Иисусова молитва. Вопросы-ответы

К читателю

Мы искренне рады представить вашему вниманию нашу первую книгу из серии сборников на тему Иисусовой молитвы в современном мире. Это издание "Вопросы–ответы" поможет найти поддержку и ответы на многочисленные вопросы, касающиеся умного делания – духовного подвига, заповеданного каждому христианину.

Информационный православный проект "Иисусова рф "

Вступление

Иису́сова моли́тва – краткая покаянная молитва, обращенная к Господу Иисусу Христу. Существует ее полная форма: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешнаго» и более краткие варианты

Как еще называют Иисусову молитву?

За Иисусовой молитвой также закреплено название «умно-сердечного делания», «делания сердца», «умной молитвы», «тайной молитвы», «священной молитвы», «сердечной молитвы», «затвора ума и сердца», «трезвения», «хранения ума».

Почему Иисусова молитва имеет так много названий?

В зависимости от степени действия слова, ума, сердца и Духа Божиего (на богомольца), а, можно сказать, что в зависимости от того, с какой стороны мы рассматриваем эту молитву, она обозначается тем или иным наименованием. Вообще различают несколько видов молитвы:

– словесная (произносится вслух);

– умная деятельная (называется умной потому, что читается мысленно, а деятельной – потому, что, до времени всецелой преданности в волю Божью, совершается человеком намеренно, а не самодвижно Духом Святым),

– умно-сердечная деятельная (вместе с умом молится и сердце).

Следующие два вида молитвы обретаются молящимся по очищении сердца от страстей и греха:

– умно-сердечная самодвижная (непрекращающаяся молитва, движимая Святым Духом),

– умно-сердечная чистая, или непарительная (чистая от посторонних помыслов).

По соединении души с Иисусом Христом в «один дух» (1Кор.6:17) обретается высшая степень молитвы: молитва зрительная (соединившись с Господом, подвижник зрит великие тайны Божии).

Откуда берет начало молитва Иисусова?

Прообраз Иисусовой молитвы представлен в Евангелии (Мк.10:46-52): когда Иисус Христос выходил из Иерихона, у дороги сидел слепой Вартимей, «сын Тимея». Услышав, что здесь Иисус Назорей, слепой начал кричать и говорить: «Иисус, Сын Давидов! помилуй меня». Многие заставляли его молчать, но он еще более стал кричать: «Сын Давидов! помилуй меня»…

Также некоторое сходство молитва Иисусова имеет с молитвой хананеянки, которая кричала Иисусу: «Помилуй меня, Господи, Сын Давидов, дочь моя жестоко беснуется» (Мф.15:22).

Подобно Вартимею и хананеянке просил Бога о помиловании и мытарь из евангельской притчи: «Боже! будь милостив ко мне грешнику!» (Лк.18:13).

Свт. Игнатий (Брянчанинов) отмечает, что «моление молитвою Иисусовою есть установление Божественное. Установлено оно не чрез посредство пророка, не чрез посредство Апостола, не чрез посредство Ангела; установлено Самим Сыном Божиим и Богом. После тайной вечери, между прочими возвышеннейшими, окончательными заповеданиями и завещаниями, Господь Иисус Христос установил моление Его именем (см.: Ин.14:13,14; Ин.16:23,24)».

Начиная с V века практика Иисусовой молитвы никогда не прекращалась и достигла своего расцвета в XIII–XIV веках среди подвижников-исихастов, многие из которых подвизались на горе Афон.

Свт. Симеон Солунский писал об Иисусовой молитве, что она «есть и молитва и обет, есть исповедание веры, орудие общения со Святым Духом, проводник божественных даров, очищение сердца, отгнание демонов, вселение Христа, источник духовных мыслей и божественных помыслов, освобождение от грехов, врачевство душ и телес, посредница божественного озарения, привлечения Божия милосердия, раздаятельница откровений и божественных таин для смиренных и источник спасения, так как носит в себе и спасительное имя Бога нашего».

Приходилось слышать Иисусову молитву с некоторыми незначительными изменениями в тексте. Допустимо ли менять слова?

Иисусова молитва имеет различные формы. Наиболее распространенная из них: «Го́споди, Иису́се Христе́, Сы́не Бо́жий, поми́луй меня́ (мя) гре́шнаго (гре́шную)». Во множественном числе: «Го́споди, Иису́се Христе́, Сы́не Бо́жий, поми́луй нас гре́шных», а раньше молились: «Го́споди, Иису́се Христе́, Бо́же наш, поми́луй нас гре́шных».

