Бросая кости. Том I: Баллада о Ведьме и Берсерке

Волшебница выдохнула. Она не стала призывать шанс, а вместо этого просто сконцентрировалась.

Вокруг мальчика появилась некая рамка из листвы, из которой вытянулись лозы, оплетающие тело мальчика и укрывая того ковром цветов. В каждом бутоне появилась маленькая искра, из которой расправила свои золотые крылья бабочка — и весь рой взмыл в небо блестящим вихрем. Когда последняя бабочка растворилась в небесах, лозы расплелись и ушли в землю — и место под ними уже пустовало.

— Отдала его душу Матери Природе — мужчина взгляну на девушку, чуть прищурив глаза, а затем, выдохнув, поправил плащ. — Давно так мирно здесь никого не хоронили. Привыкли всё придавать огню, как в старых ритуалах. А дать душе и телу сразу упокоиться стало так непривычно. Даже для меня. Каосу, как ты смогла это сделать?

Но девушка не смогла ничего объяснить.

***

Эланн наелся мясом кролика, которое пришлось ещё немного дожарить. Как оказалось, местные феи тоже не прочь сожрать подкопченные внутренности — всё это отбило аппетит у Каосу, но Джош не отказался от кроличьей лапки.

— Когда дойдем до города, я свожу тебя в таверну — нужно будет хорошенько поесть, чтобы были силы для атаки и защиты твоего Клауса, — Джошуа вытер губы платком, — а в сумке, — Джошуа передал её в руки девушки, сняв с пояса, — найдешь шляпу — она сделает тебя старухой глазах окружающих. Только знай, стариков здесь никто не уважает особо, а в Мэрии — тем более. Но это лучше, чем умереть от потери крови или стать наложницей Лорда.

— Ага, — Каосу запустила руку в сумочку и достала оттуда шляпу вроде ведьминской, с потертыми краями и заплаткой на полях. Когда она её надела, то особо ничего не почувствовала — только как Эланн, закончив с трапезой, улегся на широкие поля шляпы. — А шляпа точно работает? Я не чувствую себя старой.

— Да и я бы не сказал, что А, не, состарилась, — фей пустил голову вниз, глядя на лицо Каосу, которое теперь покрылось морщинами и осунулось. Фигура стала чуть более тучной, теперь напоминая не вытянутую тростинку, а скорее гнутый ржавый гвоздь. И будто вторя словам фея, Каосу ощутила на себе всю тяжесть — её словно началось тянуть к земле, а чтобы совсем не упасть, ей пришлось крепко схватиться за Посох. Сняв дрожащей рукой с крючковатыми пальцами шляпу, девушка вмиг вернулась в прежнее состояние.

— Эта шляпа слишком хорошо работает.

— Измени показатели шансом.

Каосу с прищуром посмотрела на ухмылочку Джоша:

— А так можно?

— А я говорил что нельзя? Но учти, тебе нужен показатель не ниже пятерки или даже семерки — иначе люди будут замечать, что ты не настоящая старушка.

Понадобилось три попытки, чтобы выбить десятку — самый приближенный к нужному показатель. Когда Каосу коснулась шляпы, заплатка на ней исчезла, и сама она стала выглядеть чуть лучше, хоть вид и оставался поношенным. Преображение девушки тоже изменилось — теперь она могла держать спину ровнее, не испытывая так много мук при ходьбе, а волосы не обмельчали так сильно — их хватало на косу. Джошуа сорвал синеглавик — цветок с колючим стволом, украшенный кучей синих бутонов, похожих на колокольчики, — и прицепил его на плащ волшебницы. Её одежда стала синего цвета с цветочными узорами, а сам её вид стал более изношенным. Похожим образом изменился и её Посох.

— В городе лучше никому не знать, кто ты на самом деле. Целее будешь, — мужчина положил обе руки на плечи девушки и несколько секунд рассматривал её испещренное морщинами лицо. Её глаза не изменились — небесно-голубые, полные жизни, страха и решимости пройти весь этот путь, чтобы найти друзей и вернуться с ними домой. — В любом случае, я буду рядом, чтобы защитить тебя.

— Ну хватит к ней подкатывать, Дон Жуан, — Эланн закатил глаза, — или тебе так нравятся леди постарше, дремучий ты извращенец?

— Захлопнись, Кусачка, — Джош улыбнулся и, мягко похлопав Каосу по плечу, убрал руки под плащ. — Идем, если ты уже доел, ненасытный зубоскал.

