Измена. Ребенок от другой

Глава 7 Влюбилась с первого взгляда

Алиса

– Почему ты пришла только через год? – спрашиваю у Оли.

Молчит, ковыряет вилкой в тарелке, бесит, блин! Строит тут из себя недотрогу, а сама к женатому мужику в постель залезла едва только восемнадцать исполнилось!

– Понимаете, Ромочке нужна операция, на сердце, а в Москве все так дорого, мне очень нужна помощь.

О, как, наверное, по этому малыш тихий такой. Смотрю на бледное личико, большие черные глазенки. Жалость кольнула в сердце, за что ему это? Мало того что мамаша с папашей идиоты, так еще и болезнь.

Оля правильно все рассчитала, мы хоть живем в Подмосковье, но у Руслана много связей в Москве, и денег тоже много, он сможет помочь малышу, оплатить операцию и лечение.

– Вы не думайте, мне Руслан Каримович не нужен, мне бы чтобы сыночку помочь, а потом я уеду и вы о нас больше не услышите.

– Как же ты растишь ребенка одна? – спрашиваю я, хотя прекрасно знаю, каково это, сама Егора одна воспитывала, пока Руслан не появился.

– Как все, сестра помогает, мама иногда посидит, а я на подработку, полы помыть в подъезде, ремонт кому-то сделать помочь, кручусь потихоньку. Детские пособия опять же…– пожимает плечами.

Я вспоминаю как я крутилась, чтобы прокормить себя и Егора, прекрасно ее понимаю. Но…у меня другая ситуация была, у меня выбора не было, а у этой девицы, охочей до чужих мужей он был!

– А перед тем как ноги раздвигать перед женатым мужчиной, ты о чем думала? Что сможешь его из семьи увести? Или о том, что он влюбится в тебя без памяти и женится? Где твоя голова была?! Знаешь, мне тебя совсем не жаль! Сама виновата, а вот ребенка твоего очень жаль. Не виноват он, что у него мать дура! – повышаю голос, но вижу испуганный взгляд Ромы и снижаю до шепота.

– Я знаю, что виновата, – отвечает грустно, поднимает на меня глаза, кристально голубые, невинные, – но я не знала, он пригласил меня за столик, кольца у него не было. Мы выпили, много выпили, я не соображала, а он мне так понравился, прям влюбилась с первого взгляда. И потом Руслан Каримович был очень настойчив. На следующий день, я узнала, кто он и тут же убежала, даже на работу несколько дней не выходила, но поздно, уже Ромочка получился. Я бы никогда не потревожила вас, если б не операция. Я очень люблю сынишку, нам и вдвоем хорошо было.

О, да, Руслан умеет быть настойчив! Это я тоже знаю очень хорошо. Да и чего я накинулась на девочку, в чем ее вина?

Шикарный мужик обратил внимание, она и рада. Еще и без обручального кольца, не будет же она у него паспорт спрашивать.

– Предохраняться надо было…– бурчу в ответ и отвожу взгляд. Пожимает плечами, улыбается виновато.

Злости нет на нее, она такая же жертва подлого, вероломного, паскудного кобеля.

Приходит няня, я иду одеваться, теперь я уже скорее хочу увидеть тест, чтобы бросить его Руслану в мерзкую рожу. Уверена, ребенок от него.

Звонит телефон, Руслан. Легок на помине.

– Я сейчас приеду, – заявляет настойчиво.

– Не надо, ты здесь не нужен, – отвечаю спокойно.

– Нам надо в клинику, забыла?

– Я сама приеду, сейчас няню дождусь и приеду.

Я сбрасываю звонок, не дожидаясь ответа.

– Можно я с вами? – умоляюще просит Оля, – сразу и про операцию поговорю с Русланом…Каримовичем.

– Да перестань его по имени отчеству называть! – я психую, – в постели тоже так называла?!

– Простите…– сидит потупившись.

– Ладно, проехали!

Я злюсь, злюсь на нее, на Руслана, на весь мир! Спрятаться бы от всех на необитаемый остров, зализать раны, восстановиться. Но не могу, надо решать уйму вопросов, и эти любовнички как назло перед глазами маячат.

