Считая баранов

Юлия Белтова

СЧИТАЯ БАРАНОВ

(ОТКРОВЕНИЯ СЧАСТЛИВОЙ ЖЕНЩИНЫ)

1. ПРОЛОГ

Вот я сижу и думаю: «Ну почему я так не могу? Ну почему я так не могу?!!!»

А она может! Юная, независимая, свободная… Независимая и свободная – синонимы, но про неё именно так хочется сказать – и независимая, и свободная! Опустила ноги в фонтан, и ей по фиг на всех!

Я сижу на лавочке в центре гипермаркета. Вернее, в центре гипермаркета стоит фонтан. Ну, или некое его подобие – зелень, камень, вода. Лавочки – по периметру. На них отдыхают люди, которые набегались по бутикам и не по бутикам этого огромного шоппинг-центра и присели передохнуть. Лавочки в гипермаркетах – отличная придумка! Если бы таких лавочек не было, то люди покупали бы гораздо меньше. Они бы прошлись по одному какому-нибудь этажу, устали бы, проголодались и ушли бы домой, а потом переживали бы, что не зашли туда-то и туда-то и не приобрели то-то и то-то. А так – прошвырнулись по этажу, сели, отдохнули, съели мороженого, попили воды и – дальше, с новыми силами!

Так вот, я сижу на такой лавочке. Мне очень жарко! Я ем мороженое огромными кусками. Мороженое я не люблю, поэтому удовольствие не получаю, а ем его просто, чтобы стало прохладнее. Но прохладнее становится только в горле и в животе, а жарко мне в ногах – на мне неудобно-жаркая обувь! Мало того, что ноги, как в сауне, так я ещё и натерла их во всех возможных местах! И надо же было мне напялить эти теплые ботильоны на шпильке, со шнуровкой и замшевой опушкой! У меня же есть невесомые, супер-удобные мокасины, в которых тепло поздней осенью и прохладно жарким летом! То, что я не в них сегодня – моя роковая ошибка!

Я сижу и злюсь не себя. И завидую ей – девице с волосами цвета мёда, которая опустила ноги в фонтан по колено. Я жду, когда же к ней подойдет охранник или какой-нибудь администратор и сделает замечание. Потому что, на мой взгляд, нельзя засовывать ничего в фонтан! В том числе и ноги! Мне кажется, что многие сидящие на лавочках, тоже с интересом ждут, чем закончится это независимое полоскание ног в фонтане.

Девица одета невыносимо эклектично. На голове у неё подобие шапочки. Или сетки. Я бы назвала это хренью. Такая плетеная штука, типа макраме. Когда я была маленькой, у моей бабушки такая же висела на стене. Я тогда не знала, как это называется, но если бы в моём лексиконе в то время было слово хрень, то именно так бы назвала эту плетёную бессмыслицу. На шее у девицы ошейник. Именно ошейник, самый обычный, я уверена, что собачий. Белая плетеная шапочка и черный собачий ошейник никак не сочетаются друг с другом. Далее – классическая рубашка. Бирюзовая. Простая и хорошего качества. Рубашка отдельно – великолепна, в сочетании с хренью на голове – отвратительна! Брюки удивляют своим фасоном и цветом. Фасон странный потому, что я бы подумала, что она надела их задом наперед! Не могу точно объяснить, но перед у них такой, каким должен быть зад, и надпись у них впереди, на том самом месте, как-то очень нелепо смотрится! Сзади бы она смотрелась гораздо уместнее. Они коричневого цвета, но так отливают перламутром, что кажутся зеркальными! В сочетании с хренью они выглядят необычно, но стильно, а в сочетании с хренью-рубашкой-ошейником – дико и несуразно! Вообщем, белый, черный, бирюзовый и коричневый цвет плюс стоящая рядом абсолютно дамская розовая сумочка и самые обычные советские кеды. Можно зажмуриться и потрясти головой, чтобы открыть глаза и понять, что тебе это почудилось! Не может человек надеть столь разные и не подходящие другу к другу вещи!!! А она надела. И на самом деле она невозможно прекрасна!!! Просто глаз не оторвать! Потому что она свободна и независима – именно так, через союз «и». Как хотела, так и оделась, и плевать на общественный вкус! Захотела надеть собачий ошейник, и кто что против скажет? Взяла именно эту розовую гламурную, неуместную сумочку – и идите все в пень со своими стереотипами! Стало жарко в кедах – закатала штаны и опустила ноги в фонтан! А я сижу и любуюсь ей. И думаю – «Какая же она офигенная! Ну почему я так не могу?!»

