Муж, кот, магия и другие неприятности

Глава 1

– Варвара Александровна! – разносился по всему коридору громкий голос Павла Андреевича Астрахова, директора лицея, в котором я преподавала. – Варвара Александровна, вы почему до сих пор не сдали…

Я не слушала, панически оглядываясь по сторонам. Мне нужно найти какое-нибудь прибежище, место, где меня никто не достанет. Мне нужно…

– Варя! Варя! – голос Павла Андреевича изменился, в нем появились женские нотки. – Да Варька же! Проснись!

Я вздрогнула, открыла глаза. Спальня, моя родная спальня. Нет никакого лицея. Я уволилась оттуда три недели назад. Счастье-то какое!

– Опять этот гоблин тебе снился? – понимающе спросила Лида, моя подруга. Мы с ней вместе снимали небольшую двушку на окраине города. Сейчас она сидела на краю кровати и обеспокоенно смотрела мне в лицо. – Валерианочки попить не пора?

– Пусть он пьет, – фыркнула я, садясь в постели. – Гад такой. Испортил мне целый год жизни. Чтоб ему весь этот год икалось.

– Добрая ты, – ухмыльнулась Лида. – Сегодня день города, кстати. Не забыла? Погуляем?

А куда мы денемся. Все равно выходной, можно не ждать ответа на разосланные пачками резюме. Денег, правда, оставалось не так много. Но ничего, слегка поэкономлю. В случае чего у Лиды до первой зарплаты займу.

С такими мыслями я вылезла из-под покрывала и кивнула.

– Конечно, погуляем. Вот поедим и сразу пойдем гулять.

Лида только хмыкнула.

– Кое-кому уже на диету пора.

Угу, по-хорошему пора, вот только совсем не хочется. Но старые джинсы теперь с трудом застегиваются на талии. А на новые я пока не заработала.

– Вот найду работу и сяду на диету, – клятвенно пообещала я.

Скептический взгляд Лиды я проигнорировала и походкой сонного слонопотама направилась в ванную.

Я никогда не считала себя грациозной, и дело даже не в весе. Набирать его я начала буквально последние несколько недель из-за постоянного стресса и сидячего образа жизни. Но даже худая, я шагала тяжело, родные уверяли, что у меня мужская походка. Мать утверждала, что из-за нее я никогда не выйду замуж. Я только плечами пожимала. Нет, так нет. Сейчас не девятнадцатый век, чтобы называться старой девой и стыдиться отсутствия штампа в паспорта.

На днях мне исполнилось тридцать два. Ни мужа, ни жениха, ни даже парня на горизонте. Мать напомнила мне об этом, скорбно поджав губы, когда звонила с поздравлениями по интернету. Я пропустила ее слова мимо ушей. Как обычно. С пятнадцати лет.

С такими мыслями я дошла до ванной комнаты, ввалилась в нее и уставилась в зеркало, висевшее над раковиной. Красавица, что сказать. На такую со стороны взглянешь, вздрогнешь и сбежишь куда подальше. Лицо после сна опухшее и помятое, глазки-щелки, даже родной карий цвет не разглядишь. Полные губы плотно сжаты, каштановые длинные волосы спутаны и не чесаны, на лбу пролегли складки, не удивлюсь, если скоро появится второй подбородок. Вон уже намеки стали вырисовываться. В общем, чудо-женщина. Учительница русского и литературы. Мне только даму бальзаковского возраста играть. Вполне подойду.

Я тщательно умылась холодной водой, плескалась вдоволь, так, чтобы прогнать остатки сна. Получилось не очень. Прохлада помогла только глаза разлепить. Бодрости не прибавилось ни капли.

Вытерев с лица остатки капель полотенцем, я перешагнула порог ванной и направилась на кухню. Желудок нескромно напомнил, что последний раз мы с ним ели вчера, часов в семь вечера. А потому, дорогая хозяйка, имей совесть, давай-ка подкрепимся.

Я была с ним полностью согласна.

На моей полке в холодильнике сиротливо стояла железная миска с остатками пшеничной каши. Что там еще есть из съестного? Пара сырых яиц и веточки увядающего укропа? Пойдет. С голодухи все пойдет.

Яйца вместе с укропом отправились на разогревавшуюся сковородку – получится идеальная яичница под названием «Завтрак голодной училки». Кашу я тоже поставила на плиту. Вот сейчас как доем все, и можно идти гулять. До первого кафе, да.

