Башня Теккары

Грэм внимательно посмотрел вперёд.

Свет шёл из металлической двери, встроенной в стену резервуара.

Старой двери с надписью:

Технический сектор 12.

Арден вспомнил предупреждение на стене тоннеля.

Сектор 12…

Закрыть проход…

Опасность…

По его спине пробежал холодок.

А лампа продолжала гореть.

Будто приглашая путников подойти ближе.

Или предупреждая держаться подальше.

Глава 34. Сектор 12

Мостик тихо скрипел под ногами.

Группа стояла посреди подземного озера и смотрела на одинокую лампу.

Жёлтый свет казался почти невозможным.

Слишком живым.

Слишком человеческим.

— Это не может работать спустя столько лет, — прошептал Арден.

— Может, если кто-то обслуживает систему, — ответил Грэм.

Томасу эта мысль совсем не понравилась.

— Мне кажется, мы должны были остаться у спрута.

— Не говори глупостей.

— Я серьёзно.

— Впервые за поход?

— Очень смешно.

Они продолжили путь.

Чем ближе подходили к двери, тем яснее становилось, что лампа действительно работает.

Она не мигала.

Не искрила.

Горела ровным светом.

Словно электричество появилось здесь всего несколько минут назад.

Наконец группа достигла бетонной площадки перед входом.

Массивная дверь была приоткрыта.

Ровно настолько, чтобы мог пройти человек.

На металле сохранилась надпись:

ТЕХНИЧЕСКИЙ СЕКТОР 12

Салтана внимательно осмотрела пол.

— Следы.

— Свежие? — спросил Грэм.

Она присела.

Провела пальцами по влажному бетону.

— Очень свежие.

Не старше суток.

Томас тяжело вздохнул.

— Конечно.

Почему бы и нет.

Грэм осторожно приблизился к двери.

Положил руку на металл.

Потом медленно толкнул её.

Раздался протяжный скрип.

За дверью находился коридор.

Удивительно чистый по сравнению с остальным тоннелем.

На стенах сохранились кабельные линии.

А через каждые несколько метров горели аварийные лампы.

Арден не верил своим глазам.

— Здесь есть электричество.

— И кто-то поддерживает систему, — добавила Салтана.

Они вошли внутрь.

Дверь осталась открытой.

За спиной плескалась вода подземного озера.

Но вскоре даже этот звук исчез.

Коридор уходил вперёд на сотни метров.

По пути встречались закрытые помещения.

Старые лаборатории.

Склады.

Технические комнаты.

В одной из них Мира обнаружила нечто странное.

На столе лежала металлическая кружка.

Относительно новая.

Без ржавчины.

— Грэм.

Он подошёл ближе.

Посмотрел на находку.

— Этого не могло быть здесь семьдесят лет.

Значит кто-то действительно пользовался этим местом.

Совсем недавно.

Они двинулись дальше.

И вскоре услышали звук.

Не плеск.

Не скрип.

Музыку.

Тихую.

Очень старую мелодию.

Будто играло древнее радио.

Все остановились.

— Вы слышите? — прошептала Мира.

— Да.

Музыка доносилась откуда-то впереди.

Из глубины комплекса.

Томас нервно посмотрел на остальных.

— Это уже слишком.

— Почему?

— Потому что гигантские мокрицы я ещё могу понять.

Даже спрута.

Но музыка посреди подземного комплекса — это уже настоящий кошмар.

Чем дальше они шли, тем громче становилась мелодия.

Пока наконец коридор не вывел их к огромной металлической двери.

На ней сохранилась старая табличка.

Половина букв стёрлась.

Но часть текста ещё можно было прочитать.

…ЦЕНТР НАБЛЮДЕНИЯ…

Грэм нахмурился.

— Центр наблюдения?

— За чем? — спросил Арден.

Ответ они получили через несколько секунд.

Потому что дверь была приоткрыта.

И через щель виднелись работающие мониторы.

Десятки мониторов.

