Не Золушка

Москва

Короткое московское лето плавно перетекало в пока еще теплую осень. Но дожди уже начинали брать свое. Сезон отпусков закончился, и Москва снова встала в пробках. Она шла в свой офис по Тверской, таща тяжеленую папку с документами для налоговой.

– На такси надо было поехать. Лучше бы в пробке стояла. Хорошая мысль всегда приходит поздно. Вся улица была в лужах, новые лаковые сапоги жали, а папка оттягивала руки. Да еще в голову лезли не совсем оптимистичные мысли: мне за тридцать, детей нет, с мужем развелась, на работе завал, налоговая прицепилась, сапоги дурацкие, еще дождь этот и вечные московские лужи.

От горьких мыслей ее отвлек сильный толчок в бок, папка перевесила ее, и она оказалась на асфальте в центре грязного озера.

–Отлично! Это отличное завершение сегодняшнего дня! Не надо было думать о плохом, сама себе притянула еще одно несчастье.

Крепкие руки дернули ее вверх, поставили на ноги, и она уткнулась взглядом в кожаную куртку.

– Сорри леди – Голос был приятным и взволнованным, потом он вдруг перешел на русский с акцентом.

– Простите, мне очень неловко. Я виноват, случайно толкнул Вас. Я не хотел.

Она подняла глаза и застыла в немом ступоре, забыв про злосчастную папку, которая продолжала плавать в грязной воде. Перед ней стоял красавец из какой – то иностранной рекламы, типа ковбоя Мальборо. Загар, ослепительная улыбка, ярко синие глаза и светлые волосы. Пока ее мозг пытался подобрать какие-нибудь соответствующие положению слова, «ковбой» выудил ее папку из лужи, подал ей бумажную салфетку и предложил свои услуги по вытиранию ее от воды. Вынырнув из почти коматозного ступора, она посмотрела ему в глаза и поняла, что пропала. И тут вместо сопливо-слезливой женской радости на нее накатила волна злости.

– Сейчас он скажет, что в Москве проездом, женат, имеет кучу детей и вообще вся эта ситуация его просто позабавила. А я то пропала уже.

– Меня зовут Джон. Может пойдем пообедаем где-нибудь. Должен же я искупить свою вину.

– Аня – Злобно рявкнула она, но тут же осеклась.

– Пойдем, пообедаем – Ответила она и стала судорожно соображать, куда пойти. Вспомнилась Якитория напротив работы.

Весь мир перестал существовать для нее, все вокруг просто исчезло. Она смотрела только на него, не замечая ничего вокруг.

Зато из черного Каддилак Эскалейд две пары глаз внимательно наблюдали за происходящим на тротуаре.

– Мигель, смотри, вот что значит английский аристократ. Сначала толкнул девочку так, что она упала, теперь поднимает ее, что-то говорит, типа: «Извините, как могу помочь, что сделать, чтобы загладить свою вину?» Оригинальный способ познакомиться. – Хосе засмеялся, показав ослепительно белые зубы, в ухе закачалась тяжелая золотая серьга.

– Куда они собрались? Придется идти за ними. Ты потихоньку езжай за нами.

Мигель с тоской посмотрел на глухую пробку, растянувшуюся от начала улицы до самой Пушкинской площади. Навигатор, как будто то издеваясь, напомнил о камере контроля скорости.

Бывший наемник спецподразделения армии США Хосе Родригес вышел из машины и пошел за парой в некотором отдалении, стараясь не упустить их из виду и не попасться им на глаза.

Обед прошел за пустой болтовней. Он менеджер американской строительной компании, которая строит что-то для какой-то другой иностранной компании. Он живет в Нью Йорке и в Москву приехал на сдачу проекта. Наверное ненадолго. Спросил ее телефон, заплатил за обед, проводил ее до офиса, и они расстались. Если бы Анну спросили, что она ела на обед, она не смогла бы ответить. Все время она смотрела только на него, ей было все равно, о чем он говорит, лишь бы это продолжалось и продолжалось. Жаль, что нельзя остановить время, обед подошел к концу и они расстались

Джон пошел вниз по Тверской в сторону отеля Ритц Карлтон.

– Босс, садись в машину. – Услышал он за спиной голос Хосе. Он послушно сел в машину на заднее сиденье.

– Куда едем? В гостиницу или в офис?

– В офис, Мигель.