Наконец приходит няня. Я вызываю такси, потому что совсем не уверена, что смогу сейчас ехать за рулем. Едем молча, я кошусь на Ольгу, она похоже совсем не волнуется, сидит с интересом разглядывает город за окном. Господи, да она ребенок совсем! Куда Руслан смотрел? Ей едва двадцать исполнилось.

У порога клиники нас встречает Руслан, тянется поцеловать меня, но я отклоняюсь как от прокаженного, физически не могу позволить прикоснуться к себе, меня тошнит от него.

Вижу как он злость, обиду, разочарование в его глазах, вижу как крепко сжимает зубы, но мне фиолетово, пусть хоть забесится, не имеет он больше никаких прав на меня.

Мы заходим в клинику, и я получаю конверт с результатом.

Ну вот и настал момент истины.

Глава 8. Я его боюсь!

Алиса

Настал момент истины. Смотрю на Руслана, зубы сжал так, что желваки ходуном ходят.

Кто же ты Руслан? Жертва аферистки или предатель.

Вскрываю конверт.

Отцовство подтверждено, 99,9 процентов.

Небо рушится на меня, выбивает воздух из лёгких, всей тяжестью обиды. Последняя, крохотная надежда умирает, корчась в муках.

И моя душа корчится в месте с ней, в адовом пламени измены! В глазах все темнеет, вот и все, конец моему счастью, конец моей любви. Все банально, загулял, изменил, ребенок, тысячи женщин проходят через это, но мне кажется только мне так больно, что никто так не страдал как я. Не понимаю, как после такого они находят в себе силы жить дальше, улыбаться.

– Лиса! Что с тобой, – сильные руки встряхивают меня, – посмотри на меня.

– Не трогай меня, – цежу сквозь зубы, – сволочь, ты мне противен.

Отшатывается как от пощечины, выдергивает бумагу у меня из рук.

Читает.

– Этого просто не может быть! – говорит сдавленно, – не может быть! Это не может быть мой ребенок!

Размашисто подходит к Оле, хватает за плечи, трясет как тряпичную куклу.

– Кто ты такая? Откуда взялась? Кто тебя послал?! Прибью, мразь! Я тебя выведу на чистую воду, ты мне все расскажешь сейчас!

Глаза бешеные, совсем с катушек слетел. Сейчас прибьет девку.

– Никто…– пытается ответить он, а у самой аж зубы клацают.

– Остановись! – втискиваюсь между ними, – прекрати этот фарс! Это твой ребенок!

– Лиса! Я клянусь тебе! Я ее не знаю!

– Ну конечно, для секса ведь не обязательно знакомиться! – кричу я, – всунул, высунул и пошел! Отпусти ее! Будь мужчиной, признай свои ошибки и признайся!

Он отпускает Олю, запускает руки в волосы, лохматит их, мне больно смотреть на него, мне стыдно за него. Натворил, значит, делов и в кусты. Не знает он! Все он знает!

– Алиса, ты же меня любишь! Почему ей веришь? Я не знаю, как это получилось! Может…Может она сперму у меня взяла как-то? Или…или полотенце в гостинице после меня сперла!

– Руслан, ты идиот? Ты думаешь, что если я смотрю сериалы, то в поверю эту хрень?

– У нас дети…

– И что? У тебя с ней вон ребенок тоже, вот и вали к ней! – тыкаю в Олю пальцем.

Оля съежившись переводит испуганный взгляд то на меня, то на Руслана.

– Молодые люди! – охранник спешит в нашу сторону.

Видимо наш скандал привлек его внимание. Поворачиваюсь и иду к такси, хорошо, попросила водителя подождать. Оля семенит следом. Послать бы ее, да пускай сначала Рому своего забирает. И пошли они все!

В такси звоню няне и прошу увести моих мальчишек в детский центр, как только мы войдем. Не смогу сейчас улыбаться, не смогу делать вид, что ничего не было.

– Собирай Рому и уходи, загостилась, – бросаю Оле с порога.

