Книга Царей. Библия в стихах

Глава четвёртая

Начальники Соломона по всей земле; Благосостояние народа и великолепие царского двора; Разнообразие мудрости Соломона и его слова у всех народов.

И был царь Соломон царём на редкость мудрым.

В Израиле царил он сорок лет.

Сановники его, что лишь ему подсудны,

хранили с ним страну свою от бед.

И вот их имена:

Азария, сын Садока священника;

Елихореф и Ахия, сыновья Сивы, писцы;

Иосафат, сын Ахилуда, дееписатель;

Ванея, сын Иодая, военачальник;

Садок и Авиафар – священники;

Азария, сын Нафана, начальник над приставниками, и Завуф, сын Нафана священника – друг царя;

Ахисар – начальник над домом царским, и Адонирам, сын Авды, – над податями.

И было у царя его двенадцать верных

приставников в двенадцати краях.

Весь царский двор они снабжали равномерно

по месяцам всем, что даёт земля.

И вот их имена:

Бен-Хур – на горе Ефремовой;

Бен-Декер – в Макаце и в Шаалбиме, в Вефсамисе и в Елоне и в Беф-Ханане;

Бен-Хесед – в Арюбофе; ему же принадлежал Соко и вся земля Хефер;

Бен-Авинадав – над всем Нафаф-Дором; Тафафь, дочь Соломона, была его женою;

Ваана, сын Ахилуда, в Фаанахе и Мегиддо и во всем Беф-Сане, что близ Цартана ниже Иезрееля, от Беф-Сана до Абел-Мехола, и даже за Иокмеам;

Бен-Гевер – в Рамофе Галаадском; у него были селения Иаира, сына Манассиина, что в Галааде; у него также область Аргов, что в Васане, шестьдесят больших городов со стенами и медными затворами;

Ахинадав, сын Гиддо, в Маханаиме;

Ахимаас – в земле Неффалимовой; он взял себе в жену Васемафу, дочь Соломона;

Ваана, сын Хушая, в земле Асировой и в Баалофе; Иосафат, сын Паруаха, в земле Иссахаровой;

Шимей, сын Елы, в земле Вениаминовой;

Гевер, сын Урия, в земле Галаадской, в земле Сигона, царя Аморрейского, и Ога, царя Васанского. Он был приставник в этой земле.

И правил Соломон единым, крепким царством.

И, как песка морского в нём людей.

И веселились, ели, пили в государстве,

свободном от губительных идей.

Цари и царства от Евфрата на востоке,

до Филистимской маленькой земли

и до Египта в этих мирных дней потоке

служили Соломону, чем могли.

Царь Соломон их царствами владел

и мудростью своей смирять умел.

И доставляли Соломону ежедневно

муки пшеничной тонкой и другой

до девяноста кОров непременно,

на хлеб для всех, кто под его рукой.

До тридцати волов откормленных и с пастбищ,

до ста овец и мелкого скота,

сайгаков, серн, оленей, птицы разной,

вино и фрукты слали города.

Все области большой его земли

от Тиспаха до Газы пролегли.

Израильское царство Соломона

Со всеми странами окрестными, чужими

поддерживал он прочный, честный мир.

Повсюду люди чтили Соломона имя,

спокойно жили, восхищались им.

От Дана до Вирсавии свободной

Израиль и Иуда без забот

в дни Соломона жили славно и вольготно

и славил там царя за годом год

под смоковницей старенькой своей,

под виноградом каждый из людей.

И сорок тысяч стойл у Соломона было

для колесничных боевых коней.

Плюс конница царя – его большая сила –

двенадцать тысяч всадников при ней.

Приставники исправно поставляли всюду,

где размещались стойла лошадей,

ячмень, солому. Подвозили на верблюдах

в течение своих дежурных дней.

В свой месяц каждый пищу поставлял

и недостатка в ней не допускал.

Дал Соломону Бог и мудрость, дал и разум –

обширен ум, как на море песок!

Он мудростью своей сынов востока сразу

превысил всех, он всё изведать смог.

И мудрость Египтян своею он превысил.

И не было людей мудрей его.

Еман, Халкола, Дарда были ниже.

Сыны Махола – дети для него!

У всех народов славен Соломон.

Среди людей наимудрейший он!

Три тысячи изрёк одних он славных притчей.

И песен спел он тысячу и пять.

Познанья мудрецов ему служили пищей

Он мир хотел измерить и понять.

Ему деревья и цветы открыли тайны:

ливанский кедр и на стене иссоп,

и гордый дуб, растущий в горной роще дальней…

Он понял их, и с ними знаться мог.

