- -
- 100%
- +
Глава 1
– Не так уж много запасов у нас осталось, Ника, – вздыхала моя помощница, высокая плотная вампирша Арисса. Ее кожа была бледной, почти прозрачной, с легким перламутровым отливом, что придавало ей загадочный вид. Длинные, черные как смоль волосы спадали на плечи, обрамляя лицо с острыми чертами. – Пять кило муки, немного лимонной цедры, несколько мер чая, на донышке – какао. Сахара полно. Но из него можно только эльфийские ларьи делать. А на них далеко не уедешь. Наши поставщики клянутся и божатся, что привезут товар вовремя, то есть через неделю. Да только к тому времени мы разоримся.
Арисса всегда любила преувеличивать. И легкий дождик у нее – «настоящая гроза», и небольшая простуда – повод менять завещание. Теперь вот отсутствие товара точно приведет к разорению. По-моему, моей помощнице просто не хватало в жизни эмоций. Дети выросли и разъехались, у них уже свои семьи. Работа в лавке ровная, почти что спокойная. Вот и преувеличивала Арисса. Всегда. Охотно. Помногу.
Ее манера говорить была полна драматизма, и каждое слово она произносила с такой интонацией, что казалось, будто она играет на сцене. Арисса любила привлекать внимание. Когда она вздыхала, ее грудь поднималась с такой силой, что казалось, будто она готова была взорваться от эмоций. В такие моменты ее губы поджимались, а взгляд становился полон тоски, как будто она переживала не только за запасы, но и за судьбу всего мира.
– Значит, кинем клич по местным купцам, – пожала я плечами, не видя особой проблемы во всем этом. – Пусть все свои излишки к нам свозят.
– И как мы потом будем смотреть в глаза покупателям-аристократам? Они-то уверены, что наши запасы идут через границы, потому и такая высокая цена, – с горечью произнесла она, поднимая брови и закатывая глаза, как будто сама мысль о таком шаге была для нее невыносимой.
– Ты об аристократах заботишься или о ценах? – хмыкнула я. – Сделаем распродажу в честь чего-то там. И все, приготовленное на отечественных продуктах, продадим со скидкой.
Арисса скорбно поджала губы. В ее роду точно были гномы, хоть она и отрицала это. Но жадность моей помощницы уже вошла в поговорку.
– Чтоб тебе с Ариссой торговаться, – ворчали наши продавщицы, когда желали гадость кому-нибудь из покупателей.
– Мы так разоримся, если будем постоянно делать скидки и распродажи! – негодующим тоном заявила между тем Арисса.
– Так ты уж выбери, от чего мы разоримся: от отсутствия продуктов или от моей щедрости, – насмешливо произнесла я.
Выбирать Арисса не захотела. Она лишь фыркнула, как будто сама мысль о том, что ей придется смириться с отсутствием товаров, была для неё невыносимой. Мой план был принят, и мы решили устроить распродажу на следующей неделе. Как раз ожидался праздник Орналий – двух лун, оптического явления, появлявшегося только осенью. Вот в честь этого-то явления мы и распродадим то, что успеем приготовить из продуктов местных купцов. Организационные моменты взяла на себя Арисса.
Когда она ушла, я откинулась на спинку кресла, прикрыла глаза. День выдался тяжелым. С утра приходилось решать различные организационные вопросы. А впереди еще общение с банкиром. Я собиралась взять ссуду под небольшой процент. И следовало найти подходящие аргументы, чтобы объяснить владельцу Первого столичного банка, гному Огирасу ронт Горскому, почему мне прямо сейчас нужна очередная ссуда и какое именно направление я собираюсь развивать в своем бизнесе.
– Боги, вот за что, а? – фыркнула я раздраженно, потирая виски. – За какие грехи? Я, на минуточку, обычная земная учительница. А вынуждена работать сразу на нескольких ставках, чтобы вытянуть свой бизнес в другом мире! Нет, ну где я и где бизнес?!
Да, на Земле я успешно воспитывала учеников и, порой, их родителей. Но там были люди, и только. Здесь же… Вампиры, гномы, оборотни, драконы, тролли, эльфы… Кого здесь только ни имелось! И мне, тридцатипятилетней Веронике Агаловой, приходилось разбираться в тонкостях психологии каждой расы! Это было настоящим испытанием, и я чувствовала себя как рыба, выброшенная на берег.
