- -
- 100%
- +
Глава 1
– Ах, Санни, ты себе не представляешь, какая это была красота! Цветы, ленты, шары – все украшения просто шикарные! В саду стояли арки, увитые цветами, и фонари, которые зажигались вечером, создавая волшебную атмосферу! А как волшебно пахли розы в саду у герцогини Лантри! Аромат роз был повсюду, и казалось, что мы попали в сказку! Жаль, тебя там не было! Санни, старший сын герцогини, Альтус, спрашивал о тебе. Он интересовался, почему ты не приехала, и сказал, что надеется увидеть тебя на следующем празднике, – моя младшая сестра Ингрид, невысокая шестнадцатилетняя шатенка с карими глазами и пухлыми губами, все никак не могла успокоиться. Переполненная впечатлениями о своей поездке к «самой герцогине Лантри», она готова была рассказывать всем желающим и о том доме, и о саде, и о старшем сыне хозяйки.
Как будто все это меня интересовало.
Я умелым движением распахнула веер и начала усиленно им обмахиваться, чтобы скрыть улыбку. Альтус, оказывается, спрашивал обо мне. Счастье-то какое. Нашелся кавалер. Великовозрастный увалень, которого герцогиня никак не может женить. Ну вот зачем он мне сдался? Я и без него живу спокойно. Высокий, плотно сбитый, неуклюжий, не умеющий поддержать светский разговор, Альтус годился в командиры, но не в мужья. Впрочем, он и был командиром. Служил при штабе, как сказали бы на Земле. Имел немалый чин благодаря связям своего отца, но на месте работы появлялся редко. Предпочитал все свое время проводить или в столичной резиденции, или в загородном поместье своей матери, где постоянно муштровал крестьян.
И вот такого типа прочили мне в мужья. Нет, спасибо. Я как-нибудь без него обойдусь.
– Нет, ты только послушай! Санни! Я же тебе рассказываю! – продолжала заливаться соловьем Ингрид. – Когда мы только приехали, нас встретила сама герцогиня Лантри. Она такая грациозная и элегантная! В длинном темно-синем платье из шелка, украшенном жемчугом, она выглядела как королева. Она приветствовала нас с такой теплотой, что я сразу почувствовала себя как дома! Угощения были просто великолепные! На столах были разнообразные блюда – от изысканных закусок до роскошных десертов. Я попробовала пирог с ягодами, который был просто восхитителен. А еще были фрукты, сыры, мясные блюда и, конечно, лимонад. Все было приготовлено с такой любовью и мастерством, что невозможно было устоять!
Я послушно кивала, делая вид, что внимательно слушаю. Да-да, вечер у герцогини Лантри всегда обсуждается с живостью во всех гостиных.
– Батюшка пригласил на обед графов Нартарских, – не унималась между тем Ингрид. – С сыном и племянником. В свете их считают завидными женихами. Санни, матушка надеется, что ты выберешь хоть кого-то!
Я вздохнула, услышав это. Моя младшая сестра всегда была полна энтузиазма, когда дело касалось светских мероприятий и потенциальных женихов. Но для меня такие встречи всегда были скорее обязанностью, чем удовольствием.
И вот что тут ответить? Что я в страшном сне видела семейную жизнь с сыном графа Нартарского, невысоким пухлым очкастым заикой, постоянно красневшим в женском обществе? Отличная партия, что и говорить. Просто мечта для любой девушки. Особенно для дочери первого министра, правой руки императора Гарольда Сильного, да будут боги благосклонны к нему.
И я снова промолчала, усиленно обмахиваясь веером. Благо погода позволяла.
На улице стояла поздняя весна. Дни были жаркими не по сезону. И дамы, особенно в свете и полусвете, уже расчехлили свои веера. Ими постоянно обмахивались и на улице, и в помещениях, изобретая любой повод для их использования. С помощью вееров давали понять собеседникам, что их шутки не уместны, звали на чай тех, кого хотели видеть, привлекали внимание к своим словам и делам, соглашались или спорили с собеседником, назначали свидания, прощались, да даже признавались в любви. Я же… Я всего-навсего прикрывалась веером от настырной младшей сестры.