– Варька, – укоризненный голос Лиды заставил меня подпрыгнуть от неожиданности, – у тебя кровожадный взгляд. Опять о еде думаешь?

Лида – девочка правильная, из хорошей интеллигентной семьи. Она, в отличие от меня, старалась выражаться правильно и никому не грубить. Там, где я сказала бы «о жратве», Лида выразилась аккуратно: «о еде». Но суть-то не изменилась. Я и правда хотела набить свой живот. И чем-нибудь существенным! Старая каша и яйца с укропом точно для этого не подойдут.

– Я – молодой организм, – ответила я, думая, где бы получить заветные хрустящие бумажки, и как можно быстрее. – Меня надо кормить много и часто.

Лида фыркнула, оттеснила меня и сама залезла в холодильник.

Она работала менеджером в строительной фирме, зарплату ей платили вовремя, и поэтому на ее полке можно было увидеть и покупной джем, и пачку круассанов из того же магазина, и даже пиццу, заказанную накануне из пиццерии поблизости. Буржуйка, в общем.

Я открыто облизнулась.

– Да поделюсь я с тобой, – вылезла обратно на свет божий Лида, – не смотри так, я не съедобна.

Ну это как сказать… Округлости Лиды были вполне аппетитны. Талия, правда, имелась осиная. Но ее вполне компенсировали первые и третьи «девяносто», больше похожие на «сто десять». Причем все натуральное, никакого жира, никакого силикона. Черноглазая шатенка, Лида привлекала к себе толпы мужиков. Но почему-то никак не могла найти своего единственного, принца на белой иномарке, блин.

Глава 2

Быстро позавтракав, мы отправились наряжаться. Впрочем, «наряжаться» – это громко сказано. Я привычно влезла в свои черные джинсы сорок восьмого размера, кое-как застегнула их, сверху – трикотажную кофту синего цвета, простенькую, без изысков, полностью закрытую. На ноги – кеды. В уши – золотые сережки в виде бабочек, подарок от родителей на восемнадцатилетие. Все, я готова покорять этот город.

В отличие от не особо нарядной меня, Лида надела зеленое платье из хлопка, выгодно подчеркивавшее ее фигуру, на ноги – бежевые туфли на невысоком каблуки, нанесла дневной макияж. И конечно же, серебро. Лида обожала все серебряное. Поэтому на платье появилась брошка в виде свернувшейся в клубок кошки, на шее – цепочка с кулончиком, на пальцах – кольца.

– Нас так ограбят, – проворчала я, – увидят твои драгоценности и зажмут в темном углу.

– Пока меня будут грабить, ты успеешь сбежать, – отмахнулась Лида.

И вот как с ней разговаривать?

На улице было многолюдно. Время – двенадцатый час. Гулять отправились все те, кто не дежурил на работе и не стоял за прилавками магазинов. Благо погода позволяла: тепло, безветренно, солнечно. Середина мая как-никак.

Из нашего спального района, застроенного старыми многоэтажками, мы довольно быстро вышли в район «деловой». Тут и бизнес-центры, и магазины всех мастей. Ну и рядом кафе с ресторанами притулились. Отдыхай, не хочу.

И я бы отдохнула, если бы были деньги. Увы. Они давно забыли дорогу к моему кошельку. Так что пришлось довольствоваться свежим воздухом и одуряющими запахами, доносившимися из кафешек.

– Ты точно дома ела? – с подозрением прислушиваясь к звукам, издававшимся из моего желудка, уточнила Лида.

– Да я вот в этом уже сама сомневаюсь, – честно призналась я, сделала еще один шаг, и…

Нога нащупала пустоту, я куда-то полетела, уши резанул визг Лиды. Упс…

– Госпожа, госпожа, – нервно приговаривал кто-то, едва не тряся меня за плечи, – очнитесь, госпожа!

Э… Кто? Я? Госпожа? Не повезло напороться на пранкеров?!

Глаза я все же открыла – трудно держать их закрытыми, когда тебя так трясут.

Молоденькая служанка в сером платье, белом переднике и такого же цвета чепце быстро отскочила от меня. Глаза у нее были перепуганные, огромные, словно два булыжника. Что-то как-то этот пранк мне заранее не нравится.

– Выйди, Рила, – послышался от двери властный мужской голос.

Девчонка вздрогнула, всхлипнула и скрылась с моих глаз.

Все еще слабо понимая, что происходит, я привстала на локтях, затем села в постели, прикрывшись покрывалом. Понятия не имею, во что я одета, кожей что-то чувствую, но выяснять прямо сейчас не собираюсь.

