Роза ветров. Книга 1

© Светлана Ильина, 2019

ISBN 978-5-4496-6132-6 (т. 1)

ISBN 978-5-4496-6133-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Ч.1

Самым интересным и в тоже время самым ужасным зрелищем был невольничий рынок, который открывал свою деятельность только в воскресный день. К этому дню спешили приехать в город хозяева фазенд, которые собирались продать или купить себе нужный товар.

Рынок располагался на специальной площади, народ дал ей наименование «Площадь печали». В выходной день на Площади собиралось множество народу. Среди продавцов и покупателей живым товаром, гуляли горожане, ищущие всевозможные впечатления.

Для рабов это был самый страшный день, так как они могли расстаться с кем – нибудь из членов своей семьи или же с другом. Ребёнка отбирали у матери, мужа у жены. Эти люди давно смирились с участью быть невольниками у белых людей. На горе людей, чьё отличие состояло лишь в цвете кожи, смотреть с равнодушием было невозможно. Оборванные, несчастные рабы являлись товаром для белых господ. Сквозь нарядные платья женщин, рассматривающих товар вместе со своими спутниками, виднелись полуголые, в обмотках несчастные чернокожие. Одни плакали, другие, высоко подняв голову, принимали судьбу ту, что была им предопределена.

– Нет, пожалуйста, купите эту девочку тоже, она умеет хорошо прислуживать, много не ест, а работает как взрослая женщина, – умоляла чернокожая женщина своего нового хозяина, который только что купил её.

Бедная женщина рухнула перед сеньором на колени, прося о своей дочери, но это не вызвало жалости у нового хозяина. Он ударил рабыню кнутом по лицу, и скомандовал следовать за ним. Закрыв от удара лицо руками, рабыня, не проронив ни звука, последовала за своим господином.

Эта сцена произошла на глазах множества людей, но, ни один человек, из высшего общества, не проронил ни слова в защиту женщины. Для них это был, всего-навсего, лишь обычный спектакль, который разыгрывался не в театре, а в реальной жизни.

Девочка, с полными глазами слёз, молча плакала, прижавшись к высокому, сильному рабу, ее отцу. Она будь-то, хотела спрятаться за его огромной спиной.

К торговцу, который только что продал молодую женщину и обрёк на сиротство девочку, подошла довольно молодая и красивая сеньора. Она спросила у торговца живым товаром, который всячески рекламировал своих рабов.

– Что случилось?

– Я только что продал её мать, – ответил хозяин девочки, – леди, купите мужчину, смотрите какие у него мускулы, а зубы белее хлопка. Покупайте, не прогадаете.

Сильвия с печалью посмотрела на несчастное дитя, которое зарывшись в лохмотья отца, всхлипывала от плача.

– Он отец этой девочки?

Указывая на мужчину, спросила работорговца женщина.

– Да. Сеньора, берите их вместе, я вижу, у вас очень доброе сердце. Я даже могу сбавить цену, если соберетесь покупать этих двух рабов.

– Я возьму их, заплачу вам больше, чем вы просите, но за это вы назовёте имя того господина, который купил её мать.

– Конечно сеньора, это не секрет. Имя этого господина – Эрнандо Хорес, он сын Альвареса Хореса, плантатора « Дальней долины». Это очень состоятельный и могущественный человек. Его отец, Альварес Хорес. Может, слышали о нём? Умер около 2-х лет назад, оставив своему единственному сыну огромное состояние. До этого, говорят, он учился и жил во Франции, а после смерти отца вернулся на родину и живёт здесь. Ну что, леди будете покупать товар? А то найдутся другие покупатели.

– Да, конечно. Джон, расплатись с торговцем, – сказала дама своему управляющему, который сопровождал её по рабовладельческому рынку.

– Сеньора Сильвия, сегодня ещё будем кого-нибудь покупать, а то и так сразу двоих приобрели? – расплатившись с работорговцем, спросил Джон у сеньоры.

– Не знаю. Джон, взгляни вон туда, – указала Сильвия кивком головы своему управляющему.

