Город на плато ржавчина и ток
- -
- 100%
- +
Название: «Город на Плато: Ржавчина и Ток»
Место действия: Высокогорное плато Альта-Мира. Здесь воздух разрежен, а небо кажется ближе. Город живет за счет добычи лития и обслуживания транзитных караванов. Время: 2066 год. Мир тихий, жужжащий электромоторами, но всё такой же жесткий.
Пролог: Гул в разреженном воздухе
На плато Альта-Мира утро всегда наступало внезапно. Солнце просто переваливало через острый край скал, мгновенно выжигая ночной холод. Ми стоял на краю погрузочной эстакады, проверяя натяжение магнитных тросов на своем грузовом контейнере. Он был «Перевозчиком» — одним из тех, кто знал каждый каприз старых горных серпантинов.
— Опять медитируешь, Ми? — Раздался резкий скрежет металла о бетон.
Из тени ангара выкатился Нильс. Его инвалидное кресло, модифицированное парой электромоторов от старых дронов, двигалось почти бесшумно, если не считать дребезжания разболтанного подлокотника. Нильс был лучшим механиком на пятьсот миль вокруг, но его характер напоминал наждачную бумагу.
— Проверяю узлы, Нильс. Не хочу, чтобы на повороте «Чертов Локоть» мой прицеп решил уйти в свободное плавание, — отозвался Ми, не оборачиваясь.
— Твои узлы — это полбеды, — буркнул Нильс, кивая в сторону огромного восьмиколесного фургона, стоявшего в центре двора. — «Мастодонт» сегодня капризничает. Инвертор греется, как сволочь. Если не дотянем до следующей зарядной станции, я лично выкину тебя за борт, чтобы облегчить вес.
Ми улыбнулся. Это было обычное «доброе утро» от Нильса.
Глава 1: Выход в пустоту
Вдалеке послышался нарастающий свист — это Вик прогревала турбины рекуперации на своей «Валькирии». Ее машина была самой мощной в караване, способной тащить за собой три платформы с рудой. Вик выпрыгнула из кабины, поправляя рабочую перчатку, и махнула рукой братьям-близнецам.
Кай и Торн уже сидели в своих узких, похожих на насекомых багги. Электрические двигатели их машин выдавали полную мощность мгновенно, позволяя парням носиться вокруг каравана, как спутники вокруг планет.
— Всё чисто на выезде? — Ми нажал на тангенту рации.
— Горизонт пуст, Ми, — отозвался Кай. Его голос в эфире всегда звучал сухо. — Но датчики показывают пыльную бурю в низине. Видимость упадет до пяти метров.
— Буря — это хорошо, — подал голос Нильс из своего «болванка». Он уже заехал внутрь фургона по пандусу и заблокировал кресло в специальном пазу перед панелью управления. — Меньше шансов, что «стервятники» на перевале заметят наши батареи. У них сейчас дефицит ячеек, за наш заряд они мать родную продадут.
Ми запрыгнул в кабину «кибер трака». Приборная панель ожила, высвечивая мягким синим светом запас энергии: 98%.
— Внимание каравану, — произнес Ми, и его голос разнесся по всем кабинам. — Идем в плотном строю. Вик, ты замыкаешь. Нильс, следи за температурой инверторов. Братья — дистанция двести метров. Выходим.
Огромные ворота Города на Плато медленно поползли вверх, открывая путь в бесконечную оранжевую пустыню, где сорок лет назад кончилась старая эпоха и началась их — эпоха тихих машин и долгого пути.
Глава 1: Ритм восьми километров
Солнце еще не успело прогреть известняковые скалы Альта-Мира, когда караван вышел на основную магистраль. Под днищем переделанного Кибертрака Ми раздался характерный щелчок — автоматика выпустила контактную пластину.
— Встал на линию, — коротко бросил Ми в рацию. На его лобовом стекле загорелась зеленая полоса. — Пошла зарядка. Напряжение стабильное.
Сзади послышался тяжелый гул «Болванки». Вик мастерски вывела свой гигантский тягач на осевую линию. Огромная машина, похожая на стальной кирпич, казалось, вздохнула с облегчением, когда ее системы синхронизировались с дорожной плитой.