Голова кружилась, во рту ощущалась сухость, как после ночи пирушки, глаза… Они вроде бы нормально работали, но так и норовили закрыться. Да что происходит?!

Перед моими глазами появилось чье-то тело, одетое в синий камзол и белую рубашку, проглядывавшую через не застегнутые пуговицы. Причем тело появилось совершенно бесшумно. Ну или же у меня со слухом проблемы.

– Ну здравствуй, жена, – все тем же властным тоном произнес чей-то баритон. – Назовись и придумай достойную причину, чтобы я не стал вдовцом прямо сейчас.

Нет, это не пранк, это чушь какая-то. И этот, муж якобы, точно переигрывает. Нашелся тут Синяя Борода.

Я медленно подняла голову. Словно чугунная, она практически отказывалась мне подчиняться.

Мужчина перед моей кроватью был неподобающе красив. Не должны быть мужики такими красивыми. Им положено брать харизмой. А тут… Прямо на обложку мужского журнала ставь.

Высокий, широкоплечий, с короткими каштановыми волосами, мускулы угадываются даже под камзолом. Лицо волевое, с тонкими аристократическими чертами, большим лбом, каштановыми волосами, обрезанными «под горшок», карими глазами, прямым носом, полными, но не пухлыми губами, немного выступавшим подбородком.

В общем, он, муж этот, мне сразу не понравился. Свои чувства я никогда не умела скрывать. И мужик, похоже, что-то понял: свел брови к переносице и приказал, еще жестче, чем раньше:

– Говори! Хватит со мной играть!

Это кто с кем играет! Нашелся пранкер недоделанный! И вообще, я могу играть по его правилам.

– А вы что тут раскомандовались? – прищурилась я в ответ. – Не представились даже, а туда же, командовать!

Эх, сейчас бы спецэффект какой-нибудь показать. Например, молнии из пальцев выпустить.

Не успела я подумать об этом, как с кончиков моих пальцев и правда сорвалось что-то. Не молнии, скорее, искры. Разноцветные, да.

Странно, а я ведь даже не пила сегодня.

Мужик моими искрами впечатлился, нахмурился еще сильнее.

– То есть ты магиня. Из какого клана? Что ты делала в моих владениях?!

Наш разговор стал напоминать мне старую игру «Испорченный телефон», когда один игрок не понимает, что говорит другой. Тут, похоже, непонимание клиническое.

– На метле мимо пролетала, – съязвила я. – У вас совесть есть? Я только проснулась, а вы меня допрашиваете, хоть бы покормили для начала.

Мужик, похоже, впал в ступор от моей наглости. Глаза в буквальном смысле загорелись алым, из-под верхней губы появились и начали удлиняться клыки. Ну прямо настоящий вампир. И вот как у него это получается?

Спросить я не успела: позади мужика послышались голоса, шаги, затем какая-то возня. А потом мимо моего собеседника пролетел вихрь, обрушился на меня, повалил на постель и начал… рыдать?! Да что за…

– Простите, господин, – послышался робкий мужской голос со стороны двери.

– Я что сказал?! – рявкнул мой якобы муж. – Убрать ее сейчас же!

Ее? Это кого?..

– Варя, Варька, – тем временем начал всхлипывать вихрь подозрительно знакомым голосом, – ты жива, слава богу…

Лида? Она тоже тут? Тоже участвует в пранке?

Я слабо понимала, что происходит, но когда к уже знакомому мне мужику присоединился еще один, незнакомый, в темно-синей ливрее, и протянул руки к Лидке, я самым натуральным образом зарычала. Не отдам! Самой нужна!

Мужик в ливрее охнул, побледнел и отшатнулся. Мой якобы муж посмотрел на меня задумчиво, как будто прикидывал в голове возможности избавиться от нас с Лидкой по-тихому.

Ну, пусть попробует, смертничек.

Глава 3

– Варька, ты не понимаешь, это взаправду! Мы в другом мире! – Лида, с еще не высохшими дорожками слез на щеках, сидела на кровати возле меня. Ее пальцы судорожно вцепились в подушку, которую она притянула к себе, как щит. – Здесь магия, Варька! И ты замужем! За этим неприятным типом!

Я тяжело вздохнула, не зная, что на это ответить. «Неприятный тип» оставил нас с Лидой одних несколько минут назад, предупредив, что скоро вернется и будет выяснять со мной отношения. Нет, конечно, все было сказано совсем не так. Но главное же содержание, а не форма. Мужика в ливрее якобы муж тоже увел с собой. Так что мы с Лидой сейчас пытались прояснить ситуацию в одиночестве.