На другой стороне площади невольничьего рынка собралась немногочисленная группа зевак и что-то бурно обсуждала. Центром заинтересованности толпы оказался один очень необычный раб. Это был довольно молодой и красивый мужчина, лет двадцати восьми, высокий, широкий в плечах, темноволосый. Его глаза, цвета небосвода, сияли ненавистью к рассматривающим его людям. Правильные черты лица выдавали в нём человека из благородного рода. Сквозь его лохмотья виднелась смуглая, отнюдь не чёрная, как у других рабов, кожа. Руки и ноги этого несчастного были закованы в кандалы. От железных оков по рукам и ногам струилась кровь. Люди, собравшиеся возле такого зрелища, бурно обсуждали странного раба. Молодой раб держался гордо, своим жгучим взглядом он обжигал всех зевак, которые толпились возле него.

– Покупайте господа. Это отличный работник, знает разные науки, несколько языков. С юношества жил и учился в Европе, – кричал торговец, расхваливая свой исключительный товар.

Хозяева плантаций, заинтересовавшись таким рабом, разглядывали мужчину.

– Что его продают, если он такой хороший работник?

Задал вопрос продавцу, немолодого вида, господин.

– Неужели это раб?

Удивленно произнесла, стоявшая рядом с Сильвией дама в голубом платье.

– Смотрите!

Показывая на полуобнажённую спину раба, крикнул один из покупателей.

– Он клеймён!

Вскрикнула дама, сопровождающая своего мужа, который и увидел отметину на лопатке у невольника.

Через рваную одежду раба проглядывал выжженный знак, которым награждают неукротимых беглецов.

– Посмотрите на его спину! Мне такой бунтарь не нужен, – подъитожил плантатор, видно, вначале, желавший купить его.

Господа, обескураженные таким открытием, немного постояв и полюбовавшись загадочным рабом, начали потихоньку расходиться, переводя свои интересы на другой товар. Постепенно возле работорговца не осталось ни одного потенциального покупателя. Раздосадованный торговец, ожидавший хорошо выручить на продаже раба, явно негодовал. Он ударил плетью по спине еле живого мужчины, и, выругавшись, отошёл от него. Не выдержав сильного удара, а может и всеобщего позора, раб закрыл свои голубые глаза.

Сеньора Сильвия, поражённая увиденным, не в силах была оторвать от молодого раба свой взгляд. Потрясённая этой сценой Сильвия подозвала к себе своего управляющего.

– Джон.

Сказала Сильвия, приблизившемуся к ней управляющему.

– Узнай, сколько он стоит, и купи его. Ему не место на невольничьем рынке.

Невольник поднял голову, и взглянул на того, кто отважился приобрести его. Этим покупателем оказалась прекрасная девушка, со светлым и изумительно красивым лицом. Взгляд сеньоры и загадочного раба неожиданно встретился. Сильвия увидела глаза полные печали и тоски, но не печаль поразила её. Непонятное чувство наполнило сердце молодой госпожи, оно затрепетало в груди девушки. Смутившись пристального взгляда синих, как небо глаз, Сильвия отвернулась.

Девушка направилась к своей повозке, возле которой стоял чернокожий мужчина, держа за руку маленькую кудрявую девочку. Рабы поклонились своей новой госпоже.

– Вы можете располагаться, – указав на повозку, сказала Сильвия.

Через несколько минут из толпы выделились две мужских фигуры. Шагая огромными шагами, впереди шёл Джон, за ним, нисколько не уступая управляющему, вышагивал новый раб. Подойдя к повозке, Джон обратился к хозяйке:

– Сеньора, я всё сделал, как вы приказали, теперь он ваш.

Джон повернулся к невольнику и скомандовал.

– Поклонись, это твоя новая госпожа.

Молодой человек поклонился и украдкой заглянул в изумрудные глаза девушки. Никогда раньше он не видел таких обворожительных глаз.

Джон приказал рабам сесть в повозку, а сам занял место рядом со своей госпожой.

– Трогай, Себастьян, – велел кучеру управляющий.

Через несколько минут повозка тронулась в обратном направлении, откуда приехала. Впереди сидела Сильвия с Джоном, а позади, тряслась на повозке троица, купленных рабов.

Невольничий рынок остался позади.

– Поверни к Елене, я хочу повидать её, – велела Себастьяну Сильвия.

Кучер повернул упряжку влево, и повозка въехала на узкую дорогу, вдоль которой стояли двухэтажные дома.

Над черепичными крышами городка нежно голубело небо. Среди сеньоров и дам, роскошные туалеты которых вызывали восхищение, сновали торговцы. Жизнь в городе кипела.

Дома, стоявшие вдоль дороги, по которой двигалась повозка Сильвии, были похожи друг на друга, словно это были близнецы. Между собой их разделял лишь маленький заборчик. У каждого заборчика была своя калитка.