Нет, я бы могла, конечно, тоже залезть в фонтан, но если бы была не одна! На миру-то и смерть красна! Понятно, если в веселой компании, да в соответствующем настроении, там уж кто во что горазд, даже искупаться в фонтане – совершенно нормально! Или если с тобой ОН. Ну, такой взрослый, спокойный, интеллигентный. Вот тогда тоже можно построить из себя нимфетку – вот, мол, я какая непосредственная, эпатажная, раскрепощенная, купи мне чупа-чупс! И – бац! – скинула обувь и ножки в фонтан! Но чтоб вот так одной прийти, спокойно разуться, не для кого, просто так, потому что захотелось. Как-то по-американски свободно. Или по-европейски. Не знаю. Но клёво!

Я доела мороженое, истомилась в жарких ботильонах, но не могу уйти, так как жду подругу. Мы договорились пойти в кино (кинотеатр на третьем этаже), а потом поесть роллы (на втором этаже), но я, как обычно, пришла на час раньше. Я не умею рассчитывать время, очень боюсь опоздать (никогда в жизни ещё никуда не опаздывала, не знаю, откуда эта фобия), поэтому постоянно прихожу раньше! Так было всегда. С детства. В школу я приходила так рано, что даже вахтерша ещё спала. Свет в окнах не горел, школа была пуста, заспанная вахтёрша удивленно открывала мне дверь, дышала перегаром и пускала в холл, чтобы я не мёрзла на улице, если была зима! Это притом, что школу я ненавидела!!! Но вот хроническое неумение опаздывать даже туда, куда идти не хочется! Даже тогда, когда я выходила из дома, как мне казалось, вовремя, я всё равно приходила рано-прерано и каждый раз, видя темные окна неживой ещё школы, я, не зная, который час, надеялась, что мне сейчас скажут:

-А школа не работает! Она закрыта, и больше не надо приходить учиться!

И я прямо даже уже знала какую-то причину, по которой не надо больше ходить в это ужасное место, и почти верила в неё! И замирала каждый раз!.. Но – всегда облом – «Ты чего опять так рано пришла?» И так 10 лет!

Иногда я даже пытаюсь опоздать, специально выхожу из дома как можно позже, но всё равно почему-то прихожу раньше всех! Даже на свидания ни разу не опаздывала! Когда я встречалась со своим мужем (тогда ещё женихом), наши свидания начинались так: мы договариваемся встретиться на остановке Первомайской в 17.00. Я приезжаю на Первомайскую на 40 минут раньше. Сажусь на трамвай и уезжаю на одну остановку назад. Сижу там 35 минут. Потом еду на трамвае обратно на Первомайскую, оказываюсь на остановке ровно в 17.05 (девушка же должна опаздывать!), нервно оглядываюсь в течении десяти минут, потому что думаю, что меня не дождались, и вижу, как далеко-далеко на горизонте появляется мой жених. Он медленно подходит к газетному киоску, покупает газету, пару минут просматривает её возле киоска, потом так же, не торопясь, покупает сигареты в «табачке», выкуривает сигарету, и только потом идет в мою сторону. Вообщем, встречаемся мы в 17.30! Тогда я думала, что он просто уверен, что любая девушка всегда опаздывает на свидания, и поэтому приходит чуть позже, чтобы не ждать. Со временем я убедилась, что мой жених (позже муж, а позже бывший муж) такой же хроник, как и я, но с точностью наоборот – он не умеет НЕ опаздывать!!!! Он НИКОГДА, НИКУДА не торопится, и ни разу в жизни никуда не приходил вовремя!

