Диалектика глобализма

С другой стороны, глобалисты представляют цифровизацию как нечто, которое в будущем заменит человека и подомнет его под себя. Хотя бы в качестве искусственного интеллекта на цифровой платформе. Такая позиция имеет немалый дуальный душок конца 19-го века. Известная метафизическая дилемма «или – или» не должна стоять на повестке сегодняшнего дня. Диалектический алгоритм связывает «да» и «нет» в единую целостность.

Однако остается некоторый негативный оттенок цифровизации за счет недостаточной формализации живого существования, который выхолащивает «цифра». А переинформированность мешает разуму обрести достойное место в вопросах использования современных благ. Значит, нужно разумное сочетание интересов и возможностей, мотивов сообщества и стремлений личностей в ходе социетального глобализма, направленного на созидание. Чего не делают глобалисты, явно недоучитывая активную роль личности в его отношении к цифровизации, навязывая его негативные стороны.

С третьей стороны, антиглобалисты чрезмерно выпячивают возможности технической стороны цифровизации, перенося ее на социетальный глобализм. Так становятся «страшилки» от антиглобалистов в виде угроз чипизации, ограничения в правах и свободах, дискриминации и сегрегации. А также порабощения человека слежкой за каждым его шагом. Здесь необходимо задавать себе сакраментальный вопрос «Зачем?» Здравый смысл таких лжемероприятий напрочь отсутствует. Кому нужно закабалять простых людей, да еще в условиях глобального кризиса? Ответ может быть лишь такой: «Мировому правительству» глобалистов, в утопии которого человечество уже убеждалось не раз. Последний пример из этой серии: неразумие Гитлера, рвушегося к мировому господству.

Таим образом цифровизация это вполне закономерное следствие действия социетального глобализма, который пытаются извратить с обеих сторон, как глобалисты с трансгуманистами, так и антиглобалисты. Выход видится снова и снова в разумном отношении и умелом использовании благ современного прогресса…

Та же цифровизация ведет в мир случая. Это лишь временное отупление разума. Примитив цифрового мышления и переизбытка информации налицо. Как это влияет на химическую и физическую глобализацию? Цифровизация и потеря смысла характерна для субъективистского глобализма, который должен отметаться разумом объективности. В отношении к человеку цифровизация это инструмент превращения его в пресловутого «постчеловека». Так напыщенно трактуют это некоторые футурологи, говоря даже о революции в умах под действием «цифры». Однако математизация ума приводит лишь его ослаблению, поскольку заметно ухудшается качество рефлексии при переходе от непрерывности к конкретному.

Новейшие технологии обычно не учитывают роль случая в ходе социетального глобализма. Поэтому цифровизация имеет обратную сторону в виде прямого воздействия на личность объективных тенденций. В том числе точечного и структурного воздействий. Известный футуролог Макс Мор, например, ввел понятие «экстропии» как меры организации интеллекта. Но при этом не учитывалось влияние хаотизации со стороны случая, которое неизбежно приводит к ослаблению интеллектуальной потенции. Такое ослабление есть прямое следствие искажения равновесий социетального глобализма из-за упрощения формализации при цифровых воздействиях на личность. Играет немалую роль при этом разброс информации по тематике в ходе цифровизации, который приводит к ухудшению блочного восприятия субъективностями, как личностной, так и социальной.

Цифровизацию вряд ли целесообразно было притягивать к человеку под эгидой трансгуманизма, о котором еще предстоит говорить. При этом как можно говорить о формировании «нового интеллекта», искажая ментальное качество путем материальных воздействий. К тому же цифровизация с его направленностью на случайность без образования целостных структур непременно потерпит фиаско в деле создания «искусственного человека». Помимо аморализма подобных действий, возникает вопрос смыслового толка: «Зачем создавать нового человека?»