Возле такого домика с маленьким заборчиком и калиткой остановилась повозка.

Ч.2

Джон помог Сильвии спуститься и она, открыв калитку, вошла во двор двухэтажного дома. Дверь распахнулась и на пороге показалась прислуга. Девушка вошла в дом и дверь за ней затворилась.

Хозяйка дома, радушно встретив Сильвию, пригласила её в гостиную.

Комната была украшена по последней моде. Сразу было видно, что дом принадлежал молодой особе.

Пригласив свою подругу в гостиную, хозяйка дома велела подать лимонад.

– Елена, сегодня очень душно на улице. И, если тебя не затруднит, попроси прислугу вынести воды на улицу, там меня ждут несколько человек, один из которых ребёнок.

Елена распорядившись, качнула недовольной головой и сказала:

– О, Сильвия, неужели ты опять ездила туда?

– Ты же знаешь, я не могу смотреть на этих несчастных людей. Конечно, я многого не могу для них сделать, но хоть малейшую помощь возможно им оказажу.

Елена ничего не ответила Сильвии.

В комнату вошла служанка и принесла бокалы с студеными напитками. Поставив их на маленький столик, и поклонившись, она удалилась.

Елена, взяв бокал, протянула Сильвии. Ничего больше не спрашивая о рабах, Елена повернула разговор в нужное ей русло.

– Сильвия, мой кузен Альберт очень часто спрашивает о тебе. Мне кажется, что ты ему нравишься.

Выпив холодного напитка, Сильвия ответила.

– Твой кузен очень хороший человек, но после смерти моего мужа я не готова к новым отношениям.

Однако Елена не унималась.

– Брось, дорогая, все знают, какой был у тебя Грегори, неужели ты сама не хочешь его забыть и предоставить возможность хорошему человеку занять его место?

Сильвия опустила свои чёрные бархатные ресницы, задумалась и с неуверенностью ответила своей подруге.

– Я подумаю.

Елена, воспользовавшись смягчением Сильвии, сразу перешла к решительным действиям.

– Дорогая, тогда разреши мне и моему кузену приехать к тебе на фазенду, ну, скажем через 2 дня.

– Вот за что я тебя люблю, Елена, так это за твой взбалмошный нрав. Всё у тебя так легко получается, а я так не могу.

Сделав не большую паузу, она добавила.

– Хорошо, я буду ждать вас.

В этой битве, хозяйка дома, своим упорством одержала вверх.

Елена была блондинкой, что очень контрастировало с Сильвией. Золотистые волосы, нежные и мягкие как шёлк, завитками спадавшие на плечи; огромные карие глаза, обжигающие своей красотой; рубиновые, точно спелая вишня губы, жаждущие поцелуя; лебединая шея и талия, – вот какова была сеньорита Елена.

Девушка обладала не много веселым нравом. Елена, в не полные 20 лет, была сиротой. Родители умерли, оставив ей огромное наследство. Самым ближайшим родственником и другом считался её кузен Альберт.

Уважаемый в городе человек, владелец крупного банка, Альберт, входил в десятку самых завидных женихов страны. Девушки мечтали о нём. Среднего роста, с белокурыми кудрями и тёмными глазами, он грезил лишь об одной женщине на свете, этой мечтой была Сильвия. Безумно влюблённый в подругу своей кузины, Альберт прилагал всевозможные усилия для расположения к себе девушки.

Сильвия, в отличие от своей подруги была полная ей противоположность. Её хрупкие беззащитные плечи обрамляли локоны чёрных волос, украшенные драгоценными камнями. Взгляд её был завораживающий, она смотрела своими зелёными, как изумруд глазами, сквозь ореол чёрных ресниц. Глаза этой женщины были способны как воспламенять, так и умиротворять. Не на много старше Елены, Сильвия была сдержана в своих чувствах. Их она спрятала где- то глубоко в душе, и ни кому не открывала, словно боясь чего-то. На её ангельском личике лежала печать горя и страдания, которые ей пришлось пережить в юношеском возрасте.

Простившись, Сильвия села в повозку и поехала домой. Елена, провожавшая её до повозки, стояла в некотором недоумении. Она смотрела вслед удаляющейся повозке, а в её маленькой головке крутились одни вопросы. Предметом её удивления оказался эскорт, который сопровождал её подругу.