Некоторые показывали старые записи.

Другие — изображения с камер.

Но самое удивительное находилось в центре зала.

На большом экране отображалась карта.

Огромная карта мира после Катастрофы.

С отмеченными объектами.

Башня Теккара.

Башня Алькара.

Башня Норис.

Башня Кельт.

И десятки других башен.

— Это невозможно… — прошептала Салтана.

А затем Арден заметил нечто ещё более странное.

Рядом с большинством башен стояли отметки.

Зелёные.

Жёлтые.

Красные.

А возле Теккары мигал красный символ.

И подпись:

СТАТУС: НАБЛЮДЕНИЕ АКТИВНО.

В этот момент музыка внезапно оборвалась.

Экран мигнул.

И в тишине зала раздался голос.

Старый.

Хриплый.

Но совершенно живой.

— Не думал, что кто-нибудь из башен доберётся сюда так скоро.

Все резко подняли оружие.

Потому что голос прозвучал прямо за их спинами.

Глава 35. Хранитель Сектора

Все произошло за долю секунды.

Грэм резко развернулся.

Карабин уже был у плеча.

Салтана мгновенно заняла позицию сбоку.

Арден, Томас и Мира подняли оружие.

В конце коридора стоял человек.

Настоящий человек.

Высокий.

Худой.

Седой.

В длинном водонепроницаемом плаще.

Лицо покрывали глубокие морщины.

Но взгляд оставался удивительно живым.

Незнакомец посмотрел на пять направленных на него стволов и усмехнулся.

— Хорошая реакция.

— Кто ты? — спросил Грэм.

— Лучше спросить, кто вы.

Несколько секунд никто не двигался.

— Мы из Башни Теккара, — ответил Грэм.

— Я знаю.

Эти слова заставили всех напрячься ещё сильнее.

— Откуда?

Старик кивнул в сторону мониторов.

— Оттуда.

Я наблюдал за вами ещё с того момента, как вы вошли в транспортный узел.

Томас побледнел.

— Он наблюдал, как нас пытался съесть спрут?

— Да.

— И ничего не сделал?

— А что, по-твоему, я должен был сделать?

Томас открыл рот.

Подумал.

Закрыл.

Старик прошёл мимо них в зал наблюдения.

Будто совершенно не боялся вооружённой группы.

На одном из экранов действительно отображались записи.

Завод.

Транспортный узел.

Подземное озеро.

Тоннели.

Камеры были повсюду.

— Кто ты такой? — повторила Салтана.

Старик некоторое время молчал.

Словно решал, стоит ли отвечать.

Потом сказал:

— Меня зовут Элиас.

Я хранитель Сектора Двенадцать.

Последний хранитель.

Арден нахмурился.

— Хранитель чего?

Элиас посмотрел на огромную карту.

На башни.

На отметки.

На линии, соединяющие различные регионы.

— Хранитель того, что осталось от старого мира.

Наступила тишина.

— Старый мир погиб, — сказал Грэм.

— Нет.

Старик покачал головой.

— Он не погиб.

Он просто спрятался.

Томас тихо прошептал:

— Мне кажется, я уже ненавижу этот разговор.

Элиас неожиданно усмехнулся.

— Ты напоминаешь меня в молодости.

— Надеюсь, нет.

Старик подошёл к консоли.

Несколько клавиш щёлкнули под его пальцами.

Карта на экране изменилась.

Теперь появились новые отметки.

Сотни отметок.

Разбросанных по всему континенту.

Арден застыл.

— Что это?

— Поселения.

— Какие поселения?

— Людей.

В комнате воцарилась абсолютная тишина.

— Это невозможно, — прошептала Мира.

— Почему?

— Потому что нас учили, что выжили только башни.

Элиас грустно улыбнулся.

— Вас многому учили.

Но далеко не всему.

Салтана шагнула вперёд.

— Тогда почему экспедиции не возвращаются?

Улыбка исчезла.

Впервые за весь разговор лицо старика стало серьёзным.