Ну хорошо, не совсем сестры. Вернее, сестры, но не моей собственной. Сестрами были Ингрид и Сандра, дочери герцога Арчибальда Дзантри, одного из влиятельных вельмож столицы.
Я же, настоящая я, Александра Андреевна Дортова, менеджер среднего звена тридцати пяти лет от роду, всего лишь играла роль Сандры, потому что жила в ее теле вот уже почти год.
Сандра, или Санни, как ее ласково называли в кругу семьи, была девушкой, чья внешность привлекала внимание своей необычностью и утонченностью. Высокая и худощавая, она обладала грацией и элегантностью, которые делали ее фигуру почти статуэткой. Хотя она не считалась классической красавицей, в ней было что-то притягательное и очаровательное, что заставляло мужчин всех возрастов делать ей искренние комплименты.
Ее темно-синие глаза были, пожалуй, самой выразительной чертой лица. Глубокие и загадочные, они словно скрывали в себе целый мир эмоций и мыслей. Длинные черные ресницы обрамляли эти глаза, делая их еще более выразительными и притягательными. Взгляд Санни был одновременно мягким и проницательным, способным проникнуть в самую суть собеседника.
Каштановые волосы Санни спадали на плечи мягкими волнами, придавая ей вид романтической героини. Они были густыми и блестящими, и часто, когда она поправляла их, мужчины не могли оторвать взгляд от этого движения. Высокий лоб придавал ее лицу интеллигентное и благородное выражение, подчеркивая ее ум и проницательность.
Прямой нос и пухлые губы добавляли ее облику гармонии и завершенности. Нос был аккуратным и пропорциональным, а губы – мягкими и естественно розовыми, что делало ее улыбку особенно теплой и искренней. Когда Санни улыбалась, ее лицо озарялось светом, и даже самые суровые сердца смягчались.
Ее кожа была мраморной, почти прозрачной, с легким румянцем на щеках. Она казалась нежной и хрупкой, как фарфор, что только усиливало ее обаяние. В сочетании с ее утонченной фигурой и грациозными движениями, это создавало образ, который трудно было забыть.
Ей недавно исполнилось двадцать два. Она засиделась в девках по местным меркам. И родители просто мечтали поскорей сбыть ее с рук, как залежалый товар. Ведь еще чуть-чуть, год-два от силы, и никто не посмотрит на очередную старую деву, даже будь она дочерью первого министра. И никакое большое приданое здесь не поможет. Раз раньше замуж не вышла, значит, с ней точно что-то не так. Подобные слухи будут разлетаться по гостиным, не позволяя видным холостым мужчинам делать Сандре предложение и всерьез рассматривать ее как будущую супругу и мать их детей.
Потому родители Санни и устраивали постоянно званые обеды, давали балы, сами с дочерьми посещали разнообразные мероприятия в столице. Все ради того, чтобы пристроить старшую дочь.
Всего у Арчибальда Дзантри было три дочери. Сандра, Ольга и Ингрид.
Двадцатилетняя Ольга уже радовала родителей годовалым внуком. Она вышла замуж два года назад, за старшего сына графа Нортомберского, владевшего приличным участком земли в провинции, с полезными ископаемыми, лесами, полями, лугами и реками. И теперь, только недавно закончив кормить грудью, снова ходила с животом. Очень уж большим любителем постельных игр оказался ее муж. Так что, подозреваю, очень скоро Ольга станет многодетной матерью. И никто не будет спрашивать ее желания. Станет рожать чуть ли не каждый год.
Ингрид тоже присмотрели выгодного жениха. Она была помолвлена с молодым и перспективным герцогом Лортейским, совсем недавно осиротевшим и сразу же вступившим в наследство.
Одна старшая дочь, Сандра, не желала обзаводиться семьей. Своевольная и самостоятельная, она, конечно, танцевала на балах, кокетничала с мужчинами, весело смеялась над их шутками, но при этом отпугивала потенциальных женихов смелыми суждениями, не свойственными женщинам. Она много и быстро читала, причем далеко не женские романы. И часто ставила в тупик своего не особо умного собеседника каким-нибудь каверзным или излишне заумным вопросом.
