- -
- 100%
- +
Я ловлю опадающую ткань, чтобы не сверкнуть перед ним панталонами, но Вестар, о настоящий джентльмен, уже отходит в сторону.
Я застываю, глядя ему в спину, пытаясь осознать, что он просто помог. Отмираю, переодеваюсь, кутаюсь в плащ. Когда ткань закрывает наготу, становится чуть легче.
– Я… закончила, – сообщаю дракону. Он стоит в нескольких шагах впереди, явно ждет. Руки скрестил на груди, широко расставил ноги. Ему явно не по нраву, что приходится это делать.
– Отлично, – фыркает он с издевкой, поворачивается ко мне.
Мне хочется спросить обо всем сразу. Урны, кристалл, зверь, в которого он превращается. Что на самом деле значит ритуал? Но у Вестара другие планы.
– Стой на месте, – он подходит ближе. В его глазах снова растекается пламя, а зрачок вытягивается в узкую линию. – Дыши ровно. Смотри на меня.
Я не понимаю, что он делает, но осознаю, что должна слушаться. Похоже, что-то важное происходит сейчас.
– Еще, – шепчет склоняясь в мою сторону. Его ноздри трепещут, он… он принюхивается ко мне? – Медленней. Тебе нужно успокоить свой пульс.
Если бы это было так легко. Особенно теперь, когда он так близко.
– Я не могу, – произношу в ответ. Во рту становится сухо, грудь ходит ходуном. Я облизываю пересохшие губы и нервно сглатываю, посильнее стискиваю ткань плаща. – Ты пугаешь меня.
– Я чувствую, – снова ядовитая насмешка. Он даже прикрывает глаза и с наслаждением втягивает воздух носом. Я невольно вспоминаю, что он сказал там, в темнице. Что мой страх слишком сладок.
– Что… – хочу спросить его, но голос срывается. Горло жмет тисками.
– Что я делаю? – продолжает дракон за меня. Он вдруг подается еще ближе, не касается, но почти утыкается лицом в изгиб моей шеи. – О, маленькая ошибка, я изучаю тебя. Мне нужно запомнить твой запах. Нужно надышаться им.
Я стою на месте, будто приросла к полу. Знаю, что если только шелохнусь, то кинусь бежать. А это бессмысленно.
Потому я жмурюсь, жду, когда он закончит.
– Зачем? – молчать невыносимо. Его дыхание раскаленное, почти жжет. Мир сужается до ощущения этого жара на моей шее.
– Чтобы не убить случайно, когда ярость застит мне глаза, – с этими словами он проводит языком по моей коже.
Я буквально отскакиваю от него. Шугаюсь этого странного действа. Бросаю затравленный взгляд на дверь, но та за его спиной.
Продолжаю отступать назад, но под ноги попадает что-то острое, и я невольно дергаюсь и вскрикиваю.
– Эй, успокойся, – Вестар поднимает руки в примирительном жесте.
Но я не понимаю, на что он рассчитывает. Я уже подпустила его к себе, и что он сделал?
Боль в ступне режет, там становится жарко и влажно, я стараюсь ступать только на пальцы, пока пячусь. Правда прятаться здесь особо некуда и почти сразу я утыкаюсь спиной в один из столбиков кровати.
Плотнее сжимаю полы плаща одной рукой. Второй же пытаюсь стереть ощущение его влажного прикосновения.
– Послушай, – Вестар осторожно крадется ко мне, все еще удерживая руки перед собой. То ли чтобы показать мне свои намерения, то ли для того, чтобы схватить. – Я не собираюсь тебя трогать. Мне нужно было запомнить твой вкус на случай…
Он морщится и отводит взгляд к потолку.
– На случай, если ты окажешься у меня во рту.
Я сглатываю. Пытаюсь понять о чем он. И тихо охаю, когда до меня доходит. В пасти, он хотел сказать?
Это немного переворачивает смысл картины.