Чтобы привыкнуть к тяжбе при ходьбе, Каосу решила оставить шляпу, делающую её старушкой с больной спиной. Герои шли компанией по лесным тропинкам, которые вот-вот должны вывести их в город. И вроде ведет одна тропа прямо, а потом раз — и сворачивает резко вправо. Снова прямо — и затем резко влево. И вроде идешь вперед, а вроде и круги наматываешь. Эланн попытался подняться выше для разведки, но ветки деревьев переплелись так крепко, что он не смог пролететь сквозь.

— Будто кто-то старательно удерживает нас в лесу, — убирая с волос паутину, фей уселся на шляпу Каосу и недовольно шмыгнул носом.

Повезло лишь в тот момент, когда герои встретили девушку, собирающую на поляне луговые васильки, одуванчики и ромашки. На её пушистых вьющихся волосах цвета заката покоился красивый венок, а платье было расшито различными узорами и знаками, часть из которых показалась Джошу знакомой, хотя их значение точно он не смог припомнить.

— Заплутали, путники? — девушка поднялась с корточек и, взяв в руки почти полную корзинку, улыбнулась. — Куда путь держите, если не секрет?

— Мы пытаемся выйти в город. Не подскажешь дорогу? — мужчина вышел вперед, невзначай закрывая собой Каосу.

— В город? — незнакомка сахарно улыбнулась, чуть прищурив янтарные глаза и склонив головушку набок. — Эти тропки не выведут вас в город — Лес хочет защитить своих гостей от этого страшного места. Зачем вам туда? Оставайтесь с нами, Нимфами, а Хозяин Леса позаботится о вас. Тем более, сегодня ведь праздник Великого Цветения! Поможете мне набрать цветов для венков?

Путники перегляделись.

— Нам действительно нужно в город, — начал Джошуа, но девушка его перебила:

— Как жаль. Как я говорила, тропинки вас никуда не выведут пока идет праздник. Останьтесь на ночь у меня — а утром я сопровожу вас в город. Может, вы увидите наше веселье из окна и всё же присоединитесь, — она вновь загадочно улыбнулась.

Так как делать всё равно ничего не оставалось, путники всё же помогли девушке набрать полную корзину цветов. К их удивлению, те совершенно не вяли — даже те, которые лежали на самом дне и точно должны были быть примяты. Но когда они оказались дома у Нимфы и та начала плести венки, Каосу своими глазами увидела крупные свежие ароматные бутоны, которые один за другим доставала из корзины девушка.

Незнакомка отвела путников вглубь леса, где рядом с кристально чистым озером располагался небольшой домик с резными причелинами — двумя ажурными деревянными лентами, тянущимися по краям крыши от самого козырька. Не менее ажурными были и окна, на которых также росли цветы. Если приглядеться, за ступеньками крыльца прятались ножки, на которых стояла сама избушка. Всё это вновь показалось Каосу словно из милой доброй сказки на ночь, где Баба Яга помогает путнику в его ратном подвиге, но предыдущий опыт её научил, что здесь ничего не бывает полностью светлым и добрым.

— Бабушка! — позвала она Каосу. И когда та вышла на крыльцо, Нимфа надела на её шляпу крупный цветочный венок, который оказался ощутимо тяжелым. — Как Вам идет! — она сложила ладони и вновь широко улыбнулась. — Давайте погадаем! Вы знаете как гадать?

— Если честно, я не

— Я покажу! Идемте! — и она взяла Каосу за руку, уведя ту к озеру рядом с домом. Они сели друг напротив друга прямо рядом с кромкой воды. — Смотрите — в отражении Каосу увидела себя, но не такой как прежде. Её волосы были короче, собраны в простой хвост, а глаза с травянисто-зеленого сменили цвет на небесно-голубой. Одежда была совершенно обыкновенной: никаких плащей, магических шляп и даже Посоха рядом не было. В отражении Нимфы тоже были изменения: она представляла собой темный силуэт с горящими глазами. Её руки и ноги были сотканы из трав, а через улыбку виднелись острые клыки. — Это то, какие мы на самом деле. Я так понимаю, Озеро показывает Вашу душу — такую простую, милую и всё ещё молодую, несмотря на Ваши года, — девушка слабо улыбнулась, — я же ещё несовершенная. Ещё росток, — её улыбка сошла на нет, и ненадолго Нимфа опустила голову. — Я всё ещё не могу пройти испытание Хозяина Леса, чтобы стать настоящей Нимфой. Моих Даров ему недостаточно Бабушка, как Вы думаете, я однажды смогу стать настоящей Нимфой?