Офис находился на самом верху одной из башен Москва Сити. Огромный кабинет, обставленный в классическом стиле, украшали подлинники мастеров современной живописи.

– Хосе, позвони в магазин цветов и пошли ей в офис большой букет и приложи эту записку.

_ Босс, ты что, влюбился?

– Не знаю, наверное, да.

– И что ты ей рассказал о себе?

– Что меня зовут Джон Смит, я работаю менеджером строительной компании.

– Ха! Менеджер! Да у тебя на лбу нарисован твой счет с тринадцатью нолями. У тебя на руке часы, на которые этот менеджер строительной компании должен работать всю свою жизнь.

– Я хочу, чтобы любили меня, таким, какой я есть, а не мой счет в банке, или мой дом или часы, которые я ношу.

– Понятно. Ну если она тебя полюбит, захочет выйти за менеджера строительной компании, что потом ты ей скажешь? Что ты ей наврал? Что ты живешь совсем другой жизнью? Что ты решил ее проверить? Думаешь она будет рада услышать, что ты ее обманывал все это время?

– Отстань. Потом придумаю что-нибудь.

Сердце колотилось в груди как сумасшедшее, а упрямые мозги гоняли пессимистичные мысли: он не позвонит, он встретится еще раз и забудет, он забудет сразу, он завтра свалит в свою Америку, ну так далее. Чтобы их прогнать, она попыталась поработать, но выходило слабо. Через пару часов мучений вдруг приехал курьер из цветочного магазина и вручил ей гигантский букет роз, в букете была записка: «Заеду за тобой в 7 вечера. Джон». Забросив так и не начатые дела на работе, Анна понеслась по магазинам.

–Вдруг он поведет меня в приличный ресторан ужинать, а я после купания в проклятой луже выгляжу не лучшим образом. Еще бы к парикмахеру успеть, но у него все расписано на месяц вперед и прорваться сквозь строй его клиенток невозможно. Придется так, своими силами.

Вот так они и начали встречаться. Днем созванивались, вечером ходили в какой-нибудь ресторан поужинать, потом прогуливались по центру Москвы, болтали о всякой ерунде, он брал такси, отвозил ее домой и уезжал. Сердце ее пребывало на седьмом небе от счастья, а упрямые мозги уже начинали думать опять о плохом: а продолжение будет, а серьезное что-то будет, может со мной что не так, а может у него что не так. Правильно говорят, что все проблемы идут от головы. Ей еще предстояло с этим столкнуться, но тогда она этого не знала и даже представить не могла, сколько всего придется пережить из-за собственных мозгов.

Так прошла неделя. На выходные Джону надо было куда-то улететь по делам, а она решила отправиться на дачу и пригласить туда свою давнюю школьную подругу. Сейчас много определений для таких состояний, когда ты споришь с самой собой: когнитивный диссонанс, биполярное расстройство, раздвоение личности. Стало модно ходить к разным мозгоправам и жаловаться на депрессию или другие проблемы. Она выросла в Советском Союзе, где ходить ко всяким психоаналитикам, психологам было не принято. Тут же наклеили бы клеймо психа, а то и упекли бы в клинику, от куда было два выхода: в прошлую жизнь в виде «овоща» или на погост. Поэтому все проблемы обсуждались с друзьями на дачах, на кухнях и под хорошую закуску. Вот и она решила попробовать одолеть свои противоречия таким способом. Подруга закончила филологический факультет МГУ, потом вышла замуж, родила ребенка и, просидев дома года три, пошла работать в профессиональный футбол. Да не куда-нибудь, а с национальной сборной по футболу. В общем человек разноплановый, работает в мужском коллективе, замужем, может и подскажет чего. Подруга согласилась супер быстро. Анна не могла сказать, что подругу совсем не волновали ее переживания, но желание свалить из дома от семьи и плиты было конечно сильнее. На даче все пошло своим чередом: гриль-домик, каре ягненка на гриле, любимые хиты, неизвестные нынешней молодежи, и задушевная беседа. Покопавшись в своем футбольном опыте, подруга ничего не нашла и обратилась к своему филологическому образованию. Она вспомнила легенду раннего средневековья про некоего Зигфрида, который сопровождал куда – то знатную даму, в которую он был влюблен, но не мог рассказать ей о своих чувствах. В дороге и дама влюбилась в Зигфрида, видно ехали долго. Однажды им пришлось ночевать в каком-то убогом месте, где была всего одна кровать. Пришлось нарушить все законы рыцарской галантности и лечь в одну кровать. Дама ожидала ночи любви, но Зигфрид, чтобы не поддаться искушению, положил между ними свой меч. Короче, дама вся извелась, Зигфриду тоже не спалось, но меч слишком мешал. Рассказав эту легенду, подруга, засмеявшись, сказала: «Может он у тебя рыцарь? Потомок Зигфрида?». Анна посмеялась и сказала подруге, что все рыцари давно вымерли и потомства, судя по всему, не оставили.

