Потомственная девственница желает познакомиться

Глава 10

– У вас многообещающая улыбка, ронья, – иронично заметил принц. – Мне пора начинать бояться?

– Слабую женщину, ваше высочество? – удивилась я.

– Судя по тому, как вы трещали некоторое время назад, в вашем арсенале есть различное, иногда убойное, оружие, ронья.

– Вы не любите шум? – догадалась я.

– Ненавижу, – кивнул принц. – Моя вторая сущность предпочитает тишину.

«И миску молока. И чтоб за ушком почесали», – так и вертелось у меня на языке. Но совсем уж самоубийцей я не была, а потому повинилась:

– Простите, ваше высочество. Обещаю шуметь как можно меньше.

Скептический взгляд принца дал понять, что веры моему обещанию нет.

– Замок принял вас, ронья, случилось то, чего я ждал и боялся, – загадочно проговорил принц, поднимаясь. – Через неделю состоится наша свадьба. Завтра вы встретитесь с портнихой и обговорите все наряды. Ни в чем себе не отказывайте. А пока, думаю, ваш лучше отдохнуть. Спокойной ночи, ронья.

– Спокойной ночи, ваше высочество, – я все же сдержала довольную улыбку, так и норовившую появиться на моих губах. Не стоило добивать побежденного. Следовало быть великодушней.

Дверь за теперь уже точно женихом закрылась. Я осталась в комнате одна.

Первым делом я слезла с кресла и проверила замок: он существовал и даже работал. Я закрылась изнутри. Мало ли что. Правда, кто его знает, поможет ли он в случае, если принц ночью захочет навестить невесту.

При мысли о такой возможности тело охватила дрожь. Предвкушение – самая сильная эмоция, которую я испытывала.

Всего неделя, сколько бы дней по местному календарю она ни длилась, и я выйду замуж! Наконец-то! Я стану замужней женщиной! Да что там! Я стану принцессой!

Довольно осклабившись, не хуже оборотня, думаю, я вернулась к книге. Увы, следующие пару страниц я так и не осилила. В мыслях я уже стояла у алтаря, рядом с принцем, наряженная в белоснежное подвенечное платье.

Эх, жаль, мама не дожила. Она свято была уверена, что я, с моим характером и острым языком, так и помру старой девой.

Кое-как раздевшись, я нырнула в вещи Анастасьи, достала длинную закрытую ночную рубашку немаркого темно-серого цвета, переоделась и нырнула в постель. Помечтать можно и под теплым покрывалом. Благо для мечтаний достаточно поводов.

Принц мне виделся неплохим мужчиной. Вежливый, обходительный, спокойный, в меру ироничный. Такой если не любить, то хоть уважать станет. Надеюсь. Конечно, я хотела, чтобы он меня полюбил. Конечно, я и сама надеялась полюбить его в ответ. Но в тридцать семь избавляешься от некоторого количества розовых очков на глазах. А потому мне достаточно было уважения. И сытой спокойной жизни. Хватит, наработалась. Всю жизнь копейки считала. Имею право пожить так, как сама того хочу.

С этими мыслями я и уснула.

Утром меня разбудило солнце. То ли я забыла задернуть на ночь шторы, плотные, коричневые, висевшие по бокам от окна, то ли они сами разъехались ночью. В замке, доверху напитанном магией, я не исключала и такой возможности. Как бы то ни было, солнечные лучи скользнули по моему лицу, пощекотали в носу и упрямо полезли в глаза. Сам мир будто бы звал меня: «Хватит спать, соня, пора вставать и приниматься за подготовку к свадьбе».

Мысль о свадьбе взбодрила меня лучше чашки крепкого кофе. Я подскочила на постели: портниха. Скоро должна была прийти портниха. А до этого времени следовало вымыться, переодеться, позавтракать. Ну… Хотя бы первые два пункта точно нужно было выполнить.

Я нерешительно оглянулась. Вымыться… Ну и где тут можно было вымыться? В туалете точно никаких емкостей для этого не наблюдалось. Вывод: надо звать служанку. Я вздохнула, потянулась за колокольчиком. Пора, пора сегодня-завтра обследовать замок, узнать, где и что тут находится.

