Черная вдова поместья РоузХолл

Глава 10

– Ты, Аделина, должна думать не только о себе, – поучительно заметила Ираса. Она говорила спокойно, безэмоционально, никуда не спешила. Как будто лекцию читала. Мне даже интересно стало, как долго она готовилась перед зеркалом к этому монологу. А ведь однозначно готовилась. Бед предварительной подготовки такие вещи спокойно не произнести. Все равнор начнешь волноваться. – Следует помнить, что у тебя и родственники есть. Дортас уже сообщил мне, как ты его приняла. Отвратительное поведение с твоей стороны. Я специально подбирала тебе мужей побогаче, чтобы ты в дальнейшем могла поддерживать родню. Если помнишь, именно об этом мы с тобой договаривались, когда к тебе посватался Зарис, твой первый муж. И контракт с ним составили таким образом, чтобы и тебе от брака выгода была. Он умер через полгода после свадьбы, не притронувшись к тебе. Ты вступила в наследство, и тебя никто не трогал. У нас с отцом тогда еще была возможность поддерживать всех, кто нуждался. Но сейчас, в год недорода, когда придется закупать продукцию или на ярмарках, или в столице, чтобы перезимовать достойно, мы не можем уже тратить столько денег. И я второй раз, второй, Аделина, обратилась к тебе за помощью. Те несчастные пять золотых, которые ты выделила прошлой зимой, просто смешная сумма для поддержки рода. Знаешь, сколько мне вышла подготовка Литы? Ее наряды, учителя танцев и этикета? Уже больше двадцати, Аделина. И я прекрасно знаю, что у тебя есть эти деньги, ты не обеднеешь, если расстанешься с такой суммой. Поэтому сейчас я предлагаю тебе или возместить мне сумму, потраченную на Литу, или заплатить за Динару и Вестану. Их я точно не потяну в этом году. Ты же не хочешь, чтобы они вышли замуж за мужланов? Не к этому я их готовила с рождения.

Ираса замолчала, выразительно посмотрела на меня, как бы призывая к диалогу. У меня было огромное желание уточнить, что ж там за контракт составили с первым мужем, и почему он так и не притронулся к Аделине. Ведь явно не просто так все делалось. Обе дамы – авантюристки? По дневникам Аделины не скажешь, что она способна на авантюры, даже под руководством матери. Тогда что? И правда ли вообще все, что я услышала? С другой стороны, зачем Ирасе врать?

– Аделина, – напомнила та о себе, – не молчи!

– Матушка, а герцог Лостерский тоже согласен подписать контракт? – внезапно даже для самой себя спросила я.

Ираса поморщилась.

– При чем тут он? Да, конечно, с ним будет ровно то же самое, что и с остальными твоими мужьями. Но я сейчас говорю о другом. Твое решение, Аделина?

Я не успела ответить. Хотела разъяснить в подробностях путь-дорогу, по которой Ирасе следует пройти, вместе с ее многочисленными родственниками, но просто не успела.

Через приоткрытые окна послышался шум. Сначала – голоса, затем – хлопанье входной дверью.

– Ты кого-то ждешь? – удивилась Ираса.

Я покачала головой.

Тем временем дверь в обеденный зал распахнулась. Не так сильно, как хлопал Дортас ее «сестрой» в гостиной. Но странный гость, появившийся на пороге, тоже силушки не пожалел.

Высокий широкоплечий брюнет, лет на десять старше Аделины, то есть примерно мой ровесник, был настроен решительно. Тонкие черты его лица твердили о многочисленных благородных предках. Губы – поджаты, брови сведены к переносице. В глазах – недовольство, раздражение, гнев, что-то еще, не особо радостное.

Одетый элегантно, явно обшивавшийся у дорогого портного, а значит, не местный, мужчина требовательно произнес:

– Хватит прятаться от меня, Аделина. Ты обещала, что мы поговорим и все выясним. И что же я вижу? Ты отклоняешь моих вестников. Где твоя храбрость?!

Боги, сколько пафоса. Знала бы я еще, кто передо мной. Тогда смогла бы что-то ответить. До нынешней минуты я понятия не имела, что можно отклонять нежелательных вестников. Иначе уже давно установила бы это функцию на письма от Ирасы. Но этот аристократ говорил так уверенно, что я практически не сомневалась в том, что он говорит правду.

В дневниках Аделины не было и намека на таинственного красавца, который осаждал ее письмами. Вот, кстати, еще вопрос: а кто он такой? И почему не боится дурной славы, которая тянется за Аделиной?