Вопросы реинкарнации и перенаправленности души под действием новейших технологий, в том числе цифрового толка, уводят исследователей в дебри средневековых мистических культов. Копирование или клонирование мозговых человеческих структур принципиально не может вдохнуть в них жизнь даже при бесконечном приближении цифровых технологий к непрерывности духовного содержания. При этом бессмертие конкретной «цифры» принципиально невозможно. Это давно доказано, например, в теореме Гёделя или в континуум-гипотезе Кантора. Зачем человеку или его копии такое бессмертие? – вопрос не поддается никакому осмыслению.

Человек-личность является не только уникальным образцом «генной информации», но и духовностью высшего плана. Тем более что сама такая информация, независимо от того, в цифровом или ином формате, не существует сама по себе. Этот глубокий вывод должен сразу насторожить исследователей. Ведь геном не будет служить образцом одухотворения даже в бесконечном приближении – его требуется оживить, то есть вложить в него душу. Никакой перенос, статический или «динамический» не позволит «цифре» обрести непрерывность социетального глобализма. Сознание или осознание как процессы вообще лишены пространственности и возможности переноса. В подобных заблуждениях легко прослеживаются корни в виде аморального в данном случае материализма.

Поэтому так называемые гностики, например, из чертогов «Нью Эйдж», мечтают подобно Фридриху Ницше создать сверхличность, которая смогла бы подчинить себе человеческую цивилизацию. Они выражают крайнюю утопию мистиков и фантазеров времен масонских лож. Человек не вхож в мир духов не потому, что еще не оцифрован, а потому, что феноноуменен. В этом отношении грош цена оказывается материалисту, мечтающему попасть в мир диалектики социетального глобализма лишь мечтами или механистическими методами даже новейшего пошиба оцифровывания. Ведь как можно сравнивать мозг с «нейрокомпьютером» или квантовым компьютером, отрывая его от нематериального сосуществования. Ясно одно: цифра должна входить в бытие, но она не должна вытеснять духовную сферу. Иначе подобное выглядит прямым кощунством.

Цифровизацию было бы более корректно называть информационной революцией с ее разбродом полифуркационного типа идей и действий. В последнее время стала «модной» квантовая теория сознания, разработанная по аналогии и на основе гипотезы квантового компьютера. Это типичное метафизическое построение, где материя и сознание, хотя и тождественны, но противопоставлены, а не связаны в единое. Сознание, находясь хоть и на квантовом уровне, остается в рамках этой «теории» материальным.

С квантовым сознанием тесно связаны и усиленно развиваются вопросы искусственного сознания (интеллекта) на модном же квантовом уровне, находя у сознания некоторые схожие моменты с ним. Однако давно известно, что сами кванты – это выдумка теоретиков, которые пошли на это лишь ради создания математической квантовой теории, лишенной всякого физического смысла. Потеря смысла – это серьезнейшее упущение, которое искажает объективную картину процессного развития сущности.

Сознание (более корректно говорить о сознании как о процессе, то есть о процессе осознания) являет собой не квантовую машину, осуществляющую материально-идеальную связь. Сознание это процесс осуществления материально-идеальной связи. Это объективная непрерывность, связанная с субъективной дискретностью в виде явлений и материальных структур.

Основа этой связи рефлексия – абстракция, но абстракция в динамике. Это качественный отрыв от материального, осмысливание и моделирование на этой основе последующих материальных поступков. Процесс невозможно заменить даже бесконечным количеством явлений уже потому, что он не предусматривает несмысловых проявлений (измерений). Иное дело математика, где в бесконечностях прячут концы (хвосты) бесконечных же приближений. Но математика бессильна, например, при решении конфликтных или катастрофических ситуаций, когда прерывность оказывается лишь «наслоена» на непрерывность. Тогда говорят, что-де: бифуркация – случайность, которую невозможно предугадать или рассчитать. Система-де находится в таком неравновесном состоянии, что следующий ее шаг неопределен и непредсказуем. Так ли это?.. Существующая теория катастроф носит вероятностный характер. А развитие направленно, уже поэтому оно должно иметь предсказуемый результат, хотя бы в виде процессной и непрерывной тенденции.