Очень серьёзным.

— Потому что некоторые находят правду.

— И?

Элиас посмотрел прямо на неё.

— И после этого не хотят возвращаться.

Арден почувствовал, как по спине пробежал холодок.

— Что значит не хотят?

— То и значит.

Многие из тех, кого вы считаете погибшими, живы.

Томас медленно сел на ближайший стул.

— Нет.

Нет-нет-нет.

Подождите.

Вы хотите сказать, что люди из экспедиций просто… ушли?

— Некоторые.

Другие погибли.

Третьи присоединились к поселениям.

Четвёртые нашли нечто иное.

— Иное? — спросил Грэм.

Элиас долго смотрел на карту.

Потом его взгляд остановился на севере.

Где среди красных отметок находился огромный чёрный символ.

Единственный на всей карте.

Лицо старика стало мрачным.

— Именно из-за этого символа башни вообще существуют.

Все посмотрели на экран.

— Что это? — тихо спросила Салтана.

Элиас ответил не сразу.

— Ошибка человечества.

Которая до сих пор жива.

В этот момент по всему комплексу внезапно завыла сирена.

Красные лампы вспыхнули под потолком.

Элиас резко побледнел.

— Нет…

Он бросился к мониторам.

На одном из экранов появилось изображение внешнего тоннеля.

Там что-то двигалось.

Много существ.

Слишком много.

Гигантские мокрицы.

Сараканожки.

И ещё какие-то твари.

Все они двигались в одном направлении.

К Сектору Двенадцать.

Будто что-то гнало их сюда.

И тогда Элиас произнёс слова, от которых всем стало не по себе.

— Оно проснулось.

— Кто? — спросил Грэм.

Старик не отрывал взгляда от монитора.

— То, чего мы боялись последние семьдесят лет.

Глава 36. Тревога

Сирена продолжала выть.

Красные лампы заливали зал наблюдения тревожным светом.

На мониторах мелькали изображения тоннелей.

Сотни существ двигались через старые коммуникации.

Мокрицы.

Сараканожки.

Подземные саламандры.

Даже мелкие хищники, которых группа раньше не видела.

Все бежали в одном направлении.

Прочь от чего-то.

— Объясни немедленно, — потребовал Грэм.

Элиас не ответил сразу.

Он быстро работал за консолью.

На экранах появлялись новые изображения.

Старые карты.

Датчики.

Показания приборов.

— Семьдесят лет назад этот комплекс был построен не для наблюдения за башнями.

— Тогда для чего? — спросила Мира.

Старик тяжело вздохнул.

— Для наблюдения за Зоной Ноль.

Арден нахмурился.

— Что такое Зона Ноль?

Элиас посмотрел на них.

— Место, где всё началось.

Тишина.

Даже сирена будто стала тише.

— Катастрофа? — осторожно спросила Салтана.

Старик кивнул.

— Последние годы старого мира были временем отчаяния.

Климат разрушался.

Океаны поднимались.

Штормы уничтожали города.

Люди пытались найти решение.

Любой ценой.

На одном из экранов появилась старая фотография.

Огромный научный комплекс.

— Там проводились эксперименты.

Очень опасные эксперименты.

— Какие именно? — спросил Арден.

Элиас некоторое время молчал.

— Никто уже точно не знает.

Большинство архивов уничтожено.

Но известно одно.

Они пытались изменить природу.

Подчинить её.

Томас нервно усмехнулся.

— И, судя по всему, получилось плохо.

— Очень плохо.

Старик увеличил карту.

На севере континента появился огромный тёмный сектор.

Сотни километров в диаметре.

— После аварии эта территория изменилась первой.

Потом изменения начали распространяться дальше.

На экране появились изображения.

Гигантские растения.

Странные животные.

Разрушенные города.

— Черви, которых вы видели.

Кронары.

Подземные саламандры.

Даже спрут транспортного узла.

Все они появились после Катастрофы.

Салтана посмотрела на экран.

— А существо на заводе?

