Сказки из бабушкиного сундука. Премия им. Шарля Перро
- -
- 100%
- +
– Только чистым, добрым душам позволено пройти по радуге. Выше только моё царство, бело-золотое. Спасибо тебе, хлебный мальчик, что очистил радужные дорожки от энергий зла! Теперь главное испытание тебе предстоит – выручить Солнышко из плена. Видишь гору высокую? А в ней большая пещера, в которой живёт колдунья Филуя. Она сейчас спит трёхдневным сном и не знает, что чёрные силы тобою побеждены. Иди и ничего не бойся! Мальчик тихонечко в пещеру зашёл и видит: в углу на огромном топчане старая бабка спит-похрапывает. Да так громко, что стены у пещеры сотрясаются. Возле её ног, неподалёку, уж-стражник лежит. В полу у пещеры щель, а из щели свет идёт, да такой, что глаза слепит. И охраняет его чёрный удав, тоже клубком свернувшийся. Малец-удалец сразу понял, что колдунья в подполе солнышко прячет. Он к щёлочке близко-близко подлез и зашептал:
– Солнышко, ты ли там или печка горящая – родная мама моя? Откликнись, дорогая! Да убавь-ка огня, а не то я расплавлюсь, сгорю, и тогда как же я со злой ведьмой справлюсь и удава её одолею?!
– Пока жива злая ведьма, нет силы у меня! Но ты, колобочек, можешь мне помочь. Возьми мой золотой лучик, он острый, как копьё. Но тебе вреда не принесёт, не бойся. Один конец лучика ведьме в волосы водяные опусти и сразу вынь, тогда он не успеет тебе ручки обжечь. Другим концом направь лучик на удава – он тут же сгорит дотла, а потом на злую колдунью его направь, она огня и тепла боится. Колдунья вся вскипит и испарится, и вместе с нею лопнет, как мыльный пузырь, её колдовство. А я освобожусь от колдовского наговора, вновь обрету свою силу и в небо взойду на золотой престол!
Мальчик – колобок взял острый камушек и пододвинул им лучик, чтобы воск не расплавился на ручках его, направил лучик на удава – тот вмиг испепелился, и места мокрого от него не осталось. В пещере сразу просторнее стало. Потом стал лучик огненный потихоньку двигать в сторону колдуньи. Она, почуяв беду, с деревянного топчана соскочила и давай свои волосы рвать, злые заклинания кричать, в воздухе знаки чертить, чтобы малец к ней не добрался. Но лучик волшебный в руках у мальчика жарко светил, это Солнышко остатки силы в него вложило, чтобы мальчик смог победить. Недолго кричала колдунья. Колобок сказал ей:
– Сдавайся, злая ведьма Филуя, хватит людей дождём топить! Выпускай сейчас же Солнышко!
Но ведьма и не думала сдаваться. Она стала из последних сил рвать остатки своих водяных волос, стараясь волнами сбить мальчугана с ног, чтобы он уронил волшебный солнечный лучик в воду. А когда лучик погаснет, она, Филуя, опять будет полной владыкой на небе. Но мальчик, крепко держа лучик над головой, подплыл к колдунье и ударил её лучом в голову и сразу, быстро вынул его. А потом в сердце злое ведьмино огонь направил. Филуя стала шипеть, кипеть и испарилась! Тут и чары её лопнули. А Солнышко выплыло из ямы глубокой пещеры и вознеслось на свой небесный золотой трон. Чуть-чуть колобка не сожгло, да он вовремя за большой камень забежал. Солнышко в небе голубом засияло на золотом троне, а радуга сразу перекинулась цветною дугой и повисла над землёй. Солнышко сказало колобку:
– Иди скорее на радугу, мой спаситель, она тебя опять на Землю доставит!
Сел колобочек на серебряные салазки с бубенцами и вниз по дорожкам цветным скатился. А там его, как героя, люди встречали. Бережно на руки подняли и стали на радостях подкидывать кверху. А колобок тонким голоском закричал:
– Тихонько меня бросайте, а то раскрошите на мелкие крошки!
Но никто его не слышал. Так, мало по малу от высоких шумных бросков колобок весь раскрошился. А когда люди опустили саночки, то в салазках только кусочки хлебно-восковые остались. Очень огорчились люди, что так бестолково с героем своим поступили…
Вот, друг мой любезный, и ты береги свой хлеб, нигде не бросай и колобка сказочного вспоминай. Будь таким же смелым и никогда не бойся врага.