— Ми, это Нильс. У меня на фургоне левая пластина опять искрит, — проскрежетал в эфире голос механика. — Эти дорожники хреново обслуживают восьмой сектор. Придется мне сместиться чуть правее, чтобы поймать нормальный контакт. Не притри меня своей жестянкой.
— Понял тебя, Нильс. Даю коридор, — ответил Ми, плавно поворачивая штурвал.
С флангов, вздымая пыль, пронеслись джипы братьев. Кай и Тон не любили стоять на линии — их легкие батареи и так были полны, а азарт разведки гнал их вперед. Они то и дело спрыгивали с бетонного полотна на грунт, проверяя ущелья, а затем снова заскакивали на дорогу, как юркие ящерицы.
— Впереди чистый участок, — передал Кай. — До конца восьмикилометровой зоны препятствий нет. Но за ней начинаются «пустые» земли. Готовьтесь переходить на автономку.
Ми взглянул на монитор. Полоса активной зарядки под колесами заканчивалась через три километра. Дальше — старый асфальт, где надеяться можно было только на то, что накопили в ячейках.
— Вик, как «Болванка»? — спросил Ми. — Жрет ток как не в себя, — отозвался бодрый голос девушки. — Но к концу зоны буду на сотне процентов. Если Нильс не развалится по дороге, проскочим перевал до заката.
Нильс что-то проворчал про «молодых и дерзких», чьи машины он будет чинить уже к полуночи, и караван продолжил свое жужжащее движение, впитывая энергию древней дороги.
Буря пришла не сверху, а снизу — сначала горизонт просто подернулся рыжей дымкой, а через минуту колеса каравана уже вязли в переметенном песке.
— Конец зоны зарядки через триста метров! — Голос Кая в рации едва пробивался сквозь статические помехи. — Видимость падает, мы с Тоном прижимаемся к «Болванке», чтобы не потеряться!
Ми крепче сжал штурвал своего переделанного Кибертрака. На лобовом стекле вспыхнуло красное уведомление: «Контакт с дорожной пластиной разорван. Переход на автономное питание». Тонкий гул внешнего заряда сменился плотным, уверенным рокотом модифицированных электромоторов.
— Всем включить габаритные огни и радары ближнего действия! — Скомандовал Ми. — Нильс, как твоя «колымага»? В такой пыли фильтры охлаждения забьются за десять минут.
— Моя «колымага» переживет твой утюг, Ми! — Огрызнулся Нильс. В глубине его фургона послышался скрежет — это механик, не вставая с кресла, активировал систему обратной продувки радиаторов. — Но песок ионизирован, датчики сходят с ума. Я почти не вижу «Болванку».
Огромный тягач Вик, переименованный в «Болванку», шел в центре каравана как скала. Тяжелая машина почти не чувствовала ударов ветра, но песок, забивающийся в сочленения прицепов, создавал жуткий скрежет.
— Ми, я теряю зацеп! — Голос Вик звучал напряженно. — Песок под колесами как масло. Если «Болванку» понесет боком, я соберу вас всех в одну кучу!
Инцидент в слепой зоне
Внезапно радар Кибертрака за пищал. Справа, со стороны джипов сопровождения, мелькнула тень.
— Тон! Кай! Уходите левее! — Крикнул Ми, но было поздно.
Один из джипов братьев подскочил на скрытом под песком камне. Легкую машину подбросило, и ветер, дующий с силой урагана, едва не перевернул её. Тон мастерски выровнял джип, но его отбросило прямо к борту фургона Нильса.
— Эй! Кто там ко мне притирается?! — Заорал Нильс. — У меня тут тонкая электроника, а не отбойник для идиотов!
— Спокойно, Нильс! — Ми резко ударил по газам, вырываясь вперед каравана, чтобы пробить колею. — Вик, держи дистанцию по моему маяку. Братья, заходите в кильватер «Болванки», там воздушный мешок, вас не так будет швырять.
Караван превратился в единую стальную змею, пробирающуюся сквозь оранжевый ад. Песок снаружи так плотно облепил стекла, что казалось, будто они едут внутри кокона. Единственным ориентиром оставались цифры на дисплеях и хриплый голос Нильса, который, несмотря на свой характер, начал диктовать Вик точные координаты курса, используя свои сверхчувствительные радары.
— Прямо... еще пять градусов левее... — бормотал Нильс. — Не спи, Вик, если «Болванка» встанет — мы тут и останемся, пока нас не откопают археологи следующего века.