Понятно дело, что при таком поведении желающих жениться на ней становилось все меньше и меньше. И это невероятно бесило ее отца. Как же, высокопоставленный аристократ, запросто общающийся с самим императором, а не может призвать к порядку собственную дочь.
Все это было в подробностях расписано в нескольких дневниках Сандры, которые она вела вплоть до своего исчезновения в то утро, когда в ее теле внезапно появилась я, Александра Андреевна Дортова.
Глава 2
Однажды утром, открыв глаза после сна, я обнаружила себя в чужой комнате, а потом, чуть позже, – и в чужом теле. Внезапно, да. И не особо желанно.
За окном, в разбитом внизу саду, на клумбах цвели разные сорта роз, на улицах не было видно автомобилей, зато то и дело появлялись лошади, а моя новая комната походила, скорее, на комнату принцессы из сказки, чем на привычное мое жилище, скромное и давно не ремонтировавшееся.
В общем, если это и был розыгрыш, то чрезвычайно изощренный и замороченный.
Помню себя в тот момент: я села на кровати, растерянно поморгала, пытаясь понять, что происходит. Моя голова кружилась от множества мыслей и вопросов. Я огляделась вокруг: стены были украшены изысканными гобеленами, мебель из темного дерева была инкрустирована золотом, а на туалетном столике стояли флаконы с духами и украшения. Это явно была не моя комната.
На кресле рядом с кроватью лежало нежно-зеленое платье из шелка и кружева, явно предназначенное для меня. Я надела его, чувствуя, как мягкая ткань обволакивает мое тело. На столике лежали украшения: серьги, кольца и браслеты. Чуть поколебавшись, я все же выбрала несколько из них, чтобы завершить образ.
Довольно быстро я поверила, что переместилась в другой мир. Причем мир магический, что интересно. Если проводить параллели с историей Земли, то тут царил семнадцатый-восемнадцатый век. Махровый патриархат, зависимое положение женщины в обществе, полное послушание детей родителям – в восторг от узнанного я, конечно, не пришла.
Техники как таковой не имелось. Все работало исключительно на магии. Те, кто владел ею, или имел амулеты, заряженные магией, были, как говорится, в шоколаде. Остальные… ну… Они выживали, как могли.
Впрочем, у любого аристократа средней руки имелись подобные амулеты, как и у богатого купца.
Без магии жили в основном разорившиеся дворяне, мелкие лавочники, не особо богатые горожане и крестьяне. То есть процентов семьдесят населения этого мира.
Здесь считалось честью служить у аристократов. И крестьяне, и горожане рады были, если как-то пересекались с дворянством, работали на благородных. И потому любому, даже самому мелкому и полуразорившемуся аристократу было нетрудно найти себе достаточно умелую прислугу.
Моя свободолюбивая натура вопила благим матом первое время после подобных новостей.
А потом я научилась хитрить, изворачиваться, в общем, приспособилась к местным правилам.
На Земле я была единственным ребенком у родителей. Родственников у нас не имелось, включая бабушек и дедушек, жили мы в небольшой однушке, теснились и ютились, как могли. Меня растили в довольно скромных условиях, приучали к экономии и умеренности. Закончив вуз, просто так, ради «корочки», я устроилась менеджером в мелкую компанию, занимавшуюся установкой и починкой всякой разной техники и электроники, стала там «перекладывать бумажки», как выражался мой отец, врач. Квартиру я снимала, своего жилья не было. В общем, все как у всех.
И потому, не по своей воле попав в этот мир, в тело самой настоящей дочери герцога, богача и франта, я чувствовала себя этакой принцессой, причем восточной. Нас с Ингрид вроде бы любили, обеспечивали всем необходимым, родители старались, чтобы мы не знали забот. И в то же время у нас была уйма ограничений. Туда не пойди, с тем не заговори, этикет не нарушь. Золотая клетка во всей красе.
И сейчас я с нетерпением ждала, когда же наступит лето, и мы всей семьей сможем переехать в загородное поместье. Там, в нескольких десятках километров от столицы, нравы были попроще, а этикет – не таким строгим. Там можно будет и в саду в одиночестве пройтись, и с провинциальными кавалерами прямо на улице поболтать. И в случае недовольства родителей – все списать на простые нравы местных аристократов. В общем, одни плюсы.
