Фабрика

Почему бы и нет? — через какое‑то время подумала она. — Что‑то же во всём этом есть. Может, напоследок я всё‑таки пойму, почему все так зациклены на сексе. Почему бы и нет…

К горлу подкатила горечь, но следом пришла ледяная уверенность, что это правильное решение.

Да. Она пойдёт и переспит с этим парнем. Незапланированный, но важный пункт. Иначе получится, что Лиза всё‑таки права, и Саша на самом деле никому не нужна даже в этом смысле.

Где‑то по краю сознания прошла мысль, насколько нелепо продолжать переживать из‑за слов заклятой подружки сейчас, прямо перед тем, как всё закончится. Как будто бы нет ничего более достойного, о чём можно…

Но Саша не успела додумать.

— Приехали, — громко сообщил таксист. — Сто восемьдесят.

— Сколько? — с ужасом переспросила Саша. — По телефону сказали…

— Сто восемьдесят рублей, — повторил он. — Новый год, красивая. Всё дорожает.

Саша прикусила губу и дрожащей рукой достала из кармана все свои деньги.

Ну, не совсем свои. Скорее, Лёшины. Но после того, как накануне Саша вытащила купюры из свиньи‑копилки, стоявшей в комнате старшего брата, их принадлежность стала не вполне определённой.

Она аккуратно разгладила все бумажки и пересчитала.

Двести рублей. Чудесно. Впрочем, от этого места до фабрики можно было дойти и пешком — пара километров, полчаса спокойным шагом.

— Возьмите, — сказала Саша. — Сдачи не надо.

Она вышла из машины и с сомнением оглядела длинную кирпичную пятиэтажку. На улице уже стемнело. Почти все окна были тёмными и безжизненными, свет горел максимум в десятке комнат, и Саша запоздало сообразила, что шансов застать Сергея почти нет. Наверняка он уже отмечает в компании друзей или с родителями.

Или со своей девушкой, — пришло ей в голову.

Саша шмыгнула носом и всё‑таки начала медленно подниматься по ступеням, ведущим к единственному входу в здание. Потянула на себя тяжёлую дверь, оказалась в мрачном коридоре, увидела сидевшего перед металлическим турникетом‑вертушкой пожилого мужчину и испугалась, что так просто пройти не удастся. Но в тот же момент мужчина издал какой‑то странный звук, похожий одновременно на всхлип и храп, уронил голову на грудь, и Саша поняла, что он мертвецки пьян.

Она выдохнула, осторожно прошла через вертушку и начала подъем уже по внутренней лестнице. Нашла нужный этаж и нужную комнату, пару минут постояла, слушая биение собственного сердца, разглядывая дверь и не решаясь постучать. Кажется, это стало чем‑то вроде мини‑традиции — рассматривать чужие двери. Саша хмыкнула, подумав об этом, и подняла сжатый кулак.

— Ты к Серёге? — раздался женский голос откуда‑то справа.

Саша дёрнулась и повернулась на звук — из соседней комнаты выглядывала растрёпанная черноволосая женщина в пижаме и с зажатой в зубах незажженной сигаретой.

— Да, — ответила Саша.

— Его нет, — сообщила брюнетка. — Ушёл минут пятнадцать назад.

— Совсем ушёл? — растерянно уточнила Саша.

— Да кто ж тебе теперь скажет. Он передо мной не отчитывается. Дверь хлопнула, поэтому и знаю. А ты кто? Подруга его новая?

Новая.

Сашу кольнуло это слово.

Новая подруга. Значит, была и старая? Хотя почему в единственном числе? Наверняка их было много. Парень, который так целуется, вряд ли…

Саша постаралась отогнать странные мысли. Какая разница, сколько девушек у него было или есть? Никакой. Сейчас это не имело значения.

— Ну ты подожди. Может, придёт, — посоветовала брюнетка. Она выудила из кармана зажигалку, щёлкнула колёсиком, раскурила сигарету, скользнула по Саше ещё одним откровенно изучающим взглядом, кивнула и скрылась в своей комнате.

В коридоре стало как‑то слишком тихо… и пусто.