Вообщем, я сижу и жду подругу. И подумываю о второй порции мороженого.

Каждый раз, когда я тяну время, чтобы чего-то дождаться (понятно, что раз я всегда прихожу раньше, то это происходит довольно часто), или когда я долго не могу уснуть ночью (тоже в каком-то смысле дожидаюсь – жду, когда ко мне придет сон) я занимаюсь одним и тем же – вспоминаю моих мужчин… У меня это называется «считать баранов». Считают же обычно баранов или овечек, чтобы заснуть! Вот и я считаю своих баранов. Ну, в смысле вспоминаю мои романы. Мои «лав стори». Мою «Romantic Collection»…Как у нежно любимого мною Маяковского – «миллионы огромных чистых Любовей и миллион миллионов маленьких грязных любят». Ну, я не Маяковский, у меня не миллион миллионов, но всё же есть, что вспомнить!..

Вспоминать чаще всего начинаю с мужа. Хотя и до него были романы и влюблённости. «Любовей» не было, но «любята» присутствовали. В принципе Любовей у меня пока и не было, наверное, вообще! Мне кажется, что я никогда никого не любила. В смысле мужчин. Я люблю себя, маму и своих кошек. По-настоящему люблю. Ни одного мужчину я не любила больше или даже так же, как себя-маму-Плюшу-Бастинду. Я всегда проверяю себя (дурацкая детская проверочка – я чудовищно инфантильна) так: мне говорят – выбирай – умрёт твоя кошка или твой «любимый» (тот любимый, который на данный момент является «моим единственным»)! И я всегда (нехорошо, конечно, стыдно!), не задумываясь, выбираю ЕГО! В смысле его смерть! В смысле – ПУСТЬ КОШКА ЖИВЁТ!!! Потому что – как это так – умрёт кошка?! Она полжизни моей со мной! Она теплая, у неё родной запах, она МОЯ, мы любим друг друга, и я не представляю свою жизнь без неё! Вот если бы сказали – выбирай – мама или кошка, вот тут я даже слышать не хочу, что за бред, глупости какие-то, выбор дебильный! Потому что я их обеих люблю. И маму и кошку. НЕ ХОЧУ даже думать об этом! А в проверке «мужчина или Бастинда» мало того, что такая мысль вообще допускается, так ещё и Бастинда одерживает победу. Значит, не любовь! А вот всепоглощающее чувство к себе – на первом месте, конечно же. Я слишком зациклена на себе, чтобы любить кого-то ещё с такой же нежностью и самоотдачей. Люблю себя и отвечаю себе взаимностью!

Итак, быстренько внутренним взором окидываю «дозамужние» романы.

Первая любовь в 13 лет, в самого необычного мальчика в классе, взаимная, но со слезами, с ревностью, с ведением дневника!.. Первая, а значит вроде бы искренняя, сумасшедшая, которая длилась полгода, а закончилась мгновенно, вернее переросла в моё бурное к нему презрение после того, как он упал с лестницы, и я увидела в момент падения в его глазах страх. Вот что за сука, а? Ну, ему было 12 лет! Он упал с лестницы! Спиной вниз! А что же ещё должно было быть в его глазах?! Победная улыбка? Легкая усмешка? Холодное равнодушие?! Нет, чтобы пожалеть, полечить, приласкать и ещё больше полюбить! Но я всегда считала бредом фразу «Жалеть – значит любить» и не умела прощать слабостей! Мне нравятся только супермены!

Потом влюбленность в самого остроумного мальчика на турбазе, потом в самого сильного мальчика в лагере в первой смене, а в третьей – в того, кто единственный не боялся этого сильного. Далее – самый интеллигентный парень в классе, которого все взрослые очень уважали, и буквально сразу после него – самый быдловатый хулиган в подъезде, которого те же взрослые терпеть не могли. Учитель-практикант, в которого были влюблены поголовно ВСЕ девочки школы, потому что он самый молодой, самый красивый, самый загадочный, нерусский и женатый!