Если непрерывность подменять дискретностью, – тогда теряется не только парадигма развития, но и весь смысл диалектики как теории развития сущего. Остается лишь мертвое явление Христа народу. Бесконечное не заменить конечным, ввиду принципиально качественной разницы. Тем более – тогда невозможно замкнуть бесконечность на нуль, как акт рефлексии. То есть, связать процесс с явлением. Процесс на то и непрерывность, живой поток, что его нельзя прервать, иначе это уже явление. Конечно, процесс цифровизации – не «вещь в себе», его можно и нужно развивать. Но не подменять явлениями.

Другое дело, что по явлениям можно прослеживать тенденцию, траекторию процесса, и учитывать ее в повседневной жизни. Это нужно и полезно, хотя далеко не всегда делается на практике. Тем более что главенствующая до сих пор материалистическая научная парадигма не позволяет этого делать… Машина может перебрать в памяти огромное количество информации, переработать ее по программе, согласно заданной теме вопроса. Но она не может оторваться от нее в бесконечность, поскольку для нее нет направленности. Она застывший механизм. Все лозунги об ее возможной самоорганизации лишены основания уже потому, что для нее нет в этом необходимости. Машина не может интуитивно оценить весь опыт человеческой цивилизации. Материально-идеальные «переходы» недоступны искусственному сознанию даже на квантовом уровне. На него нельзя направить все бесконечность биосоциального потока связей. Машина всегда будет упрощенным вариантом, хотя и высокоспециализированным, но не диалектичным в принципе.

В свое время возникало множество споров о том, чем выигрывает мозг, относительно компьютера. Понятно, что не быстродействием. И не объемом памяти. Выигрывает тем, что он может достигать бесконечности. Конечно, не в прямом смысле, а в том, что он достигает ее с помощью процессного мышления, то есть психофизическим единством.

Бинарность материально-идеальных «переходов» может быть смоделирована на квантовом уровне. Но как смоделировать бесконечность, замкнутую на нуль? Невозможно пока смоделировать оценку отражения и корректировки поступков с помощью идеального фактора – нет инструмента в виде диалектической математики. Идеальность сознания – это то, чем оно отличается от машины в принципе. Борьба «Я» – «Не Я», индивидуального и личностного, социального и физиологического – это процесс, а не набор явлений. В этом отличие человека-личности от машины, от искусственного цифрового сознания.

Говорят, миром правит информация. Но это будет сказано слишком однобоко. Миром «правит» философская точка (осознание, связь) с помощью информации. То есть, идеальное с помощью материального, и наоборот. Упрощенная схема прохождения информационного сигнала выглядит следующим наглядным образом:

информация – биосоциальная связь – идеальное сознание (разум) –

материальное сознание (рассудок) – поступок. Все звенья этой цепи связаны неразрывно в процессе диалектической связи. Деление сознания на материальную и идеальную «части» так же условное – они в диалектической связке воедино. Но для лучшего понимания процессов такое разделение удобно, хотя и не отражает истину.

Зададимся вопросом, почему процесс описывается дифференциально, но не решается (понимается) интегрально? Решается только геометрически. Потому что решить процесс – значит, остановить его, а это будет уже не процесс, а субъективное явление или нечто дискретное. Известно, что социум воздействует на личность по биосоциальной идеальной связи на основе социально-личностной информации, социальных и экономических законов связи, понятий, суждений и смыслов.

Философская точка воздействует на организм личности помимо биосоциальной идеально-материальной связи в каждой клетке, в каждой точке. Она обеспечивает необходимое физическое и физиологическое равновесие на основе информации о материально-идеальной связи, с последующей коррекцией ее и совершением поступков.