В апартаментах отеля Ритц Карлтон проходил почти военный совет.

– Босс, долго ты будешь ее ужинами кормить? Или вы к делу перейдете?

– Хосе, заткнись. Она не такая, не шалава, не охотница за состояниями. Куда я должен ее привести? Сюда?

– Нет сюда никак нельзя. Менеджеры не живут в апартаментах из десяти комнат, не имеют горничной и личного массажиста, охраны у них тоже не бывает. Представь, что вы пришли сюда, из дверей выйдет эта глупая корова Роза и брякнет: «Добрый вечер, Милорд.»

– Снимите номер в отеле попроще, но не совсем уж дешевом. Снимите на имя Джона Смита. Позвони моей сестре, ей принадлежат здесь сеть отелей, пусть все организует.

– Э, нет. Своей сестре звони пожалуйста сам. Я с этой ведьмой разговаривать не хочу. Она готова меня сожрать.

Следующая неделя прошла так же. Ужин в ресторане, провожание до дома. Наступила пятница, они пошли в мексиканский ресторан. Музыка латино творит чудеса и после ресторана они поехали к нему в отель Мариотт Гранд. Это было круто. Анна вспомнила, что ей надо вообще то домой только утром воскресенья. Следующие дни полетели как на крыльях.

Джон смотрел на панораму Москвы в окно своего офиса на верхнем этаже одной из башен Москва сити. Солнце освещало пожелтевшие деревья, небо было пронзительно синим. Такое бывает в Москве только в золотую осень.

– Мне нужна машина – сказал он, поворачиваясь к своим подручным Хосе и Мигелю.

– Такси здесь мало, ездить с непонятными людьми на их частных машинах я не хочу.

– Не проблема, Босс. Возьми наш джип.

– Он слишком крутой, менеджеры не ездят на бронированных джипах.

В итоге в кабинет был вызван начальник транспортного отдела корпорации.

Начальник транспортного отдела, немолодой уже человек, прослушав сообщение от секретаря самого Хозяина компании, поспешил к лифту, который шел в пентхауз. Ноги предательски подгибались, ладони покрывались холодным потом. Что могло случиться с машинами Хозяина? Его огромный бронированный мерседес никто не трогал, пока Хозяина не было в стране. Его мексиканские парни разбили свой американский «танк»? Кого-то задавили? Он видел, как они ездят… Хозяин имеет связи на самых верхах, сам бы их отмазал.

Лифт привез его на верхний этаж башни. В гигантской приемной сидели две секретарши с непроницаемыми лицами.

– Заходите. Вас ждут —произнесла одна из них.

Начальник транспортного цеха зашел в святая святых – кабинет владельца корпорации. Братья мексиканцы одарили его такими взглядами, что он попрощался не только со своим рабочим местом, но и со своей жизнью. Из короткой беседы он понял, что Хозяину нужна простая машина для каких то своих личных целей, но если он проговорится кому-то об этом, то видно действительно распрощается не только со своим теплым местом, но и с головой. Он вспомнил, что у них есть почти новый разгонный Форд. Получив указание, он поспешил на подземную парковку. Забрав ключи у водителя, который работал на этой машине, он обрадовал его внеочередным отпуском и решил заняться машиной сам.

– Отвезу на мойку. Заставлю их зубными щетками эту тачку отдраить.

После того, как вопрос с машиной был решен, Мигель спустился этажом ниже и зашел в кабинет директора по безопасности московского офиса. Им был полковник силовых структур в отставке. Мигель положил ему на стол фотографию Анны, сделанную, когда она выходила с работы, и, записанный на листочке, адрес ее офиса.

– Мне надо узнать все об этой женщине – сказал он полковнику. – кем работает, где живет, с кем общается. Короче мне нужно полное досье на нее. Сколько это займет времени?