Так же тихо и пусто, как дома. И Сашу мгновенно окутало чувство, от которого она не могла избавиться вот уже полгода, но так и не смогла подобрать слово, которое точнее всего отражало бы его суть. Тоска? Отчаяние? Безнадёжность? Не то. Всё это было не то.

Ненужность, — вдруг подумала она.

Да. Это было ближе всего. Ненужность. Ненужность и необязательность для этого мира. Никто не заметит, когда она из него уйдёт. Если только Тёма…

Саша сжала зубы. Достала из кармана телефон и начала набирать сообщение для Лёши — потом на это могло просто не хватить времени или решимости. Она написала несколько строк, перечитала и сохранила в черновиках. Обхватила себя за плечи, прислонилась к стене, опустилась на корточки и закрыла глаза.

Кажется, прошла буквально секунда, и к её плечу кто‑то прикоснулся и сказал:

— Эй, просыпайся!

Саша вздрогнула и посмотрела на нависшего над ней парня.

Чёрная куртка, снежинки в тёмных волосах, настороженный взгляд серых глаз. Сергей.

— Я не сплю, — сообщила ему Саша.

Сергей усмехнулся, выпрямился и строго спросил:

— Ты зачем пришла?

Понимаешь, Серёжа, сегодня вечером я планирую спрыгнуть с крыши одного из цехов рядом с папиной фабрикой, но перед этим хочу заняться с тобой сексом. Ты же не против?

Интересно, что бы он сказал, услышав такой ответ? На миг искушение увидеть его реакцию стало таким сильным, что Саша почти решилась заговорить, но спохватилась и взяла себя в руки.

— Твой отец знает, где ты? — продолжил свой допрос Сергей.

Саша вспыхнула — и от тона, и от сути вопроса. Кажется, умение выводить её из себя буквально одной фразой было тайной сверхспособностью этого парня. Но злость сейчас была даже кстати. Она помогала собраться.

— Можно я зайду? — как можно тише и жалобнее попросила Саша. — Пожалуйста.

Сергей вздохнул, молча вставил ключ в замок и открыл дверь. Саша поднялась на ноги, вопросительно на него посмотрела и наткнулась на совершенно нечитаемый взгляд. Он приглашающе взмахнул рукой, и Саша вдруг ощутила, как по спине пробежал холодок. Она кивнула, перешагнула порог и растерянно замерла. Комната оказалась настолько маленькой, что было вообще непонятно, как тут можно жить. Кровать, стол, табурет, шкаф и холодильник съедали почти всё пространство, и оставшегося клочка свободного пола едва‑едва хватало для них двоих.

— Располагайся, чувствуй себя как дома, — произнёс Сергей, и в его голосе ясно звучал сарказм.

Саша посмотрела на табуретку, кровать, снова на табуретку — и села на край кровати. В конце концов, она пришла не разговаривать, так что…

Она сняла шубу, неторопливо расстегнула заколку и встряхнула головой, надеясь, что это выглядит хоть немного сексуально. Покосилась на Сергея, оценивая произведённый эффект, но удивлённо‑ироничное выражение его лица не предвещало ничего хорошего. Саша вздёрнула подбородок и улыбнулась.

Сергей медленно снял куртку, повесил на приделанную к двери вешалку и переобулся в домашние тапочки. Саша опустила глаза на свои сапоги, но суетиться и снимать их сейчас было бы уже слишком глупо.

— Откуда ты знаешь, где я живу? — спросил Сергей.

На этот вопрос ответ у неё был:

— Посмотрела у Лёши в записной книжке.

— Ясно. Что случилось? Зачем ты сюда пришла?

А на этот снова не было.

— Захотелось, — сказала Саша и снова улыбнулась.

Сергей хмыкнул.

— Почему ты больше к нам не приходишь? — продолжила она. — Я скучала по тебе.

Он смерил её взглядом и с лёгкой насмешкой сообщил:

— Тебе шестнадцать.

— Уже семнадцать.

— Неважно.

Он произнёс это таким тоном, каким, наверное, слон мог бы сказать кроту: «Мы разные виды, дружок, у нас ничего не выйдет». Саша непонимающе уточнила:

— Проблема в этом? В моем возрасте? Поэтому ты не хочешь быть со мной?