– У тебя кровь, – он кидает взгляд на мою ступню, – и это куда опаснее. Я чую ее запах. Он чует.
Словно в подтверждение слов, в его глазах мелькает отголосок пламени.
Еще пару мгновений мы меряемся взглядами и… я сдаюсь. В конце концов, если бы он хотел, мог бы уже что угодно со мной сделать. Но он увел меня от жрецов, привел сюда.
Я опускаюсь на край постели, выдыхаю, пытаясь собраться с мыслями.
– Стой, где стоишь, – ворчу я. Дракон вскидывает бровь на мою резкую реплику, усмехается, но не пытается больше подойти. Напротив, он отходит, усаживается в изодранное кресло. Поза уверенная, словно он сидит на троне в окружении свиты. Нога на ногу, голова запрокинута и чуть отклонена, он подпер щеку о сжатый кулак. Локтем уперся в подлокотник.
Я продолжаю коситься на него, но сама при этом подтягиваю ступню на колено. Осколок стекла засел глубоко под кожу. Боль простреливает в ногу, когда я пытаюсь подцепить его. Длинной в пару сантиметров, он вошел под углом и едва торчит снаружи, скользкий от крови.
На мне хватает и других мелких ранок, которые ужасно саднят. Хочется позорно разреветься и опустить руки, но усилием воли я прогоняю это чувство.
– Упрямая, – Вестар лениво щурится, глядя на меня, как кошка на загнанную мышь. – Я мог бы…
– Даже не думай.
Он усмехается, будто ждал именно этой реакции.
– Ты боишься меня, – констатирует просто. Ни злорадства, ни жалости. Голая правда. – И правильно делаешь.
Я прикусываю губу. Каждое его слово будто соскребает с души защитную пленку. Он должен быть только грозным драконом, но нет. Он – человек. Сидит в кресле, очевидно и сам не знает, что со мной делать. В его уверенности мне чудится какая-то недосказанность.
– Не подходи, – на всякий случай напоминаю ему.
– Как скажешь, невеста. – он растягивает последнее слово так, что мне хочется отряхнуться. Насмешливо и ехидно. Нас обручили перед Алым Пламенем… но ведь без согласия. И даже без присутствия жениха.
Это нечестно.
Я сглатываю и начинаю ковырять стекло ногтем. Плохо. Слишком глубоко. Пальцы дрожат, а от боли начинает шуметь в ушах. На языке чувствуется горький привкус желчи. Еще не хватало.
Я прикусываю губу почти до боли, но это не отрезвляет.
– Ты же все равно не сможешь, – комментирует он спокойно, будто читает меня по движениям. – Раздерешь и кровь будет пахнуть сильнее. И если я сорвусь… – он слегка склоняет голову, чуть прищурившись. – Вряд ли тебе это понравится.
– Тогда отвернись, – срывается с моих губ. – Или выйди.
– Прекрасно, меня гонят из моей же спальни.
Он не отворачивается. Он смотрит. Пристально, не мигая. Словно удерживает меня этим взглядом.
– Знаешь, – его голос становится мягче, тише. Почти вкрадчивым. – Бояться не всегда значит быть слабой. Иногда страх просто напоминает, что ты жива.
– Я не боюсь тебя.
Я вру, и мы оба прекрасно это понимаем. Пару минут назад я честно призналась в обратном.
Вестар тихо посмеивается. Глухо, с едва слышным рокотом. Но это точно звучит не совсем человечески.
Мне удается зацепить стекло. Я сжимаю зубы, тяну, и осколок выходит под мой сдавленный болезненный стон. А после по коже начинает еще сильнее сочиться кровь. Ручеек стекает до пятки и капает на ковер. Я зажимаю его, шиплю от боли, но это не помогает.
Слышу шебуршание со стороны дракона, вскидываю на него взгляд.
Улыбка Вестара чуть тускнеет. Глаза снова становятся опасно яркими.