Полковник посмотрел на фотографию, посмотрел адрес работы девушки и сказал:

– Дня три, четыре. Нормально или быстрее надо?

– Нормально – ответил Мигель – только имей в виду, если ты или твои люди увидят ее с Боссом, держите язык за зубами. Отчет отдашь лично мне, чтоб никто его больше не видел.

– Принято.

Анна очень обрадовалась, когда Джону дали на работе машину – Форд, и они стали выезжать за город. Погода была замечательная, золотая осень. Они катались по окрестностям Москвы, наслаждаясь «бабьим летом». Еще он сказал, что через несколько дней у него будет квартира, которую ему снимает компания, там должны закончить ремонт. Тогда они смогут встречаться спокойно в его квартире, а не в отеле и не ловить на себе взгляды сотрудников гостиницы.

– Мне нужна срочно квартира! – Джон рявкнул на своих подчиненных.

– Нужна срочно. Я не могу таскать ее в отель все время, чтоб там косо на нее смотрели. Она приличная женщина, а не служба эскорта.

– Я против – Выступил Мигель – Как начальник службы твоей безопасности я категорически против переезда в квартиру. Мне с вами там придется жить, чтоб твою безопасность обеспечить. Или камер там наставить и смотреть днем и ночью. И, вообще, ты же ничего о ней не знаешь. Может тебе ее подставляют.

– Ага, сейчас. Никаких камер. Мне нужна квартира, в центре, хорошая, большая. А вы можете хоть на лестнице под дверью сидеть и обеспечивать там нашу безопасность. И никто мне ее не подставляет, она ни одного вопроса мне про работу не задала.

В итоге были взяты две квартиры в доме на Тверской, на первом этаже которого располагался магазин известной алмазодобывающей компании. Квартиры были предназначены для управляющего магазином и его зама.

– Вот, Босс, смотри, это все, что можно было срочно найти. – Хосе водил Джона по просторной квартире на верхнем этаже. К большой спальне примыкала ванная, гостиная была огромного размера и с камином. Еще в квартире была столовая, кухня и еще одна ванная.

– Будешь жить над собственным магазином.

– А вы где? Надеюсь, не с нами и не на лестнице? – Спросил Джон.

– Нет. Мы в соседней будем. Там две спальни и гостиная с кухней.

– А тебе в квартиру мы даже рояль поставили. Поиграешь своей подружке.

Теперь все было готово для исполнения роли менеджера иностранной компании в Москве. Приличный, но не супердорогой автомобиль, съемная квартира, хорошая зарплата, возможность водить подружку везде, куда она захочет.

Все было бы хорошо, если бы не одно совсем незначительное событие. Само по себе оно вообще ничего не значило бы в жизни наших героев, поскольку было обыденным и ничего не решало в их судьбе. Но звезды сошлись так, что герои встретились не там, где было надо.

Международная сеть отелей, открывшая очередной отель в Москве, отмечала свой юбилей. На празднование прибыла владелица сети Нэлл Харингтон, сестра Джона.

– Джо-Джо, пойдем со мной на встречу в Аврору. Я не знаю никого в Москве, мне там будет скучно. Потом поедем куда-нибудь развлечься. Ты, наверное, уже успел изучить все лучшие места Москвы. Нэлл уговаривала брата, твердо уверенная, что отказать ей он не сможет. Они всегда были не просто дружны, но очень любили друг друга, и разница в семь лет им в этом не мешала.

– Ладно, уговорила. Я иду с тобой на встречу, потом кормлю тебя ужином, но потом я тебя оставлю. У меня есть свои дела.

Анна радовалась каждому проведенному с ним дню. Скоро еще и квартира будет, где они смогут проводить столько времени, сколько захотят, а может и начнут жить вместе. Может она к нему переедет даже? Так прошло еще несколько счастливых дней. Пока не наступил тот черный день, который мог испортить всю дальнейшую жизнь. Решив подготовиться к очередному свиданию, Анна отправилась в пассаж. Выйдя из пассажа на Петровку, радостная, в предвкушении свидания она увидела Джона. Он выходил из отеля Аврора под руку с блондинкой редкой красоты. Редкой и немного странной. Она была очень красивой, но в лице ее было что-то от ребенка. Блондинка мела асфальт роскошной шубой, хотя на улице было еще и не так холодно. Анна испугалась, что Джон ее заметит и свернула за угол гостиницы. Он посадил блондинку в блестящий мерседес, сел с ней рядом, и они уехали.