Он знал язык животных, рыб птиц,

черты дворцов, строенье колесниц.

От всех народов приходили к Соломону,

от всех царей вела к нему молва,

чтоб в славном городе Давидовом у трона

его послушать мудрые слова.

Глава пятая

Соломон заключает договор с Хирамом, царём Тирским, чтобы тот нарубил деревьев с Ливана и доставил их в Иерусалим для постройки дома Господня; Обложение повинностью всего Израиля, чтобы работать каждый третий месяц для царя.

Хирам, царь Тирский старым другом был Давида.

Узнав, что воцарился Соломон,

своих ближайших, верных слуг из царской свиты

с приветствием послал к соседу он.

И Соломон послал к нему своё посольство.

Велел сказать Хираму, как отец

мечтал построить храм, в каком он был расстройстве,

что из-за войн не смог, что, наконец,

Господь врагов окрестных поразил –

под стопы ног отцовых положил.

Господь, мой Бог отныне дал мне отовсюду

покой желанный. Больше нет препон,

И вот намерен я теперь, на радость людям,

храм Господу построить, с нами Он!

Ведь Сам Господь сказал отцу: «Твой сын родимый,

которого поставлю Я царём,

продолжит в мире твой порыв неугасимый –

он в честь Мою построит первый дом»!

Итак, прошу, чтоб часть моих забот

ты взял при выполнении работ.

Хочу, чтоб приказал ты много старых кедров

в лесах Ливанских нарубить для нас.

За труд твоих рабов платить я стану щедро.

Своих рабов пришлю к тебе тотчас.

Ты знаешь ведь, что заготовить лес мы сами

не сможем, ибо нет у нас людей,

которые ловки, как ваши Сидоняне

в порубке леса на горе своей.

И Соломона услыхал Хирам.

Сказал: «Давида сыну лес я дам!

Благословен Господь! Он дал Давиду сына,

столь мудрого, чтоб управлять людьми,

над многочисленным народом господина!

В союзе был с отцом – продолжу с ним»!

И Соломону он согласием ответил.

«И кедра дам могучие стволы,

деревья кипариса я доставлю летом,

и всё, что нужно, только говори!

Рабы мои их к морю сволокут

и на плотах под Яффу отгребут.

Там брёвна сложат, и оттуда взять их сможешь,

перетащить в свой Иерусалим.

Но и тебя я должен просьбой потревожить:

за славный лес мы хлеб иметь хотим.

Для дома моего прошу я ежегодно

пшеницу поставлять в приморский Тир».

И мудрый Соломон создал союз свободный.

В его основе выгода и мир.

Поставку брёвен выполнял Хирам.

Сносили лес к горе, где встанет храм.

А Соломон отправил двадцать тысяч кОров

пшеницы в Тир по соглашенью с ним.

И много лет союз их креп, и без раздоров

дела он вёл с союзником своим.

И двадцать коров выбитого масла

Израильских олив на каждый год,

их договору твёрдому согласно,

царь Соломон в приморский город шлёт.

А также (позже было решено),

даёт ячмень и славное вино.

И обложил царь Соломон в те дни Израиль

повинностью посильной трудовой.

Он тридцать тысяч человек тогда отправил

в Ливан, но с возвращением домой.

Они по десять тысяч в месяц лес рубили,

и Сидоняне помогали им.

Два месяца из трёх они с родными жили,

сдавая дело сменщикам своим.

Адонирам у них начальством был.

Он всей работой там руководил.

Чтоб строить храм, в породе нужный камень высечь,

в горах трудились тысячи людей.

Одних каменосеков восемьдесят тысяч,

а тяжести носящих много дней,

мужей неслабых телом, больше прозелитов,

десятки тысяч заняты трудом.

Три тысячи и триста человек – элита.

Над всей работой, что кипит кругом,

их Соломон поставил для надзора,

чтоб упредить бездельника и вора.

И повелел царь камни привозить большие,

из дорогих, обделанных резцом.

Для основанья дома поставлять другие,

пригодные держать огромный дом.

Их Соломоновы работники тесали,

Хирамовы трудились с ними в ряд.

Им всем умело помогали Гивлитяне.

Их за науку все благодарят.

Так день за днём накапливалось там

всё нужное, чтоб строить Божий храм.

Глава шестая

Построение дома Господня; Господь объявляет, что Он будет обитать среди сынов Израиля, если они будут послушны Ему; Подробности постройки храма и его украшения; Время начала и окончания строительства.