– Надо сообщить кузену, что сегодня недотрожка вела себя куда более благосклонно, чем раньше. Может и в правду, Альберт сможет растопить её ледяное сердце?! О, как я была бы рада видеть их вместе. Но интересно, кто это мужчина, который сидел вместе с рабами в такой жуткой одежде? Ах, быстрей бы всё узнать!

Щебетала Елена, возвращаясь обратно в дом.

Вернувшись в гостиную, Елена сразу приказала прислуге идти к своему кузену и сообщить, что она ждёт его с приятными для него новостями.

– Сара, пошли кого-нибудь за моим кузеном, сообщи, что его ждут очень хорошие новости, пусть поспешит, я его жду.

Ч.3

Повозка, где сидели наши герои, уже успела проехать город и выехала на просёлочную дорогу. Это была обыкновенная узкая дорога, по которой можно проехать на колёсах. Чем дальше они отъезжали от города, тем всё реже и реже встречали людей. Вскоре всё опустело. Дорога тянулась вдоль тенистых рощ, которые, в свою очередь, сменялись полями. Солнце ещё стояло высоко в небе, но надвигалось то время, когда оно должно не минуемо опуститься и спрятаться за кроны зелёных деревьев.

Повозка ехала не спеша, плавно раскачивая наших путников. Они сидели, и каждый думал о своём. Девочка мирно спала на коленях у своего отца, иногда лишь вздрагивая во сне, будь-то видела что-то страшное. Лишь однажды она проснулась и тихо спросила.

– Папа, а мы больше никогда не увидим маму?

Отец её нежно поцеловал в лоб, и она снова погрузилась в сон. Глаза могучего чернокожего вдруг налились слезами, но, ни одна слезинка не капнула. Он смог побороть невыносимую боль, не показать никому, то, что было у него на душе. Он закрыл глаза и тихо стал напевать мелодию какой-то песни, нежно убаюкивая свою малышку.

Раб в лохмотьях тоже сидел тихо, но глаза его были полны решительных действий. Он готов был в любую минуту спрыгнуть с повозки и броситься в чащу леса, стремясь всеми силами к свободе, но что-то сдерживало его сейчас, он спокойно сидел и его взгляд был направлен в бесконечную даль.

Чудесный пейзаж расстилался перед взорами путников. Лучи солнца пробивались сквозь заросли деревьев. Когда повозка покидала приют рощ, она окуналась в просторные поля, обрамляющие дорогу. Здесь нет скалистых гор, редко попадаются озёра, но этот край был вдоволь насыщен романтическими долинами.

Джон, сидевший рядом со своей госпожой, спросил:

– Сеньора, вы не устали, может нам следует остановиться и сделать небольшой отдых?

– Нет, Джон, не стоит, со мной всё в порядке. Я думаю, что нам надо быстрее добраться до фазенды, там мы и отдохнём.

Так в безмолвии наши пассажиры доехали до фазенды «Роза ветров».

Господский дом был не очень огромен и сделан из прочного белого камня. Он был двухэтажный, с длинным балконом на втором этаже. Вокруг крыльца находилось много клумб с цветами. Иногда казалось, что это вовсе не клумбы, а ковры, сотканные из прекрасных цветов.

Повозка остановилась у крыльца особняка. К ней подбежали несколько рабов, один из которых подал госпоже руку и помог спуститься с повозки. Сильвия сразу отправилась в дом, на ходу бросив Джону приказание, чтобы он позаботился о вновь прибывших людях.

– Себастьян, – крикнул чернокожему кучеру, Джон, – отведи их к доктору Сэму, а потом накорми и устрой.

Кучер, отдал поводья лошади, которая была запряжена в повозку, другому подошедшему рабу.

Себастьян удивлённо посмотрел на нового, отличавшегося от всех остальных раба, и велел следовать за ним.

Ч.4

Такой фазенды наши гости ещё не видели. Чистота и уют, поразили прибывших новых жителей фазенды. Кругом ходили чернокожие, но они абсолютно не выглядели как рабы. Одеты они были в хорошие и чистые одежды. Да и они сами, казалось, были довольны своим положением. Дети бегали и играли в шумные игры, не боясь наказания. Под огромным навесом трудилось несколько рабынь. Это была кухня, аромат приготовленной еды заполнял всё вокруг.