– Вот видишь, – веселость из его голоса пропала. Только глухое сожаление наряду с мучением. – Теперь ты пахнешь как жертва.
Он все же поднимается со своего места одним плавным, но каким-то невозможно быстрым движением.
– Не подходи! – напоминаю я, когда он делает шаг ближе. Пытаюсь одновременно зажать рану и при этом отползти подальше.
В его глазах уже вовсю пляшет огонь, и это внушает в меня первобытный ужас. Его глаза слишком похожи на глаза зверя, которого я видела вчера. Или же… да. Понимание просачивается в мысли – это и есть те самые глаза.
У человека не бывает таких зрачков. Таких движений. В нем слишком много звериного сейчас. А я? Я его добыча. Та, что специально была отдана на эту роль. Чует ли это его дракон? Знает ли?
Я сглатываю и принимаюсь отползать прямо по покрывалу.
– Лучше остановись, – рокочет дракон. – Кровь. Ты убегаешь. Провокация.
Слова даются ему через силу. Я вижу, как сжимается его челюсть, как напрягается шея и жилы на ней. Выглядит так, словно он сам борется с собой – с чем-то внутри, что зовет к нападению.
Через силу заставляю себя остановиться. В его словах есть логика.
– Тогда не подходи, я ведь… – прошу я снова, но он не слушает. Я смотрю на него во все глаза, и когда мои ресницы на долю секунды опускаются, чтобы моргнуть, Вестар уже стоит напротив.
Одним резким движением он притягивает меня к себе за искалеченную ступню. Так резко, что я падаю на постель. Рубашка позорно задирается, и я спешу одернуть ткань, прикрыть панталоны. Стыд-то какой! Щеки пунцовеют до отчаянного жара.
Сдавленно пищу, пытаюсь отползти снова, но дракон на это рычит и бросает недовольный взгляд мне в лицо.
– Замри, пока я не сорвался, птичка.
Не верю себе, но замираю. Застываю каменным изваянием. Сердце бешено колотится, грудь ходит ходуном, когда он поворачивает мою несчастную ногу к свету. Разглядывает что-то.
Я почти не дышу. Каждое его движение выверено, но в нем ощущается сила, которую он удерживает лишь по доброй воле. Невольно вспоминаю, с какой легкостью он раздавил металлические наручи в той камере. Если захочет – раздавит и меня, и мою многострадальную ногу. Мои тонкие косточки явно не такие прочные, как металл.
Но вместо того, чтобы стиснуть пальцы и причинить еще больше боли, Вестар вдруг прижимает ладонь прямо к ране. Я округляю глаза еще сильнее, закусываю губу, потому что он давит до боли.
– Терпи. Я слишком давно этого не делал, – ворчит он на мое кряхтение.
И уже пару мигов спустя под его ладонью я замечаю легкое рыжеватое свечение.
Теплом оно разливается по коже, как отсветы пламени из камина, теплые и мягкие. Оно жжет, но не обжигает. И чем горячее становится его ладонь, тем яснее я ощущаю, что боль уходит. Как будто он вытягивает ее из меня.
Это что… настоящая магия?
Не верю своим глазам. Но ощущения не обманешь.
– Но ведь магия…
– Умерла? – он криво усмехается и смотрит на меня снова. – Примерно одновременно с разумными драконами, да?
Его слова пробивают какую-то брешь внутри меня. В той стене, что не давала сомнениям просачиваться в мысли. В стене, что окружала безоговорочную веру в короля и правоту культа Алого Пламени, в то, что они заботятся о народе.
Но если магия жива, значит ли это, что и все остальное – ложь? Истории, ритуалы, их проповеди.
Хотя… если задуматься, первые трещины в броне моей веры появились еще с казнью моего отца.
Боль в стопе тем временем успокаивается. Я неожиданно благодарна Вестару и даже хочу сказать ему спасибо, когда он отпускает мою ногу, но тут начинает происходить что-то странное. Еще более странное.