– Санни, ну Санни же! – между тем теребила меня Ингрид, – у нас завтра званый ужин, ты не забыла?
Забудешь тут это издевательство над моими нервами.
«Ах, детка, ну почему ты заказала платье лилового цвета? Тебе же так идет малиновый! Поверь мне, милая, в лиловом ты будешь излишне бледной! Гости решат, что ты себя неважно чувствуешь! Нам же это не нужно, правда?»
«Сандра, ты просто обязана присмотреться к Лотину, сыну графини Ольторской! Нам, нашей семье, выгоден этот союз. И не морщись! То, что он ниже тебя немного, еще ни о чем не говорит. Его отец занимает важный чин в армии! А значит, вы оба потом сможете получить привилегии при дворе!»
Родители постоянно наседали на меня, с двух сторон профессионально вели осаду, не давали вздохнуть и требовали быстрой помолвки и такой же быстрой свадьбы. Ну и, конечно, желанных внуков. Можно сразу и побольше.
– Помню, Ингрид, – кивнула я, лишь бы приставучая младшая сестра наконец-то отстала. – И платье у меня уже готово. И туфли. И семейные украшения – тоже.
– Ах, матушка говорила, на ужине будут самые богатые и родовитые аристократы, – с придыханием произнесла Ингрид. – И почти все – холостые!
Я с трудом подавила тяжелый вздох. Ну конечно, именно богатых и родовитых аристократов мне и не хватало для полного моего счастья. Особенно за столом. Уверена, родители уже присмотрели мне партию. И если я в очередной раз разобью их надежды, мне этого не простят.
Не то чтобы я совсем не хотела замуж. Скорее, не любила, когда кто-то что-то мне навязывал и настаивал на том, что лично для меня было излишне важным. На Земле, за всю свою сознательную жизнь, у меня не было чересчур серьезных отношений с мужчинами. Так, несколько свиданий, пара-тройка букетов и невинных поцелуев, и разбежались. Обе стороны постоянно что-то не устраивало, и у меня, и у моих спутников имелись взаимные претензии. И я считала, что в этом мире произойдет ровно то же самое. Ну или же меня все же выдадут замуж насильно. И ничего хорошего в таком браке нас с будущим супругом не ждет.
Но, конечно же, я не делилась своими опасениями ни с сестрами, ни с родней. Не нужно это. Лишнее.
Глава 3
Мир, в котором я очутилась, назывался Ортанас. Здесь верили в богов и духов, нежить и нечисть. Поклонялись обычно десяти главным богам, в том числе и богу всего сущего Наросу. Именно он являлся негласным покровителем столицы и императорского рода.
Здесь существовало пять материков и три океана. Заселенными были три материка из пяти. И на каждом имелось по несколько государств.
Я жила на самом крупном материке, в государстве, которым правил император Гарольд Сильный, сын Дортунда Благородного, внук Арчина Справедливого.
Все это я изучила за время пребывания в чужом теле.
Свободное время я проводила в библиотеке, или, как здесь говорили, книгохранилище. Сильно обрадовалась, когда поняла, что умею и читать, и писать. Память тела, видимо.
Я читала в основном публицистическую и научную литературу, старалась запомнить как можно больше информации. Сандра, хоть и была свободолюбивой натурой, особыми знаниями не обладала. В ее голове было практически пусто. На мой взгляд, конечно. Если сравнивать Ингрид и Сандру, то вторая, конечно, была в разы умней. Но мне, дитю своего века, такого количества знаний не хватало. Я не отлипала от книг. Правда, с непривычки было трудно разложить новую информацию по полочкам. Но за эти месяцы я справилась. И теперь знала и историю, и культуру, и географию своего нового мира. Немного – политику, чуть-чуть – экономику, слегка – геологию. В общем, знаний в голове у Сандры прибавилось.
Но найти мужа, как об этом мечтали ее родители, ей это не помогло.
Время до званого ужина я провела с пользой: повторила этикет и список тем, которые можно поднимать за столом, заглянула в справочник по генеалогии, выслушала две нотации отца и несколько жалоб матери на себя любимую, совершенно непутевую дочь. В общем, не скучала, да.