– Я вообще ничего не помню, – призналась я. Откинув покрывало, я села в кровати. Оказалось, на мне была та же одежда, в которой я гуляла по городу. – Падение, твой визг, а потом уже очнулась здесь.

– Счастливая, – вздохнула Лида. – Я как вспомню, так реально вздрогну.

В доказательство своих слов она передернула плечами.

– Все так ужасно? – нахмурилась я.

– Да как тебе сказать… Я увидела, как тебя затягивает черная дыра, завизжала, схватила тебя за руку, чтобы остановить, а эта гадость втащила в себя и меня заодно. Мы попали в большой зал, украшенный так торжественно, как перед свадьбой. Ну, там шары, цветы, ленты и все такое. Этот… Твой муж… Он стоял у алтаря рядом с мужиком, одетым, как священник. Ты опустилась прямо рядом с «мужем», посмотрела на него шальным взглядом и выдала: «О, мужчина. Беру в мужья». После этого за окном прогремел гром, сверкнула молния, и тебя сразу же вырубило.

– В смысле? – не поняла я.

– В том смысле, что ты сознание потеряла, – пояснила Лида.

– А потом?

– А потом он, ну, «муж», взбесился, велел нас по разным комнатам развести и пошел в ту сторону, в которую понесли тебя.

– Кто понес?

– Так слуги же.

И правда. Кто еще мог понести, ну? Но теперь хоть понятно, почему бесился этот «муж». Он, наверное, другую невесту ждал. А тут такое «счастье» в буквальном смысле слова на голову свалилось.

Я не обольщалась насчет своего характера, да и внешность у меня была довольно средней, так что мужика я откровенно жалела. Влип он по полной. Вот что значит карма.

А вот попадание в другой мир меня напрягало. Во-первых, у меня и в том, родном, были дела. Да и родню бросать не хотелось. Во-вторых, что будет с Лидой? Она так и останется здесь, со мной? В-третьих, чем, собственно, я тут стану заниматься? Салфетки вязать да инициалы на платках вышивать? Так я не умею ни того, ни другого. Не научила меня мама домоводству.

В общем, куча вопросов, ноль ответов. Еще и супружнец сбежал по-тихому. И фиг его найдешь в этом огромном замке, по словам Лиды.

– Значит, первым делом надо понять, как отсюда выбраться, – решила я. – Лид, тут вообще что? Ну, век какой? Прошлое, будущее? Хотя… С такой одеждой. Какое, нафиг, будущее.

– Я понять не успела, – тяжело вздохнула Лида. – Все так быстро тут случается, одно за другим. Как бусины на ниточку нанизываются. Но вроде бы восемнадцатый-девятнадцатый. Наверное. Варь, ты этому мужику, который твой муж, не хамила бы. А то он разозлится и бросит нас куда подальше, в какой-нибудь каменный мешок. И фиг нас кто там найдет.

– Фантазия у тебя, – фыркнула я. – Тебе бы ужастики писать. Какой каменный мешок? И почему тот мужик должен разозлиться сильнее, чем психует сейчас?

– Так ты кого угодно до кондрашки доведешь.

Ну спасибо, подруга, приласкала. Добрая ты у меня. Я, между прочим, если меня не трогать, ангел чистейшей воды. Занимаюсь своими делами и точно ни на кого не кидаюсь.

В дверь постучали, робко так, я бы даже сказала, испуганно.

– Войдите, – крикнула я, постаравшись, чтобы мой голос звучал благожелательно.

Дверь отворилась, в небольшой щелке показалось лицо служанки, той самой, которая меня будила.

– Госпожа, – пробормотала она, видимо, обращаясь ко мне, – господин велел подготовить вас ко встрече с ним.

– Я пойду, – сразу же подорвалась с постели Лида. – Вам обоим действительно надо поговорить.

Да не вопрос, поговорим. Надеюсь, что не поскандалим. Но не уверена. Терпеть не могу, когда на меня давят.

Лида вышла, тот, муж, зашел. И почти не разминулись, гм.

Муж был в том же костюме, в котором я его первый раз увидела. Смотрел зло, в глубине глаз в буквально смысле слова тлели угли. Казалось, одно лишнее слово, и быть взрыву. Но меня такие мелочи не пугали. Я вообще безмозглая, так что пусть взрывается, если хочет.