– Кто вы и по какому праву кричите на мою дочь?! – решила подключиться к нашему общению Ираса.

Происходившее все больше напоминало мне дурдом. Обычный такой, земной, для особо буйных. А я, видимо, в роли врача. Решаю, кому из пациентов первому вручить лекарства.

А если учесть еще и любопытных слуг, толпившихся за дверью обеденного зала, становится совсем смешно. Кстати, где Лита? Тоже подслушивает? Не удивлюсь.

Незнакомец повернулся к Ирасе, согнулся в поклоне и сообщил:

– Прошу простить мою дерзость, я совсем забыл о правилах этикета, подверженный буре чувств. Мое имя – Стивен альт Горастарский, герцог Щарсанский, и я прошу у вас руки вашей дочери.

И тишина. Прямо по классике.

Глава 11

– Стивен альт Горастарский? – Ираса отмерла быстрее меня. Сказывался опыт семейной жизни с кучей детей, когда любая минута может принести уйму сюрпризов. У меня такого опыта не имелось. И потому я все еще старалась осознать, что Аделина, та самая, настоящая, крупно меня подставила. В ее дневниках не было ни намека на типа с таким именем. – Племянник императора? Тот самый? Мне, конечно, лестно, не спорю. Моя дочь и будущая придворная дама – о таком любая мать может только мечтать. Но вам не кажется, что мы для вас не того полета птицы? Наш род всегда был провинциальным и дальше этого края не появлялся.

– Мы с вашей дочерью давно любим друг друга, ваше сиятельство. Она уверяла меня в своих письмах, что ее родственники не станут противиться нашему браку.

И оба взгляда скрестились на мне. Как мечи, право слово. Мужской требовал: «Подтверди!» Женский уточнял: «Это правда?! И ты молчала?!»

Я сделала глубокий вдох, мило улыбнулась и заверила:

– Да, матушка, мы со Стивеном действительно давно любим друг друга. Но подобный брак не входил в ваши планы, и я не знала, как правильно сообщить вам об этом.

Да-да. Это не я сволочь, это все вокруг не дают жить бедной несчастной черной вдове. То один герцог сватается, то второй. Не дом, а проходной двор. Житья от этих женихов нет.

– Со Стивеном, значит, – задумчиво произнесла Ираса, неспешно поднимаясь со своего места. Я прикусила губу изнутри, чтобы не выдать своих чувств. Опростоволосилась, считай, перед собственной матерью, продемонстрировала ей то, что следовало до свадьбы держать в тайне. По имени в этом патриархальном обществе называли или кровных родственников, или вот таких вот женихов, когда дело было практически слажено. – Ваше сиятельство, мне следует переговорить с мужем. Мы, конечно, будем рады подобному браку. Здесь нет ни малейших сомнений. Но вы понимаете, все так неожиданно… Пока же прошу меня простить. Племянница заждалась во дворе.

Сказала, повернулась и поспешила на выход. Даже не взглянула в мою сторону. И деньги оказались не нужны. Впрочем, насчет последнего я не сомневалась – Ираса еще напомнит мне об этих золотых монетах, но позже, не сейчас. Пока что ей нужно было время, чтобы все обдумать.

Да и мне тоже не мешало бы это время заполучить.

Увы и ах.

Я оставалась наедине с внезапным и, несомненно, дорогим гостем. И нам предстоял сложный разговор.

– Что это за игры, Аделина?! – Стивен дождался, пока будущая теща покинет усадьбу, и жестом фокусника вытащил из пустоты пачку писем, тех самых, которые пересылались вестниками. Не иначе как пространственный карман4 использовал, магию дорогую, не каждому аристократу доступную. И раз были письма, то были и вестники, которых я нигде в усадьбе не видела. Вообще. Ни разу. – Ты сама мне писала, клялась в своих чувствах, обещала, что прекратишь ввязываться в материнские авантюры! И что теперь?! Даже в столице ходит слух, что богатый бездетный герцог Лостерский внезапно жениться собрался! А невеста у него, как ни странно, молодая красивая черная вдова, похоронившая трех мужей! Зачем ты мне лгала, Аделина?!

Милый темпераментный герцог, была бы я настоящей Аделиной, я бы вам все объяснила, и про авантюры, и про мужей, и про письма. А так… так я могу или выдумывать оправдания, или молчать.

– Не молчи, Аделина!

Ну, значит, первое.