Я очутилась здесь после очередного рабочего дня. Шла по темной улице – в моем районе снова сгорела лампа в фонаре – и подсвечивала себе телефоном. Понятия не имею, что именно попалось мне под ноги. Но я споткнулась, упала… И оказалась тут, в теле молодой красавицы, моей тезки, Вероники ронт Нартанской, маркизы Д’Арнуа.
Как выяснилось чуть позже, сладкая лавка и титул остались ей как приданое от весьма деловой бабушки, владевшей в патриархальном мире неплохим бизнесом. Я не могла не восхищаться её смекалкой и умением вести дела, но, увы, мне предстояло научиться этому искусству самой. Теперь я была не просто учительницей, а хозяйкой лавки, и от меня зависело не только моё благосостояние, но и репутация, которую я должна была сохранить среди местных аристократов.
Веронике было двадцать семь, и в глазах общества она считалась старой девой, но это её совершенно не волновало. Высокая и симпатичная, с каштановыми волосами, которые мягкими волнами спадали на плечи, и зелеными глазами, полными жизненной энергии, она старалась сделать всё возможное, чтобы дело бабушки приносило прибыль. Её родня, мать и две сестры, не одобряли её стремления к независимости. Они постоянно твердили, что Веронике пора замуж, старательно подбирали ей женихов и не желали слышать о её самостоятельности.
Мать Вероники, женщина с сильным характером и амбициями, уже давно мечтала о том, чтобы её дочери вышли замуж за состоятельных мужчин. Она не упускала ни одной возможности, чтобы заманить в дом холостых мужчин столицы, уверяя всех и каждого, что у её дочерей, включая старшую, после свадьбы будут довольно приличные деньги и даже имущество. В общем, они были видными невестами, и мать с радостью приглашала всех на званые ужины, где угощала гостей изысканными блюдами и демонстрировала все прелести своего семейного гнезда.
Приходите к нам, дорогие женишки. Ешьте, пейте, развлекайтесь. И выбирайте из тех невест, что имеются.
Мне, в принципе, было все равно, в каком статусе владеть бизнесом. Я в любом случае планировала договариваться с возможным мужем «на берегу» и составлять брачный договор. Ну а пока мужа не имелось, я работала на благо себя любимой и родственниц женского пола.
В семье Вероники были и отец с двумя старшими братьями. Были, да, но пока что только номинально. Они исчезли некоторое время назад, еще до моего появления в этом мире. Оставили мать и сестер самостоятельно разбираться с возникшими трудностями.
Ну как исчезли…
Однажды днем, примерно полгода назад, они отправились развлекаться (читай: загонять и отстреливать дичь) в соседний лес, где открылся стихийный портал, и вся троица исчезла. Искали их долго, в разных частях империи и за её пределами, но безрезультатно. Чтобы объявить их мертвыми, нужно было прождать ещё полгода, и только тогда вся собственность рода могла бы перейти к матери Вероники. Исключение составляли лишь бизнес бабушки и дом в квартале аристократов, которые оставались в её распоряжении.
На словах вся родня горько оплакивала потерю, но на деле мать Вероники уже разделила будущее приданое между двумя дочерьми, позабыв о старшей.
Именно поэтому в нашем доме постоянно устраивались званые ужины, к нам приезжали гости…. В общем, жизнь била ключом. И я спасалась от всех этих нашествий на работе или в доставшемся мне доме.
Увы, сегодня вечером мне обязательно нужно было появиться в родительском гнезде – показаться на люди. И, конечно же, никто не спрашивал моего желания. Мать уже подготовила всё для званого ужина. И я знала, что мне предстоит столкнуться с очередной вереницей ухажёров, которые, как я подозревала, были больше заинтересованы в моем приданом, чем во мне самой.
Глава 2
Сестры Вероники уже вошли в брачный возраст, и каждая из них имела свои мечты и разочарования. Средней, Лисии, невысокой и плотной брюнетке, недавно исполнилось двадцать два. Она была полна надежд, когда в восемнадцать лет была успешно помолвлена и готовилась к свадьбе. Однако её мечты рухнули, когда жених, поддавшись родительскому давлению, женился по любви на другой, менее богатой и знатной девушке. Считай, бросил Лисию у алтаря. С тех пор Лисия тщетно искала нового претендента на руку и сердце, но каждый раз сталкивалась с разочарованием. Её гордость и уверенность в себе пошатнулись, и она часто проводила вечера в слезах, вспоминая о том, как мечтала о счастливом семейном будущем.
