Они все рассчитали

I

В застеклённом камине догорали укутанные золою поленья. Искры с треском вылетали из горящего дерева, поднимая хлопья пепла в воздух, после чего падали вниз с необычайной ленью. Артём Сергеевич всегда использовал в своём камине только настоящие дрова, ему никогда не нравились спрессованные, созданные искусственным путём деревяшки. В какой-то момент он пытался приучить себя наслаждаться «эко-дровами», но, несмотря на их легкую доступность и максимальную имитацию горящего дерева, они не смогли заменить ему источник тепла, которым грелись его предки.

Былые времена в доме Артёма Сергеевича напоминал не только камин. Всё помещение будто бы с помощью машины времени перенесли из 2070-ых в 2147 год. Красивое двухэтажное здание, огороженное полутораметровым кирпичным забором, с зелёной лужайкой по обе стороны тропинки, ведущей к выходу с территории дома. Несмотря на то, что дом был совсем новый, а Артём Сергеевич переехал сюда всего шесть или семь месяцев назад, у него уже появились свои небольшие романтические традиции, связанные с новым жилищем. На лужайке стояли металлические качели, которые издавали скрипучий звук. Этот скрип оказывал волшебное влияние на Артёма Сергеевича в те вечера, когда соседи не выходили из дома, а по улице не ходил транспорт. В абсолютной тишине он пальцами правой руки перебирал ручку с черными чернилами, а в левой держал свой ежедневник в кожаном переплете. Такие моменты были особенными для него.

При входе в дом стояла деревянная коричневая вешалка, на которой, при самом лучшем раскладе, поместилась бы одежда не более трёх человек. Несмотря на любовь Артёма Сергеевича к ретро-стилю (а в 2147 году он уже назывался «ретро»), освещение в доме было в современном стиле – «электронное распределение». В 2147 наука шагнула далеко вперед, о машине времени, конечно, можно было только мечтать, но вот электроника давным-давно ушла в аттомир. Микро и нано-электронику заменила аттоэлектроника, на основе которой и было осуществлено освещение в доме. С помощью отдельных электронов были созданы аттосветодиоды, которые связаны между собой по волновой связи и поделены на отдельные группы: для освещения коридора, кухни, спальни, кабинета и других комнат. Особенностью работы такого освещения являлось визуальное отсутствие источника света. Комната была освещена в каждом углу, при этом понять, откуда идёт свет, было невозможно, в темное время суток в доме не было теней. Аттосветодиоды находились в свободном движении и, находясь во взаимодействии с магнитным полем, распределялись по комнате. Цвет и тон освещения можно было варьировать по всей палитре от агрессивно-красного до мягкого фиолетового. Артём Сергеевич предпочитал устанавливать свет в классических тёплых тонах. Коридор был просторный и чистый. Благодаря теплому свету в доме было очень уютно. На нижнем этаже расположились несколько гостевых комнат, кухня-столовая, кладовка и комната для прислуги. На втором этаже была небольшая спальня и кабинет хозяина дома. В кабинете, где чаще всего можно было найти Артёма Сергеевича, было одно небольшое окно. В углу находился письменный деревянный стол, на котором стояла единственная в доме настольная лампа с нитью накаливания. Кабинет был просторный, у стены, перпендикулярной окну, находился застекленный камин, а напротив расположился объёмный кожаный диван. Когда хозяин дома падал в этот диван, чтобы собраться с мыслями перед работой, тот будто бы обнимал его со всех сторон, проваливаясь на десять сантиметров.

Очередной треск в камине вернул к реальности Артёма Сергеевича из пучины мыслей. Он ждал важного гостя. Об этом весь день напоминала ему домработница Маша. Молодая девушка восемнадцати лет, коренная жительница, доучивалась в школе и очень гордилась тем, что ей удалось найти подработку в доме знаменитого человека. Артём Сергеевич встал со своего дивана со второй попытки: дело было не только в мягких свойствах дивана, но и в возрасте. Артёму Сергеевичу два месяца назад исполнилось 72 года. Он окинул взглядом своё рабочее место, на котором, как всегда, был хаотичный порядок, хотя Маша называла это абсолютным бардаком. Открыв верхний ящик стола, он положил свой ежедневник, с которым практически не расставался, но сегодня был особенный день, и записную книжку пришлось отложить. Артём Сергеевич не спеша спустился по лестнице на первый этаж, где в наушниках, пританцовывая, наводила порядок на кухне Маша. Счастливая девушка, подумал он, воплощение молодости и жизни, впереди её ждёт столько интересного.