Сергей запрокинул голову и засмеялся, как будто она сказала что‑то по‑настоящему забавное. Отсмеявшись, он снова заговорил — снисходительно и немного устало:

— Что ты несёшь? Подумай, кто ты и кто я. Посмотри, как я живу.

Саша моргнула. Хотела хоть что‑то ответить, но не смогла подобрать правильные слова.

— Что ты устраиваешь? — со злостью продолжал Сергей. — Заскучала у богатого папочки? Хочешь приключений?

Заскучала? О да, разумеется! Я же просто богатенькая дурочка, у которой нет никаких проблем, поэтому она ищет развлечения на свою пятую точку! Всё именно так.

— А если хочу? — с вызовом спросила она.

Сергей, не сводя с неё глаз, растёр висок и не ответил.

— Почему ты молчишь? — Саша поднялась с кровати. — Я же нравлюсь тебе. В чем проблема?

Сергей отступил.

Это выглядело… странно. Странно, неправильно, ненормально. Хотя весь её мир давно уже перестал быть нормальным. Возможно, никогда и не был, просто пока рядом была мама, это не так бросалось в глаза…

Саша снова почувствовала бесконечную усталость. Наверное, нужно было просто уйти и отправиться на фабрику, чтобы положить всему конец, но она зачем‑то сделала два шага вперёд и сказала:

— Я хочу тебя.

Сергей ошарашенно на неё посмотрел и шагнул в сторону.

Саша упёрлась взглядом в стену. По выцветшим, рассохшимся обоям змеился тонкий изящный узор из мелких трещин и разрывов. Странно, но это вдруг показалось ей красивым — возможно, потому, что картинка перед глазами стала какой‑то нечёткой. Всё расплывалось, как в тумане, но всё равно было красивым. Наверное, можно было зарисовать и это, только надо было решить, чем и…

Спустя миг она вернулась в реальность и вспомнила, где она и зачем. Сергей всё так же молчал, и Саша поняла, что говорить придётся ей. Сил на ложь не оставалось, поэтому она решила сказать правду. Часть правды.

— Я встречалась с одноклассником. Долго, почти полгода. Он хотел большего, я отказалась. Решила, что ещё рано. В сентябре мы расстались. Тогда я не переживала, совсем. Но недавно я узнала: перед тем, как он меня бросил, этот урод пошёл к моей лучшей подруге. Она ему не отказала. И теперь у меня нет подруги.

Сергей вздохнул.

— У меня вообще никого и ничего нет, — добавила Саша.

— И? — морщась, спросил он. — Ты решила им отомстить, переспав с первым встречным?

Саша пожала плечами. В таком изложении всё выглядело очень тупо и мелодраматично, но объясняться она не хотела.

— Так, мы всё выяснили, отлично! — Сергей неожиданно улыбнулся. — Давай больше не будем о грустном. Выпьем по стаканчику… ммм… чая, и я провожу тебя домой.

— Дело не в мести, всё сложнее, — всё‑таки сказала Саша. — И ты для меня не первый встречный.

— Ну конечно не первый встречный, — с иронией согласился он. — Я же Серёга. Приятель твоего брата. Может, и мы с тобой подружимся, правда?

Саша невольно усмехнулась и покачала головой:

— Я могла бы соврать, но не буду. Мы не станем друзьями. Не получится.

— Понятно. Нет значит нет.

Сергей развёл руками, затем выдвинул из‑под стола табуретку, сел, отвернулся к окну и снова растёр висок.

Саша прикусила губу. Не понимая, зачем это делает — ведь он более чем определённо дал понять, что не планирует играть в её дурацкие игры — подошла ближе и осторожно положила руки на его плечи. Почувствовала прошедшую по его спине дрожь, наклонилась и проложила дорожку из поцелуев по его шее, каждое мгновенье ожидая, что Сергей её оттолкнёт, но неожиданно он повернулся к ней, так что следующие поцелуи пришлись уже в щеку и губы. Сергей поднял руки и посадил Сашу на свои колени, углубляя поцелуй и заставляя её снова, как и тогда, осенью, на несколько секунд почувствовать себя нужной хоть кому‑то… А потом всё закончилось.

Он отстранился и посмотрел ей в глаза.