— Да, — Каосу крепче сжала пальцы, чтобы их ладони скрепились ещё плотнее, — ты станешь настоящей Нимфой, если это действительно то, о чем ты мечтаешь.

Такая формулировка явно озадачила девушку. Та ненадолго вновь опустила глаза, а затем растянула губы в улыбке.

— Думаю, да, я об этом мечтаю. А о чем мечтаете Вы, бабушка? Скажите это Озеру — и мы продолжим наше гадание.

Каосу посмотрела в своё отражение.

— Я хочу найти своих друзей и вернуться с ними домой в целости и сохранности.

— А теперь смотрите своему отражению в глаза — и увидите пути достижения своей мечты, бабушка.

И Нимфа оказалась права. Глаза в отражении Каосу засветились — и перед ней возникли образы. Волк на Арене. Бард в оковах. Дварф в пещере. И каждый из них был закован и стоял с ошейником из черного металла. Позади расположилось три герба: с розой, с топорами и со львом. Послышалась мелодия. Потом звук разбитого стекла. И звуки драки. А в конце — витиеватый золотой ключ, отпирающий сияющие ворота.

И как только видение растаяло, Каосу начала искать что-то, на чем можно было бы всё это зарисовать, но ничего под рукой не нашлось. Но странно ощущение, будто бы при ней всегда был лист и инструмент для письма, не оставляло её, будучи притворно-привычным.

«Только бы не забыть! Только бы не забыть» — и она продолжала проговаривать про себя все те знаки, какие увидела. Волк, Бард, Дварф. Роза, топоры и лев. Песня, стекло и бой. Ключ, сияние врат Вроде всё. Правда же?

— Вы так потрясены, бабушка. Что Вы увидели?

— Ты не знаешь Я видела гербы с розой, двумя топорами и со львом. Что это за места?

— Герб с розой — такой точно у Мэрии, ведь их символ — кровавая роза. Два топора Хмм, думаю, это Пуа-де-Мортем — княжество на востоке, известное своими рыцарскими поединками. Хотя нет, там было два меча… А вот раньше точно там было братство дварфов с подобным гербом, только всех гномов и дварфов давно изгнали на туманный остров, к которому никто не знает дорогу, — Нимфа улыбнулась, явно довольная своим широким кругозором, — а вот символ льва тут многие любят, трудно сказать, куда конкретно Вас отослало видение Вы видели что-то ещё, бабушка? Или может не связано с львами?

— Там был Дварф в пещере, — как-то неловко произнесла волшебница, заметив как глаза девушки засияли.

— Это точно Куэщис! — от нетерпения Нимфа расцепила руки и уперлась на них, поддавшись вперед и смотря прямо в глаза Каосу, отчего та даже смутилась, если не сказать «испугалась». — Остров, на которых изгнали дварфов и гномов! Наверное, Вы тогда были совсем малышкой, а может Вас и вовсе тогда не было, но Вы должны были слышать про короля Эстрида. Не понимая технологий дварфов и видя в магии гномов лишь материальную выгоду, этот безумец решил истребить первых и подчинить вторых. Всех несогласных он повелел убить, но позже просто согнал их на каменистый туманный остров Куэщис. Правда, тогда он просто звался Безжизненным, и просто плавал себе, никому не нужный, среди льдин… Но уцелевшие дварфы и гномы сбежали туда, и они явно нашли, как облагородить остров, сделать его живым… Тогда Матушка Природа… — тут голос девушки стал тише, — она тогда… заболела… Не смогла остановить короля людей. И другие Герои… не могли вмешаться… Но я уверена, — вновь улыбнулась Нимфа, — жители этого острова в порядке и процветают! И Ваш друг пирует среди них! Думаю, Вы можете обратиться к Лесному Князю, чтобы он направил Вас, как раньше направляла всех Матушка… Ах, как бы я сама хотела отправиться в приключение! — девушка мечтательно вздохнула, отведя глаза к небу.

— Хочешь присоединиться к нам?

— Да! — выпалила она, но тут же поджала губы. — Н-нет. То есть — девушка тяжело выдохнула, — я бы хотела, но не могу. Я должна стать настоящей Нимфой и послужить Хозяину Леса, пока не превращусь однажды в прах и не напитаю собой этот лес.

— А если ты всё же пойдешь с нами?