– Маша, можно тебя на секундочку? – мягко он обратил внимание на себя.

Но девушка не видела его, а уши её были заняты новыми наушниками, которые не требовали подзарядки на протяжении 3-х месяцев.

– Мария! Отвлекись, пожалуйста, – сказал он более громким голосом и дотронулся до её плеча, что немного напугало девушку.

– Ох! Артём Сергеевич! Зачем же Вы так пугаете? Вот вечно Вы так, подкрадетесь, как будто специально, – проговорила она, снимая наушники и пряча их в карман своего джинсового комбинезона. – Я почти закончила уборку первого этажа, сейчас займусь вторым. Сделать Вам кофе?

– Спасибо, я сделаю сам. – Артём Сергеевич не получал удовольствия от кофе, который варила Мария, не из-за того, что она готовила его плохо, а из-за того, что получался он стандартно-идеальным, так как был сделан в специальной дозированной машине. Он пил кофе из машины в тех случаях, когда был полностью погружен в работу и времени на варку попросту не хватало. Когда же он варил кофе сам, он пользовался специальной посудой под названием «Турка», каждый раз кофе получался особенным, индивидуальным, именно это он и ценил в этом напитке. Ведь никогда не получалось одинаковых пропорций, кофе выходил то терпким, то мягким, иной раз приторным или даже с антуражной пенкой.

– Сами? Я думала, у Вас сегодня, как обычно, много работы, – Маша была удивлена и неуверенно направилась в сторону второго этажа.

– Подожди, – с томным вздохом, опускаясь на стул за обеденным столом, обратился к ней Артём Сергеевич. – Сегодня ко мне должен прийти гость, интервьюер, как вы их называете, но мне привычнее называть их журналистами. Поэтому сегодня ты можешь уйти пораньше, спасибо за проделанную работу.

– Интервьюер? Правда? Здорово! Артём Сергеевич, ведь Вы же никогда не давали интервью никому, любое издание готово многое отдать за разговор с Вами о Вашей жизни! Почему именно сегодня?

– Я пока не могу тебе сказать, милое создание, – он часто её так называл, потому что для него она действительно была милой, воспитанной девушкой. – Но вскоре ты сама узнаешь, почему именно сейчас.

– Хорошо, тогда я приду к Вам завтра и буду ждать все подробности об этой встрече, – с горящими глазами протараторила Маша. – Ну, может, Вы хотя бы скажете, из какого издания к Вам придут? «Обзорщик»? «Вселенский вестник»? Или, может даже, «Земное время»?

– Мария, разве это важно? Если кто-то захочет почитать мои умозаключения или рассказы, издатель не будет его сильно волновать. Всё зависит от цели.

– Опять Ваши принципиальные подходы, – с интонацией обиженного и разочарованного ребенка промычала Маша. – Ну и ладно, все равно потом узнаю. До свидания, Артём Сергеевич, хорошего Вам дня и вечера. Если я буду Вам нужна, звоните, я подойду.

– Хорошо, спасибо, Маша, но я думаю, твои услуги до завтрашнего дня не понадобятся, всего хорошего, – Артём Сергеевич проводил Машу до выхода и закрыл за ней дверь.

II

В доме стало совсем тихо, время стремилось к полудню. У Артёма Сергеевича были большие планы на эту встречу, и он хотел, чтобы все прошло гладко и по намеченному плану. Да, он был известной личностью, но статья о нём должна заинтересовать как можно большее количество людей, поэтому его история должна быть особенной и создать эхо в душе каждого читателя. Артём Сергеевич и сам решил освежить свою биографию, взяв старый фотоальбом, который при переезде заставила взять жена. Он мысленно её за это поблагодарил: она как будто всегда знала всё наперед. Жена оставалась жить в старом доме, с переездом были сложности, в скором времени она должна была присоединиться к мужу. У Артёма Сергеевича был сын, и даже внуки, но они давно жили в собственных квартирах.