– И я тебя рада видеть, – я постаралась улыбнуться как можно более доброжелательно. – Правда, довольно неожиданно… Стивен! Не рычи! Мне недавно двоюродный брат вынес дверь в гостиную, никак не поставят. Все сильных крестьян не найдут. Теперь ты рычишь. Что ж вы, мужчины, такие несдержанные! Да, подтверждаю, матушка предлагала мне герцога Лостерского в качестве жениха. Я отказалась. И она приехала лично, чтобы убедить меня согласиться. Мы как раз разговаривали на эту тему, когда ты влетел в дом.

О чудо – Стивен покраснел! Да неужели он способен на что-то еще, кроме ора и ругани?

– Почему ты не сказала ей о нас?!

Кому о ком? Ирасе, что ли? Может, потому что не знала ничего об авантюрах милой вдовушки?

– Вот как раз сегодня и собиралась. Мы для того и встретились с ней – надо было обговорить мое семейное положение. Да и вообще… У меня, знаешь ли, замок и два поместья. Мне еще надо заниматься этими делами. Ты в курсе, что в этом году у крестьян недород? Что надо срочно высаживать любые неприхотливые культуры, иначе люди помрут от голода зимой? А что у меня погорельцы появились? И им надо найти жилье до зимы? А что матушка снова требует золота, и много, на дальних родственниц, которых я и видела-то два-три раза за все это время? Ты считаешь, мне легко справляться с ее давлением? Я, вообще-то, слабая женщина, а не выносливый мужчина! Мне не все сразу удается!

– Не уходи от темы, Аделина!

Ну хоть не орет. Вернее, орет, но не так громко. Аделина, девушка с секретами, как мне теперь выкручиваться из того, что ты натворила?

Глава 12

– И не думала даже, – я вздохнула, весьма натурально изображая усталую землевладелицу. – Я не знала, как подойти к этому весьма щекотливому вопросу. Да, Стивен, щекотливому. Можешь не хмуриться. Матушка требует от меня одно. Ты – другое. Мне что, разорваться? Я не могу вечно выходить замуж по матушкиным приказам. Но и просто так отказать ей я тоже не имею права. Дочерняя почтительность, знаешь ли, воспитание, этикет. И прочее.

– Раньше тебя не волновали ни почтительность, ни этикет, – отрезал Стивен. – Или это тоже была игра с твоей стороны? Как и все остальное?

– Ну почему ты не слушаешь?! – вскинулась я, надеясь, что со стороны мои действия не выглядят излишне наигранно. – При чем тут игра?! Я же говорю: у меня не было возможности просто так отказать!

– Зато теперь она появилась, не правда ли? – ехидно поинтересовался Стивен. – Сейчас, когда твоя мать узнала, что у тебя есть гораздо более выгодный жених, чем старик Лостерский, я уверен, она больше не станет заставлять тебя связывать с ним свою жизнь. Не так ли, Аделина?

Да кто ж знает, как поступит Ираса? Мне уж точно ее мысли и действия неведомы.

– Я уверена в этом, – снова солгала я, просто мечтая, чтобы настырный Стивен поскорей ушел и дал мне возможность привести в порядок и мысли, и чувства. – Но в любом случае следует дождаться ее решения. Ну и батюшкиного, конечно же.

– Я подожду, Аделина, я умею ждать, – прищурился Стивен. – А сейчас, в знак нашего примирения, проводи меня до двери, пожалуйста.

Ой, да без проблем. Я могу не только до двери, но и куда подальше проводить. И платочком вслед помахать, чтобы больше не возвращался и нервы мне не трепал.

Ничего не подозревая, я поднялась из кресла, сделала шаг вперед…

И оказалась в крепких мужских объятиях.

– Я скучал, Аделина.

Мужские губы накрыли мои властно и в то же время нежно. И я растерялась, не зная, как отреагировать, чтобы не выдать себя. Настоящая Аделина вряд ли оттолкнула бы Стивена. И потому я попыталась расслабиться и наслаждаться незапланированным поцелуем.

Стивен был умелым мужчиной. Уверена, он соблазнил немало женщин. А потому я довольно скоро «поплыла», забыв обо всем на свете.

Когда поцелуй закончился, мы оба тяжело дышали. У меня подрагивали пальцы и подгибались колени.

– Ты просил… проводить, – выдавила я из себя, готовая прибить этого нахала. – О поцелуе… договора… не было!

– Зато теперь я уверен: и ты без меня скучала! – выдал он с самоуверенной улыбочкой на губах.

Скучала, угу, в твоих мечтах, милый.