Ужинать здесь садились часов в восемь-девять. Столица все же. Высокородным аристократам не пристало рано вставать и ложиться. А то что прислуга подумает? Поэтому и завтракали здесь часов в десять-одиннадцать. Обедали примерно в два-три часа, полдничали в пять-шесть. Ну а затем – ужин. Правда, все это разбавлялось чаепитиями едва ли не в любое время дня. Так что голодным никто из аристократов точно не ходил.
Ели здесь обычно в кругу семьи. Только на обед могли пригласить кого-то со стороны. Если аристократ устраивал званый ужин, значит, он ждал чего-то особенного от подобного времяпрепровождения.
В данном случае ждали мои родители. Мужа для меня. И потому за столом в строго определенное время собрались человек семь-восемь, кроме членов моей семьи, практически все – мужчины, холостые, богатые, представительные. И, увы, не всегда молодые. Самому старшему было в пересчете на земные годы под семьдесят. Самому молодому – лет тридцать.
Меня вывели к столу буквально под конвоем. Со стороны, конечно, казалось, что две служанки помогает своей госпоже найти место в хорошо известном ей обеденном зале, с почтением ведут под руки, аккуратно усаживают в кресло возле матери. Но то только со стороны. На самом деле, думаю, если бы я попыталась бежать, меня пристрелили бы на месте те же служанки, настолько они были решительно настроены. Я заподозрила даже, что отец обещал им внушительную премию, если сегодня за столом я наконец-то найду себе жениха.
– Добрый вечер, лорты[1], – поздоровался отец, уже находившийся в своем кресле во главе стола. – Рад видеть вас сегодня здесь.
Ну еще бы не рад. Конечно, рад. Самый «бедный» аристократ за этим столом, сорокадвухлетний граф Патрик дорт Сартский, как мне шепнула Ингрид, владеет двумя десятками деревень в плодородных районах нашей империи, снимает по два урожая в год, имеет особняк в столице, неподалеку от нас, и способен без ущерба для своих финансов устраивать по три бала каждый год, что о многом говорит. Так что да, отец рад, очень даже. Тот же Патрик дорт Сартский сможет, не напрягаясь, содержать жену и двух детей, когда они у него появятся. Ну и плюс приданое супруги. А за мной отец дает очень неплохое приданое. И здесь обе стороны останутся в плюсе.
Пока я была погружена в свои мысли, народ успел поздороваться друг с другом. И за столом завязалась болтовня ни о чем. Типичная такая светская болтовня. Разные группы людей обсуждали погоду, придворные сплетни, скачки, цветы в саду… Да мало ли тем, когда говорить вообще не о чем. Были бы мы на Земле, разговор уже свернул бы на азартные игры и светскую хронику. Но здесь о подобном если и говорили, то в узком кругу, и исключительно мужчины.
Впрочем, и сейчас за столом присутствовали почти только мужчины. Из женщин – я, Ингрид и матушка.
– Лорта Сандра, где вы собираетесь провести это лето? – учтиво поинтересовался мой сосед по столу, пятидесятисемилетний герцог Артуа дорт Нортомберский, высокий полный шатен с черными глазами и военной выправкой.
Сам герцог был дважды вдов и за столом присутствовал не в качестве жениха, а исключительно в качестве возможного свекра. Он присматривался ко всем выгодным невестам. Имея четверых сыновей и двух дочерей, он давно уже подобрал пары всем, кроме своего любимчика, служившего сейчас в армии.
Поговаривали, герцога интересовала не столько невеста, сколько ее приданое. И мое, судя по присутствию герцога за столом, было ему очень даже интересно.
Глава 4
– Я надеюсь уехать из столицы, ваше сиятельство, – честно ответила я. – К родителям в поместье. Летом в столице жуткая духота и очень мало дождей.
– Понимаю, – кивнул герцог, – за городом летом дышится легче. Да и развлечений больше. Та же охота.