Он смотрит на свою ладонь, его лицо ужасно меняется, приобретая жуткое хищное выражение.. Вся его ладонь и пальцы в моей крови. Он начинает мелко подрагивать. Ноздри трепещут. Он даже дергается, чтобы поднести руку ближе к лицу, но останавливается.
– Открой окна, чтобы запаха не осталось, – шипит он зло, выпрямляется и теперь сам уже пятится. Взгляд при этом он не может оторвать от крови на своей ладони. И на лице его проступает то ярость, что придает ему звериные черты, то ужас, что делает его человечно-уязвимым на вид.
Я на всякий случай все еще не шевелюсь, а Вестар вдруг направляется к выходу. Когда дверь хлопает, а его шаги раздаются в коридоре, я остаюсь здесь одна.
Только теперь я позволяю себе шумно вдохнуть. Воздух режет горло и где-то в груди, будто все это время я не дышала вовсе.
Комната кажется слишком большой и слишком пустой без него. Без его присутствия, такого опасного, жгучего, но… живого?
Я прижимаю ладони к лицу и пытаюсь осознать: он исцелил меня. И в ту же секунду едва не растерзал. Я ведь видела, как он боролся с собой, тут и ума не сильно требуется, чтобы заметить.
Вот она – грань, на которой мне предстоит выживать здесь.
Глава 6
Я жду еще какое-то время, но он не возвращается. Тогда я все же сажусь и изгибаюсь так, чтобы посмотреть на ногу. Розовый рубец – емкое подтверждение моему исцелению. Заодно и остальные ранки на ступне затянулись.
Я прикусываю губу, смотрю на дверь. Кто же такой этот мужчина?
Наверное только теперь я позволяю себе действительно выдохнуть. Усталость так сильно давит, что соблазн укрыться пыльным покрывалом и забыться сном, кажется такой привлекательной… Но я помню, как он смотрел на мою кровь на своих пальцах. Как трепетали его ноздри, улавливая запах.
Да, пожалуй, лучше и правда проветрить здесь.
Я спускаюсь на пол и понимаю, что и на каменной кладке есть следы моей крови. Что делать с ними?
Для начала я все же решаюсь открыть окно. Это странно, потому что за ним клубится тьма, и я не уверена, что свежий воздух и черный мистический туман – совместимые вещи.
Рама старая, краска на ней облупилась. Мне приходится повозиться со щеколдой и еще больше усилий приложить, чтобы распахнуть створку. Когда та, наконец, открывается, я едва не теряю равновесие, ведь тянуть приходится со всей силы.
Я втягиваю носом воздух и чуть свешиваюсь из окна. Снаружи сплошной мрак, он клубится и чуточку переливается… Я даже тянусь, чтобы коснуться его пальцами, но тут моих ног касается что-то невесомое. Словно перышком чиркнули.
Я порывисто оборачиваюсь, смотрю по сторонам, но никого не вижу.
– Кто здесь? – спрашиваю осторожно, но ведь очевидно, что никого нет.
Может это портьера пошевелилась от раскрытого окна? Я смотрю на нее с явным скепсисом. До портьеры добрых пол метра.
Прекрасно. Что-то тронуло меня, а я даже не вижу, что именно.
Мне приходится глубоко вдохнуть, чтобы не скатиться в новый приступ паники и не дать себе забиться в угол.
Я осматриваю комнату, подмечая новые детали. Когда-то здесь было весьма роскошно. На мебели, которая почти вся валяется опрокинутой, видна изящная резьба. Я невольно отмечаю и дорогие ткани, и позолоту. Вон гостиная тройка – диван и пара кресел. Они стоят вокруг низкого столика на гнутых ножках, ну… или тем, что им когда-то было. Потому что теперь столешница проломлена, а одна из ножек вовсе вырвана прямо с углом. Зеркало в гардеробной зоне над трюмо разбито, только осколки торчат из рамы. А само трюмо завалено пустыми флаконами и бутылками.