Едва зайдя в комнату, муж сел в кресло, стоявшее напротив кровати. И я поняла: разговор предстоит долгий и обстоятельный. Ну, по крайней мере, планируется таковым.

– Граф Арнольд ронт Шортон, оборотень, волколак, – представился он и впился в меня взглядом, словно ожидал какой-то особенной реакции вроде страха или изумления. Не дождался, конечно. – Кто ты? И почему решила стать моей женой?

– Варвара Александровна Ягодина, – представилась я. – человек, из другого мира. Понятия не имею, как все получилось. Можно вернуть меня назад, домой?

Этот самый граф, Арни, нехорошо прищурился.

– Ты сорвала свадьбу моей сестры, упала мне на голову и заявила: «О, мужчина. Беру в мужья». А теперь уверяешь, что не знаешь, как все получилось?

Ну… Бывает же, разве нет? Не у всех, так у многих. Правда, теперь станет тяжелей доказать ему, что я трезвая и спиртное практически не пью.

Глава 4

Я только руками развела, натурально, буквально перед лицом внезапно появившегося муженька, широко развела руками.

– Последнее, что я помню, это падение куда-то, – сообщила я, – а очнулась, когда ваша служанка меня трясти стала. И если у вас есть разводы, давайте разведемся, не проблема. Я… Что? Что я такого сказала?!

Муж внезапно расхохотался, причем не весело, а как-то обреченно, как преступник, которому перед смертной казнью сообщили, что он наследство долгожданное получил.

– Боги, – отсмеявшись, произнес он, – за что? Сейчас-то? – И уже мне. – Брак перед лицом богов расторгнуть нельзя. И ты никак не сможешь вернуться туда, откуда здесь появилась. Привыкай к новой жизни. И ко мне, твоему мужу.

Последнее прозвучало угрожающе. Но меня после класса выпускников и Павла Андреевича Астрахова, директора лицея, мало чем можно было напугать.

– Тогда хоть подругу мою верните, – спрятав в себе противоречивые чувства, попросила я.

– В этот мир можно попасть. Вернуться из него нельзя, – последовал ответ.

Шикарная перспектива. Здравствуй, новый мир. Мы – две отвязные попаданки. Нет, попадать сюда не хотели. Но теперь нам придется здесь выживать, так что не обессудь.

– Ну окей, – покладисто согласилась я, в конце концов, сами виноваты. Я честно хотела по-хорошему. – Но вы же понимаете, что пока мы не узнаем друг друга получше, ни о каких супружеских обязанностях и речи быть не может? Я – девушка скромная, воспитанная в строгих пра…

Я не договорила: глаза мужа полыхнули алым, из-под верхней губы показались клыки.

– Ты – моя жена! И не смеешь отказывать мне в постельных утехах! Иначе я…

Что «иначе», я не узнала: из моих пальцев вылетели и закружили по комнате яркие искры, крупнее, чем в прошлый раз. А еще явственно почувствовался запах дыма.

Глаза погасли сами собой. Клыки не втянулись, но муж прервался на слове и теперь смотрел настороженно. Что? Ну что вам надо? Я – обезьяна с гранатой, никогда не знаю, рванет или нет в следующий момент. И вообще, не надо меня обижать, и все у всех будет хорошо, я обещаю!

– Нестабильная ведьма, значит… – протянул между тем муж. И вот не тяжело же ему с клыками во рту разговаривать! – Кто тебя обучал? Руки ему вырвать!

– Никто, – пожала я плечами. – Там, откуда мы с подругой появились, магии нет.

Муж что-то произнес, экспрессивно и негромко, на незнакомом языке. Матерится. Точно матерится. И это при женщине, молодой супруге. Ну что за отвратные манеры.

– Тогда как у тебя в этом мире оказалась магия? – мрачно поинтересовался он, смотря на меня, как на единственное мировое зло, от которого следует избавиться любыми способами и как можно быстрее.

– Понятия не имею, – честно ответила я. – Это ж теперь надо учиться ею пользоваться? Или не надо? Потому что я понятия не имею, что вообще принято делать с магией, никогда сильно не увлекалась фэнтезийными книжками. Нет, что-то, конечно, читала, но немного. Да и вообще…

– Ты всегда столько болтаешь? – прервал меня муж.

– Я учительница, – любезно просветила я его, – мне положено много и часто говорить. Иначе дети не поймут материал.

На лице мужа отразилось сомнение в моих умственных способностях. Я так и читала в его чертах: «Какую же дуру мне подсунули боги».

– Не хочу даже представлять себе, чему ты можешь научить детей. Здесь, надеюсь, ты никого учить не собираешься.