Понятия не имею, что сказал принц прислуге, да и сказал ли вообще, но появившаяся на мой зов в комнате девчушка лет шестнадцати-семнадцати держалась почтительно. Я даже важной персоной себя почувствовала.

Ванная комната оказалась в недрах замка, сразу же за туалетом.

Большой железный чан, призванный изображать ванну, стоял посреди помещения и ясно давал понять: без помощи в него залезть, а уж тем более – вымыться в нем, было нереально.

Я с сомнением покосилась на хрупкую фигурку служанки.

– Ты точно сможешь меня вымыть?

– Конечно, ронья, – пискнула девчонка, – не извольте беспокоиться.

Да я не то чтобы беспокоилась. Но вот утонуть во время купания, да еще за несколько дней до желанной свадьбы…

Но на безрыбье, как известно, и рак рыба. Так что я, чуть поколебавшись, а затем отбросив стыдливость, разделась перед служанкой. Уже набранный, видимо, с помощью магии, чан порадовал мое тело горячей водой. Я с наслаждением погрузилась в нее по шею. Хорошо… Вот он, полный релакс.

Служанка оказалась на удивление умелой. Она споро вымыла местным отваром для волос мне голову, прошлась мягкой мочалкой по телу, затем помогла вытереться большим банным полотенцем. Да, Настенька, давно за тобой так не ухаживали, лет с пяти-шести, наверное. В общем, я, как говорила земная молодежь, поймала кайф.

Появившись в комнате в том самом полотенце, я попыталась отослать служанку, чтобы переодеться. Не тут то было.

– Я должна помогать вам во всем, ронья, – уперлась девчонка.

– Как тебя зовут, помощница?

– Лиска, ронья.

Лиска? Это от Алисы, что ли? Или тут так принято: давать детям в качестве имен названия животных?

Ладно, решив, что пора привыкать к новому статусу, я выбрала одно из платьев, попроще, с помощью служанки натянула его на себя.

– Зеркала тут есть? – нет, ну надо же полюбоваться на себя, такую зачуханную в этом коричневом платье.

– Конечно, ронья. Я принесу.

Угу. И будет у всех шок: у меня – от моего вида, у принца – от излишне скромных нарядов будущей супруги.

Глава 11

Первой шок испытала портниха, высокая стройная шатенка лет сорока. Элегантно одетая, видимо, по последней местной моде, в темно-вишневое платье с небольшим вырезом и закрытыми рукавами, в шляпке-таблетке и небольших тупоносых кожаных туфлях, она несколько секунд молча рассматривала мой наряд. Не меня, нет. Именно мой наряд.

Потом она подняла взгляд на мое лицо и осторожно уточнила:

– Ронья Анастасья, вам очень дорого ваше платье?

– Ни одно из привезенных мной из пансиона платьев мне не дорого, ронья… – я сделала паузу, не зная имени собеседницы.

– Алевтина, ронья Анастасья.

Для примерок принц выделил нам просторную гостиную светло-зеленого цвета. Из мебели – ничего лишнего, только два кресла и табурет. В креслах мы с портнихой и сидели. Для чего предназначался табурет, я могла только догадываться. Скорей всего, я должна была на нем позировать. Но пока ронья Алевтина ни о чем подобном не заикалась.

– Отлично, – кивнула она с явным облегчением. – Значит, очень скоро вы сможете одарить своим так называемым гардеробом неугодных вам служанок.

Я хмыкнула про себя, оценив иронию. Да, этими нарядами только бандитов в подземных переходах пугать, чтобы сами милостыню подавали.

– Какие фасоны вы желаете? Что именно собираетесь заказывать? Из каких тканей? – посыпались вопросы.

– Ронья Алевтина, я прибыла сюда из пансиона, – просветила я портниху, – и понятия не имею, что сейчас носят и из чего шьют наряды.

В ответ – тяжелый вздох. Затем – щелчок пальцами, и вот уже на колени портнихе падает нечто вроде каталога – куча сшитых между собой толстых бумажных листов.