Артём Сергеевич поднялся в свой кабинет, хотел было взять свою записную книжку и сделать некоторые пометки, однако вспомнил, с какой целью пришёл, и полез в другой ящик за своим фотоальбомом. Альбом был обычный, без модных анимационных изображений и звуковых сопровождений. Жесткий переплет, на страницах которого распечатаны изображения его жизни, самые яркие моменты. Он опустился на свой диван, чувствуя, как тело обтекает мягкая кожа. Провел рукой по дешевой обложке и раскрыл альбом. На первой странице красовалось надпись:

«Любимому мужу и самому храброму папе

в честь его пятидесятилетия!»

Хозяин дома перевернул страницу и увидел маленького мальчика с зелёными глазами и каштановыми волосами. Он залезал на велосипед и явно куда-то спешил.

– Ну мам, можно я уже поеду? Ты меня уже сто раз сфотографировала! – порываясь слинять, умоляющим голосом протягивал Артём.

– Ладно, ладно, Тёма, езжай, но только давай без своих фокусов, без взрывов и прочих опасных экспериментов, – мама убрала фотоаппарат в поясную сумочку. – Если ты опять по причине болезни пропустишь школу, я не знаю, как ты будешь сдавать выпускные экзамены начальной школы, а ведь там не только математика!

Артем ничего не ответил, через несколько минут его уже и след простыл. Он собирался на очередную встречу со своим лучшим другом Лешкой, который учился в его классе. Их объединяли не только школьные дела, но и увлечения фантастикой, связанной с космосом. Они вдвоем мечтали стать космонавтами, летать челноками на Лунную базу, а может, даже и на Марс! Мечты не ограничивались только чтением фантастики, играми и обсуждением. Ребята, будучи в четвертом классе, активно изучали электронику и инженерные науки, в связи с чем частенько запускали самодельные ракеты в открытом поле.

В 2080 союзом мирового руководства было принято предоставить открытый доступ к передовым технологиям всему человечеству, чтобы ускорить процесс развития интеллектуальных идей и науки в целом. Так что у Артёма и Леши не было преград для их увлечений. Большинство технологий действительно стали общедоступными, и многие конструктивные детали, обучающую литературу и элементы можно было приобрести в магазине, однако некоторые передовые открытия были засекречены отдельными странами, так как человечество продолжало делить земные ресурсы и гнаться за лидерством на голубой планете.

В этот раз Артём с Лешей планировали особенный пуск. Артём был головой команды. Леша же был очень исполнительным и пытливым парнем, но не считался генератором идей. Пуск самодельной ракеты должен был состояться ради вывода нового «Кубика» с объективом на борту, мощным передатчиком и новой разработкой Артёма – пятикаскадной солнечной батареей. «Кубиками» они называли свои космические аппараты, которые запускали в соответствии с космическим законом. Управление космическими аппаратами в школьные времена ребят было организовано максимально просто. Любой мог запустить свой спутник, оплатить услуги наземных многоканальных ретрансляторов, которые были в каждом городе, и управлять своим спутником на определенной частоте, зная пароль, который «вшивался» в программное обеспечение спутника при запуске. Разработка Артёма должна была сильно упростить и облегчить конструкцию «Кубика».

– Наконец-то! Где ты так долго шлялся? Я тут уже больше сорока минут, – пожаловался Леша, проделывая хитрые манипуляции с ракетой на точке старта. – Я уже все проверил, надеюсь, ты не забыл свой планшет?

– Он при мне. Возникли некоторые сложности дома, пришлось помочь маме, – Артём не стал говорить, что его заставили фотографироваться и пришлось выслушивать нотации мамы. – Ты проверил заряд плазменного аккумулятора?

– Да, да, я уже всё проверил, и аккумулятор, и приемо-передатчик, и давай уже быстрее его запустим!

– Всему своё время, мне нужно подключиться к ретранслятору, пароль я поставил, как всегда. – Артём был спокоен и рассчитывал на положительный результат.

– Тёма, а ты уверен, что такая маленькая площадь твоей солнечной батареи сможет обеспечить наш «Кубик» необходимым количеством энергии? – интересовался Лёша. – Как по мне, мы просто посмотрим на красивый полёт нашей ракеты, а спутник пролетает пять часов и исчезнет, как и другие, а потом опять придется копить на школьной столовой, чтобы собрать новый.