Младшая, Ольха, совсем недавно отпраздновала восемнадцатилетие. Она была высокой, худой блондинкой с легким характером и заразительным смехом. Ольха мечтала выйти замуж за принца, хотя хорошо понимала, что в их мире принцы бывают разных рас и статусов. Она часто шутливо говорила, что не против выйти замуж даже за тролля, если тот будет достаточно обаятельным и щедрым. Её мечты были полны романтики, и она с нетерпением ждала, когда же её жизнь наполнится настоящими приключениями.
Все три сестры были смесками – наполовину эльфийками, наполовину оборотницами. Их мать, красавица эльфийка Дарантариэль, была дочерью эльфийского посла. На императорском балу она влюбилась в оборотня-волка, графа Нариса горт Карийского, будущего отца своих пятерых детей. Романтичная история любви, которую Дарантариэль до сих пор рассказывала с придыханием.
В дверь кабинета постучали, вырывая меня из мыслей о новой семье.
– Войдите! – крикнула я, стараясь вернуть себе сосредоточенность.
Дверь отворилась, и в кабинет вошёл начальник склада. Высокий, широкоплечий смесок, в чьем роду однозначно были тролли. Никак иначе подобный рост объяснить было нельзя. Его звали Жаррас, и при первой встрече он представился как сын дракона и вампирши. Гораздо позже я узнала, что его отец – мелкий землевладелец, не имеющий дворянского звания, что сильно огорчало самого Жарраса. Он всегда стремился к большему, и это желание подстёгивало его к активным действиям.
– Найра1 Вероника, – пророкотал он, и его голос, словно гром, разнесся по кабинету. Стекла в окнах задрожали от силы его слов. – На складах-то пусто. Я последнее передал сегодня в пекарню.
Ах, вот откуда «пять кило муки, немного лимонной цедры, несколько мер чая, на донышке – какао. Сахара полно», о которых говорила недавно Арисса. Получается, что действительно практически все использовали. Я понимала, что без новых поставок наш бизнес может столкнуться с серьёзными трудностями.
– Жаррас, у тебя есть знакомые купцы? – спросила я, будучи уверенной в положительном ответе.
Жаррас кивнул. Он всегда был в курсе дел на рынке, и его связи могли оказаться весьма полезными.
– Пусти среди них слух, – распорядилась я. – Тот, кто продаст нашей лавке как можно больше товара по нормальной, не завышенной цене, получит от нас бесплатную рекламу среди покупателей. Меня интересует только сырье. Смотри на качество. Бери все, что можно использовать. Неликвид не нужен. Понял?
Снова кивок.
– Тогда иди, выполняй. Да не распускай грузчиков. Они нам уже сегодня понадобятся.
Он ухмыльнулся и закрыл дверь с той стороны. А я, оставшись одна, повернулась к полкам с книгами, висевшим на стене напротив. Все эти книги были принесены из дома бабушки и были связаны с моим нынешним бизнесом. Я знала, что в них скрыты бесценные знания, которые могут помочь мне в деле.
– Сборник эльфийских рецептов, – приказала я, и магия, которую я использовала для управления своим пространством, сняла и положила на стол толстую книгу в кожаном переплете. Название было выполнено тесненными буквами и раскрашено под золото, что придавало книге особую значимость.
Я полистала страницы, вдыхая аромат старой бумаги и чернил. Искала рецепт ларьев – сладких пирожков, которые пользовались огромной популярностью в нашей лавке. Вдохновившись, я нашла нужный раздел и начала внимательно изучать ингредиенты и процесс приготовления.
«Эльфы – мастера в изготовлении сладких десертов, – сообщала книга. – Обычно они держат в тайне все, что связано с кулинарией. Но тот же рецепт ларьев дошел и до других рас, правда, в слегка измененном виде. Сами эльфы делят процесс приготовления ларьев на несколько частей.
1. Сбор ингредиентов: Эльфы выбирают только лучшие продукты: мед из лесных ульев, свежие ягоды, орехи и ароматные травы. В их рецепты часто входят специальный эльфийский сахар и мука, сделанная из особых злаков, которые растут только в садах Вечного леса.