Совершенно не ожидаю того что происходит дальше. Оля вдруг падает на колени и молитвенно складывает руки.

– Алиса, миленькая, не выгоняйте, пожалуйста! Мне не к кому больше обратиться! А мой Ромочка умрёт. Прошу вас, помогите! Я все буду делать, стирать, готовить, с детьми нянчиться, я все умею. Не гоните, помогите моему ребенку! Вы же сама мамочка.

Я офигеваю от такого напора.

– Иди к Руслану! Ты же с ним спала, я при чем?! – рявкаю я, справившись с удивлением.

– Я боюсь его! – плачет нелепая любовница, – он злой, очень! Если б не Рома, я бы никогда…

Да, ситуация! Согласна, Руслан сейчас в бешенстве, но ребенку он не навредит. Или навредит? Как оказалось я совсем не знаю своего мужа. На что еще он способен?

– Ты прекрасно можешь пожить в гостинице, – возражаю я.

– Я не могу…я боюсь…он найдет меня. Я никого здесь не знаю, прошу вас Алиса! Вас он не тронет, он вас любит, я вижу. Я виновата, я тварь, знаю. Но Ромочка, он же ни в чем не виноват!

– Да, блин! Я то тут причем?! – взрываюсь я, – ты пришла в мой дом! Разрушила мою жизнь! Что ты хочешь от меня? Чтобы я тебя пожалела? И не подумаю! Ты сама раздвигала ноги перед ним. Ты приняла решение родить! А теперь строишь из себя невинную овечку! Нужен тебе Руслан? Бери! Дарю! Вали!

Слезы подступают к глазам, но я не собираюсь плакать перед этой малолетней шалашовкой! Мне нужно побыть одной. Мое горе настолько сильно, что разговаривать и решать что-то у меня просто нет сил. К черту! Пошли все к черту!

Глава 9. Лиса, ты сумасшедшая!

Алиса

Прикрываю глаза, пытаюсь расслабиться, собрать разбегающиеся мысли в кучу. Не могу сосредоточиться, горький детский плач отвлекает, зудит в ушах, бьет по мозгам.

Не могу поверить, что это происходит со мной! В моем доме, любовница моего мужа с ребенком моего мужа, абсурд!

Надоело, выхожу из комнаты, намереваясь высказать этой девке, пусть успокоит малыша. И какого фига она все еще здесь?

– Да заткнись! Задолбал – слышу сквозь дверь злобный приглушенный голос.

Кровь бросается мне в голову. Рывком распахиваю дверь.

– Что ты сказала? – в бешенстве смотрю на нее.

– Я…я по телефону…– лепечет дура, – Я со своим парнем разговаривала, бывшим. Он все никак не поймёт, что мы расстались.

Недоверчиво смотрю на телефон в ее руке. Уверена, она орала на ребенка.

И что мне делать? Вызвать полицию? Многие мамаши орут на детей, это почему-то не считается преступлением. Меня никто и слушать не станет.

– Лучше бы ребенка успокоила, мамаша! – рявкаю я, – жду тебя на кухне, со всеми документами.

Одна я сейчас ничего не решу. Я знаю, кто поможет мне разобраться. Я набираю номер брата Руслана, он адвокат, очень хороший мой друг и муж моей подруги.

– Ринат, можешь приехать? У меня проблемы.

– Через полчаса буду, – мгновенно отвечает он.

Ринат как обычно, немногословен, предпочитает решать дела действием.

Наливаю чашку мятного чая. Жду. Заходит Оля, мнется на пороге с папкой в руках.

– Давай, – протягиваю я руку.

Она протягивает мне папку, замечаю как дрожит рука. Боится? Меня или чего-то еще?

Внимательно рассматриваю паспорт, фото конечно фигового качества, но сходство определенно есть. Свидетельство о рождении Ромы, в графе отец – прочерк.

Далее идут всякие медицинские документы, в которых я мало что понимаю, разобрала только что-то про врождённый порок сердца. На первый взгляд все нормально, но пусть Ринат проверит.

– Если тебе есть что сказать, говори сейчас, потому что потом я никаких объяснений не приму. Если наврала, тебя ждет тюрьма.