СКАЗ О ПАСТУХЕ И ЗЛАТОГРИВОМ КОНЕ
О, как давно это было! Жил в селе один подпасок. Ходил в ночное, пас стада и очень хорошо играл на дудочке. И однажды трелью своей приманил коня златогривого. Конь прилетел к нему на лёгком алом облаке. Сам конь был рыже-красным, по бокам у него было по одному большому сизо-белому крылу, грива золотая, в тугую косу, наполовину хвост сплетён шёлковой голубой тесьмою, шерсть лоснится, широка и высока грудь и круп величины большой, округлой формы. Играют мышцы в лучистом переливе, горят в весёлом нраве глаза, во лбу звезда… Ну, всё при нём, глаз не оторвать! Паренёк воскликнул:
– Божественный конёк!
– Да и как ты сразу отгадал, я конь бога Зевса. На небесных лугах пасусь в тишине и каждый раз слушаю волшебные звуки твоей дудочки. Уважил ты меня. Теперь уважь и себя, да не робей. Залезай ко мне на спину, и полетаем мы с тобой под солнечными облаками. Юнец-подпасок дудочку за пазуху положил, натянул на себя кафтан, подпоясался, надел шапку. Потом смело вскочил на коня, и был таков.
Смеркалось. На летнем небосводе погасла заря. В лесу тихо. Зверьё лесное мирно отдыхало, только ночные птицы щебетали свои трели. На опалённую за день от зноя землю то тут, то там роса разбрызгала изумруды крупными каплями. И море радужных лесных и полевых цветов, свои нежные чашелистики прикрыв, благоухали ароматно. В тени деревьев у низины зеркальной лентой лениво речка протекала.
Земля в этот миг ночной была прекрасна. Чувствовалось жизненное могучее притяжение… Конь со своим всадником медленно плыл над ночными облаками. Подошло время возвращаться, и они повернули назад, на землю плавно опустились. Кругом тишь. Молочно-белой пеленой гулял туман… Пастух поцеловал Златогривого в звёздочку на лбу, потрепал по гриве и сказал:
– Устал, бедняга, попасись, остынь, потом тебя в реченьке покупаю.
– Нет, друг мой, устали я не знаю. Просто поиграй мне на прощание чуток.
Вот, юнец дудочку опять из-за пазухи достаёт, и – понеслись трели неземные… Златогривый дружелюбно тихо заржал. А дудочка запела: «Пора, пора, друг мой, лети уж, Бог с тобой!» Взмахнул огромными крылами златогривый конь и взвился в высокие небеса.
Но, недолго продолжались их счастливые встречи. Однажды, в ненастный осенний вечер, подкараулил их Чёрный Колдун. Только пастух вскочил на златогривого коня, вот он уж ногу в стремя вдёрнул и подался наверх, вперёд, всем телом готовый к скачку, как злодей на лету его с силой хладнокровно оттолкнул и, перехватив скакуна, погнал его высоко в ночное небо.
И пал юнец на лету, ударяясь головой о серый острый камень. Алой кровью обагрился камень. А пастух, теряя сознание, точно в бреду повторял:
– О! Где ты, друг мой златогривый, приди! Приди ко мне на помощь и рану мою исцели, ведь ты божественной силой обладаешь. Я не хотел тебя делить ни с кем, прости меня, мой златогривый конь, если сможешь. Только я не виновен в этом.
А дудочка пропела: «Я в тайне наш секрет держал, так Бог меня за жадность наказал».
И внял конь мольбам его. Поднялся круто на дыбы и скинул злого седока. Слетел злодей на грешну землю, и мокрого места от него не осталось. А Златогривый плавно и бесшумно рядом опустился. Со рта пена сыплет, со шкуры капает пот. Юнца обнюхал, слизал шершавым языком запекшуюся кровь с лица… Тот на миг очнулся, очи синие открыл, приподнялся навстречу другу, но сражённый резкой болью снова упал. Златогривый сразу понял, что друга потерял. В последний раз он на него взор свой направил, издал прощальный клич и вдруг из ало-красного стал белоснежным конём. И грива золотая тоже белоснежной стала, лишь осыпала пылью золотой юнца. Затем он в небо взметнулся белой стрелой, могучие крылья сложил и камнем на землю рядом с другом пал.
Так трагично окончилась дружба пастуха и златогривого коня. Зависть людская сгубила их. Опустим головы и поскорбим на миг. Но всё же, дружок, за них не переживай. Их души в едином облаке слились и, над землёй воспарив, к солнцу и к Богу Зевсу унеслись. Юнец в хоре ангельском на трубе трубит чудесные трели, а Бог Зевс коню благоволит. Им хорошо там, в счастливых грёзах.
И ведь не зря, поднимая головки в небо, дети радостно кричат:
– Смотрите, вон белоснежные лошадки по небу плывут-скачут, к нам летят!