Природа воздействует на человека по идеальной и материальной связям, обеспечивая физиологические и духовное равновесия на основе законов биохимической связи и информации о внешней среде.

Идеальная основа таких нецифровых взаимодействий составляет информационное поле сознания личности, общества, Космоса. Понятие «поле сознания» является достаточно условным. Но оно достаточно наглядно (геометрически, а не интегрально) отображает процесс информационного взаимодействия. Поле сознание скалярное (более верно вневекторное). Идеальные связи индифферентные по отношению к материальному, если брать прямое воздействие. Они требуют инициативы со стороны другого «полюса» диалектической связки. Хотя в дальнейшем они действуют активно и побуждают к действию.

Присутствует бесконечный обмен типа: информация – поступок по идеально-материальной связи, который обусловлен поляризацией сущности личности под действием направленности развития. Бинарная связь: идеальное-материальное – тривиально дискретна по форме, но бесконечна по содержанию. Она отражает не только приспособительные качества личности, ее адаптацию в условиях постоянного воздействия биосоциального потока, но и ее активное преобразующее начало. А также ее направленный характер, что проявляется в бесконечной оптимизации поступков с учетом рефлексии.

Относительная пассивность идеальной цифровой связи обусловлена ее накопительным направленным характером. Она играет роль памяти. Однако, вступив единожды в процесс идеально-материальной связи, эта связь мгновенно активизируется и выступает полноценным партнером по диалектической связке.

* * *

Рассмотрим матрицу цифровизации в виде информационного поля сознания личности. Информация, помимо прочего, имеет и активное начало, поскольку, изменяясь сама, она побуждает к действию материальное. А также в виде отрицательных реплик корректирует поступки совместно с рефлексией и самой личностью, направленной на поступок. Информационное поле сознания (личности, социума, космоса) представляет собой бинарный, то есть, цифровой процесс. При этом цифровая информация (пассивное, потенциальное начало) в виде законченных смыслов, общих понятий и суждений по каналам законов связи в составе биосоциальной связи достигает идеального сознания. Там она фильтруется (осмысливается или осознается) и трансформируется в сигнал для материального сознания и рефлексируется к действию.

Известные законы двоичной связи типа: «есть связь – нет связи», «есть поляризация – нет поляризации», «есть возмущение – нет возмущения» – все они основаны на репликах вида: плюс (да) или минус (нет). В сущности: если нет развития – то нет связи в явлении. Если связь есть – развитие обязательно будет. В этом проявляется цифровой алгоритм социетального глобализма.

Череда процессов субъективных событий цифрового плана: «есть связь – нет связи» отражает характер материально-идеальных «переходов». Хотя делает это приближенно, поскольку связь объективно есть всегда, но она может субъективно не проявиться. Тогда в комплексе событий имеем творческое отражение информационного поля сознания в поляризации и развитии. На принципе двоичной (диалектической или дихотомической) цифровой связи основаны все процессы сущего. В том числе кибернетика Норберта Винера. Возьмем пример каскадного усиления связи типа: 2-4-8-16 – … 2п. Здесь п – количество связей. Такое усиление обуславливает огромное многообразие процессов в общем цифровом информационном поле сознания.

Известно, что любой процесс описывается количественно и качественно, поскольку он всегда представляет «переход» (поток) количества в качество связей. Тогда материально-идеальная связь должна иметь две координаты: количественную и качественную. Количественная координата связана с пространством-материей, в том числе через силовые составляющие полей. Качественная координата связана с амплитудой материально-идеальных «переходов». Или с величиной случайных флуктуаций в закономерном потоке процесса цифровизации при материализации. Термин «переход» в данном случае достаточно условен, поскольку не отражает целостности связи. Реально никаких переходов в субъективном их понимании не может быть – есть исчезновение старого в процессе философской точки и рождение нового из нее же.