Гардероб и вовсе вывернут наружу. Одной дверцы не хватает, а… она валяется в стороне. Вещи разбросаны по полу или криво висят на сломанных вешалках. На стенах же – пыльные гобелены. Их бы как следует вычистить… Потому что под слоем пыли и какой-то копоти угадываются насыщенные цвета. Дорогая работа.
Я едва слышно шмыгаю носом. Здесь пахнет затхлостью и какими-то старыми тряпками. Пылью и спертым воздухом. Даже и не скажешь, что здесь и правда кто-то живет.
Я блуждаю взглядом по этому помещению и невольно подмечаю, что здесь, пожалуй, когда-то жил зажиточный аристократ. Это был сам Вестар? Или кто-то другой?
За гардеробом я замечаю отдельную дверь. Тепля надежду, осторожно приближаюсь к ней, тяну ручку и…
Хотела бы облегченно выдохнуть, но не выходит. За дверью ванная с уборной. И здесь царит такой же кошмар, как и в комнате.
Медная ванна смята, словно ее били чем-то тяжелым с разных сторон. Керамическая раковина тоже щерится отсутствующем осколком, кран на ней сорван. Я прохожу дальше. За ширмой – туалет. Ну, хоть он цел.
А еще обнаруживаю, что ванна хоть и смята, но пользоваться ей можно. И здесь даже есть горячая вода! Радости моей нет предела! Как же, оказывается, мало нужно для счастья!
Для начала я все же решаюсь разобраться с пятнами крови в комнате. Конечно, я не привыкла работать руками, все же я из аристократов, но в последние пару месяцев после того, как отца арестовали, в моей жизни много чего изменилось.
К тому же, не стоит лишний раз провоцировать дракона. Про себя я даже посмеиваюсь, что это не дракон, это вампир какой-то. Иначе как еще объяснить его реакцию?
Я даже представляю себе Вестара с острыми клыками и капелькой крови на губах, и тут же резко отгоняю эту картинку. Нечего подпитывать собственный страх такими мыслями.
Но когда я выхожу из ванной с мокрой тряпкой в руке, мне становится не до шуток. Пятен на полу больше нет. Вместо них – влажные следы.
Такие, словно мою кровь кто-то слизал.
– Есть здесь кто-нибудь? – задаю совершенно дурацкий вопрос. Мне, конечно, никто не отвечает. Тогда я осторожно крадусь по комнате. К стене. Да, рядом со стеной будет безопаснее, хотя бы со спины никто не напрыгнет.
А может это Вестар вернулся и… И что? Облизал пол?
Это даже в мыслях звучит так странно, что я фыркаю. И тут же краем глаза замечаю шевельнувшуюся портьеру балдахина.
Сначала я думаю, что мне показалось. Но нет, ткань шевелится так, как не шевелится от сквозняка: медленно, как будто кто-то трогает ее изнутри. Холодок пробегает по позвоночнику.
Это уже вообще не смешно. Мало мне было приключений за последнее время? Я что, недостаточно настрадалась и напугалась? Сперва меня схватили, держали в темнице, заставляли общаться со жрецами культа и еще невесть кем. После даже сводили к королю и Верховному Жрецу, чтобы окончательно вынести приговор – Невеста! Потом тот зал, беготня от дракона по замку, камера, Вестар, зал с урнами и новая встреча со жрецами…
Пожалуйста, хватит!
А это еще я не вспомнила сразу в целом про Вестара, с которым совершенно не ясно теперь как вести себя! Это какая-то дикость, какой-то сумасшедший дом или мой персональный ад!
Я невольно морщусь и почти пританцовываю. То самое дурное чувство, когда ты не хочешь лезть куда не надо, но понимаешь, что все равно полезешь. Потому что выхода другого нет. Оставаться в комнате невесть с кем тоже не вариант. И раз уж все началось, нужно закончить.
Обреченно вздохнув, я приближаюсь к кровати. Иду осторожно, чтобы не наступить снова на какой-нибудь осколок.
