Пока что да, хватит. А то одни траты и расстройства. Вот так зайду на кухню, и окажется, что посуда нужна, продукты нужны, дрова для печки просто необходимы, причем еще вчера. Да и вообще, госпожа, раскошеливайтесь!

Глава 6

Следующие сутки я читала, изучала все справочники, которые могли пригодиться. Нашла в книгохранилище один том по животноводству, один, посвященный рыбам этого региона. Ну и заодно заново пролистала книгу по сельскому хозяйству.

Вроде не так много литературы. Но… Моя голова к концу обучения напоминала чугунный шар. Я, конечно, запомнила не так много, как хотелось, но уже знала, что в моем владении имеются реки, богатые рыбой, и леса, в которых много дичи. А значит, от голода я не помру. Правда, хотелось бы, чтобы и крестьяне выжили. Иначе на следующий год часть деревень опустеет – народ потянется на заработки в город, некому станет землю пахать.

Покончив с чтением справочников, я задумалась над посещением замка и другого поместья. Надо, надо было туда доехать. Следовало и с управляющими увидеться, и с экономками переговорить. Да и вообще, понять, есть ли там экономки и управляющие.

На ловца, как известно, и зверь бежит. В моем случае эта пословица сработала просто превосходно – через сутки после разговора с Джоном появился еще один управляющий, тот, который занимался вторым поместьем и прилегавшими к нему землями.

Служанка объявила о его приезде примерно через час после завтрака. Я как раз сидела в кресле в спальне, у открытого окна. На улице было жарко. Лето снова вступило в свои права.

Услышав о человеке, с которым давно пора было пообщаться, я с готовностью кивнула:

– Передай, я сейчас спущусь.

Служанка убежала.

Я поднялась из кресла и уверенным шагом направилась на встречу.

Этого управляющего звали Норд. Он был ниже Джона и выглядел более щуплым. Но взгляд у него был внимательным и цепким.

– Ваше сиятельство, погорельцы у нас, – сообщил он после того, как поклонился. – Пять домов сгорело в деревне поплоше.

– Почему сгорело? – нахмурилась я.

– Так молния ударила в дерево. А то росло как раз между двух домов. Вот пожар и начался. Пока потушили, с ведрами-то, ночью, пять домов сгорело. Хорошо, люди все живы остались.

Отлично. Просто прекрасно. И? Вот что мне делать в такой ситуации? Деревня, как сказал управляющий, не самая богатая. Без крова осталось пять семей. Впереди – дождливая осень и морозная зима. Как мне быть? Дать денег на постройку домов? А где гарантия, что управляющий их себе не заберет? Или крестьяне не потратят на то, что, по их мнению, нужнее?

Кстати о крестьянах.

– Давно это случилось? – уточнила я.

– Так третьи сутки уже, как раз когда гроза была.

Да, действительно, пару-тройку дней назад была гроза. Я еще лежала в постели и думала, есть ли в усадьбе громоотвод.

– И где сейчас погорельцы?

– Так у родни своей, ваше сиятельство, кто где.

Мне в голову пришла хорошая идея. Ну, это я была уверена, что идея хорошая.

– Мне в усадьбу нужны рукастые люди, – сообщила я. – На осень и зиму ищу швей, ткачих, каменщиков, плотников, в общем, строительный люд. И кузнецов. Строители с кузнецами будут жить в самой крупной деревне этого поместья. Швеи и ткачихи – в самой усадьбе. Принесут клятву на эти месяцы. Весной я щедро заплачу им за работу. И если захотят, вернутся домой, с деньгами и возможностью построить себе дома.

Норд снова поклонился:

– Я передам, ваше сиятельство.

Так, с этим разобрались. Уже легче прожить.

– Как продвигается сбор урожая? – вспомнила я общение с Джоном.

– Справляемся, ваше сиятельство.

– Зерна хватает?

– Да, пока все в порядке.

Ага. То есть у Джона дожди виноваты, в недороде-то, а у Норда все нормально. Интересно, почему? Джон – нерадивый хозяйственник? Или на землях Норда выпало меньше осадков?

Я задала еще несколько вопросов, Норд отвечал четко, прямо, не пряча взгляд, что мне понравилось.