В кратких формах молитва выглядит так: «Го́споди, Иису́се Христе́, Сы́не Бо́жий, поми́луй нас» или «Го́споди, Иису́се Христе́, Бо́же наш, поми́луй нас» или «Го́споди, Иису́се Христе́, поми́луй меня́ (мя)» или «Го́споди, Иису́се Христе́, поми́луй нас».

В акафисте Иисусу, чтение которого святитель Игнатий (Брянчанинов) считал приготовлением к непрестанному творению молитвы Иисусовой, предназначенному только для уже преуспевших подвижников, содержится иная краткая форма: «Го́споди, Сы́не Бо́жий, поми́луй меня́ (мя)». Самая же краткая форма Иисусовой молитвы: «Го́споди, поми́луй».

Слово «грешнаго» не всегда содержалось в этой молитве. Оно было добавлено святым преподобным Григорием Синаитом.

Существует также предначинательная Иисусова молитва, она выглядит так: «Го́споди, Иису́се Христе́, Сы́не и Сло́ве Бо́жий, моли́тв ра́ди Пречи́стой Твое́й Ма́тери и Всех Святы́х, поми́луй меня́ гре́шнаго (гре́шную)» или «Го́споди, Иису́се Христе́, Сы́не Бо́жий, моли́твами Пречи́стыя Твоея́ Ма́тери и Всех Святы́х, поми́луй нас. Ами́нь».

Нужно ли испрашивать благословение на Иисусову молитву?

Если Иисусова молитва используется как особое делание, особый духовный труд, то она должна совершаться под руководством и по благословению опытного наставника, того, кто хорошо знает духовную жизнь обратившегося к нему христианина. «Без руководства, – предупреждает преподобный Варсонофий Оптинский, – эту молитву проходить опасно». Причем сам этот священник должен быть весьма опытным молитвенником, он сам должен иметь опыт этой молитвы.

Человек, который творит эту молитву, повторяет ее не только во время богослужения или молитвенного правила, но и в пути, во время еды и отходя ко сну. Если даже человек беседует с кем-то или слушает другого, то, не утрачивая интенсивности восприятия, он, тем не менее, может в глубине сердца продолжать повторять эту молитву. Те, кто достигают непрестанной молитвы, всегда ощущает живое присутствие Господа Иисуса Христа. Свт. Феофан Затворник замечает, что «делание молитвы Иисусовой не есть непрестанная молитва, а только подспорье к ней… Непрестанная молитва есть дар благодати… и о сем молиться надо: Господи, даруй мне непрестанно Тебе молиться! Состоит сия молитва не в словах, а в чувстве к Богу неотходном. О сем чувстве и заботиться должно и его возгревать».

В обычном употреблении Иисусова молитва не отличается ни от какой другой молитвы, а поскольку молитва – это естественное состояние жизни христианина (1Фес.5:17), то и в отдельном благословении такое её употребление не нуждается. Так, протоиерей Димитрий Смирнов говорил: «Не надо наделять Иисусову молитву какими-то особыми качествами. Это просто одна из молитв. Но в силу чеканной формулы она полюбилась всем молитвенникам Церкви так же, как и Литургия Иоанна Златоуста, которая в хорошем смысле слова вытеснила все остальные чины Литургии – и теперь, в основном, мы молимся устами этого замечательного святителя… Если человек молится Иисусовой молитвой – на здоровье». Свт. Феофан Затворник предостерегает от магического восприятия молитвы: «Молитва Иисусова не талисман какой. Сила ее от веры в Господа и глубокого с Ним сочетания сердца и ума. При таких расположениях призываемое имя Господа оказывается многодейственным. Одно повторение слов ничего не значит». Святитель также замечает: «При молитве Иисусовой Богомыслие все же необходимо: иначе это сухая пища. Хорошо, у кого навязло на языке имя Иисусово. Но можно при этом совсем не помнить о Господе и даже держать мысли, противные Ему. Следовательно, все зависит от сознательного и свободного к Богу обращения и труда держать себя в этом с рассуждением».