А когда приближаюсь, осторожно поднимаю ткань балдахина. Сама стараюсь держаться подальше, буквально тянусь за ней.
И не зря, по всей видимости.
Нечто мелькает только лишь на одно мгновение, но этого оказывается достаточно, чтобы я взвизгнула! Чешуйчатый хвост! Гладкий и гибкий, весь в черных мелких чешуйках, блестящий.
Здесь что, водятся змеи?!
Я опрометью запрыгиваю на кровать. С такой прытью, словно взлетаю. Но тут же падаю, проваливаясь в мягкость, и дальше ползу на четвереньках подальше от края. Простыня подо мной хрустит пылью, матрас пружинит, будто тоже не рад моему присутствию. Но проходит пара мгновений, когда в голову мне приходит дикая мысль – а что, если оно проникло под покрывало?
Я замираю, смотрю себе под руки, боюсь увидеть под тканью шевеление. Но все тихо.
И что дальше?
Я заставляю себя дышать спокойнее. Привести мысли в порядок. Откуда в старом заколдованном каком-то замке змеи?
Что они тут едят?
Ответ напросился сам собой – крыс. И вот тут я уже не уверена, кто бы мне понравился больше, первые или вторые.
Я едва не хнычу, морщусь обреченно, но все же заставляю себя изменить положение. Я доползаю до края постели и хорошо, что в руке у меня до сих пор тряпка.
Я свешиваю один ее конец на пол, проверяю, не кинется ли этот незваный гость на нее. Но на тряпку никто не зарится. Это, признаться, меня немного расстраивает. Было бы куда проще, если бы эта штука просто кинулась на нее. Тогда я бы смогла понять, кто там. И мне бы не пришлось делать то, на что я решилась теперь.
Я ложусь на живот, убираю назад волосы и осторожно свешиваясь через край. Подтягиваю край свисающего одеяла и осторожно заглядываю под кровать.
Из темноты на меня смотрят два светящихся глаза. Они не мигают. Просто висят в черноте, как два маленьких факела, отражающие чужое пламя.
А после существо устремляется на меня с оглушительным писком.
Я не успеваю даже закричать – только рефлекторно отшатнуться. Светящиеся глаза мелькают перед лицом, мелкие чешуйки сверкают в полумраке, а существо издает пронзительный, почти ультразвуковой писк. Инстинктивно шарахаюсь назад и переворачиваюсь на спину. Но тут же проваливаюсь в мягком покрывале и матрасе под ним. Пытаюсь отползти, закрываю лицо руками, чувствуя движение рядом. И даже почти жду боли, но… легкое, почти ласковое касание до плеча сбивает с толку.
Осторожно опускаю руки и вижу… нечто, застывшее в воздухе. Оно похоже на миниатюрного дракончика размером с небольшую кошку, только без передних лап. Его тело покрыто мелкими черными чешуйками с переливающимся изумрудным отливом. Крылья – полупрозрачные, как у летучей мыши, но с тонким узором светящихся жилок. Хвост с любопытством покачивается из стороны в сторону. Существо парит в воздухе даже не пытаясь помахивать крыльями. Словно притяжение ему неведомо.
– Ты… что такое? – выдыхаю я, пытаясь осознать происходящее.
Существо наклоняет голову, глаза цвета расплавленного золота смотрят с любопытством. Оно снова издает тонкий писк и делает в воздухе полукруг, словно демонстрирует себя.
– Виверна, – раздается голос от двери, и я подпрыгиваю от неожиданности.
Вестар стоит, опираясь о дверной косяк. Его лицо выглядит изможденным, но уже не таким диким, как раньше. В руках – глиняный кувшин с водой и какие-то травы.
– Домашний… питомец, если хочешь, – продолжает он, не сдвигаясь с места. – Хотя на самом деле это она меня считает своим питомцем. Не так ли, Искра?