Он ушел, довольно быстро, я осталась. Сидела и думала, правильно ли поступила, выдернув крестьян одного поместья в другое. Все же разные управляющие, разные деревни. Образ жизни, допустим, один и тот же. Но хозяева изначально различались. Теперь, правда, хозяйкой стала я, объединив поместья. Но все равно, так ли было необходимо выдергивать крестьян в другую деревню?

Тем временем в холле хлопнула входная дверь, послышались громкие голоса. Кто-то излишне активный, явно мужского пола, кричал, выражал свое недовольство, явно пытаясь прорваться ко мне.

– Не дом, а проходной двор, – проворчала я себе под нос.

Но с места не встала. Мне было интересно, как закончится эта ситуация, сможет ли визитер дойти до пункта назначения.

Смог.

Дверь в гостиную буквально отлетела, впечатавшись в стену напротив. И на пороге появился высокий широкоплечий детина лет тридцати пяти-сорока. Одет он был во что-то, отдаленно напоминавшее старомодный камзол и штаны, и то, и другое сильно потертое и изношенное. Держался детина уверенно, кланяться не спешил. И я даже заинтересовалась этим появлением непонятной личности в моем доме. Кому это так хочется за свой счет у меня ремонт проводить?

– Аделина! – рыкнул незнакомец.

– С утра была, – кивнула я. – И?

– Не придуривайся!

Очень интересно… Орем, да еще и на «ты»… Мужчина, вы кто? Вам жить надоело?

Глава 7

– Мне тетушка рассказала, как ты «добра» к своим племянницам! – между тем продолжал орать детина. – Своих детей нет, так и на родню плевать?! Ты вообще думаешь о будущем?! Их будущем! Да на них никто никогда не посмотрит, если он вот за этих вот… выйдут! Тебе жалко несчастных десяти золотых?! Ты же в золоте купаешься! Три мужа, Аделина! Три! И каждый оставил тебе имущество! Да если ты тот замок продашь, и то сможешь десятки лет жить безбедно! А ты жалеешь десять золотых!

До меня наконец-то дошло. Передо мной стоял и драл глотку Дортас норт Жарский, мой двоюродный братец. Я смотрю, потребительское отношение прет изо всех щелей. И дочерей его мне нужно обеспечить, и об их будущем подумать. И не позволить выйти за безродных. Видимо, и приданным неплохим снабдить, кровиночек. А родители-то на что? Просто на кровати полежать? Или они – придаток к своим детям?

Дортас наконец-то выдохся и замолчал. Что ж, значит, теперь мой черед говорить. Только вряд ли ему понравится то, что я хочу сказать.

– Все сказал? – лениво поинтересовалась я. – Дорогой мой брат, не стоит быть таким требовательным, тем более к тем, кто тебе ничего не должен. Как ты правильно заметил, деньги у меня появились от трех мужей, а не от тебя и не от наших родственников. А значит, и тратить их я могу так, как считаю нужным, не интересуясь твоим мнением. У Динары и Вестаны есть родители. Вот они пусть и обеспечивают своих дочерей. Не нравятся женихи? Найди других. Сам. И приданым тоже обеспечь своих дочерей сам. И, Дортас, предупреждаю: если ты еще раз попытаешься повредить что-то из моего имущества, как ты сделал это с дверью, ремонт здесь будешь оплачивать сам. Я обращусь к главе округа с соответствующей просьбой. А теперь, дом, выставь его отсюда. И не пускай без моего приказа.

Магия в этом мире могла многое, в том числе и выставлять из дома неугодных. Специальные амулеты, дорогие, но очень эффективные, были развешаны в усадьбе по всем комнатам. И я при желании могла приказать убрать непонравившегося мне гостя, из любой точки дома. Миг – и ошарашенный моим поведением Дортас исчез. Напоминанием о нем остались лишь следы от обуви на полу и слетевшая с петель дверь.

– Вот уж правду говорят мудрые люди, – проворчала я устало. – Сила есть – ума не надо. Кому теперь приказать, чтобы дверь назад повесили? Пора, пора нанимать дворецкого и хотя бы пару охранников-мужчин. А то живу здесь в бабьем царстве…

Чтобы повесить на место дверь, пришлось вызывать экономку и приказывать послать за крестьянами из ближайшей деревни. У нее же я спросила насчет охранников и дворецкого.

– Я узнаю, ваше сиятельство, – степенно кивнула она.