Короче, понятно, что мне всегда нравились только САМЫЕ!

Потом долгие отношения (около трёх лет, наверное) с самым высоким. У него всё было большое – ноги, руки, голова, нос, рост 194 см, имя длинное – С-Т-А-Н-И-С-Л-А-В…Всё. В том числе и …Словом ВСЁ было большое. Мы начали встречаться в 10 классе и всем говорили, что собираемся пожениться 13 июля. По правде сказать, ни он, ни я не собирались жениться, но говорить так в то время было типа модно что ли, сейчас бы сказали – стильно. Закончились эти отношения, когда я уже была совершеннолетняя и работала билетером в Драмтеатре, не поступив в Саратовское театральное училище. В театре тоже случались романы, романища и романчики.

И все мои «любята» всегда были взаимны. То есть, слава Богу, я не переживала безответной любви! Но при этом всегда были бурные страсти, бессонные ночи, ревность, ночные истерики в подушку и каждый раз мне казалось, что это ОНА! ЛЮБОВЬ! После расставания тоже какое-то время казалось, что это всё же была любовь… Наверное…Ну, может быть… Ну, вдруг… Похоже ведь… Но потом, когда всё проходило, отпускало, переставало болеть, грызть, становилось понятно, что, конечно же, это было не то. Смешно даже как-то! И думала – почему? Что я могла в нём найти? Неужели вот ЭТО меня могло привлекать, радовать, тянуть, разрушать?.. Не может быть! Меня, наверное, заколдовали тогда! Кстати, и по сей день про всех (абсолютно всех) моих бывших возлюбленных я думаю точно так же – неужели я могла из-за него страдать? Неужели могла его целовать, заниматься с ним сексом, говорить о любви, держать его за руку и чувствовать себя при этом счастливой? Неужели?!..

Единственное чувство, которое я несомненно испытывала ко всем своим «любимым» без исключения – это ревность! Я нереальная собственница! Всех ревновала, всех! Дико! Мучилась, страдала, изводила себя и их! И не знаю, как справится с этой тварью по имени Ревность! Она сильней меня и всегда побеждает! Я ревную даже тех, в кого нисколечко не влюблена, с которыми просто мимолетное увлечение, курортный роман, маленькое приключение!.. Ревную без повода (по поводу-то даже и камень заревнует, мне кажется)! Ревную к голливудским актрисам, бывшим девушкам, к первым детсадовским поцелуям, к замужним подружкам по институту, к прекрасным принцессам из сказок и к уродливым соседкам по лестничной клетке! Меня бесит даже, когда мой мужчина называет какую-то другую девушку по имени! Да что там, слово «девушка» в его устах в любом контексте не по отношению ко мне звучит, как повод для ревности! Наверное, у меня какая-то патология…

Был только один экземпляр, который так и не узнал моей испепеляющей ревности! Собственно, он вообще не узнал ни одного моего чувства по отношению к нему, кроме раздражения, потому что только раздражение я и испытывала. Это был интеллигентный мальчик Саша из хорошей еврейской семьи, воспитанный, умный, с которым я зачем-то встречалась, мучая его и радуя своих маму и папу (им он очень нравился). Это был, мне кажется, единственный мужчина, который действительно ТАК меня любил. Вот все остальные и до него и после – не знаю, они хоть и клялись в любви, но в голову-то им не залезешь, а сыграть всё что угодно можно. А насчет этого – уверена на все сто. Любил. Я вела себя с ним ужасно, издевалась над ним, хамила, обижала, вообщем, была последней сукой, и не понимала и до сих пор не понимаю, почему он всё это терпел. Наверное, в жизни каждой женщины когда-то был такой Саша. Кто-то вспоминает таких с оттенком легкой грусти: «Ах, отчего ж я тогда ломалась? Зачем не любила его?» Но прелесть таких положительных во всех отношениях мальчиков начинаешь ценить только в зрелом возрасте. А поскольку я до сих пор не выросла, то и сейчас не могу оценить и пожалеть, а только думаю, что какая же я умница, что не пошла против себя и не согласилась быть его женой! Потому что если бы я и смогла лет через 25 понять, как мне с ним повезло, я бы за эти 25 лет успела бы сойти с ума от скуки и отвращения! Кстати, он первый в моей жизни мужчина, который сделал мне предложение руки и сердца. И хоть я, разумеется, не согласилась, а просто тупо ржала в ответ (я была бестактная 18-летняя дура), он надеялся на лучшее, и даже сказал своим родителем, что женится. Наивный малыш!