Четвёртый год царь Соломон страною правит.

Четыреста восьмидесятый год,

с тех пор, как из Египта Бог народ отправил,

по воле Божьей над землёй идёт.

И в тёплый месяц Зиф, второй с начала года,

царь начал строить славный Божий храм.

Под ярко-голубым весенним небосводом

росло строенье, как мечтал он сам.

Длиною храм на шестьдесят локтей,

на тридцать ровно – шириной своей.

На тридцать он локтей поднялся к солнцу

Притвор пред храмом в ширину его.

Вверху высокие с откосами оконца –

в решётках полусвет дают в него.

У храма с трёх сторон, вдоль стен его, пристройка.

В ней боковые комнаты кругом.

В три яруса она своей подковой стойкой

обходит, не касаясь, Божий дом.

Без звонкого железа клали храм.

Обтёсанные камни были там.

И вот Господне слово было к Соломону.

И Сам Господь сказал тогда царю:

«Ты строишь храм. И коль по Моему закону

встречать ты станешь каждую зарю,

по правилам Моим, и по Моим уставам

ты станешь ежечасно поступать,

и заповеди все, что дал Я вам по праву,

ты будешь неуклонно соблюдать,

то на тебе исполню все слова,

что раньше твоему отцу давал:

среди сынов Израиля Я жить останусь

и не оставлю этот Мой народ.

И милости свои дарить не перестану,

пока Израиль наш завет блюдёт»!

Достроил стены Соломон и храм накрытый

внутри доской кедровой обложил.

До потолка для стен кедровая защита.

А пол он кипарисом устелил.

Святых святому выстроил давир.

Здесь тишь, благоговение и мир.

И каждая кедровая доска на стенах

украшена резьбой до потолка.

Узор цветов и листьев неизменный

нарезала умелая рука.

Давир просторный в сердце храма расположен,

чтоб в нём ковчег Господень мирно жил.

Святых святое – был он золотом обложен.

И жертвенник сияющий там был.

Давир одну треть храма занимал.

Дверь из давира выходила в зал.

И выполнена дверь из дерева маслины.

Её пятиугольны косяки.

Украшены резьбою обе половины:

там херувимы, пальмы и цветки.

И чистым золотом покрыл он все узоры.

Сверкают херувимы и цветы.

В давире предстают пред изумлённым взором

два херувима дивной красоты.

Они прекрасны в вольности своей

Размах их крыл по десяти локтей.

Своим крылом один коснулся южной стенки.

Второй крылом у северной стены.

И в центре, излучая золота оттенки,

сошлись своими крыльями они.

А двери входа в храм из кипариса сделал.

Масличной древесины косяки.

И половины их так пригнаны умело,

что каждая нажатием руки

откатывалась в сторону легко

и укрывалась в нише глубоко.

Резьбой прекрасной плоскость их была покрыта:

всё те же херувимы и цветы.

Была резьба их чистым золотом залита –

картина небывалой красоты!

Забор из трёх рядов обтёсанного камня

и ряда мощных кедровых столбов -

двор внутренний по Соломонову желанью

к концу постройки храма был готов.

Он новый храм собой отгородил,

его кольцом покоя окружил.

Одиннадцатый год царь Соломон Израиль

ведёт к расцвету твёрдою рукой.

Семь с половиной лет, как он народ заставил

отринуть благодушье и покой

и силы все отдать сооруженью храма –

святого храма имени Его.

И вот он храм! Стоит величественный самый,

Во славу Иеговы Самого!

Сей храм, как белоснежная глава,

сияет на вершине Мориа.

Глава седьмая

Соломон строит также свой дом из дерева Ливанского, а также для дочери фараоновой и большой двор; Хирам, медник из Тира, взят Соломоном, чтобы сделать сосуды, столбы, венцы, море, подставы, умывальники и другие принадлежности для служения в храме.

Тринадцать лет свой дом – дворец роскошный строил

заботливо и строго Соломон.

И вот пришли царём намеченные сроки,

и в царском доме поселился он.

Ливанский кедр, пилённый камень драгоценный…

На сто локтей, а вширь на пятьдесят

три яруса красой своею белостенной

издалека притягивают взгляд.

Вознёсся дом по высоте своей

на тридцать полных царевых локтей.

Столбы из кедра держат дом в четыре ряда.

Помост на сорока пяти столбах

и на наружных стенах создан для уклада

полов из кипариса на пазах.

И в пятьдесят локтей длиной притвор он сделал,

а шириною в тридцать, и крыльцо.