Свт. Симеон Солунский рекомендует практиковать Иисусову молитву людям любого сана и звания: «Сие призывание всякий благочестивый всегда да возглашает, как молитву, и умом своим и языком, и стоя, и ходя, и сидя, и склоняясь на ложе; и говоря что-либо, и делая, – и всегда да понуждает себя к тому, и обретет великий покой и радость, как опытно знают это имеющие о сем заботливое попечение. Но поскольку это для людей житейских и даже для монахов, когда они находятся в неизбежных хлопотах о житейском, невыполнимо, то хоть определенное время пусть каждый на это отрядит, – только да имеют правилом всегда творить молитву сию все, и освященного чина лица, и монашествующие, и миряне… миряне да блюдут сию молитву, как печать и знамение веры своей, как охрану, освящение и отгнание искушений. Сего ради все и лица священного сана, и мiряне, и монахи, восстав от сна, прежде всего должны вспоминать о Христе и об Нем помыслить, принося Ему сие первомыслие, как жертву, яко Им спасенные, Его имя носящие, в Него облекшиеся во святом крещении, Им запечатленные во святом мνропомазании, Его Тела и Крови причащающиеся и через то членами Его делающиеся, и храмом, и живущим Его в себе имеющие. За все сие всякий христианин долг имеет вседушно любить Его, и по любви сей стараться всегда помнить Его; и кроме того иметь определенное время для творения молитвы Его по силе своей».

Читать молитву Иисусову лучше молча, про себя или вслух?

У произнесения молитвы вслух есть свои преимущества. Прежде всего, это пробуждает внутренний пыл, благодаря которому ум молящегося скорее возвышается к Богу. Это связано с тем, что внешние проявления благочестия в большей степени способствуют приобретению сознательного духовного настроя. Однако это не всегда уместно и полезно, особенно, когда рядом присутствуют другие люди.

Могут ли случаться искушения с творящим Иисусову молитву?

Твердое намерение человека совершать молитву Иисусову может проявляться в испрашивании благословения у священника на подобное делание. Но как только лукавый увидит эту решимость, он может восстать на молящегося, поэтому во время совершения богомольцем Иисусовой молитвы на него часто находит буря помыслов, которые всевает враг.

Преподобный Иларион Оптинский учил не противоречить вражьим помыслам, так как это под силу только опытным молитвенникам, а просто продолжать молиться в простоте сердечной, уповая на милость Божию: «А если когда против желания ум пленится, тогда продолжать молитву, а не противоречить – противоречить не твоей еще меры».

О том, что идущий путем Иисусовой молитвы может претерпевать скорби как на молитве, так и после нее, предупреждал и преподобный Варсонофий Оптинский: «Путь молитвы Иисусовой есть путь кратчайший, самый удобный. Но не ропщи, ибо всякий идущий этим путем испытывает скорби». Совершающий Иисусову молитву должен обращать особо пристальное внимание на свою духовную жизнь. «Сумасшествие от молитвы Иисусовой может произойти тогда, когда, творя эту молитву, не отступают от каких-либо грехов и привычек грешных, кои осуждает совесть. При сем внутри происходит глубокий разлад, прогоняющий всякую мирность сердца», – пишет святитель Феофан Затворник.

С другой стороны, один из делателей Иисусовой молитвы заметил, что с ума сходят не от Иисусовой молитвы, а от гордости.

Чем отличается Иисусова молитва от медитации?

Отличий множество.

В Иисусовой молитве решительно выражается вера в Бога, Который заботится о спасении человека. В этой молитве мы стремимся встретиться не с безликим богом (абсолютом), но наша молитва сосредоточивается на личностном Боге – Богочеловеке Иисусе Христе. Важно понимать, спасение, о котором мы просим в этой молитве – не абстрактное состояние, но единение с Триипостасным Богом.

В процессе моления (вследствие моления) мы не стремимся привести ум к абсолютному «ничто», но хотим обратить его в сердце и стяжать благодать Божию. Царствие Божие внутрь вас есть (Лк.17:21).

Тело, по учению Церкви, – не зло, а злом является плотской разум. Оно не «одеяние души» как говорят философские учения, и его нужно стремиться не сбросить, но спасти. Ибо под спасением всего человека подразумевается и его душа, и его тело. Следовательно, мы не стремимся к гибели тела, но воюем против греховного служения ему. Мы не хотим гибели жизни, не стремимся впасть в такое состояние, чтобы ради прекращения страданий не иметь желания жить.

В нас нет безразличия к окружающему миру, восточные же учения избегают углубляться в человеческие проблемы, стремятся сохранить свой мир и безмятежие. Православный же христианин непрерывно молится за всех, плачет обо всем мире. Радость, которая существует только для нас, но не для мира, не является подлинной радостью.