А моя мама говорила мне:

– Лет через 5 ты пожалеешь!

Через 5 лет я ей напомнила это и сказала:

– Видишь, мама, я не пожалела!

– Вот совсем вырастешь и пожалеешь! – ответила мама.

Сейчас я периодически ей напоминаю, что не жалею.

И тот же разговор у нас происходил, когда я решила бросить музыкальную школу. Мама уговаривала меня: «Не бросай, лет через 5 пожалеешь!» Потом: «Лет в 25 пожалеешь!» Или: «Повзрослеешь – пожалеешь!» Я не пожалела. Это лишний раз убеждает мою маму, что я не повзрослела!

Я часто встречаю Сашу. Мы живем рядом. У него жена и сын. Первые 15 лет при встречах он ещё продолжал смотреть на меня глазами побитой собаки и всегда начинал говорить о любви, с болью, с обидой, с надеждой. Последнее время успокоился, стал каким-то ироничным по отношению к себе, про любовь больше не говорит, но на меня всё равно смотрит с восхищением!

Сейчас в моменты депрессии и разочарования во всем мире (а проще сказать в период ПМС) я всегда думаю – «Ни кому я не нужна, меня никто не понимает, все вы, сволочи, меня ненавидите, только один Саша меня и любил!»

Кстати, Сашу я бросила, потому что увлеклась своим бывшим будущим мужем.

Кроме Саши, в период «до замужества» у меня была ещё куча поклонников и обожателей, с которыми я крутила коротенькие шуры-муры, потому что была юная, смелая, безбашенная, весёлая, полыхала от гормонов, потому что у меня были длинные черные волосы, длинные красные ногти, короткие облегающие юбки, большое декольте и такое же большое самомнение!

Удивительно, что при всём этом мужу я досталась невинной! Если можно считать невинностью наличие девственной плевы. На мой взгляд, девственность это некий духовный атрибут, но в общепринятом физическом плане я была непорочна! В 19 лет!

По сегодняшним временам – нонсенс!

Кстати, я вообще очень задержалась в сексуально-половом развитии (потом догнала, конечно). Про секс я узнала в 17 лет! Про наличие полового члена тогда же. Нет, я знала, естественно, что мальчики и девочки по-разному писают, но все члены, которые мне довелось увидеть, это были маленькие писюнята у годовалых голых младенцев на пляже! То, что это может быть огромным, а ещё и использоваться как-то, кроме туалета, я понятия не имела, а когда увидела (как сейчас помню – в день седьмого ноября, красный день календаря, после демонстрации и первого в своей жизни глотка вина – ёпрст! – в 17-то лет!) я была крайне удивлена, да просто-таки шокирована. Но мне надо сказать (даже неудобно как-то признаваться) эта мужская атрибутика очень понравилась. А когда мне объяснили, для чего эта штука может пригодиться, тут вообще ликованию моему не было предела, я поняла, сколько интересного и волшебного я пропустила, и всерьёз заинтересовалась этим делом. В теории.

На практике же моя девичья честь оставалась со мной ещё два года.

2. МУЖ.