– Я сказала правду, – вскидывает на меня глаза.

– Сейчас приедет мой адвокат и разберётся, а пока собирай вещи. Поедешь с Ромой в больницу, на обследование.

– Но мы обследовались…в Туле, – начинает она.

– Я хочу чтобы ребенка обследовал мой знакомый врач. Я тебе не доверяю. – прямо говорю я.

– Ма-ма, – в кухню приковылял на неверных ножках Рома.

– Ма-ма? – подошел ко мне, заглядывает в глаза.

Не могу унять свой материнский инстинкт, мне безумно жаль малыша, он такой беззащитный, угораздило его родится у этой…

– Сынок, вот, я, я здесь! – Оля как то наигранно смеется и подхватывает Рому на ручки, сажает себе на колени. Он сует пальчик в рот и как-то обреченно затихает.

– Ты его кормила? – спрашиваю я.

– Да, утром…– отвечает неуверенно.

– Да, блин! Он же голодный! Что ты за мать-то такая?!

Она подскакивает как ужаленная и начинает метаться по кухне. Разводит кашку и сует ребенку бутылочку. Рома начинает жадно есть, не удивлюсь если она и с утра его не покормила.

Звонок в дверь, иду открывать. Провожаю Рината на кухню.

– Знакомься, это Оля, любовница Руслана, а это его сын, Ромочка.

– Кто?! – у Рината отваливается челюсть.

Кажется мне удалось пробить невозмутимость Рината, правда, он тут же взял себя в руки. Оля шмыгает за дверь.

– Поясни…

– А что тут пояснять? Вот…пришла…влюбилась, говорит, не могу…дите родила. Днк сделали, это действительно его ребенок.

– Так, а что она здесь делает? И где Руслан?

– Руслана я выгнала.

– А ее значит оставила?! – снова поразился Ринат.

Ух ты, я сегодня даже два раза умудрилась пробить броню Рината, до этого никому не удавалось, похвастаюсь Машке, жене его. А то она жалуется иногда, что Ринат как терминатор, с ним даже поскандалить вдоволь нельзя, он всегда спокоен и давит фактами.

– Ну…так получилось…– сама не могу объяснить свой поступок.

– Ну я знал, что ты Алиска, сумасшедшая, но не настолько же! И что дальше?

– Вот ее документы, проверь пожалуйста, все досконально и отвези ее в больницу к Наталье Дмитриевне, пусть ребенка обследуют. Если все так, как она говорит, пусть дальше Руслан разбирается.

– А если нет? Если она аферистка? Она может быть опасна, Алиса!

– А если нет, тогда я сама с ней разберусь. Не переживай, шок уже прошел и я могу внятно мыслить. Главное, помоги мне.

На пороге появляется Оля с сумкой в одной руке и Ромой в другой.

– Я готова, – скромненько говорит она.

– Будь осторожна и…держись – говорит мне Ринат на прощание.

Его участие и забота так трогает меня, что я, закрыв дверь, сползаю по стене вниз и реву, горько и безутешно. Время лечит, а я только в самом начале этого лечения. Сколько времени мне понадобиться, чтобы восстановиться, чтобы хотя бы спокойно думать, о предательстве Руслана? Я не знаю и никто мне не скажет. Как мне справиться с этим и не сойти с ума?

Беру телефон и набираю знакомый наизусть номер.

Глава 10. Верный друг в беде не бросит!

Алиса

Набираю номер.

– Светка! Мне так плохо! – скулю в трубку как побитая собака.

– Я щас, – отзывается верная Светка.

Через силу иду на кухню заварить успокаивающий чай. Как раз успеваю налить в чашки, как раздается звонок в дверь. Светка как ураган врывается в квартиру, в ярко-красном пальто, высокая и статная, словно сама жизнь, кипучая и стремительная. Только не моя жизнь, моя жизнь сейчас – темное, зеленое, вонючее болото, в которое меня засасывает с головой.

– Привет, – чмокает меня в щеку, мчится на кухню.