До конца дня других происшествий не было. И я провела время в своей спальне, с книгой. Читала о нравах и обычаях этого региона. Узнала, что здесь довольно много сельскохозяйственных праздников. Но отмечают их в основном крестьяне. Аристократия старается отгораживаться от остальных слоев населения и вести свой образ жизни. И хотя действительно богатых дворян тут не так много, каждый, кто имеет даже захудалый титул баронета и пару-тройку деревушек, постоянно задирает нос и делает вид, что принадлежит к высшей касте.

Общих праздников, которые отмечали все сословия, было пять. И все они были связаны со сменой времен года. Сейчас, перед наступлением осени, должны были праздновать Лесанью.

«Лесанья – дни, в которые боги позволяют идти в леса за урожаем, – сообщала книга. – Считается, что в это время можно набрать больше всего ягод, грибов, лечебных трав. Лесанья начинается с утренних ритуалов. Люди собираются на травяных полянах, чтобы провести обряд благодарения лесным духам и богам за урожай. Каждая семья приносит с собой дары, в том числе и сладости, испеченные из муки, собранной еще весной. После обрядов начинается сбор урожая. Люди собираются в группы и отправляются в лес. Звучат песни, слышится смех, и каждый старается помочь друг другу найти самые лучшие места для сбора урожая».

Следующий праздник будет отмечаться после сбора урожая, поздней осенью, перед подготовкой к зиме.

Ну а потом уже – что-то вроде Нового года на местный манер.

Я тщательно запоминала все прочитанное. В любом случае пригодится, ну или для общего развития.

Ночь прошла спокойно.

А утром, прямо перед завтраком, в моей комнате появился магический вестник.

Письма здесь рассылались двумя способами. Те, кто был победней, писали от руки и отправляли обычной почтой, как на Земле. Такой способ был дешевым, но не особо надежным.

Богатые и именитые пользовались магическими вестниками. Они изготавливались из различных материалов, чаще всего – из ткани, кожи, бумаги. И каждый такой вестник мог за один раз принести в семью до трех писем. Это было дорого, но надежно.

Я никогда ничего подобного не видела. Только читала у Аделины про использование таких вещиц. И вот теперь в моей спальне, на кровати, сидел ворон. Самый натуральный, да. Не живой. Сделанный из кожи. Но очень, очень похожий на настоящего. И держал он в клюве темно-синий конверт.

– Отдай письмо и жди ответ, – вспомнила я, как Аделина действовала в подобных ситуациях.

Конверт упал на одеяло.

Я распаковала его, несколько секунд вглядывалась в написанное, потом от души выругалась, не стесняясь вестника. Все равно не запомнит. Он только бумажные носители передавать способен.

Письмо было от Ирасы. И на хорошего качества бумаге было написано только несколько слов:

«Я нашла тебе четвертого мужа».

Глава 8

Ответ я написала быстро. И коротко. Взяла лист и карандаш со стола в углу комнаты и накатала, в четыре слова:

«Мне не нужен муж».

После этого сложила листок в четыре раза и отдала его вестнику. Тот клюнул листок, прицепил его таким образом к клюву и исчез.

А я пошла в книгохранилище, за сборником законов и информацией. Мне нужно было понять, на каком основании действовала Ираса. Если это законно, то придется подчиниться. Если самодурство с ее стороны, то никаких больше браков. Ну и заодно следовало уточнить еще пару-тройку моментов.

Так что я закопалась в книгах.

Сборник законов Варислава Справедливого, правившего триста двадцать пять лет назад, утверждал, что женщина имеет право отказаться выходить замуж снова, если у нее уже были хотя бы двое мужей. И под «звездочкой» было добавлено уточнение: «И оба умерли своей смертью».

Что ж, логично. Раз боги отвели от двух браков, значит, и третий не нужен.

Но при этом законник Парний Мудрый, выпустивший отдельно книгу с не устаревшими законами, несколько раз подчеркивал, что высокородная аристократка обязана оставить после себя потомство. И писал он это через шестьдесят лет после смерти Варислава Справедливого.

Так что если верить Парнию Мудрому, я должна была родить, в любом случае, неважно, в каком по счету браке.

Наследник должен быть. Всё. Точка. Желательно, конечно, родить больше одного ребенка. Но и один пойдет. Главное, чтобы было, кому оставить наследство.

– Да чтоб вас, – выругалась я устало. – Вот и кому верить?

Мне нужен был законник, хороший и грамотный, желательно еще и преданный. Мне, естественно. Сама я понимала написанное, но выстроить цепочку доказательств и грамотно оспорить чужое мнение не могла.