Гул бури снаружи превратился в сплошной ровный рев, но под массивным бетонным козырьком станции «Эхо-4» воцарилась относительная тишина. Караван замер.
— Невероятно... — пробормотал Нильс, глядя на показания приборов. — Видите те мачты на крыше ангара? Это старые «микро-вертушки» с вертикальной осью. Грязь, песок, сорок лет заброшенности — а они крутятся! Ураганный ветер дает им столько оборотов, что аккумуляторы станции забиты под завязку. Это просто дар богов... или дьявола.
Ми нажал на кнопку общей связи: — Всем слушать меня. Буря не стихнет до утра. Встаем здесь. Вик, глуши «Болванку», ты сегодня выжала из неё всё, иди в жилой блок, отдых — это приказ. Кай, Тон — проверьте периметр и ангар. Мне не нравится, что здесь горит свет. Нильс, начинай диагностику. Если песок попал в индукторы, мы завтра не тронемся.
Вик лениво потянулась в кабине своего гиганта. Её лицо было серым от усталости, но глаза блестели. — Слышал, Ми? Приказ командира. Наконец-то я высплюсь без твоего ворчания в эфире.
Ми усмехнулся в микрофон: — Иди уже, «Королева бездорожья». Постарайся не проспать момент, когда твоя драгоценная «Болванка» превратится в груду ржавого железа из-за песка. С тебя завтра двойная смена на погрузке.
— Мечтай-мечтай, — донесся её сонный голос, и связь в кабине тягача отключилась.
Нильс тем временем уже развернул свою передвижную лабораторию. Его инвалидное кресло плавно скользило по пандусу фургона, подключенного к терминалу станции толстым кабелем.
— Ми, ты только посмотри на эти кривые тока! — Нильс хрипло рассмеялся, вводя команды на сенсорном экране. — Чистая энергия. Твой Кибертрак сейчас «пьет» такой качественный заряд, какой он не видел с момента выхода с завода. Кстати, диагностика показывает, что у тебя в заднем левом приводе скопилось столько песка, что там можно сажать картошку. Как ты вообще доехал?
— У меня машина с душой, Нильс, в отличие от твоих бездушных коробок, — парировал Ми, не сводя глаз с мониторов, где отображались перемещения братьев. — Что там с «Болванкой»?
— Вик её перегрела, — Нильс помрачнел. — Инвертор на грани. Если бы не эта остановка, через пару километров она бы просто вспыхнула ярким синим пламенем. Девочка водит как самоубийца, а ты ей потакаешь.
Тем временем Кай и Тон медленно продвигались вглубь темного ангара. Лучи их фонарей разрезали вековую пыль.
— Ми, мы в первом секторе, — раздался шепот Кая в рации. — Тут куча старых контейнеров. Маркировка... правительственная. Странно. Станция заброшена, но замки на некоторых ящиках выглядят подозрительно чистыми.
— Будьте осторожны, — ответил Ми, потирая заросший щетиной подбородок. — Не открывайте ничего без моей команды. Тон, прикрывай брата. Если услышите хоть какой-то шорох, который не похож на ветер — сразу назад.
Станция «Эхо-4» гудела от ветра и тока, скрывая в своих тенях что-то, что ждало своего часа многие десятилетия.
Буря стихла так же внезапно, как и началась. Оранжевое марево осело, обнажив чистый, холодный воздух высокогорья. Над ангаром «Эхо-4» воцарилась звенящая тишина, прерываемая лишь мерным завыванием остывающих микро-вертушек на крыше.
Кай и Тон действовали быстро и слаженно. В первом секторе ангара они обнаружили три тяжелых герметичных кейса. Вскрыв один из них, братья замерли: внутри плотными рядами лежали новенькие, еще в заводской смазке, полупроводниковые инверторы и высоковольтные реле — дефицит, за который в Городе на Плато можно было купить целый квартал.
Во втором ящике обнаружились планшеты с архивными данными. Тон бегло пролистал пожелтевшие цифровые страницы. — Ми, тут чертежи фундаментов Города, — прошептал он в рацию. — И какие-то отчеты о «пустотах под плато». Похоже, наш город стоит не на скале, а на гигантском заброшенном хранилище.