В комплексе (в диалектической связке) эти две координаты дают двоичное (диалектическое или дихотомическое) цифровое взаимодействие. Оно отличается от бинарного взаимодействия своей направленностью. В этом заключается как парадокс, так и глубокий гносеологический смысл диалектики. Координаты связаны друг с другом неразрывно, но не переходят друг в друга. Однако уменьшение амплитуды материально-идеальной связи вызывает уменьшение общего количества связей. Общий импульс такого взаимодействия информационного поля сознания не зависит от самих координат и является его инвариантным свойством, в силу его идеальности. Чем выше плотность потока биосоциальных связей, основанных на общечеловеческих ценностях, тем выше по уровню количественная составляющая информационного поля сознания. Но тем ниже амплитуда случайностей материально-идеальной связи. Личность становится сильнее духом, поскольку оцифровка позволила адекватно корректировать действия.

Возникает вопрос, почему для целенаправленного действия выгоднее увеличивать идеальную составляющую. То есть, плотность информационного поля сознания. Потому что при этом увеличивается напряженность обмена, укорачивается «цикл» диалектической круговой связи. Происходит более быстрая корректировка и оптимизация планируемых поступков, а сам поступок выполняется более адекватным по отношению к имеющейся обстановке. Как увеличивать качественную идеальную составляющую информационного поля сознания? Очевидно, путем создания интереса от «Я» к «Не Я». Но не путем прямого воздействия, «зомбирования цифрой». То есть, путем увеличения информационного потока от социума к личности и увеличения качества воспринятой (принятой к действию) информации. В том и другом случае выигрывает биосоциальный поток, основанный на общечеловеческих ценностях.

Кибернетика как средство ускорения поиска истины в бесконечном лабиринте связей должна учитывать общечеловеческие ценности – как направленность воздействия на личность. Но современный телекоммуникационный бум основан лишь на ускорении биосоциального потока количественно. Причем, за счет прямого цифрового воздействия на объект поиска по аналоговому механизму. Именно наличие жесткой цифровой связи «да – нет» позволяет кибернетике ускорить прохождение связи. К тому же, без учета субъективно малосущественных и случайных связей и выйти на моделируемый результат. При этом сам процесс поиска разбит на множество двоичных (дискурсивных) операций – связей чисто машинного исчисления, без выполнения материально-идеальных «переходов».

Таким образом, выпадает идеальная «компонента», сам процесс развития. Такое моделирование неизбежно страдает отставанием корректировки идеальных реплик, но выигрывает машинной быстротой осуществления счета и учета связей. Подобное происходит, если сравнивать «качество» мозга и машины, естественного и искусственного интеллекта. Чем выигрывает мышление? Не быстротой цифрового действия, а задействованием идеальной компоненты в виде интуитивного мышления. В этом отношении цифровизация это не замена мозга, а инструмент помощи. В условиях телекоммуникационного бума это немаловажный фактор поддержания направленности социетального глобализма.

У искусственного интеллекта роль биосоциального потока выполняет цифровая программа, модель. Поэтому результат моделирования во многом зависит от качества программы. Аналогично решает машина вопросы цифровой оптимизации модели и собственной самоорганизации. Вероятность достаточно корректной модели может задаваться довольно высокой, часто в зависимости от объема программы. Однако при этом отсутствует объективная направленность – машина не знает и не осознает куда идет, она не может уловить смысл. Смысл обязательно минует «цифру». В этом отношении возникает опасность потери смысловых доминант. В информационном поле осознание ранжирует информацию по степени ее ценности и принадлежности. Причем, принадлежности материально-идеальной, что очень важно. При этом, отодвигая менее нужное в данный момент по цифровому принципу «да – нет», даже не перебирая ее, как это делает машина.

Проблема искусственного сознания не в том, что трудно обеспечить количественную сторону связывания. Она заключается в том, что необходима известная степень абстрактности, которую очень трудно оценить путем чисто механических операций. Бессмысленно разделять и сопоставлять цифровое дискурсивное и процессное интуитивное мышление. Они связаны между собой в диалектическое единство, и оба имеют объективный рефлексивный характер.