Саша стиснула челюсти, почему‑то ожидая услышать очередное нравоучение, но вместо этого Сергей обречённо выдохнул и сказал:

— Ты очень красивая, Саша. Очень.

Она уткнулась лбом в его плечо, скрывая непрошенные слёзы.

Слёзы сейчас — зачем, почему? От жалости к себе из‑за того, какой могла бы быть её жизнь, если бы у неё были силы жить? Из‑за обиды на судьбу, которая зачем‑то привела её в эту маленькую комнатушку на краю города? Из‑за вновь вспыхнувшей надежды, что удастся закончить весь этот цирк, выполнив последний пункт своего дурацкого плана?

Саша не знала, но не могла ничего с собой поделать.

Сергей прижал её к себе и полминуты просто молчал. Затем мягко и нежно погладил по щеке и неожиданно плотно прижал ладонь к её лбу.

— Всё‑таки у тебя температура, — с тревогой сказал он.

— Что? — она как можно незаметнее вытерла глаза и выпрямилась.

— Ты горячая, — объяснил он. — Я думал, мне показалось, но нет. Ты очень горячая. Одевайся, а я пока вызову такси.

— Такси? Нет, не надо… — Саша умолкла под его непонимающим взглядом. — У меня нет денег, — со стыдом объяснила она. — Папа… в общем, денег нет… И я… Мне надо ещё в одно место. Я пойду. Извини.

— Куда ты пойдёшь с температурой под сорок? — хмуро спросил Сергей. — Я отвезу тебя домой.

Паника накрыла её с головой.

Ей важно было сделать всё именно сегодня. Фабрика, главный праздник страны, она всё хорошо придумала, почему всё шло не так? Завтра у неё просто не хватит решимости, и придётся продолжать жить. А продолжать она не хотела.

— Нет, пожалуйста… — попросила Саша.

Но Сергей её уже не слушал, а набирал на своём мобильном номер таксопарка.

Глава 5

19 августа 2022 г.

Алексей тяжело поднялся со своего места.

— Я продолжу, — сказал он.

— Мне тоже встать, наверное, всё‑таки генеральный директор поздравляет? — хмуро предложил Сергей.

Алексей покачал головой. Рука сама собой легла на плечо Сергея близко, слишком близко к шее и нажала гораздо сильнее, чем нужно. Сергей чуть заметно поморщился.

— Нет, не стоит, сиди… — Алексей выдавил из себя улыбку. — Так вот… Сергей… сколько лет мы уже знаем друг друга? Восемнадцать? За эти годы между нами было… всякое. Но, несмотря на это, я рад, что мы все тогда встретились. С момента нашей встречи, так уж сложилось, я перед тобой в большом долгу. Желаю тебе крепкого здоровья и семейного счастья. За тебя, Сергей!

Алексей снова сел. Видимо, в своём стремлении не выносить на всеобщее обозрение их внутренние разборки он перестарался, и тост получился слишком благожелательным. Сергей всё понял не так.

— Лёха, я не ожидал, спасибо, — тихо сказал он. — Ты мне ничего не должен, наоборот…

Да, черт возьми, да!

Ты тоже мне должен, ты же всем обязан нашей семье!

Как ты мог, Серёга?

Почему?

Но вместо того, чтобы сказать это вслух, Алексей неловко похлопал Сергея по спине и вручил конверт с денежным подарком от компании.

Как жаль, что я не могу тебе врезать прямо здесь и сейчас.

1 января 2005 г.

Саша резко поднялась на кровати, но стены комнаты сделали неожиданный кульбит. Спустя секунду она поняла, что просто не удержала равновесие и снова лежит на подушках.

— Тихо, лежи, лежи, — раздался отцовский голос с небольшой софы у окна. Он встал и подошёл ближе. Саша, морщась от головной боли, всмотрелась в его обеспокоенное лицо, а потом опустила взгляд на протянутую руку и зажатый в ней стакан. — Вот, выпей, — сказал он.

— Я не хочу пить, — хрипло ответила Саша. Дышать удавалось с трудом, в голове гудело, но сквозь шум уже пробивались воспоминания о вчерашнем дне.

Разговор с Артёмом.

Такси.