— Оставьте это, — отрезал Ми, наблюдая за горизонтом через тепловизор Кибертрака. — У нас график. Если «стервятники» пронюхали, что буря кончилась, они скоро будут здесь. Прячьте всё.
Братья вытащили ящики за заднюю стену ангара. Используя манипулятор на джипе Кая, они быстро вырыли яму в рыхлом песке и строительном мусоре, завалив находку обломками бетонных плит. — Метка поставлена, — передал Кай, запрыгивая в кабину. — Вернемся на обратном пути, когда сбросим основной груз.
Снова в пути
— Просыпайся, соня! — Ми постучал по борту «Болванки» рукояткой ножа. Вик высунулась из кабины, протирая глаза. Она выглядела посвежевшей, хотя на щеке отпечатался след от подушки. — Уже? Я только начала видеть сон про нормальный душ с горячей водой, — проворчала она, но тут же взялась за штурвал. — Как машина, Нильс?
— Твоя колымага теперь заряжена под завязку, — отозвался Нильс, заезжая по пандусу в свой фургон. — Я почистил контакты и обновил прошивку распределителя. Теперь, если ты её перегреешь, вини только свою тяжелую правую ногу. И да, Ми... твой Кибертрак всё еще ведро с болтами, но теперь это ведро хотя бы не искрит при повороте ключа.
— Цени твою заботу, старый ворчун, — усмехнулся Ми.
Караван медленно выехал из-под навеса станции. Колеса Кибертрака первыми коснулись гравия объездной дороги. Через десять километров впереди показалась основная магистраль.
— Впереди чистый участок, — доложил Тон, чей джип уже вырвался на разведку. — Вижу восьмикилометровую зону. Пластины в порядке, напряжение есть.
Ми нажал на газ. Под днищем Кибертрака снова раздался знакомый щелчок — контактная пластина поймала ток дороги. На панели приборов загорелась зеленая полоса, и машины каравана, выстроившись в идеальную линию, начали набирать скорость, оставляя позади тайны «Эхо-4».
Гул магистрали сменился ритмичным перестуком на стыках старых эстакад. На горизонте, сквозь дрожащее марево разогретого воздуха, начали проступать контуры Техно-Сити.
Это не был город в привычном понимании. Скорее, это был гигантский механический организм, наросший на скелете древнего мегаполиса. Ржавые остовы небоскребов здесь служили опорами для сотен подвесных мостиков, по которым сновали ремонтные дроны и люди. Повсюду крутились самодельные ветряки, а фасады зданий были обвешаны солнечными панелями всех мастей и размеров.
— Вижу огни шлюза, — передал Ми, щурясь от ярких вспышек электросварки, доносившихся с верхних ярусов города. — Всем приготовиться к досмотру. Кай, Тон — заходите с флангов «Болванки», здесь много карманников и «стервятников-разборщиков», которые снимут колесо на ходу, если зазеваетесь.
— О, Техно-Сити! — голос Нильса в рации звучал почти благоговейно. — Запах жженой канифоли и машинного масла... Здесь хотя бы есть люди, которые понимают разницу между транзистором и пуговицей. Ми, мне нужно заскочить в «Ржавый Локоть» к старому Берту, он обещал мне достать систему охлаждения для моих манипуляторов.
— Сначала сдаем груз, Нильс, — отрезал Ми. — Вик, как там «Болванка»? В узких проездах Техно-Сити с твоим прицепом будет тесно.
— Не учи отца... то есть мать, водить, Ми, — фыркнула Вик, мастерски закладывая тяжелый тягач в крутой поворот эстакады. — Я эту дуру в игольное ушко просуну, если там будет розетка на 400 вольт. Но город сегодня реально бурлит. Смотрите, на нижних ярусах какая-то свалка.
Въезд в Сектор Разгрузки
Караван миновал массивные ворота, сваренные из листов обшивки старых самолетов. Техно-Сити встретил их какофонией звуков: скрежет металла, шипение пневматики и крики торговцев, предлагавших «восстановленные ячейки с гарантией на целую неделю!».
Здесь не было тишины будущего. Электродвигатели тысяч механизмов сливались в один бесконечный электрический зуд.
— Сдаем руду в третьем доке, — скомандовал Ми. — Братья, остаетесь у машин. Нильс, если полезешь к своему Берту, возьми с собой Тона. В этом городе за твое кресло могут дать больше, чем за содержимое моего багажника.