– Пространственный карман, – объяснила портниха.

Я с умным видом кивнула, как будто что-то действительно поняла. Нет, конечно, что-то подобное встречалось в прочитанных мной книгах. Но принцип работы этого кармана был мне совершенно неизвестен.

– Прошу, ронья Анастасья, – каталог оказался на моих коленях. Тяжелый, зараза. – Здесь вы можете посмотреть все наряды, которые модны в этом сезоне.

Ну, допустим, не только наряды. Несколько листов каталога было отведено для описания и изображения местных видов ткани.

Сначала я полюбовалась шляпками, по фасону напоминавшими мне те, что носились в Западной Европе лет сто назад. Ленты, «таблетки», капоры и прочее. Затем посмотрела виды обуви, сразу остановив взгляд на определенных моделях. И только потом я стала рассматривать наряды.

Да, тут действительно было на что посмотреть. Домашние платья, бальные платья, платья для встречи гостей, платья для прогулок на природе, платья для езды верхом… Я готова была разглядывать модели и фасоны часами. Как путник, долгое время шедший по пустыне, не может напиться водой в оазисе, так и я смотрела, смотрела, смотрела. И не могла насмотреться. Практичная часть меня прямо-таки вопила, что я не умею ездить верхом, да и новое тело вряд ли умеет. А значит, платье для верховой езды мне не нужно. Но как же чудесно оно смотрелось на представленной модели!

В общем, я, что называется, дорвалась. И кошельку принца можно было только посочувствовать.

Мой новый гардероб мы с портнихой обсуждали часа три, не меньше. Она сняла с меня мерки, включая стопу, сообщив, что обувью занимается ее родной брат, семейный бизнес, так сказать. Самые основные наряды должны были быть готовы до бракосочетания. Первая примерка – через три дня. Потом – доработка. После моего замужества портниха пообещала привезти и остальные платья. Ну и, конечно, белье. Здесь я решила проявить новаторство.

В детстве мама отдала меня учиться сразу в три кружка. Домоводство, рисование, игра на музыкальных инструментах. Все три кружка находились недалеко от дома, и я с удовольствием их посещала. Играть я научилась только на фортепиано, и то не особо хорошо. А вот рисовать умела. Не художник, конечно, но изобразить желанную модель на листе бумаги я смогла без проблем.

Портниха сначала пришла в ужас от моего предложения.

– Ронья Анастасья, но это же совершенно неприлично!

– Так я же не по улице собралась в таком наряде расхаживать, – пожала я плечами. – Ронья Алевтина, что дурного в желании порадовать любимого мужчину, показав ему свое тело?

На меня взглянули по-новому, оценивающе так. Я прямо видела, как в голове портнихи вертятся вопросы: «А она точно из пансиона? Чему их там учили?».

В общем, бикини мне отвоевать не удалось. Сошлись на модели, которую я про себя называла «подгузники» – широкие трусы, прикрывавшие все, что только можно. С кружавчиками. Ужас господень, на мой взгляд, но по местным меркам довольно революционно. Ну, и бюстье не вышло. Комбинация, менее скромная, чем тут привыкли, получилась. Но и все. Ничего остального портниха слышать не желала. Старомодные консерваторы прям везде.

В обуви и шляпках, как и в нарядах, я ничего нового предлагать не стала. Если бикини не оценили, то и джинсы не поймут. Женщина и в брюках! Кошмар какой!

Закончив с гардеробом, я почувствовала, что проголодалась. И не мудрено, впрочем. Завтрак я пропустила. Время близилось к обеду. Как говорил один известный персонаж, а не пора ли подкрепиться?

– Госпожа, его высочество просил вас спуститься к столу в обеденном зале, – с поклоном сообщила Лиска.

– Ты себе позвоночник сломаешь, если будешь мне вечно кланяться, – поморщилась я. Девчонка прыснула от смеха. – Давай хотя бы наедине без этих поклонов.

– Как скажете, госпожа, – последовал почтительный ответ.

Спустилась я к обеду минут через двадцать – надо было выбрать менее уродливое платье, чтобы не оскорбить взыскательный вкус жениха.