Сергей. Зачем она поехала к Сергею, почему не сразу на фабрику, почему?!

Снова такси, только там она была уже не одна, а с Сергеем.

Дверь дома и… провал. Полнейший провал. Наверное, она и правда заболела.

— Попей, — настойчиво сказал отец. — Тебе надо больше пить.

— Нет, мне надо…

Мысли путались, и она не договорила.

— Куда ты вчера ходила? — спросил отец, засовывая руку под подушку и приподнимая Сашу в полусидячее положение.

Она посмотрела на воду и решила, что стоит хотя бы сделать вид, что пьёт, тогда удастся уйти от разговора. Взялась дрожащими пальцами за стакан и медленно, крошечными глотками, его опустошила.

— Молодец. Теперь спи, — сказал отец, и она послушно закрыла глаза.

2 января 2005 г.

Лёша осторожно приоткрыл дверь и несколько мгновений тихо стоял у порога.

— Я не сплю, — обречённо сказала Саша.

— Ты как, мелкая? — негромко спросил он.

— Жива, — с отчаянием ответила она.

— Это хорошо. Ладно, лечись давай, я отъеду по делам, а вечером с тобой посижу, почитаю тебе, хочешь?

Саша подняла брови:

— По делам?

— Да, по работе надо кое‑что…

— По работе? — с невольным презрением переспросила она. — Ясно.

— Что не так с работой? — с вызовом поинтересовался Лёша.

— Ты не поймёшь. Ты как папа. Тебе не понять.

— Куда уж мне, — с ухмылкой откликнулся он. — Понимать, как можно жить без денег, дано только тебе.

— Зачем нужны деньги? — спросила она.

— Что?

— Они бесполезны, — сказала Саша.

— Ладно, мелкая, лечись, я поеду.

— Если бы деньги могли хоть когда‑то, хоть кому‑то, хоть чем‑то помочь, мама была бы жива, — со слезами договорила она и накрылась одеялом с головой.

Лёша шумно выдохнул и захлопнул дверь в её комнату.

* * *

Сергей проснулся от настойчивого стука.

Посмотрел на будильник, стоящий на столе — 8:29. Рановато для гостей в праздничные дни. Да и какие у него могут быть гости?

Стук повторился.

Сергей скинул одеяло, нащупал под кроватью тапочки и поплелся к двери. Открыл. На пороге стоял взбудораженный Алексей в припорошенной снегом дубленке.

Сергей тоже почувствовал себя очень, очень бодро.

Неужели Саша что‑то рассказала брату? И поэтому он пришёл?

Так, без паники, один поцелуй… ладно, два… что в этом такого?

— Ты чего в такую рань? И зачем? — Сергей наигранно зевнул и потянулся.

— Я все понял, — сообщил ему Алексей и зашел внутрь.

Сергей постарался изобразить еще один расслабленный зевок, но, когда закрывал рот, зубы от страха клацнули друг об друга. Алексей выше на полголовы и крупнее на пятнадцать килограммов. Если он решит пустить в ход кулаки, шансов дать достойный отпор немного.

Но Алексей уже не обращал на Сергея внимания, сел за стол, достал из небольшого пакета пачку исчерченных листов и разложил их в каком‑то непонятном порядке на столе.

— Вот оно…

Сергей ожидал совсем другого, поэтому сначала даже не понял, что говорит Алексей, и продолжал тупо на него смотреть.

— Ты что, ещё спишь?

— Что?

— Да вот же. Я понял, как надо разместить зоны хранения готовой продукции и материалов в цехе, чтобы разгрузка и погрузка шли быстрее. Но я плохо разбираюсь в самом производстве. Сан Саныч меня послал, сказал, что работать начнет только десятого. Поэтому нужна твоя помощь. Какие вообще у нас есть станки и как их лучше расположить, чтобы меньше таскать продукцию и полуфабрикаты? Можешь сказать?

Сергей моргнул.

Алексей пришел по работе. Хорошо.

Какое‑то время Сергей изучал рисунки, потом вздохнул:

— Станки так просто не перетащишь. Есть тяжелые, под тонну весом, а то и две. Надо их разбирать, потом собирать, или загонять технику. И питание подводить к новым местам, и настраивать заново. Не на один день работа, простой будет дней на десять. А сейчас сам знаешь, какие объемы идут. Если только в начале лета что‑то получится.