– Вот и все. Я так и знала, что так хорошо быть не может. – пронеслось в голове. Это был сильный удар. Часа через два ожил мобильный телефон, говорить ни с кем не хотелось, но Анна посмотрела, кто звонит. Это был он. Ей не было обидно. Где-то внутри нее огненным комом рос гнев. Если бы в это время ей кто-то попался бы под руку, то она взорвалась бы как вулкан. А потом было бы море слез.

– Сейчас будет куча вранья, что это ничего не значит, что она мне никто, случайная знакомая или работаем вместе и т.д. – Трубку она не взяла. И не брала ее потом еще несколько дней. Состояние было патовое. Оставаться одной было невозможно, хотелось дать ему в морду, выпить, заплакать, опять дать в морду и чтоб он вернулся. Самое интересное, что злилась она не на него, а на эту блондинку.

– Да чтоб она ноги себе переломала на своих каблуках здоровенных.

Анна вспомнила, что Джон подарил ей браслет от Тиффани.

– Пойти, бросить ему в морду? Вернуть потом с запиской «Прощай»? Да обойдется, оставлю себе, но носить не буду. – Приняв решение, она побрела в сторону метро.

– Она не берет трубку. Я позвонил уже раз сто! Какого черта! Что происходит? – Джон расхаживал по апартаментам Ритца, сжимая в руке мобильный телефон, третий, купленный в последние два дня. Предыдущие два были разбиты о стену.

– Босс, остынь. Что ты как маленький. Трубку не берет, любит, не любит. Да забей ты на нее. Баб что ли мало на свете?

Так разговаривать со всемогущим бароном Харингтоном, одним из самых богатых и влиятельных людей в мире, мог только его давний друг – Хосе Алехандро Родригес. Бывший нелегальный эмигрант, американский наемник, профессиональный диверсант.

Лос Анджелес , двадцать лет назад

Было раннее утро, но июльская жара уже опустилась на Голливудский бульвар. Хосе проснулся в своей кровати между двух девиц. Голова раскалывалась от боли, под потолком противно гудел вентилятор. Хосе встал, поискал в аптечке аспирин, которого там, как назло, не было. Вся комната была завалена бутылками, в которых, к сожалению, тоже ничего не было.

– Зачем я столько выпил на свой день рождения вчера. Теперь придется пол дня мучаться от головной боли. Надо разбудить этих девок, пусть наведут здесь порядок и сходят купят мне аспирин.

Мысли его были прерваны шумом с улицы. Раздалась грубая ругань на испанском.

– Чертовы пуэрториканцы. Чего они орут все время? Обдолбались с самого утра?

Шум на улице усилился. Хосе выглянул в окно и увидел припаркованный у тротуара роскошный Феррари кабриолет ярко-красного цвета. Рядом с машиной стоял гринго, с которым и разговаривали пуэрториканцы. Хотя разговором это назвать было сложно. Атмосфера накалялась.

– Сейчас они набьют морду этому богатому красавцу, сюда приедет полиция и будет трясти всех подряд. Черт, мне это совсем не нужно.

Как и те ребята, что сейчас орали на улице, Хосе был нелегальным иммигрантом. Он был сутенером и две девицы, что еще спали в его кровати, работали на него и обслуживали вчера его вечеринку. Визит полиции никак не входил в его планы. А за этого белого красавчика сюда могли приехать люди посерьезнее местных полицейских. Он еще раз выглянул в окно. Группа переместилась в переулок, страсти накалялись. В руке одного из местных парней блеснул нож. Быстро одевшись и засунув ствол за ремень, Хосе сбежал вниз по пожарной лестнице. Он направил старый револьвер на группу пуэрториканцев.

– Отстаньте от гринго, придурки. Его будут искать, из-за него перетряхнут весь бульвар и всех, кто тут находится. Чего привязались к нему?

Он опоздал совсем немного. Увидев ствол у него в руке, парни разошлись, но до этого один из них успел полоснуть гринго ножом. Белый парень был спортивного вида, высокий, загорелый, подтянутый, но при виде собственной крови побледнел. Хосе подхватил его и повел к себе.

– Пойдем, я посмотрю, что там у тебя. Думаю, он не сильно тебя задел, так полоснул слегка.