Ещё притвор с престолом для живого дела:

здесь всем являл он царское лицо –

в притворе этом царь людей судил,

и там он трон свой царский водрузил.

Престол царя был установлен на площадке.

К ней шесть ступеней восходили ввысь.

По сторонам в торжественном порядке,

застыли грозно золотые львы.

Когда на трон садится Соломон в притворе

собрав людей для дела своего,

за львами этими, врагам царя на горе,

стоят телохранители его.

Престол из белой был слоновой кости сделан

со спинкой в виде двух больших волов.

К ним круглый щит прилажен был умело.

Локотники у трона в виде львов.

И Соломон на троне восседал

и зал перед собою озирал.

Притвора стены изукрашены резные

искусной и талантливой рукой.

Светильники свисают с балок золотые

и светом заливают весь покой.

Полы из разноцветных, гладких плиток кедра

устлали драгоценные ковры.

Здесь, во дворца просторных, светлых недрах

царём давались славные пиры.

Жилые помещения над ним

лишь только спальнями служили им.

Все косяки дверные четырёхугольны.

Три ряда окон длинных и прямых.

Двусветны комнаты. И в амфорах напольных

цветы живые украшают их.

Ещё один притвор, царю необходимый,

был сделан рядом для его жены –

для дочери царя Египта Сусакима.

В нём сад и пруд прохладою нежны.

А над притвором комнаты её –

роскошное, уютное жильё.

Дворец царя накрыт обширной, плоской крышей.

Оградою обнесена она.

И горница на ней, других строений выше,

для пения псалмов ограждена.

Из дома царского к ней лестница витая

вела для Соломона и семьи.

А для чужих была наружная, другая.

По ней царь принимал гостей своих.

На крыше и прогулки и пиры,

забавы для царёвой детворы.

Легли в основу дома камни дорогие -

локтей по десять, по восьми локтей.

Они надёжно служат гранями своими

опорой для красы ажурной всей.

Кругом был царский дом роскошный огорожен

тремя рядами тёсаных камней

и рядом круглых брёвен кедровых обложен,

застывших в неприступности своей.

Как храм Господень и его притвор,

был ограждён широкий царский двор.

В те дни жил в Тире медник ловкий и искусный.

То сын вдовы по имени Хирам.

Отец – Тирянин обучил его искусству,

и многое затем постиг он сам.

А мать свою из Неффалимова колена

он видел редко – в Тире жил один.

Он мастеру – отцу достойной был заменой.

В профессии своей достиг вершин.

Когда о нём услышал Соломон,

он был в Давидов город приглашён.

Хирам трудился, созидая год за годом

произведенья славные свои.

Для Соломона делал разные работы,

творил шедевры, не жалея сил.

Хирам отлил из меди две больших колонны,

по восемнадцать локтей высотой,

в четыре шириной. Внутри колонны полы

и ровно в пядь их стенки толщиной.

И два венца из меди вылил он.

И каждый на колонну водружён.

И высота у каждого венца пять локтей.

Нарядно изукрашены они.

Как лилии воздеты к небу их головки,

к земле их пояса обращены.

На них гранатовые яблоки по кругу

цепочкой в два ряда укреплены,

и в медной сетке, обращённые друг к другу,

со всех сторон колонн они видны.

Поставил он столбы у входа в храм.

Как стражники они застыли там.

Колонну правую назвал он Иахином.

Колонне левой имя дал Воаз.

«Всё утверждает Иегова» – правой имя.

«В Нём сила» – левой суть звучит для нас.

Потом из меди море сделал он литое –

бассейн на спинах медных же волов.

На пять локтей от пола высотою,

на десять ровно между их голов.

Волы по три смотрели на восток,

на север, юг и запад, как венок.

И толщиною было медное то море

в ладонь мужскую. А его края

в отлитом заодно растительном узоре,

как лилии цветок, Хирам сваял.

Воды две тысячи вмещало море батов,

не будучи залитым до краёв.

И каждый медный вол своим могучим задом

его нести по вечности готов.

И в море это налита всегда

прохладная и свежая вода.

Затем Хирам стал делать медные подставы

для омовенья перед жертвой туш.

Он к ним и умывальницы отлил на славу.

Их сделал ровно десять мудрый муж.

Подстава каждая – огромный прочный ящик–

четыре на четыре и на три.

Три локтя – глубина. Из меди настоящей,

со стоком вод нечистых изнутри.

Пластины наугольные прочны.

Скрепляют, как каркас его они.