— Давай нарисуем идеальную схему. Потом подумаем, как мы будем это делать, — нетерпеливо предложил Алексей.

Его энтузиазм был заразительным, и Сергей улыбнулся:

— Как скажешь. Только я начал бы с кладовок. И кладовщика. Давай нарисуем кладовщика? А то я заколебался по полдня искать детали и фурнитуру.

Алексей одобрительно кивнул.

— Идет. Спасибо, что согласился помочь. Я с самого начала понял, что могу на тебя рассчитывать во всех вопросах.

К двенадцати часам схема никогда не существовавшего в реальности идеального цеха была готова. Алексей собирал свои бумажки и карандаши. Наклонился под стол за упавшим ластиком и вынырнул оттуда с загадочным выражением лица.

— Тебя можно поздравить?

— Не понял, — честно ответил Сергей.

Алексей снова нырнул под стол и достал из пространства между столом и кроватью изящную заколку для волос в виде серебряной змейки:

— Девушка в гости заходила?

Ой, как хорошо, что ты нашел заколку. Не передашь её Саше?

— А, это. Да. Нет. Наверное, соседка из соседней комнаты уронила. За солью приходила, у нее закончилась.

Алексей покачал головой.

— Ты не выкидывай, отдай соседке. Такая заколка прилично стоит. У Сашки похожая есть, она на неё полмесяца карманные деньги копила.

Сергей постарался подавить очередной приступ паники и ответил как можно непринужденнее:

— Дорогая она, да? Не разбираюсь я в бабских штуках… Наверное, ей парень подарил. Не Саше. Не Саше, конечно же, соседке.

— Понятно, понятно, — Алексей улыбнулся. — Ты давай поосторожнее с соседками и их парнями.

— Как скажешь, — с облегчением ответил Сергей. — Ну ладно, завтра может на работе увидимся. Вы ведь тоже работаете?

— Работаем. До встречи!

Алексей ушел. Сергей запер за ним дверь, опустился на кровать и почувствовал, что вся футболка пропитана холодным потом.

3 января 2005 г.

Саша, слегка покачиваясь и крепко держась за перила, медленно спускалась по лестнице. В окна било не по‑зимнему яркое солнце, вызывая очередные вспышки головной боли и тошноты. Грипп — или что это вообще было? — вымотал её так, что она казалась самой себе древней развалиной.

На поворотной площадке её обогнал Артём, одетый в джинсы и толстовку, и, даже не поздоровавшись, помчался в сторону гостиной.

— Миленько, — пробормотала Саша и продолжила своё героическое снисхождение.

Когда она наконец добралась до кухни, младший брат уже был там и с аппетитом доедал кусок пирога.

— Будешь? — предложил он и махнул рукой в сторону огромной тарелки с выпечкой.

— Алина Владимировна приходила? — предположила Саша.

— Ага, — подтвердил Артём. — Но уже ушла.

— Ясно, — пробормотала Саша.

— Папа на работе, Лёша не знаю где, — продолжил брат. — Я пообедаю и пойду к Вике.

— К Вике? — Саша вздохнула. Она хотела спросить, почему к Вике, а не к Лене, но решила, что всё равно не сможет понять все хитросплетения личной жизни двенадцатилетних подростков, так что смысла никакого не было.

— Кстати, как думаешь, Старый Новый год тоже праздник или как? — деловито поинтересовался Артём.

— Праздник, — ответила Саша.

— О, круто. Тогда попрошу у папы игровую мышку. Та, которую он купил, вообще ни о чём.

Артём доел пирог, допил молоко и быстро выскользнул из кухни. Через минуту громко хлопнула входная дверь, и дом окутала звенящая тишина.

Саша, впав в оцепенение, смотрела на тарелку с никому не нужными пирогами. Такими же ненужными, как и она сама.

— Тоже праздник, — сказала она через какое‑то время. — Почему бы и нет.

10 января 2005 г.

— Как дела?

Сергей, за секунду до этого склонившийся над упаковочным столом, от неожиданности чуть не прострелил свою руку степлером.