Но я промолчала, только глазами сверкнула. И нашла в себе силы дойти до двери и распахнуть ее с явным намеком. Мол, мужчины, вы хотели уходить? Уходите. Я никого не держу.

Стивен противно ухмыльнулся, но все же вышел, сначала из обеденного зала, а затем и из усадьбы. Входная дверь захлопнулась, оставляя меня наедине с невеселыми мыслями.

– Чтоб вас всех, – бессильно выругалась я и направилась наверх, в свою спальню, чтобы там, в тишине, все обдумать.

Итак, хочу я того или нет, но мое тело откликается на поцелуи незнакомого мне мужчины. То ли Аделина действительно была в него влюблена, то ли, гм, надо и о здоровье думать, и почаще. В любом случае, этот умник увидел, что он мне небезразличен. А значит, будет напирать на чувства, и передо мной, и перед Ирасой. Не уверена, что я хочу замуж вообще, но брак со Стивеном кажется мне лучшей перспективой, чем брак с непонятным стариком. Первый хотя бы моложе и действительно неравнодушен к Аделине.

За этими мыслями я неспешно поднялась по лестнице, дошла до своей спальни и заперлась там. В ногах все еще ощущалась слабость. И потому я улеглась на кровать и уставилась в потолок надо мной.

Странно… Никогда раньше не замечала этого, но если смотреть с данного ракурса… И соединить вон ту и вот эту линии… В общем, да, получается очень, очень похоже на ухмыляющегося Стивена.

Лечиться мне надо, знаю. Всего один раз поцеловалась с мужчиной, и он теперь мерещится повсюду.

Леночка, милая, тебе точно пора отдохнуть, отвлечься, может, присмотреть кого для здоровья. Потому что ну не дело это – рассматривать черточки в потолке.

– Сволочи, – тоскливо пробормотала я. – Все сволочи. – И уже Стивену, продолжавшему ухмыляться на потолке. – Убью гада.

Миг – и передо мной на постели появилась горка документов. Куча бумаги, аккуратно сложенная магией, лежала перед ошарашенной мной и так и звала:

«Ну посмотри же, что тут написано».

Глава 13

Я посмотрела. С большим любопытством посмотрела. Оказалось, что в неизвестном мне тайнике Аделина хранила бумаги трех типов: брачные договоры, записки о личном, отличавшиеся по стилю и слогу от дневниковых, и письма Стивена. Плюс там же, среди бумаг, оказался небольшой магический вестник в форме стрекозы.

Вот такой стрекозой, бездумно перелетавшей с места на место, и предстала передо мной Аделина после чтения ее записей и писем к Стивену.

«Милый, любимый, родной, думаю о тебе дни напролет, мечтаю быть с тобой», – так высказывалась Аделина в письмах. В записках при этом она цинично рассуждала, что еще один-два брака с пожилыми мужьями, и можно заканчивать эти аферы и, может быть, выходить за Стивена, который «так упорно настаивает на браке».

Магические договоры были написаны как под копирку. Аделина обязалась играть роль примерной жены и появляться вместе с супругами на приемах, досматривать их до конца их жизни. В ответ же они оставляли ей состояние и оставались мужьями исключительно на бумаге. Никаких постельных игр, никаких наследников.

Правда, я так и не поняла, что за отбор мужей производился, почему остановились на этих кандидатах, и как вообще пришли к мысли о подобных фиктивных браках.

Обо всем этом Аделина нигде не написала ни слова. Она вообще была немногословна в этих своих личных записках, в отличие от дневниковых записей.

– Отлично, – пробормотала я, закончив читать бумаги, – передо мной две брачные аферистки. Ищут одиноких мужчин, завлекают их в свои сети, подписывают контракты, после их смерти получают деньги и имущество. Кто б еще объяснил, почему мужчины шли на это? И что мне теперь делать со Стивеном? Он ведь уверен в настоящих чувствах Аделины. А той, похоже, только деньги и нужны были.

Немного поколебавшись, я вытащила из вороха бумах магического вестника и приказала магии:

– Остальное верни на место.

Дождалась, пока мой приказ исполнится, поднялась с кровати со стрекозой в руках и задумалась. По-хорошему, следовало написать Ирасе и вызвать ее на откровенный разговор. Но я не была уверена, что у них с Аделиной практиковались подобные, гм, беседы. А палиться мне очень не хотелось. Не факт, конечно, что во мне заподозрят попаданку, инородную душу, если можно выразиться. Но вдруг…

Пока я стояла и размышляла, в дверь постучали.

– Госпожа, – донесся из-за двери голос служанки, – швеи пришли. Говорят, вы их на работу нанимать будете.