– В этот раз всё получится, я всё рассчитал, – Артём в это верил, он даже направил в научный журнал статью со своей разработкой, втайне добавив в соавторы Лешу. – И перестань меня так называть, ты же знаешь, как меня это бесит, ты же не моя мама или бабушка.

– Ладно, не нервничай, Арти. Больше не буду, но не обещаю, – с дружеской насмешкой ответил Леша.

– Всё, Лёш, я всё сделал, можем отходить.

Ребята отъехали на велосипедах на безопасное расстояние. Дали шуточный отсчет и вместе нажали на кнопку в планшете. Ракета лениво оторвалась от земли, но быстро набрала скорость. Ничего необычного для друзей в этом не было, это был девятый совместный пуск. Через некоторое время ракета скрылась из глаз, но до орбиты было еще далеко.

– Ты точно подключился к наземному ретранслятору? – с нетерпением спросил Алексей Артёма, потеребив его по плечу. – «Кубик» почти на месте, нам нужно посмотреть на его состояние!

Артём ничего не ответил, он уставился в свой планшет и заворожённо наблюдал за экраном. Шрифт был маленький, и Леша пытался что-то увидеть, подходя с разных сторон к Артему.

– Да не жадничай ты, дай тоже взглянуть, – Лёша провёл тремя пальцами снизу вверх по планшету, и изображение вырвалось за пределы экрана и стало объемным. – Офигеть, Артём, ты это видишь? Ты только посмотри на показания твоей солнечной батареи! Её энергии не просто хватает, она превышает необходимую в четыре раза!

На лице Артёма была легкая улыбка, пока Леша прыгал вокруг и кричал от радости.

Это был особенный день в судьбе Артёма и Леши. Новая солнечная батарея резко стала популярной в мировом сообществе. Она предоставила возможность для проведения самых смелых экспериментов в космической отрасли. Более того, через несколько месяцев после этого маленького запуска «Кубика» двумя школьниками на лунную международную станцию доставили образцы новой разработки, в дальнейшем и вовсе заменили все источники энергии в космосе на разработку ребят из четвертого класса.

– «ПИГИМ-ПИГИМ, ПИГИМ-ПИГИМ», – Резкий звук заставил Артёма Сергеевича оторваться от своего фотоальбома. Аттосветодиоды выполняли не только функцию освещения, но также являлись источником объемных изображений. Часть аттосветодиодов сместилась в центр комнаты (человеческий глаз не мог заметить этого из-за малых размеров этих частиц) и, меняя свой цвет с осветительного на цвет изображения, создала объемную надпись:

«ВХОДЯЩИЙ ВЫЗОВ:

Журналист, «Земное время», Андрей».

Артём Сергеевич голосовым управлением ответил на вызов. Вместо надписи появился человек в полный рост, лет тридцати, со светлыми волосами. Человек куда-то спешил, и его быстрый шаг также отображался на изображении.

– Артём Сергеевич, здравствуйте, я немного замотался на работе, уже спешу к Вам. Хочу сообщить, что задержусь минут на тридцать, заранее прошу прощенья, – было видно, что мужчине стыдно и неудобно за опоздание. Артём Сергеевич всегда хорошо чувствовал эмоции людей и не мог этого не заметить.

– Ничего страшного, Андрей, не переживай, я пока сформулирую свои мысли.

Вызов завершился. Артём Сергеевич в очередной раз подумал, что доверил эту статью правильному человеку. Андрей вызывал у него симпатию. Хозяин дома посмотрел на наручные часы для сверки своего графика. Конечно, он мог бы голосовым управлением спросить у домашней интеллектуальной системы точное время, но эта процедура ему не нравилась. Он продолжил листать свой фотоальбом. На пятой странице красовалось 22 выпускника одной из лучших гимназий мира, среди которых были Артём и Леша. Алексей, как всегда, улыбался, но это была улыбка не маленького мальчика с отсутствующими молочными зубами, а красивого высокого парня. Артём тоже вырос и выглядел как серьезный, статный молодой мужчина.

– Да улыбнись ты хоть тут, серьезная ты личность, – ткнул локтём Артёма Леша. – Некоторые наши одноклассники до сих пор думают, что у тебя лицевой нерв защемило.