— Очень смешно, — буркнул Нильс, уже подключая свой фургон к местной сети. — Кстати, Ми... Пока мы ехали, твой Кибертрак отправил три зашифрованных пакета данных на городской узел. Ты об этом знал?
Ми замер, не успев выйти из кабины. Координаты, полученные на заброшенной станции «Эхо-4», начали жить своей жизнью.
На погрузочной платформе Техно-Сити воздух был пропитан запахом озона и горячего металла. Разгрузка руды закончилась, и теперь краны осторожно опускали в кузов «Болванки» длинные, герметичные ящики с эмблемами Грин-Сити — опреснители и гидропонные системы.
Ми стоял у капота своего Кибертрака, разложив на нем цифровую карту. Вокруг собралась вся команда.
— Сорок километров? — Вик скрестила руки на груди, её лицо, испачканное мазутом, выражало крайний скептицизм. — Ми, ты в своем уме? Это не просто «автономка», это «Мертвая зона». Там нет пластин, там нет связи, и там... — она запнулась, подбирая слово, — там песок поет. Старики говорят, что в тех краях электроника начинает видеть сны. Моя «Болванка» просто встанет посреди этого ада, и мы превратимся в консервы для дикарей.
— Дикари — это полбеды, — подал голос Нильс, который только что пристыковал свой фургон и теперь с лязгом выкатился на платформу. Его новые манипуляторы блестели свежей смазкой. — Берт сказал, что в Мертвой зоне аномальные электромагнитные поля. Инверторы вылетают пачками. Чтобы пройти сорок километров с таким грузом, нам нужно перенастроить всю систему экранирования. А у меня на это — кот наплакал времени.
Кай и Тон переглянулись. Они уже проверяли свои джипы, устанавливая дополнительные фильтры. — Ми, там пропадают караваны, — тихо сказал Тон. — На прошлой неделе группа «Медных псов» зашла в зону и не вышла. Ни сигналов бедствия, ни обломков. Пустота.
— Именно поэтому Культиваторы платят чистым зерном и новыми ячейками, — отрезал Ми, обводя команду взглядом. — В Грин-Сити засуха, если они не получат эти опреснители, город вымрет к следующему сезону. Мы — перевозчики. Если мы будем бояться каждой «поющей» дюны, нам место в Техно-Сити — перебирать старые гайки до конца дней.
— Зерно — это, конечно, хорошо, — Вик подошла к Ми вплотную, в её глазах мелькнул вызов. — Но если мы застрянем, я лично заставлю тебя тащить мой тягач на закорках. И не смей мне говорить про «королеву бездорожья», когда у меня сдохнут аккумуляторы в тридцати километрах от ближайшей розетки.
— Справишься, Вик. Твоя «Болванка» вывезет, если перестанешь наступать на гашетку как в последний раз, — Ми позволил себе легкую усмешку.
Нильс тем временем что-то быстро считал на своем планшете. — Если мы объединим наши батареи в общую шину через магнитные сцепки... — пробормотал он. — Мы сможем перекидывать заряд туда, где он нужнее. Но если рванет один — погаснут все. Это риск, Ми. Огромный риск.
— Мы уже рискнули, когда полезли на станцию «Эхо-4», — Ми понизил голос, напоминая братьям о спрятанных ящиках. — Сейчас мы берем этот заказ. Собирайтесь. Культиваторы выезжают через час. Мы — их единственный шанс довезти этот хлам в целости.
Решение было принято быстро — в Техно-Сити время измеряется в киловаттах, и тратить его на пустые споры было некогда.
— Ладно, — Ми свернул карту и хлопнул по капоту Кибертрака. — Если мы идем в «Мертвую зону», то идем по моим правилам. Нильс, ставь свои экраны. Вик, готовь «Болванку», Культиваторы поедут внутри твоего периметра.
Модернизация «на коленке»
Нильс развил бешеную деятельность. Его манипуляторы летали над открытыми капотами машин, устанавливая странные медные сетки и блоки, которые он выменял у Берта. — Это пассивные экраны Фарадея с активным подавлением помех, — бормотал он, приваривая крепление к крыше Кибертрака. — Если электромагнитный шторм ударит, они должны отвести импульс в обход основных мозгов машин. Но учтите: они жрут по два процента заряда в час просто на поддержание поля!