— Они меня не отпустят. Они убьют вас и меня.

— Кто?

Девушка виновато опустила голову и поднялась с колен. Вдруг травянистые путы схватили Каосу за руки и ноги, крепче сжав их, и подняли её над озером. С высоты она увидела трёх девушек, похожих на Нимфу, но волосы у них были странными: у одной они точно состояли из огня, у второй были кусочком моря, а у третьей — точно облачко вместо волос.

— Старшие Сестры Я всё объясню! — было начала оправдываться Младшая Нимфа, но троица грозно посмотрела на неё, заставив замолчать.

— Пришло время Жатвы. Твои подношения такие же жалкие, как и ты сама, Младшая, — первая из них вытянула руку, и по ней лентой потянулся ручеек.

— И этим ты обралась отплатить нам за помощь? — по вытянутой ручке второй закружился хоровод лепестков, подгоняемый легким ветерком.

— Такими темпами тебе не заслужить ни любви Хозяина, ни даже имени!

— Старуха, грязный оборванец и жалкий фей — и это то, как ты любишь нашего Повелителя? Пора бы тебе пройти на костер вместе с ними! — руку третьей объяло пламя.

Трое Нимф направили на Младшую и Каосу руки, явно готовясь атаковать.

Да вспыхнет пламя и очистит всё!

Прежде чем понять, что привело трёх сестёр к порогу Младшей в ту роковую ночь, нужно вспомнить, чем стал Лес после того, как Тьма коснулась его корней.

Хозяин Леса… Когда-то это имя произносили с благоговением, но без страха. Он был покровителем — щедрым и мудрым. Он выполнял работу Матери Природы, чтобы мир не пал после её… болезни: даровал рост травам, защищал звериные тропы, следил, чтобы весна всегда сменяла зиму. Нимфы — лесные духи, его верные помощницы — плели венки в его честь, водили хороводы на полянах и шептали молитвы на рассвете. И Хозяин отвечал им взаимностью — лес процветал.

Но Тьма, что сочилась из трещин мира, отравила и его владения.

Покровительство уступило место власти. Порядок обернулся диктатом. Процветание — жаждой крови. Нимфы, отдавшись новым порядкам, не знали иных законов: подчиняйся или стань жертвой. Старшие требовали подношений, но цветы и песни больше не трогали их ожесточённые сердца. Им нужна была плоть. Им нужна была кровь. Тех, кто не служил по новым правилам, самих приносили в жертву — так Хозяин учил верности.

Лес, некогда полный жизни, затаил дыхание.

А потом небо «заболело» звёздами.

Это случилось, когда четверо чужаков шагнули в Сансара-фелл. В безлунной вышине одна за другой загорались искры — неестественные, цветные, живые. Первой вспыхнула оранжевая. Она сорвалась с небосвода и ушла на Север — прочертила огненный след по звёздной ткани. Спустя время — розовая, упала на Востоке. За ней — красная, дерзко клюнув Запад. И наконец — зелёная, медленно, будто нехотя, соскользнула с небес и растворилась где-то на Юге, во владениях самого Хозяина.

Нимфы, заметившие первые две звезды, замерли в тревоге. Они не знали, что это за знамение, но страх — лучшее орудие. Старшие сёстры разнесли по округе слухи о страшных предзнаменованиях, о конце света и гневе Отца-Неба. Люди трепетали, твари прятались по норам, а жертвенный алтарь всё никак не мог насытиться. Чем страшнее была сказка, тем обильнее капала дань.

Только Младшая молчала. Она умела читать Сказания — выцветшие свитки, на которых прадеды записывали волю звёзд. Она знала, куда упадёт каждая из них. Знала, где искать последнюю — ту, что выбрала Юг, ту, что принесла не просто знамение, а нечто большее. Что именно — она не была до конца уверена. Сказания говорили о героях, но Младшая видела их достаточно. Они приходили, сражались, гибли — и Тьма не отступала. Может, эти будут другими. А может, и нет.

Но Хозяин ждал ответа. И когда Ветер донёс, что в чаще появился странный кристалл, а в нём — спящая девушка, Младшая вызвалась первой. Она хотела угодить. Очень хотела. Может, тогда он наконец заметит её. Может, тогда перестанут называть её просто «Младшей», будто у неё нет и не будет другого имени.

— Я найду её, — сказала Нимфа, ещё не зная, что эта зелёная звезда перевернёт всё, что она знала о мире.