2. Выбор места: Эльфы предпочитают готовить на свежем воздухе, среди зелени и цветов. Они выбирают тихое место в лесу или у подножия горы, где можно слышать пение птиц и шелест листвы.
3. Создание теста: Весь процесс начинается с подготовки теста. Эльфы смешивают муку с медом и добавляют щепотку волшебных трав, которые придают особый вкус и аромат. Для перемешивания они используют деревянные ложки, сделанные из деревьев с особой магией.
4. Добавление ингредиентов: Затем к тесту добавляют орехи и ягоды. Эльфы обладают талантом чувствовать, какие сочетания будут особенно удачными. Они могут напевать песенки, пока готовят, что добавляет дополнительную магию процессу.
5. Формирование ларьев: Полученное тесто выкладывают на изящные подносы, украшенные листьями и цветами. Эльфы используют специальные формочки – изящные фигурки, представляющие собой символы из их культуры.
6. Печка: Вместо обычной духовки эльфы используют волшебные печи, сделанные из камней, которые нагреваются с помощью магии. Прогревается печка не просто огнем, а светом, который излучают волшебные камни. Это помогает сохранить все ароматы и полезные свойства ингредиентов.
7. Украшение: После того как ларьи испеклись, эльфы начинают декорировать их. Они используют натуральные красители из ягод и цветков, чтобы создать яркие узоры. Часто печенье посыпают мелкими кристаллами сахара, которые сверкают на солнце.
Эльфийское печенье обычно подается на праздниках или собираниях с друзьями и родственниками».
Я закрыла книгу, откинулась на спинку кресла, прикрыла глаза. Никогда не любила готовить. На Земле я питалась обычно полуфабрикатами из магазинов или напрашивалась в гости к родителям или двум старшим сестрам. Здесь же за меня готовили повара. При одной мысли о том, что надо стоять у печи часами, а потом все съесть за несколько минут, меня натурально передергивало. Нет уж, я лучше рецепты почитаю, картинками полюбуюсь. Да полакомлюсь уже готовыми продуктами, в том числе и из собственной лавки.
Глава 3
Работа закончилась поздно, в шесть часов вечера, что было неприемлемо для местных аристократов. Они, если и пытались трудиться, то делали это мало и неохотно, предпочитая проводить время на балах и званых вечерах. В семь мне нужно было появиться в доме матери, и потому пришлось переодеваться в захваченное из дома платье. Оно, конечно, выглядело более нарядным, чем то, в котором я работала весь день, но… В общем, мои сестры точно будут блистать на вечере, в отличие от меня, трудяжки.
Светло-лиловое платье в сочетании с туфлями такого же цвета делало меня похожей на излишне перекормленную фею из земной сказки. Я хмыкнула, покрутилась перед зеркалом еще пару секунд, стараясь найти в себе хоть каплю уверенности, и накинула сверху темно-серый, немаркий плащ. Он скрывал все недостатки наряда, но не мог скрыть мою усталость. Я поспешила на выход, чувствуя, как платье слегка стесняет движения.
Бабушкина карета уже ждала меня на выходе.
Погода не радовала: только что прошел очередной дождь, и казалось, что даже камни мостовой выдают в воздух холод и сырость. Я вздохнула, чувствуя, как капли дождя все еще висят в воздухе, создавая атмосферу меланхолии.
Лакей с поклоном открыл дверцу. Я привычно уселась внутри, стараясь устроиться поудобнее на жестком сиденье. Кучер тронул поводья, и лошади неспешно зацокали копытами, унося меня в сторону отчего дома.
– Ты, Вероника, ведешь не женский образ жизни, – сокрушенно качала головой мать, каждый раз пытаясь наставить меня на путь истинный. Её голос был полон заботы, но в нем также слышалась нотка разочарования. – Вот останешься старой девой, вспомнишь мои слова. Тебе давно пора и замуж выйти, и внуками меня порадовать. А ты? Даже на званых вечерах не появляешься! О балах я вообще молчу! Ну вот где ты при таком образе жизни сможешь найти себе мужа?!
Я старательно отмалчивалась, зная, что любые попытки объяснить свои приоритеты будут восприняты как бунт против традиций. А когда от меня требовали ответа, я хлопала глазками и уверяла, что вот-вот разберусь с накопившимися делами и тогда уж точно начну посещать балы. Мать поджимала губы, не веря ни единому моему слову.