Он привел гринго к себе в квартиру. Девицы все еще спали, вентилятор продолжал гудеть, головная боль, которая затихла на время, вернулась обратно. Посадив белого парня на единственный свободный от барахла стул, он снял с него рубашку и посмотрел на рану.

– Ерунда, нож скользнул по ребрам. Он только кожу тебе поцарапал. Сейчас заклею тебя и можешь ехать домой. Ты как? За руль сядешь?

Он соврал конечно. Рана была достаточно глубокой, совсем не царапиной, но не смертельной. Разбудив своих девиц, Хосе послал одну в аптеку, другой было велено навести порядок в квартире.

– Как тебя зовут?

– Джон

– Меня Хосе. Не обращай внимание на бардак, вечеринка вчера была, день рождения отмечал. Выпить правда ничего не осталось, а то я бы тебе налил, ну чтоб стресс снять. Что такой парень как ты потерял здесь?

– Снял проститутку. Мне было очень хорошо с ней, она мне очень понравилась. Я ее привез. Заплатил ей больше, чем она просила, высадил ее. А здесь ее встретили эти парни, один из них стал отнимать у нее деньги и ударил ее.

– Ну это нормально. Он ее сутенер, она отдала не все, не сказала, что заработала больше. Он ей и врезал. Придурок, конечно, он испортил ей лицо, она работать не сможет неделю. Она никому не нужна в таком виде. Ты то что полез?

– Ну не смог я смотреть, ка женщину бьют

– Рыцарь что ли?

– Почти.

– И зачем тебе понадобилось связываться с проституткой? Ты молодой, красивый, богатый, ездишь на крутой тачке, любая порядочная девица из твоего круга улеглась бы с тобой за милую душу. Ты попал сейчас в другой мир.

– С такими, как она, проще. Заплатил и не ждешь, что утром она попросит на ней жениться, такая не будет ждать обручального кольца с бриллиантом. Не будет узнавать размер твоего счета в банке и подсчитывать, что она получит в случае развода.

– Ладно. Я тебя заклеил, вот надень мою футболку. Сам сможешь доехать домой7

– Вызови мне такси, машину потом заберу.

– Потом от нее и колес не останется. Я тебя отвезу на твоей тачке, так уж и быть.

Хосе сел за руль Феррари. О такой машине ему можно было только мечтать. Ехать пришлось в Беверли- Хиллз, но не вверх, а на побережье, где находились самые старые виллы, самые большие и самые дорогие. Они выходили на побережье. Дорога заняла немного времени, и он увидел красивые ворота, на которых была надпись «Поместье Роза пустыни». За изгородью виден был огромный дом, ухоженный сад и край бассейна. Возле ворот Хосе вышел из-за руля.

– Внутрь сам заедешь. Твой охранник и так уже косо на меня смотрит. Если я заеду в ворота, он сможет вызвать полицию, которая задержит меня за проникновение в чужой дом.

Они попрощались. Хосе взял такси и вернулся на Голливудский бульвар.

Прошел год. Хосе почти забыл о той встрече, как вдруг в день его рождения в дверях квартиры появился солидный человек, одетый в костюм стоимостью не меньше тысячи долларов.

– Мне нужен мистер Хосе Родригес. Я должен передать ему вот этот подарок.

Хосе взял у важного, как министр, человека красиво упакованную коробочку.

– А вы кто?

– Я дворецкий семьи Харингтон. Сэр Джон поручил мне передать Вам подарок. Он также просил передать, что не смог приехать лично, задержали дела в Нью Йорке, но он прибудет через несколько дней.

В коробке были золотые часы Ролекс с гравировкой на задней стороне: Хосе с благодарностью от Дж.Х.

Через несколько дней Хосе сидел в клубе и играл в покер с местными парнями, такими же иммигрантами, сутенерами и бандитами, как и он. Вдруг ему сказали, что его разыскивает какой-то гринго. На вид очень богатый.

– Привет Хосе. Извини, что не поздравил лично с днем рождения, а послал подарок с дворецким.

Джон смотрел на него, улыбаясь, но в глазах было что-то напряженное.

– У меня есть к тебе дело. Очень серьезное. Я хорошо заплачу.

Москва

Прошло пару дней. Анна с Джоном не встречались. Он звонил целый день, она не брала трубку и потом звонки прекратились. Внутри нее что-то умерло.

–Как можно было так врать?! Вчера любил меня, а сегодня идет с другой красоткой.