– Это что? – удивлённо смотрит на две одинокие чашки на столе – и все?

– Есть еще печенье диетическое…но ты же не любишь…и фрукты еще есть, и вот, – достаю из шкафчика заначку, одинокий маленький сникерс, – остальное дети съели, а я забыла купить.

– Ха! Я так и думала! Оп! – движением фокусника достает из своей объемной сумки большой шоколадный торт.

По кухне тут же поплыл умопомрачительный запах свежей выпечки и шоколада. У меня, как у собаки Павлова, мгновенно собралась слюна во рту.

– Влад готовил? – сглотнув спрашиваю я, не отводя жадного взгляда от этого кондитерского великолепия.

– А то кто ж? – довольно улыбается она.

Муж Светки, африканец русского происхождения, самый лучший повар и кондитер в городе, да и в области, пожалуй, тоже. Да что скромничать, его приглашают в самые крутые рестораны Москвы на мастер-классы. Его выпечка способна вытянуть даже из самой тяжелой хандры, мы с девочками всегда прибегаем к этому проверенному средству.

Я начинаю доставать тарелки, нож, десертные ложки.

– Стоп, стоп! – тормозит Светка, – это так не работает!

– А как? – замираю я с ложками в руке.

– Доставай столовые ложки! И свари уже нормальный кофе, с сахаром, со сливками, с корицей! Мне капучино!

Я как заколдованная слушаю и повинуюсь, все сделаю ради торта Влада.

Наконец-то мы усаживаемся и едим торт прямо с блюда, столовыми ложками, запивая ароматным капучино с корицей.

– М-м-м, божественно! – выдыхаю я когда чувствую что не смогу больше ни ложечки в себя впихнуть.

– А то! – отвечает Светка.

У нее то аппетит еще есть. Я смотрю как быстро уменьшается торт и придвигаю его поближе к себе.

– Ты сюда есть пришла что ли? – говорю обиженно, – беда у меня!

– Так все беды так и лечатся! – восклицает Светка и тащит торт к себе, – тебе же полегчало вон!

– Так беда у меня, а торт ты доедаешь! Это нечестно! – я вцепилась в блюдо двумя руками, ни за что не выпущу, – оставь нуждающимся! Влад тебе еще напечет!

– Не напечет, он за фигурой следит, это было исключение! – не сдается Светка.

– За твоей?

– За своей! У меня с фигурой все в порядке!

– Вот и хватит тебе! – говорю решительно и все таки отбираю торт у Светки, едва не уронив его на пол.

– Жадная ты, Алиска! – вздыхает Светка, с сожалением облизывая ложку, – ну говори теперь, что произошло.

Я вспоминаю зачем вообще позвала Светку и готовлюсь рыдать, но к моему удивлению слез нет. Да и боль поутихла, освободила место злости и здравому рассудку.

– Светка! – проникновенно говорю я, – как хорошо что ты у меня есть! Спасибо тебе! Ты меня спасла.

– Ох, золотце мое, – Светка даже прослезилась и бросилась обниматься.

Ну я конечно тоже прослезилась, только теперь от благодарности. Как хорошо оказывается иногда залезть с ногами на стул и съесть половину шикарного шоколадного торта столовой ложкой, в компании с лучшей подругой.

Когда мы вдоволь наревелись, я налила все таки свой успокаивающий чай и спокойно сказала.

– У Руслана есть ребенок на стороне. Я разведусь с ним.

– Что?! – вскричала Светка, – он что, изменил тебе?!

– Свет, ну дети же не появляются ниоткуда! Конечно, изменил!

– Вот же выхухоль! – выругалась Светка своим знаменитым ругательством, – а какая любовь была…

– Да, любовь была неземная, я думала я самая счастливая, Свет, я ж карьеру певицы бросила, я ж ребенка ему родила, Свет, за что он со мной так, а? – мне становится так себя жаль, что я снова плачу.

Светка тут же прижимает меня к своей могучей груди.

– Ну, ну, Алиска, хватит. Да ни один мужик не стоит даже одной твоей слезинки! Даже Руслан! А я вот сразу знала, что он мутный какой-то! Вот сразу! Ты помнишь, я тебя предупреждала?! – успокаивающе похлопывает меня по спине.