Мне, в принципе, было все равно. Главное, чтобы никто не лез в мою личную жизнь. Я знала, что у меня есть свои мечты и цели, которые не укладываются в рамки, установленные обществом. Я хотела быть независимой, заниматься своим делом и развиваться, а не просто быть чьей-то женой. Но, конечно, об этом я не могла сказать матери. Вместо этого я просто смотрела в окно, наблюдая за мелькающими за окном пейзажами, и пыталась представить, каково это – быть на месте своих сестер, которые с нетерпением ждали вечера, полного танцев и флирта.
Мать как-то заявилась в дом бабушки и не нашла меня там. Естественно, я же проводила совещание с партнерами, обсуждая важные вопросы, которые касались нашего бизнеса. Мне было не до светских разговоров о новых фасонах платьев в кругу светских кумушек, которые, как мне казалось, только и ждали возможности обсудить, кто в каком наряде пришел на последний бал. Я была погружена в дела, и на вестника, присланного в лавку, просто не обратила внимания – мысли были заняты планами и стратегиями.
Вечером, когда я вернулась домой, меня ждал полноценный скандал. В том доме, который считала своим, разразилась буря. Я тогда только начала обживаться в теле настоящей Вероники, и не умела скрывать свои чувства, не знала, как говорить то, что от меня хотели услышать. Прямая и резкая, я ответила так же, как отвечала родителям в школе, когда они пытались навязать мне свои правила.
Я попросила не лезть в мою жизнь, не появляться в моем уже доме без приглашения и заниматься оставшимися двумя дочерьми. Я же спокойно со всем разберусь сама.
На меня обиделись. Вся троица. Я мысленно порадовалась и несколько дней жила спокойно, наслаждаясь тишиной и свободой. Но потом оказалось, что у матери день рождения. И она устраивает пышный прием, на который меня, конечно же, пригласили. На этом приеме меня с царственным видом простили, и даже изволили попробовать десерт, который я принесла в качестве подарка из лавки.
С тех пор я старалась держать язык за зубами, чтобы избежать новых конфликтов. Сегодня, сидя в карете, я тренировалась в улыбках. Именно так я называла свои гримасы. В темноте, в полном одиночестве, без зеркала, я пыталась научиться светским улыбкам. Получалось плохо. Каждый раз, когда я старалась добродушно улыбаться, от меня шарахались все присутствовавшие, как будто я была каким-то чудовищем. Я понимала, что мне нужно научиться быть более дипломатичной, но это давалось мне с трудом.
День выдался тяжелым. Я так и не дошла до банка, не смогла взять ссуду, и вообще, устала, как та белка в колесе, которая бесконечно крутится в своем колесе, не понимая, зачем это делает. Мысли о предстоящем вечере с родственниками и посторонними существами вызывали у меня легкое раздражение. Я не хотела снова сталкиваться с их ожиданиями и вопросами о замужестве.
Карета остановилась. Дверца открылась, и я почувствовала, как холодный воздух ударил в лицо, напоминая о том, что я снова должна надеть маску светской леди.
– Приехали, госпожа, – с поклоном сообщил мой лакей, и я, собравшись с силами, вынуждена была вылезать.
Дом сверкал огнями. Магическими, разумеется. Электричества здесь не имелось, и все работало на магии, что придавало атмосфере особую загадочность. Я могла видеть, как огни танцуют и переливаются, создавая волшебные узоры на стенах, но в то же время меня терзали мысли о том, сколько же это стоит. Каждый такой прием обходился семье в кругленькую сумму, и я уже начала гадать (пока – про себя), когда закончатся «свободные» средства, и мать покажется на пороге бабушкиного дома, чтобы потребовать от меня стать щедрым спонсором ее приемов. Я, конечно же, откажу.
С этими мыслями я поднялась по мраморным ступенькам ко входной двери. Она сразу же распахнулась перед моим носом. Джек, наш дворецкий, согнулся в поклоне.
– Ваша милость, ваша матушка будет рада вас видеть.
Да, здесь, рядом с матерью, как старшей в роду, ко мне обращались лишь ваша милость. Не сказать, чтобы это меня задевало. Но хотелось каждый раз напомнить слугам, что у меня давно есть свой собственный титул, тоже оставшийся после бабушки.