Не получилось: принц поморщился, едва я, зайдя в обеденный зал, уселась на свое место.

– Ронья Анастасья, ничего менее ужасного у вас нет?

– Увы, ваше высочество, – вздохнула я. – Это было самое лучшее из найденных.

– Какой кошмар, – совершенно искренне ответил принц. – Значит, я правильно сделал, когда отправил вам дорожный наряд.

А, так то платье, в котором я приехала, от него? И шубка с сапогами и шапкой тоже? Люблю щедрых мужчин. Сразу видно: внешний вид будущей супруги ему важен.

Глава 12

Первое, густой наваристый рыбный суп, ели молча. Принц изредка бросал на меня странные взгляды, но от комментариев воздерживался. Вполне возможно, он задавался вопросом, а не голодала ли я в прошлой жизни. Когда на стол подали второе и я начала с наслаждением поглощать нежнейшие мясные биточки, принц не выдержал:

– Вы с таким блаженством отправляете в рот еду. У вас была настолько тяжелая жизнь, ронья Анастасья?

– Я бы не сказала, ваше высочество, – на несколько минут мне пришлось прерваться от процесса чревоугодия. – Правда, бывали дни, когда я сидела на одной картошке, но уж точно не голодала.

– Одной картошке? – недоуменно уточнил принц. – Один клубень в день, вы хотите сказать?

Да что ж такое, не дают пообедать нормально! Пришлось снова класть вилку на тарелку и объяснять жениху принципы экономии.

– Нет, ваше высочество. Я покупала самый дешевый картофель, брала сразу много, потом варила его и ела целыми днями. Ничего в него не добавляла.

– И вы выжили?

Странный вопрос. Я так похожа на призрака?

– Да, ваше высочество.

Еще и вес набрала прилично. А все неправильно питание и отсутствие денег!

Принц, видимо, решил оставить вопросы на потом: кивнув, он уткнулся в свою тарелку.

После второго внесли чай и песочное печенье к нему. Сладкое я любила, но не настолько сильно, поэтому съела всего три штучки, больше пила чай.

Тихое хмыканье принца подсказало мне, что за мной следят и во время чаепития.

– Ронья Анастасья, если прикажете, повар хоть каждый день будет готовить это печенье, но хочу вас предупредить, что без должных физических нагрузок вы очень скоро начнете жаловаться на лишний вес.

О как завернул. Сразу видно воспитание. И постарался ни словом не обидеть. Тактичность принца я, конечно, оценила, но все же уточнила:

– Я съела больше обычного, ваше высочество?

– Ненамного. Местные аристократки привыкли баловать себя одним печеньем в день.

Действительно, ненамного. Один и три почти рядом стоят же. Хотя принц, конечно, прав: с таким сытным питанием и спокойной жизнью мне просто необходимы будут, как он выразился, должные физические нагрузки.

– Если вы насытились, ронья Анастасья, предлагаю переместиться в мой кабинет. Нам нужно обсудить ритуал бракосочетания.

Свадьбу, что ли? Так я всегда готова.

Принц опять что-то прошептал, и мы снова оказались в той самой комнате, из которой он выпрыгнул котом. Стекло, кстати, уже починили. Оперативно тут работают.

– Итак, ронья Анастасья, – едва мы уселись в кресла, заговорил принц, – у нас с вами появилась проблема. Все было гораздо проще, пока вас не признал замок. Мы могли сочетаться браком, при котором развод возможен уже через три года. При этом вы получили бы обговоренные контрактом деньги и смогли бы устроить свою жизнь в любой точке империи. Теперь же все иначе. Замок, магическое существо, дал понять, что желает видеть в качестве хозяйки только вас. А значит… Ронья Анастасья, что с вами? Ронья… Вы плачете?!

Нет, хохочу! От счастья! Да что ж, блин, за жизнь такая?! Ну почему, а?! Я уже и в порчу поверить готова, и в сглаз, и в эти дурацкие венцы безбрачия! Почему, ну почему, а, чуть только на горизонте появляется мужчина, готовый взять меня в жены, так сразу же что-то случается?! Зачем мне эти самые деньги, с контрактом вместе?! Я замуж хочу! За принца! Что в этом такого?!