– Ты мне неделю назад говорила, что я за Русланом как за каменной стено-о-о-й, – горько рыдаю я.

– Ну это я чтоб тебе приятно было, – тут же нашлась Светка.

– Ага, не ври! У нас действительно все было идеально! Что на него нашло?! – я отстраняюсь от Светки.

Наконец-то слезы принесли долгожданное облегчение, я словно немного очистилась от грязи, которую принес в нашу жизнь Руслан. Я вздохнула чуточку свободнее.

– Милая моя, мужику не нужен повод чтобы изменить, – тяжко вздыхает Светка, – он может искренне тебя любить и ходить налево.

– Ага, расскажи мне еще про полигамность и все такое. А мне теперь что делать с его полигамностью и стремлением плодится и размножаться?

– Ты давай успокойся и расскажи все сначала, а там подумаем.

Спокойный, рассудительный тон Светки как всегда действует на меня успокаивающе. Я глубоко вздыхаю и рассказываю все, от момента как Оля появилась на пороге и до сегодняшнего дня.

– Ты что? Оставила ее у себя ночевать? – приходит в ужас Светка.

– Да, понимаю, затупила, но я была в таком шоке, вообще ничего не понимала! И мальчишка этот, Свет, понимаешь…

Я подыскиваю подходящие слова.

– У него взгляд такой, потерянный, как у Егора, в тот год когда мы потеряли родителей. Мне его так жалко, ведь он же не виноват. Ну не могла я выгнать их ночью.

– Алиса! Ты ненормальная, – качает головой, Светка. – я бы их поганой метлой…а может у него в каждом городе такая Оля сидит, всех будешь на ночлег пускать?

– Ну теперь то нет, мы же разводимся. Я вообще больше не хочу здесь жить, после того как она появилась здесь.

– А куда пойдешь?

– К себе в квартиру, хорошо сдать не успела. Там и детям тоже хорошо будет, она большая.

– А Руслан то знает, что вы разводитесь? – спрашивает Светка.

– Ну…нет, я не говорила, но это ведь и так понятно! Он же не думает, что я смогу простить его.

– А жить на что будешь?

– Не знаю, пока есть у меня деньги, на пару лет хватит, а потом работать пойду! Не грузи меня сейчас этим, Свет, – прошу я.

– А вот тебе бы полезно этим загрузиться сейчас! А не слезы лить по подлецу, – заявляет Светка, – у тебя дети, ответственность.Обязательно требуй алименты. Ты адвоката уже нашла?

– Нет, а зачем? – удивляюсь я.

– Ну ты, мать, даешь! – подружка взмахивает руками, – чтобы алименты отсудить и имущество.

– Да не нужно мне его имущество…

– Тебе не нужно, Сашке понадобится! – прерывает меня Светка, – ты что, хочешь его гордо в нищете растить? Пока его папочка депутат новых детей клепает?

– Ну, я думаю, Руслан обеспечит сына, – уверенно говорю я, – он любит Сашку.

– Он и тебя любил, а что сделал?

Сказать мне на это нечего, Светка права, я должна вплотную заняться разводом и отсудить у Руслана все что причитается его сыну, пока очередная Оля не пришла и не располовинила.

Вот и отлично! Будет чем заняться, отвлечься от боли и страха перед будущей жизнью без Руслана.

Какая она будет эта жизнь, выбирать только мне.

– Ты права! Завтра же найму адвоката! Пусть Тураев отдает все, что положено ребенку!

– Вот, это другое дело! – хвалит меня Светка.

– Итак, мавр, сделал свое дело, мавр может уходить! – пафосно заявляет Светка и начинает собираться.

Я даже чаем поперхнулась.

– Свет, вообще-то эта фраза в другом контексте произносилась! – возмущаюсь я.

– Да знаю я, – отмахивается та, роясь в своем бауле, – но сегодня я тебя душить не буду, живи, а вот если еще раз любовницу мужа в дом пустишь, задушу собственными руками! Так и знай!