«Какие швеи?» – чуть было не спросила я, занятая мыслями о личной жизни Аделины. Потом вспомнила общение с Нордом и ответила.

– Пусть в гостиной подождут.

Служанка убежала.

Я положила стрекозу на стол, решила с посланиями разобраться позже и отправилась вниз – общаться со швеями.

Дитя города и другого мира, в котором все вещи покупались в магазинах, а доставка осуществлялась в пределах двух-трех часов, сразу после попадания в этот мир я должна была привыкать к новым реалиям. Хочу я того или нет, но в новом мире все было по-другому. Здесь, оказывается, магазины, или лавки, имелись только в крупных городах – областных центрах. Мелкие городки жили исключительно от ярмарки до ярмарки. На них и пополняли горожане и крестьяне из окружающих деревень свои истощившиеся запасы.

А еще оказалось, что ткани, фурнитура, принадлежности для рукоделия тоже продавались только в городах. И тоже в крупных. Потому что в мелких это банально не окупалось.

Вот швеи – они жили и в небольших городках. Одна на городок обычно. И по щелчку пальцев аристократов не приезжали в усадьбы. Чтобы одеться и обновить то же постельное, следовало или ехать в город, или иметь своих швей.

Последнее было роскошью в глубокой провинции, где далеко не каждая семья имела возможность оплачивать свои прихоти и нанимать людей.

Да даже найти приличных швей среди крестьянок было подарком небес, так как не все они умели работать с ниткой и иголкой так, как того требовали их хозяева. Не всякие крестьянки еще и соглашались работать на господ. Многим было проще пахать в поле, саду, огороде, чем терпеть капризы аристократок.

И потому я спускалась на первый этаж, мысленно строя диалог с теми, кто мог обшивать меня всю зиму. Ну, или отправиться к родственникам на тот же срок, если мы не сойдемся в различных вопросах.

В гостиной меня ждали три женщины примерно одинакового возраста. Две из них схожи между собой – точно родственницы. Высокие, плотные, черноволосые, одетые скромно, можно сказать, даже бедно, они были напряжены и, похоже, не знали, чего от меня ждать.

А еще они не привыкли бывать в хозяйских помещениях. Это было заметно по их скованным движениям, робким взглядам и неуверенности, сквозившей в каждом жесте.

Глава 14

– Добрый день, – поздоровалась я, зайдя в гостиную. – Управляющий сообщил мне, что у вас сгорело жилье. И нужна крыша над головой. Впереди зима, времени свободного будет много. И я предлагаю вам кров и стол в усадьбе. Ну и плату за работу, конечно. Вам нужно будет принести мне клятву верности на время проживания здесь. Потом, если вы согласитесь, мы обговорим, что именно я от вас хочу. Материала у меня не так уж и много, к сожалению. Но тот, что есть, можно использовать целиком и полностью.

Швеи переглянулись между собой, как будто мысленно решали свою дальнейшую судьбу.

– Мы согласны, госпожа, – сообщила одна из них за всех. – Можем и клятву принести. Хоть сейчас.

Текста клятвы у меня под рукой не было. И я понятия не имела, как правильно надо клясться. Потому договорились, что поклянутся швеи чуть позже. Пока же я обрисовывала фронт работ.

– В первую очередь нужны постельное белье, скатерти попроще и форма для прислуги. Обновить старое и сшить новое. Я прикажу экономке, она выдаст вам ткань и покажет, что именно залатать, подшить и так далее. Как справитесь, покажите мне результат. Исходя из увиденного, я дам следующее задание. Оплату обговорите с экономкой же. Стол на равных условиях с прислугой. Чай и хлеб в любом количестве.

Судя по тому, что я успела услышать, прочитать, узнать, мое предложение могло считаться более чем щедрым. Обычно слуг нанимали с условием вычета части заработной платы из стоимости еды. И даже в этом случае многие соглашались – среди крестьян и бедняков считалось престижным служить у господ. Да и кров в любом случае был обеспечен. Зиму и непогоду можно было пережить.

Воодушевленные услышанным, швеи ушли в сторону половины для слуг.

Я же вызвала экономку.

– Найра Эльвира, до весны в усадьбе будут жить швеи, – объявила я. – Еду из их жалованья не вычитать. Чай и хлеб выдавать в любом количестве. Оплата сдельная. Но при этом следует следить за качеством работы. Сначала пусть займутся постельным и формой прислуги. Потом покажут мне, что получилось. И я отдам следующий приказ.