– Леш, я решил, я поступаю в НИДОК (научно-исследовательский дом освоения космоса), – не сводя взгляда с фотокамеры, произнёс Артём. – В группу испытаний и освоения космического пространства.

– Да понятно, я давно знаю о твоих планах, Тёма.

– Я знаю, что это связано с риском для жизни, поэтому не зову тебя с собой. И сколько раз я тебя просил меня так не называть, – сказал Артём и зашел в здание школы, после чего направился к своему шкафчику.

– А тебя никто и не спрашивает, – крикнул вслед Алексей и остался на улице, где происходили фотосессия выпускников и репортажи местного телевидения. Он был в компании двух девушек и что-то увлеченно им рассказывал, что вызывало у них неподдельную заинтересованность и смущение.

Несмотря на то, что гимназия была одной из лучших и требования к абитуриентам выставлялись практически невыполнимые, были и исключения. Артёма и Алексея взяли за их школьные разработки, среди которых была пятикаскадная солнечная батарея, и руководство гимназии не пожалело о своём поступке. На протяжении всего обучения ребята показали всем, что их пребывание в этой гимназии не случайно, и они этого заслуживают. Как и в любом замкнутом коллективе, в классе выпускников были свои лидеры и аутсайдеры, хулиганы и справедливые заступники, были и задиры. Два выпускника недолюбливали Артёма и Алексея за то, что те попали в элитный класс без какого-либо конкурса. Так как Алексей был хорошо развит физически, к нему претензий у хулиганов не было. А Вот Артёму в этом плане повезло меньше. Задиры воспользовались моментом и проследовали за ним в здание гимназии. В коридоре было пусто, Артём копошился в своём шкафчике.

– Прием, земля, вот и закончилась твоя учеба, готов к красивому завершению? – подбегая, высказался один из одноклассников, попутно разворачивая за предплечье Артёма спиной к шкафчику. – Обещаю, тебе понравится.

Второй участник спонтанного налёта взял Артёма под мышку с другой стороны, и уже вдвоем они поволокли его за угол. Шкафчик остался распахнутым, несколько книг и какие-то гаджеты попадали на пол. В коридоре по-прежнему было пусто. Они довели его до конца углового коридора, после чего второй парень прижал его двумя руками за плечи к стене:

– Ну что, малыш, тебе все легко достается в жизни, а ты так сухо относишься к происходящему вокруг, смотришь на всех свысока. – В это время первый парень подошел к двадцатилитровой таре очищенной воды, отключил её от системы подачи и, кряхтя, поднял двумя руками.

– Держи его, а я помогу ему смотреть на мир иначе, освежу его взгляды.

– Вы ошибаетесь, – спокойно, будто сидя за столиком в тихой кафешке, произнес Артём, – Я никогда не считал себя лучше других, в отличие от вас.

– Ты посмотри, он еще и дерзит, откуда в тебе столько храбрости? – с этими словами один из участников конфликта нанёс Артёму удар кулаком в район живота. Артём согнулся от боли и незаметно посмотрел на часы, которые показывали 10:57. Второй задира по-прежнему копался с водой и пытался открыть механизм подачи.

– Привет, народ! – кто-то вышел из центрального коридора, свернул в их сторону и молниеносно сократил расстояние. Это был Леша. – Чем вы тут занимаетесь? – с этими словами он ударил по рукам парню, который держал Артёма, после этого ударил в голову. Парня оттолкнуло в сторону стены, ногами он зацепился за декоративный плинтус и упал пятой точкой на пол. Пока второй наблюдал за этой картиной, Алексей ногой нанёс удар в резервуар с водой. Бутыль упала на землю, вода мгновенно заполнила большую площадь коридора, первый участник драки оказался в луже, на штанах появилось мокрое пятно. В этот момент из-за угла послышались быстрые шаги со стороны кабинета директора. Алексей схватил за руку Артёма и тихо сказал:

– Сваливаем!