Наивный. Ну зачем же мне кого-то учить здесь, если у меня теперь есть и одежда, и крыша над головой, и еда, и все это совершенно бесплатно. Не считать же супружеские обязанности платой?

– Я тоже надеюсь, – я с трудом сдержала зевок, сказываются кошмары по ночам, – если, конечно, вы не захотите заставить меня работать.

Муж презрительно поморщился.

– Тебе найдут учителей, а затем и портниху.

Рывком поднялся из кресла и вышел из комнаты.

Ну, вот и поговорили. Приятно познакомиться, блин.

Сидеть в комнате в одиночестве и скучать я не захотела, а потому поднялась с кровати, сделала пару-тройку наклонов в разные стороны, чтобы вернуть телу подвижность, и направилась на выход.

Надо осмотреть свои владения. В самом деле, жена я или нет? Нужно ж мне узнать, что имеется у целого графа, тем более оборотня.

Я нервно хихикнула. Мамочки родные, я замужем. За оборотнем. Кому сказать, мало того что не поверят, так еще и добрых дяденек в белых халатах вызовут. И те отвезут меня в дом с мягкими стенами. Блин. Попаданка. Жена. Оборотня.

Почувствовав, что меня начинает накрывать истерика, я до крови прикусила изнутри губу. Не сейчас. Не время. Потом и нарыдаюсь, и наистерюсь. Сейчас же надо осмотреться. Да и Лиду проверить. Как она там?

С этими мыслями я зашагала по широкому, хорошо освещенному коридору. Под ногами – ковер с густым ворсом, на стенах, между дверями, – то ли гравюры, то ли картины, не понять из-за странной техники письма. Над головой – светильники. В общем, все как у людей. Найти бы их, тех самых людей. А то я пока ощущаю себя, как в каменных джунглях.

Не успела я подумать о людях, как за одной из дверей, неплотной закрытой, раздались негромкие голоса.

Ура, я спасена. Люди, я иду к вам!

Глава 5

Я подошла к двери, прислушалась: Лида, точно. Ее голос я ни с чьим другим не перепутаю. С кем она разговаривала, я понятия не имела, второй голос был мне не знаком. Ничего сейчас узнаю.

Я проявила вежливость – постучала по двери – и сразу же потянула ручку. Дверь открылась. Я очутилась в комнате, по обстановке и цветовой гамме похожей на мою как две капли воды. Со сна зайдешь – перепутаешь.

Лида сидела в кресле и разговаривала с незнакомой девушкой, симпатичной брюнеткой с ярко-синими глазами, чуть вздернутым носиком и пухлыми губками, расположившейся в другом кресле, напротив.

– А вот и Варя, – увидев меня, обратилась она к девушке. И потом мне: – Варь, это Ирис, та счастливица, чью свадьбу ты так удачно сорвала.

Э… Это что, шутка такая, да? Хотя незнакомка действительно не выглядела расстроенной. Скорее, довольной.

– Приятно познакомиться, – улыбнулась она мне, – спасибо вам. Я как раз пыталась избежать этого брака.

«Э» еще раз. И кто ж ее заставлял выходить? Неужели брат? Тот самый волк-оборотень, что пытался угрожать мне расправой, если не получит постельные игры? Ну, это он зря. Я всех сирых и убогих обычно защищаю. И сестру его в обиду не дам. Пусть, гад такой, даже не надеется.

– Взаимно, – вернула я улыбку. Кресел больше не оставалось, так что я без стеснения плюхнулась на теплый ворсистый ковер, лежавший на полу. Не стоять же, в самом деле. Скрестив ноги по-турецки, я почувствовала себя вполне комфортно. – Ваш брат всем ставит условия, или только я удостоилась такой чести?

Ирис смотрела на меня изумленно. Лида прыскала от смеха.

– Что? – не поняла я.

– Ты теперь графиня, – пояснила Лида, – а графини на коврах не сидят.

– Лучше стоять?

– Да вон в стене кнопка. Нажми, и из пола появится еще одно кресло. Здесь же магия, – весело пояснила мне подруга.

Да, я смотрю, кое-кто довольно быстро обвыкся в чужом мире. Но ладно, я расплела ноги, поднялась и дошла до стены. Там и правда имелась кнопка, серая, крупная. Я нажала. На том месте, где я только что сидела, «выросло» еще одно кресло, массивное, с высокой спинкой, как и предыдущие два, оббитое красным бархатом. Чудеса, блин, на виражах.