Мой первый мужчина. Бывший муж. Хотя до сих пор иногда говорю про него просто муж. Он кстати тоже не всегда говорит про меня «бывшая». Как-то я пришла к нему на работу, он должен был мне на вахте оставить какие-то диски, к тому времени мы были в разводе лет 12. Говорю вахтерше:

– Дима Белтов должен был у вас оставить для меня диски. Я его бывшая жена.

Вахтерша очень подозрительно на меня посмотрела и сказала:

– Бывшая? А он не говорил, что бывшая, сказал – настоящая. Сказал ПРОСТО жена придет.

Мне кажется, это он по привычке. Так же, как и я иногда. Хотя в телефоне я у него записана, как «Б.У.» (бывшая в употреблении). Это не обидно. От него совсем не обидно. Потому что он свой. Родной. Из всех представителей мужского пола он до сих пор мне самый близкий человек. Для меня высшая степень доверия к мужчине – если я не стесняюсь разговаривать с ним через дверь туалета, когда писаю. Не многие такой чести удостаивались! С Белтовым – не стесняюсь. Мы вообще очень с ним дружим.

Белтов, Белтуша… Я многих своих любимых называла уменьшительно-ласкательными именами и фамилиями (если можно уменьшить-приласкать фамилию) – Стасюша, Лёшечка, Артёмушка, Воробьюша, Белтуша… И так их называли мои подруги (за глаза, конечно). Девочки же всё друг другу рассказывают. Вот, например, моя красивая подруга Юля всем своим мужчинам давала клички (правда, все они почему-то были негативные, ну видимо, такие попадались мужики) и в разговорах все мы, её приятельницы, их так и называли «Придурок», «Тюлень», «Обезьяна», «Свинина», «Головастик»…

С Белтушей мы познакомились в институте. Учились на одном курсе, на факультете театральной режиссуры. На абитуре мы почему-то не встречались, я увидела его только в первые дни учёбы. Помню, должно было быть первое занятие по иностранному языку, и нас распределили по группам. Мы стояли в коридоре, «англичане» у правой стены, «немцы» у левой. А в центре стоял стол. И на этом столе сидел ОН. Равнодушный царь с непроницаемым взглядом из-под затемненных очков. Он мгновенно привлек моё внимание, потому что был не такой как все, причем на театральном факультете каждый второй был «не такой, как все», но он был самый не такой! (чёрт, опять сработал принцип «Самый»!)

Как в начале 90-х все мы выглядели, как одевались? Ну, известно как! Имея в виду то, что мы были студентами-театралами, возможно, мы как-то отличались от общей массы, ну там – шарфик какой-нибудь зелёный на оранжевом свитере, кеды с бусинками, словом, на что хватало фантазии в условиях всеобщего убожества! А, учитывая, что целыми днями у нас шли репетиции, одевались мы по возможности удобно – джинсы, лосины, майки…

А теперь представьте – высокий, худой, элегантный, как тридцать три Вертинских! Он был какой-то абсолютно не советский! Клетчатый пиджак, какие я видела только в иностранных фильмах (кстати, надо спросить у него, где он тогда его достал?), светлые брюки со стрелками, шляпа и дымчатые очки! И ещё рыжие усы! (Белтуша ослепительно-рыжий!)

Потрясающе породист! Герцог. Нет, граф. Маленькие руки, холеная кожа, интеллигентный нос, снисходительный взгляд, прохладный голос. Белая кость, голубая кровь. Ему бы играть положительных белогвардейских офицеров в фильмах про гражданскую войну.. Похож на доктора наук, на профессора. На голландского профессора. При всей положительности есть в нем что-то андеграундное. Я говорю – есть, потому что он остался таким же до сих пор. Он ВООБЩЕ не изменился! Наши однокурсники, когда мы изредка встречаемся, подозревают, что он или лежал в криогене, или не вылезает из барокамеры, или, в крайнем случае, колет ботокс. Потому что Белтуша такой же, как 20 лет назад! Такой же породистый и слегка нездешний. За границей его постоянно принимают то за голландца, то за француза, то за немца. Даже в ресторане в Сочи, официант, которому мы не успели сказать ни слова, стал объясняться с ним жестами. На наше удивление смущенно ответил:

– Я думал, вы по-русски не говорите, думал – иностранец.