Но все, кого она находила, были не теми — волшебница слишком стара. Фей был не особо нужен, а про Торговца и вовсе речи не шло. Хотя последний мог бы чем-то откупить за свою жизнь, не так ли? Но откуп Старшим Нимфам был не нужен. Все трое могли послужить лишь новыми жертвами для алтаря — больше проку с них никто не видел, кроме Младшей — хотя в Лесу её мнение никого не интересовало.

Ветер донёс Хозяину, что Младшая не справилась со своим заданием, не нашла Волшебницу Зеленой Звезды. И ласковый голос Духа сказал: «Тогда пусть она разделит с ними участь». Ветер передал приказ Старшим Нимфам — и так они и оказались рядом с избушкой. Каждой из трёх была дарована стихия и имя, согласное ей: Водяница, Огниво и Зефир. И последняя отправила потоком ветерка маковый аромат, усыпивший итак плотно наевшихся фея и торговца. Усыпили бы и Каосу, но та вышла на улицу, чтобы поблагодарить Младшую и, как потом сложилось, разделить с ней гадания.

Огниво направила руку на домик — и тот загорелся вместе с путниками внутри.

— Нет! Молю Вас, погасите пламя! — Младшая была в панике. — Моя Избушка! Беги, беги, милая! — скомандовала она, но лапы избушки утопило в себе болото, призванное Водяницей. Она же, создав из воды огромную ладонь, схватила ею Младшую и с силой кинула в озерцо.

— Утони! Сил нет тебя больше слушать! — выпалила она, крепко держа девушку под водой. Так бы она и утопила Младшую, но высвободившаяся Каосу атаковала ту несколькими шариками огня, заставив отвлечься.

Младшая тут же выплыла на поверхность и, закашлявшись, потянулась к берегу.

— Я думала, старики колдуют лучше начинающих безмозглых фей! — Огниво с силой выдохнула — и струя огня, кружась, создала стену между девушками. — Раз решила колдовать огнём, я покажу тебе как это делается! Подчинись настоящему пламени, старуха!

— Шанс! — Волшебнице выпало семь — этого хватило, чтобы создать щит, отразивший очередную пламенную атаку.

Пока Водяница вновь отвлеклась на Младшую, а Зефир разносила пламя по всей поляне, Огниво не бросала попытки сжечь Каосу заживо.

«Как жарко! — девушка чувствовала, как от повышенной температуры её тело слабело, а из-за пота волосы прилипали к лицу, перекрывая глаза. — Но я должна бороться»

Она постепенно отступала назад, но дело было не только в натиске врага — она, убедившись в крепости щита, постепенно подходила к избушке. И в момент, когда Огниво набирала в легкие воздух для очередного огненного вихря, Каосу рванула вверх по лесенке. Щит защищал её от открытого огня и падающих балок — те просто сгорали или скатывались, ломаясь о него, — но от жара не спасал. Да и было ощущение, что он становился всё слабее.

Перекинуть Шанс? Но тогда щит исчезнет, и не факт, что значение будет выше.

— Джош! Эланн! Где вы?

В спальне на полу лежал Джошуа, а фей был рядом — его крылья едва вздрагивали, а света вокруг его фигурки практически не было видно.

— Каосу Сюда — его голос был совсем тихим.

Волшебница вбежала в спальню и, сев на колени перед Джошуа, накрыла всех своим щитом. Взяв Эланна на руку, она усадила того себе на шляпу — и тот тут же закрыл глаза.

Огня становилось всё больше. Джошуа не мог очнуться, а поднять его слабой старушке не представлялось возможным…

— Нужно… нужно найти выход!

***

Подняв Младшую за волосы, Водяница свободной рукой схватила её за щеки и заставила смотреть на догорающий дом.

— Твои слезы питают меня. А сгоревшие тела твоих гостей напитают Огниво. Жаль, что твоё единственное творение — зачарованный дом, — исчезает на глазах и никак не помогает Зефиру, не так ли? Но может, если разнести твой прах по ветру, это поднимет ей настроение? Огниво? — она перевела взгляд на Нимфу. Та улыбнулась, поправляя свои пылающие пламенем волосы.

— С удовольствием ~ Зефир, всё для тебя, сестрица!

И только нимфа Огня собралась испепелить испуганную девушку, как все четверо услышали громкий всплеск — и вся избушка вмиг оказалась затопленной. Однако пол её проломился — и черный комок упал в подсохшее болото между обугленными куриными лапками.