Осознание с помощью материально-идеальных связей информационного поля легко достигает бесконечности, что недоступно цифровой машине. Абстрагируясь, оно может настолько опередить механический двоичный код, что играючи решит простую, но алогичную задачу, которая может поставить машину в тупик. Например, вопрос: «За счет чего структурируется камень?» машине не под силу. Ранжированное информационное поле позволяет сознанию мгновенно, вневременно находить и задействовать нужную информацию. Идеальность информации это исторический опыт личности или всего человечества. Абстрагирование с его учетом позволяет решать такие проблемы, которые машине не под силу. Открытия – верх направленного абстрагирования – всегда находятся на основе исторического опыта. Так что цифровизация может лишь помогать человеку и сообществу, но не заменять их.

Однако машина здесь – хорошее подспорье при разработке деталей и отработки моделей. Современные открытия возможны лишь в диалектической связке: исторический опыт науки-отработанная модель цифровой связи. Первое включает в себя мировые достижения мысли и техники, информационное поле; второе – выборки огромного количества возможно существенных связей. Дальнейший анализ и плодотворный синтез возможен лишь при участии существенного абстрагирования: информационное поле сознания подсказывает рефлексии алгоритм, направленность процесса оптимального цифрового синтеза.

Эти условия для любой машины преграждаются громоздкостью аппарата. А экономический фактор всегда немаловажен: любая цель должна оправдывать средства ее достижения. Тем более применительно к личности и обществу, где всегда присутствует элемент неучтенного, непредсказуемости, процесс. Он сходит не только из бесконечности, но и времени, необходимости учета идеальных структур, которые невозможно описать и развивать лишь материальными связями. Такое вырождение в цифровом моделировании материально-идеальных связей неизбежно приводит машину в тупик. Любой лозунг о возможности саморазвивающегося искусственного сознания на базе статистической информации, в отличие от сознания, остается бессмысленным лозунгом, когда сопрягается с неизбежностью случайных сбоев. При этом самое существенное не качество деталей средств телекоммуникации или самого искусственного сознания, а неизбежность и необходимость самовосстановления с использованием идеальных связей. Грубо говоря: саморазвитие, как ни парадоксально это звучит, нуждается в помощи извне.

Например, чем отличается сбой в работе цифровой машины от сбоя в работе неподготовленного сознания человека? В принципе ничем, в отличии от личности подготовленной. Осознание может защищаться не только от случайного сбоя с помощью ранжированного информационного поля сознания, общечеловеческих ценностей. Но и использовать потоки исторического опыта, биосоциальные связи с учетом информационного поля общества или космоса. Цифровизация ведет сообщество в мир случайного, но это случайное можно использовать во благо. Социетальный глобализм помогает цифровизации занять свое место в направленном равновесии сил и направленностей.

* * *

Последние десятилетия ознаменовались бурным ростом средств телекоммуникации. Множество телевизионных программ с рекламой и засилием боевиков, компьютеры с их невероятными возможностями, Интернет. Все это обрушило на человечество огромный поток информации, зачастую ненужной и вредной. Всякое благо может обернуться бедой, особенно если нет ясности в его использовании. Нужна культура использования информации, которая, зачастую, отсутствует в полях мышления. Почему отсутствует? – другой вопрос, здесь мы его касаться не будем. Весь этот бурный поток информации неизбежно нашел свое отражение в единых полях мышления, как людей, так и сообщества в целом. Люди стали намного меньше читать. А ведь чтение это всегда осмысление, а не созерцание, в этом его труд, а не прелести общения. Стали больше созерцать потоком льющийся на них шквал низкопробных готовых образов, лишенных смысла, далеко не всегда основанных на общечеловеческих ценностях. Цифровизация захлестывает.