Я провозилась до вечера и вышла из книгохранилища с гудевшей головой.

В спальне меня ждал уже знакомый вестник. Ираса не принимала отказов. Она была уверена в своей правоте всегда и везде.

Вот и теперь она сообщала, считая, что я подчинюсь:

«Завтра мы с Литой приедем к тебе пить чай. Будь дома. Тогда все и обсудим».

Отлично. Просто прекрасно. То есть мои планы никого не интересовали? Меня просто поставили перед фактом. Еще и приказали: «Будь дома».

У меня руки чесались написать в ответ гадость. Но я сдержалась и сообщила вестнику:

– Ответа не будет.

Он растворился в воздухе.

Я без сил упала на кровать.

Спала я крепко. И на этот раз мне снилась Земля. Первый раз после моего появления здесь я видела во сне свой родной и теперь уже бывший мир. Я гуляла по знакомым улочкам города, в котором выросла, наблюдала со стороны за жизнью родных и знакомых, смотрела на красоту природы, любовалась людьми, спешившими по тротуарам по своим делам. Я как будто прощалась, навечно, с тем миром.

Утром я проснулась вся в слезах. Настроение было просто отвратительным. Хотелось убивать. Всех вокруг. Даже слуг, если они попадутся мне под горячую руку. Сердце болело в груди. Пальцы рук чуть подрагивали.

В общем, самое то настроение, чтобы встречаться с родней.

– Как же меня все достало, – с горечью сообщила я этому миру. – Чтоб им всем икалось сутками напролет! А Ирасе – целый месяц, без остановки! Ну почему нельзя просто оставить меня в покое?!

Мне никто не ответил. И все, что я могла, – это вызвать служанку и начать приводить себя в порядок.

Мылась, а затем и одевалась я с видом: «Хочешь жить – молчи». Наверное, поэтому прислуживавшие мне крестьянские девушки боялись рта раскрыть в моем присутствии.

Поела я в своей комнате. И сразу же после этого отправилась в книгохранилище. Мне нужно было генеалогическое древо. Я хотела понять, кем мне приходится Лита. Ведь не просто же так Ираса сегодня приедет с ней сюда.

Я рылась в генеалогии не так уж долго. Установила, что Лита – внучка сестры Ирасы, Дарины. Та в свое время вышла за подающего надежды графского сына. Они родили четверых детей, троих сыновей и дочь. Все четверо не нашли себе богатых пар и связали свои жизни с тем, что было. Лита являлась дочерью дочери Дарины. То есть Ирасе она приходилась внучатой племянницей. А мне, соответственно, двоюродной племянницей.

– Как все запущено, – проворчала я, откидываясь в кресле. – Все демоны Бездны запутаются в этих связях. И, получается, Ираса выводит в свет дальнюю родственницу. Ну, относительно дальнюю. По земным меркам так уж точно. Вопрос: что они обе забыли здесь, в моей усадьбе? Кроме желания выдать меня замуж снова, конечно же.

Пространство молчало, упорно не желая снабжать меня ответами. И все, что мне оставалось, – ждать приезда родни.

Глава 9

Ираса с Литой приехали в карете, через полчаса-час после обеда. Я успела и поесть, и посмотреть в окно, на тучи, и подумать, что надо бы все же добраться до третьего дома и пообщаться с третьим управляющим. Ну и заодно узнать, существует ли третья экономка. Если нет – найти человека на эту должность. Нельзя оставлять имущество без присмотра.

В гостиной Роузхолла между тем заранее накрыли стол к чаепитию. Сладости были готовы, оставалось принести их из кухни.

Так что когда служанка объявила о появлении в усадьбе гостей, я была готова к их встрече.

Ираса, как и в прошлый раз, смотрела на мир с выражением на лице: «Я здесь главная! И попробуйте это оспорить!» Одетая в темно-сиреневое платье, она вся блестела, когда лучи солнца попадали на одно из ее украшений, которыми был усыпан ее наряд. Золотое ожерелье, золотые сережки, золотое кольцо – все это с бриллиантами. Для чего надо было одеваться подобным образом, когда едешь на чай к дочери, я не понимала. Разве что, после меня у Ирасы была запланирована другая встреча. Но подобное читалось дурным тоном в высшем обществе. Один день – один визит. Все остальное – глупости.