— Два процента?! — Вик высунулась из-под огромного тягача. — Нильс, ты меня по миру пустишь! У меня и так каждый ампер на счету!
— Заткнись и крути гайки, Вик! — огрызнулся механик. — Или ты хочешь, чтобы в Мертвой зоне у тебя из приборной панели посыпались искры, а «Болванка» превратилась в огромный тостер?
Построение каравана
Когда тяжелые ворота погрузочного терминала начали медленно отползать в стороны, караван уже принял боевой порядок. В центре, как огромная стальная крепость, возвышалась «Болванка». По бокам от неё, защищенные мощными бортами тягача, пристроились два легких вездехода Культиваторов.
— Слушайте внимательно, — голос Ми в рации звучал сухо. — Культиваторы, держитесь в тени «Болванки». Если электроника начнет сбоить, ориентируйтесь на габариты Вик. Кай, Тон — вы идете в авангарде, но не дальше ста метров. Никаких прыжков по дюнам. Нильс замыкает строй. Если кто-то увидит на радаре «призрака» или услышит лишний шум — молчать в эфире, только световой сигнал.
— Мы готовы, — отозвался старший из Грин-Сити. Его вездеход был увешан канистрами с водой и мешками с семенами. — Спасибо, что взялись. Другие просто покрутили пальцем у виска.
— Мы не герои, — отозвалась Вик, включая передачу. Тяжелый тягач вздрогнул, и огромные колеса начали медленно вращаться. — Мы просто очень любим хорошее зерно и ненавидим ходить пешком.
Караван медленно выполз из сверкающего огнями Техно-Сити. Позади остались шум сварки и крики торговцев. Впереди, за последней эстакадой, начиналась тьма. Сорок километров безжизненного пространства, где песок скрывал остатки цивилизации, а воздух дрожал от невидимой силы.
Через пять километров дорога кончилась. Последняя индукционная пластина магистрали мигнула и осталась позади.
— Переходим на автономку, — скомандовал Ми. — Добро пожаловать в Мертвую зону. Нильс, включай экраны.
В ту же секунду над машинами возникло едва заметное голубоватое марево. Экраны загудели, вступая в борьбу с невидимым полем зоны. Впереди, в свете фар Кибертрака, начали танцевать первые вихри «поющего песка».
Тьма Мертвой зоны была не просто отсутствием света — она казалась густой, как мазут. В свете диодных фар Кибертрака закружились первые спирали «поющего песка», и металлический скрежет ветра о кузов сменился странным, гармоническим гулом.
Внезапно зуммер радара на панели Ми зашелся в истеричном писке. На голографическом дисплее, прямо по курсу, вспыхнули пять четких точек.
— Контакт! — выкрикнул Ми, ударив по тормозам. — Всем замереть! Прямо на нас идет тяжелый караван. Дистанция — триста метров, скорость... бешеная!
Караван встал как вкопанный. Вик с трудом удержала «Болванку» от заноса, а Кай и Тон мгновенно развернули свои джипы, целясь из турелей в пустоту. Но впереди была только серая пыль и вой ветра.
— Я их вижу! Огромные тени! — раздался в рации сорванный на крик голос одного из Культиваторов. — Они идут на таран! Сворачивайте! Сворачивайте, или нас раздавят!
Его вездеход резко дернулся в сторону, вылетая из защитного периметра «Болванки». Колеса забуксовали в глубоком песке, поднимая тучи пыли.
— Стой, идиот! Назад под борт! — рявкнула Вик, высунувшись из окна. — Там ничего нет!
— Ничего нет?! — гундеж Нильса ворвался в эфир, перекрывая помехи. — Конечно, там ничего нет, кроме электромагнитного киселя, в котором варятся ваши мозги! Я же говорил! Я предупреждал, что эти экраны — не панацея! Мои сенсоры показывают фантомные возмущения. Это «Мираж-эффект», придурки! Поля зоны отражают наши собственные сигналы, и радар видит нас самих, только в десятикратном увеличении!
Нильс продолжал причитать, его голос дрожал от раздражения: — У меня инвертор раскалился так, что на нем можно яичницу жарить! И этот ваш фермер сейчас сгорит в песке, если не вернется в зону подавления. Ми, сделай что-нибудь, пока этот паникер не вывел нас всех на минное поле или в пасть к «стервятникам»!