Элиас задумался.

— Нет.

О нём я никогда не слышал.

Грэм заметил, что старик действительно удивился.

В этот момент сирена внезапно сменила тональность.

Звук стал ещё громче.

Один из мониторов вспыхнул.

На экране появилось изображение дальнего тоннеля.

Там было темно.

Очень темно.

Но что-то двигалось.

Сначала Арден решил, что это просто тень.

Потом понял ошибку.

Тень двигалась слишком быстро.

Она пересекла тоннель за секунду.

Тридцать метров.

Одним рывком.

Мира побледнела.

— Что это было?

Элиас молчал.

Слишком долго.

— Элиас.

Что это?

— Не знаю.

Впервые за всё время старик выглядел испуганным.

По-настоящему испуганным.

— Но именно поэтому я сказал, что оно проснулось.

Томас поднялся.

— Подождите.

Вы семьдесят лет наблюдаете за миром.

Знаете о башнях.

О мутантах.

О поселениях.

И всё равно не знаете, что это такое?

Элиас медленно кивнул.

— Потому что мы никогда не видели его полностью.

В комнате стало холодно.

Или так только показалось.

На другом мониторе что-то мелькнуло.

Потом ещё раз.

Одна из камер просто отключилась.

Экран стал чёрным.

Следом вторая.

Третья.

Четвёртая.

Будто нечто двигалось по тоннелям и одна за другой выводило камеры из строя.

Грэм проверил магазин карабина.

Салтана сделала то же самое.

— Если оно идёт сюда, — сказал Грэм, — этот комплекс выдержит?

Элиас посмотрел на толстые стены бункера.

На тяжёлые гермодвери.

На старые схемы.

И ответил то, что никто не хотел услышать.

— Раньше выдержал бы.

Сейчас — не уверен.

Внезапно весь комплекс вздрогнул.

Где-то далеко раздался мощный удар.

БУМ.

С потолка посыпалась пыль.

Мониторы дрогнули.

Лампы замигали.

Через несколько секунд последовал второй удар.

Гораздо ближе.

БУМ.

Арден почувствовал, как по спине пробежал холод.

А затем на одном из последних работающих мониторов появилась картинка.

Коридор перед внешней гермодверью.

Пустой.

Несколько секунд ничего не происходило.

Потом из темноты медленно показалась огромная когтистая рука.

Не лапа.

Не щупальце.

Именно рука.

Слишком длинная.

Слишком худая.

С серой кожей.

Она коснулась металлической двери.

И камера отключилась.

Последняя связь с внешним миром исчезла.

В зале наблюдения наступила мёртвая тишина.

И все поняли: что бы ни приближалось к Сектору 12, оно уже совсем рядом.

Глава 37. За дверью

После отключения последней камеры никто не произнёс ни слова.

Красные лампы продолжали мигать.

Сирена выла где-то под потолком.

Но теперь её звук казался далёким.

Почти неважным.

Потому что все смотрели на гермодверь.

БУМ.

Удар повторился.

На этот раз намного ближе.

Металл в глубине комплекса жалобно загудел.

Томас нервно сглотнул.

— Может… оно просто пройдёт мимо?

Никто не ответил.

Даже Томас понимал, насколько нелепо прозвучали его слова.

Элиас быстро открыл один из шкафов.

Внутри находились старые автоматы, магазины и несколько гранат.

— Никогда не думал, что они снова понадобятся.

— Есть другой выход? — спросил Грэм.

Старик кивнул.

— Есть аварийный тоннель.

Но он ведёт ещё глубже под землю.

— Замечательно, — пробормотал Томас. — Именно туда я всегда мечтал попасть.

БУМ.

На этот раз задрожали стены.

С потолка посыпалась бетонная крошка.

Арден посмотрел на дверь.

— Что если это просто очень большой мутант?

Элиас покачал головой.

— Тогда животные не бежали бы.

— Почему?

— Потому что хищников они знают.

А это…

Старик не договорил.