И, наконец, мы не придаем большого значения психотехническим методам, а также различным положениям тела, хотя и считаем, что некоторые из них помогают сосредоточить ум в сердце. Молящийся стремится не к апатии (это отрицательное состояние), а к стяжанию Божественной благодати.

Источник: azbyka.ru

Святитель Игнатий (Брянчанинов)

Ученик. Можно ли всем братиям в монастыре заниматься молитвою Иисусовою?

Старец. Не только можно, но и должно. При пострижении в монашество, когда новопостриженному вручаются четки, называемые при этом мечом духовным, завещавается ему непрестанное, деннонощное моление молитвою Иисусовою. Следовательно упражнение в молитве Иисусовой есть обет монаха. Исполнение обета есть обязанность, от которой нет возможности отречься.

Мне сказывали старые монахи, что еще в начале нынешнего столетия в Саровской пустыни, вероятно и в других благоустроенных Российских монастырях, всякому поступавшему в монастырь немедленно преподавалась молитва Иисусова. Блаженный старец Серафим, подвизавшийся в этой пустыни и достигший великого преуспеяния в молитве, постоянно советовал всем инокам проводить внимательную жизнь и заниматься Иисусовою молитвою. Посетил его некоторый юноша, окончивший курс учения в духовной семинарии, и открыл старцу о намерении своем вступить в монашество. Старец преподал юноше душеспасительнейшие наставления. В числе их было завещание обучаться молитве Иисусовой. Говоря о ней, старец присовокупил: “Одна внешняя молитва недостаточна. Бог внимает уму, а потому те монахи, которые не соединяют внешней молитвы со внутреннею, не суть монахи”. Определение очень верное! Монах – значит уединенный: кто не уединился в самом себе, тот еще не уединен, тот еще не монах, хотя бы и жил в уединеннейшем монастыре. Ум подвижника, не уединившегося и не заключившегося в себе, находится по необходимости среди молвы и мятежа, производимых бесчисленными помыслами, имеющими к нему всегда свободный доступ, и сам болезненно, без всякой нужды и пользы, зловредно для себя скитается по вселенной. Уединение человека в самом себе не может совершиться иначе, как при посредстве внимательной молитвы, преимущественно же при посредстве внимательной молитвы Иисусовой. …Божественное Писание Ветхого Завета законополагает: «Всяцем хранением блюди твое сердце: от сих бо исходища живота» (Притч.4:23). «Внемли себе: да не будет слово тайно в сердцы твоем беззакония…» (Втор.15:9). Бодрствование над сердцем и очищение его повелевается особенно Новым Заветом. К этому направлены все заповедания Господа. «Очисти прежде, – говорит Господь, – внутреннее сткляницы и блюда, да будет и внешнее их чисто» (Мф.23:26). Сосудами из хрупкого стекла и малоценной глины Господь назвал здесь человеков. «Исходящее от человека, то сквернит человека: извнутрь бо от сердца человеческа помышления злая исходят, прелюбодеяния, любодеяния, убийства, татьбы, лихоимства, обиды, лукавствия, лесть, студодеяния, око лукаво, хула, гордыня, безумство. Вся сия злая извнутрь исходят и сквернят человека» (Мк.7:20–23). Святой Варсонофий Великий говорит: “если внутреннее делание с Богом, то есть осененное Божественною благодатию, не поможет человеку, то тщетно подвизается он наружным, то есть телесным, подвигом”. Святой Исаак Сирский: “не имеющий душевного делания, лишен духовных дарований”.

…Помню: современные молодости моей некоторые благочестивые миряне, даже из дворян, проводившие очень простую жизнь, занимались Иисусовою молитвою. Этот драгоценный обычай, ныне, при общем ослаблении христианства и монашества, почти утратился. Моление именем Господа Иисуса Христа требует трезвенной, строго нравственной жизни, жизни странника, требует оставления пристрастий, а нам сделались нужными рассеянность, обширное знакомство, удовлетворение нашим многочисленным прихотям, благодетели и благодетельницы, «Иисус уклонися, народу сущу на месте» (Ин.5:13).

Ученик. Последствием сказанного не будет ли заключение, что без упражнения молитвою Иисусовою не получается спасение?