Воспользовавшись моментом общего оцепенения, Младшая достала ножик, которым она обрезала корешки и плотные стволики растений, и срезала одним ловким движением свою косу, высвободившись из плена. И, на удивление Старших, не убежала в лес, а рванула в сторону Избушки.

Она догадалась, что произошло внутри в последние минуты пожара.

Там, под избушкой, Каосу сняла щит — тот спас троицу от многих бед, хотя теперь руки покрылись чернотой и болели. Младшая, скользнув вниз к ребятам, в мгновение ока оказалась рядом с группой.

— Вы живы! — девушка налетела на Каосу с объятиями, и они обе упали в грязь, так как у волшебницы почти не оставалось сил. С её головы упала шляпа — и все увидели вместо старушки прежнюю молодую девушку.

— Зеленая ведьма из предсказания! — Нимфы в изумлении переглянулись, осознавая, что они чуть не убили ту, кого хотел заполучить их Хозяин.

Младшая тоже обомлела. Закрыв рот ладонями, она осторожно отползла и поклонилась девушке, опуская голову.

— Простите! Простите меня за всё!

Каосу, кое-как поднявшись на колени, обхватила девушку за плечи и обняла.

— Не надо извиняться Помоги нам сбежать, пожалуйста Я так устала

Младшая в панике посмотрела сначала на обнявшую (а точнее, уже обмякшую на её плечах) волшебницу, на уснувшего торговца и фея, который кое-как стал выбираться из грязи обратно на шляпу.

— Я не могу Я бессильна, — Младшей было страшно. Та, которая должна была стать её спасительницей, сейчас без сил стояла перед ней на коленях и просто расслабилась, уперевшись на девушку. — У меня нет ни имени, ни сил

Каосу, пытаясь сохранить остаток разума, выдохнула — она пыталась мыслить, и мылить здраво.

— Огонь Огниво а ветер Зефир, да? Хмм Выходит, ты у нас Звездочка?..

— Почему же?..

— Ты же читаешь созвездия Мы гадали

— Гадали не на звездах, — Нимфа уже сомневалась в разумности волшебницы, — я предсказываю многие вещи, но это просто ерунда

— Ты! — наконец послышался голос Зефир, которая подошла ближе, хотя и держалась на расстоянии. — Подними Зеленую Ведьму из грязи! Я уже послала Ветер с вестью Хозяину — мы должны подготовить её для визита к господину!

— Мне нужно немного сил, чтобы унести нас отсюда, — Каосу осторожно отстранилась и, взяв Посох, нарисовала им в грязи круг. Приложив к нему руку, она заставила узор расшириться до той степени, что теперь круг включал в себя всё болотце, во власти которого была вся команда, включая и Избушку. — Просто помоги мне Поделись своей силой — моей уже не хватает

— Верни нам Ведьму! — закричали Старшие. — И Хозяин подарит тебе имя!

— Имя? — Младшая посмотрела на них, а затем, подняв брови домиком, на Каосу. — Это непозволительная роскошь для меня — она коснулась своих волос и цветы, что были на них, завяли и исчезли. На языке Леса это означало отступничество Нимфы от своей жизни. И затем, взяв вместе с Каосу её посох, девушка кивнула. Прежде чем Старшие Нимфы бросились к ним, чтобы схватить, круг засиял — и вся потрепанная разношерстная команда исчезла в зеленоватой вспышке.

***

Когда Каосу открыла глаза, была уже ночь. На небе горели звезды, а ещё над девушкой летали красивые бабочки, которые сияли ещё ярче. Легкий освежающий ветерок казался самым прекрасным подарком, какой только мог подарить измученной девушке этот далеко не дружелюбный мир. Она слышал треск костра, отчего сердце стало взволнованно колотится чуть быстрее — после пережитого разве это удивительно? — но краем глаза девушка увидела сидящую неподалеку Избушку, которая сейчас была покрыта цветами и небольшими кристаллами и явно шла на поправку. А если даже домик был спокоен, стоит ли беспокоиться волшебнице?

Светлячки, летая от цветка к цветку, выбирали себе домик для сна — и как красиво выглядели уже закрытые бутоны, внутри которых горел свет — словно домики крошек-фей из сказок.

Под головой девушки что-то лежало — то был свернутый обгоревший плащ Джошуа, который сейчас сидел у огня, молча обдумывая всё произошедшее, пока он спал. Младшая сидела напротив него, помешивая в чайнике травяной отвар, аромат которого доходил до Волшебницы.