Ладно, все это лирика, как любил говорить мой знакомый на Земле. Сейчас надо приготовиться к…
– Вероника! – я не успела додумать, мне навстречу спешила Ольха, младшая сестра, более улыбчивая и открытая, чем мать и средняя сестра, Лисия.
Мы обнялись.
– Рада тебя видеть, – просияла улыбкой Ольха. И повторила почти слово в слово фразу Джека:
– Матушка тоже будет рада тебя видеть!
Вот как раз в этом я ни секунды не сомневаюсь. Она спит и видит, как бы побыстрей выдать меня замуж. И уже все равно, за кого конкретно. Лишь бы клятву у алтаря принесла да забеременела от мужа. Чтобы не краснеть перед подругами, такими же многодетными матерями, как и наша. А то у них, мол, все дети уже пристроены, внуками радуют. А тут…
В общем, перешагивая порог гостиной, я прекрасно понимала, что легким этот вечер точно не назовешь.
Глава 4
Все высокородные аристократы, хоть раз появлявшиеся при императорском дворе, должны были вести определенный образ жизни. И званые вечера устраивать, и других аристократов приглашать в большом количестве, и постоянно блистать в новых нарядах и дорогих украшениях.
Мать соблюдала все эти правила неукоснительно. Как же, ведь она – жена и дочь влиятельных существ! Несколько раз танцевала на императорских балах! И даже общалась с его величеством!
А потому сейчас в гостиной, довольно просторной комнате с высокими потолками, находилось множество гостей. В основном, кончено, молодые мужчины.
Они, сражавшиеся за внимание присутствовавших дам, флиртовали с ними, делали смелые комплименты и пытались произвести впечатление. Частично им это удавалось. В основном благодаря остроумным репликам, которые они отпускали по поводу и без. Их смех раздавался в воздухе, создавая атмосферу легкости и веселья.
Мать, одетая в платье с глубоким декольте и изысканными кружевами, принимала гостей с улыбкой, ловко маневрируя между ними. Платье подчеркивало её фигуру, а драгоценности, сверкающие на её шее и запястьях, добавляли ей статности. Каждый гость был важен, и она знала, как вести беседу, чтобы повысить статус своей семьи в глазах окружающих. Она с удовольствием делилась новостями о высокородных особах, обсуждала последние модные тенденции и подробно рассказывала о предстоящих балах и торжествах. В общем, сплетничала, как истинная аристократка.
То одна, то вторая из моих сестер появлялись рядом с ней, строили глазки мужчинам, улыбались им, ангельскими голосками присоединялись к диалогам. Их платья, яркие и нарядные, словно цветы, распустившиеся в этот вечер, привлекали внимание. Атласные ленты и кружевные детали подчеркивали их молодость и красоту, а блеск драгоценностей на их шеях и руках добавлял им очарования.
Мать довольно быстро заметила мое появление.
– Вероника, девочка моя! – воскликнула она излишне наигранным тоном, который выдал её желание, чтобы я выглядела так же безупречно, как мои сестры. – Я рада, что ты присоединилась к нам!
Ну да, попробовала бы я отказаться. Ты бы не постеснялась появиться на следующий день в лавке и устроить скандал там. Вслух я, конечно, этого не произнесла, постаралась мило улыбнуться. Судя по нахмуренным бровям матери, получилось не очень. Или же её не устроил мой не совсем торжественный наряд. Я была одета в простое, но элегантное платье, которое не могло соперничать с нарядами моих сестер. Но тут уже целиком и полностью её проблемы.
Я оглядела комнату, полную гостей, и почувствовала, как мое волнение нарастает. В воздухе витали ароматы дорогих духов и свежих цветов, а звуки музыки, доносящиеся из соседнего зала, создавали атмосферу ожидания. Я знала, что мне предстоит провести этот вечер среди людей, которые, возможно, станут частью моей жизни, но в данный момент мне было не до этого. Я просто хотела, чтобы этот вечер закончился.
Я прошла внутрь гостиной, продолжая улыбаться, словно дурочка, право слово. Лучше бы осталась дома, в бабушкином особняке, где хотя бы можно было насладиться тишиной и покоем. Вот спрашивается, разве можно среди местных аристократов найти себе нормального мужа? Они же все поголовно – самовлюбленные индюки. Один думает только о своей прическе, второй уже несколько раз успел намекнуть сидевшим рядом с ним леди, какой дорогой у него костюм. И так каждый из гостей, словно на параде тщеславия.