На стенках меж пластин отлиты львы и пальмы,

волы и херувимы и венки.

По контуру кругом – больших цветов гирлянды –

дары умелой мастера руки.

На четырёх колёсах каждая подстава.

Колёса на осях из медных труб.

И на колёсах этих можно величаво

перемещать подставу по двору.

Колёса эти, как у колесниц,

цельнолитые от ступиц до спиц.

Верх ящика – подставы сделан специально,

чтоб умывальницу установить.

Венец в пол локтя в нём подогнан идеально,

чтобы её надёжно закрепить.

К тому же плечи – с четырёх сторон упоры,

объемлют умывальницу гнездом.

Оно по форме и размеру точно впору.

И с места не сойдёт она потом.

Сама же умывальница, как таз,

на сорок батов жидкости за раз.

Все десять умывальниц на своих подставах

порядком сам Хирам расположил:

пять с левой стороны, другие пять он справа

у храма на дворе установил.

А море медное он справа перед храмом

поставил на двенадцати волах.

И на своём, от входа видном месте самом

оно сияет солнцем средь двора.

И много разной утвари Хирам,

для храма нужной, изготовил там.

Кропильницы, тазы, лопатки и стаканы

из меди лил он в глинистой земле

у Иордана, меж Сокхофом и Цартаном,

затем полировал их на столе.

Все вещи эти Соломон расставил точно

на ранее намеченных местах.

И тут же повелел для храма делать срочно

из золота всё то, что видел в снах:

светильники, лампады и цветы,

и блюда несказанной красоты.

Светильники из золота по пять поставил

у стен резных перед Святым-Святых,

кадильницы, лотки и чаши в храм отправил,

и двери в нём на петлях золотых.

И вся на том была завершена работа,

которую проделал Соломон

для храма Господа. И вот его заботой

храм белостенной был сооружён!

И всё добро, что завещал Давид

в сокровищнице храмовой лежит.

Глава восьмая

Открытие дома Господня, построенного Соломоном, в присутствии всех старейшин Израилевых; Облако наполнило дом; Слово царя к народу; Его молитва посвящения; Он благословляет народ и увещевает; Принесением жертв и празднованием закончено освящение храма.

И Соломон созвал к себе старейшин мудрых,

начальников колен сам встретил он.

К нему все главы поколений ранним утром

сошлись в Давидов город, на Сион.

Они Ковчег завета Господа готовы

в храм имени Его перенести.

И собрались сюда, царя услышать слово,

и вместе быть в торжественном пути.

Гудит, как улей, Иерусалим.

Сияет солнце в небесах над ним.

И вот ковчег Господень подняли левиты.

А скинию – Господень прежний дом

со всем при нём, во храм несут они открыто,

чтоб сохранить в хранилище святом.

Царь Соломон, а с ним и весь Израиль знатный,

идут перед ковчегом неспроста:

их жертвы Господу в пути том необъятны

из крупного и мелкого скота.

И вот ковчег завета был внесён

В святых-Святое, где пребудет он.

И там, под крыльями прекрасных херувимов

завет Господень бережно хранит

ковчег в давире, ведь внутри, в его глубинах,

завет Господень писанный лежит:

скрижали каменные те, что на Хориве

сам Моисей вложил своей рукой,

когда Господь завет Свой заключил великий

с Израиля сынами под горой.

Из рабства, из Египетской земли,

они тогда в пустыню перешли.

Носильные шесты теперь остались в кольцах.

Головки из святилища видны.

Теперь никто не потревожит их нисколько.

Для переноски больше не нужны.

Когда священники покинули святое,

вдруг облако наполнило весь храм.

И было облако невиданно густое.

Господня слава воцарилась там.

И не могли священники стоять,

служить во храме и благословлять.

И Соломон сказал: «Мне Сам Господь поведал,

что обитать благоволит во тьме.

Я храм построил за мечтой отцовой следом,

чтоб здесь во веки пребывать Тебе»!

И обратился царь лицом своим к собранью

стоявших перед ним Израильтян,

и всех благословил, счастливый от сознанья,

что выстроил прекрасный Божий храм.

«Благословен Господь! Отцу сказал,

и вот Своей рукою храм создал»!

Он говорил: «С тех дней, как Я народ Мой вывел

в пустыню, из Египта на простор,

Себе Я города в Израиле не выбрал,

ни к одному колену Божий взор

не обращался, чтобы был там дом построен,

где имя пребывало бы Моё.

Но я избрал Давида и устроил

чтоб был он над Израилем царём».

И мой отец мечтал построить дом,