Виверна тут же срывается с места и устремляется к нему, обвивается вокруг шеи, как живой чешуйчатый шарф. Вестар небрежно почесывает ее под подбородком, и существо издает звук, похожий на довольное мурлыканье.
Эта картина вызывает в моей голове дичайший диссонанс.
– Это она слизала мою кровь? – спрашиваю я, чувствуя, как напряжение немного отпускает. По крайней мере, теперь я знаю, с чем имею дело.
– Да. Они чувствуют боль и кровь на расстоянии. И… они любят чистоту, – Вестар криво усмехается. – Ты ее напугала.
– Я напугала? – мой голос звучит на октаву выше от возмущения.
– Она хотела познакомиться. Виверны любопытны от природы.
Он проходит в комнату, ставит кувшин и травы на то, что осталось от прикроватного столика. Я замечаю, что двигается он скованно, словно каждый шаг дается с трудом.
– Вы… в порядке? – вопрос вырывается раньше, чем я успеваю его обдумать.
Вестар замирает, смотрит на меня с таким удивлением, будто я спросила, не желает ли он слетать на луну. Еще пару мгновений назад его лицо имело почти благодушное выражение. Теперь же он снова надевает ту маску холодного равнодушия. Слишком показательного и почти брезгливого.
– Нет, – отвечает он просто. – И не буду, пока ты здесь.
От его слов веет холодом. Мне хочется съежиться, отвести взгляд, но я заставляю себя смотреть ему в глаза.
– Из-за моей крови? – Лучше узнать все заранее.
– Из-за всего, – он опускается в потрепанное кресло, виверна соскальзывает с его плеч и устраивается на спинке. – Запах, голос, присутствие… все это раздражает его.
Он не уточняет, кого имеет в виду, но я понимаю. Дракона. Ту часть его сущности, что преследовала меня ночью.
– Но сейчас вы… человек, – осторожно замечаю я. Хочется чтобы он им и оставался. И желательно безо всех обнюхиваний и прочих… ритуалов.
– Сейчас – да. И постараюсь им остаться, – Вестар вытирает лицо ладонью, жест усталости и обреченности. – Я пришел сказать, что тебе лучше не покидать эту комнату без моего сопровождения. В замке есть места, куда тебе лучше не заходить. Впрочем ночью лучше держаться подальше даже от меня.
Он произносит это так буднично, словно сообщает о правилах поведения в каком-нибудь пансионе для благородных девиц, а не предупреждает о смертельной опасности.
– И как долго это продлится? Когда я смогу выйти отсюда?
Вестар усмехается.
– Тебе лучше думать о том не как выйти отсюда, а как остаться здесь живой. Это более насущный вопрос. Если ты, конечно, не хочешь завершить ритуал.
Виверна, словно продолжая его слова, расправляет крылья и шипит, обнажая ряд острых, как иглы, зубов.
– Успокойся, – бросает ей Вестар, и существо тут же сворачивается обратно. – Она не враг.
– Если я не враг, то… кто? – я спускаю ноги на пол, но невольно поджимаю пальцы. – Жрецы называли меня вашей невестой. Дракон явно считал добычей…
– Будем считать тебя моей гостей, – отмахивается Вестар. – Если тебе так будет проще. И, к слову, тебя ведь зовут Мистра?
Я киваю. Значит гостья…
– Вы расскажете мне, что здесь происходит?
Вестра выдыхает. Трет переносицу. Похоже, он и правда измотан. Я замечаю и темные круги у него под глазами, и поникшие плечи. Да и в нем самом собрана такая квинтэссенция усталой меланхолии, что не заметить ее попросту невозможно.
– Не сегодня, – он качает головой. – Тебе предстоит пережить ближайшие две ночи. Дракон вернется. И в эти дни я не могу сдерживать его в полной мере.
Я невольно сглатываю.
– Я смогу спрятаться? Здесь? – оглядываю комнату. Дверной проем. Насколько он прочен? Выдержит ли драконье пламя?