Я охоту развлечением не считала, но вежливо промолчала. Да и охотиться на самом деле могли только мужчины. Женщинам предписывалось восхищаться ловкостью и силой своего кавалера и томно вздыхать при виде дичи. Максимум им разрешалось сидеть на пледе на опушке леса и ждать своего возлюбленного. Жуткая несправедливость, с моей точки зрения. Если женщина умеет стрелять, то и ее следует допустить к охоте. Да и вряд ли при нынешнем уровне воспитания многие барышни умели держать в руках ружье. Я сама стрелять в животных ради забавы не стала бы, но уже успела познакомиться с дамами, которые с удовольствием подстрелили бы утку или зайца, просто так, чтобы руку набить.
Но герцог действительно был прав: летом в поместье имелось больше развлечений, чем в городе. Взять хотя бы пикники, которые здесь именовались обедами на природе. Или скачки наперегонки для молодежи. Да хотя бы просто выезд из дома. Сел в карету и покатил по дороге. Да, там могут быть выбоины и ухабы. Но для того имеются магические амулеты в каретах, чтобы обеспечить аристократам комфорт при езде.
– Лорта Сандра, – вырвал меня из мыслей о скором отдыхе другой сосед, тридцатисемилетний граф Парток дорт Жасский, высокий худощавый франт, наследник приличного состояния, единственный сын у своих престарелых родителей, любитель вина, лошадей и красивых женщин, – как вам пьеса, поставленная недавно в театре?
Театр в столице был один. Ну, разумеется, кроме императорской труппы, дававшей представления только в императорском дворце. И новинки в том театре выпускались примерно раз в полгода-год. Так что я прекрасно поняла, о чем говорил мой собеседник.
В светском обществе считалось хорошим тоном посещать премьеры пьес, балетов, спектаклей – все равно, чего. Главное, чтобы было потом о чем беседовать за столом или во время чаепития. И ту пьесу я, конечно же, видела. Очередные любовные страдания из-за невозможности быть вместе. Ничего серьезного. Никаких остросоциальных тем. Все только для развлечения господ аристократов.
– Мне показалось, что актеры слегка переигрывали, – честно ответила я. – А вот наряды на них было просто великолепными, как и декорации.
Граф обрадованно закивал, соглашаясь со сказанным.
Остаток вечера прошел в том же духе. Я мило улыбалась, хлопала ресничками, изредка изрекала что-то псевдоумное, в остальное же время играла роль глупой куклы.
Когда, наконец, все завершилось, гости разошлись, а родители удалились в свою спальню, я с удовольствием закрыла дверь в собственной комнате и кулем рухнула на постель. Плевать на прическу, платье, макияж, да на все плевать! Этот вечер вымотал меня так, как не выматывали подряд несколько пар в институте несколько лет назад. Хуже всего было то, что я не могла показать саму себя, настоящую, ту личность, которая скрывалась в теле строптивой, но довольно глупой Сандры. Я понятия не имела, как в этом мире относятся к попаданкам, верят ли в них, не ссылают ли в аналог земной психушки, не сжигают ли на кострах. В прочитанных мной книгах не имелось никакой информации на этот счет. Ну, или же я так невнимательно читала.
В любом случае, я тщательно притворялась той, кем не являлась, и это отнимало уйму сил, в основном душевных. На Земле я вела себя гораздо свободней, проще, одевалась без изысков, могла иметь собственное мнение и не стеснялась выражать его. И вынужденное притворство меня сейчас до жути раздражало.
– Достали, – пробормотала я еле слышно. – Как же все достали. Павлины с тетеревами, а не женихи. Красуются у всех на виду и слышат только себя. Скорей бы уже в поместье уехать…
Дотянувшись до кнопки в стене, я нажала на нее и принялась ждать появления служанки. Магия тут работала во всех сферах жизни. И даже прислуга вызывалась с первого этажа на второй исключительно с помощью колдовства.
Минуты через две прибежала моя личная служанка, пухлая смешливая Лисси, девчушка лет четырнадцати, с синими глазами и черными как смоль волосами. Лисси работала в господском доме уже лет пять, начинала с помощницы горничной, и успела «набраться лоска», как выражался мой отец.
Она говорила быстро, правильно, четко, умела за короткий срок накрасить и одеть хозяйку, способна была встретить и проводить в гостиную важного гостя, а самое главное – всегда радушно улыбалась.