Старец. Отцы не говорят этого. Напротив того, преподобный Нил Сорский, ссылаясь на священномученика Петра Дамаскина, утверждает, что многие, не достигши бесстрастия, сподобились получить отпущение грехов и спасение. Святой Исихий, сказав, что без трезвения нет возможности избежать греха «в мыслях», назвал блаженными и тех, которые воздерживаются от греха «на деле». Он наименовал их насилующими царство небесное. Достижение же бесстрастия, освящения или, что то же, христианского совершенства, без стяжания умной молитвы невозможно, в этом согласны все Отцы…

Ученик. Направление современного монашества, при котором упражнение молитвою Иисусовою встречается очень редко, может ли послужить для меня извинением и оправданием, если я не буду заниматься ею?

Старец. Долг остается долгом и обязанность – обязанностью, хотя бы число неисполняющих еще более умножилось. Обет произносится всеми. Ни множество нарушителей обета, ни обычай нарушения не дают законности нарушению. Мало то стадо, которому Отец Небесный благоволил даровать царство (Лк.12:32). Всегда тесный путь имеет мало путешественников, а широкий – много. (Мф.7:13–14). В последние времена тесный путь оставится почти всеми, почти все пойдут по широкому. Из этого не следует, что широкий потеряет свойство вводить в пагубу, что тесный сделается излишним, ненужным для спасения. Желающий спастись непременно должен держаться тесного пути, положительно завещанного Спасителем.

Ученик. Почему называешь ты тесным путем упражнение молитвою Иисусовою?

Старец. Как же не тесный путь? Тесный путь, в точном смысле слова! Желающий заняться успешно молитвою Иисусовою должен оградить себя и извне, и внутри поведением самым благоразумным, самым осторожным: падшее естество наше готово ежечасно изменить нам, предать нас; падшие духи с особенным неистовством и коварством наветуют упражнение молитвою Иисусовою. Нередко из ничтожной, по-видимому, неосторожности, из небрежности и самонадеянности непримеченных, возникает важное последствие, имеющее влияние на жизнь, на вечную участь подвижника, – «и аще не Господь помогл бы ми, вмале вселилася бы во ад душа моя. …Подвижеся нога моя: милость Твоя, Господи, помогаше ми» (Пс.93:17–18).

Основанием для упражнения молитвою Иисусовою служит поведение благоразумное и осторожное. Во-первых, должно устранить от себя изнеженность и наслаждения плотские во всех видах. Должно довольствоваться пищею и сном постоянно умеренными, соразмерными с силами и здоровьем, чтоб пища и сон доставляли телу должное подкрепление, не производя непристойных движений, которые являются от излишества, не производя изнеможения, которое является от недостатка. Одежда, жилище и все вообще вещественные принадлежности должны быть скромные, в подражание Христу, в подражание Апостолам Его, в последование духу их, в общение с духом их. Святые Апостолы и истинные ученики их не приносили никаких жертв тщеславию и суетности, по обычаям мира, не входили ни в чем в общение с духом мира. Правильное, благодатное действие молитвы Иисусовой может прозябнуть только из Духа Христова; прозябает и произрастает оно исключительно на одной этой почве. Зрение, слух и прочие чувства должны быть строго хранимы, чтобы через них, как через врата, не ворвались в душу супостаты. Уста и язык должны быть обузданы, как бы окованы молчанием; празднословие, многословие, особливо насмешки, пересуды и злоречие суть злейшие враги молитвы… От любопытства и любознательности суетных должно отказаться решительно, обратив все любопытство и все изыскания на исследование и изучение пути молитвенного. Нуждается этот путь в тщательнейшем исследовании и изучении: он – не только «путь тесный», но и путь «вводяй в живот» (Мф.7:14); он – наука из наук, и художество из художеств. Так именуют его Отцы.