– Я не хочу развод, – всхлипнула я, чтобы объяснить свои слезы. – Я… Я семью хочу… С мужем…

– Ронья Анастьсья, – в голосе принца слышалась растерянность, – в империи никто не запрещает вам вторично выйти замуж.

– А вы? – я вскинула голову, не стыдясь опухшего от слез лица. Да, не красавица сейчас. Ну так и тема не предполагает красоты. – Почему не с вами?

– Я – нестабильный оборотень, ронья Анастасья, – принц говорил терпеливо, спокойно, словно объяснял азбучные истины маленькому ребенку. Ну, или с душевнобольной общался. Уж не знаю, кем именно он меня представлял. – Со мной нельзя создать семью. Я, если вам так легче будет понять, отверженный.

– И что? – не поняла я, постепенно успокаиваясь. – Почему ваша нестабильность, которая непонятно в чем проявляется, должна мешать нашему браку?

– Теперь уже не помешает, – непонятно улыбнулся принц. Вроде бы с грустью или с сожалением, но при этом глаза оставались серьезными. – Замок – моя вотчина. Постоянно жить я могу только здесь. Так как замок принял вас как хозяйку, вам придется терпеть меня до конца жизни.

Ужас-то какой. До конца жизни считаться принцессой, спать на мягкой постели, сытно есть и красиво одеваться. Вот даже и не знаю, как я выдержу подобные испытания.

– Что же касается моей нестабильности… Пример вы уже видели совсем недавно.

– Это когда вы обернулись… – я замялась, подыскивая правильные слова, – представителем кошачьих?

Принц изумленно взглянул на меня. Затем его глаза весело сверкнули.

– Пантера, ронья Анастасья. Это была пантера.

Да хоть помесь барса и льва. Свадьба тут при чем?

Я кивнула:

– Пантера, хорошо. И что здесь не так? Вам нельзя оборачиваться? Или это делается строго в определенном месте в определенное время? Почему вы называете себя нестабильным?

– Я забыл, что вы из другого мира, ронья Анастасья, – читай: «Я забыл, что ты – идиотка». – Мы, оборотни, как правящая раса этой империи, должны уметь владеть собой, в любой ситуации. Вы наблюдали отсутствие этого умения. Те оборотни, которые не способны держать в узде свою вторую сущность, считаются нестабильными. Их общества стараются избегать.

Принц замолчал. Видимо, разговор был ему неприятен.

– И связывать себя узами брака с ними не принято, так? – уточнила я. – Поэтому вы живете вдали от семьи, ваше высочество? Жену поплоше тоже выбрали поэтому?

– Мне нужен наследник, ронья Анастасья, – ушел от ответа принц. Хотя было бы от чего уходить. И так все понятно. Анастасью купили, во всех смыслах слова. – Неумение владеть собой – черта индивидуальная.

Я кивнула:

– С этим понятно. Я, между прочим, тогда серьезно спрашивала: вы в постели тоже оборачиваетесь? Надо же мне знать, с чем столкнусь.

Принц неопределенно хмыкнул:

– Вы не устаете меня поражать, ронья Анастасья. Нет, моя нестабильность в постели не проявляется. Она случается, только когда меня раздражают внешние факторы.

Такие, как одна болтливая попаданка, например. Нет, ну вот теперь все действительно понятно. Его раздражают – он оборачивается. Обычный взрывной характер. Ничего удивительного.

Глава 13

– Но мы изначально переместились сюда, чтобы обсудить церемонию бракосочетания, – продолжил тем временем принц. – Вам придется заучить клятву, подобную той, что произнесу перед алтарем я. Только получив божественное благословение, мы с вами сможем иметь детей. После клятвы – торжественный ужин в кругу моих немногочисленных родственников. Ваших, боюсь, пригласить будет нельзя – в вас сразу же выявят самозванку.

Кстати о самозванках. Я вспомнила интересовавший меня вопрос.

– Ваше высочество, как относятся к таким как я, попаданцам, в вашем мире? Если широкая общественность вдруг узнает, кто я… Меня казнят?