Больница находилась в глубине фазенды, когда закончились небольшие домики, появилось одноэтажное здание- это и была больница. Она была покрашена в белый цвет, крышей служила солома. Внутри больница также выглядела белоснежно, как и снаружи, вдоль стен стояли кровати. В глубине дома, за ширмой стоял стол, за которым сидел немолодой чернокожий человек, разговаривавший с молоденькой девушкой, его помощницей.

– Мэри, посмотри, к нам пришли новые друзья, – сказал доктор, – добро пожаловать в наше уютное гнёздышко, созданное ангелом.

– Добрый день, – смущённо прошептала Мэри, увидев перед собой двух могучих мужчин.

Заметив некоторое смущение девушки, врач отправил её подыскать хижину новым жителям фазенды.

– Мэри, ступай с Себастьяном, и подготовьте им хижину, – велел доктор.

Мэри с Себастьяном покинув больницу, пошли по красиво уложенной булыжниками дороге. Доктор остался сидеть на своём месте и пристально смотрел на новичков.

– Здравствуйте, – робко ответил высокий чернокожий мужчина, державший за руку своё дитя.

– Здравствуйте, – шепотом повторил за отцом ребёнок.

Доктор, улыбнувшись девочке, поманил её пальцем к себе, но дитя съёжившись, и сжав сильнее руку отца, спряталась за его спину.

– Не бойся меня, я тебе не причиню вреда, – дружелюбно сказал доктор.– Меня зовут дядюшка Сэм, я врач, лечу людей, у которых что-нибудь болит. У тебя ничего не болит?

– Нет, – тихо ответила девочка.

– А как тебя зовут прекрасное дитя, – произнёс врач, протягивая ей свою руку.

– Анжела, – так же шепотом произнесла девочка.

– Какое красивое имя, а папу твоего как зовут?

– Том, – ответила девочка, подходя к доктору.

Сэм взял её крохотную ручку, посмотрел ей в глаза, и сердце старого много видевшего доктора сжалось от её грустных, полных слёз крохотных, но уже не по возрасту серьёзных глаз, полных горечи и мучения.

Через несколько минут вернулся Себастьян, но вернулся уже один. Мэри оставила кучера одного и побежала рассказывать о вновь прибывших рабах своим подругам. Войдя в больницу, Себастьян остался стоять у дверей. Он ждал распоряжений врача.

Сэм осмотрел Анжелу, потом её отца, и сказал, что всё в порядке. Себастьян махнул головой доктору и повёл отца и дочь в их новое жилище.

Анжела шла, держа за руку своего отца, и внимательно озиралась по сторонам. Себастьян подвёл их к хижине, о которой только могли мечтать Том и Анжела.

– Теперь это ваш дом, устраивайтесь здесь, а вон там видите, – указал рукой Себастьян в сторону, – наша кухня. Мы проходили мимо неё. Придете туда, вас там накормят.

– Том, тебе надо будет подойти к управляющему, – обратился Себастьян к Тому, – и он даст тебе работу. Я думаю, вам здесь понравится, такой фазенды как наша нигде больше нет. У нас такая хозяйка! Не человек, а самый, что ни есть ангел, спустившийся с небес. Когда она меня купила, я еле волочил ноги, но доктор меня спас, и теперь я бесконечно благодарен за свою жизнь своей спасительнице и её другу доктору. Ладно, не буду вас утомлять своей историей, как – нибудь расскажу её вам. Надеюсь, станем с вами друзьями. Я живу неподалёку, через три хижины от вашей, если что понадобиться подходи не стесняйся. Моя жена готовит еду нам всем, и всегда бывает здесь, она сможет присмотреть за твоей дочуркой, пока ты будешь работать.

Том поблагодарил Себастьяна. Себастьян махнул на прощание рукой и пошёл дорогой, ведущей к больнице.

После ухода Себастьяна, Том вошёл вместе с дочкой в свой новый дом.

Ничего особенного там не было. Дом состоял из одной комнатки. Не очень маленькой, но и не очень большой. Убранство комнаты составляли: две кровати, два стула, шкаф для белья и посуды, а так же не большой столик, на котором стояла ваза с цветами и кувшин с прохладной водой.

– Папа, здесь так чудесно, совсем не так как мы жили на старой фазенде, – потянув за руку, сказала своему отцу дочка.

– Надеюсь, что нам здесь понравится, – ответил удивлённый таким гостеприимством чернокожий мужчина.

– Как было бы хорошо, если мамочка была с нами, – не замолкала Анжела.