Путь истинной молитвы соделывается несравненно теснее, когда подвижник вступит на него деятельностью внутреннего человека. Когда же он вступит в эти теснины, и ощутит правильность, спасительность, необходимость такого положения; когда труд во внутренней клети соделается вожделенным для него, тогда соделается вожделенною и теснота по наружному жительству, как служащая обителью и хранилищем внутренней деятельности. “Вступивший умом в подвиг молитвы, должен отречься, и постоянно отрекаться, как от всех помыслов и ощущений падшего естества, так и от всех помыслов и ощущений, приносимых падшими духами, сколько бы ни были благовидными те и другие помыслы и ощущения; он должен идти постоянно тесным путем внимательнейшей молитвы, не уклоняясь ни налево, ни направо. Уклонением налево называю оставление молитвы умом для беседы с помыслами суетными и греховными; уклонением направо называю оставление молитвы умом для беседы с помыслами, по-видимому, благими. Четырех родов помыслы и ощущения действуют на молящегося: одни прозябают из благодати Божией, насажденной в каждого православного христианина святым крещением, другие предлагаются Ангелом хранителем, иные возникают из падшего естества; наконец, иные наносятся падшими духами. Первых двух видов помыслы, правильнее, воспоминания и ощущения содействуют молитве, оживляют ее, усиливают внимание и чувство покаяния, производят умиление, плач сердца, слезы, обнажают пред взорами молящегося обширность греховности его и глубину падения человеческого, возвещают о неминуемой никем смерти, о безызвестности часа ее, о нелицеприятном и страшном суде Божием, о вечной муке, по лютости своей превышающей постижение человеческое. В помыслах и ощущениях падшего естества добро смешано со злом, а в демонских зло часто прикрывается добром, действуя впрочем иногда и открытым злом. Последних двух родов помыслы и ощущения действуют совокупно, по причине связи и общения падших духов с падшим человеческим естеством, и первым плодом действия их являются высокоумие, в молитве – рассеянность. Демоны, принося мнимо духовные и высокие разумения, отвлекают ими от молитвы, производят тщеславную радость, услаждение, самодовольство, как бы от открытия таинственнейшего христианского учения. Вслед за демонскими богословием и философией вторгаются в душу помыслы и мечтания суетные и страстные, расхищают, уничтожают молитву, разрушают благое устроение души. По плодам различаются помыслы и ощущения истинно благие от помыслов и ощущений мнимо благих.

О, как справедливо называют Отцы упражнение молитвою Иисусовою и тесным путем, и самоотвержением, и отречением от мира! Эти достоинства принадлежат всякой внимательной и благоговейной молитве, по преимуществу же молитве Иисусовой, чуждой того разнообразия в форме и того многомыслия, которые составляют принадлежность псалмопения и прочих молитвословий.

Ученик. Из каких слов состоит молитва Иисусова?

Старец. Она состоит из следующих слов: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешного». Некоторые Отцы разделяют молитву, для новоначальных, на две половины, и повелевают от утра, примерно, до обеда говорить: «Господи, Иисусе Христе, помилуй мя», а после обеда: «Сыне Божий, помилуй мя». Это – древнее предание. Но лучше приучиться, если то можно, к произношению цельной молитвы. Разделение допущено по снисхождению к немощи немощных и новоначальных.

Ученик. Помянуто ли о Иисусовой молитве в Священном Писании?

Старец. О ней говорится в святом Евангелии. Не подумай, что она – установление человеческое: она – установление Божественное. Установил и заповедал священнейшую молитву Иисусову Сам Господь наш, Иисус Христос. После Тайной Вечери, на которой сотворено величайшее из таинств христианских – святая Евхаристия, Господь, в прощальной беседе с учениками Своими, пред исшествием на страшные страдания и крестную смерть для искупления ими человечества погибшего, преподал возвышеннейшее учение, и важнейшие, окончательные заповеди. Между этими заповедями Он даровал дозволение и заповедание молиться именем Его. «Аминь, аминь глаголю вам, – сказал Он Апостолам, – яко елико аще чесо просите от Отца во имя Мое, даст вам» (Ин.16:23). «Еже аще что просите от Отца во имя Мое, то сотворю; да прославится Отец в Сыне. И аще чесо просите во имя Мое, Аз сотворю» (Ин.14:13–14). «Доселе не просисте ничесоже во имя Мое: просите, и приимете, да радость ваша исполнена будет» (Ин.16:24). Величие имени Господа Иисуса Христа предвозвещено Пророками. Указывая на имеющее совершиться искупление человеков Богочеловеком, Исаия вопиет: «Се Бог Мой, Спас мой!… Почерпите воду с веселием от источник спасения! И речеши в день он: хвалите Господа, воспойте имя Его: …поминайте, яко вознесеся имя Его; хвалите имя Господне, яко высокая сотвори» (Ис.12:2–5.). «Путь Господень – суд: уповахом во имя Твое, и память, ея же желает душа наша» (Ис.26:8). Согласно с Исаией предрекает Давид: «Возрадуемся о спасении Твоем, и во имя Господа Бога нашего возвеличимся… Имя Господа Бога нашего призовем» (Пс.19:6, 8). «Блажени людие, ведущие воскликновение, усвоившие себе умную молитву: Господи, во свете лица Твоего пойдут, и о имени Твоем возрадуются весь день, и правдою Твоею вознесутся» (Пс.88:16–17).