Да, знаю, я пессимистка, во всем и всегда вижу только дурное. Теперь и принц будет в курсе этой замечательной черты моего характера.

– Нет, ронья Анастасья, – принц, похоже, пообещал сам себе ничему не удивляться, когда имеет дело со мной, потому что говорил на удивление спокойно. Только в глазах сверкали веселые искорки, – вас не казнят и даже не посадят. – Так, надо мной, похоже, все же издеваются. – А вот запереть вас в каком-то темном каземате на несколько лет могут, чтобы выпытать все ваши тайны… Ронья Анастасья! Не бледнейте! Это была шутка, каюсь, неудачная.

Смешно, да. Особенно с моей чрезвычайной мнительностью. Я уже мысленно и на дыбе повисела, и «испанский сапог» на себя примерила. Шутник, блин.

– Те, кого вы называете попаданцами, ронья Анастасья, – заговорил принц уже серьезней, – у нас считаются вестниками богов. Принято верить, что каждый такой вестник приносит перемены для нашего мира. Не всегда они бывают к лучшему. Но все же убивать и мучить вас никто не собирается.

О как. Что ж, уже легче прожить. Вестники богов, говорите. Вестницей кого-либо я еще не бывала. А вот перемены… О, это всегда пожалуйста. Начну, пожалуй, с нижнего белья и все же внедрю здесь моду на бикини.

– У вас заблестели глаза, ронья Анастасья, – проявил внимательность принц. – Вы уже придумали, чем будете осчастливливать наш мир?

– Да, ваше высочество, – похлопала я глазками, изображая святую невинность, – у меня есть несколько идей, но я предпочла бы оставить пока их при себе.

Сюрприз сделаю. Надеюсь, до сердечного приступа принца не доведу.

В глазах принца я прочла то же самое опасение. Он как будто заранее не ждал от меня ничего хорошего или прогрессивного. А жаль. Я – женщина умная, теоретически подкованная. Я еще смогу насадить здесь блага земной цивилизации и принудить всех радоваться жизни.

Видимо, осознав, что ничего толкового от меня сейчас не добиться, принц завершил разговор и переместил меня в спальню. Пока – мою. Пока, да. Я все же рассчитывала, что долго одна в постели спать не стану. Еще на Земле мне это надоело.

Оставшись одна, я огляделась, заметила не дочитанную книгу, так и лежавшую на столе. Занять себя было определенно нечем, лентяйничать я не привыкла, а потому вернулась к прочитанному. Итак, что там у нас? Верховный бог Ортагон и его пятеро детей?

Я читала, стараясь запомнить как можно больше информации. Мифы, сказки, легенды – все в голове после одного прочтения, конечно, не уложишь, но хоть что-то должно было остаться.

Ортагон – покровитель самого мира, защищающий всех живых существ от катастроф, его дети – Азалия – богиня искусств, Норина – богиня семьи и брака, Ронтар – бог войны и торговли, Мартан – бог зверей, Гонтис – бог загробной жизни.

– На бумажку, что ли, записать? – пробормотала я, оторвавшись от книги. – А то опозорюсь, перепутаю богов в разговоре… Или сначала узнать, как тут к религии относятся? Вдруг всем все равно? А я буду страдать, заучивать все эти мифы.

Вообще, конечно, гораздо удобнее было бы заполучить в свое полное распоряжение память Анастасьи. Как там писали во многих земных книгах? Появилась в другом мире, и сразу же всех родственников в лицо знаешь и историю рода до двенадцатого колена помнишь. Одни плюсы. Но вот не повезло мне в этом. Да, во всем везти не могло, я и так практически заполучила и принца, и замок. Но как же хотелось стать классической Мэри Сью и открывать двери в покои к богам с одного пинка!

– Мечтать не вредно, – проворчала я, поднимаясь. От неподвижного сидения тело затекло, так что пришлось делать зарядку, чтобы прийти в себя. – Эх, понять бы еще, где теперь владелица этого тела. Если ее в меня земную закинуло, то я ей искренне сочувствую.