ПАРАСЬЯ
Жила-была в одной деревне Парасья. А почему её так звали, мы сейчас узнаем… Держала она у себя в сарае шесть или десять поросят – для королевского стола. Ей за это хорошо платили. Только на эти деньги и жила. Чуть солнышко встанет, Парасья выгоняла стайку поросят на зелёный лужок – попастись. Пощиплют поросятушки травку, затем лягут отдохнуть в тенёк под кусточек. И Парасья тоже приляжет, головушку под кустик, в тенёк положит и спит. Время подойдёт, солнышко за горизонт начнёт скатываться, пряча свои золотые лучики за тучки. Парасья встанет, пересчитает поросят и домой их гонит, стайкой. Однажды, когда Парасья выгнала поросятушек попастись на лужок и только хотела прилечь, как к ней из лесу на лужок вышел старичок и просит:
– Дай-ка мне одного поросёночка!
– Ишь, каков! А ты его растил, холил, на водопой водил? Нет! А если я тебе его дам, то на что я жить буду, чем мне тогда короля кормить?
– Ну и жадная ты, Парасья… От жадности, смотри-ка, вся растолстела. На лице-то кожа, вот-вот, лопнет, а глаза-то все салом заплыли. Носа, и того не видно. Точь-в-точь, как эти поросятушки, стала. Да и быть тебе в образе поросюшки жирной, пока ты не образумишься, не подобреешь, не похудеешь и пока тебя не поцелует в пятачок твой король, раз ты так его любишь!
– Но как я его увижу и как я….
Но старичка уж и след простыл. Побежала Парасья в лес с перепугу. Бежит, а сама не знает куда… А в это самое время по лесу бродил медведь, на весь лес ревел, так как у него на задней лапе был большой капкан. Увидел он свинью, но хоть и голоден был, от боли не до еды ему было. Глянул он свинье в глаза и сразу увидел в ней оборотня – женщину!
Упал медведь перед ней на колени и говорит:
– Помоги мне, добрая женщина, капкан снять!
Только сказал, свинья-то, и правда, в женщину обернулась. Взяла она своими крепкими руками и открыла железные крючки. Медведь очнулся, пришёл в себя – боли как не бывало. А Парасья опять превратилась в свинью. Медведь ей говорит:
– Пойдём ко мне в берлогу, я тебя не трону, я тебя буду кормить и холить.
Но Парасья отказалась и пошла дальше в лес, помня наказ старика- колдуна: «Только тогда станешь человеком, когда поумнеешь, подобреешь и когда сам король поцелует тебя в пятачок».
Так прожила Парасья в образе свиньи два года. Звери её не обижали Но на третий год случилось такое, что она чудом осталась в живых.
Охотился в этом лесу сам король и, увидев свинью, подумал, что это белый кабан. Он прицелился из ружья, но в этот момент свинья от радости, что видит короля, на миг обернулась в женщину. Но потом рухнула, как подкошенная, на землю. Король был удивлён. Он соскочил с коня и побежал к тому месту, где лежала свинья. Смотрит и говорит:
– Лежит свиночка, да какая упитанная, а мне померещилось, будто девица красная стояла…
И, наклонившись к свинье, поцеловал её прямо в пятачок. В тот же момент, свинья прыгнула прямо в кусты. Там произошло с Парасьей чудо – она опять обернулась женщиной. Король сразу признал в ней Парасью.
– О, моя пастушка Парасья, не ты ли была в образе большой белой поросюшки?!
– Да, король, это была я. По делам моим наказал меня старый колдун. Наказал за жадность. А ты меня расколдовал! Теперь буду служить тебе, король, верой и правдой и всегда буду растить для вашей кухни жирненьких поросят. А если кто попросит у меня помощи или мяса кусочек, самый лучший кусочек отдам, потому что в образе свиньи мне никак не хочется быть.
И вам, ребята, всем говорю: не будьте жадными обжорами, а то тоже можете превратиться в жирную поросюшку!
ПРО БРАТА И СЕСТРУ
Жили-были брат и сестра. Родители их рано умерли, вот и пошли они по свету странствовать, лучшей доли искать. Сестра Ирина была златошвейка, а брат Иван – художник. Уже смеркалось, когда зашли они в тёмный дремучий лес… Брат сказал:
– Сейчас я залезу на высокое дерево, посмотрю вокруг, может, увижу, где нам заночевать.
Залез он на дерево, видит, недалеко от них огонёчек горит. Пошли они на огонёк и оказались около избушки. Стали стучаться в ворота тесовые. Открыла им дряхлая старушка. Брат с сестрой попросились переночевать, она их пустила и говорит:
– Ночуйте, да только нечем мне вас угощать. Водицы, и той нет. Некому принести, а сама я еле хожу. Вокруг дома хворост собираю, печь топлю. Но сейчас темно уже, и вижу я плохо, потому так ложитесь, а утро вечера мудренее. А вы кто такие будете, чьих мест?
– Мы брат и сестра. Родители наши померли, передали нам в наследство лишь своё ремесло. Я узоры на холсте рисую, а Ирина шьёт, ткёт по ним, вышивает. Сейчас идём в город, на окраине, говорят, живут ремесленники. Вот и мы хотим там поселиться.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.