Артём с Лешей успели выйти через другой выход с торца здания и остались незамеченными. Из гимназии доносились яростные крики директора. Ребята добежали до конца территории гимназии и остановились. Гимназия находилась на возвышении, и ученики частенько любили сидеть на спуске, который был засеян зеленой травой. Артём сел на траву и посмотрел на Лешу:

– Зачем ты вмешался? У меня все было под контролем. Директор никогда не пропускает чашку кофе в 11:00; сегодня, когда мы собирались в классе, я видел, как его бутыль забирал рабочий. Я знал, что эти двое решат что-то преподнести мне напоследок, также я догадывался о том, что в центральном коридоре они не станут осуществлять свои планы во избежание лишних свидетелей. Директор должен был выйти в нужный момент, а я должен был выйти сухим из воды. Я всё рассчитал!

– Да, ты всё рассчитал, а я дал в бубен! – вытирая ноги о газон, пробубнил Леша. – Вот только сухими выйти из воды не получилось, – Лёша смеялся и смотрел на свою обувь, после чего он сел рядом со своим лучшим другом. Алексею даже показалось, что Артём тоже посмеялся.

– А в НИДОК я подал свои документы еще полгода назад, как же ты там без меня?

Артём оставил вопрос без ответа. В душе он был рад, что все произошло именно так. Друзья молча смотрели со склона на город и предвкушали будущие перемены.

III

Аттосветодиоды вновь засуетились в центре кабинета Артёма Сергеевича. Они изобразили всё того же молодого человека, но на этот раз он никуда не бежал, а стоял под дверью дома.

– Артём Сергеевич, это Андрей, – сообщил парень. – Вы меня встретите?

– Конечно, Андрей, заходи, дверь я уже открыл.

Дверь была открыта голосовым управлением. Артём Сергеевич убрал фотоальбом в ящик стола, взамен достал свой ежедневник в кожаном переплете, классическая ручка всегда была в его записной книжке в качестве закладки. Не торопясь он спустился по лестнице, держась за деревянные перила. На последнем пролёте он заметил молодого человека, который с большим любопытством разглядывал интерьер дома. Андрей был одет в модные темно-синие брюки, белую повседневную рубашку, поверх которой была надета жилетка с символикой «Земное время», в руках красовалась черная рабочая сумка. На руке виднелись современные часы, собранные на базе аттоэлектронной науки, которые могли принимать любой облик, в зависимости от настроения владельца. Часы были многофункциональны и выполняли роль переговорного устройства, были связаны со всеми информационными базами, служили индивидуальным контролем здоровья владельца, даже могли влиять на самочувствие, умея генерировать большую палитру лекарственных средств из простейших частиц атмосферы, от обезболивающего до антибиотиков, при этом внедряя через кожные покровы нужные дозы. Функций было очень много, включая контроль времени. Артёма Сергеевича удивило, что в данный момент они приняли вид классических наручных часов, это означало, что Андрей подготовился перед этой встречей и смог узнать некоторые факты о хозяине дома.

– Ставь обувь в удобное для тебя место, – протягивая руку для приветствия, сказал Артём Сергеевич. – И прошу тебя, чувствуй себя как дома, не стесняйся.

– Спасибо Вам, я постараюсь, – Андрей пожал руку хозяину дома. – Просто я никогда не видел похожего интерьера, только в книгах по обществознанию школьной программы.

– Андрей, я предлагаю начать наш рабочий диалог на кухне, я приготовлю нам кофе, если ты не против; если хочешь, у меня так же есть чай.

– Я выпью с Вами кофе, благодарю.

– Но имей ввиду, я пью кофе из турки, а не из машины, – Артём Сергеевич доставал из кухонного гарнитура посуду.– Я не очень-то люблю кофе из машины, пью его только для поднятия сил, когда мне нужно поработать.

– С удовольствием попробую приготовленный Вами кофе, – Андрей держался профессионально, видно было, что человек воспитан и учтив.

Артём Сергеевич приступил к своему ритуалу по приготовлению напитка. Он достал плотный бумажный пакет, в котором находились молотые зерна кофе, положил две ложки с небольшой горкой в турку. Сахар был особенный, тростниковый, коричневого цвета, четыре чайных ложки отправились в турку вслед за кофе. Воду Артём Сергеевич отмерил двумя стаканами и залил свою кофейную заготовку водой, после чего поставил на медленный огонь (конечно, это был вовсе не огонь, а безопасный электрический источник тепла). Через три минуты, когда турка согрелась, он помешал напиток, вследствие чего на поверхности появилась манящая пенка молочно-коричневого цвета, хотя молока там пока еще не было.