А ещё Дима похож на папу Дяди Федора из мультика про Простоквашино. А я в детстве мечтала, что мой муж будет похож на этого папу. Замотивировала себя, блин!

Я увидела его, сидящего на столе, в шляпе, и меня потянуло к нему, как бабочку на свечу. Я не знала, как его зовут, но я была очень раскрепощенная и общительная, и, надев свою лучшую улыбку, прокручивая в голове самые кокетливые и всегда действующие заготовки, подошла к нему, уверенная, что через 10 минут, ну максимум через три дня он будет готов пойти за мной на край света! Просто обычно мой томный взгляд, узкие запястья и плавные бедра, мой эротичный (девичье заблуждение) смех и непринужденные разглагольствования (умные и взрослые, как мне тогда казалось) о сексе, всегда действовали на мужчин одинаково – они сходили с ума от желания! Любуясь собой, я выкинула свой первый козырь – фамильярно дотронулась до его щеки тыльной стороной ладони и заговорила с придыханием (в то время мне хотелось, чтобы ВСЕ мужчины теряли от меня голову, поэтому я до ВСЕХ дотрагивалась этим «фирменным» жестом и говорила не своим голосом. Это сочетание – жест-голос – мне казалось очень эффектным!)

– Почему ты сидишь здесь один? Вон там «англичане», а там «немцы». Не стесняйся!..

Я очаровательно подняла левую бровь и «случайно» поправила прядь волос. Он посмотрел на меня сверху вниз (я была ниже его ростом даже при условии, что он сидел), как смотрят на грязных попрошаек в метро, и медленно, презрительно произнёс (не сказал, а именно произнёс):

– Я учил французский язык.

Клянусь, на самом деле он очень членораздельно сказал «Уйди, пожалуйста, в ж**у, ничтожество!» По крайней мере, это так прозвучало. Но природная интеллигентность не позволила его языку это выговорить, поэтому автоматически перевела, как «я учил французский». (Потом, кстати, оказалось, что он единственный на курсе, кто учил французский)

Понятно, что я обломалась. Первый раз в жизни! Он не повелся на мои женские штучки. Это было невероятно! Моя самооценка офигела от неожиданности. Я бы, конечно же, решила, что он гей, но тогда о существовании геев я даже не подозревала, а допустить, что это что-то во мне не так, я не могла, поэтому решила, что просто он крепкий орешек, но тем интересней, и начала его добиваться! Хотя со стороны это, наверное, выглядело как «добивать», настолько упорна и энергично я это делала.

Через две недели я влюбилась, как кошка. Он был равнодушен. И этим меня жутко заводил.

Потом неимоверными усилиями, как то: рассуждения о Набокове (он очень ценил в женщине интеллект и начитанность), нежные прикосновения к его рукам, плечам, спине (этим его было не удивить – летом он работал в пионерском лагере, где подвергался сексуальным домогательствам пионерок и педсостава, но ему были, безусловно, приятны мои порывы), постоянное восхищение и живой интерес к его работе в театре (это, я думаю, сыграло решающую роль) мне удалось добиться его расположения. Он никак не демонстрировал, что влюблён, но снизошел до меня и стал несколько выделять из толпы. Зная Диму, его нордический темперамент и холодное равнодушие ко всему, кроме сна и футбола, это было нереальным прогрессом! Короче говоря, меня слегка подпустили ближе. Мы начали «дружить», то есть ходили с ним и моей красивой подругой Юлей (тоже наша однокурсница) в кино, спорили об искусстве и политике и разговаривали по телефону, при чем все разговоры в основном сводились к тому, что он изысканно меня стебал, а я беспрерывно смеялась. У него, между прочим, безупречное чувство юмора. Он феерически остроумен, пожалуй, даже, он самый остроумный человек из всех, кого я знаю.