Том ничего не сказал и погладил свою маленькую дочурку по голове.

Вернувшись обратно в больницу, Себастьян подошёл к двум мужчинам, один из которых был доктор, а второй белый раб.

Сэм сидел в своём кресле и курил сигару, это была его слабость, которую он приобрел, учась на врача в Северной Америке. Молодой человек сидел на стуле, когда к ним подошёл Себастьян и о чём- то разговаривал с доктором. Увидев Себастьяна, они замолчали.

– Меня зовут Себастьян, а тебя как? – обратился он к загадочному человеку, нарушив тишину, которая воцарилась с его приходом.

– Андре, – ответил незнакомец.

– Себастьян, – обратился доктор.

– Андре поступает в твоё полное распоряжение, можешь отвести его к управляющему, я закончил осмотр, – сказал Сэм и затянул свою сигару.

Новый раб встал со стула и учтиво поклонился старому доктору. Потом повернулся и последовал за Себастьяном. Покинув больницу, Андре с Себастьяном направились в сторону особняка.

Ч.5

Они шли по дороге, которая вела к господскому дому. На встречу двум молодым людям шли жители, жившие в хижинах, попадающихся по дороге. Хижины были небольшие, всего с одной комнатой, но зато хорошо и крепко сделанные. Во время дождя ни одна из хижин не протекала и рабы спокойно могли жить, не зная печали.

Дорога, по которой шли мужчины, была усыпана растущими зелёными растениями. Повсюду возвышались деревья и кустарники, но особенно много было цветов. Клумбы, где росли цветы, пестрели разноцветными красками, цветами радуги. Приближаясь к дому, на пути всё больше встречалось роз. Белые, красные, желтые цветы обрамляли крыльцо дома. Казалось, что ты погружаешься в царство прекрасных роз.

– Это наша хозяйка разводит цветы, – сказал Себастьян Андре, видя в какое изумление привели его цветы, – она целыми днями сама стрижёт, ухаживает за ними. Знаешь, ведь наша фазенда так и называется « Роза ветров», когда начинает дуть небольшой ветерок, аромат этих благородных созданий, разносится на всю ближайшую округу.

– Да, очень красиво, – ответил Себастьяну Андре.

Они замедлили шаг, потому что к ним подходил управляющий. Подойдя к мужчинам, Джон обратился к Себастьяну.

– Ну, что, были у Сэма?

– Да. Я отвёл отца с ребёнком в их новый дом, скажу, что он был очень удивлён происходящим здесь. А его веду к тебе, как ты приказал.

– Хорошо, оставь нас, – приказал Джон рабу.

Себастьян кивнул головой и отправился в обратном направлении. К нему сразу подбежали две женщины, одна молоденькая, другая постарше её. Они стали задавать вопросы, которые касались вновь прибывшего человека. Себастьян, разговаривая с ними, несколько раз поворачивался и смотрел на своего нового знакомого. Так, Себастьян в сопровождении двух рабынь удалился и скрылся за поворотом.

– Я хочу сразу предупредить тебя, – серьёзно, глядя на Андре, сказал Джон, – не смей обижать нашу хозяйку, она это не заслужила. И если ты попробуешь отсюда сбежать, то не бойся, тебя не ждёт позорный столб, кстати, как ты наверно заметил, его на нашей фазенде вообще нет, это приказ сеньоры, убрать его. Тебя просто продадут другому плантатору, который не будет с тобой любезничать. Ты понял мня?! И вообще твой вид не внушает мне доверия, я буду следить за тобой.

– Как знаешь. – Спокойно ответил Андре.

Джон ещё раз взглянул с недоверием на нового раба, и они продолжили путь к особняку.

Стало смеркаться, матери кричали своих детей домой. Всё тихо погружалось в сон. Из конюшни лишь изредка доносилось ржание лошадей, которые наевшись, мирно беседовали между собой. Недалеко от господского дома собирались молодые люди и пели песни. Одна песня сменяла другую. Грустная мелодия веселую, но всё же больше было весёлых песен. Ребята разжигали костёр, девушки пели песни, вскоре к ним присоединялись и другие жители фазенды. Это действие происходило каждый день. Госпожа не раз принимала участие в этом буднем празднестве. Она садилась у костра, рядом со своими рабынями и слушала их чудесные песни, а иногда даже пускалась в пляс вместе с юношами и девушками.