В этот момент все услышали звук.

Не удар.

Не рёв.

Шаги.

Медленные.

Тяжёлые.

Шаг.

Пауза.

Шаг.

И вдруг Салтана застыла.

— Нет…

Грэм повернулся к ней.

— Что такое?

Она смотрела куда-то перед собой.

Будто вспоминала что-то давно забытое.

— Я уже слышала эти шаги.

Тишина.

— Где? — спросил Грэм.

Салтана медленно подняла взгляд.

— Шесть лет назад.

В той экспедиции.

Арден почувствовал, как внутри всё похолодело.

— Ты никогда об этом не рассказывала.

— Потому что тогда мы не видели его.

Только слышали.

Ночью.

Несколько раз.

Элиас резко обернулся.

— Где?

— В северных руинах.

Недалеко от старых лесов.

Старик побледнел.

По-настоящему.

— Север…

Он подошёл к карте.

К тому самому чёрному символу.

К Зоне Ноль.

— Оно не должно было уйти так далеко.

— Кто оно? — потребовал Грэм.

Элиас несколько секунд молчал.

Потом тихо произнёс:

— Последний эксперимент.

Никто ничего не понял.

— Объясни.

Старик тяжело сел на стул.

Будто внезапно постарел ещё на десять лет.

— Согласно сохранившимся данным, перед самой Катастрофой учёные пытались создать организм, способный адаптироваться к любым изменениям среды.

Арден нахмурился.

— Зачем?

— Чтобы выжить в новом мире.

Мира медленно покачала головой.

— И что произошло?

Элиас посмотрел на мигающие красные лампы.

— Они добились успеха.

Тишина.

— А потом поняли, что совершили ошибку.

Шаг.

Шаг.

Звук приближался.

— Насколько большую ошибку? — спросил Томас.

Элиас невесело усмехнулся.

— Судя по всему, достаточно большую, чтобы построить двести двадцать шесть башен и спрятать остатки человечества.

В этот момент гермодверь в дальнем коридоре дрогнула.

Медленно.

Очень медленно.

Будто кто-то с другой стороны проверял её прочность.

Металл застонал.

Салтана крепче сжала оружие.

Грэм шагнул вперёд.

Арден почувствовал, как сердце бьётся где-то в горле.

А затем произошло неожиданное.

Шаги прекратились.

Наступила тишина.

Минута.

Другая.

Ничего.

— Оно ушло? — прошептал Томас.

И в этот момент из динамиков старой системы наблюдения раздался звук помех.

Шшшшш…

Треск.

Потом тишина.

А затем голос.

Хриплый.

Странный.

Нечеловеческий.

— …Грэм…

Все замерли.

— …Грэм…

Салтана медленно посмотрела на наставника.

Потому что голос произнёс именно его имя.

И самое страшное было не это.

Самое страшное заключалось в том, что голос звучал так, будто существо впервые за долгие годы училось говорить.

Глава 38. Голос из темноты

— …Грэм…

Голос снова раздался из динамиков.

Хриплый.

Неровный.

Будто каждое слово давалось говорящему с трудом.

В зале наблюдения воцарилась мёртвая тишина.

Никто не двигался.

Даже Томас перестал шутить.

— Откуда оно знает моё имя? — тихо спросил Грэм.

Никто не ответил.

Потому что ответа не было.

Из динамиков послышался треск.

Шум.

Помехи.

А затем голос вернулся.

На этот раз чуть увереннее.

— Грэм…

Пауза.

— Не… бойся…

Мира побледнела.

— Оно разговаривает…

Элиас смотрел на динамики так, словно видел призрака.

— Это невозможно.

— Что невозможно? — спросила Салтана.

— Согласно всем архивам, объект никогда не проявлял речевых способностей.

— Может, архивы ошибались.

— Нет.

Он говорил совершенно серьёзно.

— Тогда оно было животным.

Очень умным.

Но животным.

Треск.

— Грэм…

На этот раз голос прозвучал отчётливее.